01.11.1995
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 11 1995 года Опубликовано: 01.11.1995 Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Решение суда по иску о восстановлении на работе отменено ввиду неисследованности обстоятельств дела (Извлечение) 1. Решение суда по иску о восстановлении на работе отменено ввиду неисследованности обстоятельств дела (И з в л е ч е н и е) Е. 15 февраля 1995 г. обратился в суд с иском к администрации г. Челябинска и администрации Челябинской области о восстановлении на работе, взыскании оплаты за время вынужденного прогула и возмещении морального вреда. В обоснование иска он указал, что по контракту с администрацией г. Челябинска работал заместителем главы администрации города, а затем - первым заместителем, с должности которого незаконно был уволен с 30 января 1995 г. по постановлению главы администрации области от 30 января 1995 г. и затем по распоряжению главы администрации города от 8 февраля 1995 г. со ссылкой на ч. 2 ст. 254 КЗоТ РФ и Указ Президента Российской Федерации от 4 апреля 1992 г. "О борьбе с коррупцией в системе государственной службы". Незаконность освобождения от занимаемой должности, по мнению истца, заключается в том, что он не совершал действий, предусмотренных упомянутым Указом, да и Указ на него вообще не распространяется, поскольку он не является служащим государственного аппарата, а работает по контракту в органе местного самоуправления, каковым является администрация г. Челябинска, вопросы приема и увольнения первого заместителя главы администрации города относятся к компетенции главы администрации города, и глава администрации области не имел права издавать такого постановления. Решением Челябинского областного суда в иске Е. отказано. В кассационных жалобах истец Е. и его представитель, сославшись на необоснованное распространение названного Указа на истца, не являющегося государственным служащим, на нарушение процедуры увольнения, произведенного фактически по постановлению главы администрации области, поставили вопрос об отмене решения и направлении дела на новое судебное рассмотрение. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 26 июля 1995 г. решение отменила по следующим основаниям. Отказывая Е. в иске, суд исходил из того, что он являлся государственным служащим, в течение 1992-1994 гг. находился в коррумпированных связях с иностранными фирмами, их представителями Левиантом и Сегалом, оказывал им не предусмотренное законом содействие в осуществлении предпринимательской деятельности, получая за это вознаграждение, услуги, и в соответствии со ст. 2 Указа Президента Российской Федерации от 4 апреля 1992 г. "О борьбе с коррупцией в системе государственной службы" и ч. 2 ст. 254 КЗоТ РФ мог быть освобожден от занимаемой должности первого заместителя главы администрации г. Челябинска. Однако с таким выводом согласиться нельзя, поскольку вопреки требованиям ст. ст. 50, 56 ГПК РСФСР он сделан без принятия необходимых мер для выяснения действительных обстоятельств дела, прав и обязанностей сторон, без всесторонней, полной и объективной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, без учета норм материального права. Действительно, согласно ст. 2 Указа Президента Российской Федерации от 4 апреля 1992 г. "О борьбе с коррупцией в системе государственной службы", служащие государственного аппарата за нарушение запрета оказывать любое, не предусмотренное законом содействие физическим и юридическим лицам с использованием своего служебного положения в осуществлении предпринимательской деятельности и получать за это вознаграждение, услуги и льготы наряду с другой предусмотренной законом ответственностью подлежат освобождению от занимаемой должности. Это не означает, что служащие иных органов не могут быть освобождены от должности за совершение подобных действий, но такое увольнение должно производиться не в соответствии с названным Указом, а по предусмотренным трудовым законодательством основаниям с соблюдением всех предусмотренных им условий. Делая вывод о том, что Е. - служащий государственного аппарата, суд не учел положения Закона Российской Федерации от 6 июля 1991 г. (с последующими изменениями и дополнениями) "О местном самоуправлении в Российской Федерации", указов Президента Российской Федерации от 22 октября 1993 г. "Об основных началах организации государственной власти в субъектах Российской Федерации", от 26 октября 1993 г. "О реформе местного самоуправления в Российской Федерации", ст. ст. 11, 12, 131 Конституции Российской Федерации, согласно которым администрация городов (за исключением администраций городов Москвы и Санкт-Петербурга) относится к органам местного самоуправления, не входящим в систему органов государственной власти. В решении суд указал, что в соответствии с постановлением главы администрации области от 16 ноября 1994 г. и утвержденного им Положения о главе администрации города, района Челябинской области глава администрации города, района до формирования органов местного самоуправления входят в единую систему исполнительной власти в области, назначается на должность и освобождается главой администрации области и несет ответственность за деятельность руководимого им органа исполнительной власти города; органы местного самоуправления в области не образованы, структура их не определена. Однако указанные обстоятельства не могут изменить установленного Конституцией РФ и другим законодательством правового положения администраций городов и районов, не дают оснований относить работников аппарата этих органов, назначаемых и освобождаемых от должности самим главой соответствующей администрации, к государственным служащим. В решении суд также указал, что Е. оказывал незаконное содействие иностранным предпринимателям и до принятия Указа Президента Российской Федерации от 26 октября 1993 г. "О реформе местного самоуправления в Российской Федерации" и Конституции РФ от 12 декабря 1993 г. Однако при этом суд не учел, что правовое положение Е. следовало определять по законодательству, действующему на день освобождения его от должности. В обоснование вины Е. в совершении незаконных действий суд сослался на материалы уголовного дела, возбужденного в отношении Сегала, его показания при производстве предварительного следствия. Однако при этом не учтено, что в соответствии со ст. 146 ГПК РСФСР суд обязан был непосредственно исследовать доказательства по делу, в частности заслушать показания свидетелей. Сегал же по настоящему делу в качестве свидетеля не допрашивался. Суд не дал надлежащей оценки и доводам истца о незаконности постановления главы администрации области, не правомочного решать вопрос об освобождении от должности первого заместителя главы администрации города. При таких обстоятельствах решение нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение. Право ведомства на повторное заселение освободившейся жилой площади в порядке ст. 45 ЖК РСФСР утрачивается, если жилое помещение в установленном законом порядке передано в муниципальную собственность (Извлечение) 2. Право ведомства на повторное заселение освободившейся жилой площади в порядке ст. 45 ЖК РСФСР утрачивается, если жилое помещение в установленном законом порядке передано в муниципальную собственность (И з в л е ч е н и е) Кардабовский обратился в суд с иском к супругам Смирновым о выселении из квартиры, сославшись на то, что жилая площадь распределена его семье на основании ордера, однако ответчики вселились в квартиру и отказались ее освободить. По объяснениям ответчиков, жилая площадь предоставлена им предприятием в порядке реализации права на повторное заселение квартиры после освобождения ее работником предприятия. Решением Грязовецкого районного народного суда Вологодской области (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Вологодского областного суда, постановлением президиума Вологодского областного суда) в иске отказано. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений по тем мотивам, что собственником жилого помещения является администрация города, которая вправе им распорядиться по своему усмотрению. Предприятие, в котором работает Смирнов, права повторного заселения не имеет, поскольку правила ст. 45 ЖК РСФСР противоречат Закону Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. "Об основах федеральной жилищной политики", установившему право собственника по распоряжению жильем. При передаче предприятием жилых помещений в 1988 году на баланс жилищно-коммунального хозяйства городского Совета право повторного заселения не оговаривалось, и поэтому такого права в настоящее время у предприятия не имеется. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 3 июля 1995 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. Как видно из дела, жилой дом, в котором находится спорная квартира, принят в эксплуатацию в 1980 году, находился на балансе ПМК-809 (впоследствии АОЗТ "Зодчий") и относился к ведомственному фонду. Квартира была заселена работником предприятия. В 1988 году дом передан на баланс жилищно-коммунального хозяйства. В 1994 году в связи со смертью прежнего нанимателя АОЗТ "Зодчий" приняло решение о распределении освободившейся квартиры семье Смирнова, и тот в квартиру вселился. Принимая решение по спору, народный суд исходил из того, что право повторного заселения, предусмотренное ст. 45 ЖК РСФСР, сохраняется за АОЗТ "Зодчий" независимо от того, что жилой дом стал муниципальной собственностью. При передаче дома на баланс городского Совета ПМК-809 являлось государственным предприятием, и изменение формы собственности в связи с преобразованием в акционерное общество "Зодчий", по мнению суда, не означает, что названное право им утрачено. Суд счел, что предусмотренное в ст. 45 ЖК РСФСР право предприятия на повторное заселение жилья, переданного им исполнительному комитету местного Совета, не противоречит Закону Российской Федерации "Об основах федеральной жилищной политики". С таким выводом суда согласиться нельзя. В соответствии со ст. 6 названного Закона собственник недвижимости в жилищной сфере либо ее части имеет право в порядке, установленном законодательством, владеть, пользоваться и распоряжаться ею, в том числе сдавать внаем, в аренду, отдавать в залог в целом и по частям, продавать, видоизменять, перестраивать или сносить, совершать иные действия, если при этом не нарушаются действующие нормы, жилищные, иные права и свободы других граждан, а также общественные интересы. Таким образом, в Федеральном законе определено, что собственник жилья, в том числе находящегося в муниципальной собственности, вправе им распоряжаться по своему усмотрению. Если жилой фонд предприятия, ранее переданный в эксплуатацию жилищно-коммунальному хозяйству местного Совета, стал муниципальной собственностью, то администрация города вправе распорядиться этим фондом. Право повторного заселения жилых помещений, переданных исполнительным комитетам местных Советов, предусмотренное в ст. 45 ЖК РСФСР, предприятием утрачивается, на что правильно обращено внимание в протесте прокурора. Тем не менее необходимо указать следующее. Право предприятия на повторное заселение утрачивается, если жилой фонд, находящийся на балансе организаций жилищно-коммунального хозяйства местного Совета, передан в муниципальную собственность в установленном законом порядке. Вместе с тем в деле нет данных о том, что жилой дом, по поводу которого возник спор, стал собственностью города в порядке, определенном законом, и суд не исследовал обстоятельства, связанные с изменением отношений собственности, хотя они имеют существенное значение для дела. Так, в ст. 7 Закона Российской Федерации "Об основах федеральной жилищной политики" предусмотрено, что муниципальный жилищный фонд состоит из фонда, являющегося собственностью района, города, а также ведомственного фонда, находящегося в полном хозяйственном ведении муниципальных предприятий или оперативном управлении муниципальных учреждений. Из содержания этой нормы следует, что в составе муниципального жилищного фонда может находиться ведомственный фонд, который был передан в эксплуатацию жилищным организациям местных Советов в порядке, установленном ранее действовавшим законодательством. Жилые помещения в этом фонде предоставляются гражданам с учетом требований ст. 45 ЖК РСФСР о праве предприятия на повторное заселение жилья, переданного исполкому местного Совета, поскольку муниципальной собственностью они не являются. В деле имеется постановление администрации Вологодской области от 7 декабря 1993 г. N 651 "О передаче ведомственного жилищного фонда в муниципальную собственность", в котором предлагалось главам администраций городов и районов области в срок до 1 января 1994 г. представить в комитет по управлению имуществом области графики очередности приема в муниципальную собственность ведомственного жилищного фонда. Данное постановление принято в связи с приватизацией государственных предприятий и на основании Указа Президента Российской Федерации от 10 января 1993 г. "Об использовании объектов социально-культурного и коммунально-бытового назначения приватизируемых предприятий". Между тем в ст. 1 Указа Президента Российской Федерации постановлено, что при приватизации предприятий, находящихся в федеральной (государственной) собственности, по решению их трудовых коллективов в состав приватизируемого имущества могут быть включены находящиеся на балансе приватизируемого предприятия объекты социально-культурного и коммунально-бытового назначения, за исключением перечня объектов, в том числе жилищного фонда и обслуживающих его жилищно-эксплуатационных и ремонтно-строительных подразделений. Объекты, указанные в перечне (до проведения процедуры разграничения собственности), относятся к федеральной (государственной) собственности и находятся в ведении администрации по месту расположения объекта. Как видно из содержания Указа Президента Российской Федерации, жилищный фонд исключен из состава объектов социально-культурного и коммунально-бытового назначения, подлежащих приватизации. Кроме того, Указ не регулирует отношений по передаче жилищного фонда в муниципальную собственность. Вопросы передачи жилищного фонда в муниципальную собственность регулируются в пп. 2, 5 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность" и приложении N 3 к данному постановлению. В этих нормах, в частности, определено, что объекты государственной собственности (жилищный и нежилой фонд, находящийся в управлении исполнительных органов местных Советов (местной администрации), в том числе здания и строения, ранее переданные ими в ведение (на баланс) другим юридическим лицам), независимо от того, на чьем балансе они находятся, передаются в муниципальную собственность городов (кроме городов районного подчинения) и районов (кроме районов в городах). Оформление передачи этих объектов в муниципальную собственность осуществляется в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации. Для разрешения спора, связанного с правом повторного заселения жилых помещений, суду важно выяснить вопросы относительно соблюдения порядка передачи жилищного фонда в муниципальную собственность. Существенные для дела обстоятельства судом не исследованы и допущена ошибка в применении норм материального права, поэтому принятые постановления подлежат отмене. Лицо, ходатайствующее о признании его беженцем, не должно представлять доказательства вынужденности выезда с постоянного места жительства, а обязано лишь сообщать соответствующим органам государственного управления сведения, необходимые для рассмотрения у 3. Лицо, ходатайствующее о признании его беженцем, не должно представлять доказательства вынужденности выезда с постоянного места жительства, а обязано лишь сообщать соответствующим органам государственного управления сведения, необходимые для рассмотрения указанного ходатайства. Закон не связывает признание лица беженцем с наличием у него близких родственников по месту его предполагаемого жительства (И з в л е ч е н и е) Какулия обратился в суд с жалобой на отказ миграционной службы Краснодарского края предоставить ему статус беженца. Он сослался на то, что в 1993 году в связи с межнациональными разногласиями был вынужден выехать из Республики Абхазия, где проживал, в Краснодарский край к родственникам жены. В июле 1993 г. он обратился в миграционную службу с ходатайством о предоставлении статуса беженца, однако в этом ему было отказано. Решением Октябрьского районного народного суда г. Краснодара (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Краснодарского краевого суда) в удовлетворении жалобы Какулии отказано. Постановлением президиума Краснодарского краевого суда отклонен принесенный в порядке надзора на судебные постановления протест заместителя Генерального прокурора РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 7 августа 1995 г. по протесту заместителя Генерального прокурора РФ судебные постановления отменила по следующим основаниям. Статья 1 Закона Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. "О беженцах" содержит определение понятия "беженец". Таковым является лицо, прибывшее или желающее прибыть на территорию Российской Федерации, не имеющее гражданства Российской Федерации, которое было вынуждено или имеет намерение покинуть место своего постоянного жительства на территории другого государства вследствие совершенного в отношении него насилия или преследования в иных формах либо реальной опасности подвергнуться насилию или иному преследованию по признаку расовой или национальной принадлежности, вероисповедания, языка, а также принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений. Принимая решение по делу, суд исходил из того, что в соответствии со ст. 1 данного Закона обязательным условием для признания гражданина беженцем служит то обстоятельство, что оставление места жительства было вынужденным вследствие совершения в отношении него насильственных действий либо наличия реальной угрозы его жизни. Эти обстоятельства заявителем не доказаны. Место своего постоянного проживания в г. Гагры Какулия оставил после прекращения в Абхазии военных действий. Сообщения в печати и радио опровергают доводы заявителя о продолжающихся погромах и разбоях в отношении лиц грузинской национальности. Кроме того, как указал народный суд, для признания гражданина беженцем в Краснодарском крае необходимо представление данных о наличии в крае близких родственников, имеющих постоянную прописку. Эти требования, установленные постановлениями и решениями правительства и руководства края, не противоречат республиканскому законодательству. Какулия на территории края близких родственников не имеет, и поэтому миграционная служба обоснованно отказала ему в предоставлении статуса беженца. Однако с таким выводом суда согласиться нельзя. Как видно из дела (письма миграционной службы Краснодарского края от 25 ноября 1993 г.), Какулии отказано в удовлетворении просьбы по тем мотивам, что прописка и прием беженцев в крае возможны только к близким родственникам, а поскольку у него таких не имеется, он не может быть прописан и получить правовой статус беженца. В уведомлении и письме миграционной службы нет ссылок на то, что Какулии отказано в удовлетворении просьбы ввиду отсутствия данных о вынужденности выезда из постоянного места жительства. Таким образом, мотивами письменных отказов в удовлетворении просьбы Какулии явились ограничения в прописке, которые были установлены в Краснодарском крае в отношении лиц, покидающих места постоянного жительства и переезжающих в Российскую Федерацию. Лишь в возражениях на жалобу Какулии в суд миграционная служба сослалась на то, что заявитель не представил доказательств вынужденности выезда из Абхазии. При рассмотрении дела суд не исследовал вопрос о действительных мотивах отказа миграционной службы в удовлетворении ходатайства Какулии. В соответствии со ст. 3 названного Закона лицо, подавшее ходатайство о признании его беженцем, обязано сообщать соответствующим органам государственного управления сведения, необходимые для рассмотрения указанного ходатайства. Как следует из содержания Закона, гражданин обязан лишь сообщить сведения, необходимые для признания его беженцем. В Законе нет указаний о том, что гражданин обязан представлять доказательства, в данном случае, что причина выезда с постоянного места жительства - совершение в отношении него насилия или преследование в иных формах либо реальная опасность подвергнуться насилию или иному преследованию по признаку национальной принадлежности. В Методических указаниях о порядке работы с иностранными гражданами и лицами без гражданства, обратившимися с ходатайством о признании беженцем на территории Российской Федерации (утверждены приказом Федеральной миграционной службы России от 15 июля 1993 г. N 110), также не определено, что гражданин представляет названные доказательства. В п. 3 Методических указаний отмечено, что процедура определения статуса беженцев включает, в частности, проверку (оценку) достоверности сведений, сообщенных заявителем. В деле отсутствуют данные, что такую проверку (оценку) сведений, сообщенных Какулией, миграционная служба края провела. Суд же эти обстоятельства не исследовал, ошибочно исходя из того, что именно Какулия обязан представлять доказательства вынужденности выезда. В Законе Российской Федерации "О беженцах" не предусмотрено, что условием признания лица беженцем является наличие близких родственников по месту его предполагаемого жительства. В Законе также не указано, что права заявителя на признание его беженцем связаны с особенностями прописки в той или иной местности. Более того, как следует из смысла ст. ст. 4, 5, 6 названного Закона, гражданин может быть признан беженцем в месте временного поселения и обязан в установленный Законом срок оставить место временного проживания и выехать на место постоянного жительства, выбранное им по предложению миграционной службы субъекта Федерации. Таким образом, вывод суда, считающего правильными требования миграционной службы для предоставления статуса беженца, чтобы у данного лица имелись близкие родственники в крае, имеющие постоянную прописку, не основан на законе. Существенные для дела обстоятельства суд не исследовал и поэтому принятые судебные постановления подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение. Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Приговор изменен ввиду неправильного вменения в вину лицам, осужденным по ст. ст. 15 и 102 УК РСФСР, квалифицирующего признака - особой жестокости при убийстве (Извлечение) 1. Приговор изменен ввиду неправильного вменения в вину лицам, осужденным по ст. ст. 15 и 102 УК РСФСР, квалифицирующего признака - особой жестокости при убийстве (И з в л е ч е н и е) Верховным Судом Удмуртской Республики Катькин В. и Катькин С. - несовершеннолетние братья - осуждены каждый по ст. 15 и пп. "а", "г" ст. 102, по пп. "а", "б", "в", "е" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР. Братья Катькины признаны виновными в покушении на убийство Титовой с особой жестокостью при разбое. 15 марта 1993 г. Катькин С. предложил брату Катькину В. совершить убийство их бабушки Титовой путем удушения и завладеть ее имуществом, на что тот согласился. С этой целью они приехали к ней домой. Там Катькин В. ножом обрезал телефонный провод, а Катькин С. повалил Титову на кровать, накинул на шею веревку и стал затягивать. Потерпевшая оказала сопротивление. Тогда Катькин В., преодолев ее сопротивление, проявляя особую жестокость, продолжал стягивать веревку и душил в течение нескольких минут, до тех пор, пока потерпевшая не потеряла сознание и не перестала двигаться. После этого они похитили имущество Титовой на сумму 11 870 руб. и скрылись. Потерпевшая пришла в сознание, и жизнь ее была спасена. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор изменила: исключила осуждение их по п. "е" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР, в остальном приговор оставила без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об исключении из приговора п. "г" ст. 102 УК РСФСР. Президиум Верховного Суда РФ 5 июля 1995 г. протест удовлетворил, указав следующее. Юридическую оценку действий Катькиных по п. "г" ст. 102 УК РСФСР нельзя признать обоснованной. Суд указал, что Катькины совершили покушение на убийство Титовой с особой жестокостью, однако не мотивировал, в чем проявилась особая жестокость. Как установил суд, Катькин В. и Катькин С. несколько минут душили веревкой Титову, в результате чего она потеряла сознание. Завладев вещами потерпевшей, они скрылись. Титова пришла в сознание и осталась жива. По смыслу закона (п. "г" ст. 102 УК РСФСР) понятие особой жестокости связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. В данном случае указанный способ совершения убийства потерпевшей сам по себе не свидетельствует о проявлении виновными особой жестокости. Каких-либо других обстоятельств, которые бы свидетельствовали о проявлении ими особой жестокости, судом не установлено. При таких данных п. "г" ст. 102 УК РСФСР подлежит исключению из приговора. Нарушение правил безопасности движения лицом, управлявшим транспортным средством, повлекшее смерть потерпевшего, без достаточных доказательств квалифицировано как умышленное убийство (Извлечение) 2. Нарушение правил безопасности движения лицом, управлявшим транспортным средством, повлекшее смерть потерпевшего, без достаточных доказательств квалифицировано как умышленное убийство (И з в л е ч е н и е) Тверским областным судом Васильев осужден за преступление, 1) предусмотренное пп. "б", "д", "з" ст. 102 и ч. 1 ст. 212 УК РСФСР. Он признан виновным в угоне транспортного средства и умышленном убийстве из хулиганских побуждений способом, опасным для жизни многих людей, Позднякова, Семенова и Петрова. 7 июля 1993 г. около 17 час. рабочие по заготовке леса ТОО "Труженик" Васильев, Петров, Коваленко А., Коваленко Д., Коваленко М., Гусев, Поздняков и Семенов распивали спиртные напитки возле деревни. Около 21 час. Васильев и Коваленко М. вернулись в деревню, где Васильев самовольно завел трактор ДТ-75, принадлежащий ТОО "Труженик", и вместе с Коваленко М. поехал к месту распития спиртных напитков. Проехав мимо сидевших на бревне людей, Васильев развернул трактор и из хулиганских побуждений с целью умышленного убийства двинулся прямо на них. Коваленко Д., Коваленко А. и Гусев успели отскочить в сторону, а на Позднякова, Семенова и Петрова Васильев наехал трактором. От полученных множественных телесных повреждений Поздняков и Семенов скончались на месте происшествия, а Петров - в больнице. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила приговор без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос о переквалификации действий Васильева с пп. "б", "д", "з" ст. 102 на ч. 3 ст. 211 УК РСФСР. Президиум Верховного Суда РФ 21 июня 1995 г. протест удовлетворил, указав следующее. Обосновывая вину Васильева в умышленном убийстве трех человек, суд сослался на показания Гусева, Коваленко Д., Коваленко А. и Коваленко М., подтвердивших факт наезда трактора, управляемого Васильевым, на Позднякова, Семенова и Петрова, заключения судебно-медицинских экспертов о причине смерти потерпевших. Каких-либо других убедительных доказательств, свидетельствующих об умысле Васильева на убийство упомянутых лиц, в приговоре не приведено. Между тем Васильев, не оспаривая, что смерть потерпевших произошла в результате его действий, последовательно утверждал, что умысла на их убийство не имел. При этом он показал, что во время распития спиртных напитков Петров предложил ему пригнать трактор, чтобы уехать на нем домой. Он позвал Коваленко М. и вместе с ним пошел за трактором. На стоянке техники ТОО "Труженик" он завел трактор ДТ-75, посадил в кабину Коваленко М. и поехал к месту распития спиртного. За деревней, проехав мимо группы сидящих собутыльников, он развернул трактор и двинулся по направлению к ним. Как совершил наезд на людей и почему не мог остановить трактор, объяснить не может. Допрошенный в качестве потерпевшего Коваленко Д. пояснил, что, действительно, Васильев и его брат направились в деревню, заявив, что вернутся "на аппарате". Он решил, что они пошли за мотоциклом. Через некоторое время обратил внимание, что в их сторону движется трактор. Он и отец успели отпрыгнуть в сторону, а Позднякова и других раздавило. Прибежав к трактору, он выбросил из его кабины брата, заглушил мотор и, обращаясь к Васильеву, крикнул: "Посмотри, что ты натворил". Тот схватился руками за голову. Во время предварительного следствия при допросе 27 декабря 1993 г. Коваленко Д. показал, что не согласен с выводами о том, что Васильев направил трактор в их сторону с целью умышленного убийства, так как никаких оснований у него для этого не было. Перед тем, как трактор появился перед ними, слышал глухой удар, у него создалось впечатление, что он налетел на камень. Такого же характера показания дали Коваленко А. и Гусев, дополнив, что никаких ссор и скандалов во время распития спиртных напитков между ними не было. Как видно из показаний свидетеля Коваленко М., во время распития спиртных напитков Васильев потянул его куда-то, сказав, что они пойдут "за аппаратом". Придя на место стоянки трактора, Васильев заявил, что они с Петровым хотят вернуться на нем домой. Сев в трактор, они поехали по дороге за деревню, а затем свернули по направлению к тому месту, где выпивали. Развернувшись, Васильев поехал прямо в сторону сидевших на бревне людей. Он закричал, чтобы тот остановился. Васильев отвечал: "Сейчас, сейчас", но так и не остановился. Коваленко М. полагает, что происшествие стало возможным в связи с тем, что трактор напоролся на камень. Когда они ехали на тракторе к месту выпивки, Васильев никаких намерений или угроз в отношении оставшихся там людей не высказывал. При таких данных Президиум считает, что совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о грубом нарушении Васильевым правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств (п. 3.6 Правил дорожного движения - управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения), что привело к тяжким последствиям (гибель нескольких людей), а не об умышленном убийстве из хулиганских побуждений, и способом, опасным для жизни многих людей, как это признано судом. Содеянное Васильевым подлежит квалификации по ч. 3 ст. 211 УК РСФСР. В президиумах Верховных Судов республик, краевых и областных судов Надзорная инстанция не признала, что действия лица, осужденного за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 108 УК РСФСР, носили характер истязания и мучения (Извлечение) 1. Надзорная инстанция не признала, что действия лица, осужденного за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 108 УК РСФСР, носили характер истязания и мучения (И з в л е ч е н и е) Кунгурским городским народным судом Пермской области Кузовлев осужден по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР. Он признан виновным в причинении бывшей жене Леушиной тяжких телесных повреждений и в том, что эти действия носили характер истязания и мучения. 1 августа 1993 г. после 21 час. Кузовлев в нетрезвом состоянии пришел к бывшей жене Леушиной. Между ним и Леушиной возникла ссора, во время которой Кузовлев ножом причинил потерпевшей шесть ран: две - в пояснице, две - в области лопаток, одну - в груди и одну - в ягодице. По заключению судебно-медицинского эксперта, телесные повреждения относятся к категории тяжких, опасных для жизни в момент причинения. Раны на груди и в правой подлопаточной области проникают в грудную полость, остальные раны заканчиваются в мягких тканях. Судебная коллегия по уголовным делам Пермского областного суда приговор оставила без изменения. Председатель Пермского областного суда в протесте поставил вопрос об изменении квалификации действий Кузовлева на ч. 1 ст. 108 УК РСФСР, считая не установленным то, что повреждения, причиненные потерпевшей, носили характер мучения и истязания. Президиум Пермского областного суда 22 мая 1995 г. протест удовлетворил, указав следующее. Суд квалифицировал содеянное Кузовлевым по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР как причинение умышленного телесного повреждения, опасного для жизни в момент причинения, признав, что действия носили характер мучения и истязания. Обосновал это тем, что потерпевшей было нанесено шесть ножевых ран, удары наносились и тогда, когда потерпевшая пыталась убежать. Однако по смыслу закона под мучениями следует понимать такие действия, которыми потерпевшему причиняются физические или моральные страдания; истязания же могут состоять в действиях, которые причиняют особую боль потерпевшему. Из материалов дела не следует, что способ причинения Кузовлевым тяжких телесных повреждений потерпевшей характеризовался мучениями и истязанием. Так, первоначально в ходе предварительного следствия Леушина пояснила, что события развивались очень быстро, Кузовлев ударил ее чем-то в спину, она сначала даже ничего не поняла, затем он нанес удар уже в грудь; поскольку потекла кровь, она догадалась, что он ударил ножом. Далее при допросе в ходе предварительного следствия и в судебном заседании потерпевшая заявила о том, что от первого удара ножом она ощутила острую боль, остальных ударов она уже не чувствовала, так как все болело. При оценке показаний потерпевшей Леушиной о восприятии ею болевых ощущений судом не учтено то обстоятельство, что, как видно из показаний свидетеля Черняевой и заключения судебно-медицинского эксперта, до случившегося потерпевшая употребляла спиртные напитки. Этим же заключением установлен механизм причинения потерпевшей телесных повреждений, два из которых являются проникающими в грудную полость, остальные - тупо заканчиваются в мягких тканях. Кузовлев, не отрицая факта причинения тяжких телесных повреждений бывшей жене, пояснял постоянно, что был взволнован поведением потерпевшей, поэтому он не помнит, как и сколько раз он ударил ее ножом. Исследованные доказательства не свидетельствуют, что причинение тяжких телесных повреждений потерпевшей сопровождалось физическим или моральным страданием либо особой болью, поэтому из обвинения Кузовлева подлежит исключению квалифицирующий признак ч. 2 ст. 108 УК РСФСР - что его действия "носили характер мучения, истязания", а содеянное им - переквалификации на ч. 1 ст. 108 УК РСФСР. В случае временного отсутствия судьи районного (городского) народного суда исполнение его обязанностей возлагается на судью ближайшего районного (городского) народного суда решением председателя вышестоящего суда (Извлечение) 2. В случае временного отсутствия судьи районного (городского) народного суда исполнение его обязанностей возлагается на судью ближайшего районного (городского) народного суда решением председателя вышестоящего суда (И з в л е ч е н и е) Первомайским районным народным судом г. Мурманска от 17 июня 3) 1995 г. К. осужден по ст. 162 УК РСФСР к штрафу в сумме 1 500 000 руб. Он признан виновным в том, что, работая адвокатом в представительстве Санкт-Петербургской объединенной коллегии адвокатов в Мурманской области, уклонялся от явки в органы государственной налоговой службы для дачи пояснений об источниках доходов и непредставлении документов и иной информации о деятельности хозяйствующего субъекта по требованию органов государственной налоговой службы. Преступления, как установил суд, были совершены в г. Мурманске в 1993 году. Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда приговор изменила, снизив сумму штрафа. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений ввиду существенного нарушения требований уголовно-процессуального закона. Президиум Мурманского областного суда 6 июля 1995 г. протест удовлетворил, судебные решения отменил и дело направил на новое судебное рассмотрение, указав следующее. Согласно п. 2 ч. 2 ст. 345 УПК РСФСР, приговор подлежит безусловной отмене в случае, если он вынесен незаконным составом суда. В соответствии со ст. 27 Закона РСФСР "О судоустройстве РСФСР" (в редакции Федерального закона, принятого Государственной Думой 26 октября 1994 г.) в случае временного отсутствия судьи районного (городского) народного суда исполнение его обязанностей возлагается на судью ближайшего районного (городского) народного суда решением председателя вышестоящего суда. Как видно из материалов дела, дело в отношении К. рассмотрено под председательством судьи С., которая на день постановления приговора являлась судьей Терского районного народного суда Мурманской области, а ее перевод в Первомайский районный народный суд юридически оформлен не был. Таким образом, С. не имела права осуществлять правосудие на территории Первомайского района г. Мурманска. Обзоры и обобщения ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО РАССМОТРЕНИЮ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В КАССАЦИОННОМ И НАДЗОРНОМ ПОРЯДКЕ В 1994 ГОДУ О Б З О Р СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО РАССМОТРЕНИЮ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В КАССАЦИОННОМ И НАДЗОРНОМ ПОРЯДКЕ В 1994 ГОДУ Верховным Судом РФ обобщена практика применения законодательства судами республики при рассмотрении уголовных дел в 1994 году. В ходе обобщения изучены причины отмены и изменения в кассационном порядке приговоров Верховных судов республик в составе Российской Федерации, краевых, областных и соответствующих им судов, а также ошибки, допускаемые нижестоящими судами по делам, рассмотренным Верховным Судом РФ в порядке надзора. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ в истекшем году рассмотрено в кассационном порядке по кассационным жалобам и протестам 4469 дел в отношении 6640 лиц, в том числе 212 дел в отношении 228 осужденных к смертной казни. Оставлены без изменения приговоры в отношении 5368 лиц (83,6%), отменены - 454 лиц (6,8%), изменены - 636 (9,6%). С 1989 по 1993 год наблюдался значительный рост количества поступающих по кассационным жалобам и протестам дел. Если в 1989 году было рассмотрено 2784 дела на 4013 человек, то в 1993 году - 5274 дела в отношении 8280 человек. Уменьшение количества рассмотренных в 1994 году дел по сравнению с предыдущим годом на 805, а в отношении подсудимых - 1640 во многом объясняется не сокращением в целом объема работы кассационной инстанции, а связано с большим недокомплектом штатной численности судей Верховного Суда, что объективно повлекло увеличение остатка нерассмотренных дел. Так, по состоянию на 1 января 1995 г. было в остатке 969 нерассмотренных кассационных дел, что на 44,6% больше по сравнению с остатком кассационных дел на 1 января 1994 г. Уровень качественных показателей сохраняет тенденцию к снижению. Если в 1992 году были оставлены без изменения приговоры в отношении 87,7% осужденных и оправданных, в 1993 году - 86%, то в 1994 году - 83,6%. Как и в 1993 году, частично такое положение, видимо, можно объяснить изменением практики применения законодательства по делам о хищении государственного имущества. Отмена приговоров в кассационном порядке В 1994 году по сравнению с предыдущим годом увеличилось количество отмененных приговоров с прекращением дела по реабилитирующим основаниям - с 7 в 1993 году до 22 в 1994 году. Кроме того, частично прекращены дела с оставлением менее тяжкого обвинения в отношении 58 осужденных (в 1993 году - 37). Отмена приговоров по реабилитирующим основаниям имела место в связи с ошибочным признанием лиц коммерческих организаций субъектами должностных преступлений (9 человек), необоснованным осуждением за недонесение о преступлении, хищение государственного имущества и некоторые другие преступления. В частности, кассационная инстанция Верховного Суда РФ признала необоснованным осуждение за должностное преступление Колычева - директора товарищества с ограниченной ответственностью "Ясень", образованного на базе муниципального предприятия - магазина "Мебель" в г. Курске. Поскольку предприятие, в котором работал Колычев, не относится к числу учреждений либо общественных организаций (объединений), он не подпадает под перечень лиц, определенных законом в примечании к ст. 170 УК РСФСР. В связи с этим приговор Курского областного суда в отношении Колычева отменен и дело прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. По приговору Владимирского областного суда от 18 мая 1994 г. осуждены: Глазырин по ст. 103 и ч. 1 ст. 218 УК РСФСР, Карасев и Александрович - по ст. 190 УК РСФСР. Глазырин признан, в частности, виновным в умышленном убийстве Ульянова, а Карасев и Александрович - за недонесение об этом преступлении. Как установлено по делу, Глазырин вместе с Карасевым, Александровичем и их знакомой Булай на такси подъехали к дому, где проживал Ульянов. Глазырин на лифте поднялся к квартире Ульянова и предложил ему выйти для разговора, а когда Ульянов отказался, выстрелом из обреза убил его. После этого Глазырин спустился к машине, и все уехали. Исходя из этих обстоятельств, областной суд пришел к выводу, что Карасев и Александрович знали о совершенном убийстве и были обязаны сообщить о нем в компетентные органы, однако не сделали этого. Не соглашаясь с решением суда первой инстанции, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что, согласно ст. 19 УК РСФСР, за недонесение о преступлении несут ответственность лица, которым достоверно известно о характере готовящегося или совершенного преступления. Между тем, как видно из дела, Глазырин не показывал, что он заранее говорил Карасеву либо Александровичу о намерении убить Ульянова и не имел такого желания, поднимаясь к его квартире; не рассказывал им об обстоятельствах преступления и после его совершения. Установлено также, что Карасев и Александрович вместе с Глазыриным в квартиру потерпевшего не заходили, не были очевидцами происшедшего, а потому не знали и не могли знать, какие конкретные действия совершил Глазырин. Таким образом, выводы суда сводятся к тому, что Карасев и Александрович могли лишь предполагать, что произошло в квартире Ульянова. Поэтому приговор в отношении Карасева и Александровича отменен и дело прекращено за отсутствием в их действиях состава преступления. Несмотря на то, что в предыдущих обзорах судебной практики Верховный Суд России обращал внимание судов на недопустимость осуждения за недоносительство и укрывательство лиц, которые сами принимали участие в совершении других преступлений, а также близких родственников, подобные ошибки допускаются. Так, по приговору Нижегородского областного суда Добрынин и Евсеева осуждены за кражи и недонесение о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 102 и 146 УК, совершенных другими осужденными по этому же делу лицами. Между тем судом было установлено, что Добрынин и Евсеева совместно с этими же лицами участвовали в совершении краж. С учетом этого обстоятельства кассационная инстанция, отменяя приговор в отношении Добрынина и Евсеевой и прекращая дело по ст. 190 УК за отсутствием в их действиях состава преступления, обоснованно сослалась на то, что они не могут быть признаны субъектами данного преступления, так как в соответствии с законом никто не обязан свидетельствовать против себя самого. Московский областной суд в нарушение требований ст. 18 УК РСФСР необоснованно осудил по ст. 189 УК Высоцкого за заранее не обещанное укрывательство убийства, совершенного его родным братом. Этот приговор в кассационном порядке отменен и дело прекращено за отсутствием в действиях Высоцкого состава преступления. Как и в предыдущие годы, в истекшем году наряду с необоснованным осуждением граждан имелись факты ошибочного оправдания обвиняемых. Более того, такие случаи участились. Если в 1993 году Верховным Судом РФ в кассационном порядке было отменено 19 оправдательных приговоров, то в 1994 году - 35, причем с направлением на новое расследование лишь в отношении 5 обвиняемых, а остальных - на новое судебное рассмотрение. В подавляющем большинстве случаев оправдательные приговоры отменялись по делам об умышленных убийствах, т. е. по наиболее тяжкой категории (50%). По делам о взяточничестве оправдательные приговоры отменялись, как правило, с направлением дел на новое расследование. Но иногда дела возвращались и на новое судебное рассмотрение. По приговору Московского городского суда от 4 июля 1994 г. Попов оправдан по ч. 3 ст. 173 УК РСФСР за отсутствием в его действиях состава преступления, а по ч. 1 ст. 170 УК РСФСР - за недоказанностью обвинения. Попов обвинялся в том, что, являясь подполковником милиции, работая заместителем начальника оперативно-розыскного бюро (ОРБ) и одновременно начальником подотдела по борьбе с организованной преступностью против личности и общественной безопасности УВД Оренбургской области, допустил злоупотребление своим служебным положением и за совершение незаконных действий по службе получил взятку в особо крупном размере. В частности, имея соответствующее задание, Попов установил местонахождение в Москве разыскиваемого органами внутренних дел г. Оренбурга Пилюгина. Используя свое служебное положение и известную по службе информацию, Попов склонил Пилюгина к даче взятки, обещая при этом принять меры к освобождению его от наказания в виде лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора либо о передаче надзора за ним в органы внутренних дел Москвы. В марте 1992 г. он получил от Пилюгина в качестве взятки автомобиль ВАЗ-21063. Впоследствии Попов совершил ряд незаконных действий в пользу Пилюгина. При рассмотрении дела в кассационном порядке Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что суд первой инстанции не привел в приговоре и не дал оценки показаниям целого ряда свидетелей, на показания которых содержалась ссылка в обвинительном заключении; не получили оценки также сведения, содержащиеся в многочисленных документах. Суд первой инстанции в приговоре лишь перечислил как доказательства, на которых было основано обвинение, так и доказательства, послужившие основанием для оправдания подсудимого, однако их не проанализировал и в нарушение требований ст. 314 УПК РСФСР не указал, по каким основаниям он принял одни из них и отверг другие, а также не изложил установленные им обстоятельства дела. Кроме того, сославшись в обоснование своих выводов о невиновности Попова на показания некоторых свидетелей, суд в приговоре изложил их в искаженном виде, в противоречии с протоколом судебного заседания. В связи с этим кассационная инстанция приговор отменила и дело направила на новое судебное рассмотрение. При новом рассмотрении Попов признан виновным, и кассационной инстанцией этот приговор оставлен без изменения. Из общего числа дел, рассмотренных в кассационном порядке, подавляющее большинство (70%) - это дела об умышленных убийствах и других насильственных преступлениях против личности и о хищении. Рассмотрено 109 дел на 150 человек о взяточничестве (в 1993 г. - 79 дел на 116 человек). Наиболее распространенным основанием отмены приговоров остается неполнота предварительного и судебного следствия, односторонность в исследовании обстоятельств дела и оценке доказательств, допускаются процессуальные нарушения. В приговорах иногда не получают оценки либо отвергаются без надлежащей мотивировки те доказательства, которые ставят под сомнение выводы суда о виновности или невиновности обвиняемого; не выясняются причины противоречий в исследуемых доказательствах. Из 454 отмененных приговоров на дополнительное расследование направлены дела в отношении 103 человек и на новое судебное рассмотрение - в отношении 26О человек. По приговору суда Ханты-Мансийского автономного округа И. был осужден по пп. "е", "и" ст. 102 УК РСФСР. Суд признал его виновным в умышленных убийствах: своей жены из ревности и ее отца с целью скрыть первое убийство. Настоящее уголовное дело неоднократно и обоснованно направлялось судом первой инстанции на дополнительное расследование, однако органы предварительного следствия, по существу, игнорировали указания суда о необходимости выполнения определенных розыскных и следственных действий, утратили вещественные доказательства. Несмотря на грубые нарушения закона, допущенные по делу, при очередном судебном разбирательстве суд постановил в отношении И. обвинительный приговор. Отменяя этот приговор, кассационная инстанция обратила внимание на то, что осуждение И. основано по существу лишь на одних его показаниях в начальной стадии следствия. Между тем, как усматривается из материалов дела, И. сразу же после задержания и разъяснения ему прав подозреваемого заявил, что желает иметь защитника с момента задержания. Однако это его требование выполнено не было, и он в течение девяти дней допрашивался, в том числе почему-то и в качестве свидетеля, без участия защитника. Только после того, как И. признал себя виновным в убийстве, к участию в деле был допущен адвокат. На первом же допросе с соблюдением требований уголовно-процессуального закона И. отказался от признания своей вины и объяснил, чем были вызваны его показания в этой части. Кроме того, отменяя приговор, кассационная инстанция обратила внимание на многочисленные противоречия в показаниях И., в которых он признавал свою вину, с другими фактическими данными, которые не нашли своего объяснения в материалах дела. Достаточно сказать, что при проведении соответствующей экспертизы было дано категорическое заключение, исключающее возможность причинения потерпевшим телесных повреждений молотком, которым, согласно показаниям И. и принятой органами предварительного следствия версии, было совершено убийство. Поэтому уголовное дело в отношении И. направлено на новое расследование. Имеют место факты отмены приговоров ввиду нечеткого знания судьями материального закона. По приговору Красноярского краевого суда от 7 июля 1994 г. Титов осужден по ст. 190 УК РСФСР за недонесение об умышленном убийстве. По протесту прокурора этот приговор отменен в связи с тем, что суд в нарушение ст. 41 УК РСФСР не присоединил наказание, не отбытое Титовым по предыдущему приговору. Свое решение суд мотивировал тем, что еще 3 апреля 1994 г., т. е. к моменту постановления приговора, истек срок наказания по первому приговору. Между тем, как указано в кассационном определении, преступление Титов совершил в период отбывания наказания и на момент избрания меры пресечения в виде заключения под стражу срок наказания по предыдущему приговору не закончился. Красноярский краевой суд, признавая виновным Зырянова в умышленном убийстве и в покушении на умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, не обсудил вопрос о признании его особо опасным рецидивистом, хотя Зырянов ранее был судим за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах и в соответствии со ст. 1) 24 УК РСФСР мог быть признан особо опасным рецидивистом. Отменяя этот приговор и направляя дело на новое судебное рассмотрение, кассационная инстанция одновременно обратила внимание на неполноту судебного следствия и недостатки, допущенные при сопоставлении приговора. Как и в приведенных ранее примерах, нередко допускаются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену приговора. Суды не всегда обращают внимание на такие нарушения, допущенные при производстве предварительного следствия, сами зачастую не выполняют требования уголовно-процессуального закона ,и в частности ст. 314 УПК РСФСР, не всегда обеспечивают гарантированное право обвиняемого на защиту, допускают в приговорах существенные противоречия в выводах. Отменяя приговор Волгоградского областного суда от 19 октября 1994 г. в отношении Менжунова, Сердобинцева, Симакова и Гриненко, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что при рассмотрении этого уголовного дела, назначенного к слушанию с участием прокурора и адвокатов, суд первой инстанции фактически не обеспечил участие в судебном заседании защитников подсудимых Сердобинцева, Симакова и Гриненко и при отсутствии в деле ордеров адвокатов, без выяснения причин их неявки в судебное заседание рассмотрел дело в их отсутствие. Кроме того, Судебная коллегия обратила внимание на то, что суд допустил нарушение материального права, не учел принятие 1 июля 1994 г. Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР". В частности, суд, квалифицировав действия одного из осужденных по ч. 2 ст. 149 УК РСФСР в редакции Закона от 20 октября 1992 г., предусматривавшей наказание до 8 лет лишения свободы, назначил ему по этой статье 10 лет лишения свободы, как это предусмотрено Федеральным законом от 1 июля 1994 г., хотя в силу ст. 6 УК РСФСР не имел права этого делать, поскольку преступные действия были совершены до принятия последнего Закона. В определении также отмечено, что в нарушение ст. 314 УПК РСФСР описательная часть приговора не содержит описания преступного деяния осужденных, вмененных им судом по одному из эпизодов. Поэтому кассационная инстанция наряду с отменой приговора вынесла частное определение, в котором обратила внимание состава суда на допущенные нарушения закона. Кировский областной суд, не согласившись с выводами следственных органов по делу Дудина, обвинявшегося в совершении преступления, предусмотренного п. "в" ст. 102 УК РСФСР, признал его виновным в умышленном убийстве Пескичева без отягчающих обстоятельств и осудил по ст. 103 УК РСФСР. Отменяя этот приговор по кассационным жалобам и протесту и направляя дело на новое судебное рассмотрение, Судебная коллегия указала следующее. Отвергая доводы подсудимого о нахождении его в состоянии необходимой обороны при отражении нападения со стороны Пескичева и других лиц, областной суд указал в приговоре, что пьяный Дудин, размахивая ножом и угрожая расправой, создавал опасность для граждан и они были вправе применить к нему насилие и отобрать нож. В то же время в противоречие с этим выводом суд признал, что Дудин убил Пескичева на почве конфликта и ссоры. Поэтому Судебная коллегия при отмене приговора сослалась на то, что выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые могли повлиять на правильность применения уголовного закона. В связи с введением в ряде регионов новой формы судопроизводства - рассмотрение дел судом присяжных при отсутствии необходимого опыта и судебной практики - было допущено немало процессуальных нарушений по делам этой категории, повлекших отмену приговора. Суды либо не обращали внимание на существенные нарушения при производстве предварительного следствия, либо допускали их сами. Так, Саратовским областным судом с участием присяжных заседателей был осужден Семенычев по ст. 102 и ч. 2 ст. 206 УК РСФСР. Отменяя этот приговор, Кассационная палата Верховного Суда РФ указала, что в нарушение ст. 424 УПК РСФСР следователь не разъяснил Семенычеву правовые последствия рассмотрения дела судом присяжных, особенности обжалования и рассмотрения жалоб на приговоры суда присяжных, которые в соответствии со ст. 465 УПК могут отменяться либо изменяться только в случае существенного нарушения судом уголовно-процессуального закона. Причем правильность обвинительного вердикта присяжных заседателей оспариванию не подлежит. Отдельный протокол по данному вопросу следователем не составлялся. Кроме того, до начала предварительного слушания дела в областной суд поступило заявление Семенычева, в котором он просил разъяснить ему возможность обжалования вердикта присяжных заседателей. Судья вопреки требованиям ч. 4 ст. 433 УПК РСФСР не направил дело на дополнительное расследование и сам не разъяснил Семенычеву особенности обжалования приговора суда присяжных. Приговор Алтайского краевого суда от 31 августа 1994 г. в отношении Медянцева, Марчукова и Репина отменен в связи с допущенным судом нарушением процедуры разрешения ходатайства одного из обвиняемых о рассмотрении дела судом присяжных. По данному делу Медянцев при объявлении ему об окончании предварительного следствия заявил ходатайство о рассмотрении дела судом присяжных, а Репин и Марчуков возражали против этого. При наличии такого возражения краевой суд назначил дело к слушанию и рассмотрел его в обычном порядке. Отменяя приговор, кассационная инстанция указала, что при наличии ходатайства хотя бы одного обвиняемого о рассмотрении дела судом присяжных, независимо от позиции других обвиняемых, уголовное дело должно быть внесено на рассмотрение в порядке предварительного слушания (ст. ст. 431-432 УПК РСФСР), в процессе которого и должно быть разрешено заявленное ходатайство. Однако это требование выполнено не было, в связи с чем дело направлено на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания. По делу Абрамова, обвиняемого в умышленном убийстве из корыстных побуждений, и Бекасова - в соучастии в этом преступлении, Ивановским областным судом была допущена ошибка следующего содержания. В связи с тем, что при объявлении об окончании предварительного следствия обвиняемый Абрамов заявил ходатайство о рассмотрении дела судом присяжных, а Бекасов возражал против такого порядка рассмотрения дела, заместитель прокурора области, утвердив обвинительное заключение, вынес постановление о невозможности выделения дела в отношении Бекасова в отдельное производство и постановил рассмотреть его в обычном порядке: в составе судьи и двух народных заседателей. К моменту поступления дела в суд оба обвиняемых просили рассмотреть дело в суде присяжных. Рассмотрев заявленные ходатайства на стадии подготовки к судебному заседанию, суд принял решение об их отклонении, мотивируя тем, что заявленное Бекасовым возражение при ознакомлении со всеми материалами дела и наличие постановления прокурора о невозможности выделения дела в отдельное производство лишают суд возможности удовлетворить ходатайства. Кассационная инстанция признала такое решение ошибочным и указала, что, исходя из содержания ст. ст. 431, 432 УПК РСФСР, данный вопрос окончательно решается судьей по результатам судебного разбирательства в порядке предварительного слушания. В связи с изложенным Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор суда отменила и дело направила на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания. Порой со стороны председательствующего по делу проявляется элементарная небрежность, следствием чего также является отмена приговора. Например, приговор Верховного Суда Республики Коми в отношении Веревкина и Волочек отменен в связи с тем, что он не был подписан председательствующим по делу. Приговор Оренбургского областного суда в отношении Ляпушкина и Курочкина отменен потому, что в резолютивной части суд не указал, 1) по какой части ст. 77 УК они осуждены. Ошибки судов, повлекшие изменение приговоров в кассационной инстанции Как было отмечено, в 1994 году в кассационном порядке изменены приговоры в отношении 636 лиц. Переквалифицированы действия 476 осужденных, из них 294 смягчено наказание. Кроме того, снижена мера наказания без изменения квалификации 160 осужденным (в 1993 г. - 299). Таким образом, сопоставляя статистические данные за 1993 и 1994 годы, следует отметить, что здесь не произошло существенных изменений, за исключением сокращения снижения меры наказания без изменения квалификации. К числу обжалованных приговоров это составляет 2,4% (в 1993 г. - 3,6%). Обобщение показало, что многих ошибок, повлекших изменение приговоров, можно было избежать при более вдумчивом и внимательном подходе судей к применению закона. Определенные сложности у судов возникали при определении формы соучастия в случаях применения п. "н" ст. 102 УК РСФСР; допускались ошибки в определении содержания умысла виновного, в отграничении оконченного преступления от покушения на него. По приговору Калининградского областного суда Корсакова и Марычева наряду с другими лицами признаны соисполнителями умышленного убийства Сидорова, совершенного из корыстных побуждений, по предварительному сговору группой лиц, и осуждены по пп. "а", "н" ст. 102 УК РСФСР. При этом суд сослался на то, что хотя они не участвовали в непосредственном причинении Сидорову телесных повреждений и лишении его жизни, но их действия должны быть квалифицированы в зависимости от действий, совершенных всей преступной группой по предварительному сговору. Не соглашаясь с такой позицией, кассационная инстанция указала, что исполнителем убийства может быть признано лицо, которое не только имело умысел на совершение убийства, но и принимало непосредственное участие в лишении жизни потерпевшего. Таких действий Марычева и Корсакова не совершали и, как усматривается из приговора, лишь оказывали содействие исполнителям убийства в осуществлении преступного намерения, о котором заранее договорились. По этим основаниям действия Марычевой и Корсаковой переквалифицированы на ст. 17 и пп. "а" и "н" ст. 102 УК РСФСР. По другому делу, признав Шатилова, Суворова и Рыбицкого виновными в том, что они по предварительному сговору группой лиц совершили умышленное убийство Голубева, суд квалифицировал действия всех троих по п. "н" ст. 102 УК РСФСР, указав, вместе с тем, в приговоре, что Рыбицкий в то время, когда Суворов и Шатилов убивали Голубева, наблюдал за окружающей обстановкой, а до этого вместе с Шатиловым и Суворовым принял меры к тому, чтобы доставить Голубева к месту убийства. В кассационном порядке этот приговор изменен, и, поскольку Рыбицкий в отличие от Суворова и Шатилова непосредственно не участвовал в лишении жизни потерпевшего, но способствовал осуществлению запланированного убийства другими лицами, его действия переквалифицированы на ст. 17 и п. "н" ст. 102 УК. Вологодским областным судом Шлыков признан виновным в умышленном убийстве из корыстных побуждений Паневой, а Бушуев - в пособничестве Шлыкову совершить убийство. При этом суд квалифицировал действия Шлыкова по пп. "а" и "н" ст. 102 УК РСФСР, а Бушуева - по ст. 17 и пп. "а" и "н" ст. 102 УК. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ исключила из обвинения осужденных п. "н" ст. 102 УК, указав, что действия, повлекшие смерть Паневой, выполнены одним Шлыковым. Бушуев же давал ему советы о способе и месте убийства, но от роли исполнителя преступления отказался. Поэтому действия Шлыкова не содержат признаки умышленного убийства, совершенного по предварительному сговору группой лиц, и, следовательно, Бушуев не может рассматриваться как пособник убийства, совершенного по предварительному сговору группой лиц. Еще неединичны случаи осуждения за покушение на умышленное убийство при отсутствии прямого умысла на совершение этого преступления либо выводы суда в этой части мотивируются недостаточно четко. Ошибки в определении мотива совершенного преступления зачастую обусловлены односторонним подходом к оценке доказательств, без учета всех фактических обстоятельств дела. Московским городским судом Капелькин признан виновным в посягательстве на жизнь работника милиции Захарова в связи с его служебной деятельностью по охране общественного порядка. Однако указанный вывод сделан вопреки приведенным в приговоре и признанными судом достоверными показаниями самого потерпевшего и свидетелей, согласно которым действия работника милиции были неправомерными, и в связи с этим Капелькин покушался на жизнь Захарова, а не с целью воспрепятствовать работнику милиции выполнять свои функции по охране общественного порядка или мести за такого рода деятельность. Поэтому действия Капелькина кассационной 2) инстанцией переквалифицированы со ст. 191 на ст. ст. 15 и 103 УК РСФСР. Допускаются ошибки в квалификации действий виновных по ст. 87 УК РСФСР, поскольку суды нередко расценивают покушение на сбыт поддельных денег как оконченное преступление. По приговору Пермского областного суда Хлебников и Зайнуллин признаны виновными в сбыте поддельных денег и их действия квалифицированы по ч. 1 ст. 87 УК РСФСР. Между тем, как установлено по делу, и это признано в приговоре, Хлебников и Зайнуллин пришли в магазин для того, чтобы сбыть фальшивую пятидесятитысячную купюру. Хлебников пытался оплатить этой купюрой покупку бутылки водки, но был изобличен кассиром. Поэтому преступление фактически не было доведено до конца. По этим основаниям кассационная инстанция приговор изменила, переквалифицировав действия осужденных на ст. 15 и ч. 1 ст. 87 УК РСФСР. По ряду дел изменение приговора было вызвано невнимательностью и даже небрежностью при судебном разбирательстве и постановлении приговора. Иркутский областной суд при рассмотрении дела Буданова и Рыбникова вменил им в качестве квалифицирующего признака совершение умышленного убийства по предварительному сговору группой лиц, тогда как действия, за которые они осуждены, были совершены до принятия закона о дополнении ст. 102 УК пунктом "н". Поэтому Судебная коллегия исключила из приговора осуждение Буданова и Рыбникова по названному пункту ст. 102 УК. Московский городской суд по делу Машарова назначил ему по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР 13 лет лишения свободы, тогда как максимальная санкция этой статьи предусматривает 12 лет лишения свободы; осужденному Тарасову по п. "г" ст. 102 УК РСФСР в качестве дополнительной меры наказания была назначена ссылка, хотя этот вид наказания исключен из Уголовного кодекса Законом Российской Федерации от 18 февраля 1993 г. Определенные недостатки имеются в подходе судов к избранию вида и размера наказания; в отдельных случаях, хотя и реже, чем в предыдущие годы, не обсуждался вопрос о признании осужденных особо опасными рецидивистами, когда по закону такое требование являлось обязательным, что влекло отмену либо изменение приговоров. Как уже отмечалось, всего в 1994 году смягчено наказание без изменения квалификации 160 осужденным. Сопоставление статистических показателей по отдельным регионам не дает оснований говорить о каких-то существенных отличиях в подходе к назначению мер наказания различными судами субъектов Федерации, в том числе и в сравнении с предыдущим годом. Может быть, на общем фоне несколько выделяется Московский городской суд. Если в 1993 году из 442 осужденных, обжаловавших приговоры этого суда, было смягчено наказание без изменения квалификации 37, то в 1994 году из 271 осужденных снижена мера наказания 7. Мотивировка принятого решения о смягчении наказания остается традиционной: чистосердечное раскаяние и активное способствование раскрытию преступления, инвалидность и ухудшенное состояние здоровья, наличие на иждивении несовершеннолетних детей или престарелых родителей, отсутствие материального вреда либо возмещение ущерба, а также противоправное поведение самих потерпевших. Надо отметить, что такой подход в целом является правильным. Так, кассационной инстанцией смягчено наказание: применена 1) отсрочка исполнения приговора (ст. 46 УК РСФСР) Ивановой, осужденной Челябинским областным судом по ч. 1 ст. 87 УК РСФСР с применением ст. 43 УК к двум годам лишения свободы. По делу установлено, что Ивановой, торговавшей на рынке, за проданную шубу вручили восемь поддельных денежных купюр достоинством 50 000 рублей каждая. Обнаружив обман, она сама стала сбывать поддельные деньги. Иванова в содеянном раскаялась, имеет двоих малолетних детей, которые остались фактически без присмотра. По приговору Верховного Суда Республики Саха (Якутия) Дубина 1) осужден по ст. 93 УК РСФСР к 8 годам лишения свободы за хищение из старательской артели 297,4 г золота стоимостью 613 045 руб. Снижая меру наказания Дубине до 5 лет лишения свободы, Судебная коллегия сослалась на то, что он привлечен к уголовной ответственности впервые, характеризовался положительно, имеет двоих детей, все похищенное золото изъято и реального ущерба по делу не наступило. Оренбургский областной суд признал виновным Плецкого в покушении на убийство Пчелинцева и осудил его по ст. ст. 15 и 103 УК РСФСР к 7 годам лишения свободы. Действия Плецкого выразились в том, что он в драке ударил Пчелинцева ножом в шею. Кассационная инстанция снизила Плецкому меру наказания до 4 лет лишения свободы, исходя из того, что инициатором конфликта являлся сам потерпевший Пчелинцев, который развязал драку и по существу спровоцировал Плецкого на совершение преступления. Наряду со снижением мер наказания по отдельным делам приговоры отменялись ввиду необходимости применения закона о более тяжком преступлении либо мягкости назначенного наказания, хотя такие случаи по сравнению с 1993 годом значительно сократились. Если в 1993 году по этим основаниям были отменены приговоры в отношении 71 лица, то в 1994 году - в отношении 29 человек. Так, органами предварительного следствия Аминов обвинялся в умышленном убийстве с особой жестокостью супругов Уразаевых, совершенном на почве ссоры во время совместной выпивки (пп. "г" и "з" ст. 102 УК). По приговору Тюменского областного суда от 13 января 1994 г. он признан виновным в умышленном убийстве Уразаевой и осужден по ст. 103 УК РСФСР к 9 годам лишения свободы. Одновременно суд пришел к выводу, что убийство Уразаева Аминов совершил в состоянии необходимой обороны. Отменяя этот приговор по протесту прокурора, кассационная инстанция указала, что областной суд положил в основу приговора недостаточно полно исследованные материалы, оставил без внимания доказательства, имеющие существенное значение по делу; выводы суда о том, что убийство Уразаева было совершено в состоянии необходимой обороны, не согласуется с имеющимися в деле фактическими данными. При новом рассмотрении дела Аминов осужден по пп. "г" и "з" ст. 102 УК к 14 годам лишения свободы. Этот приговор Верховным Судом РФ оставлен без изменения. По приговору Верховного Суда Удмуртской Республики Курбанов был осужден за посягательство на жизнь работника милиции Шалагина 2) по ст. 191 УК РСФСР к 5 годам лишения свободы. Как установил суд, Курбанов, допустивший правонарушение в общественном месте, пытался скрыться от преследовавшего его работника милиции Шалагина. Когда же последний предупредил, что будет стрелять, Курбанов остановился у подъезда жилого дома и метнул в ноги Шалагина боевую гранату. В результате взрыва Шалагин был ранен, а в 9 квартирах повреждены оконные стекла. Учитывая характер действий Курбанова и степень общественной опасности содеянного, кассационная инстанция, удовлетворяя протест прокурора, признала назначенное Курбанову наказание явно несправедливым, поэтому приговор отменила по мотиву мягкости и дело направила на новое судебное рассмотрение. По приговору Верховного Суда Удмуртской Республики от 25 марта 1994 г. Курбанов осужден к 9 годам лишения свободы. При рассмотрении дела в кассационном порядке этот приговор оставлен без изменения. * * * В 1994 году Верховным Судом РФ в кассационном порядке рассмотрено 212 дел в отношении 228 лиц, приговоренных к смертной казни. Без изменения оставлены приговоры в отношении 160 человек (70,1%), отменены - 20 лиц (8,8%), изменены - 48 лиц (21,1%) с заменой смертной казни лишением свободы. В 1993 году из 207 осужденных по 194 делам этой категории приговоры оставлены без изменения в отношении 166 человек (80,2%). Таким образом, в 1994 году по сравнению с 1993 годом доля отмененных и измененных приговоров по делам с исключительной мерой наказания несколько увеличились, однако ниже соответствующих показателей в 1991-1992 годах. По отмененным приговорам уголовные дела в отношении 12 человек направлены на новое расследование и в отношении 8 человек - на новое судебное рассмотрение. Решение о замене смертной казни на лишение свободы по каждому конкретному делу принималось с учетом всех обстоятельств дела, предшествовавших преступлению, характера взаимоотношений между обвиняемым и потерпевшим, данных о личности виновного. По некоторым делам такая замена была связана с существенным изменением обвинения и исключением отдельных квалифицирующих признаков умышленного убийства - соответствующих пунктов ст. 102 УК. Так, по делу Артемьева, осужденного Новосибирским областным судом по пп. "и", "б", "г" ст. 102 УК, кассационная инстанция исключила обвинение по пп. "б" и "г"; по делу Косякина, осужденного Воронежским областным судом по пп. "в" и "г" ст. 102 УК, исключила обвинение по п. "г"; по делу Ляпкина, осужденного Верховным Судом Республики Карелия по пп. "б", "и" ст. 102 УК РСФСР, исключила обвинение до п. "б" ст. 102 УК, заменив по всем этим делам смертную казнь лишением свободы сроком на 15 лет. Проверка и пересмотр дел в порядке надзора В 1994 году Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ проверено в порядке надзора 2195 дел (в 1993 г. - 1883), истребованных по жалобам и представлениям. Принесены протесты по 868 делам, что составляет 39,5% (в 1993 г. - 31,3%), из них по представлениям 245 (в 1993 г. - 94) и по жалобам - 623 протеста. Таким образом, в 1994 году заметно увеличилась доля протестов, принесенных по представлениям. Следует отметить, что каждое десятое проверенное Коллегией в порядке надзора дело (217 дел) рассмотрено одним из судов Москвы. Всего, с учетом дел судебного состава Президиума Верховного Суда РФ, проверено в порядке надзора Верховным Судом РФ 2686 дел, что на 204 дела больше, чем в 1993 году ( + 8,2%), и это несмотря на уменьшение числа дел ( - 18,3%), проверенных Президиумом. Увеличение количества дел, рассмотренных Судебной коллегией в порядке надзора, в определенной степени связано с отсутствием кворума в президиумах некоторых судов. Вместе с тем, как показало изучение дел, ошибки, допущенные судами первой инстанции, своевременно не исправлялись судами кассационной инстанции и в президиумах нижестоящих судов в порядке надзора. Так, вместе с приговорами народных судов отменено 114 кассационных определений и 91 надзорное постановление. Проверка в порядке надзора дел, как и кассационная практика, свидетельствует о том, что суды допускают необоснованное осуждение граждан; не по всем делам всесторонне и полно исследуют обстоятельства дела; по некоторым делам существенно нарушается уголовно-процессуальный закон; имели место случаи рассмотрения дел незаконным составом суда. Приговор Карабашского районного народного суда Челябинской области в отношении Трусова, осужденного по ч. 1 ст. 80 УК, и кассационное определение по этому делу отменены и дело прекращено за отсутствием в действиях Трусова состава преступления. Трусов признан виновным в уклонении от очередного призыва на военную службу. Между тем, согласно п. "б" ст. 21 Закона Российской Федерации от 11 февраля 1993 г. "О воинской обязанности и военной службе", гражданину, занятому уходом за членами семьи, нуждающимся в посторонней помощи и не находящимся на полном государственном содержании, при отсутствии других лиц, обязанных по закону доставлять указанному члену семьи содержание и заботиться о нем, предоставляется отсрочка от призыва на военную службу. Нуждающимися в посторонней помощи и уходе, как указано в законе, считаются члены семьи, достигшие пенсионного возраста. Поскольку Трусов проживал с родителями-пенсионерами и имел право на отсрочку от призыва на военную службу, привлечение его к уголовной ответственности за уклонение от призыва на военную службу признано необоснованным. Как и по делам, относящимся к подсудности областных и соответствующих им судов, народными судами допускались ошибки в определении субъекта должностного преступления. В частности, отменены приговор Свердловского районного народного суда Москвы от 15 марта 1993 г., по которому Петин осужден по ч. 1 ст. 170 УК РСФСР, и приговор Черемушкинского районного народного суда Москвы от 25 февраля 1994 г., по которому Савина осуждена по ч. 1 ст. 173 УК РСФСР. Признавая осуждение Петина и Савиной за должностные преступления необоснованным, Судебная коллегия мотивировала свои решения тем, что ни кооператив, в котором работал Петин, ни ТОО, в котором работала Савина, не являются государственными или общественными организациями (объединениями), поэтому Петин и Савина не относятся к кругу лиц, предусмотренных примечанием к ст. 170 УК РСФСР, как должностные, и, следовательно, не могут нести ответственность за должностные преступления. В связи с этим уголовные дела в отношении Петина и Савиной прекращены за отсутствием в их действиях состава преступления. В г. Калуге имели место факты рассмотрения дел незаконным составом суда, поскольку судьи были наделены полномочиями не в соответствии с законом, что повлекло в итоге отмену судебных решений. Так, исполнение обязанностей судьи Октябрьского районного народного суда г. Калуги было возложено на народного заседателя постановлением главы администрации этого района, хотя по закону такими полномочиями он не наделен. Вносились изменения в приговоры народных судов в связи с неправильным применением материального закона. По делу Алимова и Олара, рассмотренному Тверским районным народным судом Москвы, было установлено, что обвиняемые фактически совершили мелкое хулиганство (нецензурная брань в общественном месте), а затем оказали сопротивление, сопряженное с насилием, работникам милиции, пресекавшим их противоправные действия. Однако народный суд ошибочно расценил их действия как злостное хулиганство, отличающееся по своему содержанию особой дерзостью и связанное с сопротивлением работникам милиции, выполнявшим обязанности по охране общественного порядка, и квалифицировал эти действия по ч. 2 ст. 206 УК РСФСР. Судебная коллегия изменила состоявшиеся по делу решения, 1) переквалифицировав действия осужденных на ч. 2 ст. 191 УК РСФСР. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ в порядке надзора отменялись и изменялись приговоры народных судов и последующие судебные решения в связи с назначением судами несправедливого наказания как вследствие суровости, так и его мягкости. В частности, за мягкостью назначенного наказания отменен приговор Бобровского районного народного суда Воронежской области в отношении Глебова, осужденного за причинение тяжкого телесного повреждения и совершение злостного хулиганства по ч. 1 ст. 108 и ч. 2 ст. 206 УК РСФСР с применением ст. 44 УК к 4 годам лишения свободы условно. При этом, как указала Судебная коллегия, суд первой инстанции, установив, что Глебов - инициатор преступления, совершенного им в состоянии опьянения, тем не менее условно осудил его. Кроме того, суд не учел данные о личности Глебова, который состоял ранее на учете в инспекции по делам несовершеннолетних в связи с совершением хулиганских действий. Вместе с приговором отменены кассационное определение и постановление президиума областного суда, необоснованно отклонившего внесенный по делу протест на мягкость назначенного Глебову наказания. Следует отметить, что областные суды при рассмотрении дел в кассационном порядке, а также президиумы при пересмотре дел в порядке надзора сами допускали ошибки. По приговору Куйбышевского районного народного суда г. Самары Миронов осужден по ст. 17 и ч. 2 ст. 89 УК РСФСР за то, что оказал содействие соучастнику преступления Кнопкину в совершении кражи автомобиля. Действия Миронова по ч. 2 ст. 89 УК РСФСР судом первой инстанции были квалифицированы по одному квалифицирующему признаку - совершение кражи по предварительному сговору группой лиц. Суд второй инстанции этот признак из приговора исключил, однако оставил квалификацию действий Миронова по ст. 17 и ч. 2 ст. 89 УК, сославшись на то, что ему было известно о совершенном ранее Кнопкиным грабеже, т. е. на повторность. Между тем данный квалифицирующий признак не вменялся Миронову ни органами следствия, ни по приговору суда. Таким образом, кассационная инстанция, нарушив ст. 340 УПК РСФСР, ухудшила положение осужденного. Кроме того, как указано в определении Судебной коллегии, при правовой оценке действий соучастников следует иметь в виду, что такой квалифицирующий признак, как совершение кражи повторно, необходимо учитывать при квалификации действий только тех соучастников, к которым этот признак относится персонально. В связи с изложенным действия Миронова переквалифицированы со ст. 17, ч. 2 ст. 89 на ст. 17 и ч. 1 ст. 89 УК РСФСР. По приговору Белоярского городского народного суда от 14 апреля 1994 г. Братасюк признан виновным в нарушении правил безопасности движения, повлекшем смерть потерпевшего, и осужден по ч. 2 ст. 211 УК РСФСР к 5 годам лишения свободы. В кассационном порядке приговор оставлен без изменения. Президиум суда Ханты-Мансийского автономного округа смягчил наказание Братасюку, применив к нему ст. 44 УК РСФСР. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ с этим решением не согласилась и по протесту прокурора отменила его как необоснованное, оставив в силе приговор народного суда и кассационное определение. Постановление президиума Курганского областного суда по делу Сорокина и Клевакина отменено, поскольку президиум, отменяя вынесенные по делу приговор и кассационное определение и направляя дело на новое судебное рассмотрение, в нарушение требований ст. 380 УПК РСФСР по существу предрешил вопросы доказанности обвинения и квалификации действий подсудимых, а также дал в постановлении некоторые другие указания, противоречащие закону. Таким образом, обобщение показало, что при более ответственном и внимательном подходе к применению норм материального и процессуального законодательства можно исключить значительное число ошибок и повысить уровень судебной деятельности. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации Указатель судебной практики УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ +-----------------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------------------¦ ¦ 070.030.020 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Решение суда по иску о восстанов- ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ лении на работе отменено ввиду ¦ ¦ от 26.07.95 ¦ неисследованности обстоятельств ¦ ¦ Бюллетень ¦ дела ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, 1995,¦ ¦ ¦ N 11, с. 1 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 170.030.020 ¦ ¦ ¦ 170.040.000 ¦ ¦ ¦ 170.090.000 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Право ведомства на повторное за- ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ селение освободившейся жилой ¦ ¦ от 3.07.95 ¦ площади в порядке ст. 45 ЖК ¦ ¦ Бюллетень ¦ РСФСР утрачивается, если жилое ¦ ¦ Верх. Суда ¦ помещение в установленном зако- ¦ ¦ Российской ¦ ном порядке передано в муници- ¦ ¦ Федерации, 1995,¦ пальную собственность ¦ ¦ N 11, с. 2 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 010.080.030 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Лицо, ходатайствующее о призна- ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ нии его беженцем, не должно ¦ ¦ от 7.08.95 ¦ представлять доказательства вы- ¦ ¦ Бюллетень ¦ нужденности выезда с постоянно- ¦ ¦ Верх. Суда ¦ го места жительства, а обязано ¦ ¦ Российской ¦ лишь сообщать соответствующим ¦ ¦ Федерации, 1995,¦ органам государственного управ- ¦ ¦ N 11, с. 4 ¦ ления сведения, необходимые для ¦ ¦ ¦ рассмотрения указанного ходатай- ¦ ¦ ¦ ства. Закон не связывает призна- ¦ ¦ ¦ ние лица беженцем с наличием у ¦ ¦ ¦ него близких родственников по ¦ ¦ ¦ месту его предполагаемого жи- ¦ ¦ ¦ тельства ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.030 ¦ ¦ ¦ Пост. Презид. ¦ Приговор изменен ввиду непра- ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ вильного вменения в вину лицам, ¦ ¦ от 5.07.95 ¦ осужденным по ст. ст. 15 и 102 ¦ ¦ Бюллетень ¦ УК РСФСР, квалифицирующего ¦ ¦ Верх. Суда ¦ признака - особой жестокости ¦ ¦ Российской ¦ при убийстве ¦ ¦ Федерации, 1995,¦ ¦ ¦ N 11, с. 5 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.100 ¦ ¦ ¦ Пост. Презид. ¦ Нарушение правил безопасности ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ движения лицом, управлявшим ¦ ¦ от 21.О6.95 ¦ транспортным средством, повлек- ¦ ¦ Бюллетень ¦ шее смерть потерпевшего, без до- ¦ ¦ Верх. Суда ¦ статочных доказательств квалифи- ¦ ¦ Российской ¦ цировано как умышленное убий- ¦ ¦ Федерации, 1995,¦ ство ¦ ¦ N 11, с. 6 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.030 ¦ ¦ ¦ Пост. презид. ¦ Надзорная инстанция не призна- ¦ ¦ Пермск.обл.суда ¦ ла, что действия лица, осужден- ¦ ¦ от 22.05.95 ¦ ного за преступление, предусмот- ¦ ¦ Бюллетень ¦ ренное ч. 2 ст. 108 УК РСФСР, ¦ ¦ Верх. Суда ¦ носили характер истязания и му- ¦ ¦ Российской ¦ чения ¦ ¦ Федерации, 1995,¦ ¦ ¦ N 11, с. 7 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.010.030 ¦ ¦ ¦ Пост. презид. ¦ В случае временного отсутствия ¦ ¦ Мурманск. обл. ¦ судьи районного (городского) на- ¦ ¦ суда ¦ родного суда исполнение его обя- ¦ ¦ от 6.07.95 ¦ занностей возлагается на судью ¦ ¦ Бюллетень ¦ ближайшего районного (городско- ¦ ¦ Верх. Суда ¦ го) народного суда решением ¦ ¦ Российской ¦ председателя вышестоящего суда ¦ ¦ Федерации, 1995,¦ ¦ ¦ N 11, с. 7 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.040.000 ¦ ¦ ¦ 400.060.000 ¦ ¦ ¦ 400.010.040 ¦ ¦ ¦ 400.100.000 ¦ ¦ ¦ 390.020.070 ¦ ¦ ¦ 390.020.030 ¦ ¦ ¦ 390.020.010 ¦ ¦ ¦ 390.010.010 ¦ ¦ ¦ 390.010.030 ¦ ¦ ¦ Обзор суд. ¦ Обзор судебной практики Верхов- ¦ ¦ практики ¦ ного Суда Российской Федерации ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ по рассмотрению уголовных дел ¦ ¦ Бюллетень ¦ в кассационном и надзорном по- ¦ ¦ Верх. Суда ¦ рядке в 1994 году ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, 1995,¦ ¦ ¦ N 11, с. 8 ¦ ¦ +-----------------------------------------------------------------+