30.11.2010
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 11 2010 года Опубликовано: 30.11.2010 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановление N 21 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 сентября 2010 г. О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2010 г. N 16 "О практике применения судами Закона Российской Федерации "О ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 21 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 16 сентября 2010 г. О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2010 г. N 16 "О практике применения судами Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дополнить постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2010 г. N 16 "О практике применения судами Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" пунктами 37 и 38 следующего содержания: "37. Если распространением в средствах массовой информации сведений были нарушены личные неимущественные права либо другие нематериальные блага лица и ему был причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), то это лицо вправе требовать компенсации данного вреда (статьи 151, 1099 ГК РФ). При этом в соответствии с пунктом 3 статьи 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. 38. Размер компенсации морального вреда определяется судом в денежном выражении и подлежит взысканию в пользу истца (пункт 1 статьи 1101 ГК РФ). Компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ). Использование права на компенсацию морального вреда в иных целях, в частности, для создания ситуации, при которой фактически ограничивается право каждого на свободу выражать свое мнение, включая свободу придерживаться своего мнения, свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей, не допускается (статья 29 Конституции Российской Федерации, статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статья 10 ГК РФ). Судам следует иметь в виду, что сумма компенсации морального вреда должна быть разумной и справедливой (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ) и не вести к нарушению свободы массовой информации. Требования разумности и справедливости должны действовать также при определении суммы компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с политических, общественных деятелей и должностных лиц". Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ Постановление N 22 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2010 г. О внесении изменений в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 22 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 28 сентября 2010 г. О внесении изменений в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (в редакции постановления Пленума от 28 декабря 2006 г. N 63) и от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" В связи с принятием федеральных законов от 30 июня 2006 г. N 90-ФЗ "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации", от 18 декабря 2006 г. N 231-ФЗ "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", от 28 февраля 2008 г. N 13-ФЗ "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации" и от 22 июля 2008 г. N 147-ФЗ "О внесении изменений в статью 3 Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" и статью 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет внести соответствующие изменения и дополнения в следующие постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации: 1. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (в редакции постановления Пленума от 28 декабря 2006 г. N 63): из пункта 1 исключить абзацы третий, четвертый и пятый; абзацы шестой и седьмой считать, соответственно, абзацами третьим и четвертым; пункт 3 изложить в следующей редакции: "Заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ, статья 24 ГПК РФ)."; второе предложение абзаца первого пункта 7 изложить в следующей редакции: "При этом следует иметь в виду, что дела о восстановлении на работе должны быть рассмотрены судом до истечения месяца, а дела по другим трудовым спорам - до истечения двух месяцев со дня поступления заявления в суд."; в третьем предложении абзаца первого пункта 12 слово "расписку" заменить словом "роспись"; во втором предложении пункта 15 слово "расписку" заменить словом "роспись"; в абзаце втором пункта 29 слово "расписку" заменить словом "роспись"; дополнить первое предложение пункта 52 после слов "образовательного учреждения" словами "; увольнение спортсмена в случаях спортивной дисквалификации на срок шесть и более месяцев, а также использования, в том числе однократного, допинговых средств и (или) методов, выявленного при проведении допингового контроля в порядке, установленном в соответствии с федеральным законом", после слов "статьи 336" словами ", статья 348-11". 2. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю": пункт 1 изложить в следующей редакции: "В силу части первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб возникает в связи с трудовыми отношениями между ними, поэтому дела по спорам о материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, в том числе в случае, когда ущерб причинен работником не при исполнении им трудовых обязанностей (пункт 8 части первой статьи 243 ТК РФ), в соответствии со статьей 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) рассматриваются районным судом в качестве суда первой инстанции. Такие дела подлежат разрешению в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" ТК РФ. По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые, как следует из части второй статьи 381 ТК РФ, являются индивидуальными трудовыми спорами."; из пункта 9 исключить слова ", или части 7 статьи 11 Федерального закона от 29 июля 2004 г. N 98-ФЗ "О коммерческой тайне". Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ Постановление N 23 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2010 г. О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 2008 г. N 6 "О судебной практике по делам о контрабанде" ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 23 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 28 сентября 2010 г. О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 2008 г. N 6 "О судебной практике по делам о контрабанде" Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет абзац третий пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 2008 г. N 6 "О судебной практике по делам о контрабанде" исключить. Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Прекращение производства по делу по иску о применении последствий недействительности ничтожной сделки признано незаконным Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16 февраля 2010 г. N 35-В09-9 (Извлечение) 1. Прекращение производства по делу по иску о применении последствий недействительности ничтожной сделки признано незаконным Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16 февраля 2010 г. N 35-В09-9 (Извлечение) Прокурор Рамешковского района Тверской области в порядке ст. 45 ГПК РФ в интересах Территориального управления Федерального агентства по управлению федеральным имуществом Тверской области обратился в суд с заявлением к Комитету по управлению имуществом Рамешковского района, П. о признании недействительным договора аренды земельного участка от 9 сентября 2005 г., заключенного между Комитетом по управлению имуществом Рамешковского района и П., дополнительного соглашения к нему от 31 января 2008 г., о применении последствий недействительности сделки. Прокурор Рамешковского района в судебном заседании поддержал заявленные требования, заявил ходатайство о привлечении соистца - Минобороны России. Ответчик П. и его представители Б., К. в судебном заседании заявленные требования не признали, заявили ходатайство о прекращении производства по делу. Представитель Комитета по управлению имуществом Рамешковского района в судебном заседании поддержала ходатайство о прекращении производства по делу. Определением Рамешковского районного суда Тверской области от 6 апреля 2009 г. производство по делу прекращено. Определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 9 июня 2009 г. определение суда первой инстанции оставлено без изменения. В надзорном представлении первого заместителя Генерального прокурора РФ ставился вопрос об отмене определения Рамешковского районного суда от 6 апреля 2009 г. и определения судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 9 июня 2009 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 16 февраля 2010 г. отменила состоявшиеся судебные постановления, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Судами при рассмотрении дела были допущены существенные нарушения норм процессуального права, выразившиеся в следующем. Согласно абз. 2 ст. 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ. В силу п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если: заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке; заявление предъявлено в защиту прав, свобод или законных интересов другого лица государственным органом, органом местного самоуправления, организацией или гражданином, которым указанным Кодексом или другими федеральными законами не предоставлено такое право; в заявлении, поданном от своего имени, оспариваются акты, которые не затрагивают права, свободы или законные интересы заявителя. При вынесении определения суд пришел к выводу о том, что производство по делу подлежит прекращению на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 и абз. 2 ст. 220 ГПК РФ, поскольку Территориальное управление Федерального агентства по управлению федеральным имуществом Тверской области, в интересах которого обратился прокурор, является ненадлежащим истцом по данному делу. Право обращения в суд с настоящими требованиями принадлежит Минобороны России, которое заявленные прокурором требования не поддержало. Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда согласилась с выводами суда первой инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала выводы суда первой и кассационной инстанций ошибочными, поскольку нормы п. 1 ч. 1 ст. 134 и абз. 2 ст. 220 ГПК РФ не предусматривают такого основания для прекращения производства по делу, на которое ссылается суд. Из содержания приведенных судом правовых норм следует, что прекращение производства по делу является, в частности, следствием отсутствия права на обращение в суд. В соответствии со ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Как видно из материалов дела, П. как командир войсковой части оформил часть земельного участка, используемого под полигон, в своих интересах под строительство и размещение магазина. Прокурором заявление подано в рамках полномочий, предоставленных ему федеральным законодательством, в целях использования земель под полигон по прямому назначению, для обеспечения обороны и безопасности, поддержания боеспособности страны. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" обратил внимание судов на то, что состав лиц, участвующих в деле, указан в ст. 34 ГПК РФ. Возможность участия тех или иных лиц в процессе по конкретному делу определяется характером спорного правоотношения и наличием материально-правового интереса. Поэтому определение возможного круга лиц, которые должны участвовать в деле, начинается с анализа правоотношений и установления конкретных носителей прав и обязанностей. С учетом конкретных обстоятельств дела судья разрешает вопрос о составе лиц, участвующих в деле. Следует иметь в виду, что ряд субъектов из перечисленных в ст. 34 ГПК РФ не имеют по делу материально-правового интереса. Таким образом, у суда не имелось предусмотренных ст. 220 ГПК РФ оснований для прекращения производства по делу по заявлению прокурора Рамешковского района в интересах Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению федеральным имуществом Тверской области к Комитету по управлению имуществом Рамешковского района, П. о признании недействительными договора аренды земельного участка от 9 сентября 2005 г., заключенного между Комитетом по управлению имуществом Рамешковского района и П., и дополнительного соглашения к нему от 31 января 2008 г., применении последствий недействительности сделки в виде обязания П. снести здание магазина и передать полученное имущество - земельный участок указанной войсковой части по акту приема-передачи в срок до 1 июля 2009 г. Допущенное судами нарушение норм процессуального права является существенным и непреодолимым, в связи с чем может быть исправлено только посредством отмены судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение Рамешковского районного суда от 6 апреля 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 9 июня 2009 г. отменила и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. _____________ На основании норм гражданского законодательства застрахованное лицо вправе требовать в судебном порядке возмещения вреда, причиненного его здоровью при исполнении им трудовых обязанностей, в части, превышающей обеспечение по страхованию Определение Суде 2. На основании норм гражданского законодательства застрахованное лицо вправе требовать в судебном порядке возмещения вреда, причиненного его здоровью при исполнении им трудовых обязанностей, в части, превышающей обеспечение по страхованию Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25 февраля 2010 г. N 5-В10-8 (Извлечение) X. обратился в суд с иском к ОАО "Аэрофлот - Российские авиалинии" о возмещении вреда, причиненного здоровью, и взыскании пени, ссылаясь на то, что работал в ОАО "Аэрофлот - Российские авиалинии" в должности командира воздушного судна А-310. 28 марта 2003 г. при исполнении служебных обязанностей получил трудовое увечье, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве по форме Н-1 N 10 от 10 февраля 2004 г. 2 сентября 2003 г. он был уволен из ОАО "Аэрофлот - Российские авиалинии" по подп. "а" п. 3 ст. 81 ТК РФ (в связи с несоответствием выполняемой работе по состоянию здоровья). Учреждением медико-социальной экспертизы ему установлено 90% утраты профессиональной трудоспособности на срок с 15 марта 2005 г. по 1 апреля 2006 г. В связи с трудовым увечьем является получателем ежемесячных страховых выплат, выплачиваемых ему органами Фонда социального страхования РФ. Средний месячный заработок до получения увечья составлял 111 031 руб., однако всего за период с 1 октября 2005 г. по 31 декабря 2005 г. Фондом социального страхования РФ в качестве ежемесячных страховых выплат ему было выплачено 99 тыс. рублей. В связи с этим истец просил взыскать с ответчика сумму утраченного заработка (дохода) с учетом индексации и с вычетом выплаченных сумм за период с 1 октября 2005 г. по 31 декабря 2005 г. в размере 428 620 руб., а также пени за невыполнение обязательств по возмещению вреда, причиненного здоровью, начиная с 13 октября 2006 г. соразмерно сумме задолженности, а именно - 428 620 руб. Решением Бабушкинского районного суда г. Москвы от 2 декабря 2008 г. исковые требования X. удовлетворены. С ОАО "Аэрофлот - Российские авиалинии" в пользу истца взыскано в счет возмещения вреда 428 620 руб., а также пени в размере 428 620 руб. Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 3 марта 2009 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу постановлено новое решение, которым X. в удовлетворении иска отказано. Определением Бабушкинского районного суда г. Москвы от 11 декабря 2009 г. Генеральной прокуратуре РФ восстановлен срок на обращение с представлением о пересмотре определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 3 марта 2009 г. В надзорной жалобе X. и в надзорном представлении заместителя Генерального прокурора РФ поставлен вопрос об отмене определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 3 марта 2009 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ удовлетворила просьбы надзорной жалобы и представления Генерального прокурора РФ, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. При рассмотрении настоящего дела судом кассационной инстанции были допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся в следующем. X. работал в ОАО "Аэрофлот - Российские авиалинии" в должности командира воздушного судна А-310, 28 марта 2003 г. при исполнении трудовых обязанностей получил повреждение здоровья вследствие разгерметизации воздушного судна, о чем 10 февраля 2004 г. составлен акт о несчастном случае на производстве N 10. 2 сентября 2003 г. истец был уволен с работы по основанию, установленному подп. "а" п. 3 ст. 81 ТК РФ (в ред. на момент увольнения, т. е. по несоответствии занимаемой должности вследствие состояния здоровья). 13 апреля 2005 г. филиалом N 63 ФГУ "Главное бюро МСЭ по г. Москве" X. выдана справка об установлении степени утраты профессиональной трудоспособности 90% на срок с 15 марта 2005 г. по 1 апреля 2006 г. Приказом филиала N 2 ГУ - Московского регионального отделения Фонда социального страхования РФ от 19 апреля 2005 г. N 159-В X. назначена ежемесячная страховая выплата в размере 33 000 руб. на период с 15 марта 2005 г. по 1 апреля 2006 г. Разрешая дело и удовлетворяя исковые требования X., суд, руководствуясь положениями гл. 59 ГК РФ, регулирующей обязательства вследствие причинения вреда, пришел к выводу о том, что с ОАО "Аэрофлот - Российские авиалинии" в пользу истца подлежит взысканию разница между суммой утраченного им заработка и суммой выплат, производимых ему Фондом социального страхования РФ за период с 1 октября 2005 г. по 31 декабря 2005 г., а также пени за указанный период. При этом суд указал на то, что Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством РФ, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с этим Федеральным законом. Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд кассационной инстанции исходил из того, что спорные правоотношения регулируются непосредственно Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в соответствии с положениями которого обязанность по возмещению вреда работнику утраченного им в результате несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания заработка возложена не на работодателя, а на Фонд социального страхования РФ, который предоставляет застрахованному в полном объеме все необходимые виды обеспечения по страхованию. Тем самым обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве или профессиональных заболеваний обеспечивает компенсационное возмещение работнику всего утраченного им заработка в полном объеме, предельный размер которого (компенсационного возмещения) определяется этим Федеральным законом исходя из условно прогнозируемых, а не фактических размеров вреда. Суд кассационной инстанции также указал, что положения гл. 59 ГК РФ носят общий характер и права работника на выплату ему работодателем сумм утраченного в результате несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания заработка в части, превышающей размер ежемесячной страховой выплаты по обязательному социальному страхованию, непосредственно не предусматривают. Никаким иным федеральным законом данное право работнику также не предоставлено. Выводы суда кассационной инстанции основаны на неправильном применении и толковании норм материального права. Обязательства вследствие причинения вреда, независимо от того, при каких обстоятельствах причинен вред, регулируются нормами главы 59 ГК РФ. В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Данная правовая норма является императивной и не допускает возможности снижения размера подлежащего возмещению вреда на основании соглашения сторон. Изменение размера возмещения вреда возможно только в сторону его увеличения, в частности, в том случае, когда возмещению подлежит вред, причиненный жизни или здоровью гражданина. В соответствии со ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой (гл. 59), если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности. Согласно п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья. На основании ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба. Таким образом, для возмещения вреда (утраченного заработка) пострадавшему в результате профессионального заболевания не требуется специального федерального закона, поскольку сам ГК РФ содержит нормы, регулирующие данные отношения, и его ст.ст. 1072, 1084 и 1085 указывают на то, что вред (утраченный заработок) подлежит возмещению в полном объеме, а не только в какой-либо части. С учетом повышенной социальной значимости жизни и здоровья граждан специальным федеральным законодательством предусмотрен механизм обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, имеющий своей целью установление дополнительных социальных и правовых гарантий для лиц, пострадавших в результате несчастных случаев при исполнении трудовых обязанностей. Пунктом 2 ст. 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" прямо установлено, что указанный Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством РФ, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с этим Федеральным законом. Данный Федеральный закон устанавливает обязательный уровень возмещения вреда, но не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда в размерах, превышающих обеспечение по страхованию. В связи с этим застрахованное лицо вправе требовать в судебном порядке возмещения вреда в части, превышающей обеспечение по страхованию, на основании общих норм гражданского законодательства. Таким образом, судом кассационной инстанции допущена ошибка в применении и толковании норм материального права, что в соответствии со ст. 387 ГПК РФ является основанием для отмены определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 3 марта 2009 г. в части постановления по делу нового решения, которым X. в удовлетворении иска отказано. Данное нарушение является существенным, поскольку привело к вынесению незаконного решения, без отмены которого невозможно восстановление нарушенных прав истца. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ полагает, что отмененное определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 3 марта 2009 г. решение Бабушкинского районного суда г. Москвы от 2 декабря 2008 г. было вынесено с нарушением норм материального и процессуального права, в связи с чем это решение не может быть оставлено в силе при отмене определения суда кассационной инстанции. Определенная судом сумма выплат в пользу истца составила разницу между суммой утраченного заработка истца 99 928 руб., проиндексированной в соответствии с индексами инфляции, что предусмотрено в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", и той же суммой утраченного заработка, проиндексированной с учетом индексов роста потребительских цен, как того требовал истец. Решение суда в этой части является незаконным, поскольку противоречит нормам Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", которыми прямо установлен механизм индексации сумм возмещения вреда, причиненного здоровью застрахованных. Согласно ст. 330 ГК РФ пеней признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. В случае возникновения спора о выплатах в счет возмещения вреда здоровью, т. е. по существу обязательства, пеня должна начисляться с момента вступления решения в законную силу, поскольку в соответствии со ст. 8 ГК РФ судебное решение является основанием возникновения гражданских прав и обязанностей. Учитывая, что основанием возникновения у ОАО "Аэрофлот - Российские авиалинии" обязанности по выплате в установленном размере сумм возмещения вреда явилось решение суда, вывод суда о начислении пени в пользу истца за период с 13 октября 2006 г. не основан на законе. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 3 марта 2009 г. в части вынесения нового решения, которым X. отказано в удовлетворении исковых требований. В остальной части определение оставила без изменения и дело направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции. _____________ Для правильного разрешения судом дела по жалобе на бездействие судебного пристава-исполнителя существенное значение имеет обстоятельство, касающееся характера требований кредитора и обязанности должника по исполнению решения суда в рамках возбужденного ис 3. Для правильного разрешения судом дела по жалобе на бездействие судебного пристава-исполнителя существенное значение имеет обстоятельство, касающееся характера требований кредитора и обязанности должника по исполнению решения суда в рамках возбужденного исполнительного производства Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 9 марта 2010 г. N 49-В09-23 (Извлечение) Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17 июля 2008 г. ООО "СтройДизайн+" признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство. Решением Уфимского районного суда Республики Башкортостан от 11 сентября 2008 г. удовлетворен иск Б. и М. к ООО "СтройДизайн+" об обязании восстановить незавершенный строительством дом согласно утвержденному в установленном порядке проекту, освободить земельный участок от строительных материалов и мусора и по другим требованиям (не препятствовать пользоваться истцам незавершенным строительством объектом по указанному адресу, очистить дорогу общего пользования у дома). 20 ноября 2008 г. судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство по исполнительному листу, выданному по указанному делу Уфимским районным судом Республики Башкортостан 11 ноября 2008 г. Постановление о возбуждении исполнительного производства 25 ноября 2008 г. вручено конкурсному управляющему ООО "СтройДизайн+". Конкурсный управляющий ООО "СтройДизайн+" обратился в суд с жалобой на бездействие судебного пристава-исполнителя, который, получив решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17 июля 2008 г. о признании должника банкротом, в нарушение требований закона не вынес постановление об окончании исполнительного производства по указанному выше исполнительному документу и не направил исполнительный лист конкурсному управляющему. На этом основании просил признать незаконным бездействие судебного пристава-исполнителя и обязать его окончить исполнительное производство по исполнительному листу по делу по иску Б. и М. к ООО "СтройДизайн+". Решением Уфимского районного суда Республики Башкортостан от 27 января 2009 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Башкортостан от 7 апреля 2009 г., жалоба ООО "СтройДизайн+" удовлетворена частично. На судебного пристава-исполнителя возложена обязанность окончить исполнительное производство по исполнительному листу по названному гражданскому делу. В удовлетворении требований о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя судом отказано. В надзорной жалобе Б. ставился вопрос об отмене состоявшихся судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ удовлетворила надзорную жалобу истца, указав следующее. Согласно ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Судами первой и второй инстанций при рассмотрении данного дела было допущено такого характера существенное нарушение норм материального и процессуального права, выразившееся в следующем. В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 47 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случае признания должника-организации банкротом и направления исполнительного документа конкурсному управляющему, за исключением исполнительных документов, указанных в ч. 4 ст. 96 настоящего Федерального закона. Согласно чч. 4 и 5 ст. 96 указанного Закона при получении копии решения арбитражного суда о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства (а также когда должник находится в процессе ликвидации) судебный пристав-исполнитель оканчивает исполнительное производство, в том числе по исполнительным документам, исполнявшимся в ходе ранее введенных процедур банкротства, за исключением исполнительных документов о признании права собственности, компенсации морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о применении последствий недействительности сделок, а также о взыскании задолженности по текущим платежам. Одновременно с окончанием исполнительного производства судебный пристав-исполнитель снимает наложенные им в ходе исполнительного производства аресты на имущество должника и иные ограничения по распоряжению этим имуществом. Исполнительные документы, производство по которым окончено, вместе с копией постановления об окончании исполнительного производства в течение трех дней со дня окончания исполнительного производства направляются конкурсному управляющему или в ликвидационную комиссию (ликвидатору). Копия указанного постановления в тот же срок направляется сторонам исполнительного производства. В силу абз. 6-8, 10 п. 1 ст. 126 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства: прекращается исполнение по исполнительным документам, в том числе по исполнительным документам, исполнявшимся в ходе ранее введенных процедур, применяемых в деле о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом; все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в п. 1 ст. 134 настоящего Федерального закона, и требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства; исполнительные документы, исполнение по которым прекратилось в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежат передаче судебными приставами-исполнителями конкурсному управляющему в порядке, установленном федеральным законом; исполнение обязательств должника осуществляется в случаях и в порядке, которые установлены настоящей главой. Принимая решение о частичном удовлетворении жалобы конкурсного управляющего на бездействие судебного пристава-исполнителя, суд, руководствуясь вышеприведенными нормами Федерального закона "Об исполнительном производстве" и Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пришел к выводу, что при получении копии решения арбитражного суда о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства судебный пристав-исполнитель оканчивает исполнительное производство независимо от того, является ли обязательство должника денежным или нет, за исключением исполнительных документов о признании права собственности, компенсации морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о применении последствий недействительности сделок, а также о взыскании задолженности по текущим платежам. Исполнительный документ по гражданскому делу по иску Б. и М. к ООО "СтройДизайн+" таких требований не содержал, поэтому суд обязал судебного пристава-исполнителя окончить исполнительное производство по данному делу. Суд второй инстанции признал решение суда первой инстанции законным и обоснованным, согласившись при этом с доводами, приведенными в решении суда. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала выводы суда и их обоснование не основанными на законе, указав следующее. Применяя при рассмотрении настоящего дела к отношениям сторон нормы п. 7 ч. 1 ст. 47, чч. 4 и 5 ст. 96 Федерального закона "Об исполнительном производстве" и п. 1 ст. 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", суд не установил, какого именно характера обязательство возникло в силу решения суда от 11 сентября 2008 г. по иску Б. и М. у должника ООО "СтройДизайн+", ограничившись лишь ссылкой на то, что не имеет значения - денежное оно или нет, и, соответственно, какие действия должны быть совершены должником в пользу кредиторов истцов по исполнению решения суда уже в рамках возбужденного судебным приставом-исполнителем исполнительного производства. Между тем данное обстоятельство в настоящем деле является юридически значимым, поскольку в зависимости от характера требований кредитора и обязанности должника в исполнительном производстве (от характера обязательства) определяются подлежащие применению к отношениям сторон нормы Федерального закона "Об исполнительном производстве" и Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". Также судом не принято во внимание, что ст. 96 Федерального закона "Об исполнительном производстве", на нормы которой он ссылался в обоснование своих выводов (аналогичные нормы содержатся и в абз. 6-8 п. 1 ст. 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"), структурно расположена в гл. 10 данного Федерального закона, называющейся "Особенности обращения взыскания на имущество должника-организации". Статья 96 регулирует порядок обращения имущественных взысканий при введении в отношении должника-организации процедур банкротства, а также при ликвидации должника-организации. Применяя данную статью Федерального закона "Об исполнительном производстве", суд не выяснил, предполагалось ли судебным приставом-исполнителем после возбуждения постановлением от 25 ноября 2008 г. исполнительного производства по исполнительному листу по делу по иску Б. и М. осуществление таких мер принудительного исполнения решения суда, как обращение взыскания на имущество должника ООО "СтройДизайн+", а также какие действия обязан был совершить должник согласно исполнительному листу. Поскольку суд не определил обстоятельства, имеющие значение для разрешения требования об окончании исполнительного производства, вывод суда о том, что имелись предусмотренные законом основания для возложения на судебного пристава-исполнителя обязанности по окончанию исполнительного производства по исполнительному листу, выданному Уфимским районным судом Республики Башкортостан 11 ноября 2008 г. по делу по иску Б. и М. к ООО "СтройДизайн+", нельзя признать правильным. Он сделан с нарушением требований ст. 56 ГПК РФ, устанавливающей обязанность суда определить предмет доказывания по делу. С учетом приведенных обстоятельств состоявшиеся судебные постановления по делу являются незаконными. Они приняты с существенным нарушением норм материального и процессуального права, повлиявшим на исход дела, в связи с чем подлежат отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила решение Уфимского районного суда Республики Башкортостан от 27 января 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Башкортостан от 7 апреля 2009 г., направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ____________ Дело по спору между гражданином и акционерным обществом о взыскании денежных средств подведомственно суду общей юрисдикции Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 9 февраля 2010 г. N 5-В09-155 (Извлечение) 4. Дело по спору между гражданином и акционерным обществом о взыскании денежных средств подведомственно суду общей юрисдикции Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 9 февраля 2010 г. N 5-В09-155 (Извлечение) И. обратился в суд с иском к ЗАО "АРТ-СТП" о взыскании денежных средств, ссылаясь на то, что 3 мая 2007 г. он заключил договор с ответчиком, по условиям которого ЗАО "АРТ-СТП" обязалось выполнить работы по изготовлению памятного знака - креста. Истец оплатил стоимость работ в размере 325 тыс. рублей, однако ответчик при выполнении работы изменил установленные договором размеры и заменил материал, что, по мнению истца, повлияло на качество изделия. Определением Гагаринского районного суда г. Москвы от 13 октября 2008 г. И. отказано в принятии искового заявления на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ в связи с неподсудностью заявленных требований суду общей юрисдикции. Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 19 марта 2009 г. определение суда первой инстанции оставлено без изменения. В надзорной жалобе заявителя ставился вопрос об отмене состоявшихся судебных постановлений и направлении материала на рассмотрение в суд первой инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 9 февраля 2010 г. жалобу удовлетворила, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Судами при рассмотрении дела были допущены существенные нарушения норм процессуального права, выразившиеся в следующем. Отказывая в принятии искового заявления, суд исходил из того, что договор заключен между исполнителем - ЗАО "АРТ-СТП" и заказчиком - "Товариществом реставраторов "Мастерские Андрея Анисимова" в лице председателя приходского Совета Храма - И., действующего на основании Устава. И. действовал от имени юридического лица, а не от себя как физического лица. Суд пришел к выводу о том, что в данном случае спор возник между юридическими лицами - ЗАО "АРТ-СТП" и "Товариществом реставраторов "Мастерские Андрея Анисимова" в результате осуществления экономической деятельности, в связи с чем данный спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде. С данным выводом суда первой инстанции согласилась судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ с выводами суда первой и второй инстанций не согласилась, указав следующее. В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 22 ГПК РФ суды рассматривают и разрешают исковые дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений. Суды рассматривают и разрешают дела, предусмотренные чч. 1 и 2 ст. 22 ГПК РФ, за исключением экономических споров и других дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов (ч. 3 ст. 22 ГПК РФ). В силу чч. 1 и 2 ст. 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее - индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных указанным Кодексом и иными федеральными законами, - с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (далее - организации и граждане). Согласно ст. 28 АПК РФ арбитражные суды рассматривают в порядке искового производства возникающие из гражданских правоотношений экономические споры и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, а в случаях, предусмотренных указанным Кодексом и иными федеральными законами, - другими организациями и гражданами. И. утверждает, что он обратился в суд с иском как физическое лицо, ссылаясь на то, что были нарушены его права как физического лица. В исковом заявлении указано, что при заключении договора от 3 мая 2007 г. он действовал как физическое лицо. Все исполнение договора производилось им лично от своего имени, включая оплату, приемку и последующую переписку с исполнителем по договору. В материалах дела отсутствуют документы, свидетельствующие о том, что И. действовал от имени другого лица, в частности "Товарищества реставраторов "Мастерские Андрея Анисимова". Как видно из материалов, приложенных к надзорной жалобе, местная религиозная организация - православный приход Храма Всех Святых в земле Российской просиявших, в Черемушках г. Москвы (Московской епархии Русской православной церкви), председателем приходского Совета Храма которой являлся И., на момент заключения договора от 3 мая 2007 г. статуса юридического лица не имела, так как была исключена из Единого государственного реестра юридических лиц 10 апреля 2007 г. N 2077799026061. При таких обстоятельствах у суда не имелось законных оснований для отказа в принятии искового заявления И. к ЗАО "АРТ-СТП" о взыскании денежных средств по договору по п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение Гагаринского районного суда г. Москвы от 13 октября 2008 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 19 марта 2009 г. отменила, направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. _____________ Расторжение кредитного договора не препятствует реализации принадлежащего кредитору права на взыскание с поручителей убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, при наличии такого условия в договоре поручительства Опред 5. Расторжение кредитного договора не препятствует реализации принадлежащего кредитору права на взыскание с поручителей убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, при наличии такого условия в договоре поручительства Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 9 февраля 2010 г. N 9-В09-23 (Извлечение) Нижегородский филиал ОАО "АК БАРС БАНК" обратился в суд с иском к ООО "Ингрит", К., С., И. о взыскании задолженности по кредитным договорам с обращением взыскания на заложенное имущество, ссылаясь на то, что банк заключил с ООО "Ингрит" договор на открытие кредитной линии под лимит задолженности, в соответствии с условиями договора в рамках открытой кредитной линии в размере 6 млн. рублей по заявкам заемщика выдал ему транши, а с учетом погашения сумма основного долга составила 536 тыс. рублей под 16% годовых (процентная ставка увеличена до 18% с 1 октября 2008 г. и до 19% с 1 ноября 2008 г. в соответствии с дополнительными соглашениями N 1 и N 2) на срок до 20 ноября 2009 г. на пополнение оборотных средств. Срок возврата транша в размере 5 726 297 руб. установлен до 9 марта 2009 г. Банк заключил с ООО "Ингрит" соглашение от 1 ноября 2008 г. на предоставление кредита, в соответствии с условиями которого кредитор по заявке заемщика обязался осуществить кредитование расчетного счета в размере 5 млн. рублей под 20% годовых (размер кредита был снижен до 3 257 119 руб. в соответствии с дополнительным соглашением на срок до 20 января 2009 г.). Факт выдачи кредитов подтверждается платежными поручениями и выписками по лицевым счетам. Исполнение обязательств обеспечено договорами поручительства от 22 ноября 2006 г. и от 1 ноября 2008 г. В обеспечение кредитного договора N 1 заключен договор об ипотеке от 22 ноября 2006 г., предметом которого является недвижимое имущество, принадлежащее на праве собственности заемщику - 1/2 доля в праве общей долевой собственности на нежилое трехэтажное здание, с определенной начальной стоимостью в размере 7 881 815 руб. Общая задолженность составляет 6 400 018 руб. Истец просил суд взыскать с ответчиков солидарно указанную сумму, обратить взыскание на имущество, заложенное в счет обеспечения исполнения обязательств по договору на открытие кредитной линии под лимит задолженности в рамках договора об ипотеке, предметом которого являются два нежилых помещения, принадлежащие на праве собственности И., а также расходы по государственной пошлине в размере 20 тыс. рублей. Решением Сормовского районного суда г. Нижнего Новгорода от 15 мая 2009 г. исковые требования Нижегородского филиала ОАО "АК БАРС БАНК" о взыскании задолженности по кредитным договорам с обращением взыскания на заложенное имущество удовлетворены. Определением судебной коллегии по гражданским делам Нижегородского областного суда от 16 июня 2009 г. решение Сормовского районного суда от 15 мая 2009 г. отменено в части взыскания солидарно с К., С. в пользу ОАО "АК БАРС БАНК" по договору на открытие кредитной линии под лимит задолженности (револьверный кредит) от 22 ноября 2006 г. на сумму 5 130 321 руб., в том числе: просроченная задолженность - 4990 тыс. рублей, срочные проценты за пользование кредитом - 83 121 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами - 57 200 руб.; по соглашению на предоставление кредита (овердрафт) от 1 ноября 2008 г. на сумму 1 128 563 руб., в том числе: просроченная задолженность - 991 023 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами - 145 077 руб., а всего - 6 266 421 руб., обращение взыскания на имущество, заложенное в счет обеспечения обязательств по договору на открытие кредитной линии под лимит задолженности от 22 ноября 2006 г. в рамках договора об ипотеке от 22 ноября 2006 г., предметом которого являются: нежилое помещение общей площадью 1969,1 кв. м и нежилое помещение общей площадью 1089,2 кв. м, определение начальной продажной цены заложенного имущества, с которой начинаются торги: нежилого помещения общей площадью 1969,1 кв. м - 5 074 742 руб.; нежилого помещения общей площадью 1089,2 кв. м - 2 807 073 руб., взыскание солидарно с ответчиков К., С. государственной пошлины в размере 20 тыс. руб. в пользу ОАО "АК БАРС БАНК". В отмененной части принято новое судебное постановление, которым ОАО "АК БАРС БАНК" отказано в удовлетворении указанных исковых требований. В остальной части, а именно в части взыскания с ООО "Ингрит" в пользу ОАО "АК БАРС БАНК" по договору на открытие кредитной линии под лимит задолженности от 22 ноября 2006 г. на сумму 5 130 321 руб., в том числе: просроченная задолженность - 4990 тыс. рублей, срочные проценты за пользование кредитом - 83 121 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами - 57 200 руб.; по соглашению на предоставление кредита от 1 ноября 2008 г. на сумму 1 128 563 руб., в том числе: просроченная задолженность - 991 023 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами - 145 077 руб., а всего - 6 266 421 руб., государственной пошлины в размере 20 тыс. рублей - решение суда оставлено без изменения. В надзорной жалобе представителем Нижегородского филиала ОАО "АК БАРС БАНК" ставился вопрос об отмене определения судебной коллегии по гражданским делам Нижегородского областного суда от 16 июня 2009 г. и оставлении в силе решения Сормовского районного суда от 15 мая 2009 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 9 февраля 2010 г. жалобу удовлетворила, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. При рассмотрении дела судом кассационной инстанции допущено существенное нарушение норм материального и процессуального права. Удовлетворяя исковые требования Нижегородского филиала ОАО "АК БАРС БАНК" к ООО "Ингрит", К., С. о взыскании задолженности по кредитным договорам с обращением взыскания на заложенное имущество, суд первой инстанции исходил из того, что основной должник ООО "Ингрит" обязательства по кредитным договорам не исполнил надлежащим образом, в связи с чем у него имеется задолженность, 2 апреля 2009 г. кредитные договоры расторгнуты по соглашению сторон, срок возврата кредита истек, однако он не погашен. Отменяя решение суда первой инстанции в части взыскания солидарно с К., С. в пользу ОАО "АК БАРС БАНК" денежных средств, обращения взыскания на имущество, заложенное в счет обеспечения обязательств, принимая в отмененной части новое судебное постановление об отказе в удовлетворении заявленных требований, судебная коллегия Нижегородского областного суда пришла к выводу о том, что, возлагая на поручителей солидарную ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств основным должником ООО "Ингрит", суд первой инстанции не принял во внимание то обстоятельство, что в соответствии с п. 2 ст. 453 и ст. 367 ГК РФ при расторжении банком кредитных договоров, обеспеченных поручительством, действие поручительства прекращается с момента заключения соглашения сторон о расторжении договора. Судебная коллегия не учла, что в соответствии с п. 1 ст. 367 ГК РФ поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего. Согласно п. 2 ст. 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются. Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что расторжение кредитного договора не прекратило основного обязательства заемщика перед банком по возврату полученных кредитных средств и уплате процентов за пользование ими. Оставляя без изменения решение суда в части удовлетворения исковых требований Нижегородского филиала ОАО "АК БАРС БАНК" к ООО "Ингрит" о взыскании задолженности по кредитным договорам, судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда согласилась с указанным выводом суда первой инстанции. В соответствии с п. 1 ст. 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Расторжение кредитного договора влечет прекращение обязательств в последующем, но не лишает кредитора права требовать с должника и поручителей образовавшейся до момента расторжения договора суммы основного долга и процентов в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора, если иное не вытекает из соглашения сторон. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (п. 2 ст. 363 ГК РФ). Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (п. 1 ст. 393 ГК РФ), в том числе в случае расторжения договора по этому основанию (п. 5 ст. 453 ГК РФ). При вынесении определения от 16 июня 2009 г. судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда не учла, что расторжение кредитного договора не препятствует реализации принадлежащего кредитору права на взыскание с поручителя убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, в случае, если соответствующее условие содержится в договоре поручительства. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение судебной коллегии по гражданским делам Нижегородского областного суда от 16 июня 2009 г. в части отмены решения Сормовского районного суда от 15 мая 2009 г., принятия в отмененной части нового решения об отказе ОАО "АК БАРС БАНК" в удовлетворении исковых требований отменила и направила дело в этой части на новое рассмотрение в суд кассационной инстанции. ______________ Принятое к производству суда ходатайство о принудительном исполнении решения иностранного суда не может быть возвращено взыскателю Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 46-Г10-1 (Извлечение) 6. Принятое к производству суда ходатайство о принудительном исполнении решения иностранного суда не может быть возвращено взыскателю Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 46-Г10-1 (Извлечение) Ошмянская таможня Гродненской области Республики Беларусь обратилась в Самарский областной суд с ходатайством о признании и разрешении принудительного исполнения на территории Российской Федерации решения суда Лидского района Гродненской области Республики Беларусь от 20 сентября 2007 г. в части взыскания с Л. задолженности по таможенным платежам, процентам и пеням. Определением Самарского областного суда от 12 августа 2009 г. указанное ходатайство возвращено на основании подп. 2 п. 1 ст. 135 ГПК РФ. Определением того же суда от 11 декабря 2009 г. Ошмянской таможне Гродненской области Республики Беларусь восстановлен срок на подачу частной жалобы на определение Самарского областного суда от 12 августа 2009 г. В частной жалобе Ошмянской таможни Гродненской области Республики Беларусь ставился вопрос об отмене определения Самарского областного суда от 12 августа 2009 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 26 января 2010 г. частную жалобу удовлетворила, указав следующее. Порядок признания и исполнения решений иностранных судов регламентируется главой 45 ГПК РФ. Согласно ст. 409 ГПК РФ решения иностранных судов, в том числе решения об утверждении мировых соглашений, признаются и исполняются в Российской Федерации, если это предусмотрено международным договором Российской Федерации. 7 октября 2002 г. в г. Кишиневе государствами - участниками Содружества Независимых Государств подписана Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (далее - Кишиневская конвенция). Кишиневская конвенция вступает в силу для подписавшего ее государства после ратификации им настоящей Конвенции (ст. 120 Кишиневской конвенции). Республика Беларусь ратифицировала Кишиневскую конвенцию, и она вступила в силу для Республики Беларусь с 27 апреля 2004 г. В Российской Федерации внутригосударственные процедуры по ратификации Кишиневской конвенции выполняются. В силу положений пп. 3, 4 ст. 120 Кишиневской конвенции в отношениях между Российской Федерацией и Республикой Беларусь продолжает применяться Минская конвенция от 22 января 1993 г. В соответствии со ст.ст. 53, 54 Минской конвенции суд, рассматривающий ходатайство о признании и разрешении принудительного исполнения решения, ограничивается установлением того, что условия, предусмотренные Минской конвенцией, соблюдены. В случае соблюдения условий суд выносит решение о принудительном исполнении решения иностранного суда. Основания к отказу в признании и исполнении решений судов Договаривающихся Сторон содержатся в ст. 55 Минской конвенции и ч. 1 ст. 412 ГПК РФ. Выслушав объяснения должника и рассмотрев представленные доказательства, суд выносит определение о принудительном исполнении решения иностранного суда или об отказе в этом согласно ч. 4 ст. 411 ГПК РФ. Таким образом, Минская конвенция и глава 45 ГПК РФ, предусматривающие возможность признания и исполнения решений иностранных судов, не содержат такого полномочия суда, к которому обратился с ходатайством взыскатель, как возвращение ему ходатайства. Самарским областным судом данные нормы Минской конвенции и ГПК РФ не были учтены, что привело к принятию неправильного процессуального решения о возвращении ходатайства Ошмянской таможне Гродненской области Республики Беларусь. Возвращая заявленное ходатайство, суд исходил из того, что оно не может быть рассмотрено Самарским областным судом, поскольку, по сведениям отдела адресно-справочной работы УФМС России по Самарской области, должник на территории Самарской области не значится. Данный вывод признан необоснованным. В материалах дела имеются сведения о том, что должник проживает в г. Тольятти, подтвержденные ответом УВД по г. Тольятти Самарской области от 16 февраля 2009 г., объяснениями Д. от 20 апреля 2007 г. и объяснениями В. и Г. от 16 февраля 2009 г. В соответствии со ст. 119 ГПК РФ при неизвестности места пребывания ответчика суд приступает к рассмотрению дела после поступления в суд сведений об этом с последнего известного места жительства ответчика. На основании указанной нормы ГПК РФ Самарскому областному суду следовало известить Л. о времени и месте судебного заседания по последнему известному месту жительства в соответствии с требованиями приведенной нормы процессуального права. Однако в материалах дела не имеется судебных повесток, направленных по последнему известному месту жительства ответчика. Согласно ст. 410 ГПК РФ ходатайство взыскателя о принудительном исполнении решения иностранного суда рассматривается верховным судом республики, краевым, областным судом, судом города федерального значения, судом автономной области или судом автономного округа по месту жительства или месту нахождения должника в Российской Федерации, а в случае, если должник не имеет места жительства или места нахождения в Российской Федерации либо место его нахождения неизвестно, по месту нахождения его имущества. Дело, принятое к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть рассмотрено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно станет подсудным другому суду (ч. 1 ст. 33 ГПК РФ). Если суд установит, что должник, проживающий на территории, неподсудной данному суду, проживал там и на момент подачи ходатайства, ходатайство считается поданным с нарушением правил подсудности и, исходя из смысла ч. 1 ст. 33 ГПК РФ, не может быть рассмотрено данным судом. Такое ходатайство должно быть передано в суд по надлежащей подсудности. Если суду неизвестно место жительства или место нахождения должника, а также место нахождения его имущества на территории Российской Федерации, то ходатайство рассматривается в суде по последнему известному месту жительства в Российской Федерации (ч. 1 ст. 29 ГПК РФ). Принятое к производству суда ходатайство уже не может быть возвращено взыскателю. Как следует из ст. 410 ГПК РФ, ходатайство о принудительном исполнении решения иностранного суда может быть рассмотрено лишь при определенных условиях, а именно, если известно или место жительства, или место нахождения должника на территории Российской Федерации, или место нахождения его имущества. При отсутствии этих условий, т. е. если ни место жительства, ни место нахождения должника или его имущества, ни последнее место его жительства неизвестны, ходатайство не может быть рассмотрено судом Российской Федерации, поэтому суд оставляет ходатайство без рассмотрения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение Самарского областного суда от 12 августа 2009 г. и передала вопрос на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ____________ Подпункт "а" п. 5 ст. 6 в части слов "а также о перемещении объекта культурного наследия регионального значения, выявленного объекта культурного наследия" и ч. 1 ст. 22 Закона Нижегородской области от 3 июля 2007 г. N 86-3 "Об объектах культурного наследи 7. Подпункт "а" п. 5 ст. 6 в части слов "а также о перемещении объекта культурного наследия регионального значения, выявленного объекта культурного наследия" и ч. 1 ст. 22 Закона Нижегородской области от 3 июля 2007 г. N 86-З "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации, расположенных на территории Нижегородской области" в редакции Закона Нижегородской области от 3 июля 2009 г. N 89-3 и со дня его принятия признаны противоречащими федеральному законодательству Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16 декабря 2009 г. N 9-Г09-15 (Извлечение) Постановлением Законодательного Собрания Нижегородской области от 21 июня 2007 г. N 586-IV принят и 3 июля 2007 г. Губернатором области подписан Закон Нижегородской области N 86-3 "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации, расположенных на территории Нижегородской области". Закон официально опубликован в издании "Нижегородские новости" N 128 (3780) от 18 июля 2007 г. В настоящее время Закон действует в редакции Закона Нижегородской области от 3 июля 2009 г. N 89-З. Согласно подп. "а" п. 5 ст. 6 Закона к полномочиям правительства Нижегородской области в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия относится принятие решения о включении выявленного объекта культурного наследия в реестр как объекта культурного наследия регионального или местного (муниципального) значения либо об отказе включить такой объект в реестр, а также о перемещении объекта культурного наследия регионального значения, выявленного объекта культурного наследия. В соответствии с ч. 1 ст. 22 Закона перемещение объекта культурного наследия регионального значения, выявленного объекта культурного наследия допускается в случае реальной угрозы их утраты в целях обеспечения сохранности таких объектов, если указанные действия не влекут изменения предмета охраны объекта культурного наследия регионального значения, выявленного объекта культурного наследия и направлены на предотвращение их разрушения или уничтожения. Решение о перемещении объекта культурного наследия регионального значения, выявленного объекта культурного наследия принимается правительством области по представлению государственного органа охраны объектов культурного наследия области на основании заключения государственной историко-культурной экспертизы и согласования с Законодательным Собранием Нижегородской области, оформляемого постановлением Законодательного Собрания Нижегородской области. Прокурор Нижегородской области обратился в суд с заявлением об оспаривании положений подп. "а" п. 5 ст. 6, ч. 1 ст. 22 Закона Нижегородской области от 3 июля 2007 г. N 86-3 (в редакции Закона области от 3 июля 2009 г. N 89-З), указывая на то, что данные нормы Закона области, устанавливающие полномочия правительства Нижегородской области по принятию решения о перемещении объекта культурного наследия регионального значения, выявленного объекта культурного наследия, противоречат действующему федеральному законодательству, которое допускает перемещение объектов культурного наследия, а также выявленных объектов культурного наследия только по решению Правительства РФ и не относит решение данных вопросов к компетенции субъекта Российской Федерации. Решением Нижегородского областного суда от 24 сентября 2009 г. заявление прокурора удовлетворено частично: признаны недействующими подп. "а" п. 5 ст. 6 в части слов "а также о перемещении объекта культурного наследия регионального значения, выявленного объекта культурного наследия" и ч. 1 ст. 22 Закона Нижегородской области от 3 июля 2007 г. N 86-3 "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации, расположенных на территории Нижегородской области" (в редакции Закона Нижегородской области от 3 июля 2009 г. N 89-З) со дня принятия Закона области от 3 июля 2009 г. N 89-З. В кассационных жалобах Законодательного Собрания Нижегородской области и Правительства Нижегородской области ставился вопрос об отмене судебного решения как постановленного с нарушением норм материального и процессуального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 16 декабря 2009 г. отказала в удовлетворении кассационных жалоб, указав следующее. В соответствии с п. "д" ч. 1 ст. 72 Конституции Российской Федерации вопросы охраны памятников истории и культуры находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. В силу ст. 76 Конституции Российской Федерации по указанным вопросам издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, которые не могут противоречить федеральным законам. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон. Согласно подп. 15 п. 2 ст. 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" (с последующими изменениями и дополнениями) решение вопросов сохранения, использования и популяризации объектов культурного наследия (памятников истории и культуры), находящихся в собственности субъекта Российской Федерации, государственной охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) регионального значения относится к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджетов субъекта (за исключением субвенций из федерального бюджета). Разрешая настоящее дело, суд, проанализировав действующее федеральное законодательство в сфере охраны и использования памятников истории и культуры, правомерно исходил из того, что приоритетной задачей как федеральных органов государственной власти, так и органов государственной власти субъектов Российской Федерации в данной сфере является всемерная охрана объектов культурного наследия, под которой понимается система правовых, организационных, финансовых, материально-технических, информационных и иных принимаемых органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления в пределах их компетенции мер, направленных на выявление, учет, изучение объектов культурного наследия, предотвращение их разрушения или причинения им вреда, контроль за сохранением и использованием объектов культурного наследия в соответствии с настоящим Федеральным законом (преамбула и ст. 6 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации"). При этом в силу п. 1 ст. 33 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" объекты культурного наследия подлежат государственной охране в целях предотвращения их повреждения, разрушения или уничтожения, изменения облика и интерьера, нарушения установленного порядка их использования, перемещения и предотвращения других действий, могущих причинить вред объектам культурного наследия, а также в целях их защиты от неблагоприятного воздействия окружающей среды и от иных негативных воздействий. Государственная охрана включает в себя, в частности, установление ответственности за повреждение, разрушение (уничтожение) и перемещение объекта культурного наследия (подп. 4 п. 2 ст. 33 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ). В соответствии с п. 1 ст. 40 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ к мерам по сохранению объекта культурного наследия в целях данного Федерального закона относятся направленные на обеспечение физической сохранности объекта культурного наследия ремонтно-реставрационные работы, в том числе консервация объекта культурного наследия, ремонт памятника, реставрация памятника или ансамбля, приспособление объекта культурного наследия для современного использования, а также научно-исследовательские, изыскательские, проектные и производственные работы, научно-методическое руководство, технический и авторский надзор. С учетом изложенного действующее федеральное законодательство не предусматривает перемещение объекта культурного наследия в качестве меры по его сохранению, напротив, перемещение памятников истории и культуры не допускается, так как по смыслу положений Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ представляет собой действие, направленное на причинение вреда объекту культурного наследия. Правильность подобного толкования положений федерального законодательства подтверждается также Положением о Федеральной службе по надзору за соблюдением законодательства в области охраны культурного наследия, утвержденным постановлением Правительства РФ от 29 мая 2008 г. N 407, в соответствии с п. 5.4.4.2 которого Служба выдает обязательные для исполнения предписания о прекращении действий, влекущих повреждение, разрушение, уничтожение или перемещение объекта культурного наследия, а также изменение его облика и интерьера. Пунктом 10 ст. 9 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ к полномочиям федеральных органов государственной власти в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия отнесено принятие в случаях, установленных данным Федеральным законом, решения о включении объекта культурного наследия федерального значения в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, об исключении объекта культурного наследия из указанного реестра, перемещении объекта культурного наследия или об изменении его внутреннего или внешнего облика, об изменении категории историко-культурного значения объекта культурного наследия федерального значения либо о воссоздании утраченного объекта культурного наследия федерального значения. Таким образом, федеральный законодатель в качестве исключения наделил полномочиями по принятию решений о перемещении объекта культурного наследия только федеральные органы государственной власти; органы государственной власти субъектов Российской Федерации федеральным законом напрямую подобными полномочиями не наделены. При указанных обстоятельствах, учитывая, что перемещение объекта культурного наследия действующее федеральное законодательство к мерам по сохранению памятников истории и культуры не относит, более того, рассматривает его (перемещение) как действие, направленное на причинение вреда объектам культурного наследия, и запрещает его вплоть до установления ответственности за данные действия, суд правомерно удовлетворил требования прокурора и признал недействующими положения Закона Нижегородской области от 3 июля 2007 г. N 86-3 (в редакции Закона области от 3 июля 2009 г. N 89-З), предоставляющие правительству области право принимать решения о перемещении объектов культурного наследия. Утверждения представителей Законодательного Собрания и правительства Нижегородской области о наличии у субъекта Российской Федерации права на законодательное регулирование вопросов перемещения памятников истории и культуры в силу ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" в соответствии с требованиями ст.ст. 196, 198 ГПК РФ проверялись судом при рассмотрении настоящего дела и правомерно признаны несостоятельными, поскольку основаны на ошибочном толковании норм действующего федерального законодательства. При таких обстоятельствах Судебная коллегия признала постановленное судом первой инстанции решение законным и обоснованным и не подлежащим отмене. Кассационные жалобы Законодательного Собрания Нижегородской области и правительства Нижегородской области отмену судебного решения повлечь не могут, так как доводов, опровергающих изложенные в решении выводы суда первой инстанции, не содержат. ____________ Приказы Минэкономразвития Саратовской области N 143 от 2 марта 2009 г. и N 252 от 1 апреля 2009 г. "Об установлении платы за хранение задержанных транспортных средств" признаны противоречащими федеральному законодательству и недействующими с момента вступ 8. Приказы Минэкономразвития Саратовской области N 143 от 2 марта 2009 г. и N 252 от 1 апреля 2009 г. "Об установлении платы за хранение задержанных транспортных средств" признаны противоречащими федеральному законодательству и недействующими с момента вступления в законную силу решения суда Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30 сентября 2009 г. N 32-Г09-17 (Извлечение) Прокурор Саратовской области в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц обратился в Саратовский областной суд с заявлением о признании недействующим приказа Минэкономразвития Саратовской области от 1 апреля 2009 г. N 252 "Об установлении платы за хранение задержанных транспортных средств" и с заявлением о признании недействующим приказа Минэкономразвития Саратовской области от 2 марта 2009 г. N 143 "Об установлении платы за хранение задержанных транспортных средств". В обоснование заявленных требований прокурор указал, что обжалуемые приказы противоречат ст. 15 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции", а также приказу Федеральной службы по тарифам от 7 апреля 2006 г. N 37-а "Об утверждении методических указаний по расчету тарифов на транспортировку и хранение задержанных транспортных средств", так как устраняют конкуренцию, допускают установление разных тарифов для организаций, осуществляющих один и тот же вид деятельности, ставят в неравное положение граждан, обремененных расходами в связи с эвакуацией автомобилей. Определением Саратовского областного суда от 7 июля 2009 г. гражданские дела по указанным заявлениям прокурора Саратовской области объединены в одно производство. Решением Саратовского областного суда от 15 июля 2009 г. постановлено: заявления прокурора Саратовской области в защиту прав, свобод, законных интересов неопределенного круга лиц, интересов Российской Федерации, субъекта Российской Федерации о признании недействующими приказа Минэкономразвития Саратовской области от 1 апреля 2009 г. N 252 "Об установлении платы за хранение задержанных транспортных средств" и приказа Минэкономразвития Саратовской области от 2 марта 2009 г. N 143 "Об установлении платы за хранение задержанных транспортных средств" удовлетворить. Признать недействующими с момента вступления в законную силу решения суда приказы Минэкономразвития Саратовской области N 143 от 2 марта 2009 г. и N 252 от 1 апреля 2009 г. "Об установлении платы за хранение задержанных транспортных средств". В соответствии со ст. 35 Закона РФ "О средствах массовой информации" обязать редакцию печатного издания "Саратовская областная газета" опубликовать сообщение о настоящем решении. В кассационной жалобе Минэкономразвития Саратовской области просило решение отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении заявлений прокурора Саратовской области. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 30 сентября 2009 г. отказала в удовлетворении кассационной жалобы по следующим основаниям. В соответствии со ст. 15 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органам или организациям, а также государственным внебюджетным фондам, Банку России запрещается принимать акты и (или) осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции. Постановлением Правительства РФ от 18 декабря 2003 г. N 759 утверждены "Правила задержания транспортного средства, помещения его на стоянку, хранения, а также запрещения эксплуатации" (далее - Правила). В соответствии с абз. 3 п. 6 указанных Правил (в редакции, действовавшей на момент рассмотрения дела) плата за транспортировку и хранение задержанного транспортного средства взимается в размере, установленном органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации. 7 апреля 2006 г. Федеральной службой по тарифам издан приказ N 37-а, которым утверждены "Методические указания по расчету тарифов на транспортировку и хранение задержанных транспортных средств", согласно которым уровень тарифов должен обеспечивать возмещение обоснованных и документально подтвержденных расходов на транспортировку и хранение автотранспортных средств и получение прибыли, необходимой для обеспечения средствами на развитие и средствами для финансирования за счет прибыли расходов, необходимых для осуществления деятельности по эвакуации и хранению задержанных транспортных средств (п. 4). Определение состава расходов, применяемых для расчета тарифов, и оценка их обоснованности производятся в соответствии с гл. 25 НК РФ (п. 5). Анализ норм, содержащихся в названных Методических указаниях, свидетельствует о том, что уполномоченные органы обязаны устанавливать единые тарифы для осуществления вида деятельности по эвакуации и хранению задержанных транспортных средств, а не для конкретного хозяйствующего субъекта в возмещение его подтвержденных расходов на транспортировку и хранение автотранспортных средств и получение прибыли. Приказом Минэкономразвития Саратовской области от 2 марта 2009 г. N 143 индивидуальному предпринимателю М. со 2 марта 2009 г. установлена плата за хранение задержанных транспортных средств на специализированной стоянке за каждый полный час их нахождения на стоянке в следующих размерах: категории А - 34 руб.; категорий В и D массой до 3,5 тонны - 68 руб.; категории D массой более 3,5 тонны, С и Е - 136 руб.; негабаритных транспортных средств - 204 руб. Приказом Минэкономразвития Саратовской области от 1 апреля 2009 г. N 252 индивидуальному предпринимателю К. с 1 апреля 2009 г. установлена плата за хранение задержанных транспортных средств на специализированной стоянке за каждый полный час их нахождения на стоянке в следующих размерах: категории А - 30 руб.; категорий В и D массой до 3,5 тонны - 60 руб.; категории D массой более 3,5 тонны, С и Е - 120 руб.; негабаритных транспортных средств - 180 руб. Признавая приказы Минэкономразвития Саратовской области недействующими, суд пришел к правильному выводу о том, что оспариваемые акты устанавливают разные тарифы для осуществления вида деятельности по хранению задержанных транспортных средств для организаций, осуществляющих один и тот же вид деятельности, что противоречит ст. 15 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции", а также приказу Федеральной службы по тарифам от 7 апреля 2006 г. N 37-а, поскольку они устраняют конкуренцию, ставят в неравное положение граждан, обремененных расходами в связи с эвакуацией автомобилей. Выводы суда, изложенные в решении, основаны на анализе действующего законодательства и материалах дела, и оснований для признания их неправильными не имеется. Доводы кассационной жалобы не могут служить поводом для отмены решения суда, поскольку фактически направлены на переоценку собранных по делу доказательств, которым суд дал надлежащую оценку при рассмотрении дела, а также основываются на неверном толковании норм материального права, примененных судом при разрешении дела. Решение суда вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, в связи с чем решение является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам, содержащимся в кассационной жалобе, не имеется. ____________ Пункт 1 постановления Правительства РФ от 11 января 2001 г. N 23 (в ред. постановления от 18 апреля 2005 г. N 232) "Об обеспечении жильем граждан, переезжающих из закрытых административно-территориальных образований на новое место жительства, или выплате 9. Пункт 1 постановления Правительства РФ от 11 января 2001 г. N 23 (в ред. постановления от 18 апреля 2005 г. N 232) "Об обеспечении жильем граждан, переезжающих из закрытых административно-территориальных образований на новое место жительства, или выплате компенсаций этим гражданам" в части, устанавливающей, что решение о переселении на новое место жительства и обеспечении жильем принимается лишь в отношении граждан, не имеющих жилья за пределами закрытого административно-территориального образования, признан недействующим со дня вступления решения суда в законную силу Решение Верховного Суда РФ от 23 декабря 2009 г. N ГКПИ09-1447 (Извлечение) Пунктом 1 постановления Правительства РФ от 11 января 2001 г. N 23 "Об обеспечении жильем граждан, переезжающих из закрытых административно-территориальных образований на новое место жительства, или выплате компенсаций этим гражданам" установлено, что решение о переселении на новое место жительства и обеспечении жильем граждан, утративших служебную связь с организацией (объектом), расположенной в закрытом административно-территориальном образовании, проживание на территории которого ограничивается условиями особого режима безопасного функционирования, и не имеющих жилья за пределами этого административно-территориального образования (далее именуются - граждане), принимается по согласованию с ними соответствующей организацией (объектом) или федеральным органом исполнительной власти совместно с органом местного самоуправления. Л. обратилась в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующей указанной правовой нормы в части, предусматривающей необходимым условием для принятия решения о переселении из закрытого административно-территориального образования отсутствие у граждан за его пределами жилья. Заявительница ссылается на то, что оспариваемая норма, требующая подтвердить факт отсутствия жилья за пределами этого образования, противоречит Закону РФ от 14 июля 1992 г. N 3297-I "О закрытом административно-территориальном образовании" и нарушает ее право на получение социальной гарантии по переселению из закрытого административно-территориального образования после увольнения с предприятия. Указывает, что комиссия г. Озерска отказала ей в постановке на учет граждан, желающих выехать на новое место жительства, из-за того, что она не смогла предоставить администрации документы, подтверждающие отсутствие жилья за пределами закрытого административно-территориального образования. Минэкономразвития России, представляющее интересы Правительства РФ согласно поручению от 30 ноября 2009 г., в письменных возражениях ссылалось на то, что оспариваемое заявителем нормативное положение права и свободы граждан не нарушает, не требует предоставления гражданином, переезжающим из закрытого административно-территориального образования на новое место жительства, сведений о правах на имеющиеся у него объекты недвижимости. Выслушав объяснения представителя заявителя, поддержавшего вышеприведенные доводы заявления, и представителей Правительства РФ, возражавших против этих доводов, проверив оспариваемую правовую норму на соответствие нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры РФ, просившей заявленное требование удовлетворить, Верховный Суд РФ нашел заявление подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. Закон РФ "О закрытом административно-территориальном образовании", как следует из его преамбулы, устанавливает правовой статус закрытого административно-территориального образования, регулирует особенности местного самоуправления, определяет меры по социальной защите граждан, проживающих и (или) работающих в нем, и их права. Пунктом 2 ст. 7 данного Закона предусмотрено, что если согласно условиям особого режима закрытого административно-территориального образования в нем ограничено дальнейшее проживание граждан, утративших производственную, служебную связь с предприятиями и (или) объектами, то вопросы их переселения и обеспечения жильем решаются по согласованию с ними соответствующими предприятием, объектом, министерством или ведомством, в том числе за счет средств, выделяемых Правительством РФ на эти цели, с последующей передачей этих средств в порядке долевого участия на строительство органам местного самоуправления в местах предполагаемого расселения (абз. 1); граждане, переезжающие на другое место жительства, получают компенсацию за сданное ими в федеральную или муниципальную собственность жилье по сложившимся в данном регионе ценам за один квадратный метр жилой площади либо обеспечиваются жильем по установленным нормам на новом месте жительства в порядке, устанавливаемом Правительством РФ (абз. 2). На основании этого нормативного предписания Правительство РФ 11 января 2001 г. приняло указанное постановление, устанавливающее порядок обеспечения жильем переезжающих из закрытого административно-территориального образования на новое место жительства граждан или выплаты им компенсаций. Постановление опубликовано в Собрании законодательства РФ за 2001 г., N 3. Из содержания п. 1 постановления следует, что решение о переселении на новое место жительства и обеспечении жильем принимается лишь в отношении тех граждан, утративших служебную связь с организацией, расположенной в закрытом административно-территориальном образовании, которые не имеют жилья за пределами закрытого административно-территориального образования. Между тем п. 2 ст. 7 Закона РФ "О закрытом административно-территориальном образовании", предписывая решать по согласованию с гражданами вопросы их переселения и обеспечения жильем, такого требования не содержит и не препятствует принимать решения по указанным вопросам по согласованию с гражданами, имеющими жилье за пределами закрытого административно-территориального образования. Таким образом, Правительство РФ, будучи уполномоченным устанавливать порядок обеспечения жильем и выплаты компенсаций гражданам, переезжающим из закрытого административно-территориального образования, вышло за рамки своих полномочий и установило дополнительное требование, ограничивающее предусмотренные федеральным законом права граждан, имеющих жилье за пределами закрытого административно-территориального образования, на решение по согласованию с ними вопросов о переселении на новое место жительства и обеспечении жильем, в частности в связи с недостаточным размером имеющегося жилого помещения. Оспариваемая правовая норма, фактически возлагающая на граждан обязанность предоставить сведения об отсутствии у них жилья, не отвечает также критерию определенности. Из нее не ясно, в каких пределах должны быть представлены такие сведения (Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или избранного в связи с переездом из закрытого административно-территориального образования нового места жительства). Подобная неопределенность создает для граждан непреодолимые препятствия, поскольку, как следует из пояснений сотрудника Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, единого регистрационного органа, в котором могут быть получены сведения о наличии или отсутствии у гражданина объекта недвижимости на всей территории Российской Федерации, не имеется, информация о зарегистрированных правах может быть предоставлена только в пределах регистрационного округа - субъекта Российской Федерации. Сам по себе факт наличия у гражданина или членов его семьи другого жилого помещения за пределами закрытого административно-территориального образования может иметь значение при определении степени нуждаемости в жилом помещении и размера жилого помещения, предоставляемого по новому месту жительства, с учетом суммарной общей площади всех жилых помещений (ч. 2 ст. 51 ЖК РФ). Однако данное обстоятельство в силу Закона РФ "О закрытом административно-территориальном образовании" не может служить основанием для отказа в решении по согласованию с гражданами вопросов их переселения и обеспечения жильем. Верховный Суд РФ заявление Л. удовлетворил. Признал недействующим со дня вступления настоящего решения в законную силу п. 1 постановления Правительства РФ от 11 января 2001 г. N 23 (в ред. постановления от 18 апреля 2005 г. N 232) "Об обеспечении жильем граждан, переезжающих из закрытых административно-территориальных образований на новое место жительства, или выплате компенсаций этим гражданам" в части, устанавливающей, что решение о переселении на новое место жительства и обеспечении жильем принимается лишь в отношении граждан, не имеющих жилья за пределами закрытого административно-территориального образования. _______________ Признаны недействующими абз. 2 п. 2 (за исключением нормы о запрете бронирования служебного жилого помещения) и п. 9 Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия), утвержденного постановлением Правител 10. Признаны недействующими абз. 2 п. 2 (за исключением нормы о запрете бронирования служебного жилого помещения) и п. 9 Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия), утвержденного постановлением Правительства Республики Саха (Якутия) от 21 мая 2009 г. N 210 "Об утверждении Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия)" Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19 мая 2010 г. N 74-Г10-1 (Извлечение) Прокурор обратился в суд с заявлением о признании недействующими пп. 2 и 9 Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия), утвержденного постановлением Правительства Республики Саха (Якутия) от 21 мая 2009 г. N 210, сославшись на то, что оспариваемые положения нормативного правового акта приняты Правительством Республики Саха (Якутия) с превышением полномочий органов государственной власти субъекта РФ в области жилищного законодательства. Решением Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 2 марта 2010 г. заявление прокурора удовлетворено частично, признан недействующим абз. 2 п. 2 Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия), утвержденного Постановлением Правительства Республики Саха (Якутия) от 21 мая 2009 г. N 210, в части, устанавливающей, что служебные жилые помещения специализированного жилого фонда Республики Саха (Якутия) не подлежат бронированию. В кассационном представлении прокурор просил отменить решение суда в части отказа в удовлетворении заявления и принять новое решение об удовлетворении требований в полном объеме, ссылаясь на нарушение судом норм материального права. В кассационной жалобе Правительство Республики Саха (Якутия) просило об отмене решения в части удовлетворения заявленных требований и принятии нового решения об отказе прокурору в удовлетворении заявления в полном объеме, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, частично отменяя решение суда, указала следующее. 21 мая 2009 г. Правительством Республики Саха (Якутия) принято постановление N 210 "Об утверждении Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия)" (далее - Положение), опубликованное в печатном издании "Якутские ведомости", N 31, 27 мая 2009 г. Абзацем 2 п. 2 Положения определено, что служебные жилые помещения специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия) не подлежат отчуждению, передаче в аренду, внаем, не подлежат бронированию, обмену, переустройству, перепланировке, а также не подлежат другим обременением правами третьих лиц, за исключением передачи таких помещений по договорам найма служебного жилого помещения. Согласно п. 9 Положения наниматель служебного жилого помещения заключает договор на жилищно-коммунальное обслуживание служебного жилого помещения специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия) с государственным учреждением Республики Саха (Якутия) в течение пяти дней после заключения договора найма служебного жилого помещения специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия). Отказывая прокурору в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемое (в части) Положение принято Правительством Республики Саха (Якутия) в пределах полномочий, предоставленных органу государственной власти субъекта Российской Федерации и федеральному законодательству не противоречит. Данный вывод признан ошибочным, поскольку он основан на неправильном применении норм материального права. Пунктом "к" ч. 1 ст. 72 Конституции Российской Федерации жилищное законодательство отнесено к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Статьей 76 Конституции Российской Федерации установлены гарантии и пределы действия и применения федеральных законов, изданных по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов. По данным предметам ведения издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. Законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон (чч. 2 и 5). Законодательное разграничение полномочий Российской Федерации и ее субъектов в области жилищного законодательства закреплено Жилищным кодексом РФ. Так, ст. 12 ЖК РФ к компетенции органов государственной власти Российской Федерации отнесены определение оснований предоставления жилых помещений по договорам найма специализированных жилых помещений государственного и муниципального жилищных фондов (п. 7); определение условий и порядка переустройства и перепланировки жилых помещений (п. 10); установление правил пользования жилыми помещениями (п. 13). Основания предоставления жилых помещений по договорам найма специализированных жилых помещений государственного и муниципального жилищных фондов урегулированы разделом IV ЖК РФ, содержащим гл. 9 "Жилые помещения специализированного жилищного фонда", а также гл. 10 "Предоставление специализированных жилых помещений и пользование ими". В соответствии с положениями ст. 92 ЖК РФ к жилым помещениям специализированного жилищного фонда относятся служебные жилые помещения (п. 1 ч. 1). В качестве таковых используются жилые помещения государственного и муниципального жилищных фондов (ч. 2). Специализированные жилые помещения не подлежат отчуждению, передаче в аренду, внаем (ч. 3). В силу ст.ст. 99, 104 ЖК РФ специализированные жилые помещения предоставляются на основании решений собственников таких помещений (действующих от их имени уполномоченных органов государственной власти или уполномоченных органов местного самоуправления) по договорам найма специализированных жилых помещений на период трудовых отношений, прохождения службы либо нахождения на государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности. На основании ст. 100 ЖК РФ по договору найма специализированного жилого помещения одна сторона - собственник специализированного жилого помещения (действующий от его имени уполномоченного органа государственной власти или органа местного самоуправления) или уполномоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) данное жилое помещение за плату во владение и пользование для временного проживания в нем. Указанный договор заключается на основании решения о предоставлении такого жилого помещения. В договоре определяются его предмет, права и обязанности сторон. Наниматель специализированного жилого помещения не вправе осуществлять обмен занимаемого жилого помещения, а также передавать его в поднаем. К пользованию служебными жилыми помещениями применяются правила, предусмотренные чч. 2-4 ст. 31, ст. 65 и чч. 3 и 4 ст. 67 ЖК РФ. Статьей 31 ЖК РФ названы права и обязанности граждан, проживающих совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении. Статьей 65 ЖК РФ определены права и обязанности наймодателя жилого помещения по договору социального найма. В частности, наймодатель имеет право требовать своевременного внесения платы за жилое помещение и коммунальные услуги (ч. 1) и обязан обеспечивать предоставление нанимателю необходимых коммунальных услуг надлежащего качества (п. 4 ч. 2). Статьей 67 ЖК РФ установлены права и обязанности нанимателя жилого помещения по договору социального найма, в их числе - право требовать от наймодателя предоставления коммунальных услуг и обязанность своевременно вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги. При этом не предусмотрено заключения отдельного договора на жилищно-коммунальное обслуживание. Обязанность по оплате жилого помещения и коммунальных услуг возникает с момента заключения договора найма жилого помещения. Данные правила являются универсальными для всех участников как договора социального найма жилого помещения, так и договора найма служебного жилого помещения. Указанные обстоятельства подтверждаются положениями, содержащимися в Типовом договоре найма служебного жилого помещения, утвержденного постановлением Правительства РФ от 26 января 2006 г. N 42, а также в п. 5, подп. "ж" п. 10, подп. "ж" п. 14 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденными постановлением Правительства РФ от 21 января 2006 г. N 25 (с последующими изменениями). Что касается переустройства и перепланировки жилого помещения, то эти отношения урегулированы гл. 4 ЖК РФ. Статьей 13 ЖК РФ к компетенции органов государственной власти субъекта РФ отнесено определение порядка предоставления жилых помещений специализированного жилищного фонда субъекта РФ (п. 2). Согласно ч. 6 ст. 5 ЖК РФ органы государственной власти субъектов РФ могут принимать законы и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы, регулирующие жилищные отношения, в пределах своих полномочий на основании настоящего Кодекса, принятых в соответствии с настоящим Кодексом других федеральных законов. В соответствии с п. 1 ст. 1 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" деятельность органов государственной власти субъекта Российской Федерации осуществляется в соответствии с принципами верховенства Конституции Российской Федерации и федеральных законов на всей территории Российской Федерации, разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации. В силу ст. 22 названного Федерального закона акты высшего должностного лица субъекта РФ не должны противоречить Конституции Российской Федерации, федеральным законам, принятым по предметам ведения Российской Федерации и предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, Указам Президента Российской Федерации, постановлениям Правительства РФ. Сравнительный анализ оспариваемых норм с федеральными нормами права позволил сделать вывод о том, что Правительство Республики Саха (Якутия) при утверждении Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия) осуществило оспариваемое правовое регулирование по вопросам, отнесенным к компетенции Российской Федерации, с нарушением федерального законодательства. Кроме того, п. 9 Положения на нанимателей служебных помещений возложены не предусмотренные федеральным законодательством обязанности по заключению договора на жилищно-коммунальное обслуживание с государственным учреждением Республики Саха (Якутия) в течение пяти дней после заключения договора найма служебного жилого помещения специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия). В этой связи суд не имел правовых оснований для вывода о том, что оспариваемый в части нормативный правовой акт соответствует федеральному законодательству, имеющему большую юридическую силу. Согласно ч. 2 ст. 253 ГПК РФ, установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, суд признает нормативный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени. Поскольку решение об отказе в удовлетворении заявления прокурора постановлено судом с нарушением норм материального права, оно является незаконным и подлежит отмене с вынесением нового решения об удовлетворении заявленных требований. Что касается решения суда о признании недействующим абз. 2 п. 2 Положения в части, устанавливающей, что служебные помещения специализированного жилого фонда Республики Саха (Якутия) не подлежат бронированию, то оно подлежит оставлению без изменения. Как правильно указал в решении суд первой инстанции, основания и порядок бронирования жилых помещений был предусмотрен в ст. 62 ЖК РСФСР. В связи с принятием с 1 марта 2005 г. ЖК РФ Жилищный кодекс РСФСР признан утратившим силу, а в ЖК РФ данная норма отсутствует. В этой связи указание в оспариваемом Положении на запрет бронирования, равно как и на возможность бронирования служебного жилого помещения в специализированном жилищном фонде Республики Саха (Якутия), противоречит федеральному законодательству. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила решение Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 2 марта 2010 г. в части отказа в удовлетворении заявления прокурора и приняла новое решение, которым признала недействующими абз. 2 п. 2 (за исключением нормы о запрете бронирования служебного жилого помещения) и п. 9 Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия), утвержденного постановлением Правительства Республики Саха (Якутия) от 21 мая 2009 г. N 210 "Об утверждении Положения о служебных жилых помещениях специализированного жилищного фонда Республики Саха (Якутия)" с момента вступления решения суда в законную силу. ______________ Пункт 4.3 Порядка предоставления набора социальных услуг отдельным категориям граждан, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 29 декабря 2004 г. N 328, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 17 11. Пункт 4.3 Порядка предоставления набора социальных услуг отдельным категориям граждан, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 29 декабря 2004 г. N 328, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 17 марта 2010 г. N ГКПИ10-166, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 11 мая 2010 г. N КАС10-223 _____________ Абзац 1 п. 17 Правил определения и предоставления технических условий подключения объекта капитального строительства к сетям инженерно-технического обеспечения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13 февраля 2006 г. N 83, признан не противореч 12. Абзац 1 п. 17 Правил определения и предоставления технических условий подключения объекта капитального строительства к сетям инженерно-технического обеспечения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13 февраля 2006 г. N 83, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 10 марта 2010 г. N ГКПИ09-1531, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 11 мая 2010 г. N КАС10-197 ______________ Пункт 132 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 3 ноября 2005 г. N 205, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 18 февраля 2010 г. N ГКПИ09-1765, ос 13. Пункт 132 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 3 ноября 2005 г. N 205, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 18 февраля 2010 г. N ГКПИ09-1765, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 6 мая 2010 г. N КАС10-193 _____________ Приложение N 3 - форма кадастрового паспорта земельного участка, утвержденное приказом Минюста России от 18 февраля 2008 г. N 32, признано не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 16 марта 2010 г. N ГКПИ10-5, оставле 14. Приложение N 3 - форма кадастрового паспорта земельного участка, утвержденное приказом Минюста России от 18 февраля 2008 г. N 32, признано не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 16 марта 2010 г. N ГКПИ10-5, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 27 апреля 2010 г. N КАС10-180 _____________ Пункт 1 Правил заключения и исполнения публичных договоров о подключении к системам коммунальной инфраструктуры, утвержденных постановлением Правительства РФ от 9 июня 2007 г. N 360, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верхов 15. Пункт 1 Правил заключения и исполнения публичных договоров о подключении к системам коммунальной инфраструктуры, утвержденных постановлением Правительства РФ от 9 июня 2007 г. N 360, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 26 февраля 2010 г. N ГКПИ09-1672, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 13 апреля 2010 г. N КАС10-169 _____________ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Нарушение требований уголовно-процессуального закона, а именно положений о непосредственном исследовании доказательств, является основанием для отмены приговора суда Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 марта 2010 г. 1. Нарушение требований уголовно-процессуального закона, а именно положений о непосредственном исследовании доказательств, является основанием для отмены приговора суда Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 марта 2010 г. N 75-О10-4 (Извлечение) По приговору Верховного суда Республики Карелия от 27 января 2010 г. Р. осужден по п. "а" ч. 3 ст. 159 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ) к наказанию в виде лишения свободы на семь лет. Постановлением суда от 18 ноября 2009 г. удовлетворено заявленное государственным обвинителем ходатайство о проведении судебного разбирательства по уголовному делу по обвинению Р. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 210, ч. 3 ст. 33, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отсутствие подсудимого Р., который объявлен в розыск. Мера пресечения в отношении Р. в виде заключения под стражу оставлена без изменения. Отдельным постановлением от 27 января 2010 г. по ходатайству государственного обвинителя прекращено уголовное преследование в отношении Р. по ч. 1 ст. 210 УК РФ и ч. 3 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Этим же постановлением уголовное дело в отношении Р. в части обвинения его в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 210, ч. 3 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ, прекращено на основании п. 2 ст. 254 УПК РФ. В отношении этого постановления кассационные жалобы и представление не принесены. Р. признан виновным в том, что в период с 1999 по 2003 гг. в составе организованной группы совершил мошенничество, т. е. хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием с причинением значительного ущерба гражданину при обстоятельствах, указанных в приговоре. Судебное разбирательство по делу проведено в отсутствие подсудимого Р. на основании ч. 5 ст. 247 УПК РФ в связи с тем, что Р. в течение длительного времени уклоняется от явки в суд, обвиняясь при этом в совершении тяжких и особо тяжкого преступлений. На предварительном следствии допрошенный в качестве обвиняемого Р. виновным себя в совершении преступлений фактически не признал, от дачи показаний на основании ст. 51 Конституции Российской Федерации отказался. В кассационном представлении заместителя прокурора Республики Карелия ставился вопрос об отмене приговора в отношении Р. и направлении дела на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе судей. В обоснование представления указано, что суд не обеспечил непосредственного допроса в судебном заседании подавляющего большинства потерпевших и свидетелей, чем нарушил требования уголовно-процессуального закона. От выяснения причин неявки потерпевших и свидетелей суд уклонился, однако обстоятельства их неявки признал чрезвычайными. При таких обстоятельствах, по мнению прокурора, приговор не может быть признан законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение. В кассационной жалобе адвокат, защищавший интересы Р., просил об отмене приговора и прекращении производства по делу, считая, что не имелось оснований для рассмотрения дела в отсутствие Р. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 25 марта 2010 г. отменила приговор по следующим основаниям. Согласно ч. 1 ст. 281 УПК РФ оглашение показаний потерпевшего и свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, допускается с согласия сторон в случае неявки потерпевшего или свидетелей, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 настоящей статьи УПК РФ. В ч. 2 ст. 281 УПК РФ изложено, что при неявке в судебное заседание потерпевшего или свидетеля суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных ими показаний в случаях: 1) смерти потерпевшего или свидетеля; 2) тяжелой болезни, препятствующей явке в суд; 3) отказа потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда; 4) стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд. Эти требования уголовно-процессуального закона по настоящему делу выполнены судом не в полной мере. В приговоре в обоснование выводов о виновности Р. приводится большое количество показаний потерпевших и свидетелей, оглашенных в судебном заседании. Однако в данном случае оглашение показаний потерпевших и свидетелей, за исключением лиц, умерших или больных, ранее данных ими при производстве предварительного расследования или в судебном заседании, не соответствует условиям судебного разбирательства, установленным ст. 240 УПК РФ. Как следует из протокола судебного заседания, в ходе судебного следствия государственным обвинителем было заявлено ходатайство об оглашении показаний 36 потерпевших, данных ими в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по тем же фактам, но в отношении других участников преступной группы: М., Б., О., Г. и Н., а также ходатайство об оглашении показаний свидетелей, данных ими на предварительном следствии. Это ходатайство государственный обвинитель мотивировал тем, что перечисленные лица неоднократно не являлись по вызову суда в судебное заседание. Адвокат, защищавший интересы Р., возражал против удовлетворения этого ходатайства государственного обвинителя, поскольку считал необходимым допросить указанных выше лиц в ходе судебного следствия по обстоятельствам обвинения, предъявленного именно его подзащитному. Кроме того, адвокат указывал на то, что причины неявки потерпевших и свидетелей неизвестны. В протоколе судебного заседания также указано, что причина неявки потерпевших и свидетелей неизвестна. При таких условиях суд принял решение об оглашении показаний большинства потерпевших и свидетелей в связи с невозможностью их явки в судебное заседание в силу сложившихся обстоятельств, признанных судом чрезвычайными. Как указано выше, показания этих лиц были оглашены и положены в основу приговора. Однако, как правильно излагается в кассационных представлении и жалобе, указанные лица неоднократно вызывались в судебное заседание, но по неизвестным причинам не являлись. Удовлетворяя ходатайство государственного обвинителя, суд мотивировал свое решение тем, что со времени совершения преступления Р. прошло от 8 до 10 лет, предварительное следствие окончено более четырех лет назад, в течение которых потерпевшие неоднократно вызывались и давали показания по делу, а в настоящее время большинство из них сменили место жительства, которое установить невозможно; неявившиеся свидетели ранее допрашивались в судебном заседании "по этому же" уголовному делу с соблюдением принципа состязательности сторон и всех требований уголовно-процессуального закона. Вместе с тем, как правильно указывается в кассационном представлении заместителя прокурора Республики Карелия, в материалах дела отсутствуют сведения о причинах, по которым не явились потерпевшие и свидетели, хотя они составляют большинство от лиц, указанных в списке, приложенном к обвинительному заключению. Ссылку суда на то, что эти лица ранее допрашивались в суде с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, автор кассационного представления обоснованно называет не соответствующей закону, поскольку судом были нарушены требования ч. 1 ст. 240 УПК РФ о непосредственном исследовании доказательств. Вывод суда о том, что большинство свидетелей и потерпевших сменили место жительства, не подтвержден соответствующими документами. Таким образом, в кассационном представлении заместителя прокурора Республики Карелия правильно указывается на то, что по делу не приняты все предусмотренные законом меры для обеспечения явки в суд потерпевших и свидетелей. При таких обстоятельствах у суда не имелось достаточных оснований признать чрезвычайными обстоятельства неявки в судебное заседание указанных выше свидетелей и потерпевших и, следовательно, не имелось оснований для оглашения показаний потерпевших и свидетелей, не явившихся в судебное заседание. Кроме того, таким подходом к ведению судебного следствия суд нарушил установленное п. "д" ч. 3 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. право Р. (в данном случае адвоката, защищающего интересы последнего) на то, чтобы допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены. Огласив при отсутствии достаточных для этого оснований показания потерпевших и свидетелей со стороны обвинения, суд одновременно нарушил требование закона о равноправии сторон в исследовании доказательств в судебном заседании при состязательной форме правосудия, лишив другую сторону возможности получить ту или иную информацию от допрашиваемых лиц. В итоге при рассмотрении настоящего уголовного дела судом были нарушены требования уголовно-процессуального закона, установленные чч. 1, 2 ст. 240 УПК РФ, согласно которой в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, а оглашение показаний потерпевшего и свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или другого судебного разбирательства, возможно лишь в случаях, предусмотренных ст. ст. 276 и 281 УПК РФ. Согласно п. 2 ч. 1 ст. 379 УПК РФ и ч. 1 ст. 381 УПК РФ нарушение уголовно-процессуального закона является основанием для отмены приговора кассационной инстанцией, если оно повлияло или могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора. Показания потерпевших и свидетелей, не явившихся в судебное заседание, оглашенные в нарушение требований ст. 281 УПК РФ и положенные судом в основу приговора без их надлежащей проверки, повлияли на его законность и обоснованность. При таких данных постановленный в отношении Р. приговор Верховного суда Республики Карелия от 27 января 2010 г. отменен и дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей. ______________ Вопрос о продлении срока содержания под стражей подлежит рассмотрению с участием подсудимого Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 8 апреля 2010 г. N 56-О10-19 (Извлечение) 2. Вопрос о продлении срока содержания под стражей подлежит рассмотрению с участием подсудимого Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 8 апреля 2010 г. N 56-О10-19 (Извлечение) Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ 3 сентября 2008 г. оправдательный приговор Приморского краевого суда от 7 марта 2008 г. в отношении М., обвиняемого по ч. 1 ст. 105 УК РФ, был отменен и уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение. Постановлением Приморского краевого суда от 15 декабря 2008 г. в отношении М. была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Постановлением Приморского краевого суда от 30 января 2009 г. в отношении М. была изменена мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу до 30 апреля 2009 г. Постановлением Приморского краевого суда от 24 апреля 2009 г. срок заключения под стражу в отношении М. был продлен на три месяца, т. е. до 30 июля 2009 г. Постановлением того же суда от 27 июля 2009 г. срок заключения под стражу был продлен еще на три месяца, т. е. до 30 октября 2009 г. Постановлением того же суда от 20 октября 2009 г. срок заключения под стражу в отношении М. был продлен до 30 января 2010 г. Постановлением Приморского краевого суда от 11 января 2010 г. М. был продлен срок содержания под стражей до 30 апреля 2010 г. В кассационной жалобе подсудимый М. просил постановление суда от 11 января 2010 г. отменить как незаконное и необоснованное. Суд нарушил его процессуальные права, рассмотрев вопрос о продлении срока содержания его под стражей в его отсутствие. В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель просил ее отклонить. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 8 апреля 2010 г. отменила постановление по следующим основаниям. Как видно из представленных материалов, вопрос о продлении срока содержания М. под стражей был рассмотрен без его участия. Ходатайство его защитника об обеспечении участия М. в судебном заседании было отклонено на том основании, что в ходе рассмотрения уголовного дела по существу М. был удален из зала судебного заседания на основании ч. 3 ст. 258 УПК РФ за нарушение им порядка в судебном заседании. Согласно ч. 3 ст. 255 УПК РФ суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. При этом продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях, каждый раз не более чем на 3 месяца. В соответствии с правовой позицией, высказанной в постановлении Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. N 4-П "По делу о проверке конституционности ряда положений УПК РФ, регламентирующих порядок и сроки применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением уголовного дела в суд, в связи с жалобами ряда граждан", вопрос об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу или о продлении срока его действия может быть разрешен только в условиях состязательности сторон и при обеспечении прав участников судопроизводства. Процессуальный порядок решения этого вопроса требует предоставления лицу, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, права на участие в этих судебных процедурах. Конституционно-правовой смысл законоположений о судебной процедуре решения вопросов о заключении под стражу в качестве меры пресечения, выявленный Конституционным Судом РФ, определяет содержание и применение соответствующих норм УПК РФ на всех судебных стадиях, включая новое рассмотрение дела судом первой инстанции после отмены приговора, поскольку гарантии от произвольного или избыточного ограничения свободы и личной неприкосновенности должны обеспечиваться на любом этапе уголовного судопроизводства. Как указано в определении Конституционного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 68-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Колоса Андрея Валентиновича на нарушение его конституционных прав ст.ст. 234, 236 и частью второй статьи 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", общие правила принятия судом решений о мере пресечения в виде заключения под стражу, в том числе в судебных стадиях, устанавливаются ст.ст. 108 и 109 УПК РФ, согласно которым соответствующее решение принимается в ходе судебного заседания, проводимого с участием подозреваемого, обвиняемого или подсудимого, прокурора, защитника, если последний участвует в уголовном деле. В соответствии с ч. 3 ст. 258 УПК РФ подсудимый может быть удален из зала судебного заседания до окончания прений сторон. При этом ему должно быть предоставлено право на последнее слово. По смыслу уголовно-процессуального закона, решения, связанные с применением этой меры процессуального принуждения в отношении подсудимого, имеют целью создание надлежащих условий для осуществления производства по уголовному делу и выносятся в случаях, когда подсудимый нарушает свои обязанности. При этом подсудимому во всяком случае предоставляется право довести свое мнение по обсуждаемым вопросам до сведения суда, в том числе путем обеспечения его права на выступление с последним словом. В то же время последствия судебных решений о продлении срока содержания под стражей выходят за рамки собственно уголовно-процессуальных отношений и затрагивают сферу конституционных прав и свобод личности. В результате затрагиваются предусмотренные ст. 22 Конституции Российской Федерации гарантии судебной защиты конституционного права на свободу и личную неприкосновенность. При таких обстоятельствах удаление подсудимого из зала судебного заседания в связи с нарушением им порядка в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по существу не влечет за собой автоматического рассмотрения судом всех других вопросов, а в особенности вопроса о продлении срока содержания под стражей, в отсутствие подсудимого. Лишение подсудимого права изложить свою позицию относительно вопроса о продлении срока содержания под стражей и представить в ее подтверждение необходимые доказательства Судебная коллегия считает существенным нарушением его процессуальных прав, что не позволяет признать законным постановление суда. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление Приморского краевого суда от 11 января 2010 г. в отношении М. отменила, а материал о продлении сроков содержания М. под стражей направила на новое судебное рассмотрение в тот же суд, избрав ему меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. ______________ Суд обоснованно отказал в продлении сроков содержания под стражей в связи с длительным невыполнением органами предварительного расследования необходимых процессуальных действий Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 10 мар 3. Суд обоснованно отказал в продлении сроков содержания под стражей в связи с длительным невыполнением органами предварительного расследования необходимых процессуальных действий Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 10 марта 2010 г. N 66-О10-23 (Извлечение) Органами предварительного расследования П. обвинялся в незаконном приобретении, хранении, ношении огнестрельного оружия и посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительных органов. В связи с совершением указанных действий он был задержан 23 декабря 2007 г. и заключен под стражу 27 декабря 2007 г. Срок содержания П. под стражей неоднократно продлевался в установленном законом порядке. В связи с истечением установленного судом срока содержания П. под стражей старший следователь следственного отдела по г. Иркутску следственного управления Следственного комитета при Прокуратуре РФ обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания П. под стражей. Постановлением Иркутского областного суда от 14 января 2010 г. в удовлетворении ходатайства отказано. В кассационном представлении прокурор просил постановление суда отменить, указывая на то, что суд не учел в качестве исключительных обстоятельств необходимость перевода процессуальных документов на ингушский язык и выполнения требований ст.ст. 216-217 УПК РФ, что в целях обеспечения выполнения указания суда о переводе необходимых документов на ингушский язык органами предварительного следствия были направлены множественные запросы о предоставлении переводчиков. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 10 марта 2010 г. постановление суда оставила без изменения, а кассационное представление - без удовлетворения, указав следующее. Как видно из представленных материалов, постановлением Иркутского областного суда от 22 сентября 2008 г. уголовное дело в отношении П. возвращено прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом, выразившихся в ненадлежащем выполнении требований ст. 18 УПК РФ об обеспечении участия в деле переводчика. После этого срок содержания под стражей П. неоднократно продлевался, в том числе и в связи с необходимостью перевода на ингушский язык обязательных для вручения обвиняемому документов уголовного дела. Как установил суд, каких-либо реальных результативных мер для обеспечения выполнения указаний суда о переводе необходимых документов на ингушский язык до обращения в суд с рассматриваемым ходатайством органами предварительного следствия не принималось, и перевод документов на язык, которым владеет П., не был выполнен. Таким образом, с 22 сентября 2008 г. в течение 16 месяцев органы предварительного следствия ходатайствовали о продлении сроков содержания П. под стражей по одним и тем же основаниям, в связи с чем П. содержался под стражей по делу более двух лет. С учетом изложенного суд правильно не признал исключительными обстоятельствами необходимость перевода на ингушский язык обязательных для вручения обвиняемому документов уголовного дела и не нашел законных оснований для удовлетворения ходатайства о продлении П. срока содержания под стражей. _______________ Уголовное дело снято с кассационного рассмотрения в связи с тем, что копия вердикта коллегии присяжных заседателей в переводе на родной язык не была вручена осужденным Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 мая 2010 г. 4. Уголовное дело снято с кассационного рассмотрения в связи с тем, что копия вердикта коллегии присяжных заседателей в переводе на родной язык не была вручена осужденным Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 мая 2010 г. N 5-О10-137СП (Извлечение) По приговору Московского городского суда с участием присяжных заседателей от 15 февраля 2010 г. осуждены Ф. по ч. 2 ст. 210; пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1; пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1; пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1; ч. 3 ст. 30 и пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1; ч. 1 ст. 30 и пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ; X. по ч. 2 ст. 210; пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1; пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ; Д. по ч. 2 ст. 210, пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1; ч. 3 ст. 30 и пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1; ч. 1 ст. 30 и пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ. При кассационном рассмотрении дела и в дополнении к кассационной жалобе от 11 мая 2010 г. осужденные X. и Ф. указывали на нарушение их права на защиту, так как вердикт присяжных заседателей им не был вручен на родном узбекском языке, несмотря на то, что они просили об этом. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 31 мая 2010 г. уголовное дело сняла с кассационного рассмотрения и направила в Московский городской суд для выполнения требований ст. 312 УПК РФ, указав следующее. В соответствии с требованиями п. 3 ч. I ст. 351 УПК РФ при рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора доказательства вины не приводятся, а лишь содержится описание преступного деяния со ссылкой на вердикт присяжных заседателей. Таким образом, содержание этой статьи закона свидетельствует о том, что по существу вердикт присяжных заседателей является одной из основных составляющих приговора и лишение права осужденного на ознакомление с вердиктом следует считать нарушением его права на защиту. Кроме того, согласно ч. 1 ст. 378 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в кассационном порядке суд принимает одно из решений, в частности об отмене приговора и направлении дела на новое судебное разбирательство со стадии действий суда после вынесения вердикта присяжных заседателей. Такое решение принимается в случаях несоответствия приговора вердикту присяжных заседателей. Следовательно, осужденный, как и другие участники уголовного судопроизводства, вправе знакомиться не только с приговором, но и с вердиктом присяжных заседателей и обжаловать в этой части судебные документы, а кассационная инстанция, рассмотрев такие жалобы (представление), вправе констатировать в своем решении несоответствие приговора вердикту присяжных заседателей. Такая же позиция содержится в определении Конституционного Суда РФ от 23 мая 2006 г. N 189-О о необходимости обеспечения гарантированной ст. 24 Конституции Российской Федерации возможности знакомиться со всеми документами и материалами, непосредственно затрагивающими права обвиняемого, в которых отражается существо и основания обвинения. _____________ Приговор, постановленный судом с участием присяжных заседателей, отменен в связи с нарушением права осужденного на защиту Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 мая 2010 г. N 41-О10-47СП (Извлечение) 5. Приговор, постановленный судом с участием присяжных заседателей, отменен в связи с нарушением права осужденного на защиту Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 мая 2010 г. N 41-О10-47СП (Извлечение) По приговору Ростовского областного суда с участием присяжных заседателей от 18 февраля 2010 г. осуждены: П. по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 325 УК РФ; Т. по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 158 УК РФ. Судом с участием присяжных заседателей П. и Т. признаны виновными в убийстве С. группой лиц, по предварительному сговору, из корыстных побуждений; кроме этого, П. - в уничтожении официальных документов (паспорта и водительского удостоверения) из иной личной заинтересованности, а Т. - в краже чужого имущества. В кассационной жалобе осужденный П. просил приговор отменить, указывая на то, что адвокат Л. недобросовестно исполнял свои обязанности защитника, отказался участвовать в прениях. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 31 мая 2010 г. приговор в отношении П. и Т. отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение, указав следующее. В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 51 УПК РФ участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если уголовное дело подлежит рассмотрению судом с участием присяжных заседателей. В силу ст.ст. 292, 366 УПК РФ прения сторон состоят из речей обвинителя и защитника. При отсутствии защитника в прениях участвует подсудимый. Эти требования закона по уголовному делу не выполнены. Из протокола судебного заседания следует, что в прениях выступил один подсудимый П., а защищавший его адвокат Л. отказался от участия в прениях, при этом мотив отказа адвоката от участия в прениях не выяснялся. Осужденный П. в своей кассационной жалобе от 5 апреля 2010 г. указал на нарушение его права на защиту, в частности на отказ адвоката Л. от участия в прениях. В этот же день государственным обвинителем принесены замечания на протокол судебного заседания о том, что в действительности адвокат Л. согласовал с П. свою позицию относительно участия в прениях, которые председательствующим удостоверены. Вместе с тем из материалов дела следует, что государственный обвинитель с протоколом судебного заседания ознакомился в феврале 2010 г., замечаний не подавал, а после обжалования приговора осужденным П. принес замечания по обстоятельствам, указанным в кассационной жалобе с нарушением установленного законом срока. При этом при рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания лица, подавшие замечания и жалобу, в суд не вызывались и эти обстоятельства не выяснялись. Вопрос о восстановлении пропущенного срока не разрешался. С учетом изложенного, исходя из принципа состязательности и равенства процессуальных прав сторон при рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей, отказ адвоката от участия в прениях Судебная коллегия расценила как ограничение права подсудимого П. на защиту, т. е. как нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее отмену приговора. Учитывая, что действия П. и Т. взаимосвязаны, обвинительный приговор отменен в отношении обоих подсудимых. _____________ Отказ в допуске к участию в судебных прениях адвоката, отстраненного от участия в судебном разбирательстве, не является нарушением права подсудимого на защиту Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15 апреля 2010 г. N 93- 6. Отказ в допуске к участию в судебных прениях адвоката, отстраненного от участия в судебном разбирательстве, не является нарушением права подсудимого на защиту Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15 апреля 2010 г. N 93-ДП10-1 (Извлечение) По приговору Магаданского городского суда от 29 октября 2009 г. Г. осужден по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 228-1 УК РФ. Кассационным определением Магаданского областного суда от 28 января 2010 г. приговор отменен, дело направлено на новое судебное разбирательство. В надзорном представлении заместитель прокурора Магаданской области просил кассационное определение отменить, а дело направить на новое кассационное рассмотрение, считая, что суд первой инстанции обоснованно оставил без рассмотрения ходатайство адвоката С. о допуске последнего для участия в судебных прениях, поскольку ранее С. был освобожден от дальнейшего участия в процессе, а Г. было заключено соглашение с адвокатом М. Право подсудимого Г. на защиту при рассмотрении дела Магаданским городским судом нарушено не было. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 15 апреля 2010 г. надзорное представление удовлетворила, указав следующее. В соответствии с ч. 1 ст. 50 УПК РФ обвиняемый вправе пригласить для осуществления его защиты в судебном заседании нескольких защитников, при этом повторный допуск адвоката, ранее освобожденного судом от участия в разбирательстве дела действующим уголовно-процессуальным законодательством, не предусмотрен. Как усматривается из материалов дела, первоначально после освобождения адвоката Ф. от участия по делу, защиту интересов Г. осуществлял адвокат С, полномочия которого были подтверждены ордером. 30 сентября 2009 г. суд удовлетворил ходатайство подсудимого Г. и освободил адвоката С. от дальнейшего участия в деле из-за расхождения правовых позиций и в соответствии с законом предоставил Г. необходимое время для заключения соглашения с адвокатом М. Принимая решение об отмене приговора из-за нарушения права подсудимого Г. на защиту, кассационная инстанция Магаданского областного суда оставила без внимания положение ч. 4 ст. 49 УПК РФ о том, что основанием к допуску адвоката для участия в деле является предъявление надлежащего ордера, который, как явствует из протокола судебного заседания, адвокатом С, после того как он был освобожден от дальнейшего участия в деле, представлен не был. Наличие в материалах дела стандартного бланка соглашения и справки председателя коллегии второй Магаданской областной коллегии адвокатов не может рассматриваться как подтверждение полномочий адвоката С. для участия в деле. ____________ Заместитель председателя Верховного суда республики не наделен правом отмены постановления судьи районного суда по уголовному делу Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22 апреля 2010 г. N 92-О10-9 (Извлечение) 7. Заместитель председателя Верховного суда республики не наделен правом отмены постановления судьи районного суда по уголовному делу Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22 апреля 2010 г. N 92-О10-9 (Извлечение) Органами предварительного расследования О. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Уголовное дело в отношении О. с обвинительным заключением поступило по подсудности в Бай-Тайгинский районный суд Республики Тыва. Постановлением Бай-Тайгинского районного суда от 22 января 2010 г. удовлетворены ходатайства защитника и прокурора об отводе судьи К. в связи с наличием обстоятельств, дающих основание сомневаться в объективности рассмотрения данного уголовного дела в Бай-Тайгинском районном суде. В связи с отсутствием других судей в Бай-Тайгинском районном суде уголовное дело председателем суда направлено в Верховный суд Республики Тыва для изменения подсудности. Постановлением заместителя председателя Верховного суда Республики Тыва от 9 февраля 2010 г. постановление от 22 января 2010 г. отменено, а уголовное дело возвращено для рассмотрения по существу в Бай-Тайгинский районный суд. В кассационной жалобе защитник У. просил отменить постановление от 9 февраля 2010 г., принять новое решение об изменении территориальной подсудности уголовного дела, направить его для рассмотрения по существу в Монгун-Тайгинский или Овюрский районный суд Республики Тыва. Постановление от 22 января 2010 г. вступило в законную силу, так как никем из участников судебного процесса не было оспорено. Заместитель председателя Верховного суда Республики Тыва не наделен полномочиями отмены вступившего в законную силу судебного решения районного суда. Направление уголовного дела в тот же суд незаконно, так как судья удовлетворил заявленный ему отвод, постановление об этом вступило в законную силу. Вывод о том, что постановление районного суда является незаконным и необоснованным, противоречит закону. Он не согласуется с тем, что в ч. 2 ст. 61 УПК РФ предусмотрено в числе обстоятельств, исключающих участие судьи в производстве по уголовному делу, наличие иных обстоятельств, дающих основание полагать, что он прямо или косвенно заинтересован в исходе данного уголовного дела. Ссылка на ст. 47 Конституции Российской Федерации в постановлении неуместна, так как подсудимый имеет право, а не обязанность на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 22 апреля 2010 г. постановление Верховного суда Республики Тыва отменила по следующим основаниям. Согласно ч. 3 ст. 354 УПК РФ в кассационном порядке рассматриваются жалобы и представления на не вступившие в законную силу решения судов первой и апелляционной инстанций. В соответствии с ч. 4 ст. 30 УПК РФ рассмотрение уголовных дел в кассационном порядке осуществляется судом в составе трех судей федерального суда общей юрисдикции. Согласно ст. 35 УПК РФ изменение территориальной подсудности уголовного дела возможно лишь до начала судебного разбирательства по ходатайству стороны либо по инициативе председателя суда по основаниям, предусмотренным частью первой указанной статьи, а вопрос об этом разрешается председателем вышестоящего суда или его заместителем в порядке, установленном чч. 3, 4 и 6 ст. 125 УПК РФ. Судом указанные требования уголовно-процессуального закона не соблюдены. Из материалов уголовного дела известно, что дело в отношении О. поступило по подсудности в Бай-Тайгинский районный суд Республики Тыва. Защитник У. и поддержавший его доводы обвиняемый О. заявили отвод судье К., ссылаясь на то, что помощники судей являются родственниками потерпевшей. Постановлением Бай-Тайгинского районного суда от 22 января 2010 г. заявленный судье отвод был удовлетворен. В Бай-Тайгинском районном суде на момент вынесения постановления работал один судья, в связи с чем председателем Бай-Тайгинского районного суда уголовное дело направлено в Верховный суд Республики Тыва для изменения его территориальной подсудности. В судебном заседании Верховного суда Республики Тыва обвиняемый О. и его защитник просили изменить территориальную подсудность уголовного дела. Постановление Бай-Тайгинского районного суда от 22 января 2010 г., которым был разрешен заявленный судье отвод, не было обжаловано в кассационном порядке сторонами, и таким образом на момент поступления уголовного дела в Верховный суд Республики Тыва отсутствовал повод для возбуждения кассационного производства в суде второй инстанции. По результатам судебного рассмотрения в порядке, установленном чч. 3, 4, 6 ст. 125 УПК РФ, вопрос об изменении территориальной подсудности не был разрешен по существу в процедуре, предписываемой ч. 3 ст. 35 УПК РФ, несмотря на ссылку суда в оспариваемом защитником постановлении именно на эти положения закона. Вместо разрешения вопроса об изменении территориальной подсудности уголовного дела заместителем председателя Верховного суда Республики Тыва единолично было отменено промежуточное судебное решение по уголовному делу в виде постановления об удовлетворении отвода судье, не обжалованное в кассационном порядке. С учетом изложенного Судебная коллегия Верховного Суда РФ постановление заместителя председателя Верховного суда Республики Тыва отменила, а уголовное дело направила на новое рассмотрение в тот же суд для разрешения вопроса об изменении его территориальной подсудности. ____________ Вопрос об изменении территориальной подсудности уголовного дела относится к компетенции председателя вышестоящего суда (или его заместителя) Определение Судебной коллеги по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 апреля 2010 г. N 60-О10-3 (Извлечение) 8. Вопрос об изменении территориальной подсудности уголовного дела относится к компетенции председателя вышестоящего суда (или его заместителя) Определение Судебной коллеги по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 апреля 2010 г. N 60-О10-3 (Извлечение) Органами предварительного расследования обвинялись Р., Л., К., С. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 188, ч. 2 ст. 322 УК РФ, а П., Ч., О. - в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 188 УК РФ. 1 февраля 2010 г. уголовное дело в отношении указанных лиц поступило в Камчатский краевой суд для рассмотрения по существу. Обвиняемые Р., Л., П., Ч., О. и адвокат обратились к председателю Камчатского краевого суда с ходатайством об изменении территориальной подсудности уголовного дела и направлении его в Приморский краевой суд для рассмотрения по существу. Они сослались на то, что все обвиняемые по делу, большинство свидетелей и иных участников судопроизводства проживают в Приморском крае. Кроме того, следственные действия проводились в г. Владивостоке. Постановлением заместителя председателя Камчатского краевого суда от 8 февраля 2010 г. производство по данному ходатайству было прекращено. В кассационной жалобе адвокат просил проверить законность и обоснованность принятого должностным лицом решения, отменить его и решить вопрос об изменении подсудности уголовного дела по существу. По мнению адвоката, заместитель председателя Камчатского краевого суда в пределах своей компетенции мог решить вопрос о передаче уголовного дела в отношении Л. и других в Приморский краевой суд, препятствий к направлению дела в указанный суд не имелось. Оно не было принято к производству Камчатским краевым судом, все обвиняемые согласны на передачу дела в Приморский краевой суд. Они, их защитники и практически все свидетели проживают на территории Приморского края, что обеспечит беспрепятственное и правильное разрешение уголовного дела по существу. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 13 апреля 2010 г. постановление оставила без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения, указав следующее. Согласно ст. 31 УПК РФ уголовное дело о преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 322 УК РФ, подсудно верховному суду республики, краевому или областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области и суду автономного округа. В силу положений ч. 3 ст. 35 УПК РФ разрешение вопроса об изменении территориальной подсудности настоящего уголовного дела отнесено к компетенции председателя Верховного Суда РФ или его заместителя. Рассмотрев ходатайство обвиняемых и адвоката, заместитель председателя Камчатского краевого суда прекратил производство по делу, изложив в постановлении мотивы принятого решения. Вопрос об изменении территориальной подсудности данного уголовного дела и направлении его в суд другого субъекта Российской Федерации, как обоснованно указано в постановлении, не относится к компетенции председателя Камчатского краевого суда (или его заместителя). ____________ Постановление о возвращении уголовного дела прокурору для реализации права обвиняемого на заключение соглашения о сотрудничестве отменено Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 апреля 2010 г. N 66-О10-41 (Извлечение) 9. Постановление о возвращении уголовного дела прокурору для реализации права обвиняемого на заключение соглашения о сотрудничестве отменено Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 апреля 2010 г. N 66-О10-41 (Извлечение) Органами предварительного расследования К. и А. предъявлено обвинение в убийстве, совершенном группой лиц. Постановлением Иркутского областного суда от 28 января 2010 г. уголовное дело в отношении К. и А. возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. В обоснование своего решения суд указал, что органы предварительного расследования не разъяснили обвиняемым положения главы 40-1 УПК РФ о праве на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве. С учетом заявления обвиняемого К. в судебном заседании о наличии у него желания заключить досудебное соглашение о сотрудничестве суд признал эти обстоятельства существенным нарушением уголовно-процессуального закона, препятствующим рассмотрению уголовного дела по существу. Государственный обвинитель просил постановление в части возврата дела прокурору отменить, уголовное дело направить в тот же суд для рассмотрения по существу со стадии предварительного слушания, указав, что глава 40-1 УПК РФ не содержит требования о необходимости отдельного разъяснения порядка заключения досудебного соглашения о сотрудничестве подозреваемому или обвиняемому следователем. При предъявлении обвинения К. и А. было разъяснено право заявлять любые ходатайства, следовательно, и о заключении досудебного соглашения. Согласно ст. 38 УПК РФ в обязанности следователя не входит разъяснение нормы ст. 317-1 УПК РФ. В ходе предварительного следствия К. вину в совершении преступления не признавал и отказывался от дачи показаний, что свидетельствует о его нежелании сотрудничать со следствием. Преступление было совершено в условиях неочевидности и раскрыто в результате проведения оперативно-следственной работы. Лишь в последнем судебном заседании К. заявил о своем желании заключить досудебное соглашение, что свидетельствует о его намерении затянуть сроки рассмотрения дела по существу. Доводы суда о нарушении права на защиту обвиняемого К. в связи с тем, что ему не разъяснено право на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве, являются необоснованными. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 14 апреля 2010 г. постановление в части возврата уголовного дела отменила, указав следующее. В соответствии со ст. 317-1 УПК РФ ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве подается подозреваемым или обвиняемым в письменном виде на имя прокурора. Подозреваемый или обвиняемый вправе заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве с момента начала уголовного преследования до объявления об окончании предварительного следствия. В этом ходатайстве подозреваемый или обвиняемый указывает, какие действия он обязуется совершить в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления. Как видно из материалов дела, в ходе предварительного следствия К. вину в совершении преступления не признавал и отказывался от дачи показаний. Заявление о желании заключить досудебное соглашение К. сделал лишь в предварительном слушании, назначенном в связи с заявлением обвиняемых о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей. При этом К. не указал, какие именно действия он обязуется совершить в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления. В то же время К. заявил ходатайства об исключении из числа доказательств протоколов допроса ряда свидетелей и опознания по фотографии, об исследовании в судебном заседании всех материалов уголовного дела, вызове в судебное заседание дополнительных свидетелей и лиц, участвовавших при проведении следственных действий. Изложенные обстоятельства не подтверждают согласие К. с предъявленным обвинением, что предусматривается ч. 1 ст. 317-7, ст. 316 УПК РФ, и его заявление о желании сотрудничать с органами следствия. В суде кассационной инстанции К. и А. подтвердили свое несогласие с предъявленным им обвинением. По смыслу главы 40-1 УПК РФ заключение досудебного соглашения о сотрудничестве обязанностью стороны обвинения не является, зависит не только от желания подозреваемого (обвиняемого), но и от волеизъявления следователя, руководителя следственного органа и прокурора, представляющих сторону обвинения. По данному делу сторона обвинения возражает против удовлетворения заявления К., считая его направленным на затягивание рассмотрения уголовного дела по существу. Кроме того, возможности для заключения досудебного соглашения о сотрудничестве между обвиняемыми и стороной обвинения по данному делу уже утрачены, поскольку, по мнению органов следствия, преступление раскрыто, все его участники установлены и изобличены, собранные доказательства подтверждают виновность К. и А. во вменяемом им преступлении, предварительное расследование закончено, уголовное дело направлено в суд для рассмотрения по существу. Что касается нарушения органами предварительного следствия уголовно-процессуального закона (ч. 1 ст. 11 УПК РФ), выразившегося в том, что обвиняемым К. и А. не было разъяснено право заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве с органами следствия и порядок рассмотрения такого ходатайства, то с учетом изложенных обстоятельств в данном конкретном случае это не препятствует рассмотрению дела по существу и не исключает возможности постановления судом приговора или вынесения другого решения. ____________ Суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам и подлежат взысканию их с осужденного Определение Судебной коллегии по уголовным д 10. Суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам и подлежат взысканию их с осужденного Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 4 февраля 2010 г. N 49-О09-173СП (Извлечение) При рассмотрении Верховным судом Республики Башкортостан уголовного дела по обвинению О., М. и Ф. защиту подсудимого О. осуществлял адвокат З., в пользу которого по постановлению судьи Верховного суда Республики Башкортостан от 5 октября 2009 г. за счет средств федерального бюджета было взыскано 37 058 руб. Согласно указанному постановлению данная сумма подлежит взысканию в качестве процессуальных издержек с осужденного О. в доход федерального бюджета. В кассационной жалобе осужденный О. просил постановление суда отменить, освободив его от оплаты процессуальных издержек, и ссылался на то, что сам он за юридической помощью к адвокату З. не обращался, находится под стражей и не имеет ни заработка, ни имущества в своей собственности. О. также считал, что после провозглашения 10 сентября 2009 г. приговора по уголовному делу судья был не вправе принимать по нему какие-либо решения, в том числе о взыскании средств на оплату труда адвоката. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление судьи Верховного суда Республики Башкортостан от 5 октября 2009 г. в отношении О. оставила без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения по следующим основаниям. В соответствии с ч. 2 ст. 50 УПК РФ постановлением Правительства РФ от 4 июля 2003 г. N 400 "О размере оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, предварительного следствия или суда", постановлением Правительства РФ от 28 сентября 2007 г. N 625 "О внесении изменений в постановления Правительства РФ от 4 июля 2003 г. N 400 и от 23 июля 2005 г. N 445", приказом Минюста России N 199 и Минфина России N 87н от 15 октября 2007 г. участие адвоката в уголовном деле обеспечивается судом и оплачивается в верховных судах республик в составе Российской Федерации из расчета 1100 руб. за один день. Согласно постановлению Правительства РФ от 22 июля 2008 г. N 555 "Об индексации размера оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда" размер оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве, повышен в 1,085 раза. С учетом этих обстоятельств, а также с учетом уральского районного коэффициента - 15% было принято решение о выплате адвокату З. 37 058 руб. (1100 х 1,085 х 1,15 х 27). Согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ сумма, выплачиваемая адвокату, относится к процессуальным издержкам и в соответствии с ч. 2 ст. 132 УПК РФ подлежит взысканию с осужденного в счет федерального бюджета. Предусмотренных чч. 4-6 ст. 132 УПК РФ оснований для освобождения осужденного О. от уплаты процессуальных издержек судом не установлено и самим осужденным не приводится. В силу ч. 4 ст. 132 УПК РФ осужденный освобождается от расходов на оплату труда адвоката и они возмещаются за счет федерального бюджета, в частности в случае, если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в деле по назначению. В настоящем уголовном деле данное основание для освобождения обвиняемого от оплаты юридической помощи, оказанной адвокатом З., отсутствует, поскольку обвиняемый О. не заявлял о своем отказе не только от услуг конкретного адвоката З., но и вообще от помощи защитника. То обстоятельство, что в настоящее время О. содержится под стражей и приговорен к наказанию в виде лишения свободы сроком на двадцать три года, не может служить основанием для освобождения его от возмещения процессуальных издержек, так как не исключает возможность оплаты им процессуальных издержек из денежных средств, получаемых им в условиях исправительного учреждения либо после освобождения из него. Взыскание с осужденного процессуальных издержек в виде оплаты труда адвоката, осуществлявшего его защиту по назначению дознавателя, следователя или суда, не противоречит правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом РФ в Определении от 13 июня 2006 г. N 272-О, так как не лишает осужденного права на получение квалифицированной юридической помощи адвоката (защитника) при рассмотрении уголовного дела судом. Ссылка О. на то, что судья, председательствовавший в судебном заседании по его уголовному делу, был не вправе выносить решение о взыскании судебных издержек после провозглашения по делу приговора, не соответствует существующему правовому регулированию. Согласно чч. 3 и 4 ст. 313 УПК РФ определение или постановление о размере вознаграждения, подлежащего выплате за оказание юридической помощи в случае участия в уголовном деле защитника по назначению, принимается судом одновременно с постановлением приговора либо, по ходатайству заинтересованных лиц, после провозглашения приговора. ____________ После отмены приговора в части гражданского иска с направлением дела в этой части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства оно не может рассматриваться судом по правилам, предусмотренным УПК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным д 11. После отмены приговора в части гражданского иска с направлением дела в этой части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства оно не может рассматриваться судом по правилам, предусмотренным УПК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 марта 2010 г. N 66-О10-35 (Извлечение) По постановлению Иркутского областного суда от 1 октября 2009 г. постановлено взыскать с осужденных К. и Ш. солидарно в возмещение материального ущерба в пользу потерпевшей М. 345 169 руб. В кассационных жалобах осужденные Ш. и К. просили отменить постановление, ссылаясь на то, что каждым из них было похищено только по 50 тыс. руб., и указывали, что сумма иска не подтверждена никакими документами. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 23 марта 2010 г. постановление отменила по следующим основаниям. Как следует из определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 июля 2009 г., приговор в части гражданского иска М. о возмещении материального ущерба был отменен, а дело в этой части направлено на новое рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства. Однако указания суда кассационной инстанции о процедуре рассмотрения данного вопроса выполнены не были. Постановление вынесено со ссылкой на ст. 256 УПК РФ, предусматривающую порядок вынесения определения, постановления по вопросам, разрешаемым судом во время судебного заседания по уголовному делу, в то время, как согласно решению суда вышестоящей инстанции, вопрос о гражданском иске М. должен был рассматриваться в процедуре гражданского судопроизводства и суд должен был руководствоваться нормами гражданско-процессуального законодательства. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление отменила, дело направила на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. ____________ Лицо, выданное иностранным государством, в соответствии с ч. 1 ст. 461 УПК РФ не может быть привлечено в качестве обвиняемого и осуждено без согласия государства, его выдавшего, за преступление, не указанное в запросе о его выдаче Определение Судебной к 12. Лицо, выданное иностранным государством, в соответствии с ч. 1 ст. 461 УПК РФ не может быть привлечено в качестве обвиняемого и осуждено без согласия государства, его выдавшего, за преступление, не указанное в запросе о его выдаче Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 апреля 2010 г. N 20-Д10-4 (Извлечение) Верховным судом Республики Дагестан 10 августа 2004 г. К. осужден по ст. 317 УК РФ и по ч. 2 ст. 222 УК РФ. Он признан виновным в посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а также в незаконных приобретении, ношении, хранении и передаче огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, совершенные группой лиц по предварительному сговору. В кассационном порядке приговор не обжаловался. В надзорной жалобе осужденный К. указывал, что вопреки требованиям ч. 1 ст. 461 УПК РФ без согласия выдавшего государства Узбекистан он был привлечен к уголовной ответственности и осужден за преступления, не указанные в запросе о его выдаче. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 21 апреля 2010 г. доводы надзорной жалобы удовлетворила, указав следующее. В соответствии с ч. 1 ст. 461 УПК РФ лицо, выданное иностранным государством, не может быть привлечено в качестве обвиняемого и осуждено без согласия государства, его выдавшего, за преступление, не указанное в запросе о его выдаче. Согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, вынесенного в отношении К. 18 сентября 1997 г., его действия за ношение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему были квалифицированы органами предварительного расследования по ч. 1 ст. 222 УК РФ. 18 октября 1997 г. в отношении него был объявлен розыск. 19 сентября 2003 г. К. был задержан в г. Бухаре Республики Узбекистан, в связи с чем Генеральная прокуратура РФ обратилась в Генеральную прокуратуру Республики Узбекистан с ходатайством о его выдаче правоохранительным органам РФ для осуществления уголовного преследования. Генеральную прокуратуру Республики Узбекистан просили выдать К. в связи с обвинением в незаконном ношении огнестрельного оружия и боеприпасов, т. е. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ. 17 ноября 2003 г. данное ходатайство было удовлетворено, и К. передан представителям правоохранительных органов Российской Федерации. После выдачи 29 апреля 2004 г. К. было предъявлено новое обвинение по ч. 2 ст. 222 УК РФ и ст. 317 УК РФ, которые не были указаны в запросе. До постановления приговора в отношении К. вопрос о даче согласия Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан на привлечение его к уголовной ответственности по новому обвинению не ставился. 10 августа 2004 г. по приговору Верховного суда Республики Дагестан К. осужден по ч. 2 ст. 222 УК РФ и ст. 317 УК РФ. Из дополнительно запрошенных из Генеральной прокуратуры РФ материалов следует, что запрос о даче согласия на привлечение К. к уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 222 УК РФ и ст. 317 УК РФ, был направлен в Генеральную прокуратуру Республики Узбекистан лишь 17 мая 2005 г., а само согласие иностранного государства на привлечение К. к уголовной ответственности по указанным статьям было получено только 31 мая 2005 г., т. е. после постановления приговора. При таких обстоятельствах осуждение К. по ст. 317 УК РФ, а также по ч. 2 ст. 222 УК РФ за незаконные приобретение, передачу, хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, совершенные группой лиц по предварительному сговору, нельзя признать законным и обоснованным. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор Верховного суда Республики Дагестан в части осуждения К. по ст. 317 УК РФ отменила и дело в этой части прекратила, переквалифицировала действия К. как незаконное ношение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему с ч. 2 ст. 222 УК РФ на ч. 1 ст. 222 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г. N 64-ФЗ). ____________ Наказание лицу, совершившему несколько неоконченных преступлений, назначается за каждое из них в соответствии со ст. 66 УК РФ. Окончательное наказание не может превышать половины максимального срока или размера наказания, которое может быть назначено по у 13. Наказание лицу, совершившему несколько неоконченных преступлений, назначается за каждое из них в соответствии со ст. 66 УК РФ. Окончательное наказание не может превышать половины максимального срока или размера наказания, которое может быть назначено по указанным правилам за наиболее тяжкое из совершенных неоконченных преступлений Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 марта 2010 г. N 77-Д10-1 (Извлечение) О., ранее не судимый, по приговору Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 21 октября 2004 г. осужден к лишению свободы: по п. "б" ч. 2 ст. 228-1 УК РФ на семь лет без штрафа; по п. "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ на девять лет без штрафа. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено четырнадцать лет лишения свободы без штрафа. Далее приговор был пересмотрен и в него вносились изменения в кассационном и надзорном порядке. Постановлением Елецкого городского суда Липецкой области от 26 ноября 2007 г. на основании ст. 10 УК РФ в порядке исполнения приговора он был приведен в соответствие с действующим законодательством и постановлено считать О. осужденным по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 228-1 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ) на пять лет шесть месяцев лишения свободы; по ч. 1 ст. 30 и п. "б" ч. 2 ст. 228-1 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ) на семь лет шесть месяцев лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено одиннадцать лет лишения свободы. Постановлением президиума Липецкого областного суда от 29 декабря 2008 г. постановление Елецкого городского суда изменено: по ч. 1 ст. 30 и п. "б" ч. 2 ст. 228-1 УК РФ О. назначено лишение свободы на шесть лет; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено девять лет шесть месяцев лишения свободы. В остальной части судебные решения оставлены без изменения. В надзорной жалобе осужденный просил о снижении назначенного ему при приведении приговора в соответствие с действующим законодательством наказания, считая, что ему не могло быть назначено лишение свободы на срок более шести лет. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 17 марта 2010 г. удовлетворила надзорную жалобу осужденного частично по следующим основаниям. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательное наказание в виде лишения свободы не может превышать больше чем наполовину максимальный срок наказания в виде лишения свободы, предусмотренный за наиболее тяжкое из совершенных преступлений. По смыслу закона, если лицо совершило несколько неоконченных преступлений, то окончательное наказание при этом не может превышать более чем наполовину максимальный срок наказания в виде лишения свободы, которое может быть назначено по предусмотренным ст. 66 УК РФ правилам за наиболее тяжкое из совершенных неоконченных преступлений. В связи с этим О. на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ не могло быть назначено наказание, превышающее девять лет лишения свободы. С учетом изложенного Судебная коллегия изменила состоявшиеся по делу судебные решения и снизила О. назначенное в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ наказание до девяти лет лишения свободы. ____________ От редакции Назначения Назначения Н А З Н А Ч Е Н И Я По представлению Президента Российской Федерации Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации назначил судьей Верховного Суда Российской Федерации: БЕЗУГЛОГО Николая Павловича (постановление от 22 сентября 2010 г. N 381-СФ). ____________ Указатель судебной практики Указатель судебной практики |-----------------------------------------------------------------| | УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ | |------------------|----------------------------------------------| |030.120.220 | | |030.050.060 | | |030.010.000 | | |200.060.050 | | |Пост. N 21 |О внесении изменений в постановление Пленума| |Пленума |Верховного Суда Российской Федерации от| |Верх. Суда РФ |15 июня 2010 г. N 16 "О практике применения| |от 16.09.10 |судами Закона Российской Федерации| |Бюллетень |"О средствах массовой информации" | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 1 | | | | | |060.020.130 | | |Пост. N 22 |О внесении изменений в постановления Пленума| |Пленума |Верховного Суда Российской Федерации от| |Верх. Суда РФ |17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами| |от 28.09.10 |Российской Федерации Трудового кодекса| |Бюллетень |Российской Федерации" (в редакции| |Верх. Суда |постановления Пленума от 28 декабря 2006 г.| |Российской |N 63) и от 16 ноября 2006 г. N 52| |Федерации, |"О применении судами законодательства,| |2010, N 11, с. 1 |регулирующего материальную ответственность| | |работников за ущерб, причиненный работодателю"| | | | |170.020.020 | | |Пост. N 23 |О внесении изменения в постановление Пленума| |Пленума |Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая| |Верх. Суда РФ |2008 г. N 6 "О судебной практике по делам о| |от 28.09.10 |контрабанде" | |Бюллетень | | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 2 | | | | | |030.060.000 | | |180.040.000 | | |Опред. СК |Прекращение производства по делу по иску о| |Верх. Суда РФ |применении последствий недействительности| |от 16.02.10 |ничтожной сделки признано незаконным | |Бюллетень | | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 3 | | | | | |070.110.000 | | |Опред. СК |На основании норм гражданского| |Верх. Суда РФ |законодательства застрахованное лицо вправе| |от 25.02.10 |требовать в судебном порядке возмещения вреда,| |Бюллетень |причиненного его здоровью при исполнении им| |Верх. Суда |трудовых обязанностей, в части, превышающей| |Российской |обеспечение по страхованию | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 4 | | | | | |180.040.050 | | |Опред. СК |Для правильного разрешения судом дела по| |Верх. Суда РФ |жалобе на бездействие судебного| |от 9.03.10 |пристава-исполнителя существенное значение| |Бюллетень |имеет обстоятельство, касающееся характера| |Верх. Суда |требований кредитора и обязанности должника по| |Российской |исполнению решения суда в рамках возбужденного| |Федерации, |исполнительного производства | |2010, N 11, с. 7 | | | | | |180.020.000 | | |Опред. СК |Дело по спору между гражданином и акционерным| |Верх. Суда РФ |обществом о взыскании денежных средств| |от 9.02.10 |подведомственно суду общей юрисдикции | |Бюллетень | | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 9 | | | | | |030.120.120 | | |Опред. СК |Расторжение кредитного договора не| |Верх. Суда РФ |препятствует реализации принадлежащего| |от 9.02.10 |кредитору права на взыскание с поручителей| |Бюллетень |убытков, причиненных неисполнением или| |Верх. Суда |ненадлежащим исполнением обязательств, при| |Российской |наличии такого условия в договоре| |Федерации, |поручительства | |2010, N 11, с. 10 | | | | | |180.040.000 | | |Опред. СК |Принятое к производству суда ходатайство о| |Верх. Суда РФ |принудительном исполнении решения иностранного| |от 26.01.10 |суда не может быть возвращено взыскателю | |Бюллетень | | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 12 | | | | | |130.030.060 | | |Опред. СК |Подпункт "а" п. 5 ст. 6 в части слов "а также| |Верх. Суда РФ |о перемещении объекта культурного наследия| |от 16.12.09 |регионального значения, выявленного объекта| |Бюллетень |культурного наследия" и ч. 1 ст. 22 Закона| |Верх. Суда |Нижегородской области от 3 июля 2007 г. N 86-3| |Российской |"Об объектах культурного наследия (памятниках| |Федерации, |истории и культуры) народов Российской| |2010, N 11, с. 13 |Федерации, расположенных на территории| | |Нижегородской области", в редакции Закона| | |Нижегородской области от 3 июля 2009 г. N 89-3| | |и со дня его принятия, признаны| | |противоречащими федеральному законодательству | | | | |090.070.020 | | |090.070.060 | | |Опред. СК |Приказы Минэкономразвития Саратовской области| |Верх. Суда РФ |N 143 от 2 марта 2009 г. и N 252 от 1 апреля| |от 30.09.09 |2009 г. "Об установлении платы за хранение| |Бюллетень |задержанных транспортных средств" признаны| |Верх. Суда |противоречащими федеральному законодательству| |Российской |и недействующими с момента вступления в| |Федерации, |законную силу решения суда | |2010, N 11, с. 15 | | | | | |050.020.040 | | |050.030.040 | | |Опред. СК |Признаны недействующими абз. 2 п. 2 (за| |Верх. Суда РФ |исключением нормы о запрете бронирования| |от 19.05.10 |служебного жилого помещения) и п. 9 Положения| |Бюллетень |о служебных жилых помещениях| |Верх. Суда |специализированного жилищного фонда Республики| |Российской |Саха (Якутия), утвержденного постановлением| |Федерации, |Правительства Республики Саха (Якутия) от| |2010, N 11, с. 18 |21 мая 2009 г. N 210 "Об утверждении Положения| | |о служебных жилых помещениях| | |специализированного жилищного фонда Республики| | |Саха (Якутия)" | | | | |050.030.000 | | |050.030.080 | | |Решение |Пункт 1 постановления Правительства РФ от| |Верх. Суда РФ |11 января 2001 г. N 23 (в ред. постановления| |от 23.12.09 |от 18 апреля 2005 г. N 232) "Об обеспечении| |Бюллетень |жильем граждан, переезжающих из закрытых| |Верх. Суда |административно-территориальных образований на| |Российской |новое место жительства, или выплате| |Федерации, |компенсаций этим гражданам" в части,| |2010, N 11, с. 17 |устанавливающей, что решение о переселении на| | |новое место жительства и обеспечении жильем| | |принимается лишь в отношении граждан, не| | |имеющих жилья за пределами закрытого| | |административно-территориального образования,| | |признан недействующим со дня вступления| | |решения суда в законную силу | | | | |070.080.010 | | |Решение |Пункт 4.3 Порядка предоставления набора| |Верх. Суда РФ |социальных услуг отдельным категориям граждан,| |от 17.03.10 |утвержденного приказом Минздравсоцразвития| |Бюллетень |России от 29 декабря 2004 г. N 328, признан не| |Верх. Суда |противоречащим федеральному законодательству | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 21 | | | | | |090.040.020 | | |Решение |Абзац 1 п. 17 Правил определения и| |Верх. Суда РФ |предоставления технических условий подключения| |от 10.03.10 |объекта капитального строительства к сетям| |Бюллетень |инженерно-технического обеспечения,| |Верх. Суда |утвержденных постановлением Правительства РФ| |Российской |от 13 февраля 2006 г. N 83, признан не| |Федерации, |противоречащим федеральному законодательству | |2010, N 11, с. 21 | | | | | |170.030.030 | | |Решение |Пункт 132 Правил внутреннего распорядка| |Верх. Суда РФ |исправительных учреждений, утвержденных| |от 18.02.10 |приказом Минюста России от 3 ноября 2005 г.| |Бюллетень |N 205, признан не противоречащим федеральному| |Верх. Суда |законодательству | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 21 | | | | | |110.020.030 | | |Решение |Приложение N 3 - форма кадастрового паспорта| |Верх. Суда РФ |земельного участка, утвержденное приказом| |от 16.03.10 |Минюста России от 18 февраля 2008 г. N 32,| |Бюллетень |признано не противоречащим федеральному| |Верх. Суда |законодательству | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 21 | | | | | |090.080.020 | | |090.080.040 | | |Решение |Пункт 1 Правил заключения и исполнения| |Верх. Суда РФ |публичных договоров о подключении к системам| |от 26.02.10 |коммунальной инфраструктуры, утвержденных| |Бюллетень |постановлением Правительства РФ от 9 июня| |Верх. Суда |2007 г. N 360, признан не противоречащим| |Российской |федеральному законодательству | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 21 | | | | | |180.060.030 | | |200.060.030 | | |Опред. СК |Нарушение требований уголовно-процессуального| |Верх. Суда РФ |закона, а именно положений о непосредственном| |от 25.03.10 |исследовании доказательств, является| |Бюллетень |основанием для отмены приговора суда | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 21 | | | | | |180.060.030 | | |Опред. СК |Вопрос о продлении срока содержания под| |Верх. Суда РФ |стражей подлежит рассмотрению с участием| |от 8.04.10 |подсудимого | |Бюллетень | | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2010, N 11, с. 23 | | | | | | | (Окончание Указателя| | | в следующем номере)| |------------------|----------------------------------------------|