{"ok":true,"document":{"id":"review_450d35ead6cf8b67550959ffac07d1bb3d65477ee8a420883c1b3a44701a2ede","title":"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020)","date":"22.07.2020","number":null,"bucket":"sys:practice","sections":[],"source":"vsrf_reviews","sourceUrl":"https://www.vsrf.ru/upload/iblock/e13/e13b9ed2c343946ff6db3149980f12a8.pdf","textAvailable":true,"ocr":"embedded","originalAvailable":true,"fileRepresentation":"original","ragStatus":"ready","titleStatus":"legacy","warnings":[],"metadataPolicy":"catalog_authoritative","textOrigin":"embedded","url":"https://lexcase.ru/library-prono/public/documents/review_450d35ead6cf8b67550959ffac07d1bb3d65477ee8a420883c1b3a44701a2ede","apiUrl":"https://lexcase.ru/api/library-prono/v1/documents/review_450d35ead6cf8b67550959ffac07d1bb3d65477ee8a420883c1b3a44701a2ede","fileUrl":"https://lexcase.ru/api/library-prono/v1/documents/review_450d35ead6cf8b67550959ffac07d1bb3d65477ee8a420883c1b3a44701a2ede/file"},"text":"сти   того   или   иного   доказательства   и\nпреимуществах одних доказательств перед другими, предрешать выводы,\nкоторые могут быть сделаны судом первой или апелляционной инстанции\nпри повторном рассмотрении уголовного дела. \nКроме   того,   по   смыслу   закона   основанием   для   возвращения   дела\nпрокурору   являются   такие   допущенные   органами   предварительного\nрасследования существенные нарушения уголовно-процессуального закона,\nкоторые суд   не может устранить самостоятельно и которые исключают\nвозможность постановления законного и обоснованного приговора. \nТакие   процессуальные   нарушения   не   касаются   ни   фактических\nобстоятельств, ни вопросов квалификации действий и доказанности вины\nобвиняемых,   а   их   устранение   не   предполагает   дополнительного\nрасследования,   включая   собирание   доказательств,   то   есть   восполнение\nнеполноты предварительного следствия недопустимо. \nТакже судом установлено и в приговоре отражено, что потерпевшая\nдавала последовательные и непротиворечивые показания об обстоятельствах\nсовершаемых   осужденным   действий.   Данные   показания   потерпевшей\nдетализированы   и   подтверждаются   совокупностью   других   доказательств, \n\n154 \nприведенных в приговоре, и поэтому правдивость их у суда сомнений не\nвызывала. \nВывод   о   беспомощном   состоянии   потерпевшей,   как   следует   из\nприговора, сделан судом с учетом как показаний потерпевшей и ее законного\nпредставителя, так и заключения комиссии экспертов, выводы которой судом\nпризнаны достоверными. Между тем данные обстоятельства, установленные\nсудом первой инстанции, не были приняты во внимание судом кассационной\nинстанции, и по ним не было высказано суждений. \nОпределение № 58-УД19-16 \nСУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ \nПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ \n54.   Обязанность   доказывания   законности   применения   в\nотношении осужденного мер взыскания возлагается на администрацию\nисправительного учреждения, в котором такой осужденный отбывает\nнаказание. \nПри этом суду в целях соблюдения принципа состязательности и\nравноправия сторон при активной роли суда следует принимать меры\nдля   всестороннего   и   полного   установления   всех   фактических\nобстоятельств по административному делу, а также для выявления и\nистребования   по   собственной   инициативе   доказательств   в   целях\nправильного разрешения дела. \nИ., отбывающий наказание в виде лишения свободы, обратился в суд с\nадминистративным   исковым   заявлением   об   оспаривании   постановления\nначальника исправительного учреждения о водворении в штрафной изолятор\nна   15   суток.   Основанием   для   применения   указанной   меры   взыскания\nпослужил факт обнаружения в камере административного истца продуктов\nпитания. \nВместе с тем, И. полагал, что оспариваемое постановление является\nнезаконным, поскольку он не нарушал установленный порядок отбывания\nнаказания, а обнаруженные администрацией исправительного учреждения\nпродукты питания в действительности ему не принадлежали. \nРешением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом\nапелляционной инстанции, в удовлетворении административного искового\nзаявления отказано. \nПри этом суд исходил из того, что факт нарушения административным\nистцом   установленного   порядка   отбывания   наказания   подтверждается\nактами о проведении обыска и обнаружении в камере продуктов питания, об \n\n155 \nотказе И. от дачи письменного объяснения; медицинским заключением о\nвозможности   содержания   в   штрафном   изоляторе;   фотографиями\nобнаруженных в камере продуктов питания; справками о проведении беседы\nпо   факту   допущенного   нарушения;   справкой   психолога   об   актуальном\nпсихоэмоциональном   состоянии;   выпиской   из   протокола   заседания\nдисциплинарной комиссии. \nСудебная   коллегия   по   административным   делам   Верховного   Суда\nРоссийской Федерации отменила указанные судебные акты и приняла новое\nрешение   об   удовлетворении   административного   искового   заявления   по\nследующим основаниям. \nСудом   установлено,   что   на   момент   вынесения   оспариваемого\nпостановления И. содержался в штрафном изоляторе. \nВечером   административный   истец   и   помещение,   в   котором   он\nсодержался, были досмотрены сотрудниками исправительного учреждения;\nпри этом какие-либо запрещенные предметы обнаружены не были. \nНа   следующий   день   утром   в   отсутствие   административного   истца\nсотрудниками исправительного учреждения в камере были обнаружены и\nизъяты запрещенные к хранению предметы, а именно продукты питания. \nАдминистративный   истец   в   ходе   воспитательной   беседы   факт\nуказанного нарушения не признал. \nСогласно   п.   3   ст.   3   КАС   РФ   одной   из   задач   административного\nсудопроизводства   является   правильное   и   своевременное   рассмотрение   и\nразрешение административных дел. \nДостижение указанной задачи невозможно без соблюдения принципа\nсостязательности и равноправия сторон при активной роли суда (п. 7 ст. 6,\nст. 14 названного кодекса). \nДанный   принцип   выражается,   в   том   числе,   в   принятии\nпредусмотренных КАС РФ мер для всестороннего и полного установления\nвсех фактических обстоятельств по административному делу, для выявления\nи   истребования   по   собственной   инициативе   доказательств   в   целях\nправильного разрешения дела (ч. 1 ст. 63, чч. 8, 12 ст. 226, ч. 1 ст. 306\nданного кодекса), решение суда должно быть законным и обоснованным (ч. 1\nст. 176). \nВ   соответствии   с   ч.   2   ст.   62   КАС   РФ   обязанность   доказывания\nзаконности оспариваемых нормативных правовых актов, актов, содержащих\nразъяснения   законодательства   и   обладающих   нормативными   свойствами,\nрешений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц,\nнаделенных   государственными   или   иными   публичными   полномочиями,\nвозлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо.\nУказанные   органы,   организации   и   должностные   лица   обязаны   также \n\n156 \nподтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих\nвозражений. \nТаким   образом,   исходя   из   приведенных   законоположений,\nадминистративный ответчик должен был представить в суд доказательства,\nсвидетельствующие   о   законности   оспариваемого   постановления   и\nподтверждающие, что И. пронес в камеру штрафного изолятора запрещенные\nк хранению предметы, а именно продукты питания. \nВместе   с   тем,   такие   доказательства   исправительным   учреждением\nпредставлены не были. \nСудом   указанные   обстоятельства   в   нарушение   принципа\nсостязательности и равноправия сторон при активной роли суда также не\nисследовались. \nПри   этом   Судебной   коллегией   по   административным   делам\nВерховного Суда Российской Федерации учтено и то обстоятельство, что\nсотрудниками   исправительного   учреждения   в   работе   используются\nвидеорегистраторы, срок хранения архива видеозаписей с которых согласно\nведомственному нормативному акту составляет не менее 30 суток. \nАдминистрации   исправительного   учреждения   стало   известно   об\nоспаривании   административным   истцом   постановления   о   водворении   в\nштрафной изолятор до истечения установленного срока хранения указанных\nвидеозаписей,   однако   эти   записи   суду   административным   ответчиком\nпредставлены не были и судом не запрашивались. \nПри таких обстоятельствах Судебная коллегия по административным\nделам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу о том, что\nадминистративным   ответчиком   не   был   доказан   факт   вменяемого   И.\nнарушения установленного порядка отбывания наказания, в связи с чем\nтребования административного истца являются обоснованными. \nОпределение № 49-КА20-1 \n55. Действующее правовое регулирование не устанавливает какие-\nлибо ограничения относительно веса корреспонденции, направляемой в\nсилу   требований   закона   за   счет   средств   следственного   изолятора\nподозреваемыми   и   обвиняемыми   в   совершении   преступлений,\nсодержащимися под стражей. \nЖалобы   в   Европейский   Суд   по   правам   человека,   поданные\nуказанными лицами, цензуре не подлежат и не позднее следующего за\nднем их подачи рабочего дня направляются адресату в запечатанном\nпакете. \n\n157 \nП.   обратился   в   суд   с   административным   исковым   заявлением   об\nоспаривании   действий   (бездействия)   администрации   следственного\nизолятора. \nВ обоснование заявленных требований указал, подал в Европейский\nСуд по правам человека (далее − ЕСПЧ) жалобу и приложения к ней на 1195\nлистах, однако администрация следственного изолятора в установленный\nсрок в полном объеме отправку указанной жалобы адресату не осуществила,\nнаправив   ее   без   приложенных   документов,   а   также   листа   номер   12,\nсодержавшего опись приложений и являвшегося частью формуляра жалобы.\nУказанные   действия   (бездействие)   повлекли   нарушение   прав   П.   и\nпоследующий отказ в рассмотрении его жалобы в ЕСПЧ. \nВ этой связи административный истец просил признать незаконными\nбездействие   администрации   следственного   изолятора,   выразившееся   в\nненаправлении в установленный срок жалобы в ЕСПЧ, а также действия по\nосуществлению   цензуры   данной   жалобы,   выразившиеся   в   изъятии   из\nпочтового отправления всех приложенных к жалобе документов и листа\nномер 12, являвшегося частью формуляра жалобы. \nРешением суда первой инстанции административное исковое заявление\nудовлетворено частично. Признано незаконным бездействие администрации\nследственного изолятора, выразившееся в ненаправлении в установленный\nсрок   жалобы   в   ЕСПЧ;   в   остальной   части   в   удовлетворении\nадминистративного искового заявления отказано. \nСуд   апелляционной   инстанции   отменил   указанное   решение   суда\nпервой   инстанции   в   части   удовлетворения   административного   искового\nзаявления, а в остальной части оставил решение суда без изменения. \nСудебная   коллегия   по   административным   делам   Верховного   Суда\nРоссийской   Федерации   отменила   судебный   акт   суда   апелляционной\nинстанции,   а   также   решение   суда   первой   инстанции   в   части   отказа   в\nудовлетворении административного искового заявления, в указанной части\nприняла новое решение об   удовлетворении административного   искового\nзаявления и оставила решение суда первой инстанции без изменения в части\nудовлетворения требований П., указав следующее. \nВ силу ст. 21 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ\n«О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении\nпреступлений»   предложения,   заявления   и   жалобы   подозреваемых   и\nобвиняемых,   адресованные   в   органы   государственной   власти,   органы\nместного самоуправления и общественные объединения, направляются через\nадминистрацию места содержания под стражей (ч. 1). \nПредложения, заявления и жалобы, адресованные прокурору, в суд или\nиные органы государственной власти, которые имеют право контроля за\nместами   содержания   под   стражей   подозреваемых   и   обвиняемых, \n\n158 \nУполномоченному   по   правам   человека   в   Российской   Федерации,\nУполномоченному   при   Президенте   Российской   Федерации   по   правам\nребенка,   Уполномоченному   при   Президенте   Российской   Федерации   по\nзащите прав предпринимателей,   уполномоченным по   правам   человека   в\nсубъектах Российской Федерации, уполномоченным по правам ребенка в\nсубъектах   Российской   Федерации,   уполномоченным   по   защите   прав\nпредпринимателей в субъектах Российской Федерации, в Европейский Суд\nпо правам человека, цензуре не подлежат и не позднее следующего за днем\nподачи предложения, заявления или жалобы рабочего дня направляются\nадресату в запечатанном пакете (ч. 2). \nПункт 94 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов\nуголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства\nюстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. № 189, воспроизводит\nположения ч. 2 ст. 21 Федерального закона «О содержании под стражей\nподозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». \nВ силу п. 98 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов\nуголовно-исполнительной   системы,   оплата   расходов   по   пересылке\nпредложений, заявлений и жалоб, за исключением кассационных жалоб и\nжалоб, перечисленных   в п. 94   названных правил, производится за счет\nотправителя. При отсутствии у подозреваемого или обвиняемого денег на\nлицевом   счете   расходы   производятся   за   счет   следственного   изолятора\n(за исключением телеграмм). \nСудом установлено, что П., содержавшийся в следственном изоляторе,\nподал жалобу, адресованную в ЕСПЧ, с приложением документов на 1195\nлистах общим весом более 5 кг. \nАдминистрацией следственного изолятора П. был уведомлен о том, что\nданная жалоба и приложенные к ней документы не могут быть отправлены,\nпоскольку   в   соответствии   с   приказом   Министерства   связи   и   массовых\nкоммуникаций   Российской   Федерации   от   31   июля   2014   г.   №   234\n«Об утверждении Правил оказания услуг почтовой связи» и приложением\n№ 2   к   нему   предоставленная   жалоба   не   подходит   под   виды   почтового\nотправления «письмо» и «бандероль». \nВпоследствии   жалоба   П.   без   приложений   была   направлена\nпосредством   почтовой   связи   в   адрес   ЕСПЧ,   о   чем   сообщено\nадминистративному истцу, а также указано, что приложенные к жалобе\nдокументы на 1182 листах подходят под категорию «посылка», отправка\nкоторой должна осуществляться за счет собственных средств П. \nВ   связи   с получением об   администрации   следственного   изолятора\nуказанного сообщения, П. направил заявление об отзыве из организации\nпочтовой связи формуляра жалобы в связи с тем, что ему были возвращены \n\n159 \nвсе приложения к ней и лист номер 12 формуляра жалобы, без которого она\nне будет принята к производству ЕСПЧ. \nПисьмом   организации   почтовой   связи   в   удовлетворении   заявления\nследственного изолятора об отзыве жалобы П. отказано. \nВпоследствии   в   адрес   П.   из   ЕСПЧ   поступило   письмо,   в   котором\nадминистративному истцу сообщалось о том, что им не были соблюдены\nтребования   Регламента   ЕСПЧ:   не   представлены   документы,   касающиеся\nобжалуемых решений или действий. Вместе с заполненным формуляром\nжалобы судом не получено никаких документов, кроме сопроводительного\nдокумента следственного изолятора. Также П. разъяснено право на подачу\nполной   и   правильно   оформленной   жалобы   с   приложением   всех\nподтверждающих документов. \nС   учетом   приведенных   выше   требований   закона   и   установленных\nсудом   обстоятельств   Судебная   коллегия   по   административным   делам\nВерховного Суда Российской Федерации пришла к выводу о том, что в\nрезультате   оспариваемых   действий   (бездействия)   должностных   лиц\nследственного изолятора было нарушено право административного истца на\nобращение   в   ЕСПЧ;   кроме   того,   указанными   должностными   лицами\nосуществлена цензура жалобы, поданной П., что недопустимо с точки зрения\nзакона. \nПри   этом   учтено,   что   действующее   правовое   регулирование   не\nустанавливает какие-либо ограничения относительно веса корреспонденции,\nнаправляемой   в   силу   требований   закона   за   счет   средств   следственного\nизолятора   подозреваемыми и обвиняемыми в совершении преступлений,\nсодержащимися под стражей, в том числе в адрес ЕСПЧ. \nКроме   того,   ЕСПЧ   неоднократно   указывал   на   недопустимость\nвскрытия и цензуры переписки между судом и заявителями, а также изъятия\nиз нее каких-либо документов. \nВ   этой   связи   Судебная   коллегия   по   административным   делам\nВерховного   Суда   Российской   Федерации   пришла   к   выводу   о   том,   что\nтребования П. являются обоснованными. \nОпределение № 78-КА19-26 \n56. Признание сделки по продаже имущества недействительной\nили ее расторжение означает, что реализация имущества не состоялась,\nа вырученные по сделке средства по общему правилу возвращаются\nдругой стороне. В такой ситуации экономическую выгоду от реализации\nимущества   гражданином   следует   признать   утраченной,   что   в\nсоответствии   со   ст.   41,   209   НК   РФ   свидетельствует   об   отсутствии\nполученного дохода как объекта налогообложения. \n\n160 \nВ   2014   году   Ж.   на   основании   договора   дарения   приобрел   в\nсобственность долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и\nземельный участок. \nВ 2016 году Ж. представил в налоговый орган декларацию, определив\nсумму полученного дохода и исчислив подлежащий уплате налог на доходы\nфизических лиц. \nВ мае 2017 года налоговым органом в отношении Ж. была проведена\nпроверка, по результатам которой было принято решение о привлечении\nадминистративного ответчика к ответственности за совершение налогового\nправонарушения,   предложено   уплатить   недоимку   по   налогу   на   доходы\nфизических лиц и пени. \nМежду тем, в декабре 2017 года вступило в законную силу решение\nсуда,   которым   договор   дарения,   заключенный   Ж.,   признан\nнедействительным, применены последствия недействительности ничтожной\nсделки, прекращено право общей долевой собственности Ж. на названные\nвыше   объекты   недвижимости.   Право   собственности   на   жилой   дом   и\nземельный участок вновь зарегистрировано за дарителем в марте 2018 года. \nВ мае 2018 года налоговый орган обратился в суд с административным\nисковым заявлением о взыскании с Ж. недоимки по налогу на доходы\nфизических лиц за 2014 год. \nРешением   суда   первой   инстанции   в   удовлетворении\nадминистративного искового заявления отказано. При этом суд исходил из\nтого, что с учетом наличия вступившего в законную силу решения суда о\nпризнании договора дарения недействительным и применении последствий\nнедействительности   ничтожной   сделки   Ж.   не   получил   подлежащий\nналогообложению доход   в   смысле,   придаваемом   этому   понятию   в   п.   1\nст. 41 НК РФ. \nСуд   апелляционной   инстанции   отменил   указанное   решение   суда\nпервой   инстанции   и   принял   новое   решение   об   удовлетворении\nадминистративного искового заявления. \nСудебная   коллегия   по   административным   делам   Верховного   Суда\nРоссийской   Федерации   отменила   судебный   акт   суда   апелляционной\nинстанции и оставила в силе решение суда первой инстанции по следующим\nоснованиям. \nВозникновение обязанности по уплате налога связывается с наличием\nобъекта налогообложения, одним из которых является доход (п. 1 ст. 38\nНК РФ). \nВ соответствии со ст. 41 НК РФ, закрепляющей принципы определения\nдоходов,   доходом   признается   экономическая   выгода   в   денежной   или\nнатуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той \n\n161 \nмере,   в   которой   такую   выгоду   можно   оценить,   и   определяемая   в\nсоответствии с главами «Налог на доходы физических лиц», «Налог на\nприбыль организаций» названного кодекса. \nИсходя из предписаний п. 18 1   ст. 217 НК РФ облагаются налогом\nдоходы в денежной и натуральной формах, получаемые физическими лицами\nв порядке дарения недвижимого имущества, транспортных средств, акций,\nдолей,   паев   от   не   имеющих   статус   индивидуального   предпринимателя\nфизических лиц, не являющихся для одаряемого членами семьи и (или)\nблизкими родственниками в соответствии с Семейным кодексом Российской\nФедерации (супругами, родителями и детьми, в том числе усыновителями и\nусыновленными,   дедушкой,   бабушкой   и   внуками,   полнородными   и\nнеполнородными (имеющими общих отца или мать) братьями и сестрами). \nВ   таком   случае   гражданин   обязан   самостоятельно   исчислить   и\nуплатить налог в бюджет (пп. 7 п. 1, п. 2 ст. 228 НК РФ). \nОблагаемым налогом доходом в этом случае по существу выступает\nвменяемая гражданину выгода в виде экономии на расходах по созданию\n(приобретению)   соответствующего   имущества,   являющегося   предметом\nдоговора дарения. \nУчитывая, что на момент предъявления административного иска у Ж.\nотсутствовал   доход   ввиду   признания   судом   договора   дарения\nнедействительным, прекращения его права общей долевой собственности и\nрегистрации   права   собственности   за   дарителем,   суд   первой   инстанции\nпришел   к   правильному   выво","offset":400000,"totalCharacters":441347,"nextOffset":420000,"status":"ready"}