{"ok":true,"document":{"id":"review_6eb59e38a53ab2cbcac718dd7384db0a6c4351901f171ce57dddd35610dbdda4","title":"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2018)","date":"29.03.2018","number":null,"bucket":"sys:practice","sections":[],"source":"vsrf_reviews","sourceUrl":"https://www.vsrf.ru/upload/iblock/1bf/1bf4f0f9e1975c0b1e73aac4a2eb810d.pdf","textAvailable":true,"ocr":"embedded","originalAvailable":true,"fileRepresentation":"original","ragStatus":"ready","titleStatus":"legacy","warnings":[],"metadataPolicy":"catalog_authoritative","textOrigin":"embedded","url":"https://lexcase.ru/library-prono/public/documents/review_6eb59e38a53ab2cbcac718dd7384db0a6c4351901f171ce57dddd35610dbdda4","apiUrl":"https://lexcase.ru/api/library-prono/v1/documents/review_6eb59e38a53ab2cbcac718dd7384db0a6c4351901f171ce57dddd35610dbdda4","fileUrl":"https://lexcase.ru/api/library-prono/v1/documents/review_6eb59e38a53ab2cbcac718dd7384db0a6c4351901f171ce57dddd35610dbdda4/file"},"text":"одимыми\nсредствами правовой защиты от нарушений прав человека, защищаемых\nстатьей 7 Пакта 45 (пункт 8.3 Соображения). \nКомитет отмечает, что на государство-участник возложено\nобязательство соблюдать определенные минимальные стандарты\nобращения с заключенными, включая оказание медицинской помощи и\nобеспечение ухода за больным заключенным, что предусмотрено правилом\n24 Минимальных стандартных правил Организации Объединенных Наций\nв отношении обращения с заключенными (Правила Нельсона Манделы).\nИз представленной автором информации очевидно, что следственные\nизоляторы, тюрьмы и медицинские пункты, где автор содержался после\nсуда, не приспособлены к нуждам инвалида, который может передвигаться\nтолько в инвалидной коляске (пункт 8.7 Соображения). \n45 См. Замечания общего порядка Комитета № 20 (1992 год) о запрещении пыток или \nжестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания, \nпункт 14, и № 31 (2004 год) о характере общего юридического обязательства, \nналагаемого на государства – участники Пакта, пункт 18. \n\n146 \nОценка Комитетом фактических обстоятельств дела : Комитет\nпринимает во внимание утверждения автора о том, что он неоднократно\nподвергался пыткам и иным видам жестокого обращения. Комитет\nотмечает, что автор сообщал о применении пыток как в ходе своего\nпервого официального допроса, состоявшегося 7 февраля 2009 г., так и в\nтечение всего судебного разбирательства. Комитет отмечает…, что автор и\nего тетя представили в прокуратуру и суды конкретные доказательства\nпыток, примененных к автору сотрудниками правоохранительных органов,\nв частности повреждения ног, однако по его утверждениям о пытках так и\nне было проведено надлежащего расследования. Комитет считает, что в\nобстоятельствах данного дела и, в частности, в свете неспособности\nгосударства-участника объяснить многочисленные случаи\nпредполагаемого неправомерного обращения утверждения автора следует\nсчесть достаточно вескими (пункт 8.2 Соображения). \nКомитет подчеркивает два эпизода из многочисленных\nутверждений автора. Во-первых, автор жаловался на пытки, якобы\nпримененные в ходе его первоначального допроса 7 февраля 2009 г., с\nтем чтобы заставить его признать свою вину. Комитет отмечает\nутверждения автора о том, что его избивали и не разрешали\nпользоваться инвалидной коляской. Автор заявляет, что он немедленно\nподал соответствующую жалобу. Согласно копиям ответов властей от\n20 марта 2009 г. 46 , они просто отклонили утверждения автора, не \nпредставив никаких разъяснений и не проведя официального \nрасследования. 10 апреля 2009 г. прокуратура направила аналогичное \nписьмо, вновь без объя снений отклонив утверждения автора 47 . Кроме \nтого, 23 апреля 2009 г. ходатайство автора о расследовании \nутверждений о применении пыток было отклонено следственным \nуправлением Комитета национальной безопасности также без \nсообщения какой - либо информации или ра зъяснения причин \nотклонения. Наконец, просьба автора расследовать утверждения о \nприменении пыток была отклонена следственным управлением \nКомитета по городу Астане в письме от 20 ноября 2009 г. (пункт 8.3 \nСоображения). \nВо-вторых, как признало государство-участник, ряд жалоб автора,\nнапример представления от 25 сентября 2009 г. и 21 октября 2009 г., были\nпереданы в суд для рассмотрения его утверждений… [В] случае подачи\nжалобы на неправомерное обращение, противоречащее статье 7 [Пакта],\nгосударство должно провести оперативное и беспристрастное\nрасследование. Однако вместо того, чтобы провести оперативное и\nбеспристрастное расследование по заявлениям автора о применении\nпыток, суд просто допросил одного из следователей, который отрицал \n46 Письмо от Департамента Комитета национальной безопасности по городу Астане. \n47 Письмо заместителя прокурора города Астаны. \n\n147 \nсовершение каких-либо противоправных действий в отношении автора.\nКомитет отмечает, что материалы дела не позволяют ему сделать вывод о\nтом, что по утверждениям о применении пыток было проведено\nоперативное и беспристрастное расследование, несмотря на ряд\nдостоверных жалоб со стороны самого автора и его тети. В отсутствие\nлюбой другой актуальной информации и с учетом обстоятельств данного\nдела Комитет делает вывод о том, что представленные ему факты\nсвидетельствуют о нарушении прав автора, закрепленных в статье 7 Пакта,\nрассматриваемой отдельно в совокупности с пунктом 3 статьи 2 [Пакта]\n(пункт 8.4 Соображения). \nГосударство-участник оспорило утверждения [автора] 48 , заявив,\nчто автор получал медико-санитарное обслуживание, когда оно ему\nбыло необходимо, и что следственные изоляторы и тюрьмы\nрасполагают необходимым персоналом, оборудованием и\nпомещениями, отвечающими потребностям инвалидов. Протоколы\nсвидетельствуют о том, что из-за своей инвалидности автор нуждается\nв специальном медицинском уходе. Кроме того, автор нуждался в\nпомощи, чтобы сходить в туалет и принять душ, а также лечении его\nдавних проблем со здоровьем, таких как постоянные пролежни\n(пункт 8.6 Соображения). \nКомитет отмечает далее заявления автора о том, что его\nоставляли в камере одного, при этом он не имел возможности чем-\nлибо заниматься, что привело к образованию на его теле\nмногочисленных пролежней. Автор не мог передвигаться\nсамостоятельно, и ему не оказывалась постоянная помощь даже для\nудовлетворения самых базовых потребностей. Комитет отмечает далее,\nчто, несмотря на несколько осмотров врачами-специалистами\nпенитенциарной системы, он не получал лечения, соответствующего\nсостоянию его здоровья, и что он продолжал страдать от отсутствия\nнеобходимого ему специализированного медико-санитарного\nобслуживания и медикаментов. На основании представленной ему\nинформации Комитет делает вывод о том, что помещение автора в\nподобные условия представляет собой нарушение его права на\nгуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой\nличности, закрепленное в пункте 1 статьи 10 Пакта 49 (пункт 8.7\nСоображения). \n48 Автор ссылался на отсутствие в условиях заключения надлежащей медицинской\nпомощи к нарушению его прав, закрепленных в пункте 1 статьи 10 Пакта. Также\nавтор жаловался, что здание суда, следственные изоляторы и тюрьмы не\nоборудованы для обеспечения доступности для инвалидов и что ему неоднократно\nотказывали в медицинской помощи. \n49 См., например, сообщения № 695/1993, Симпсон против Ямайки , Соображения,\nпринятые 31 октября 2001 г . , пункт 7.2; № 590/1994, Беннет против Ямайки , \nСоображения, принят ые 25 марта 1999 г . , пункты 10.7 – 10.8; № 704/1996, Шоу против \n\n148 \nВыводы Комитета: факты свидетельствуют о нарушении прав\nавтора, закрепленных в статье 7, рассматриваемой отдельно и в\nсовокупности с пунктом 3 статьи 2, и пункте 1 статьи 10 Пакта\n(пункт 9 Соображения). \nСообщение : Алимжон Сайдаров, Аваз Давудов, Эркин Василов\nи Хикматилло Эрбабаев против Кыргызстана . Сообщение № 2359/2014.\nСоображения приняты Комитетом по правам человека (далее – Комитет)\n17 марта 2017 г. \nТема сообщения : произвольное задержание; пытки. \nВопросы существа: пытки – оперативное и беспристрастное\nрасследование; произвольный арест – задержание; дискриминация по\nпризнаку национального, этнического или социального происхождения;\nсправедливое судебное разбирательство – юридическая помощь. \nПравовые позиции Комитета : после подачи жалобы в\nотношении неправильного обращения в нарушение статьи 7\nгосударство-участник должно безотлагательно и беспристрастно\nрасследовать эту жалобу 50 (пункт 7.2 Соображения). \nКомитет напоминает свое [З]амечание общего порядка № 35 (2014) о\nсвободе и личной неприкосновенности, в котором он указывает, что арест\nпо смыслу статьи 9 не обязательно предполагает официальный арест, как\nэто определяется согласно внутреннему законодательству (пункт 7.3\nСоображения). \nОценка Комитетом фактических обстоятельств дела : согласно\nутверждениям авторов их родственники подали жалобы в национальные\nорганы, в которых заявляли о пытках и других формах жестокого\nобращения. Помимо этого, г-н Эрбабаев в ходе судебного заседания\nпожаловался на то, что сотрудники Службы национальной безопасности\nего пытали, и это заявление четко зафиксировано в протоколе судебного\nзаседания. Несмотря на эти жалобы, ни суды, ни соответствующие\nместные органы власти, включая прокуратуру, не провели\nбезотлагательное и беспристрастное расследование. Помимо этого,\nгосударство-участник в своих замечаниях также оставило без внимания\nжалобы и утверждения, изложенные авторами в их сообщении. В этих\nобстоятельствах должное значение должно придаваться утверждениям\nавторов (пункт 7.2 Соображения). \nКомитет…принимает во внимание жалобы авторов по пункту 1\nстатьи 9 Пакта на то, что сотрудники Службы национальной \nЯмайки , Соображения, принятые 2 апреля 1998 г . , пункт 7.1; и № 734/1997, Маклеод \nпротив Ямайки , Соображения, принятые 31 марта 1998 г . , пункт 6.4. \n50 См. Замечание общего порядка № 20 (1992) о запрещении пыток или жестокого,\nбесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания, пункт 14. \n\n149 \nбезопасности их произвольно задерживали без первоначальной\nрегистрации их задержания и сначала опрашивали в качестве\nсвидетелей. Авторы также утверждают, что их первоначальное\nзадержание носило произвольный характер и что их следовало\nосвободить до суда… В отсутствие каких-либо соответствующих\nразъяснений со стороны государства-участника по поводу\nутверждений авторов о произвольном задержании Комитет считает,\nчто права авторов по пункту 1 статьи 9 Пакта были нарушены\n(пункт 7.3 Соображения). \nВыводы Комитета: факты свидетельствуют о нарушении\nгосударством-участником прав авторов по статье 7, рассматриваемой в\nсовокупности с пунктом 3 статьи 2 и пунктом 1 статьи 9 Пакта (пункт 8\nСоображения). \nПрактика Европейского Суда по правам человека \nПостановление Европейского Суда по жалобе № 22495/08 «Мукаев\nпротив России» (вынесено 14 марта 217 г., вступило в силу 18 сентября\n2017 г.), которым установлено нарушение статьи 3 Конвенции в связи с\nжестоким обращением с Мукаевым А.М. и необеспечением эффективного\nрасследования по данному факту. \nУстановлено также нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции - в связи\nс необеспечением справедливости судопроизводства по уголовному делу\nзаявителя. \nЗаявитель жаловался , ссылаясь на статью 3 Конвенции, что\nподвергся жестокому обращению со стороны сотрудников\nправоохранительных органов и что в отношении его жалобы не было\nпроведено надлежащего расследования. \nЕвропейский Суд напомнил, что «в случае, если события по делу\nполностью или по большей части находятся в сфере исключительной\nосведомленности органов власти, как в случаях нахождения лиц под\nстражей под их контролем, возникают обоснованные фактические\nпрезумпции в отношении телесных повреждений, которые возникают в\nпериод нахождения под стражей. В указанном случае Власти несут бремя\nдоказывания по предоставлению убедительных и достаточных пояснений и\nдоказательств, способных поставить под сомнение ту версию событий,\nкоторая была изложена жертвой. В случае отсутствия такого объяснения\nСуд может сделать неблагоприятные выводы в отношении Властей.\nПодобный подход обусловлен особо уязвимым положением лиц,\nнаходящихся в заключении, и возложенной на органы государственной\nвласти обязанностью по их защите» (пункт 66 постановления). \nСуд установил нарушение материального аспекта статьи 3\nКонвенции в связи с тем, что «акты насилия, которым заявитель\nнеоднократно подвергался в период содержания под стражей в милиции и \n\n150 \nкоторые преследовали цель получения его признания, представляли собой\nпытки» (пункты 70-71 постановления). \nВ отношении расследования утверждений заявителя о жестоком\nобращении, Европейский Суд отметил, что «в контексте российской\nправовой системы в случаях достоверных утверждений об обращении,\nзапрещенном в соответствии со статьей 3 Конвенции, органы власти\nобязаны возбуждать уголовное дело и проводить надлежащее уголовное\nрасследование, в ходе которого проводится ряд следственных мероприятий\nи которое является эффективным средством правовой защиты для\nпотерпевших, подвергшихся жестокому обращению со стороны\nсотрудников милиции, в соответствии с национальным законодательством.\nСам факт отказа следственного органа от возбуждения уголовного\nрасследования в отношении заслуживающих доверия заявлений о\nсерьезном жестоком обращении со стороны сотрудников милиции при\nсодержании под стражей свидетельствует о том, что государство не\nвыполняет свое обязательство по статье 3 Конвенции о проведении\nнадлежащего расследования» (пункт 74 постановления). \nСуд подчеркнул, что «[с]ледственный орган провел\nпредварительную проверку и решил, что в действиях сотрудников\nмилиции отсутствуют признаки состава преступления. На этом основании\nон отказался проводить уголовное расследование. В общей сложности\nбыло вынесено шесть таких решений. Решения неоднократно отменялись\nконтролирующими органами как необоснованные, незаконные или\nоснованные на данных незавершенной проверки. Эти органы власти\nнеоднократно отмечали, что следователи, ответственные за рассмотрение\nжалобы заявителя, не соблюдали свои ранее выданные инструкции. Это\nбыло подтверждено выводом национального суда о том, что следователи\nне приняли всех мер, необходимых для установления соответствующих\nфактов» (пункт 75 постановления). \nЕвропейский Суд пришел к выводу, что «отказ в возбуждении\nуголовного дела в отношении заслуживающих доверия утверждений\nзаявителя о жестоком обращении со стороны сотрудников милиции\nпредставлял собой нарушение обязательства о проведении надлежащего\nрасследования, как того требует статья 3 Конвенции… Следовательно,\nимело место нарушение статьи 3 Конвенции в ее процессуальном аспекте»\n(пункты 76-77 постановления). \nЗаявитель также жаловался на несправедливость уголовного\nсудопроизводства в отношении него по статье 6 Конвенции. В частности,\nон утверждал, что национальные суды полагались на признание, которое\nон сделал исключительно под принуждением, и что он был лишен права на\nзащиту посредством получения правовой помощи по собственному\nвыбору. \nЕвропейский Суд подчеркнул, что «[о]собые соображения касаются\nиспользования в уголовном судопроизводстве доказательств, полученных \n\n151 \nв нарушение статьи 3 Конвенции. Использование таких доказательств,\nобеспеченных в результате нарушения одного из основных и абсолютных\nправ, гарантированных Конвенцией, всегда поднимает серьезные вопросы\nо справедливости разбирательства, даже если признание таких\nдоказательств не имеет решающего значения для обеспечения признания\nвины» (пункт 84 постановления). \nСуд установил, что «самоизобличительные показания, данные\nзаявителем после его задержания и помещения под стражу в милиции,\nсоставляли часть доказательств, выдвинутых против него. Суд первой\nинстанции и апелляционный суд не сочли эти показания неприемлемыми и\nссылались на них при признании заявителя виновным и его осуждении»\n(пункт 86 постановления). \nЕвропейский Суд заключил, что «независимо от влияния показаний\nзаявителя, полученных под пыткой, на исход уголовного разбирательства в\nотношении него, такие доказательства сделали уголовное разбирательство\nнесправедливым. Соответственно, имело место нарушение пункта 1\nстатьи 6 Конвенции» (пункт 88 постановления). \nПраво на свободу и личную неприкосновенность \nПрактика договорных органов ООН \nСм. вышеприведенное Соображения Комитета по правам человека по\nделу Алимжон Сайдаров, Аваз Давудов, Эркин Василов и Хикматилло\nЭрбабаев против Кыргызстана . Сообщение № 2359/2014. Приняты\n17 марта 2017 г. \nПрактика Европейского Суда по правам человека \nПостановление Европейского Суда по жалобе № 35878/08 «Панов\nпротив России» (вынесено и вступило в силу 15 ноября 2016 г.), которым\nустановлено нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с\nнерассмотрением судом жалобы заявителя на постановление о заключении\nпод стражу. \nЗаявитель жаловался на нерассмотрение его кассационной жалобы\nна постановление о продлении срока содержания под стражей от\n16 октября 2007 г. \nЕвропейский Суд принял к сведению довод Властей о том, что\n«22 октября 2007 года городской суд рассмотрел одновременно\nкассационные жалобы заявителя на оба постановления о продлении срока\nсодержания под стражей, от 6 сентября и от 16 октября 2007 года… [В]\nсвоем постановлении от 22 октября 2007 года городской суд не ссылается\nотдельно на постановление о продлении срока содержания под стражей от\n16 октября 2007 года, ссылаясь исключительно, в том числе в\nрезолютивной части решения, на постановление о продлении срока \n\n152 \nсодержания под стражей от 6 сентября 2007 года. Кроме того, в своем\nписьме от 22 августа 2008 года городской суд признал ошибку и уведомил\nзаявителя, что его кассационная жалоба в отношении постановления о\nпродлении срока содержания под стражей от 16 октября 2007 года была\nпотеряна и что в районный суд поступило требование о проведении\nнеобходимых процедурных действий для обеспечения рассмотрения его\nжалобы. Однако дальнейшей информации о результате этого производства\nпредоставлено не было…[К]ассационная жалоба заявителя на\nпостановление о продлении срока содержания под стражей от 16 октября\n2007 года не была рассмотрена национальными судами» (пункты 16–17\nпостановления). \nЕвропейский Суд заключил, что «если внутригосударственное\nзаконодательство предусматривает систему пересмотра в порядке\nкассации, кассационный суд должен также соблюдать требования пункта 4\nстатьи 5 Конвенции… Таким образом… нерассмотрение органами власти\nкассационной жалобы заявителя на постановление о продлении срока\nсодержания под стражей от 16 октября 2007 года лишило заявителя права\nна пересмотр законности его содержания под стражей и являлось\nнарушением пункта 4 статьи 5 Конвенции» (пункт 19 постановления). \nПраво на справедливое судебное разбирательство \nПрактика Европейского Суда по правам человека \nСм. вышеприведенные постановления Европейского Суда по\nжалобам № 22495/08 «Мукаев против России» (вынесено 14 марта 217 г.,\nвступило в силу 18 сентября 2017 г.) и № 4998/08 и 4 другие жалобы \n«Потехин и другие против России» (вынесено и вступило в силу\n3 ноября 2016 г.). \nТексты приведенных документов, принятых договорными органами\nООН, находятся по адресу: \nhttp://www.ohchr.org/EN/HRBodies/Pages/TreatyBodies.aspx. \nНеофициальный перевод текстов постановлений (решений)\nЕвропейского Суда по правам человека получен из Аппарата\nУполномоченного Российской Федерации при Европейском Суде по правам\nчеловека – заместителя Министра юстиции Российской Федерации. \nВ текстах в основном сохранены стиль, пунктуация и орфография\nавторов перевода.","offset":400000,"totalCharacters":419885,"nextOffset":null,"status":"ready"}