{"ok":true,"document":{"id":"review_485b6672fd6ea6221cad7b8841ddd844084f5e3dc33884a36172b86d271fdc44","title":"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018)","date":"04.07.2018","number":null,"bucket":"sys:practice","sections":[],"source":"vsrf_reviews","sourceUrl":"https://www.vsrf.ru/upload/iblock/777/svzu867sbzorko7rpogitley6rjdg3zo.pdf","textAvailable":true,"ocr":"embedded","originalAvailable":true,"fileRepresentation":"original","ragStatus":"ready","titleStatus":"legacy","warnings":[],"metadataPolicy":"catalog_authoritative","textOrigin":"embedded","url":"https://lexcase.ru/library-prono/public/documents/review_485b6672fd6ea6221cad7b8841ddd844084f5e3dc33884a36172b86d271fdc44","apiUrl":"https://lexcase.ru/api/library-prono/v1/documents/review_485b6672fd6ea6221cad7b8841ddd844084f5e3dc33884a36172b86d271fdc44","fileUrl":"https://lexcase.ru/api/library-prono/v1/documents/review_485b6672fd6ea6221cad7b8841ddd844084f5e3dc33884a36172b86d271fdc44/file"},"text":"ско-правовых отношений \nПрактика договорных органов ООН \nСм. нижеприведенные   Соображения Комитета по правам человека от\n18   июля   2017   г.   по   делу   Н.К.   против   Нидерландов   (сообщение\n№ 2326/2013). \n\n157 \nСм. нижеприведенные   Соображения   Комитета по правам человека от\n13 июля 2017 г. по делу   Петр Гатилов против Российской Федерации \n(сообщение № 2171/2012). \nСм. нижеприведенное   Решение Комитета против пыток от 11 августа\n2017 г. по делу   Рашед Джаидан против Туниса   (сообщение № 654/2015). \nСм. нижеприведенное   Решение   Комитета ООН против пыток от\n31 июля 2017 г. по делу   Ашим Ракишев против Казахстана   (сообщение\n№ 661/2015). \nВ сфере гражданско-процессуальных отношений \nПраво на справедливое судебное разбирательство \nПрактика договорных органов ООН \nКомитет по правам человека \nСоображения   Комитета по правам человека   от 13 июля 2017 г.   по\nделу   Петр   Гатилов   против   Российской   Федерации   (сообщение\n№ 2171/2012). \nТема сообщения :   принудительное выселение из дома и   утрата \nимущества автором сообщения . \nВопрос существа :   неприкосновенность   частной   жизни;   защита \nзакона . \nПравовые   позиции   Комитета:   Комитет   ссылается   на   свое\n[З]амечание общего порядка № 32 (2007) о праве на равенство перед\nсудами и трибуналами и на справедливое судебное разбирательство, в\nкотором он отмечает, что статья 14 [Пакта] «охватывает право доступа в\nсуды» при «определении прав и обязанностей в каком-либо гражданском\nпроцессе…Доступ   к   отправлению   правосудия   должен   действенным\nобразом гарантироваться во всех таких случаях в целях обеспечения того,\nчтобы никакое лицо не было с процессуальной точки зрения лишено\nсвоего права требовать правосудия» 41   (пункт 9.2 Соображений). \nКомитет ссылается на свое [З]амечание общего порядка № 16 (1988)\nо праве   на   личную   жизнь,   в   котором   он   поясняет,   что   «незаконное»\nвмешательство означает, что   «вмешательство вообще не может иметь \n41   См. Замечание общего порядка № 32, пункт 9. \n\n158 \nместа   за   исключением   случаев,   предусмотренных   законом».   Таким\nобразом, сам закон «должен соответствовать положениям, целям и задачам\nПакта», а его применение должно в любом случае быть «обоснованным в\nконкретных обстоятельствах» 42   (пункт 9.3 Соображений). \nОценка Комитетом фактических обстоятельств дела : Комитет\nпринимает к сведению утверждение автора о том, что он не был вызван на\nслушания по вопросу о его выселении и, следовательно, не присутствовал\nна   этих   слушаниях.   В   своих   замечаниях   государство-участник   не\nопровергает того факта, что автор не присутствовал на слушаниях, но и не\nсообщает ничего, что свидетельствовало бы о том, что автор был должным\nобразом уведомлен о необходимости явиться в суд, но не явился…В\nданном случае автору был фактически закрыт доступ к суду в результате\nтого, что ему не было сообщено о слушаниях по вопросу о выселении и он\nна них не присутствовал. Комитет полагает, что в силу этих обстоятельств\nи   в   отсутствие   разъяснения   со   стороны   государства-участника\nотносительно того, почему автор не был уведомлен о дате и времени\nпроведения слушаний о его выселении, государство-участник нарушило\nправа автора, предусмотренные пунктом 1 статьи 14 Пакта (пункт 9.2\nСоображений). \nКомитет…принимает к сведению утверждения автора о том, что он\nбыл незаконно выселен из квартиры, в которой проживал со своей семьей,\nи что во время выселения его личные вещи были переданы частному лицу,\nа затем отправлены на хранение и в итоге утеряны. Государство-участник\nутверждает,   что   выселение   было   проведено   в   соответствии   с\nпостановлением   суда,   и   снимает   с   себя   ответственность   за   утрату\nимущества автора. Таким образом, Комитет должен определить, было ли\nвоспрепятствование осуществлению права автора на неприкосновенность\nжилища со стороны государства произвольным или незаконным (пункт 9.3\nСоображений). \nКомитет   принимает   к   сведению   утверждение   автора   о   том,   что\nнациональное законодательство запрещает выселение без предоставления\nальтернативного   жилья.   Комитет   отмечает,   что   решение   Якутского\nгородского суда от 27 июля 2007 г. содержит аналогичное толкование в\nотношении запрещения выселения без предоставления альтернативного\nжилья.   Кроме   того,   Комитет   отмечает,   что   автор   не   был   вызван   на\nсудебные слушания по вопросу о его выселении, что он даже не находился\nдома во время самого выселения и что его ходатайства о предоставлении\nкомпенсации за утерю имущества были отклонены. Кроме того, так и не\nбыло представлено опровержения относительно утверждений автора о том,\nчто его имущество было передано частному лицу и в конечном итоге \n42   См. Замечание общего порядка № 16, пункт 3. \n\n159 \nутеряно и что ему так и не была выплачена компенсация, хотя он и\nполучил от властей денежную компенсацию взамен предоставления жилья.\nПринимая   во   внимание   также   тот   факт,   что   выселение   автора   было\nпроизведено   без   предоставления   ему   другого   жилья   и   в   нарушение\nнационального законодательства и решения Суда от 27 июля 2007 г.,\nКомитет   считает,   что   в   данных   конкретных   обстоятельствах\nвмешательство государства-участника в осуществление права автора на\nнеприкосновенность жилища носило произвольный и незаконный характер\nи представляло собой нарушение пункта 1 статьи 17 Пакта (пункт 9.4\nСоображений). \nВыводы   Комитета:   представленные…факты   свидетельствуют   о\nнарушении прав автора, предусмотренных пунктом 1 статьи 14 и пунктом\n1 статьи 17 Пакта (пункт 10 Соображений). \nВ соответствии с пунктом 3 а) статьи 2 Пакта государство-участник\nобязано обеспечить автору эффективное средство правовой защиты. Это\nпредполагает   предоставление   государством-участником   полного\nвозмещения лицам, чьи права, предусмотренные Пактом, были нарушены.\nСоответственно,   государство-участник   обязано,   в   частности,   принять\nнадлежащие   меры,   для   того,   чтобы   выплатить   автору   достаточную\nкомпенсацию, в том числе за утерянное имущество, возместить судебные и\nиные   связанные   с   данным   делом   издержки,   а   также   любой   другой\nнанесенный ущерб. Кроме того, государство-участник обязано принять\nмеры для обеспечения того, чтобы аналогичные нарушения не повторялись\nв будущем (пункт 11 Соображений). \nПрактика Европейского Суда по правам человека \nПостановление Европейского Суда по жалобе № 20489/07   «Уруков\nпротив России»   (вынесено и вступило в силу 6 июня 2017 г.), которым\nустановлено   нарушение   пункта   1   статьи   6   Конвенции   в   связи   с\nнеобеспечением   участия   заявителя,   содержащегося   под   стражей,   на\nслушании по гражданскому делу об установлении отцовства в районном\nсуде.\nЗаявитель жаловался, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, на то,\nчто его право на справедливое судебное разбирательство в соответствии с\nпунктом 1 статьи 6 Конвенции было нарушено в связи с отказом суда\nудовлетворить его ходатайство о личном присутствии. \nЕвропейский   Суд   напомнил,   что   «…[н]а   внутригосударственные\nсуды возлагается обязанность, как только им станет известно о том факте,\nчто одна из сторон находится в заключении и не может присутствовать на \n\n160 \nзаседаниях   независимо   от   его   или   ее   желания,   проверить   до   начала\nрассмотрения дела по существу, является ли характер дела таким, чтобы\nтребовать   личных   показаний   стороны,   находящейся   в   заключении,   и\nвыражал   ли   он   или   она   желание   присутствовать.   Если   суды   решат\nобойтись без присутствия стороны, они должны привести   конкретные\nмотивы, по которым они полагают, что отсутствие стороны не нанесет\nущерба   справедливости   разбирательства   в   целом.   Они   обязаны\nрассмотреть все доводы за и против проведения слушаний в отсутствие\nодной   из   сторон,   принимая   во   внимание,   в   частности,   прецедентную\nпрактику Европейского Суда по аналогичным делам и характер спорных\nвопросов, и своевременно известить сторону дела, лишенную свободы, о\nсвоем решении по данному вопросу и его мотивах...\nЕвропейский Суд будет решать вопрос о том, был ли нарушен\nпринцип   справедливого   разбирательства   в   результате   отстранения\nзаявителя,   преимущественно   на   основании   мотивов,   содержащихся   в\nрешениях внутригосударственных судов. Отсутствие или недостаточность\nмотивов   в   решениях   судов   государства-ответчика   не   могут   быть\nвосполнены   с   обратной   силой   в   разбирательствах   перед   Европейским\nСудом, потому что Европейский Суд не может занимать место судов\nстраны,   рассмотревших   вопрос   о   присутствии   стороны   в   судебном\nзаседании... \nАнализ,   который   Европейский   Суд   рассчитывает   выявить   в\nрешениях   внутригосударственных   судов,   должен   выходить   за   рамки\nссылки   на   недостатки   правовой   основы,   делающие   невозможным\nприсутствие стороны дела, находящейся в заключении.   Анализ должен\nстроиться на конкретных мотивах за и против присутствия стороны дела,\nистолкованных в свете требований Конвенции и всех относимых факторов,\nтаких как характер спора и затронутые гражданские права» 43   (пункт 34\nпостановления). \nСуд установил, что «[в] настоящем деле заявитель был стороной\nразбирательства, в котором должно было быть установлено его отцовство.\nОн   отсутствовал   на   слушаниях   в   [судах],   поскольку   в   это   время   он\nсодержался   под   стражей   в   период   предварительного   следствия.\nВ решениях национальных судов не рассматривается вопрос о том, был ли\nхарактер   спора   об   отцовстве   таким,   чтобы   требовалось   присутствие\nзаявителя,   и   могло   ли   его   присутствие   иметь   важное   значение   для\nобеспечения   общей   справедливости   судопроизводства»   (пункт   35\nпостановления). \n43   См.   также   постановление   Европейского   Суда   от   16   февраля   2016   г.   по   делу \n«Евдокимов и другие против России» , жалобы №№ 27236/05 и 10 других жалоб. \n\n161 \nЕвропейский Суд отметил, что «[р]айонный суд отказал заявителю в\nприсутствии на слушаниях только по причине отсутствия в Гражданском\nпроцессуальном   кодексе   особых   правил,   предусматривающих\nосуществление права на личное участие стороной дела, находящейся в\nзаключении…Суд последовательно всякий раз отклонял такой подход со\nстороны российских судов как излишне формалистический, отмечая, что\nотсутствие законоположений о присутствии заключенных на слушаниях не\nможет толковаться как достаточные основания для лишения их права\nприсутствовать.   Ссылка   на   техническую   причину   без   рассмотрения\nвопроса по существу о том, является ли характер спора таковым, чтобы\nтребовалось личное присутствие стороны дела, несовместима с подлинным\nуважением принципа справедливого судебного разбирательства, поскольку\nнельзя ожидать от заявителя принятие на себя удара из-за неспособности\nзаконодателя предусмотреть особую ситуацию находящейся в заключении\nстороны гражданского судопроизводства» (пункт 36 постановления).\nСуд   подчеркнул,   что   «…районный   суд   попытался   ввести\nопределенные   меры,   способные   уменьшить   препятствия,   которые\nвозникли   бы   из-за   отсутствия   заявителя   в   зале   суда.   [Допрос]\nзаключенного под стражу за пределами зала суда согласуется с понятием\nсправедливого судебного разбирательства, при условии, что заключенный\nпод стражу всегда осведомлен о доводах противоположной стороны и\nможет в полной мере и надлежащим образом ответить на них…Заявитель\nбыл опрошен всего один раз, более чем за неделю до слушания, которое\nзавершилось вынесением судебного решения против него. Ему не была\nпредоставлена   возможность   ответить   на   доводы   другой   стороны   или\nоспорить их доказательства. Неспособность обеспечить его эффективное\nучастие в разбирательстве приобретает большее значение в свете того\nфакта, что предыдущее решение районного суда было отменено, поскольку\nотсутствие заявителя, когда он был на свободе, лишило его возможности\nзадать вопросы эксперту-генетику» (пункт 37 постановления).\nСуд пришел к выводу, что «…заявитель не принимал участия в\nпроизводстве   по   обжалованию,   и   что   [суд]   не   оценил   влияние   его\nотсутствия на справедливость разбирательства... Соответственно, имело\nместо   нарушение   пункта 1   статьи 6   Конвенции»   (пункты   38-39\nпостановления). \nПостановление Европейского Суда по жалобам   № 37923/12   и 7\nдругих   «Атакишиева и другие против России»   (вынесено и вступило в\nсилу 30 ноября 2017 г.), которым установлено нарушение пункта 1 статьи 6\nКонвенции в связи с несоблюдением национальными судами принципа \n\n162 \nсостязательности сторон ввиду необеспечения личного участия заявителей\nв судебных заседаниях.\nЗаявители жаловались, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, на\nто,   что   их   право   на   справедливое   судебное   разбирательство   было\nнарушено в связи с тем, что внутригосударственные суды не уведомили их\nсвоевременно и должным образом о заседаниях по гражданским делам,\nсторонами которых они являлись. \nЕвропейский Суд подчеркнул, что «…внутригосударственные суды\nдолжны прилагать разумные усилия для вызова сторон, участвующих в\nделе, на судебное слушание…Кроме того, стороны должны предпринять\nвсе   необходимые   меры   для   обеспечения   эффективного   получения\nкорреспонденции,   которая   может   быть   направлена   им\nвнутригосударственными   судами…[О]тсутствие   или   недостаточность\nоснований   в   решениях   внутригосударственных   судов   касательно\nдоказательств   получения   повесток   заявителями,   а   также   непроведение\nвнутригосударственными   судами   оценки   необходимости   отложить\nслушание, пока заявители не будут должным образом уведомлены, или\nтщательно   проанализировать   характер   их   законных   претензий,   что\nустранило бы необходимость их присутствия, не может быть совершено ex\npost   facto 44   в   рамках   разбирательств   в   Суде,   поскольку   он   не   может\nподменять   собой   национальные   суды,   которым   были   представлены\nдоказательства (пункт 8 постановления). \nСуд   пришел   к   выводу,   что   «…продолжая   рассмотрение   дел\nзаявителей по существу и не предпринимая попыток, чтобы убедиться в\nтом, что заявители были или должны были быть уведомлены о времени и\nместе проведения слушаний, и в случае отсутствия уведомления отложить\nслушания, внутригосударственные суды лишили заявителей возможности\nэффективно   участвовать   в   процессе   рассмотрения   своих   дел   и   не\nвыполнили свои обязательства по соблюдению принципа справедливого\nсудебного   разбирательства,   предусмотренного   статьей   6   Конвенции…\nСоответственно,   данные   жалобы   являются   приемлемыми   и\nсвидетельствуют о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции» (пункты 10–11\nпостановления) 45 . \n44   После совершившегося факта (лат.) \n45 В Верховный Суд Российской Федерации поступил ряд постановлений Европейского\nСуда по правам человека, также содержащих констатацию нарушения пункта 1 статьи 6\nКонвенции   в   связи   с   несоблюдением   национальными   судами   принципа\nсостязательности сторон ввиду необеспечения личного участия заявителей в судебных\nзаседаниях.   Постановления   Европейского   Суда   по   жалобам   №   6511/08,   5048/09,\n9571/09, 16662/09, 21338/09, 34119/09, 1121/10, 11481/10   «Горбуновы и другие против\nРоссии» ; \n\n163 \nВ сфере уголовно-правовых и уголовно-процессуальных отношений \nВопросы выдачи \nПрактика договорных органов ООН \nКомитет против пыток \nРешение   Комитета против пыток от 9 августа 2017 г. по делу   Х.И.\nпротив Швейцарии   (сообщение № 747/2016). \nТема сообщения : экстрадиция в Турцию. \nВопросы   существа:   пытки;   недопустимость   принудительного \nвозвращения. \nПравовые   позиции   Комитета :   целью   такой   оценки 46   является\nопределение того, будет ли лично данному лицу угрожать предсказуемая и\nреальная опасность применения пыток в стране, возвращению в которую\nоно подлежит 47 . Из этого следует, что существование постоянной практики\nгрубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека в какой-либо\nстране само по себе не является достаточной причиной полагать, что тому\nили иному конкретному лицу будет угрожать опасность подвергнуться\nпыткам по возвращении в эту страну; в подтверждение того, что такая\nопасность будет угрожать лично данному лицу, должны быть приведены\nдополнительные основания. Верно и обратное: отсутствие вопиющих и\nсистематических нарушений прав человека не означает, что тому или\nиному лицу в его конкретной ситуации не угрожает применение пыток…\nПри   оценке   этой   опасности   [опасность   применения   пыток   при\nвозвращении   в   Турцию]   Комитет   должен   принять   во   внимание   все\nотносящиеся к делу обстоятельства согласно пункту 2 статьи 3 Конвенции\n[против пыток], включая существование постоянной практики грубых,\nвопиющих или массовых нарушений прав человека (пункт 10.2 Решения). \n№ 636/10, 32116/12, 17581/13, 28826/13, 32029/13, 37126/13, 45064/13, 54123/13   «Ладюк\nи   другие   против   России» ;   №№   1850/10,   7300/12,   18261/13,   50086/13,   16778/14,\n58166/14,   39327/16,   62111/16,   5751/17   «Литвинова   и   другие   против   России»   и\n№ 11930/11,   21081/11,   43178/11,   73971/11,   9159/12,   21641/12,   23796/12,   24614/12 \n«Микрюков и другие против России» . \n46   Комитет должен оценить, имеются ли серьезные основания полагать, что заявителю\nбудет угрожать опасность применения пыток в случае его возвращения в Турцию. \n47   См., в частности, сообщение № 470/2011,   Х. против Швейцарии , Решение, принятое\n24 ноября 2014 г., пункт 7.2. \n\n164 \nКомитет напоминает свое [З]амечание общего порядка № 1, согласно\nкоторому   опасность   применения   пыток   должна   оцениваться   на\nоснованиях,   выходящих   за   рамки   умозрительных   построений   или\nподозрений. Хотя при оценке этого риска не следует брать за основу\nкритерий высокой степени вероятности, риск должен быть личным и\nреальным. Комитет отмечает, что бремя доказывания, как правило, лежит\nна   заявителе,   который   должен   представить   убедительные   аргументы,\nдоказывающие, что ему либо ей грозит предсказуемая, реальная и личная\nопасность 48 . Комитет…напоминает, что в соответствии с положениями\n[З]амечания   общего   порядка   №   1   он   будет   в   значительной   степени\nопираться на заявления по фактической стороне дела, подготовленные\nорганами   соответствующего   государства-участника 49 ,   но   при   этом   не\nсчитает себя связанным такими заключениями и исходит из того, что в\nсоответствии с пунктом 4 статьи 22 Конвенции он правомочен свободно\nоценивать факты с учетом всех обстоятельств по каждому конкретному\nделу (пункт 10.3 Решения). \nОценка Комитетом фактических обстоятельств дела : Комитет\nпринимает   к   сведению   утверждение   заявителя   о   том,   что   имеется\nпредсказуемая, реальная и личная опасность того, что он будет подвергнут\nпыткам в случае его экстрадиции в Турцию, так как он в прошлом уже\nподвергался пыткам во время содержания под стражей по обвинению в\nубийстве, и что его осуждение в 1989 году основывалось на показаниях,\nполученных по принуждению; что запрос об экстрадиции политически\nмотивирован   вследствие   его   курдского   происхождения   и   активной\nподдержки   РПК   его   семьей;   что   его   политическая   принадлежность\nизвестна турецким властям; что турецкие власти обратилось с запросом о\nего экстрадиции лишь более чем через 20 лет после его осуждения, хотя им\nбыло   известно   о   его   местонахождении   в   1992   году;   что   трое   его\nродственников   в   Турции   привлечены   к   уголовной   ответственности   за\nподдержку   РПК;   и   что   членов   его   семьи   расспрашивали   о   его\nместонахождении   при   посещении   ими   Турции.   Комитет…отмечает\nутверждение заявителя о том, что риск применения пыток увеличится,\nпоскольку он совершил побег из тюрьмы в Турции и имеет татуировки в\nвиде   христианского   креста   и   надписи   [с   ненормативной   лексикой].\nКомитет   далее   отмечает,   что   заявителю   был   поставлен   диагноз\nпосттравматического   стрессово","offset":400000,"totalCharacters":500013,"nextOffset":420000,"status":"ready"}