Бюллетень № 5 2013 года

31.05.2013

Оригинал документа · Источник публикации

Бюллетень № 5 2013 года

Опубликовано: 31.05.2013

Пленум Верховного Суда Российской Федерации

Постановление N 3 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2013 г. Об избрании членов Дисциплинарного судебного присутствия

ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 3

ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 5 февраля 2013 г.

Об избрании членов Дисциплинарного судебного присутствия

Руководствуясь статьями 2, 3 и 4 Федерального конституционного
закона от 9 ноября 2009 года N 4-ФКЗ "О Дисциплинарном судебном
присутствии" и пунктом 13 статьи 2 Регламента Дисциплинарного
судебного присутствия, утвержденного постановлением Пленума
Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного
Суда Российской Федерации от 4 февраля 2010 года N 3/2, Пленум
Верховного Суда Российской Федерации постановляет:
избрать членами Дисциплинарного судебного присутствия судей
Верховного Суда Российской Федерации:
1. Беспалову Зою Дмитриевну
2. Рудакова Сергея Валентиновича

Председатель
Верховного Суда
Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ

Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда
Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ

Постановление N 4 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2013 г. О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов

ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 4

ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 5 марта 2013 г.

О внесении изменений в постановление Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5
"О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов
и норм международного права
и международных договоров Российской Федерации"

В связи с внесенными в Федеральный закон от 15 июля 1995 года
N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации"
изменениями Пленум Верховного Суда Российской Федерации
постановляет внести следующие изменения в постановление Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5
"О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и
норм международного права и международных договоров Российской
Федерации".
1. Абзацы третий и четвертый пункта 2 изложить в следующей
редакции:
"Согласно пункту "а" статьи 2 Федерального закона
"О международных договорах Российской Федерации" под международным
договором Российской Федерации надлежит понимать международное
соглашение, заключенное Российской Федерацией с иностранным
государством (или государствами), с международной организацией либо
с иным образованием, обладающим правом заключать международные
договоры, в письменной форме и регулируемое международным правом
независимо от того, содержится такое соглашение в одном документе
или в нескольких, связанных между собой документах, а также
независимо от его конкретного наименования (например, конвенция,
пакт, соглашение и т. п.).
Международные договоры Российской Федерации могут заключаться
от имени Российской Федерации (межгосударственные договоры), от
имени Правительства Российской Федерации (межправительственные
договоры), от имени федеральных органов исполнительной власти или
уполномоченных организаций (договоры межведомственного характера)".
2. Абзац третий пункта 4 изложить в следующей редакции:
"Исходя из смысла частей 3 и 4 статьи 15 Конституции
Российской Федерации, части 3 статьи 5 Федерального закона
"О международных договорах Российской Федерации" судами
непосредственно могут применяться те вступившие в силу
международные договоры, которые были официально опубликованы в
Собрании законодательства Российской Федерации, в Бюллетене
международных договоров, размещены на "Официальном интернетпортале
правовой информации" (www.pravo.gov.ru) в порядке, установленном
статьей 30 указанного Федерального закона. Международные договоры
Российской Федерации межведомственного характера опубликовываются
по решению федеральных органов исполнительной власти или
уполномоченных организаций, от имени которых заключены такие
договоры, в официальных изданиях этих органов".
3. Абзац второй пункта 8 изложить в следующей редакции:
"Правила действующего международного договора Российской
Федерации, согласие на обязательность которого было принято не в
форме федерального закона, имеют приоритет в применении в отношении
подзаконных нормативных актов, изданных органом государственной
власти или уполномоченной организацией, заключившими данный договор
(часть 4 статьи 15, статьи 90, 113 Конституции Российской
Федерации)".

Председатель
Верховного Суда
Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ

Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда
Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ

Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам

Требование потребителя о полном возмещении, убытков, причиненных ему в связи с непредоставлением туроператором достоверной информации о правилах въезда в иностранное государство, соответствует закону. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Вер

1. Требование потребителя о полном возмещении
убытков, причиненных ему в связи
с непредоставлением туроператором достоверной
информации о правилах въезда в иностранное
государство, соответствует закону

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 27 ноября 2012 г. N 11-КГ12-18

(Извлечение)

Н. обратился в суд с иском к ООО "ПОЕХАЛИ!", ООО "КОРАЛ
ТРЕВЕЛ" о возмещении убытков, взыскании неустойки, компенсации
морального вреда, сославшись на следующее. 24 ноября 2011 г. между
ним и ООО "ПОЕХАЛИ!" заключен договор о реализации туристского
продукта. По указанному договору лицом, оказывающим услуги,
входящие в туристский продукт, являлось ООО "КОРАЛ ТРЕВЕЛ". По
условиям заключенного договора ответчики обязались реализовать
туристский продукт на двоих: истца и его супругу Д. Стоимость
туристского продукта на дату заключения договора составила 81 200
руб. Указанную сумму истец оплатил в кассу ООО "ПОЕХАЛИ!". Однако в
последний день перед отъездом, 5 декабря 2011 г., супруге истца
было отказано в выдаче визы. В этот же день истец обратился в ООО
"ПОЕХАЛИ!" с заявлением о возврате уплаченной суммы в размере
81 200 руб. До настоящего времени денежные средства не возвращены.
Решением Набережночелнинского городского суда Республики
Татарстан от 10 февраля 2012 г. исковые требования Н.
удовлетворены.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда
Республики Татарстан 19 апреля 2012 г. решение городского суда от
10 февраля 2012 г. отменила, по делу постановила новое решение,
которым исковые требования Н. удовлетворены частично.
В кассационной жалобе Н. просил об отмене определения судебной
коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан
от 19 апреля 2012 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
27 ноября 2012 г. жалобу удовлетворила, указав следующее.
В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или
изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются
существенные нарушения норм материального или процессуального
права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых
невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и
законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных
интересов.
При рассмотрении данного дела нарушения были допущены судом
апелляционной инстанции.
Судом установлено, что 24 ноября 2011 г. между ООО "ПОЕХАЛИ!"
(турагентство) и Н. (клиент) заключен договор о реализации
туристского продукта, в соответствии с которым турагентство
обязалось реализовать туристский продукт на двоих (Н. и его
супругу) по маршруту Казань - Дубай - Казань, начало тура 6 декабря
2011 г., окончание - 13 декабря 2011 г.
Н. выполнены условия договора о реализации туристского
продукта путем внесения в кассу ООО "ПОЕХАЛИ!" денежных средств в
размере 81 200 руб.
Согласно договору лицом, оказывающим услуги, входящие в
туристский продукт, является ООО "КОРАЛ ТРЕВЕЛ" (туроператор).
Судом также установлено, что в последний день перед вылетом,
5 декабря 2011 г., Н. было сообщено об отказе в выдаче визы его
супруге.
5 декабря 2011 г. Н. обратился к директору ООО "ПОЕХАЛИ!" с
заявлением о возврате уплаченных по договору от 24 ноября 2011 г.
денежных средств.
На указанное заявление генеральным директором ООО "ПОЕХАЛИ!"
сообщено, что денежные средства за туристский продукт перечислены
туроператору ООО "КОРАЛ ТРЕВЕЛ", в адрес которого направлен запрос
о возможности возмещения расходов.
Удовлетворяя иск Н., суд первой инстанции исходил из
обоснованности его исковых требований, поскольку истец отказался от
туристических услуг в связи с отказом в выдаче визы его супруге,
без сопровождения которой истец один поехать на отдых не может по
состоянию здоровья.
Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия по
гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан исходила из
того, что согласно агентскому договору ООО "КОРАЛ ТРЕВЕЛ" не несет
ответственности за невозможность оказания туристских услуг в силу
действий таможенных, консульских, пограничных служб и иных
официальных органов и властей Российской Федерации и зарубежных
стран. Поскольку ответчики не принимали на себя обязательство по
обеспечению виз для Н. по въезду на территорию иностранного
государства, а также с учетом того, что истцом не представлено
доказательств, подтверждающих невозможность выезда на отдых, в то
время как виза ему была предоставлена и ответчики не отказывались
исполнить обязательства по оказанию туристических услуг на
основании заключенного договора, судебная коллегия пришла к выводу
об отсутствии оснований для удовлетворения иска.
Между тем с такими выводами суда апелляционной инстанции
нельзя согласиться.
Как указано в п. 1 ст. 29 Закона РФ "О защите прав
потребителей", потребитель вправе потребовать полного возмещения
убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы
(оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для
удовлетворения соответствующих требований потребителя.
В силу ст. 1 Федерального закона от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ
"Об основах туристской деятельности в Российской Федерации"
туристский продукт следует рассматривать как комплекс услуг по
перевозке и размещению, оказываемых за общую цену (независимо от
включения в общую цену стоимости экскурсионного обслуживания и
(или) других услуг) по договору о реализации туристского продукта.
Учитывая положения названной статьи, по данному делу
туристский продукт, приобретенный Н. и его супругой, следовало
рассматривать как комплекс услуг, включающий в себя услуги по
организации их совместной туристической поездки, о чем указано в
договоре о реализации туристского продукта от 24 ноября 2011 г., а
не услуги по организации туристической поездки отдельно для Н., как
на это указывал суд апелляционной инстанции.
В соответствии со ст. 10 Федерального закона "Об основах
туристской деятельности в Российской Федерации" каждая из сторон
вправе потребовать изменения или расторжения договора о реализации
туристского продукта в связи с существенным изменением
обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора.
К существенным изменениям обстоятельств относится в том числе
невозможность совершения туристом поездки по независящим от него
обстоятельствам (болезнь туриста, отказ в выдаче визы и другие
обстоятельства).
Применительно к спорным правоотношениям отказ в выдаче Д. визы
на въезд в Объединенные Арабские Эмираты явился существенным
изменением обстоятельств для Н., так как, заключая договор от
24 ноября 2011 г., Н. исходил из того, что отправится в
туристическую поездку именно с супругой.
В силу пп. 1, 2 ст. 12 Закона РФ "О защите прав потребителей",
если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно
получить при заключении договора информацию о товаре (работе,
услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения
убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения
договора, а если договор заключен, в разумный срок - отказаться от
его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и
возмещения других убытков. При отказе от исполнения договора
потребитель обязан возвратить товар (результат работы, услуги, если
это возможно по их характеру) продавцу (исполнителю). Продавец
(исполнитель), не предоставивший покупателю полной и достоверной
информации о товаре (работе, услуге), несет ответственность,
предусмотренную пп. 1-4 ст. 18 или п. 1 ст. 29 данного Закона, за
недостатки товара (работы, услуги), возникшие после его передачи
потребителю вследствие отсутствия у него такой информации.
В соответствии со ст. 6 Федерального закона "Об основах
туристской деятельности в Российской Федерации" при подготовке к
путешествию, во время его совершения, включая транзит, турист имеет
право в том числе и на необходимую и достоверную информацию о
правилах въезда в страну (место) временного пребывания.
Согласно п. 7 постановления Правительства РФ от 18 июля
2007 г. N 452 "Об утверждении Правил оказания услуг по реализации
туристского продукта" исполнитель обязан своевременно предоставлять
потребителю необходимую и достоверную информацию о туристском
продукте, обеспечивающую возможность его правильного выбора, в том
числе о правилах въезда в страну (место) временного пребывания и
выезда из страны (места) временного пребывания, включая сведения о
необходимости наличия визы для въезда в страну и (или) выезда из
страны временного пребывания.
Исходя из положений приведенных правовых норм потребитель
вправе потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему в
связи с недостатком оказанной услуги, в том числе выразившейся в
непредоставлении исполнителем потребителю необходимой и достоверной
информации о правилах въезда в страну (место) временного пребывания
и выезда из страны (места) временного пребывания.
В связи с этим по данному делу юридически значимым и
подлежащим установлению и доказыванию являлся факт предоставления
исполнителем потребителю необходимой и достоверной информации о
правилах въезда в страну (место) временного пребывания и выезда из
страны (места) временного пребывания в полном объеме, а в случае
установления факта непредоставления потребителю такой информации в
полном объеме - причинная связь между непредоставлением этой
информации и возникновением убытков у потребителя.
Следовательно, суду апелляционной инстанции надлежало
исследовать причины отказа в выдаче визы Д. на пребывание в
Объединенных Арабских Эмиратах и установить, являлись ли причины
отказа в выдаче визы следствием непредоставления ответчиками
необходимой и достоверной информации Н. о правилах въезда в
указанное иностранное государство или эти причины связаны с другими
обстоятельствами.
Однако судом этого сделано не было.
В кассационной жалобе заявитель также указывал на то, что Д.
было отказано в выдаче визы по мотиву того, что срок действия ее
заграничного паспорта составлял менее 6 месяцев на дату
планируемого визита в Объединенные Арабские Эмираты, однако
ответчики, обязанные знать о правилах въезда в иностранное
государство - Объединенные Арабские Эмираты, в том числе и о том,
что виза на въезд в Объединенные Арабские Эмираты не выдается при
сроке действия заграничного паспорта менее 6 месяцев, получив от
истца полную оплату стоимости турпродукта, направили документы, не
соответствующие требованиям принимающей стороны, для оформления
въездных виз, не предоставив Н. полную информацию о правилах въезда
в Объединенные Арабские Эмираты.
Кроме того, суд апелляционной инстанции, придя к выводу об
отсутствии у суда первой инстанции оснований для удовлетворения
заявленных требований, в то же время вынес новое решение о
частичном удовлетворении исковых требований Н. и возмещении
понесенных им убытков.
Таким образом, определение суда апелляционной инстанции
содержало взаимоисключающие выводы.
Также судом второй инстанции не был решен вопрос об объеме
ответственности ООО "ПОЕХАЛИ!" и ООО "КОРАЛ ТРЕВЕЛ" перед Н.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда
Республики Татарстан от 19 апреля 2012 г. отменила, дело направила
на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

____________

Взыскание с органа местного самоуправления субсидий на приобретение жилья как неосновательного обогащения признано судом незаконным. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 июля 2012 г. N 18-КГ12-17 (Извлечение)

2. Взыскание с органа местного самоуправления
субсидий на приобретение жилья
как неосновательного обогащения
признано судом незаконным

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 24 июля 2012 г. N 18-КГ12-17

(Извлечение)

Р. обратился в суд с иском к администрации муниципального
образования г. Армавир о взыскании ущерба, причиненного незаконными
действиями, указав, что при подаче заявления о включении его семьи
в состав участников подпрограммы "Молодой семье - доступное жилье"
краевой целевой программы "Жилище" на 2005-2010 годы работник
администрации не разъяснил ему различия краевой и федеральной
программ, в результате чего ему был причинен вред, поскольку он мог
получить субсидию в размере не менее 594 720 руб. Просил суд
взыскать с ответчика в счет компенсации вреда, причиненного
незаконными действиями работников администрации, 594 720 руб.,
проценты за пользование чужими денежными средствами с 10 сентября
2007 г. по 23 марта 2011 г. в размере 168 138 руб. и судебные
расходы.
Решением Армавирского городского суда от 16 мая 2011 г. в
удовлетворении исковых требований Р. отказано.
Определением судебной коллегии по гражданским делам
Краснодарского краевого суда от 14 июля 2011 г. решение суда
отменено, по делу вынесено новое решение, которым исковые
требования удовлетворены.
Постановлением президиума Краснодарского краевого суда от
21 декабря 2011 г. надзорная жалоба администрации муниципального
образования г. Армавир оставлена без удовлетворения.
В кассационной жалобе администрации муниципального образования
г. Армавир ставился вопрос об отмене определения судебной коллегии
по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 14 июля
2011 г. и постановления президиума Краснодарского краевого суда от
21 декабря 2011 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
24 июля 2012 г. отменила обжалуемые судебные постановления, указав
следующее.
В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или
изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются
существенные нарушения норм материального права или норм
процессуального права, которые повлияли на исход дела и без
устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных
прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых
законом публичных интересов.
Судом установлено, что 5 декабря 2006 г. Р. подал заявление о
включении его семьи в состав участников подпрограммы "Молодой семье
- доступное жилье" краевой целевой программы "Жилище" на 2005-2010
годы и представил документы, определенные п. 2.2 Положения о
предоставлении молодым семьям при рождении (усыновлении/удочерении)
ребенка субсидии из средств краевого бюджета на погашение части
кредита (займа), привлеченного для приобретения жилья,
утвержденного постановлением главы администрации Краснодарского
края от 18 октября 2004 г. N 1022.
10 сентября 2007 г. между администрацией муниципального
образования г. Армавир и Р. подписан договор субсидирования за счет
средств краевого бюджета о предоставлении субсидии по рождению
ребенка на погашение части кредита по договору от 4 мая 2007 г.
Разрешая спор, суд указал, что истцом не было направлено
заявление и не предоставлен соответствующий перечень документов,
департаментом по финансовому и фондовому рынку Краснодарского края
приказа о выделении ему субсидии в соответствии с Правилами
предоставления молодым семьям субсидий из средств краевого бюджета
на приобретение жилья, в том числе на оплату первоначального взноса
при получении ипотечного жилищного кредита или займа на
приобретение жилья или строительство индивидуального жилья с
участием средств федерального бюджета (утвержденными постановлением
главы администрации Краснодарского края от 1 сентября 2006 г.
N 764), не принималось; денежные средства в целях последующего
предоставления истцу субсидии администрации муниципального
образования г. Армавир не перечислялись, в связи с чем основания
для удовлетворения исковых требований отсутствуют.
Требования истца о взыскании суммы процентов за пользование
чужими денежными средствами в размере 168 138 руб. суд также счел
необоснованными, поскольку администрация муниципального образования
г. Армавир не получала денежных средств из федерального и краевого
бюджетов. Денежные средства для предоставления семье Р. субсидии не
были предусмотрены в местном бюджете, поэтому ими пользоваться
ответчик не мог, т. е. необходимый элемент для применения
ответственности по ст. 395 ГК РФ (факт пользования чужими денежными
средствами) отсутствует, в связи с этим проценты не могут быть
взысканы.
Судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого
суда, отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя
заявленные требования, сослалась на положения ст. 1102 ГК РФ,
указав, что органом местного самоуправления не было проверено
соответствие подаваемых Р. документов его действительному
волеизъявлению и не учтено, что истцу должностными лицами не
разъяснены различия краевой и федеральной программ.
С указанным выводом согласился президиум Краснодарского
краевого суда.
Между тем в соответствии с содержанием подпрограммы "Молодой
семье - доступное жилье" краевой целевой программы "Жилище" на
2005-2010 годы, утвержденной постановлением Законодательного
Собрания Краснодарского края от 28 мая 2003 г. N 224-П, основными
источниками финансирования подпрограммы являются средства краевого
бюджета, направляемые, в частности, на предоставление молодым
семьям субсидий на приобретение жилья, в том числе на оплату
первоначального взноса при получении ипотечного жилищного кредита
или займа на приобретение жилья или строительство индивидуального
жилья, и предоставление молодым семьям при рождении
(усыновлении/удочерении) ребенка субсидий на строительство
(приобретение) жилья или на погашение части кредита (займа), в том
числе на компенсацию части финансовых затрат, произведенных ими на
строительство (приобретение) жилья.
Постановлением главы администрации Краснодарского края от
18 октября 2004 г. N 1022 утверждено Положение о предоставлении
молодым семьям при рождении (усыновлении/удочерении) ребенка
субсидии из средств краевого бюджета на погашение части кредита
(займа), привлеченного для приобретения жилья (далее - Положение).
Постановлением главы администрации Краснодарского края от
1 сентября 2006 г. N 764 утверждены Правила предоставления молодым
семьям субсидий из средств краевого бюджета на приобретение жилья,
в том числе на оплату первоначального взноса при получении
ипотечного жилищного кредита или займа на приобретение жилья или
строительство индивидуального жилья с участием средств федерального
бюджета (далее - Правила).
Соответственно, на момент обращения Р. в орган местного
самоуправления социальные выплаты молодым семьям предусматривались
по различным основаниям.
Пунктом 2.7 Правил установлено, что департамент по финансовому
и фондовому рынку Краснодарского края формирует заявку на выделение
из федерального бюджета средств для софинансирования предоставления
социальных выплат, которую со сводным списком участников
представляет в Минрегионразвития России.
После получения от распорядителя федеральных средств
контрольных цифр из федерального бюджета на текущий год органы
местного самоуправления муниципального образования края, на
основании решения которого молодая семья включена в муниципальный
список молодых семей, изъявивших желание получить субсидию с
участием средств федерального бюджета в планируемом году (далее -
Исполнители), представляют в уполномоченное департаментом по
финансовому и фондовому рынку Краснодарского края государственное
учреждение Краснодарского края муниципальный список претендентов на
получение социальной выплаты в текущем году, утвержденный
распорядительным актом главы муниципального образования либо
уполномоченного им лица, при наличии надлежащим образом оформленных
полномочий, с информацией на дату представления.
Согласно муниципальным спискам претендентов и с учетом размера
средств, предусмотренных в краевом и (или) местных бюджетах на
соответствующий год для предоставления социальных выплат,
учреждением формируется сводный список молодых семей, утверждаемый
главой администрации Краснодарского края.
На основании сводного списка претендентов департамент по
финансовому и фондовому рынку Краснодарского края издает приказ о
выделении конкретного размера бюджетных ассигнований, направляемых
Исполнителям для предоставления субсидий, на основании которого
представляет в департамент по финансам, бюджету и контролю
Краснодарского края платежные поручения.
Как установлено судом, Р., реализуя право на получение
субсидии как участник подпрограммы "Молодой семье - доступное
жилье", обратился с заявлением в орган местного самоуправления,
выбрав получение субсидии, финансирование которой осуществлялось в
соответствии с Положением, путем заключения договора субсидирования
с соответствующим производством расчета данной субсидии.
Следовательно, финансирование субсидий в рамках Правил,
утвержденных постановлением главы администрации Краснодарского края
от 1 сентября 2006 г. N 764, в отношении Р. не осуществлялось как
на момент его обращения в 2006 году, так и на момент рассмотрения
спора, что свидетельствует об отсутствии возможности приобретения
(сбережения) органом местного самоуправления денежных средств
(неосновательного обогащения за счет другого лица), а равно и
незаконного пользования чужими денежными средствами (ст. 395 ГК
РФ).
Таким образом, нормы материального права, регулирующие
обязательства вследствие неосновательного обогащения, в частности
ст. 1102 ГК РФ, не подлежат применению к спорным правоотношениям.
Признавая за Р. право на компенсацию вреда, причиненного
администрацией муниципального образования г. Армавир недоведением
до истца сведений о порядке, основаниях предоставления субсидий и
их видах, судебная коллегия краевого суда не указала, чем именно
действия ответчика не соответствуют или противоречат действующему
законодательству.
При этом действия должностных лиц администрации муниципального
образования г. Армавир Р. не оспаривались, в установленном законом
порядке незаконными признаны не были.
Определяя компенсацию причиненного Р. вреда в размере
субсидии, причитающейся по федеральной программе, судебная коллегия
краевого суда не исследовала вопрос о том, были ли у Р.
предусмотренные законом основания для получения названной субсидии.
Судом кассационной инстанции не было учтено, что субсидия по
краевой программе заявителем уже была получена, а его право на
получении двух субсидий одновременно ничем не подтверждено.
С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам
Верховного Суда РФ определение судебной коллегии по гражданским
делам Краснодарского краевого суда от 14 июля 2011 г. и
постановление президиума Краснодарского краевого суда от 21 декабря
2011 г. отменила, передала дело на новое кассационное рассмотрение
в судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого
суда.

____________

Предъявление кредитором требования одновременно к основному должнику (юридическому лицу) и поручителям (физическим лицам), учитывая солидарный характер их ответственности, не влечет необходимости разъединения заявленных требований исходя из субъектного со

3. Предъявление кредитором требования
одновременно к основному должнику
(юридическому лицу) и поручителям (физическим
лицам), учитывая солидарный характер их
ответственности, не влечет необходимости
разъединения заявленных требований исходя
из субъектного состава спора.
Такой спор подведомственен
суду общей юрисдикции

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 6 ноября 2012 г. N 23-КГ12-5

(Извлечение)

ОАО "Россельхозбанк" в лице дополнительного офиса Чеченского
регионального филиала (далее - Банк) обратилось в суд с иском к ГУП
"Птицефабрика "Старо-Юртовская", А. и У. о взыскании задолженности
по кредитным договорам и обращении взыскания на заложенное
имущество, указав, что между Банком и ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская" заключены кредитные договоры от 13 июня 2006 г. и
от 29 апреля 2010 г.
В обеспечение исполнения обязательств по возврату денежных
средств по кредитному договору от 13 июня 2006 г. заключен договор
о залоге транспортных средств от 13 июня 2006 г.
В обеспечение исполнения обязательств по возврату денежных
средств по кредитному договору от 29 апреля 2010 г. заключены:
договор о залоге оборудования от 29 апреля 2010 г.; договор о
залоге товаров в обороте от 29 апреля 2010 г., а также договоры
поручительства физических лиц от 29 апреля 2010 г. с А. и У.
В связи с неисполнением заемщиком условий договоров Банк
просил взыскать по кредитному договору от 13 июня 2006 г. с ГУП
"Птицефабрика "Старо-Юртовская" задолженность, проценты за
пользование кредитом, госпошлину; по кредитному договору от
29 апреля 2010 г. просил взыскать солидарно с ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская", поручителей А. и У. задолженность, проценты за
пользование кредитом, сумму начисленной пени за просрочку основного
долга, а также обратить взыскание на предметы залога, произвести
новую оценку рыночной стоимости переданного в залог имущества за
счет ответчиков и расторгнуть кредитные договоры от 13 июня 2006 г.
и от 29 апреля 2010 г.
Решением Грозненского районного суда Чеченской Республики от
15 декабря 2011 г., оставленным без изменения определением судебной
коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чеченской Республики
от 22 февраля 2011 г., исковые требования Банка удовлетворены
частично: с А. и У. в солидарном порядке в пользу Банка взыскана
задолженность, проценты за пользование кредитом, пеня за просрочку
основного долга, расходы по уплате госпошлины. Производство по делу
в части исковых требований Банка к ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская" прекращено, поскольку оно не подлежит
рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского
судопроизводства. Истцу разъяснено, что с исковым заявлением к ГУП
"Птицефабрика "Старо-Юртовская" необходимо обратиться в Арбитражный
суд Чеченской Республики.
В кассационной жалобе Банк просил об отмене состоявшихся по
делу судебных постановлений о прекращении производства по делу в
части исковых требований Банка к ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская".
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
6 ноября 2012 г. отменила обжалуемые судебные постановления в части,
указав следующее.
В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или
изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются
существенные нарушения норм материального права или норм
процессуального права, которые повлияли на исход дела и без
устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных
прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых
законом публичных интересов.
Такие нарушения норм процессуального права были допущены
судами первой и второй инстанций.
Прекращая производство по делу в части исковых требований
Банка к ГУП "Птицефабрика "Старо-Юртовская" о взыскании
задолженности по кредитному договору от 29 апреля 2010 г.,
обращении взыскания на заложенное имущество, суд указал на то, что
рассмотрение исковых требований, предъявленных к поручителям А. и
У., возможно отдельно от рассмотрения исковых требований,
предъявленных к основному должнику, - ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская"; требования, предъявленные к ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская", носят экономический характер, вытекают из
предпринимательской деятельности. Кроме того, кредитными
договорами, заключенными между Банком и ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская", предусмотрено рассмотрение споров Арбитражным
судом Чеченской Республики.
Вместе с тем согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические
лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские
права.
В силу ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников
кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников
совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как
полностью, так и в части долга. Солидарные должники остаются
обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.
По смыслу данных норм выбор предусмотренного ст. 323 ГК РФ
способа защиты нарушенного права принадлежит не суду, а
исключительно кредитору, который вправе предъявить иск как к одному
из солидарных должников, так и ко всем должникам одновременно.
В соответствии с п. 1 ст. 363 ГК РФ при неисполнении или
ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством
обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором
солидарно, если законом или договором поручительства не
предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.
Таким образом, иск кредитора, предъявленный одновременно и к
должнику, и к поручителю, отвечающим перед кредитором солидарно,
подлежит рассмотрению в рамках одного дела.
Согласно п. 1 ч. 1 ст. 22 ГПК РФ суды рассматривают и
разрешают исковые дела с участием граждан, организаций, органов
государственной власти, органов местного самоуправления о защите
нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, по
спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных,
земельных, экологических и иных правоотношений.
На основании ч. 3 ст. 22 ГПК РФ суды рассматривают и разрешают
дела, предусмотренные чч. 1 и 2 ст. 22 названного Кодекса, за
исключением экономических споров и других дел, отнесенных
федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению
арбитражных судов.
В соответствии с ч. 4 ст. 22 ГПК РФ при обращении в суд с
заявлением, содержащим несколько связанных между собой требований,
из которых одни подведомственны суду общей юрисдикции, другие -
арбитражному суду, если разделение требований невозможно, дело
подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции.
Банк на основании положений ст. 323 ГК РФ предъявил требование
о взыскании задолженности по кредитному договору от 29 апреля
2010 г. как к основному должнику - ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская", так и к поручителям по договорам поручительства
от 29 апреля 2010 г. А. и У. (не имеющим статус индивидуальных
предпринимателей). При этом от требований в отношении кого-либо из
ответчиков истец в ходе рассмотрения дела не отказывался.
Тем не менее суд, прекратив производство по делу в части
требований, заявленных к ГУП "Птицефабрика "Старо-Юртовская", не
принял во внимание, что солидарный характер ответственности
должника (юридического лица) и поручителей (физических лиц),
учитывая предъявление требования кредитором ко всем указанным
солидарным должникам одновременно, не позволяет суду принимать
решение о разъединении заявленных требований исходя из субъектного
состава спора, и, следовательно, возникший спор подведомственен
суду общей юрисдикции.
Ссылка суда на наличие между сторонами экономического спора,
вытекающего из предпринимательской деятельности, необоснованна,
поскольку заключение договора поручительства, суть которого состоит
в обязательстве поручителя уплатить кредитору должника денежную
сумму при неисполнении должником своих обязательств, не является
предпринимательской деятельностью, т. е. самостоятельной,
осуществляемой на свой риск деятельностью, направленной на
систематическое получение прибыли от пользования имуществом,
продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг (п. 1 ст. 2 ГК
РФ).
То обстоятельство, что кредитным договором от 29 апреля
2010 г., заключенным между Банком и ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская", предусмотрено разрешение споров в Арбитражном
суде Чеченской Республики, правового значения не имело, поскольку
А. и У., как поручители, не являются сторонами кредитного договора.
При таких обстоятельствах требования Банка в части взыскания
задолженности по кредитному договору от 29 апреля 2010 г.,
исполнение обязательств по которому обеспечено в том числе
договорами поручительства с А. и У., подлежали рассмотрению
Грозненским районным судом Чеченской Республики в отношении всех
ответчиков, и предусмотренных законом оснований для прекращения
производства по делу в указанной части в отношении ГУП
"Птицефабрика "Старо-Юртовская" у суда не имелось.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила решение районного суда от 15 декабря 2011 г. и определение
судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чеченской
Республики от 22 февраля 2011 г. в части, в которой производство по
делу в части исковых требований Банка к ГУП "Птицефабрика
"Старо-Юртовская" о взыскании задолженности по кредитному договору
от 29 апреля 2010 г., об обращении взыскания на имущество,
заложенное по договору о залоге оборудования от 29 апреля 2010 г. и
по договору о залоге товаров в обороте от 29 апреля 2010 г.,
прекращено; дело в указанной части направила на новое рассмотрение
в суд первой инстанции.

____________

Инвалид, использующий кресло-коляску, не обязан доказывать необходимость создания условий для доступа к объектам социальной инфраструктуры. Обязанность доказывания обеспечения беспрепятственного доступа к занимаемому им жилому помещению в многоквартирном

4. Инвалид, использующий кресло-коляску,
не обязан доказывать необходимость создания
условий для доступа к объектам социальной
инфраструктуры. Обязанность доказывания
обеспечения беспрепятственного доступа
к занимаемому им жилому помещению
в многоквартирном доме лежит
на собственниках такого дома

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 26 октября 2012 г. N 78-КГ12-17

(Извлечение)

К. является инвалидом I группы с детства, передвигается на
кресле-коляске. В течение 2010 года он обращался в органы
исполнительной власти г. Санкт-Петербурга с просьбой провести
мероприятия по созданию условий для беспрепятственного доступа в
многоквартирный дом по месту его жительства. Письмом администрации
Колпинского района г. Санкт-Петербурга от 8 октября 2010 г. ему
отказано в удовлетворении просьбы по причине отнесения указанных
мероприятий к компетенции товарищества собственников жилья,
осуществляющего управление многоквартирным домом. Считая данный
отказ незаконным, К. обратился в суд с иском к администрации
Колпинского района г. Санкт-Петербурга об обязании обеспечить
инвалиду, использующему кресло-коляску, беспрепятственный доступ к
объекту социальной инфра структуры, обязании осуществить установку
подъемной платформы, заключить с ООО "Лифтовая компания "Афонская"
договор на поставку, монтаж и ввод в эксплуатацию подъемной
платформы вертикального типа в парадной дома, где проживает истец,
взыскать компенсацию морального вреда.
Решением Колпинского районного суда г. Санкт-Петербурга от
21 сентября 2011 г., оставленным без изменения определением
судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского
городского суда от 17 ноября 2011 г., в удовлетворении исковых
требований К. отказано.
В кассационной жалобе К. просил об отмене вынесенных по делу
судебных постановлений.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
26 октября 2012 г. кассационную жалобу удовлетворила, указав
следующее.
В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или
изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются
существенные нарушения норм материального права или норм
процессуального права, которые повлияли на исход дела и без
устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных
прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых
законом публичных интересов.
Судом при рассмотрении данного дела были допущены существенные
нарушения.
Разрешая спор, суд пришел к выводу о том, что отсутствуют
основания для возложения обязанности на ответчика осуществить
установку, ввод в эксплуатацию и постановку на учет подъемной
платформы вертикального типа для перемещения инвалидов,
использующих кресла-коляски. При этом суд указал на то, что истцом
не представлены доказательства, свидетельствующие о необходимости
установки в подъезде дома, где проживает истец, подъемной платформы
в качестве единственно возможного средства подъема.
Между тем приведенные выводы судебных инстанций основаны на
неправильном применении положений действующего законодательства по
следующим основаниям.
Как установлено судом, К. является инвалидом I группы с
детства бессрочно, передвигается на кресле-коляске. Управление,
обслуживание и содержание многоквартирного дома, в котором
проживает истец, осуществляет товарищество собственников жилья.
В ответ на заявление К. от 16 августа 2010 г. письмом от
24 августа 2010 г. управляющая компания сообщила о возможности и
необходимости обеспечения истца беспрепятственным доступом к своему
жилью, выразила согласие на установку подъемной платформы для
перемещения инвалидов, использующих кресла-коляски. Однако в связи
с отсутствием денежных средств истцу рекомендовано обратиться с
данным вопросом в органы государственной власти
г. Санкт-Петербурга.
Решением Колпинского районного суда г. Санкт-Петербурга от
25 апреля 2011 г. по иску прокурора Колпинского района
г. Санкт-Петербурга в защиту интересов К. на товарищество
собственников жилья возложена обязанность обеспечить в подъезде
дома, в котором проживает истец, сплошное ровное без выступов
покрытие ступеней крыльца, снизить порог дверного проема до 0,025
м. В удовлетворении требований об обязании установить подъемную
платформу вертикального типа для перемещения инвалидов,
использующих кресла-коляски, отказано.
В ст. 7 Конституции Российской Федерации закреплено, что
Российская Федерация - социальное государство, политика которого
направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и
свободное развитие человека; в Российской Федерации охраняются труд
и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный
размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка
семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых
граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются
государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.
Улучшение условий жизни инвалидов как одной из самых социально
уязвимых категорий населения входит в число приоритетных задач,
определенных в посланиях Президента Российской Федерации
Федеральному Собранию РФ от 26 мая 2004 г. и от 25 апреля 2005 г.
Обеспечение беспрепятственного доступа инвалидов к объектам
социальной инфраструктуры является одной из важнейших целевых задач
Федеральной целевой программы "Социальная поддержка инвалидов на
2006-2010 годы", утвержденной постановлением Правительства РФ 29
декабря 2005 г. N 832.
В соответствии со ст. 15 Федерального закона от 24 ноября
1995 г. N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской
Федерации" Правительство РФ, органы исполнительной власти субъектов
Российской Федерации, органы местного самоуправления и организации
независимо от организационно-правовых форм создают условия
инвалидам (включая инвалидов, использующих кресла-коляски и
собак-проводников) для беспрепятственного доступа к объектам
социальной инфраструктуры (жилым, общественным и производственным
зданиям, строениям и сооружениям, спортивным сооружениям, местам
отдыха, культурно-зрелищным и другим учреждениям), а также для
беспрепятственного пользования железнодорожным, воздушным, водным,
междугородным автомобильным транспортом и всеми видами городского и
пригородного пассажирского транспорта, средствами связи и
информации (включая средства, обеспечивающие дублирование звуковыми
сигналами световых сигналов светофоров и устройств, регулирующих
движение пешеходов через транспортные коммуникации).
Согласно положениям указанного Федерального закона к объектам
социальной инфраструктуры отнесены и жилые здания.
Строительные нормы и правила 35-01-2001 "Доступность здания и
сооружений для маломобильных групп населения", утвержденные
постановлением Госстроя России от 16 июля 2001 г. N 73, в части
общих требований к зданиям, сооружениям и их участкам также
предусматривают, что лестницы должны дублироваться пандусами, а при
необходимости - другими средствами подъема.
Одним из самостоятельных требований, заявленных К., являлось
требование об обязании ответчика провести мероприятия по
обеспечению истцу как инвалиду, использующему кресло-коляску,
беспрепятственного доступа, отвечающего требованиям безопасности, к
многоквартирному дому, где проживает истец. В связи с чем предметом
доказывания по данному делу являлся факт отсутствия реального
доступа истца к занимаемому им жилому помещению.
Однако суд доводы участников процесса о технической
возможности или отсутствии таковой установить пандус либо подъемную
платформу не исследовал, лишь указав в решении, что истцом не
представлены доказательства, свидетельствующие о необходимости
установления в подъезде дома, где проживает истец, подъемной
платформы в качестве единственно возможного средства подъема.
Между тем обязанность по представлению доказательств
доступности беспрепятственного пользования истцом своим жилым
помещением, наличия или отсутствия необходимости в установке
специальных приспособлений для доступа истца к месту своего
проживания, а также возможность установления иных приспособлений
для перемещения маломобильных групп населения в данном случае
возлагается не на истца, а на собственников данного жилого
многоквартирного дома, которыми является и администрация
Колпинского района г. Санкт-Петербурга, и товарищество
собственников жилья.
Судебными инстанциями не принят во внимание довод истца о том,
что в многоквартирном доме по месту его проживания отсутствует
беспрепятственный доступ для него к этажу проживания, поскольку от
входа в подъезд по лестничному маршу без посторонней помощи он не
может подняться на лифтовый этаж. Установленные жильцами для
спуска-подъема детских колясок колейные аппарели непригодны для
использования инвалидом ввиду их высокого уклона - 47%, что
превышает норматив, установленный соответствующим СНиП, - не более
8%.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
решение Колпинского районного суда г. Санкт-Петербурга от
21 сентября 2011 г. и определение судебной коллегии по гражданским
делам Санкт-Петербургского городского суда от 17 ноября 2011 г.
отменила, передала дело на новое рассмотрение в суд первой
инстанции.

____________

Декриминализация деяния, за совершение которого лицо осуждено и в связи с этим уволено из органов внутренних дел, не влечет его реабилитацию и восстановление на службе. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 октября 20

5. Декриминализация деяния, за совершение
которого лицо осуждено и в связи с этим уволено
из органов внутренних дел, не влечет его
реабилитацию и восстановление на службе

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 26 октября 2012 г. N 78-КГ12-21

(Извлечение)

К. проходила службу в органах внутренних дел с 14 августа
2008 г. в должности инспектора отдела кадров УВД по Невскому району
г. Санкт-Петербурга.
По приговору Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга
от 25 января 2011 г., вступившему в законную силу 12 апреля
2011 г., К. осуждена за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 129
УК РФ, ей назначено наказание в виде штрафа. На основании ст. 78 УК
РФ К. освобождена от наказания в связи с истечением срока давности.
Приказом Главного управления МВД России по г. Санкт-Петербургу
и Ленинградской области от 29 декабря 2011 г. К. уволена по п. "м"
ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской
Федерации, утвержденного постановлением Верховного Совета РФ от
23 декабря 1992 г. N 4202-I, в связи с вступлением в силу
обвинительного приговора суда.
Пунктом 45 ст. 1 Федерального закона от 7 декабря 2011 г.
N 420-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской
Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации",
вступившего в силу 8 декабря 2011 г., в Уголовный кодекс РФ внесены
изменения, согласно которым ст. 129 УК РФ ("Клевета") признана
утратившей силу.
К. обратилась в суд с иском к Главному управлению МВД России
по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании приказа
от 29 декабря 2011 г. в части ее увольнения из органов внутренних
дел незаконным, о восстановлении на службе, компенсации морального
вреда, полагая, что в связи с изданием закона, устраняющего
преступность деяния, она не может считаться совершившей какое-либо
преступление, а вынесенный обвинительный приговор не может повлечь
для нее никаких последствий, в том числе связанных со службой в
органах внутренних дел, исходя из положений ч. 1 ст. 10 УК РФ,
согласно которой уголовный закон, устраняющий преступность деяния,
смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица,
совершившего преступление, имеет обратную силу, т. е.
распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до
вступления такого закона в силу.
Решением Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от
16 февраля 2012 г., оставленным без изменения апелляционным
определением судебной коллегии по гражданским делам
Санкт-Петербургского городского суда от 19 апреля 2012 г., исковые
требования К. удовлетворены частично: приказ от 29 декабря 2011 г.
в части увольнения К. из органов внутренних дел признан незаконным
и отменен. К. восстановлена на службе в органах внутренних дел с
30 декабря 2011 г., решение в этой части обращено к немедленному
исполнению. С ответчика в пользу К. взыскана компенсация морального
вреда, а также расходы по оплате услуг представителя, в остальной
части исковых требований отказано.
В кассационной жалобе Главного управления МВД по
г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области ставился вопрос об
отмене состоявшихся по делу судебных постановлений и вынесении
нового решения об отказе в иске.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
26 октября 2012 г. кассационную жалобу удовлетворила, указав
следующее.
В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или
изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются
существенные нарушения норм материального права или норм
процессуального права, которые повлияли на исход дела и без
устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных
прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых
законом публичных интересов.
Такие нарушения были допущены судом при рассмотрении
настоящего дела.
Разрешая спор, суд исходил из того, что п. 45 ст. 1
Федерального закона от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ "О внесении
изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные
законодательные акты Российской Федерации", вступившего в силу
8 декабря 2011 г., в Уголовный кодекс РФ внесены изменения,
согласно которым ст. 129 УК РФ ("Клевета") признана утратившей
силу.
Применив положения ст. 10 УК РФ об обратной силе закона,
устраняющего преступность и наказуемость деяния, судебные инстанции
пришли к выводу о том, что после вступления в силу Федерального
закона от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ, которым были устранены
преступность и наказуемость деяния, виновной в совершении которого
признана К. вступившим в законную силу приговором суда, она не
может считаться лицом, которое имеет или имело судимость, в том
числе снятую или погашенную, применительно к ст. 9 Положения о
службе в органах внутренних дел Российской Федерации. В связи с
этим наличие обвинительного приговора в отношении К. после
8 декабря 2011 г. - даты вступления в силу этого Федерального
закона - не могло влиять на прохождение ею службы в органах
внутренних дел.
Вместе с тем согласно п. "м" ст. 58 названного Положения (в
редакции, действовавшей на момент увольнения истца) сотрудники
органов внутренних дел могут быть уволены со службы в связи с
осуждением за преступление после вступления в законную силу
обвинительного приговора суда, а также прекращением уголовного
преследования за истечением срока давности, в связи с примирением
сторон, за исключением уголовных дел частного обвинения, вследствие
акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием.
Данная норма связана с ограничениями в приеме на службу в
органы внутренних дел и ее прохождении, предусмотренными ст. 9
Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации,
согласно которой гражданин Российской Федерации не может быть
принят на службу в органы внутренних дел, если он, в частности,
имел или имеет судимость; не подлежит уголовному преследованию за
истечением срока давности, в связи с примирением сторон, за
исключением уголовных дел частного обвинения, вследствие акта об
амнистии, в связи с деятельным раскаянием.
Соответствующие ограничения предусмотрены п. 2 ч. 1 ст. 29
Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции",
вступившего в силу с 1 марта 2011 г., согласно которому сотрудник
полиции не может находиться на службе в полиции в случае осуждения
его за преступление по приговору суда, вступившему в законную силу,
а равно с наличием судимости, в том числе снятой или погашенной.
Аналогичные положения были установлены и в отношении
сотрудников милиции в ч. 2 ст. 19 Закона РФ от 18 апреля 1991 г.
N 1026-I "О милиции" (не могут быть приняты на службу в милицию
граждане, имеющие либо имевшие судимость, а также граждане,
уголовное преследование в отношении которых прекращено за
истечением срока давности, в связи с примирением сторон, за
исключением уголовных дел частного обвинения, вследствие акта об
амнистии, в связи с деятельным раскаянием).
Декриминализация деяния, имея обратную силу и определенные
правовые последствия для лиц, совершивших преступления в прошлом, в
то же время не изменяет факта вступления в силу обвинительного
приговора суда, являющегося в данном случае основанием увольнения
сотрудника органов внутренних дел.
Специальное законодательство о прохождении службы в органах
внутренних дел Российской Федерации с 1991 года предусматривало
ограничения для прохождения службы лицами, когда-либо имевшими
судимость. В настоящее время Федеральным законом от 7 февраля
2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" установлен запрет на прохождение службы
в полиции лицами, умышленно совершившими уголовно наказуемое деяние
в период, когда совершение таких деяний было запрещено уголовным
законом.
Суд не принял во внимание, что данные ограничения связаны с
тем, что служба в органах внутренних дел является особым видом
государственной службы, она направлена на реализацию публичных
интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих
службу в указанных органах, специального правового статуса,
обусловленного выполнением конституционно значимых функций по
обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель,
определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах
внутренних дел, вправе устанавливать особые требования к их личным
и деловым качествам. Установление таких требований обусловлено
особыми задачами, принципами организации и функционирования
правоохранительной службы, необходимостью поддержания доверия
граждан к лицам, находящимся на службе в полиции, направлено на
обеспечение условий для эффективной профессиональной деятельности
сотрудников органов внутренних дел.
Кроме того, вступление в силу закона, устраняющего
преступность и наказуемость деяния, в соответствии с нормами
уголовно-процессуального законодательства влечет строго
определенные правовые последствия.
Частью 2 ст. 24 УПК РФ предусмотрено, что уголовное дело
подлежит прекращению за отсутствием состава преступления в случае,
когда до вступления приговора в законную силу преступность и
наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом.
В случае если этот закон введен в действие после вступления
приговора в законную силу, применяется другой порядок -
освобождение осужденного от наказания судом в рамках стадии
исполнения приговора (п. 13 ст. 397 УПК РФ). Таким образом,
декриминализация деяния влияет лишь на отбытие осужденным наказания
и не влечет отмены вступившего в силу приговора суда.
Следовательно, вывод судебных инстанций о применении положения
ст. 10 УК РФ об обратной силе закона, устраняющего преступность и
наказуемость деяния, в связи с которым после вступления в силу
Федерального закона от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ наличие
обвинительного приговора в отношении К. не могло влиять на
прохождение ею службы в органах внутренних дел, признан незаконным.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
решение Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от
16 февраля 2012 г. и апелляционное определение судебной коллегии по
гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 19 апреля
2012 г. отменила; приняла по делу новое решение, которым отказала в
удовлетворении исковых требований К. к Главному управлению МВД по
г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании приказа об
увольнении из органов внутренних дел незаконным, восстановлении на
службе, компенсации морального вреда.

____________

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков. Отсутствие доказательств причинения потребителю морального вреда в заявленном им размере не является основанием для отказа в удовл

6. Компенсация морального вреда осуществляется независимо
от возмещения имущественного вреда
и понесенных потребителем убытков.
Отсутствие доказательств причинения
потребителю морального вреда в заявленном им размере
не является основанием для отказа в удовлетворении
требований о его компенсации

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 9 октября 2012 г. N 18-КГ12-50

(Извлечение)

К. обратилась в суд с иском к ООО "Поликварт Краснодар" о
взыскании неустойки, убытков, компенсации морального вреда,
ссылаясь на следующее. 15 декабря 2009 г. между К. и ответчиком был
заключен договор долевого участия в строительстве жилого дома. В
соответствии с заключенным договором застройщик взял на себя
обязательство по строительству жилого дома. Предметом договора
являлась двухкомнатная квартира, находящаяся в строящемся доме. В
свою очередь, К. обязалась уплатить обусловленную договором цену и
принять квартиру не позднее 30 июня 2010 г. Свои обязательства по
договору истец выполнила в полном объеме. Поскольку в установленные
сроки ООО "Поликварт Краснодар" свои обязательства по договору не
исполнило, К. обратилась в суд с названными требованиями.
Решением Ленинского районного суда г. Краснодара от 14 декабря
2011 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии
по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 17 января
2012 г., иск удовлетворен частично: с ответчика в пользу К.
взыскана неустойка в размере 50 тыс. рублей, оплата услуг
представителя, в остальной части исковых требований отказано.
В кассационной жалобе К. просила об отмене вынесенных по делу
судебных постановлений.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
9 октября 2012 г. жалобу удовлетворила, указав следующее.
В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или
изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются
существенные нарушения норм материального или процессуального
права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны
восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных
интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
При рассмотрении данного дела существенное нарушение норм
материального и процессуального права допущено судами первой и
второй инстанций.
Разрешая дело по существу и удовлетворяя частично заявленные
требования о взыскании с ответчика в пользу К. неустойки, суд
первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 28 Закона РФ от
7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей", исходил из
нарушения ООО "Поликварт Краснодар" сроков выполнения работ
(оказания услуг), установленных договором о долевом участии в
строительстве жилого дома.
Вместе с тем суд отказал полностью в удовлетворении требований
о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что К. не
был доказан причиненный ей моральный вред в размере 50 тыс. рублей.
Судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого
суда сочла данные выводы суда первой инстанции правильными.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ не
согласилась с вынесенными судебными постановлениями по следующим
основаниям.
В соответствии со ст. 15 Закона РФ "О защите прав
потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие
нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной
организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем,
импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми
актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области
защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда
при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда
определяется судом и не зависит от размера возмещения
имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется
независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных
потребителем убытков.
При решении вопроса о компенсации потребителю морального вреда
достаточным условием для удовлетворения иска является установленный
факт нарушения прав потребителя.
Судом установлено, что ООО "Поликварт Краснодар" не выполнило
работу в сроки, определенные договором о долевом участии в
строительстве жилого дома, заключенным между К. и данным обществом,
чем нарушило права потребителя.
Поскольку судом установлен факт нарушения ответчиком прав
потребителя, то вывод суда об отказе К. в удовлетворении требований
о взыскании компенсации морального вреда признан незаконным,
поскольку он противоречит приведенной правовой норме.
Указание судов первой и второй инстанций на то, что истцом не
представлены доказательства причинения морального вреда именно на
сумму 50 тыс. рублей, как на основание для отказа в удовлетворении
требований К. о взыскании компенсации морального вреда в полном
объеме, также является незаконным, поскольку размер денежной
компенсации морального вреда определяется судом по правилам,
установленным ст. 1101 ГК РФ, в зависимости от характера
причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а
также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является
основанием возмещения вреда.
С выводами суда о необходимости снижения размера подлежащей
взысканию неустойки по доводам, изложенным в судебном решении,
Судебная коллегия также не согласилась по следующим основаниям.
По смыслу закона применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите
прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению
ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд
полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.
Между тем в решении не приведено мотивов, основанных на
законе, по которым суд счел возможным снизить размер взыскиваемой
неустойки.
Суд указал, что размер неустойки, рассчитанный истцом исходя
из условий договора долевого участия в строительстве, явно не
соразмерен последствиям нарушения обязательства, и что выплата
суммы неустойки в указанном истцом размере может повлечь
неблагоприятные последствия - будет способствовать уменьшению
финансирования строительства в целом, затронет законные права и
интересы других дольщиков, участников долевого строительства и
инвестируемой квартиры истца.
В чем заключается несоразмерность последствиям нарушения
обязательства, судом не указано.
То обстоятельство, что выплата суммы неустойки в полном
размере может повлечь неблагоприятные последствия для третьих лиц,
не являющихся стороной данных правоотношений и сторонами по данному
делу, основанием для снижения размера неустойки не является.
Отказывая в удовлетворении требований К. о возмещении убытков,
причиненных несвоевременным вводом жилого дома в эксплуатацию,
повлекшим у истца необходимость заключения договоров найма жилых
помещений, суд сослался на то, что данные договоры не были
зарегистрированы в инспекции федеральной налоговой службы, однако
при этом не указал в решении, на основании какой правовой нормы
данные договоры подлежали обязательной регистрации в налоговом
органе, и по каким основаниям данное обстоятельство имеет
существенное значение для принятия решения об отказе или
удовлетворении заявленных требований.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
решение Ленинского районного суда г. Краснодара от 14 декабря
2011 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам
Краснодарского краевого суда от 17 января 2012 г. отменила,
направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

____________

Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по административным делам

Подпункт 1 п. 136.25, подп. 1 п. 136.27 Административного регламента предоставления Федеральной миграционной службой, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, осуществляющими переданные полномочия Российской Федерации в области содей

1. Подпункт 1 п. 136.25, подп. 1 п. 136.27
Административного регламента предоставления
Федеральной миграционной службой, органами
исполнительной власти субъектов Российской
Федерации, осуществляющими переданные
полномочия Российской Федерации в области
содействия занятости населения, Федеральным
агентством морского и речного транспорта
и Федеральным агентством по рыболовству
государственной услуги по выдаче заключений
о привлечении и об использовании иностранных
работников, разрешений на привлечение
и использование иностранных работников,
а также разрешений на работу иностранным
гражданам и лицам без гражданства,
утвержденного приказом ФМС России,
Минздравсоцразвития России, Минтранса
России, Госкомрыболовства России
от 11 января 2008 г. N 1/4/1/2, признаны
недействующими со дня вступления решения
суда в законную силу

Решение Верховного Суда РФ
от 16 октября 2012 г. N АКПИ12-1250

(Извлечение)

Приказом ФМС России, Минздравсоцразвития России, Минтранса
России, Госкомрыболовства России от 11 января 2008 г. N 1/4/1/2
утвержден Административный регламент предоставления Федеральной
миграционной службой, органами исполнительной власти субъектов
Российской Федерации, осуществляющими переданные полномочия
Российской Федерации в области содействия занятости населения,
Федеральным агентством морского и речного транспорта и Федеральным
агентством по рыболовству государственной услуги по выдаче
заключений о привлечении и об использовании иностранных работников,
разрешений на привлечение и использование иностранных работников, а
также разрешений на работу иностранным гражданам и лицам без
гражданства (далее - Административный регламент).
Согласно подп. 1 п. 136.25, подп. 1 п. 136.27
Административного регламента заявление о продлении срока действия
разрешения на работу высококвалифицированному специалисту
отклоняется, а выданное высококвалифицированному специалисту
разрешение на работу аннулируется ФМС России, если работодателем
или заказчиком работ (услуг) нарушено условие привлечения
высококвалифицированного специалиста к трудовой деятельности в
Российской Федерации, предполагающее получение им заработной платы
(вознаграждения) в размере двух и более миллионов рублей за период,
не превышающий одного года.
ЗАО "Галерея Августин" обратилось в Верховный Суд РФ с
заявлением о признании недействующими подп. 1 п. 136.25, подп. 1
п. 136.27 Административного регламента в части, предусматривающей в
качестве условия привлечения высококвалифицированного специалиста к
трудовой деятельности получение им заработной платы
(вознаграждения) в размере двух и более миллионов рублей за период,
не превышающий одного года. В обоснование заявленных требований
указало, что оспариваемые нормативные положения противоречат подп.
3 п. 1 ст. 13-2 Федерального закона от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ
"О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации"
(далее - Федеральный закон от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ) и нарушают
права заявителя на свободное осуществление предпринимательской
деятельности.
Верховный Суд РФ 16 октября 2012 г. заявление удовлетворил,
указав следующее.
Отношения, связанные с осуществлением иностранными гражданами
на территории Российской Федерации трудовой, предпринимательской
деятельности и иной деятельности, урегулированы Федеральным законом
от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ, ст. 13-2 которого с 1 июля 2010 г.
введен особый порядок получения разрешений на работу для
высококвалифицированных специалистов из числа иностранных граждан.
В соответствии со ст. 13-2 Федерального закона от 25 июля
2002 г. N 115-ФЗ высококвалифицированным специалистом признается
иностранный гражданин, имеющий опыт работы, навыки или достижения в
конкретной области деятельности, если условия привлечения его к
трудовой деятельности в Российской Федерации предполагают получение
им заработной платы (вознаграждения) в размере не менее двух
миллионов рублей из расчета за один год (365 календарных дней)
(подп. 3 п. 1); в случае несоблюдения работодателем этого условия
заявление о продлении срока действия разрешения на работу
высококвалифицированному специалисту отклоняется (п. 19).
Из содержания приведенной нормы следует, что размер заработной
платы высококвалифицированного специалиста должен быть не менее
двух миллионов рублей за один год.
Подпункт 1 п. 136.25 и подп. 1 п. 136.27 Административного
регламента, предусматривающие получение высококвалифицированным
специалистом заработной платы в размере двух и более миллионов
рублей за период, не превышающий одного года, не соответствуют
подп. 3 п. 1 ст. 13-2 Федерального закона от 25 июля 2002 г.
N 115-ФЗ. Неопределенность правовых норм в части установления
периода, за который должно обеспечиваться получение специалистом
заработной платы не менее двух миллионов рублей, ведет к их
неоднозначному пониманию и, следовательно, к возможности их
произвольного применения.
Кроме того, подп. 1 п. 136.27 Административного регламента
установлено дополнительное основание аннулирования выданного
высококвалифицированному специалисту разрешения на работу, не
предусмотренное законом.
Перечень оснований аннулирования территориальным органом
федерального органа исполнительной власти в сфере миграции
выданного иностранному гражданину разрешения на работу установлен
п. 9 ст. 18 Федерального закона от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ, и
такое основание, как нарушение работодателем условия привлечения
высококвалифицированного специалиста к трудовой деятельности в
Российской Федерации, предполагающего получение им заработной платы
(вознаграждения) в размере двух и более миллионов рублей за период,
не превышающий одного года, в нем отсутствует. Пункты 13, 26
ст. 13-2 Федерального закона от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ также не
предусматривают такого основания аннулирования разрешения на работу
и не наделяют ФМС России правом устанавливать дополнительные
основания аннулирования разрешения на работу.
Верховный Суд РФ признал недействующими со дня вступления
решения суда в законную силу подп. 1 п. 136.25 и подп. 1 п. 136.27
Административного регламента.
Решение вступило в законную силу.

____________

Пункт 41 (в части, предусматривающей в качестве основания для отказа в рассмотрении заявки пользователя недр по вопросу продления срока пользования участком недр представление документов позднее шести месяцев до окончания срока действия лицензии на пользо

2. Пункт 41 (в части, предусматривающей
в качестве основания для отказа в рассмотрении
заявки пользователя недр по вопросу продления
срока пользования участком недр представление
документов позднее шести месяцев до окончания
срока действия лицензии на пользование
недрами), абз. 1 п. 42 Административного
регламента Федерального агентства
по недропользованию по исполнению
государственных функций по осуществлению
выдачи, оформления и регистрации лицензий
на пользование недрами, внесения изменений
и дополнений в лицензии на пользование
участками недр, а также переоформления
лицензий и принятия, в том числе
по представлению Федеральной службы
по надзору в сфере природопользования и иных
уполномоченных органов, решений о досрочном
прекращении, приостановлении и ограничении
права пользования участками недр, утвержденного
приказом Минприроды России
от 29 сентября 2009 г. N 315, признаны
недействующими со дня вступления решения суда
в законную силу

Решение Верховного Суда РФ
от 4 октября 2012 г. N АКПИ12-1108,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 27 декабря 2012 г. N АПЛ12-706

(Извлечение)

Приказом Минприроды России от 29 сентября 2009 г. N 315
утвержден Административный регламент Федерального агентства по
недропользованию по исполнению государственных функций по
осуществлению выдачи, оформления и регистрации лицензий на
пользование недрами, внесения изменений и дополнений в лицензии на
пользование участками недр, а также переоформления лицензий и
принятия, в том числе по представлению Федеральной службы по
надзору в сфере природопользования и иных уполномоченных органов,
решений о досрочном прекращении, приостановлении и ограничении
права пользования участками недр (далее - Административный
регламент), который определяет последовательность и сроки действий
(административных процедур) по исполнению государственных функций
по осуществлению выдачи, оформления и регистрации лицензий на
пользование недрами, внесения изменений и дополнений в лицензии на
пользование участками недр, а также переоформления лицензий и
принятия, в том числе по представлению Федеральной службы по
надзору в сфере природопользования и иных уполномоченных органов,
решений о досрочном прекращении, приостановлении и ограничении
права пользования участками недр.
Пунктами 37-43 Административного регламента устанавливается
последовательность действий Федерального агентства по
недропользованию (далее - Роснедра) и его территориальных органов
при исполнении государственной функции по осуществлению внесения
изменений и дополнений в лицензии на пользование участками недр.
Внесение изменений и дополнений в лицензии на пользование
участками недр осуществляется по взаимному согласию пользователя
недр и Роснедр или его территориального органа (в соответствии с
разграничением полномочий между Роснедрами и его территориальными
органами): в случае значительного изменения объема потребления
произведенной продукции по обстоятельствам, не зависящим от
пользователя недр, и связанного с этим изменения срока ввода в
эксплуатацию объектов; при возникновении обстоятельств, существенно
отличающихся от тех, при которых лицензия была предоставлена
(п. 37). Основаниями для начала осуществления административных
процедур в рамках исполнения государственной функции по
осуществлению внесения изменений и дополнений в лицензии на
пользование участками недр являются: заявка пользователя недр с
просьбой о внесении изменений и дополнений в лицензию на
пользование недрами (далее - заявка на внесение изменений и
дополнений); обращение Роснедр или его территориальных органов к
пользователю недр с предложением о внесении изменений и дополнений
в лицензию на пользование участком недр. Внесение изменений и
дополнений в лицензии на пользование участками недр на основании
обращения Роснедр или его территориальных органов осуществляется в
порядке, установленном Административным регламентом, для
рассмотрения заявок на внесение изменений и дополнений (п. 38).
Основанием для отказа в рассмотрении заявки на внесение
изменений и дополнений является представление документов с
нарушением требований пп. 39, 42 Административного регламента
(п. 41). В случае необходимости продления срока пользования
участком недр заявка на внесение изменений и дополнений по вопросу
продления указанного срока должна быть подана в территориальный
орган Роснедр не позднее шести месяцев до окончания срока действия
лицензии (абз.1 п. 42).
ООО "Научно-производственное объединение "Волгахимэкспорт"
обратилось в Верховный Суд РФ с заявлением о признании
недействующими п. 41 и абз. 1 п. 42 Административного регламента в
части, позволяющей органу, уполномоченному вносить изменения и
дополнения в лицензию на пользование участками недр, отказать
лицензиату в рассмотрении заявки на внесение изменений и дополнений
в лицензию по вопросу продления срока ее действия только лишь в
силу факта пропуска шестимесячного срока подачи заявки в
территориальный орган Роснедр, без исследования уважительности
причин пропуска срока и при отсутствии возможности восстановления
такого срока.
В заявлении указано, что 28 марта 2012 г. заявитель, имевший
лицензию на пользование недрами с целью поиска и оценки
месторождений углеводородного сырья, подал заявку о внесении в нее
изменений и дополнений в Управление по недропользованию по
Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре (для продления
лицензии, срок действия которой истекал 25 июля 2012 г.). Однако
обществу было отказано в принятии заявки в связи с пропуском срока,
установленного п. 42 Административного регламента.
Верховный Суд РФ 4 октября 2012 г. заявление ООО
"Научно-производственное объединение "Волгахимэкспорт" удовлетворил
по следующим основаниям.
Отношения, возникающие в связи с геологическим изучением,
использованием и охраной недр территории Российской Федерации, ее
континентального шельфа, а также в связи с использованием отходов
горнодобывающего и связанных с ним перерабатывающих производств,
торфа, сапропелей и иных специфических минеральных ресурсов,
включая подземные воды, рапу лиманов и озер, регулируются Законом
РФ от 21 февраля 1992 г. N 2395-I "О недрах" (далее - Закон о
недрах), который предусматривает, что предоставление недр в
пользование, в том числе предоставление их в пользование органами
государственной власти субъектов Российской Федерации, оформляется
специальным государственным разрешением в виде лицензии, включающей
установленной формы бланк с Государственным гербом Российской
Федерации, а также текстовые, графические и иные приложения,
являющиеся неотъемлемой составной частью лицензии и определяющие
основные условия пользования недрами. Лицензия является документом,
удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в
определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в
течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее
оговоренных условий (чч. 1, 3 ст. 11).
Согласно ч. 5 ст. 12 Закона о недрах условия пользования
недрами, предусмотренные в лицензии, сохраняют свою силу в течение
оговоренных в лицензии сроков либо в течение всего срока ее
действия. Изменения этих условий допускаются только при согласии
пользователя недр и органов, предоставивших лицензию, либо в
случаях, установленных законодательством.
Из приведенных положений Закона усматривается, что по общему
правилу изменение условий пользования недрами (включая условие о
сроке действия лицензии) допускается лишь при взаимном согласии
пользователя недр и органов, предоставивших лицензию, однако из
этого правила законодателем могут быть установлены исключения.
Такое исключение содержится в ч. 3 ст. 10 Закона о недрах (в ред.
от 22 августа 2004 г.), предусматривающей, что срок пользования
участком недр продлевается по инициативе пользователя недр в случае
необходимости завершения поисков и оценки или разработки
месторождения полезных ископаемых либо выполнения ликвидационных
мероприятий при условии отсутствия нарушений условий лицензии
данным пользователем недр. Таким образом, в случае необходимости
завершения поисков и оценки или разработки месторождения полезных
ископаемых либо выполнения ликвидационных мероприятий пользователь
недр, не допустивший нарушений условий лицензии, имеет безусловное
право на продление срока пользования участком недр независимо от
наличия согласия органов, предоставивших лицензию. При этом
реализация пользователем недр права на продление срока пользования
участком недр не поставлена законодателем в зависимость от подачи
заявления о продлении данного срока не позднее шести месяцев до
окончания срока действия лицензии.
Оспариваемые же предписания Административного регламента в
нарушение положений Закона о недрах ограничивают возможность подачи
пользователем недр заявки по вопросу продления срока пользования
участком недр периодом времени - не позднее шести месяцев до
окончания срока действия лицензии - и позволяют Роснедрам и его
территориальным органам при несоблюдении данного срока отказывать в
рассмотрении заявки. При этом никакой процедуры по восстановлению
или продлению пропущенного срока на подачу заявки о продлении срока
действия лицензии Административный регламент не содержит, в связи с
чем фактически установлен пресекательный срок, по окончании
которого пользователь недр не может обращаться в лицензирующий
орган. Тем самым неправомерно ограничивается гарантированное ч. 3
ст. 10 Закона о недрах право пользователя недр на продление срока
пользования участком недр.
С учетом изложенного Верховный Суд РФ удовлетворил заявление
ООО "Научно-производственное объединение "Волгахимэкспорт".
Апелляционной коллегией Верховного Суда РФ 27 декабря 2012 г.
решение суда оставлено без изменения.

____________

Пункт 28 Административного регламента по исполнению государственной функции контроля и надзора за соблюдением положений миграционного законодательства Российской Федерации иностранными гражданами и лицами без гражданства и за соблюдением правил привлечени

3. Пункт 28 Административного регламента
по исполнению государственной функции
контроля и надзора за соблюдением положений
миграционного законодательства Российской
Федерации иностранными гражданами и лицами
без гражданства и за соблюдением правил
привлечения работодателями, заказчиками работ
(услуг) иностранных работников в Российскую
Федерацию и использования их труда
(утвержденного приказом МВД России и ФМС
России от 30 апреля 2009 г. N 338/97)
в части наделения начальников структурных
подразделений территориальных органов ФМС
России, осуществляющих деятельность по линии
иммиграционного контроля и внешней трудовой
миграции, их заместителей полномочием
на издание распоряжения о проведении проверки
юридических лиц и индивидуальных предпринимателей
при осуществлении контроля
за исполнением требований миграционного
законодательства Российской Федерации признан
недействующим со дня вступления решения суда
в законную силу

Решение Верховного Суда РФ
от 10 октября 2012 г. N АКПИ12-1203,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 4 декабря 2012 г. N АПЛ12-689

(Извлечение)

Приказом МВД России и ФМС России от 30 апреля 2009 г.
N 338/97, утвержден Административный регламент по исполнению
государственной функции контроля и надзора за соблюдением положений
миграционного законодательства Российской Федерации иностранными
гражданами и лицами без гражданства и за соблюдением правил
привлечения работодателями, заказчиками работ (услуг) иностранных
работников в Российскую Федерацию и использования их труда (далее -
Административный регламент). Согласно п. 1 Административного
регламента он определяет сроки и последовательность действий
(административных процедур) при проведении: проверок соблюдения
иностранными гражданами и лицами без гражданства установленных
правил въезда в Российскую Федерацию, выезда из Российской
Федерации, режима пребывания (проживания) в Российской Федерации,
правил миграционного учета, порядка осуществления трудовой
деятельности, транзитного проезда через территорию Российской
Федерации, а также за соблюдением юридическими лицами и гражданами,
у которых возникают обязанности, связанные с приглашением
иностранного гражданина в Российскую Федерацию и (или) пребыванием
его на территории Российской Федерации, правил и (или) порядка
исполнения указанных обязанностей; проверок в отношении юридических
лиц, проводимых территориальными органами Федеральной миграционной
службы и их структурными подразделениями, вне зависимости от форм
собственности (включая иностранные компании, их филиалы и
представительства) и индивидуальных предпринимателей, привлекающих
(допускающих в какой-либо форме) к выполнению работ или оказанию
услуг либо иным образом использующих труд иностранных граждан, в
целях контроля соответствия правоотношений, возникающих между
иностранными гражданами и указанными организациями либо
индивидуальными предпринимателями, требованиям законодательства
Российской Федерации в сфере миграции; проверок соблюдения
физическими лицами, не являющимися индивидуальными
предпринимателями и привлекающими (допускающими в какой-либо форме)
к выполнению работ или оказанию услуг либо иным образом
использующими труд иностранных граждан, требований законодательства
Российской Федерации в сфере миграции; совместных проверок,
проводимых подразделениями системы ФМС России, закрепленными в
качестве исполнителей в соответствующих планах проверок, в
компетенцию которых входит проведение данных проверок, органами
внутренних дел Российской Федерации, закрепленными в качестве
исполнителей в соответствующих планах проверок, и органами
государственной власти, наделенными функциями по контролю и надзору
в установленной сфере деятельности. Пунктом 28 Административного
регламента предусмотрено, что должностными лицами системы ФМС
России, уполномоченными на издание распоряжения о проведении
проверки, являются: начальники территориальных органов ФМС России и
их заместители, начальники структурных подразделений
территориальных органов ФМС России, осуществляющих деятельность по
линии иммиграционного контроля и внешней трудовой миграции, и их
заместители.
Д., являющийся индивидуальным предпринимателем, обратился в
Верховный Суд РФ с заявлением о признании п. 28 Административного
регламента недействующим с 1 августа 2011 г. в части наделения
начальников структурных подразделений территориальных органов ФМС
России, осуществляющих деятельность по линии иммиграционного
контроля и внешней трудовой миграции, и их заместителей
полномочиями на издание распоряжения о проведении проверки. В
заявлении указал, что оспариваемая норма не соответствует
требованиям Федеральных законов от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ
"О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" и
от 26 декабря 2008 г. N 294-ФЗ "О защите прав юридических лиц и
индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного
контроля (надзора) и муниципального контроля", которые
предоставляют право издания распоряжений о проведении проверок
руководителям органов государственного контроля (надзора) и их
заместителям. Начальникам структурных подразделений территориальных
органов ФМС России, осуществляющих деятельность по линии
иммиграционного контроля и внешней трудовой миграции, и их
заместителям федеральным законодателем такое право не
предоставлено.
Верховный Суд РФ 10 октября 2012 г. заявление Д. удовлетворил
по следующим основаниям.
Согласно ст. 292 Федерального закона "О правовом положении
иностранных граждан в Российской Федерации" федеральный
государственный контроль (надзор) в сфере миграции включает в себя
федеральный контроль (надзор) за пребыванием и проживанием
иностранных граждан в Российской Федерации и федеральный
государственный контроль (надзор) за трудовой деятельностью
иностранных работников. Пункты 1, 2 ст. 32 указанного Закона
закрепляют, что федеральный государственный контроль (надзор) за
трудовой деятельностью иностранных работников на территории
Российской Федерации осуществляется уполномоченными федеральными
органами исполнительной власти (далее - органы государственного
контроля (надзора) согласно их компетенции в порядке, установленном
Президентом Российской Федерации или Правительством РФ. К
отношениям, связанным с осуществлением федерального
государственного контроля (надзора) за трудовой деятельностью
иностранных работников на территории Российской Федерации,
работодателей, заказчиков работ (услуг), и к отношениям, связанным
с исполнением юридическими лицами, индивидуальными
предпринимателями обязанностей, возложенных на них как на
принимающую (приглашающую) сторону, применяются положения
Федерального закона "О защите прав юридических лиц и индивидуальных
предпринимателей при осуществлении государственного контроля
(надзора) и муниципального контроля" с учетом особенностей
организации и проведения проверок, установленных пп. 3-10 данной
статьи.
В соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона "О защите прав
юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении
государственного контроля (надзора) и муниципального контроля" под
государственным контролем (надзором) понимается деятельность
уполномоченных органов государственной власти (федеральных органов
исполнительной власти и органов исполнительной власти субъектов
Российской Федерации), направленная на предупреждение, выявление и
пресечение нарушений юридическими лицами, их руководителями и иными
должностными лицами, индивидуальными предпринимателями, их
уполномоченными представителями требований, установленных этим
Федеральным законом, другими федеральными законами и принимаемыми в
соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской
Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов
Российской Федерации, посредством организации и проведения проверок
юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, принятия
предусмотренных законодательством Российской Федерации мер по
пресечению и (или) устранению последствий выявленных нарушений, а
также деятельность указанных уполномоченных органов государственной
власти по систематическому наблюдению за исполнением обязательных
требований, анализу и прогнозированию состояния исполнения
обязательных требований при осуществлении деятельности юридическими
лицами, индивидуальными предпринимателями.
В силу ч. 1 ст. 14 названного Федерального закона проверка
проводится на основании распоряжения или приказа руководителя,
заместителя руководителя органа государственного контроля
(надзора), органа муниципального контроля. Наделение полномочиями
на издание распоряжения (приказа) о проведении проверки в отношении
юридических лиц и индивидуальных предпринимателей именно
руководителей и заместителей руководителей органов государственного
контроля (надзора) следует также из положений ч. 12 ст. 9, ч. 8
ст. 10, ч. 4 ст. 12, ч. 2 ст. 16, п. 3 ст. 18 указанного
Федерального закона.
Согласно пп. 1, 2.7, 5 Положения о Федеральной миграционной
службе, утвержденного постановлением Правительства РФ от 13 июля
2012 г. N 711, ФМС России является федеральным органом
исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и
реализации государственной политики и нормативно-правовому
регулированию в сфере миграции, правоприменительные функции,
функции по федеральному государственному контролю (надзору) и
предоставлению (исполнению) государственных услуг (функций) в сфере
миграции. К одной из основных задач ФМС России относится
осуществление федерального государственного контроля (надзора) в
сфере миграции. ФМС России осуществляет свою деятельность
непосредственно и (или) через свои территориальные органы на
окружном, межрегиональном уровнях и в субъектах Российской
Федерации, загранаппарат, а также иные входящие в ее систему
организации и подразделения.
Являясь органом федерального государственного контроля
(надзора) в сфере миграции, ФМС России обязана соблюдать
законодательство Российской Федерации в указанной сфере, которое,
как уже отмечалось, наделяет правом издания распоряжения или
приказа о проведении проверки юридических лиц и индивидуальных
предпринимателей лишь руководителей, заместителей руководителей
органов государственного контроля (надзора), но не руководителей,
заместителей руководителей структурных подразделений таких органов.
Следовательно, начальники структурных подразделений территориальных
органов ФМС России, осуществляющих деятельность по линии
иммиграционного контроля и внешней трудовой миграции, и их
заместители не вправе издавать распоряжения или приказы о
проведении проверки юридических лиц и индивидуальных
предпринимателей в сфере миграционного контроля.
Наличие у названных должностных лиц полномочий по рассмотрению
дел об административных правонарушениях, предусмотренных
ст.ст. 18.8 - 18.10, 18.15 - 18.18, 19.15 - 19.18, 19.27 КоАП РФ,
не свидетельствует законности дминистративного регламента в
оспариваемой части, поскольку Федеральный закон "О защите прав
юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении
государственного контроля (надзора) и муниципального контроля" и
КоАП РФ имеют различные предметы правового регулирования.
С учетом изложенного Верховный Суд РФ удовлетворил заявленные
Д. требования.
Апелляционная коллегия Верховного Суда РФ 4 декабря 2012 г.
решение суда оставила без изменения.

____________

Пункт 9.3 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по выдаче гражданину Российской Федерации разрешения на хранение огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия самоо

4. Пункт 9.3 Административного регламента
Министерства внутренних дел Российской
Федерации по предоставлению государственной
услуги по выдаче гражданину Российской
Федерации разрешения на хранение
огнестрельного гладкоствольного
длинноствольного оружия самообороны
и патронов к нему (без права ношения),
утвержденного приказом МВД России
от 2 мая 2012 г. N 398, в части, возлагающей
на заявителя, обратившегося с заявлением
о продлении срока действия разрешения
на хранение огнестрельного гладкоствольного
длинноствольного оружия самообороны
и патронов к нему (без права ношения),
обязанность представить документ о прохождении
им подготовки в целях изучения правил
безопасного обращения с оружием и приобретения
навыков безопасного обращения с оружием, признан
недействующим со дня вступления в силу

Решение Верховного Суда РФ
от 27 ноября 2012 г. N АКПИ12-1428,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 14 февраля 2013 г. N АПЛ13-7

(Извлечение)

Приказом МВД России от 2 мая 2012 г. N 398 утвержден
Административный регламент Министерства внутренних дел Российской
Федерации по предоставлению государственной услуги по выдаче
гражданину Российской Федерации разрешения на хранение
огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия самообороны
и патронов к нему (без права ношения) (далее - Административный
регламент), который определяет сроки и последовательность действий
(административных процедур) должностных лиц МВД России и
территориальных органов МВД России на региональном и районном
уровнях по выдаче гражданину Российской Федерации разрешения на
хранение огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия
самообороны и патронов к нему (без права ношения). Пунктом 9.3
Административного регламента предусмотрено, что для продления срока
действия разрешения заявитель представляет паспорт и заявление
(приложение N 4 к Административному регламенту). К заявлению
прилагаются: копия разрешения, подлежащего продлению; медицинское
заключение об отсутствии противопоказаний к владению оружием,
связанных с нарушением зрения, психическим заболеванием,
алкоголизмом или наркоманией; копии документов о прохождении
соответствующей подготовки и проверки знания правил безопасного
обращения с оружием и наличия навыков безопасного обращения с
оружием; две фотографии размером 3 x 4 см. Копии документов
представляются вместе с подлинниками и заверяются подписью
сотрудника.
В соответствии с п. 2 Административного регламента заявителями
являются граждане Российской Федерации - собственники
огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия
самообороны.
К., имеющий разрешение на хранение огнестрельного
гладкоствольного длинноствольного оружия самообороны (без права
ношения), обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании
п. 9.3 Административного регламента недействующим со дня его
принятия в части, возлагающей на заявителя обязанность представить
документ о прохождении им подготовки в целях изучения правил
безопасного обращения с оружием и приобретения навыков безопасного
обращения с оружием.
Верховный Суд РФ 27 ноября 2012 г. заявление К. удовлетворил,
указав следующее.
Правоотношения, возникающие при обороте гражданского,
служебного, а также боевого ручного стрелкового и холодного оружия
на территории Российской Федерации, регулируются Федеральным
законом от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии" (далее - Закон
об оружии), которым в п. 8 ст. 10, ст. 13 закреплено право граждан
Российской Федерации на приобретение оружия на территории
Российской Федерации. В соответствии с чч. 1-3 ст. 9 Закона об
оружии приобретение оружия и патронов к нему на территории
Российской Федерации подлежит лицензированию, за исключением
случаев, установленных ч. 6 указанной статьи. Лицензии на
приобретение оружия и патронов к нему выдаются органами внутренних
дел на основании заявлений граждан Российской Федерации. В
заявлении указываются сведения о видах оружия, которое планируется
приобрести, и мерах, принятых для обеспечения учета и сохранности
оружия. Заявитель также обязан представить документы,
удостоверяющие личность гражданина, и другие предусмотренные
Законом об оружии документы.
Согласно ч. 17 ст. 13 Закона об оружии граждане Российской
Федерации, впервые приобретающие гражданское огнестрельное оружие,
гражданское огнестрельное оружие ограниченного поражения, газовые
пистолеты, револьверы или охотничье пневматическое оружие, за
исключением граждан, имеющих разрешение на хранение или хранение и
ношение огнестрельного оружия, граждан, проходящих службу в
государственных военизированных организациях и имеющих воинские
звания либо специальные звания или классные чины либо уволенных из
этих организаций с правом на пенсию, обязаны пройти подготовку в
целях изучения правил безопасного обращения с оружием и
приобретения навыков безопасного обращения с оружием. Из
приведенной нормы следует, что одним из условий первичного
приобретения гражданского огнестрельного оружия, к которому
относится и огнестрельное гладкоствольное длинноствольное оружие
самообороны, является прохождение гражданами подготовки в целях
изучения правил безопасного обращения с оружием и приобретения
навыков безопасного обращения с оружием (далее - соответствующая
подготовка). При этом от обязанности пройти соответствующую
подготовку федеральный законодатель освободил граждан, уже имеющих
разрешение на хранение или хранение и ношение огнестрельного
оружия, граждан, проходящих службу в государственных
военизированных организациях и имеющих воинские звания либо
специальные звания или классные чины либо уволенных из этих
организаций с правом на пенсию.
Не относящийся к указанным лицам гражданин Российской
Федерации для получения лицензии на приобретение оружия обязан
представить в орган внутренних дел по месту жительства заявление,
составленное по установленной форме, документ, удостоверяющий
гражданство Российской Федерации, документы о прохождении
соответствующей подготовки и периодической проверки знания правил
безопасного обращения с оружием и наличия навыков безопасного
обращения с оружием, медицинское заключение об отсутствии
противопоказаний к владению оружием, связанных с нарушением зрения,
психическим заболеванием, алкоголизмом или наркоманией, и другие
предусмотренные Законом об оружии документы (ч. 15 ст. 13 Закона об
оружии).
В силу ч. 14 названной статьи гражданину Российской Федерации
органом внутренних дел по месту жительства при регистрации
огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия самообороны
выдается разрешение на его хранение, при регистрации охотничьего
огнестрельного длинноствольного оружия, спортивного огнестрельного
длинноствольного оружия, пневматического оружия или огнестрельного
оружия ограниченного поражения - разрешение на его хранение и
ношение сроком на пять лет на основании документа, подтверждающего
законность приобретения соответствующего оружия. Продление срока
действия разрешения осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 9
данного Закона.
Из приведенных положений ст.ст. 9 и 13 Закона об оружии
усматривается, что граждане Российской Федерации при продлении
срока действия разрешения на хранение или хранение и ношение
огнестрельного оружия должны представлять в органы внутренних дел
те же документы, что и для получения лицензии на приобретение
оружия. Как было отмечено, для получения лицензии на приобретение
огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия самообороны
граждане, имеющие разрешение на хранение такого оружия, освобождены
от обязанности прохождения соответствующей подготовки.
Следовательно, эти граждане не должны представлять документ о
прохождении соответствующей подготовки при подаче в органы
внутренних дел заявления о продлении срока действия разрешения на
хранение данного оружия и патронов к нему (без права ношения).
Из системного толкования чч. 15, 17 и 18 ст. 13 Закона об
оружии следует, что указанные граждане обязаны лишь не реже одного
раза в пять лет проходить проверку знания правил безопасного
обращения с оружием и наличия навыков безопасного обращения с
оружием, но не соответствующую подготовку.
Суд также счел обоснованным довод заявителя о противоречии
п. 9.3 Административного регламента п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального
закона от 27 июля 2010 г. N 210-ФЗ "Об организации предоставления
государственных и муниципальных услуг", в котором говорится о
запрете органам, предоставляющим государственные услуги, требовать
от заявителя документы и информацию, находящуюся в распоряжении
этих органов. Для первичного приобретения оружия заявитель обязан
представить в орган внутренних дел документ о прохождении
соответствующей подготовки, непредставление которого в силу п. 7
ч. 20 ст. 13 Закона об оружии является основанием для отказа в
выдаче лицензии на приобретение оружия. В соответствии с п. 11
Инструкции о порядке учета и хранения лицензий и разрешений,
выдаваемых органами внутренних дел при осуществлении
государственного контроля за оборотом гражданского и служебного
оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации,
утвержденной приказом МВД России от 14 октября 2009 г. N 775, на
каждого владельца огнестрельного оружия заводится учетное дело,
содержащее материалы, послужившие основанием для приобретения
оружия, квитанцию об оплате единовременного лицензионного сбора,
проверочные материалы. Таким образом, при наличии в учетном деле
владельца огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия
самообороны документа о прохождении соответствующей подготовки (его
копии), т. е. при нахождении этого документа в распоряжении органа
внутренних дел, возложение на заявителя обязанности повторно
представить данный документ не может быть признано соответствующим
п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального закона "Об организации предоставления
государственных и муниципальных услуг".
Заявленные требования К. были удовлетворены Верховным Судом РФ
в полном объеме.
Апелляционная коллегия Верховного Суда РФ 14 февраля 2013 г.
решение суда оставила без изменения.

____________

Пункты 28, 29, 35, 40 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, пп. 6, 15, 16 Правил изменения размера платы за содержание и ремонт жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего иму

5. Пункты 28, 29, 35, 40 Правил содержания общего имущества в
многоквартирном доме, пп. 6, 15, 16 Правил изменения
размера платы за содержание и ремонт жилого помещения
в случае оказания услуг и выполнения работ
по управлению, содержанию и ремонту общего
имущества в многоквартирном доме
ненадлежащего качества и (или) с перерывами,
превышающими установленную продолжительность,
утвержденных постановлением Правительства
РФ от 13 августа 2006 г. N 491, в той части,
в которой они предусматривают возможность
подтверждения факта непредоставления услуг
либо предоставления услуг ненадлежащего
качества только в том случае, если организация,
оказывающая соответствующие услуги (работы),
добросовестно проводит проверку по поступившему
в аварийно-диспетчерскую службу заявлению либо сообщает о
причине непредоставления услуг
либо предоставления услуг ненадлежащего
качества при подаче заявки с отметкой в журнале
регистрации, признаны не противоречащими
федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 5 сентября 2012 г. N АКПИ12-1004,
вступившее в законную силу

_____________

Пункт 25 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 3 ноября 2005 г. N 205, признан не противоречащим федеральному законодательству. Решение Верховного Суда РФ от 21 мая 2012 г. N АКПИ12-606, оставленн

6. Пункт 25 Правил внутреннего распорядка
исправительных учреждений, утвержденных
приказом Минюста России от 3 ноября 2005 г.
N 205, признан не противоречащим
федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 21 мая 2012 г. N АКПИ12-606,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 1 ноября 2012 г. N АПЛ12-550

_____________

Пункт 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона "О

7. Пункт 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на
досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам,
осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях
для детей, в соответствии с подпунктом
19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона "О трудовых
пенсиях в Российской Федерации", утвержденных
постановлением Правительства РФ от 29 октября
2002 г. N 781, признан не противоречащим
федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 25 июля 2012 г. N АКПИ12-726,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 15 ноября 2012 г. N АПЛ12-646

_____________

Абзац 2 п. 3.7 санитарно-эпидемиологических правил и нормативов СанПиН 2.1.2.2645-10 "Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях", утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача РФ о

8. Абзац 2 п. 3.7 санитарно-эпидемиологических правил и
нормативов СанПиН 2.1.2.2645-10 "Санитарно-эпидемиологические
требования к условиям проживания в жилых зданиях
и помещениях", утвержденных постановлением
Главного государственного санитарного врача РФ
от 10 июня 2010 г. N 64, признан не противоречащим
федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 20 августа 2012 г. N АКПИ12-1053,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 6 ноября 2012 г. N АПЛ12-636

______________

Пункт 27 Правил поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан, утвержденных постановлением Правительства РФ от 21 июля 2008 г. N 549, признан не противоречащим федеральному законодательству. Решение Верховного Суда РФ от 5 сентября 2012 г

9. Пункт 27 Правил поставки газа для обеспечения
коммунально-бытовых нужд граждан, утвержденных
постановлением Правительства РФ
от 21 июля 2008 г. N 549, признан не
противоречащим федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 5 сентября 2012 г. N АКПИ12-1104,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 29 ноября 2012 г. N АПЛ12-684

______________

Абзац 12 подп. "в" п. 3 постановления Совета Министров - Правительства РФ от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков

10. Абзац 12 подп. "в" п. 3 постановления Совета
Министров - Правительства РФ от 22 сентября
1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги
лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций
и пособий лицам, проходившим военную службу
в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов
и военнослужащих сверхсрочной службы или
по контракту в качестве солдат, матросов,
сержантов и старшин либо службу в органах
внутренних дел, Государственной
противопожарной службе, учреждениях и органах
уголовно-исполнительной системы, и их семьям
в Российской Федерации" признан не противоречащим
федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 19 сентября 2012 г. N АКПИ12-1028,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 20 ноября 2012 г. N АПЛ12-671

_____________

Абзац 10 п. 1 постановления Совета Министров - Правительства РФ от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов

11. Абзац 10 п. 1 постановления Совета
Министров - Правительства РФ от 22 сентября
1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги
лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций
и пособий лицам, проходившим военную службу
в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов
и военнослужащих сверхсрочной службы или
по контракту в качестве солдат, матросов,
сержантов и старшин либо службу в органах
внутренних дел, Государственной
противопожарной службе, учреждениях и органах
уголовно-исполнительной системы, и их семьям
в Российской Федерации" признан не противоречащим
федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 18 сентября 2012 г. N АКПИ12-1122,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 29 ноября 2012 г. N АПЛ12-677

______________

Абзац 2 п. 2 постановления Правительства РФ от 11 февраля 2002 г. N 97 "О реализации Федерального закона "О дополнительном социальном обеспечении членов летных экипажей воздушных судов гражданской авиации" признан не противоречащим федеральному законодате

12. Абзац 2 п. 2 постановления Правительства РФ
от 11 февраля 2002 г. N 97 "О реализации
Федерального закона "О дополнительном
социальном обеспечении членов летных экипажей
воздушных судов гражданской авиации"
признан не противоречащим федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 24 октября 2012 г. N АКПИ12-1099,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 29 ноября 2012 г. N АПЛ12-683

____________

Пункт 1 Критериев определения категорий поездов для перевозки пассажиров в зависимости от скорости их движения и расстояния следования, утвержденных приказом Минтранса России от 18 июля 2007 г. N 99, признан не противоречащим федеральному законодательству

13. Пункт 1 Критериев определения категорий поездов для
перевозки пассажиров в зависимости
от скорости их движения и расстояния следования,
утвержденных приказом Минтранса
России от 18 июля 2007 г. N 99, признан не
противоречащим федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 13 сентября 2012 г. N АКПИ12-960,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 4 декабря 2012 г. N АПЛ12-668

______________

Пункт 1 приказа Федеральной службы финансово-бюджетного надзора от 17 ноября 2004 г. N 102 "О должностных лицах Федеральной службы финансово-бюджетного надзора, уполномоченных составлять протоколы в соответствии с Кодексом Российской Федерации об админист

14. Пункт 1 приказа Федеральной службы финансово-бюджетного
надзора от 17 ноября 2004 г. N 102 "О должностных лицах
Федеральной службы финансово-бюджетного
надзора, уполномоченных составлять протоколы
в соответствии с Кодексом Российской
Федерации об административных
правонарушениях" признан не противоречащим
федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 2 октября 2012 г. N АКПИ12-1232,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 4 декабря 2012 г. N АПЛ12-694

_____________

Абзац 3 п. 10 Правил подключения объекта капитального строительства к сетям инженерно-технического обеспечения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13 февраля 2006 г. N 83, в части, предусматривающей осуществление надзора за выполнением меропр

15. Абзац 3 п. 10 Правил подключения объекта
капитального строительства к сетям
инженерно-технического обеспечения,
утвержденных постановлением Правительства РФ
от 13 февраля 2006 г. N 83, в части,
предусматривающей осуществление надзора
за выполнением мероприятий по присоединению
организацией, осуществляющей эксплуатацию
сетей инженерно-технического обеспечения,
признан не противоречащим федеральному законодательству

Решение Верховного Суда РФ
от 3 октября 2012 г. N АКПИ12-1188,
оставленное без изменения определением
Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ
от 4 декабря 2012 г. N АПЛ12-695

____________

Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам

Вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий должностных лиц государственных органов, взыскивается за счет, соответственно, казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. Постановлени

1. Вред, причиненный гражданину в результате
незаконных действий должностных лиц
государственных органов, взыскивается за счет,
соответственно, казны Российской Федерации,
казны субъекта Российской Федерации или казны
муниципального образования

Постановление Президиума Верховного Суда РФ
от 26 декабря 2012 г. N 218-П12

(Извлечение)

По приговору Ульяновского областного суда от 4 декабря 2009 г.
П. осужден по ч. 1 ст. 161, пп. "а", "в" ч. 3 ст. 286, пп. "ж", "к"
ч. 2 ст. 105 УК РФ.
По этому же приговору Ч. осужден по пп. "а", "в" ч. 3 ст. 286,
пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Постановлено взыскать с П. и Ч. солидарно в пользу И.
84 444 руб. в возмещение материального ущерба и по 500 тыс. рублей
с каждого в счет компенсации морального вреда.
П. и Ч. осуждены за преступления, совершенные при следующих
обстоятельствах.
14 декабря 2008 г. сотрудники ОВО при УВД г. Ульяновска -
младший сержант милиции Ч. и рядовой милиции П., находясь при
исполнении своих должностных обязанностей, осуществляли
патрулирование территории Засвияжского района г. Ульяновска.
Ч. и П. увидели Л., находящегося в состоянии алкогольного
опьянения. Они препроводили его в патрульную автомашину, где П.
провел личный досмотр Л. в нарушение требований ст. 27.7 КоАП РФ.
Совершая действия, явно выходящие за пределы его полномочий,
предусмотренных ст.ст. 10, 11 Закона РФ "О милиции", пп. 13.2 и
13.13 Наставления по организации деятельности строевых
подразделений милиции вневедомственной охраны при органах
внутренних дел Российской Федерации, пп. 1.3, 2.16 должностной
инструкции милиционера-водителя, П. открыто похитил у Л. мобильные
телефоны "Самсунг" и "Сони Эриксон".
После того как Л. высказал возмущение по поводу противоправных
действий П., последний, опасаясь разоблачения и желая скрыть
преступление, решил убить Л.
С этой целью П. стал душить потерпевшего Л., пока тот не
перестал оказывать сопротивление. В это время Ч., также желая
скрыть совершенное П. преступление, действуя совместно с ним,
удерживал руки Л., подавляя таким образом его попытки к
сопротивлению, а также подал водителю команду ехать на берег
р. Свияги.
Действуя совместно, Ч. и П. вытащили из автомашины
находящегося в бессознательном состоянии Л. и с целью лишения жизни
сбросили его с берега в воду. Убедившись, что потерпевший
погрузился в воду и не подает признаков жизни, скрылись.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
2 февраля 2010 г. приговор оставила без изменения.
В надзорной жалобе осужденный П. оспаривал решение суда по
гражданскому иску И., указывая, что он осужден за преступления,
совершенные должностным лицом при исполнении должностных
обязанностей, поэтому в силу ст.ст. 1069, 1071 ГК РФ причиненный
потерпевшему вред подлежит возмещению за счет казны Ульяновской
области в лице Минфина России.
Президиум Верховного Суда РФ, рассмотрев 26 декабря 2012 г.
уголовное дело по надзорной жалобе осужденного П. и проверив
производство по делу в соответствии с ч. 1 ст. 410 УПК РФ в полном
объеме, отменил приговор и кассационное определение в части
гражданских исков, указав следующее.
Как усматривается из приговора, суд признал обоснованными
исковые требования И. и возложил обязанность по возмещению
причиненного ему материального ущерба и компенсации морального
вреда на осужденных.
Между тем судом установлено, что потерпевшему причинен вред в
результате незаконных действий должностных лиц - сотрудников
милиции П. и Ч., которые при исполнении своих служебных
обязанностей, связанных с патрулированием территории Засвияжского
района г. Ульяновска, превысили должностные полномочия, т. е.
совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий,
предоставленных Законом РФ "О милиции", ведомственными нормативными
актами, должностными инструкциями.
При этом П., проведя личный досмотр Л., открыто похитил у него
два мобильных телефона, после чего П. и Ч. с целью скрыть
преступление совершили убийство Л.
В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину
или юридическому лицу в результате незаконных действий
(бездействия) государственных органов, органов местного
самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит
возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны
Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны
муниципального образования.
Данным законом регламентированы специальные условия и порядок
возмещения вреда, причиненного в результате незаконных действий
органов государственной власти или их должностных лиц.
Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред
подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны
субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования,
от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.
Таким образом, стороной в обязательствах по возмещению вреда,
предусмотренных ст. 1069 ГК РФ, является государство. Однако суд
разрешил гражданский иск И. и вынес решение без учета требований
закона.
На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ отменил
приговор и кассационное определение в отношении П. и Ч. в части
решения о взыскании солидарно в пользу И. 84 444 руб. в возмещение
материального ущерба и по 500 тыс. рублей с каждого в счет
компенсации морального вреда, а дело в этой части передал на новое
рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

_____________

Соучастие в форме пособничества в убийстве не образует квалифицирующего признака совершения преступления "группой лиц по предварительному сговору". Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 ноября 2012 г. N 9-Д12-16 (Извлеч

2. Соучастие в форме пособничества в убийстве
не образует квалифицирующего признака
совершения преступления "группой лиц
по предварительному сговору"

Определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 13 ноября 2012 г. N 9-Д12-16

(Извлечение)

По приговору Нижегородского областного суда от 14 декабря
2001 г. П. и А. осуждены по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 3
ст. 162, пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.
П. и А. признаны виновными в разбойном нападении и убийстве
потерпевшей, совершенном группой лиц по предварительному сговору,
сопряженном с разбоем, а также в краже имущества потерпевшей.
В надзорной жалобе осужденная А. просила приговор изменить,
ссылалась на то, что она сама непосредственного участия в убийстве
потерпевшей Р. не принимала.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
13 ноября 2012 г. приговор изменила, указав следующее.
Суд первой инстанции, обосновывая свой вывод о квалификации
действий А. по факту соучастия в убийстве, по признаку совершения
убийства группой лиц по предварительному сговору, указал в
приговоре, что А. и П. действовали как соисполнители. При этом
судом было установлено, что удар по голове потерпевшей, ее
последующее удушение, приведшее к смерти, были совершены
непосредственно и самостоятельно П.
Судом установлено, что, являясь очевидцем этих событий,
осужденная А., действуя совместно с сыном, передала ему шпагат для
удушения потерпевшей, определяя тем самым способ достижения их
общей цели - смерти потерпевшей Р. После того, как П. удушил
потерпевшую, осужденная А., не будучи уверенной в гибели
потерпевшей от действий сына, связала последней руки и ноги,
полагая, что препятствует ей принять меры к самосохранению в
случае, если бы она оставалась живой. Таким образом, по выводам
суда, А. намеревалась довести общий преступный умысел на убийство
потерпевшей до конца.
Именно при этих обстоятельствах, как указано в приговоре, А.
"непосредственно участвовала в совершении объективной стороны
убийства", рассматривая свои действия в отношении потерпевшей как
необходимые для достижения общей с П. цели - смерти потерпевшей.
Вместе с тем приведенные выводы суда нельзя признать
основанными на законе, так как они противоречат положениям
ст.ст. 33 и 35 УК РФ.
В силу требований ч. 1 ст. 35 УК РФ преступление признается
совершенным группой лиц, если в его совершении совместно
участвовали два и более исполнителя.
Согласно ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем преступления
признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо
непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими
лицами (соисполнителями).
Исполнителем убийства потерпевшей при тех обстоятельствах,
которые изложены в приговоре, являлся осужденный по этому же делу
П. При этом А. непосредственного участия в процессе лишения
потерпевшей жизни не принимала, а лишь оказывала содействие П.,
т. е. способствовала исполнителю убийства в достижении умысла на
причинение потерпевшей смерти.
Таким образом, действия А. следует квалифицировать как
пособничество в совершении другим лицом - П. убийства потерпевшей,
сопряженного с разбоем.
По смыслу закона убийство признается совершенным группой лиц
по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее
договорившиеся о его совершении. Необходимым признаком такого
преступления является выполнение каждым из соучастников действий,
составляющих объективную сторону убийства.
Учитывая то обстоятельство, что исполнителем убийства
потерпевшей являлся один П., а осужденная А. лишь соучаствовала в
этом убийстве в форме пособничества, действия осужденных П. и А. не
могут быть квалифицированы как совершенные группой лиц по
предварительному сговору.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
переквалифицировала действия А. с пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ
на ч. 5 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, действия П.
переквалифицировала с пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на п. "з"
ч. 2 ст. 105 УК РФ.

_____________

Перемещение транспортного средства путем буксировки без намерения использовать его в личных интересах не является неправомерным завладением этим транспортным средством. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 октября 2012

3. Перемещение транспортного средства путем
буксировки без намерения использовать его
в личных интересах не является неправомерным
завладением этим транспортным средством

Определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 25 октября 2012 г. N 38-Д12-21

(Извлечение)

По приговору Щекинского районного суда Тульской области от
15 октября 2010 г. осуждены: Н. по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 166 УК РФ
и М. по ч. 1 ст. 166 УК РФ.
М. признан виновным в неправомерном завладении автомобилем без
цели хищения (угон), а Н. - в пособничестве в совершении данного
преступления.
Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда
19 января 2011 г. приговор в части квалификации действий осужденных
оставила без изменения.
В надзорной жалобе адвокат в защиту интересов осужденного Н.
просил состоявшиеся судебные решения отменить, утверждая, что в
действиях Н. отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 1
ст. 166 УК РФ.
В отношении осужденного М. надзорная жалоба не принесена,
уголовное дело в отношении него рассмотрено в порядке ч. 2 ст. 410
УПК РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
25 октября 2012 г. надзорную жалобу удовлетворила, указав
следующее.
В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не
может быть основан на предположениях и постановляется лишь при
условии, что в ходе судебного разбирательства виновность
подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью
исследованных судом доказательств, а в силу пп. 2 и 3 ч. 1 ст. 379,
ч. 1 ст. 409 УПК РФ нарушение уголовно-процессуального закона и
неправильное применение уголовного закона являются основаниями для
отмены судебных решений в порядке надзора.
Согласно ч. 1 ст. 166 УК РФ объективная сторона данного
преступления заключается в неправомерном завладении транспортным
средством без цели хищения.
При этом под неправомерным завладением транспортным средством
понимается завладение чужим автомобилем или другим транспортным
средством и поездка на нем без намерения присвоить его целиком или
по частям.
Указанные требования закона не учтены судом по настоящему
делу.
Выводы суда о незаконном завладении М. чужим автомобилем и
поездке на нем, а также об оказании Н. пособничества М. в
незаконном завладении чужим автомобилем и поездке на нем не
соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в
судебном заседании.
М., работавший администратором-диспетчером транспортной
компании "Р", пояснил в судебном заседании, что 19 мая 2010 г.
фирмой "А" была спланирована акция, направленная на то, чтобы
водители компании "Р" не смогли поставить автобусы для посадки
пассажиров в г. Щекино. Приехав в г. Щекино, он увидел, что
посадка пассажиров в автобус производится в 70 м от обычной стоянки
в связи с тем, что стоянка была занята автомобилями фирмы "А". Его
просьбы освободить стоянку от автомобилей не были исполнены. Тогда
он подцепил один конец троса к транспортному средству фирмы "А",
другой - к своему автомобилю и поехал, но транспортное средство
осталось на месте, затем он отцепил трос. Умысла на угон
транспортного средства фирмы "А" у него не было, он преследовал
цель только освободить место под стоянку автобуса своей фирмы.
Представитель потерпевшего о действиях М. в судебном заседании
дал аналогичные показания, пояснив, что два транспортных средства
стояли напротив диспетчерской компании "Р". Сначала у диспетчерской
появился Н., потом на автомобиле подъехал М., который подошел к
группе мужчин и попросил их убрать транспортные средства, стоявшие
напротив диспетчерской фирмы "Р". После этого М. и Н. пошли к
транспортным средствам, присоединили одно из них тросом к машине
М., которая под управлением М. тронулась и сдвинула транспортное
средство с места. Потерпевший вызвал милицию, М. уехал, а Н. был
задержан сотрудниками милиции. Свидетели подтвердили показания М.
Приведенным доказательствам, свидетельствующим о том, что
осужденные не имели умысла на завладение чужим транспортным
средством для использования его в личных целях, суд не дал
надлежащей оценки в приговоре.
Вместе с тем перемещение транспортного средства путем
буксировки на незначительное расстояние, исчисляемое несколькими
метрами от места стоянки, с целью освобождения места для парковки
автобуса, без намерения использования транспортного средства в
личных интересах, не может рассматриваться как неправомерное
завладение транспортным средством.
Указанные обстоятельства, имеющие существенное значение для
правильного разрешения дела, не приняты во внимание ни судом
первой, ни судом второй инстанции.
В связи с изложенным осуждение М. по ч. 1 ст. 166 УК РФ за
неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), а
Н. - по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 166 УК РФ за пособничество в
неправомерном завладении автомобилем без цели хищения (угоне)
является незаконным и необоснованным.
Судебная коллегия состоявшиеся в отношении осужденных судебные
решения отменила, уголовное дело прекратила на основании п. 2 ч. 1
ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деяниях состава преступления,
признав за М. и Н. право на реабилитацию.

_____________

Лицо, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, вправе лично участвовать в судебном заседании. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 ноября 2012 г. N 31-ДП12

4. Лицо, в отношении которого осуществляется
производство о применении принудительных мер
медицинского характера, вправе лично
участвовать в судебном заседании

Определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 1 ноября 2012 г. N 31-ДП12-44

(Извлечение)

Согласно постановлению Ленинского районного суда г. Чебоксары
Чувашской Республики от 2 октября 2003 г. З. освобожден от
уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости
запрещенного уголовным законом деяния, предусмотренного ч. 1
ст. 318 УК РФ; к нему применена принудительная мера медицинского
характера в виде принудительного лечения в психиатрическом
стационаре специализированного типа.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам
Верховного Суда Чувашской Республики от 5 апреля 2007 г.
постановление суда оставлено без изменения.
В Президиуме Верховного Суда Чувашской Республики отсутствовал
кворум для рассмотрения уголовного дела.
Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном
представлении просил отменить судебные решения в связи с нарушением
права З. на защиту. При этом сослался на определение
Конституционного Суда РФ от 20 ноября 2007 г. N 745-О-О, согласно
которому правоприменительные решения по делу З. подлежат
пересмотру.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
1 ноября 2012 г. надзорное представление удовлетворила по следующим
основаниям.
Как усматривается из материалов уголовного дела, суд освободил
З. от уголовной ответственности за совершение в состоянии
невменяемости запрещенного уголовным законом деяния,
предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, и применил к нему
принудительную меру медицинского характера в виде принудительного
лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа.
Во исполнение постановления суда З. находился на
принудительном лечении в отделении специализированного типа
Шихазанской межрайонной психиатрической больницы с 24 ноября
2003 г. Согласно акту психиатрического освидетельствования от
19 марта 2004 г. у него обнаружены признаки шизоаффективного
психоза в стадии ремиссии, степень которой позволяла изменить
форму принудительного лечения на амбулаторное принудительное
наблюдение и лечение по месту жительства.
Постановлением Канашского районного суда Чувашской Республики
от 1 апреля 2004 г. З. была изменена принудительная мера
медицинского характера на амбулаторное принудительное наблюдение и
лечение у психиатра по месту жительства.
Согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 20 ноября
2007 г. N 13-П за лицами, в отношении которых осуществляется
производство о применении принудительных мер медицинского
характера, признано право лично знакомиться с материалами
уголовного дела, участвовать в судебном заседании при его
рассмотрении, заявлять ходатайства, инициировать рассмотрение
вопроса об изменении и прекращении применения указанных мер и
обжаловать принятые по делу процессуальные решения.
Как следует из судебных решений, З. не принимал личного
участия ни в одном из судебных заседаний, его интересы представляли
адвокаты, а также законный представитель. При этом в определении
Конституционного Суда РФ от 20 ноября 2007 г. N 745-О-О указано,
что кассационная жалоба З. и заявление о восстановлении
процессуальных сроков были возвращены ему в связи с тем, что он не
являлся участником судебного разбирательства в суде первой
инстанции.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия, соглашаясь с
доводами надзорного представления, считает, что при рассмотрении
материалов уголовного дела о применении принудительных мер
медицинского характера, имело место нарушение права на защиту З.
Исходя из вышеизложенного Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда РФ отменила постановление суда и кассационное
определение в отношении З., уголовное дело передала на новое
судебное рассмотрение.

______________

Неправильная оценка судом фактических обстоятельств дела повлекла отмену приговора в части осуждения лиц за мошенничество по ч. 4 ст. 159 УК РФ и прекращение дела в этой части за отсутствием состава преступления. Определение Судебной коллегии по уголовным

5. Неправильная оценка судом фактических
обстоятельств дела повлекла отмену приговора
в части осуждения лиц за мошенничество по ч. 4
ст. 159 УК РФ и прекращение дела в этой части
за отсутствием состава преступления

Определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 19 ноября 2012 г. N 87-Д12-4

(Извлечение)

По приговору Ленинского районного суда г. Костромы от
18 ноября 2010 г. М. и Г. осуждены по ч. 4 ст. 159 УК РФ, Ж.
осуждена по ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 159 УК РФ.
С учетом внесенных в приговор изменений М. осужден за
совершение мошенничества, т. е. хищения чужого имущества путем
обмана, с использованием служебного положения, в особо крупном
размере; Г. признана виновной в пособничестве в хищении чужого
имущества путем обмана, с использованием служебного положения, в
особо крупном размере; Ж. признана виновной в пособничестве в
хищении чужого имущества путем обмана, с использованием служебного
положения, в крупном размере.
По настоящему делу М., Г. и Ж. осуждены за совершение
преступления при следующих обстоятельствах.
М., являясь генеральным директором ЗАО "А", имея полномочия
единоличного исполнительного органа, совместно с финансовым
директором Г., при использовании полученных по договору с кредитной
организацией об открытии кредитной линии (в рамках приоритетного
национального проекта "Развитие агропромышленного комплекса")
денежных средств в размере 17 517 650 руб. на строительство,
реконструкцию и модернизацию животноводческого комплекс в
Костромской области истратили не по целевому назначению
12 618 200 руб., на которые, придав им видимость правомерного
использования, незаконно получили за счет государства субсидии в
размере 1 656 347 руб. на возмещение части затрат на уплату
процентов по целевому кредиту. О нецелевом характере использования
кредитных денежных средств свидетельствует их необоснованное
перечисление организациям по фиктивным документам. ЗАО "А", получив
субсидии на свой расчетный счет, изъяло бюджетные денежные средства
в свою собственность безвозмездно, пополнило оборотные средства
предприятия и использовало их по своему усмотрению.
В тот же период при содействии Ж., помогавшей в совершении
преступления советами и приисканием специалиста, составившего не
соответствующие действительности документы, подтверждавшие якобы
целевое использование кредита, были похищены из федерального
бюджета путем мошенничества денежные средства в размере
743 335 руб.
Судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного
суда 17 февраля 2011 г. приговор в части квалификации действий
осужденных по указанным статьям Уголовного кодекса РФ оставила без
изменения.
Президиум Костромского областного суда 17 июня 2011 г.
состоявшиеся по делу судебные решения изменил, исключил из
осуждения М. квалифицирующий признак "совершение преступления
группой лиц по предварительному сговору" и переквалифицировал его
действия на ч. 4 ст. 159 УК РФ (в ред. от 7 марта 2011 г.). Также
переквалифицировал действия Г. на ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ
(в ред. от 7 марта 2011 г.), а действия Ж. переквалифицировал на
ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 159 УК РФ (в ред. от 7 марта 2011 г.).
В надзорном представлении заместитель Генерального
прокурора РФ просил отменить состоявшиеся судебные решения,
поскольку судом дана неправильная оценка фактическим
обстоятельствам дела.
Осужденный М. в надзорной жалобе просил об отмене состоявшихся
в отношении его судебных решений как незаконных и необоснованных и
прекращении производства по делу.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
19 ноября 2012 г. удовлетворила надзорные представление и жалобу по
следующим основаниям.
В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не
может быть основан на предположениях и постановляется лишь при
условии, что в ходе судебного разбирательства виновность
подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью
исследованных в судебном заседании доказательств.
Мошенничество может иметь место только в случае, когда лицо
получает имущество, не намереваясь при этом исполнить
обязательства, связанные с условиями передачи ему этого имущества,
в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, и
если умысел, направленный на хищение чужого имущества или
приобретение права на чужое имущество, возник у лица до получения
чужого имущества или права на него.
Однако таких обстоятельств по делу не установлено.
Осужденные, отрицая свою вину, указывали, что полученные
кредитные средства были использованы на реконструкцию и
модернизацию животноводческого комплекса, который построен и в
настоящее время функционирует.
Их показания в этой части не опровергнуты, а подтверждаются
исследованными в судебном заседании доказательствами.
Судом не принято во внимание, что с момента получения кредита
велась реконструкция и модернизация животноводческого комплекса, на
момент рассмотрения дела в суде животноводческий комплекс построен
и функционирует, затраты на реконструкцию комплекса превышают
размер выделенного кредита, ЗАО "А" имело право на ежемесячное
получение субсидий в течение действия кредитного договора при
условии своевременного погашения кредита и уплаты начисленных
процентов.
Не учтено судом и то, что ЗАО "А" получило не безвозмездные
бюджетные деньги на строительство, поступившие на отдельный целевой
расчетный счет, с которого невозможны никакие другие платежи, а
кредит на восемь лет, который обязано вернуть, выплатив по нему
проценты. За период получения инвестиционного кредита с августа по
декабрь 2006 г. на расчетный счет ЗАО "А" поступили денежные
средства в сумме 44 432 980 руб., из которых 17 517 650 руб. -
инвестиционный кредит, а остальная сумма - собственные денежные
средства предприятия.
Отмечая незаконность перечисления денежных средств в другие
коммерческие организации, суд не указал никаких правовых оснований,
подтверждающих противоправность такого действия, поскольку
фактически перечислялись не средства Департамента агропромышленного
комплекса Костромской области, а средства коммерческой
организации - ЗАО "А", ведущей хозяйственную деятельность,
разрешенную законодательством.
Судом в приговоре не приведено соответствующих доказательств в
подтверждение вывода о наличии у осужденных корыстной цели как
обязательного признака состава преступления мошенничества, при
совершении хищения бюджетных денежных средств в виде субсидий на
возмещение части затрат на уплату процентов по целевому кредиту.
В обоснование корыстной направленности умысла осужденных суд в
приговоре сослался на то, что М. и Г., противоправно изымая из
бюджетов различных уровней денежные средства в качестве субсидий, в
том числе часть из них при содействии Ж., имели общую цель -
пополнить оборотные средства ЗАО "А", где в виде акций имелась
собственность М., что и свидетельствует о наличии у них корыстной
цели по изъятию денежных средств: у Г. и Ж. в пользу иных лиц, у
М., в том числе, и в свою пользу лично.
Однако данный вывод основан на предположении, поскольку не
подтвержден исследованными в судебном заседании и изложенными в
приговоре доказательствами.
При указанных обстоятельствах Судебная коллегия по уголовным
делам Верховного Суда РФ отменила состоявшиеся по делу судебные
решения в отношении М., Г. и Ж. и уголовное дело прекратила на
основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в их действиях
состава преступления.

______________

К лицам, имеющим право на реабилитацию, не относятся осужденные, из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки преступления. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 октября 2012 г. N 44-О12-98 (Извлечение)

6. К лицам, имеющим право на реабилитацию,
не относятся осужденные, из обвинения которых
исключены квалифицирующие
признаки преступления

Определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 11 октября 2012 г. N 44-О12-98

(Извлечение)

По приговору Пермского областного суда от 13 февраля 2002 г.
Б. осужден по пп. "к", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. "б" ч. 2 ст. 158
УК РФ.
Постановлением Пермского краевого суда от 18 июля 2012 г. Б.
отказано в удовлетворении ходатайства о признании за ним права на
реабилитацию и возмещение имущественного вреда в связи с
исключением по приговору Пермского областного суда от 13 февраля
2002 г. квалифицирующих признаков преступления, предусмотренных
пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, переквалификацией действий Б.
с п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ на п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ, с
пп. "в", "г" ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.
В кассационной жалобе Б. просил постановление отменить, считая
отказ в признании за ним права на реабилитацию незаконным и
необоснованным. Указывал, что в ходе судебного разбирательства
государственный обвинитель отказался от обвинения в части
исключенных и измененных квалифицирующих признаков, признав
обвинение в этой части надуманным и бездоказательным, однако суд
посчитал, что завышенным объемом обвинения ему не было причинено
какого-либо вреда. Кроме того, он обвинялся в совершении
преступления группой лиц с лицом, который был в суде оправдан.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
11 октября 2012 г. постановление оставила без изменения, а
кассационную жалобу - без удовлетворения, указав следующее.
В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в
уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и
свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному
преследованию.
Как следует из представленных материалов, Б. законно и
обоснованно осужден за убийство потерпевших по пп. "к", "н" ч. 2
ст. 105 УК РФ, а также за тайное хищение имущества потерпевших по
п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ. В связи с недоказанностью совершения
убийства с особой жестокостью, группой лиц, сопряженного с разбоем,
суд правильно исключил из обвинения Б. квалифицирующие признаки
преступления, предусмотренные пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ,
и обоснованно переквалифицировал его действия с п. "а" ч. 2 ст. 105
УК РФ на п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ, с пп. "в", "г" ч. 3 ст. 162
УК РФ на п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.
Однако данное обстоятельство не является основанием для
реабилитации. По смыслу ч. 1 ст. 134, ч. 2 ст. 133 УПК РФ к лицам,
имеющим право на реабилитацию, не относятся осужденные, из
обвинения которых исключены квалифицирующие признаки преступления
либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем
обвинения.
Доводы Б. о том, что государственный обвинитель отказался от
части обвинения, и это является правовым основанием для признания
за ним права на реабилитацию, являются ошибочными.
Как усматривается из протокола судебного заседания и как
правильно указал суд в своем постановлении, государственный
обвинитель в прениях не заявил в отношении Б. отказа от обвинения,
а просил суд исключить из обвинения квалифицирующие признаки
убийства "совершенное группой лиц" и "из корыстных побуждений", а
также переквалифицировать действия Б. с пп. "в", "г" ч. 3 ст. 162
УК РФ на п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ.
Частичная реабилитация имеет место, в частности, в случае
совершения лицом реальной совокупности преступлений, по одному из
которых прекращается уголовное преследование по реабилитирующему
основанию при одновременном осуждении лица за совершение
какого-либо другого преступления. Обстоятельства для частичной
реабилитации в отношении Б. отсутствовали.
Вынесение оправдательного приговора в отношении другого лица в
части обвинения по пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. "в"
ч. 3 ст. 162 УК РФ также не является основанием для реабилитации
Б., поскольку такое решение относится к иному лицу.
При данных обстоятельствах нарушений положений
Уголовно-процессуального кодекса РФ не допущено.

_____________

Приговор отменен, и дело направлено на новое рассмотрение в связи с наличием существенных противоречий в вердикте присяжных заседателей. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 сентября 2012 г. N 84-О12-19СП (Извлечение)

7. Приговор отменен, и дело направлено на новое
рассмотрение в связи с наличием существенных
противоречий в вердикте
присяжных заседателей

Определение Судебной коллегии по уголовным
делам Верховного Суда РФ
от 24 сентября 2012 г. N 84-О12-19СП

(Извлечение)

По приговору Новгородского областного суда от 6 июня 2012 г.,
вынесенного на основании вердикта присяжных заседателей, В. осужден
к лишению свободы по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 3 ст. 222
УК РФ и по ч. 2 ст. 326 УК РФ.
С. по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений,
предусмотренных пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 3 ст. 222 УК
РФ, ч. 2 ст. 326 УК РФ, оправдан на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК
РФ в связи с непричастностью к совершению указанных преступлений.
В. признан виновным в совершении организованной группой
убийства О. из корыстных побуждений, в незаконном обороте
огнестрельного оружия и боеприпасов, в уничтожении
идентификационного номера и номера двигателя транспортного средства
в целях его эксплуатации.
В кассационном представлении государственный обвинитель просил
приговор в части оправдания С. отменить и направить дело на новое
судебное разбирательство, поскольку в вердикте присяжных
заседателей между вопросами, поставленными в отношении В., и
вопросами, поставленными в отношении С., имеются неустранимые
противоречия. В нарушение ст. 345 УПК РФ председательствующим не
были приняты меры для их устранения.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
24 сентября 2012 г. приговор отменила по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 2 ст. 345 УПК РФ старшина присяжных
заседателей передает председательствующему вопросный лист с
внесенными в него ответами. При отсутствии замечаний
председательствующий возвращает вопросный лист старшине присяжных
заседателей для провозглашения. Найдя вердикт неясным или
противоречивым, председательствующий указывает на его неясность или
противоречивость коллегии присяжных заседателей и предлагает им
возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в
вопросный лист.
Таким образом, вердикт коллегии присяжных заседателей
провозглашается только при отсутствии в нем противоречий.
Эти требования закона не выполнены по настоящему делу.
Из вопросного листа следует, что присяжные заседатели, отвечая
на сформулированные в вердикте вопросы в отношении В., признали
доказанным, что участником организованной группы, привлеченным В. к
участию в убийстве потерпевшего, являлся С., которому В. обещал
передать доходы от деятельности фирмы, и последний из приятельских
отношений и из корысти согласился принять участие в убийстве
потерпевшего.
Присяжные заседатели признали доказанным, что именно С. по
указанию В. осуществлял подготовку к убийству потерпевшего и
выступил непосредственным исполнителем убийства, расстреляв его.
Присяжные заседатели, отвечая на вопрос, поставленный в
отношении В., установили, что С. в составе организованной группы,
созданной В., уничтожил идентификационный номер и номер двигателя
транспортного средства в целях эксплуатации транспортного средства.
Однако, отвечая на вопросы, поставленные отдельно в отношении
С., присяжные заседатели пришли к выводу о недоказанности его
причастности к убийству потерпевшего, равно как и к другим
преступлениям.
Таким образом, в вердикте присяжных заседателей между
вопросами, поставленными в отношении В., и вопросами, поставленными
в отношении С., имеются неустранимые противоречия, поскольку при
вынесении вердикта в отношении В., который как организатор
преступления в силу ч. 5 ст. 35 УК РФ подлежит уголовной
ответственности за все совершенные организованной группой
преступления, присяжные заседатели установили, что именно С.
являлся исполнителем преступлений в составе организованной группы,
установили мотив его преступных действий, последствия совершенного
преступления, однако, отвечая на вопросы о тех же действиях, но в
отношении С., признали указанные действия недоказанными.
Аналогичным образом присяжные заседатели признали доказанным в
вопросе в отношении В., что он осуществлял подготовку к убийству
потерпевшего в составе организованной группы, давал распоряжения о
подготовке автомобиля, отслеживании маршрута потерпевшего. И те же
действия В. в вопросе о виновности С. признали недоказанными.
Таким образом, в нарушение ч. 2 ст. 345 УПК РФ
председательствующий не принял предусмотренные законом меры к
устранению противоречий и неясностей в вердикте присяжных
заседателей в части оценки действий как С., так и В., не предложил
присяжным заседателям возвратиться в совещательную комнату для
внесения уточнений в вопросный лист.
Допущенные нарушения закона являются существенными, поскольку
вследствие несоблюдения процедуры судопроизводства с участием
присяжных заседателей они могли повлиять на постановление
законного, обоснованного и справедливого приговора.
Учитывая изложенное, Судебная коллегия Верховного Суда РФ
приговор суда, вынесенный на основании вердикта присяжных
заседателей, в отношении В. и С. отменила и дело направила на новое
судебное рассмотрение.

_____________

Обзоры и обобщения

Немотивированный отказ суда в допуске к участию в деле в качестве защитников наряду с адвокатами иных лиц признан нарушением права на защиту. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 июня 2012 г. N 46-O12-23СП (Извлечение)

8. Немотивированный отказ суда в допуске
к участию в деле в качестве защитников
наряду с адвокатами иных лиц признан
нарушением права на защиту

Определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 7 июня 2012 г. N 46-O12-23СП

(Извлечение)

По приговору Самарского областного суда от 16 марта 2012 г.,
вынесенному на основании вердикта присяжных заседателей, К. и Д.
осуждены по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ и по пп. "ж", "з" ч. 2
ст. 105 УК РФ.
К. и Д. признаны виновными в разбойном нападении на
потерпевшего, совершенном группой лиц по предварительному сговору,
с применением предметов, используемых в качестве оружия, с
причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также в его
убийстве группой лиц по предварительному сговору, сопряженном с
разбоем.
В кассационных жалобах осужденные и адвокаты в защиту их
интересов оспаривали законность и обоснованность приговора,
полагали, что суд необоснованно отклонил ходатайство К. о допуске к
участию в деле защитника наряду с адвокатом и ходатайство Д. о
допуске лица в качестве защитника наряду с адвокатом, участвовавшим
в деле по назначению суда.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 7 июня
2012 г. приговор отменила по следующим основаниям.
Суд отказал в удовлетворении ходатайств: Д. - о допуске к
участию в деле наряду с адвокатом защитника Е.; К. - о допуске в
качестве защитника Г., мотивируя принятые решения тем, что
"подсудимые обеспечены профессиональными адвокатами".
По смыслу нормы ч. 2 ст. 49 УПК РФ защитник из числа
родственников или иных лиц допускается к участию в деле по
ходатайству подсудимого не вместо, а наряду с профессиональным
адвокатом.
Судом нарушены конституционные права подсудимых и, в
частности, положения ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации,
согласно которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми
способами, не запрещенными законом.
Одним из способов защиты от предъявленного обвинения, прямо
закрепленным в ч. 2 ст. 49 УПК РФ, является участие в судебном
заседании в качестве защитника наряду с адвокатом одного из близких
родственников обвиняемого или иного лица, допущенного к участию в
деле по его ходатайству.
Наделение суда правомочием решать вопрос о допуске в качестве
защитников иных, помимо адвокатов, лиц, избранных самим обвиняемым,
как следует из Постановления Конституционного Суда РФ от 28 января
1997 г. N 2-П, обусловлено тем, что в стадии судебного производства
именно суд обеспечивает условия для реализации сторонами своих прав
(ч. 3 ст. 15 УПК РФ), и на него возложена обязанность обеспечивать
обвиняемому возможность защищаться всеми не запрещенными законом
способами и средствами (ч. 2 ст. 16 УПК РФ).
При этом содержащаяся в ч. 2 ст. 49 УПК РФ норма не
предполагает право суда произвольно - без учета других норм
Уголовно-процессуального кодекса РФ, в частности ч. 1 ст. 50 УПК
РФ, предоставляющей обвиняемому право пригласить для участия в
уголовном деле нескольких защитников, - отклонять соответствующее
ходатайство обвиняемого.
Принятое по ходатайству о допуске близких родственников или
иных лиц к участию в деле в качестве защитника решение должно
соответствовать ч. 4 ст. 7 УПК РФ и отвечать требованиям
законности, обоснованности и быть мотивированным.
Решения, принятые председательствующим судьей по ходатайствам
осужденных Д. и К. о допуске в качестве защитников Е. и Г., не
отвечают этим требованиям закона, а ссылка суда на недопустимость
участия названных лиц в судебном заседании на том лишь основании,
что в деле участвует профессиональный адвокат, противоречит ч. 2
ст. 49 УПК РФ, которая содержит прямое указание на то, что эти лица
могут быть допущены к участию в деле наряду с адвокатом.
Поскольку рассмотрение уголовного дела с нарушением права
осужденного пользоваться помощью защитника является основанием для
отмены судебного решения, Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда РФ приговор отменила и дело направила на новое
судебное рассмотрение.

_____________

От редакции Назначения

Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан

ОБЗОР ПО ОТДЕЛЬНЫМ ВОПРОСАМ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ, СВЯЗАННЫМ С
ДОБРОВОЛЬНЫМ СТРАХОВАНИЕМ ИМУЩЕСТВА ГРАЖДАН

Верховным Судом РФ совместно с верховными судами республик,
краевыми, областными и соответствующими им судами проведено
изучение гражданских дел по спорам, вытекающим из договора
добровольного страхования имущества, рассмотренных судами России в
период с 2010 по 2011 год.
Предметом изучения являлись дела по искам о недействительности
договора страхования имущества (ст.ст. 930, 944, 951 и 959 ГК РФ),
об освобождении страховщика от исполнения обязательств (ст.ст. 961,
963, 964 и 422 ГК РФ), о размере страховой выплаты, о взыскании
процентов за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК
РФ) и др.
В качестве предмета страхования имущества, как правило,
выступают объекты недвижимости: квартиры, дома, дачи, здания,
сооружения, а также транспортные средства, домашнее имущество.
Помимо этого предметом страхования имущества являлись имущественные
права, представляющие собой самостоятельную ценность.
Форма государственной статистической отчетности
предусматривает учет всех дел по спорам, связанным с добровольным
страхованием имущества, в целом как по "спорам о взыскании
страхового возмещения, выплат", без выделения конкретных категорий
этих дел.
Анализ судебной практики показал, что суды в большинстве
случаев правильно определяют закон, подлежащий применению к спорным
отношениям, учитывают правовые позиции Конституционного Суда РФ и
разъяснения Пленума Верховного Суда РФ.

Вопросы материального права

Рассмотрение судами дел об оспаривании договора добровольного
страхования имущества

Изучение судебной практики показало, что суды при разрешении
дел указанной категории правильно исходят из того, что отношения,
вытекающие из договора страхования, урегулированы главой 48
"Страхование" ГК РФ, Законом РФ от 27 ноября 1992 г. N 4015-I
"Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее -
Закон N 4015-I) и Законом РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-I
"О защите прав потребителей" в части, не урегулированной
специальными законами.
Кроме того, суды, как правило, учитывают разъяснения по
применению гражданского законодательства, содержащиеся в
постановлении совместного Пленума Верховного Суда РФ и Пленума
Высшего Арбитражного Суда РФ от 8 октября 1998 г. N 13/14
"О практике применения положений Гражданского кодекса Российской
Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами"
(в ред. постановления Пленума Верховного Суда РФ, Пленума Высшего
Арбитражного Суда РФ от 4 декабря 2000 г. N 34/15).
Обобщение судебной практики показало, что суды в основном
правильно применяют нормы материального права и определяют
приоритеты в соотношении договора и закона при разрешении дел
указанной категории.
За анализируемый период судами рассматривались дела о
признании договоров страхования недействительными преимущественно
по искам страховщиков к страхователям.
Наличие законного интереса у лица, в пользу которого
осуществляется страхование, является основанием действительности
договора добровольного страхования имущества.
Как показало изучение судебной практики, суды, определив
наличие у лица, требующего выплаты страхового возмещения, интереса
в сохранении имущества, при наступлении страхового случая принимали
во внимание, в первую очередь, наличие у лица юридической
(правовой) связи с предметом страхования.
При этом суды правильно исходили из того, что о наличии у
лица, в пользу которого осуществляется страхование, интереса в
сохранении имущества свидетельствуют какие-либо права в отношении
застрахованного имущества или связанные с ним обязанности.
Например, Ш. обратилась в суд с иском к филиалу
ООО "Росгосстрах" в Кировской области о взыскании страхового
возмещения, указав, что в результате пожара был уничтожен дом,
застрахованный по договору добровольного страхования. Ответчик
отказал в выплате страхового возмещения, ссылаясь на то, что у Ш.
не было законного интереса в сохранении застрахованного имущества,
поскольку ею не были оформлены документы, подтверждающие право
собственности на дом после смерти мужа.
Удовлетворяя исковые требования Ш., суд исходил из того, что
она имела интерес в сохранении застрахованного дома, являвшегося ее
единственным местом жительства, следовательно, приобрела право на
получение страхового возмещения при возникновении страхового случая
(пожара) (по материалам судебной практики Кировского областного
суда).
Изучение судебной практики показало, что суды, разрешая спор о
недействительности договора страхования имущества в связи с
отсутствием законного интереса у лица, в пользу которого заключен
договор, правильно исходят из того, что обязанность доказывать
отсутствие законного интереса лежит на лице, предъявившем такое
требование.
Страхователь обязан сообщить страховщику при заключении
договора добровольного страхования все обстоятельства, имеющие
существенное значение для определения вероятности наступления
страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.
Среди обязанностей страхователя по договору страхования закон
выделяет обязанность сообщить страховщику известные страхователю на
момент заключения договора страхования обстоятельства, имеющие
существенное значение для определения вероятности наступления
страхового случая и размера возможных убытков от его наступления
(страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны
быть известны страховщику (п. 1 ст. 944 ГК РФ).
Неисполнение этой обязанности в силу п. 3 ст. 944 ГК РФ может
повлечь предусмотренные п. 1 ст. 179 указанного Кодекса
последствия.
При этом, как правильно указывают суды, при разрешении споров
данной категории обязательным условием для применения нормы о
недействительности сделки является наличие умысла страхователя,
направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных
сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности
наступления страхового случая и размера возможных убытков от его
наступления.
Абзац 2 п. 1 ст. 944 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня
существенных обстоятельств, лишь указывает на то, что таковыми
признаются обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в
стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в
его письменном запросе.
Например, Ч. обратился в суд с иском к ООО СК "ВТБ
Страхование" об обязании произвести ремонт транспортного средства
на станции технического обслуживания автомобилей, продлении срока
действия договора, взыскании судебных расходов, ссылаясь на то, что
между ним и ответчиком заключен договор добровольного страхования
транспортного средства. При наступлении страхового случая (хищение
автомашины) ООО СК "ВТБ Страхование" отказало в выплате страхового
возмещения в связи с представлением истцом ложных сведений об
объекте страхования при заключении договора страхования.
ООО СК "ВТБ Страхование" обратилось в суд со встречным иском
к Ч. о признании договора страхования недействительным.
Судом при разрешении спора установлено, что при заключении
между сторонами договора добровольного страхования автомашины Ч.
сообщил страховщику не соответствующие действительности сведения об
обслуживании страхуемого имущества спутниковым противоугонным
комплексом "Кобра Коннекс Гарант". Между тем заключенный между Ч. и
ООО "Автоконнекс" договор на обслуживание спутникового
противоугонного комплекса "Кобра Коннекс Гарант" расторгнут до
заключения договора страхования.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ООО СК "ВТБ
Страхование", суд исходил из того, что Ч. при заключении договора
страхования сообщил заведомо не соответствующие действительности
сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для
определения вероятности наступления страхового случая, и данный
факт является основанием для признания договора страхования,
заключенного между сторонами, недействительным по правилам ст. 179
ГК РФ.
Такой вывод суда является правильным и основанным на законе
(по материалам судебной практики Московского городского суда).
Страховая сумма не должна превышать действительную (рыночную)
стоимость застрахованного имущества.
В силу п. 2 ст. 947 ГК РФ при страховании имущества, если
договором страхования не предусмотрено иное, страховая сумма не
должна превышать его действительную стоимость (страховую
стоимость). В данной норме заложена диспозитивная регламентация
определения страховой суммы.
Вместе с тем ст. 951 ГК РФ прямо предусмотрено, что, если
страховая сумма, указанная в договоре страхования имущества или
предпринимательского риска, превышает страховую стоимость, договор
является ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает
страховую стоимость. Причем данная императивная норма содержится в
ст. 10 Закона N 4015-I.
Таким образом, страховая сумма определяется по соглашению
сторон договора страхования, но при этом не должна превышать
действительную стоимость имущества. Для имущества такой стоимостью
считается его действительная стоимость в месте его нахождения в
день заключения договора страхования (п. 2 ст. 947 ГК РФ).
На основании ст. 945 ГК РФ при заключении договора страхования
имущества страховщик вправе производить осмотр страхуемого
имущества, а при необходимости - назначить экспертизу в целях
установления его действительной стоимости.
В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 29 июля 1998 г.
N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации"
(далее - Закон N 135-ФЗ), в случае если в нормативном правовом
акте, содержащем требование обязательного проведения оценки
какого-либо объекта, либо в договоре не определен конкретный вид
стоимости объекта оценки, установлению подлежит рыночная стоимость
данного объекта.
Данное правило применяется и при использовании в нормативном
правовом акте не предусмотренных указанным Законом или стандартами
оценки терминов, определяющих вид стоимости объекта оценки, в том
числе терминов "действительная стоимость", "разумная стоимость",
"эквивалентная стоимость", "реальная стоимость" и др.
Согласно ст. 3 Закона N 135-ФЗ под рыночной стоимостью объекта
оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект
может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда
стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой
информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо
чрезвычайные обстоятельства.
Таким образом, при страховании имущества и определении
страховой стоимости сторонам договора следует исходить из
действительной стоимости имущества, которая может быть эквивалентна
рыночной стоимости имущества в месте его нахождения в день
заключения договора страхования.
Вместе с тем ст. 948 ГК РФ установлены случаи, когда страховая
стоимость имущества может быть оспорена, а именно когда страховщик,
не воспользовавшийся до заключения договора своим правом на оценку
страхового риска (п. 1 ст. 945 названного Кодекса), был умышленно
введен в заблуждение относительно этой стоимости.
Например, Т. обратился в суд с иском к ОАО "Страховое общество
"ЖАСО" о взыскании страхового возмещения, указав, что между ним и
ответчиком заключен договор добровольного страхования
принадлежащего истцу жилого дома и его внутренней отделки.
Страховые суммы данного имущества были определены сторонами
соответственно в размере 750 тыс. рублей и 100 тыс. рублей с
установлением лимита выплат в указанных суммах. Страховая премия
выплачена в полном объеме. В период действия договора страхования в
результате наступления страхового случая (пожара) дом сгорел.
Страхователю выплачено страховое возмещение в пределах
действительной стоимости указанного имущества в размере 339 664
руб. Не согласившись с размером выплаченной по договору страхования
суммой, Т. обратился с иском о возложении на страховую компанию
обязанности по выплате страхового возмещения в полном объеме в
размере 850 тыс. рублей.
В возражениях на иск ОАО "Страховое общество "ЖАСО" ссылалось
на ничтожность договора страхования в части определения страховой
суммы, превышающей действительную стоимость имущества, указывая,
что на момент наступления страхового случая рыночная стоимость дома
и его внутренней отделки составляла 365 тыс. рублей.
Частично удовлетворяя исковые требования, суд исходил из того,
что в договоре страхования страхователем действительная (страховая)
стоимость имущества на момент заключения договора была явно
завышена, договор страхования в части превышения страховой суммы
над страховой стоимостью имущества (в размере 485 тыс. рублей)
является ничтожным, в связи с чем взыскал со страховщика в счет
страхового возмещения 25 336 руб. При определении страховой
стоимости имущества суд исходил из его рыночной цены на момент
заключения договора страхования.
При этом суд принял во внимание тот факт, что, заключая
спорный договор страхования, страховщик не воспользовался
предоставленным ему правом и не произвел экспертизу страхуемого
имущества в целях установления его действительной стоимости, а
согласился с указанной страхователем стоимостью имущества, получив
соответствующий страховой взнос из расчета данной суммы. Сомнения
относительно достоверности представленных страхователем сведений о
действительной стоимости застрахованного имущества возникли у
страховщика только после наступления страхового случая.
Доказательств введения страховой организации в заблуждение
относительно цены, по которой имущество приобретено страхователем,
представлено не было (по материалам судебной практики Алтайского
краевого суда).

Правовые основания освобождения страховщика
от выплаты страхового возмещения

Материалы изученной судебной практики свидетельствуют о том,
что решение вопросов, связанных с наступлением страхового случая,
сопряжено с вопросом об основаниях освобождения страховщика от
выплаты страхового возмещения.
Зачастую страховщики, перечисляя в одном пункте правил
страхования, являющихся неотъемлемой частью договора добровольного
страхования имущества, конкретные страховые случаи, в другом пункте
указывают исключения, не относящие к страховым случаям события,
произошедшие в связи с какими-либо действиями страхователя, тем
самым фактически расширяют перечень законных оснований освобождения
от выплаты страхового возмещения.
При разрешении таких споров суды руководствуются ст.ст. 961,
963, 964 ГК РФ, предусматривающими основания освобождения
страховщика от выплаты страхового возмещения, и положениями п. 1
ст. 422 Кодекса, в силу которого договор должен соответствовать
обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными
правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его
заключения.
Для наступления обязанности страховщика выплатить страховое
возмещение имущество гражданина, которое было утрачено или
повреждено, должно являться объектом страхования.
При разрешении указанной категории споров суды исходят из
того, что в силу положений ст. 942 ГК РФ при заключении договора
имущественного страхования между страхователем и страховщиком
должно быть достигнуто соглашение об определенном имуществе либо
ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования.
В том случае, если стороны договора не согласовали специальные
требования в отношении застрахованного объекта, это условие в силу
ст. 943 ГК РФ определяется стандартными правилами страхования
соответствующего вида, принятыми, одобренными или утвержденными
страховщиком либо объединением страховщиков (правила страхования).
Например, решением суда частично удовлетворены исковые
требования К. к ЗАО "Страховая группа "Спасские ворота", в пользу
истца взыскано страховое возмещение, проценты за нарушение сроков
выплаты, судебные расходы.
Возражая против удовлетворения исковых требований К., ответчик
указал, что истцом не представлено допустимых доказательств того,
что договор страхования был заключен именно в отношении сгоревшего
жилого дома, поскольку в заявлении и полисе нет данных о
собственнике имущества, не указаны номер и дата выдачи
свидетельства о государственной регистрации права, площадь
застрахованного строения не соответствует площади строения по
свидетельству и техническому паспорту.
Разрешая спор, суд не согласился с приведенными ответчиком
доводами и указал, что имеющиеся в материалах дела доказательства
подтверждают, что по договору страхования был застрахован именно
жилой дом, принадлежащий на праве собственности К., о страховании
иного объекта стороны не могли договориться в связи с его
отсутствием в собственности истца. Процедура заключения договора
страхования, достижение сторонами договоренности относительно его
условий соответствуют требованиям ст.ст. 942-945,947 ГК РФ. При
этом суд указал, что при рассмотрении заявления К. о страховом
событии именно ЗАО "Страховая группа "Спасские ворота" следовало
устранить несоответствие нумерации и идентифицирующих объект
страхования данных, также с учетом представленных заявителем
доказательств страховщик имел возможность рассмотреть заявление
истца и принять по нему решение. Поскольку в судебном заседании
факт повреждения застрахованного имущества в период действия
договора страхования в результате события, признаваемого страховым
в соответствии с п. 3.2.1 правил страхования, подтвердился, суд
взыскал с ЗАО "Страховая группа "Спасские ворота" в пользу истца
страховую выплату (по материалам судебной практики Тверского
областного суда).
Страхователь (выгодоприобретатель) обязан своевременно
уведомить страховщика о наступлении страхового случая. Неисполнение
этой обязанности само по себе еще не является безусловным
основанием для отказа в выплате страхового возмещения.
Статьей 961 ГК РФ предусмотрена обязанность страховщика и
выгодоприобретателя уведомить страховую компанию о наступлении
страхового случая в порядке и сроки, установленные договором.
Следует иметь в виду, что в данном случае закон говорит не
просто о неуведомлении страховщика, а о неисполнении обязанности по
уведомлению, что включает в себя, в частности, уведомление
определенным способом и в определенные сроки. Страхователь или
выгодоприобретатель имеют возможность оспорить отказ страховщика,
предъявив доказательства того, что страховщик своевременно узнал о
наступлении страхового случая, либо того, что отсутствие у
страховщика сведений об этом не могло сказаться на его обязанности
выплатить страховое возмещение (п. 2 ст. 961 ГК РФ).
Например, Ч. обратился в суд с иском к ЗАО "СК "Русские
страховые традиции" о взыскании страхового возмещения, указывая в
обоснование иска на факт заключения с ответчиком договора
добровольного страхования принадлежащего истцу транспортного
средства на случай его хищения или повреждения, страховая сумма
определена сторонами в 700 тыс. рублей, страховая премия истцом
уплачена. 12 декабря 2009 г. в результате дорожно-транспортного
происшествия с участием застрахованного автомобиля под управлением
истца автомобиль был поврежден. В выплате страхового возмещения
отказано по той причине, что Ч. несвоевременно сообщил о страховом
случае, лишив страховщика возможности проверить обстоятельства
дорожно-транспортного происшествия собственными силами.
Удовлетворяя исковые требования Ч., суд исходил из того, что
истцом представлены доказательства наступления страхового случая, в
связи с чем у страховщика возникла обязанность по выплате
страхового возмещения в соответствии с условиями договора. При этом
суд указал, что в силу п. 2 ст. 961 ГК РФ неисполнение
страхователем обязанности по своевременному уведомлению страховщика
о наступлении страхового случая дает страховщику право отказать в
выплате страхового возмещения, если не будет доказано, что
страховщик своевременно узнал о наступлении страхового случая либо
что отсутствие у страховщика сведений об этом не могло сказаться на
его обязанности выплатить страховое возмещение. В деле имеется
материал о привлечении Ч. к административной ответственности по
ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, из которого определенно следует, что
страховой случай действительно имел место, обстоятельства
дорожно-транспортного происшествия установлены. К заявлению истца о
выплате страхового возмещения от 11 января 2010 г. прилагалась
справка ГИБДД, протокол и постановление об административном
правонарушении. Следовательно, в данном случае страховщик не мог
отказать в выплате страхового возмещения со ссылкой на
несвоевременное уведомление о страховом случае (по материалам
судебной практики Алтайского краевого суда).
Наступление страхового случая вследствие умысла страхователя,
направленного на наступление негативных последствий или причинение
вреда имуществу, освобождает страховщика от выплаты страхового
возмещения. В случае наступления страхового случая вследствие
грубой неосторожности страхователя страховщик освобождается от
выплаты страхового возмещения только в случаях, предусмотренных
законом.
Из анализа поступивших на изучение дел следует, что суды,
разрешая дела, связанные с отказом страховщиков в выплате
страхового возмещения либо с выплатой страхового возмещения в
меньшем размере в связи с наступлением страхового случая по вине
страхователя (выгодоприобретателя) вследствие его умысла, грубой
неосторожности, халатности, неосмотрительности, правильно исходят
из того, что освобождение страховщика от выплаты страхового
возмещения при наступлении страхового случая возможно только в
случаях, предусмотренных законом.
Так, последствия наступления страхового случая по вине
страхователя, выгодоприобретателя установлены ст. 963 ГК РФ, в силу
которой страховщик может быть освобожден от выплаты страхового
возмещения, если докажет, что действия страхователя были направлены
на причинение вреда имуществу и страхователь желал наступления
негативных последствий.
Например, У. обратился к ЗАО "Гута-Страхование" в суд с иском
о взыскании страхового возмещения, указав, что между ним и
ответчиком был заключен договор добровольного страхования
автомашины. При наступлении страхового случая в выплате страхового
возмещения ему было отказано по тому основанию, что ущерб
застрахованному транспортному средству причинен в результате
умышленных действий У., так как он забыл защелкнуть на фиксатор
капот, вследствие чего тот открылся при движении автомобиля, разбив
стекло.
Удовлетворяя исковые требования, мировой судья
руководствовался положениями ст.ст. 963, 964 ГК РФ и на основании
собранных по делу доказательств пришел к выводу о том, что умысла в
действиях У. не имелось (по материалам судебной практики
Пензенского областного суда).
В то же время в случае наступления страхового случая
вследствие грубой неосторожности страхователя или
выгодоприобретателя (в том числе его халатности,
неосмотрительности) страховщик может быть освобожден от выплаты
страхового возмещения, если это прямо предусмотрено законом (п. 2
ст. 963 ГК РФ).
Например, судом первой инстанции отказано в удовлетворении
иска X. к ООО "Страховая компания "Дальстар" о взыскании страхового
возмещения и процентов за пользование чужими денежными средствами и
компенсации морального вреда.
Судом установлено, что 31 мая 2007 г. между сторонами был
заключен договор страхования катера 1986 года постройки. 25 ноября
2007 г. судно загорелось и затонуло при его перегоне с одного
причала на другой для размещения на зимнюю стоянку.
Отказывая в иске, суд указал, что в действиях страхователя
имела место грубая неосторожность, выразившаяся в неисполнении
судовладельцем требований правил пользования маломерными судами на
водных объектах Российской Федерации. Истцу было известно, что
судно не прошло техническое освидетельствование, что с 31 октября
2007 г. закрывается навигация для маломерных судов, однако он
проигнорировал установленные пп. 3, 8 Правил пользования
маломерными судами на водных объектах Российской Федерации запреты
на эксплуатацию и управление маломерным судном, что привело к
гибели судна.
Суд сослался на ст.ст. 265, 266 Кодекса торгового мореплавания
РФ, в силу которых страховщик не несет ответственности за убытки,
причиненные умышленно или по грубой неосторожности страхователя или
выгодоприобретателя либо вследствие отправки судна в немореходном
состоянии (по материалам судебной практики Приморского краевого
суда).
Наступление страхового случая при управлении страхователем
транспортным средством в состоянии алкогольного (наркотического)
опьянения влечет освобождение страховщика от выплаты страхового
возмещения.
Проведенное изучение судебной практики показало, что у судов
при разрешении споров, связанных с добровольным страхованием
имущества, возникают затруднения при определении правомерности
отказа страховщика в выплате страхового возмещения в случае, если
страхователь (лицо, допущенное к управлению) управлял транспортным
средством в состоянии алкогольного (наркотического) опьянения, что
послужило причиной дорожно-транспортного происшествия.
Ряд судов полагают, что управление транспортным средством в
состоянии алкогольного (наркотического) опьянения является грубой
неосторожностью, а потому, независимо от наличия
причинно-следственной связи между состоянием опьянения страхователя
и наступившим событием, страховщик освобождается от выплаты
страховой суммы по договору добровольного страхования имущества.
Другие суды полагают, что правила страхования транспортных
средств в части, предусматривающей освобождение страховой компании
от выплаты страхового возмещения по договору страхования
транспортного средства (КАСКО) в случае, если повреждение
застрахованного транспортного средства произошло по вине
страхователя, находящегося при управлении данным автомобилем в
состоянии алкогольного (наркотического) опьянения, должны
признаваться судом ничтожными, как противоречащие приведенным
положениям Гражданского кодекса РФ.
При решении данного вопроса следует исходить из того, что под
умыслом понимаются такие поступки страхователя, выгодоприобретателя
или застрахованного лица, которые сознательно ведут к нарушению
страхового обязательства, например поджог дома, умышленная порча
имущества и др.
Грубая неосторожность имеет место, когда лицо осознает
противоправность и вредоносность своих действий, но легкомысленно
рассчитывает предотвратить наступление таких последствий.
Анализ судебной практики рассматриваемой категории дел
показывает, что суды при разрешении споров к проявлениям грубой
неосторожности относят нарушение правил, запретов и признают данные
обстоятельства законными основаниями для освобождения страховщика
от исполнения обязательств по выплате страхового возмещения в силу
п. 2 ст. 963 ГК РФ.
Вместе с тем в случае, если условие об освобождении
страховщика от исполнения обязательств по выплате страхового
возмещения по риску "ущерб от ДТП" в связи с совершением
дорожно-транспортного происшествия в состоянии алкогольного
(наркотического) опьянения содержится в договоре добровольного
страхования имущества, а страхователь, будучи ознакомленным с
данным условием, управляет транспортным средством в состоянии
опьянения, нарушая тем самым абз. 1 п. 2.7 Правил дорожного
движения, утвержденных постановлением Совета Министров -
Правительства РФ от 23 октября 1993 г. N 1090, что приводит к
совершению дорожно-транспортного происшествия, то действия
страхователя в силу п. 1 ст. 963 ГК РФ являются основанием для
освобождения страховщика от исполнения своих обязательств.
Непредставление страхователем паспорта транспортного средства
либо свидетельства о его регистрации, либо комплекта(ов) ключей,
талона техосмотра не освобождает страховщика от выплаты страхового
возмещения за угон (хищение) автомашины.
Как показало изучение судебной практики по указанной категории
дел, споры о взыскании страхового возмещения за угон (хищение)
автомашины, в выплате которого страховщиком было отказано по тем
мотивам, что страхователь не представил паспорт транспортного
средства либо свидетельство о его регистрации, либо комплект
ключей, талон техосмотра, судами разрешаются, как правило, в пользу
страхователя.
При этом суды исходят из того, что оставление в транспортном
средстве регистрационных документов на него в силу ст. 963 ГК РФ
нельзя расценивать как умысел страхователя, выгодоприобретателя или
застрахованного лица в наступлении страхового случая.
Например, А. обратился в суд с иском к ОСАО "Ингосстрах" о
выплате страхового возмещения и процентов за пользование чужими
денежными средствами. В обоснование своих исковых требований А.
указал, что между ним и ответчиком заключен договор страхования
автомашины. Автомобиль истца был похищен. Ответчик отказался

выплатить страховое возмещение, поскольку А. не представил полный
комплект ключей.
Решением Кузьминского районного суда г. Москвы от 15 октября
2007 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии
по гражданским делам Московского городского суда от 11 декабря
2007 г., в удовлетворении исковых требований было отказано.
Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного
Суда РФ от 12 января 2010 г. указанные судебные постановления
отменены в связи с неправильным толкованием норм материального
права, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой
инстанции.
При этом Судебная коллегия Верховного Суда РФ указала, что
случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения
предусмотрены ст.ст. 961, 963, 964 ГК РФ, положения которых не
содержат такого основания, как непредставление полного комплекта
ключей от застрахованной автомашины. Пункты правил страхования,
согласно которым страховщик вправе полностью или частично отказать
в выплате страхового возмещения в случае, если страхователь утратил
какой-либо ключ от транспортного средства, не сообщив об этом в
письменной форме страховщику в семидневный срок с момента его
утраты до наступления страхового случая, не содержат четких
критериев, которые предопределяли бы условия такой выплаты или
отказа в ней, позволяют принимать решения о выплате страхового
возмещения по усмотрению страхового общества, не являются
одинаковыми для всех страхователей, что не гарантирует соблюдения
принципа равенства участников соответствующих отношений.
Разрешая спор, суд не исследовал вопрос о форме вины истца,
хотя это необходимо было сделать для решения вопроса о том,
применимы ли в данном случае с учетом названных требований закона
п. 1 ст. 80 и п. 4 ст. 81 Правил страхования ОСАО "Ингосстрах" и не
противоречат ли они ст. 963 ГК РФ (определение Судебной коллегии по
гражданским делам Верховного Суда РФ N 5-В09-146).
Страховщик не освобождается от выплаты страхового возмещения в
случае нарушения страхователем сроков уплаты страховых взносов,
если договор добровольного страхования имущества в установленном
порядке не прекращен или не расторгнут.
Проведенное изучение судебной практики по спорам, связанным с
добровольным страхованием имущества, показало, что суды используют
различный подход для определения права страхователя на получение
страхового возмещения в случае несвоевременного внесения очередного
взноса страховой премии.
Так, ряд судов при разрешении данной категории споров
рассматривают неуплату очередных страховых взносов как основание
для расторжения договора добровольного страхования имущества,
исходя из следующего.
Согласно положениям ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны
исполняться надлежащим образом в соответствии с их условиями,
односторонний отказ от исполнения обязательств, а также
одностороннее изменение их условий не допускаются.
Таким образом, страхователь, не внесший очередной страховой
взнос, нарушает условия договора страхования. В связи с изложенным
страхователь лишается права ссылаться на нарушение его прав и
законных интересов со стороны страховщика, отказавшего в страховой
выплате на основании условий договора страхования.
Исходя из положений пп. 3, 4 ст. 954 ГК РФ договором могут
быть определены последствия неуплаты в установленные сроки
очередных страховых взносов в виде прекращения обязательств
страховщика по выплате страхового возмещения, что не противоречит и
положениям главы 48 ГК РФ.
Другие суды исходят из того, что страховщик не может отказать
в выплате страхового возмещения, однако вправе зачесть сумму
просроченного страхового взноса при определении размера подлежащего
выплате страхового возмещения по договору имущественного
страхования (ст. 954 ГК РФ).
В том случае, если в соответствии с договором страхования
страховая премия вносится в рассрочку и к моменту установления
обстоятельств, связанных с недействительностью договора страхования
по причине превышения страховой стоимости над страховой суммой
(ст. 951 ГК РФ), она внесена не полностью, оставшиеся страховые
взносы должны быть уплачены в размере, уменьшенном пропорционально
размеру страховой суммы.
Например, К. обратился в суд с иском к страховщику о взыскании
страхового возмещения. Истец указал, что по договору добровольного
страхования имущества им был застрахован автомобиль. В результате
дорожно-транспортного происшествия застрахованному транспортному
средству причинен ущерб, возмещение которого является предметом
иска.
Страховщик, отказывая в выплате страхового возмещения,
сослался на то, что в договоре было предусмотрено внесение
страховой премии в рассрочку и содержалось условие, в соответствии
с которым при просрочке внесения страхователем очередного
страхового взноса страховщик освобождается от обязанности
выплачивать страховое возмещение, а договор считается прекращенным.
В данном случае страхователь допустил просрочку оплаты двух
последующих страховых взносов. Страховой случай произошел в период,
когда страхование не осуществлялось.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых
требований отказано.
Суд кассационной инстанции судебный акт отменил и принял по
делу новое решение, которым требования истца удовлетворил.
При этом судебная коллегия исходила из того, что согласно
действующему законодательству и условиям заключенного сторонами
договора дорожно-транспортное происшествие, в результате которого
автомобиль истца получил механические повреждения, является
страховым случаем и влечет обязанность страховщика выплатить
страхователю страховое возмещение (по материалам судебной практики
Архангельского областного суда).
Между тем представляется, что предписание п. 4 ст. 954 ГК РФ
не препятствует расторжению договора по инициативе страховщика или
отказу страховщика от страховой выплаты в случае, предусмотренном
договором страхования на основании п. 3 ст. 954 ГК РФ. Однако такое
положение вступает в действие, если договором страхования не
предусмотрено право страховщика при рассрочке внесения взносов
отказаться от исполнения договора либо, обладая таким правом, он по
каким-то причинам этим правом не воспользовался.
В связи с изложенным судам при разрешении данных споров
необходимо исследовать и оценивать следующие обстоятельства:
последствия нарушения сроков и порядка уплаты страховых взносов,
закрепленные в правилах страхования; факт принятия (непринятия)
страховщиком уплаченной после наступления страхового случая
просроченной части страховой премии; факт возврата (невозврата)
страховщиком уплаченной с просрочкой премии страхователю; факт
уведомления (неуведомления) страховщиком страхователя о расторжении
договора страхования в связи с просрочкой внесения указанных
платежей.
Утрата или повреждение имущества должны являться следствием
обстоятельств, которые договором отнесены к страховым случаям.
Изучение дел показало, что суды при разрешении споров,
связанных с отказом страховщиков в выплате страхового возмещения по
тем основаниям, что ущерб имуществу причинен вследствие события,
которое согласно договору страхования не является страховым
случаем, правильно применяют закон, учитывают согласованные
сторонами условия договоров страхования, в частности касающиеся
перечня страховых случаев, и принимают решения с учетом
установленных по делу обстоятельств, позволяющих сделать вывод о
наступлении (ненаступлении) страхового случая.
Например, между Ф. и ООО "Группа Ренессанс Страхование" был
заключен договор добровольного страхования жилого дома, по условиям
которого страховыми случаями являются стихийное бедствие и залив,
имеющий техногенный характер. В период действия договора произошла
деформация конструкций пристроя к жилому дому, в котором появились
трещины. Ответчиком в выплате страхового возмещения Ф. было
отказано по тем основаниям, что событие, в результате которого
произошло повреждение, не является страховым случаем.
Решением суда первой инстанции исковые требования Ф.
удовлетворены частично.
Отменяя решение суда и отказывая в удовлетворении исковых
требований о взыскании страхового возмещения, судебная коллегия
исходила из того, что повреждение пристроя к дому имело место в
результате несоблюдения нормативных требований, допущенных при
строительстве и в процессе эксплуатации, что в силу договора
добровольного страхования не является страховым случаем (по
материалам судебной практики Новосибирского областного суда).
Управление транспортным средством лицом, не указанным в
страховом полисе, не освобождает страховщика от выплаты страхового
возмещения по риску "ущерб".
Результаты анализа судебной практики рассмотрения судами
споров, связанных с добровольным страхованием имущества,
свидетельствуют, что у судов отсутствует единообразный подход к
применению положений ст.ст. 421, 929, 942 и 943 ГК РФ в случае
отказа страховщика в выплате страхового возмещения в связи с
отсутствием страхового случая по мотиву управления транспортным
средством лицом, не указанным в страховом полисе.
Например, Н. обратилась в суд с иском о взыскании
материального ущерба, ссылаясь на то, что между нею и ООО "СК
"Сервисрезерв" был заключен договор добровольного страхования
принадлежащего ей автомобиля, который включал страховые риски
повреждения или гибели, хищения (угона) транспортного средства, его
гибели в связи с попыткой похищения (угона). Во время действия
договора автомобиль был поврежден, транспортное средство
восстановлению не подлежало. На момент дорожно-транспортного
происшествия автомобилем по доверенности управлял водитель А. Истец
обратилась к ответчику с заявлением о выплате страхового
возмещения, однако в выплате было отказано, так как автомобилем
управляло лицо, не указанное в страховом полисе.
Разрешая спор, суд руководствовался ст.ст. 421, 929, 942, 943
ГК РФ и на основании собранных по делу доказательств пришел к
выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых
требований, поскольку условиями страхования
ООО "СК "Сервисрезерв", с которыми истец в момент подписания
договора была ознакомлена и согласна, предусматривалось, что не
признаются страховыми случаями и не покрываются страхованием
события, произошедшие вследствие управления транспортным средством
лицом, не указанным в настоящем договоре (по материалам судебной
практики Владимирского областного суда).
В то же время представляется более правильной позиция других
судов, которые исходят из того, что в силу п. 1 ст. 422 ГК РФ
договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам,
установленным законом и иными правовыми актами (императивным
нормам), действующим в момент его заключения, т. е. стороны не
вправе заключать договор на условиях, противоречащих закону.
Обстоятельства, освобождающие страховщика от выплаты
страхового возмещения, предусмотрены ст.ст. 961, 963, 964 ГК РФ.
Учитывая, что такого основания для освобождения от выплат
страхового возмещения, как отсутствие в страховом полисе указания
на лицо, допущенное к управлению автомобилем, которое управляло им
в момент ДТП, ни нормами Гражданского кодекса РФ, ни иным законом
не предусмотрено, включение данного условия в договор страхования
является противоречащим нормам Гражданского кодекса и,
соответственно, оно применяться не должно.
Кроме того, следует учитывать, что ст. 9 Закона N 4015-I
определяет страховой риск как предполагаемое событие, на случай
наступления которого проводится страхование, а страховой случай -
как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования
или законом, с наступлением которого возникает обязанность
страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным
лицам.
Таким образом, составляющими страхового случая являются только
факт возникновения опасности, от которой производится страхование,
факт причинения вреда и причинно-следственная связь между ними.
Страховщик не освобождается от выплаты (полностью либо
частично) страхового возмещения в случае, если страхователь после
наступления страхового случая и оценки страховщиком стоимости
восстановительных работ произвел ремонтные работы в целях
восстановления застрахованного имущества (например, произвел ремонт
автомашины), стоимость которых превысила размер восстановительного
ремонта, определенного страховщиком (договор КАСКО).
Как показало изучение судебной практики, разрешая данные
требования, суды исходят из обязанности страховщиков полностью
возместить расходы, понесенные страховщиком в связи с наступлением
страхового события, при условии их документального подтверждения.
Например, С. предъявила в суд иск к ООО "Росгосстрах" о
взыскании страхового возмещения. В обоснование иска С. указала, что
заключила с ответчиком договор добровольного имущественного
страхования транспортного средства. В результате
дорожно-транспортного происшествия транспортному средству причинены
механические повреждения.
Страховщик признал событие страховым случаем, выплатив в
качестве страхового возмещения 87 032 руб. Однако фактические
затраты на ремонт транспортного средства составили 152 033 руб.
Страховщик отказал в пересмотре размера страхового возмещения, в
связи с чем истец просила взыскать разницу между фактически
выплаченным страховым возмещением и возмещением, полагающимся к
выплате.
Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из следующего.
В соответствии с правилами добровольного страхования
транспортных средств конкретный вариант определения размера ущерба
устанавливается страхователем и страховщиком в договоре
страхования.
В силу заключенного договора страхования стороны установили
порядок определения ущерба в форме калькуляции страховщика или
ремонта на станции технического обслуживания по направлению
страховщика, что в силу п. 1 ст. 432 ГК РФ относится к существенным
условиям договора.
Между тем из представленного суду полиса страхования не
следовало, что стороны исключили из перечня размеров страхового
возмещения фактические затраты на ремонт поврежденного имущества.
Напротив, в дополнительном соглашении к полису имеется перечисление
размеров страхового возмещения, определяемого по выбору истца:
калькуляция страховщика, расчет стоимости восстановительного
ремонта независимым оценщиком, стоимость фактически выполненного
ремонта поврежденного транспортного средства.
Понесенные истцом расходы на ремонт транспортного средства
страховую сумму, определенную договором страхования, не превышают.
Размер фактических затрат страховщиком не оспорен,
обстоятельств, свидетельствующих о том, что какие-либо ремонтные
воздействия необоснованны, в процессе судебного разбирательства не
установлено (по материалам судебной практики Архангельского
областного суда).

Страховая выплата

В соответствии с п. 3 ст. 10 Закона N 4015-I страховая выплата
определяется как денежная сумма, установленная федеральным законом
и (или) договором страхования и выплачиваемая страховщиком
страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю при
наступлении страхового случая.
При рассмотрении дел о взыскании со страховщика страхового
возмещения в виде разницы между произведенной страховой выплатой и
фактическими расходами на восстановление застрахованного
транспортного средства суды правильно исходят из согласованных
сторонами условий договора страхования.
Изучение правоприменительной практики показало, что размер
ущерба, причиненного застрахованному имуществу в результате
наступления страхового случая, определяется судами исходя из
рыночных цен, сложившихся в данной местности.
Для транспортных средств, на которые распространялась гарантия
от производителя, стоимость запасных частей, материалов и
нормо-часов по видам ремонтных работ определяется судами по данным
соответствующих дилеров.
При определении размера страхового возмещения в отношении
автомобилей, находящихся на гарантийном обслуживании в сервисных
центрах официальных дилеров, суды исходят из того, что техническое
обслуживание и ремонт таких автомобилей в период их гарантийного
срока эксплуатации должны осуществляться предприятием гарантийного
обслуживания. Несоблюдение условия об обслуживании таких
автомобилей только в сервисных центрах официальных дилеров, как
правильно указывают суды, является основанием для прекращения
гарантийных обязательств, в связи с чем при наступлении
гарантийного случая лицо понесет дополнительные убытки.
В случаях, когда установление тех или иных обстоятельств
требовало специальных знаний, судами назначались экспертизы для
установления причины повреждения объекта страхования, для
определения причин и следствий дорожно-транспортного происшествия,
а также для определения размера страховой выплаты, причитающейся в
счет возмещения вреда имуществу потерпевшего.
Включение в договоры страхования условий о возмещении ущерба с
учетом износа частей, узлов и агрегатов транспортных средств не
основано на законе.
В ходе обобщения судебной практики по данной категории дел
выявился различный подход судов к определению размера страхового
возмещения, подлежащего взысканию, в зависимости от включения
стоимости износа частей, узлов и агрегатов транспортных средств.
Так, определением кассационной инстанции от 30 июня 2011 г.
изменено решение суда первой инстанции от 21 апреля 2011 г.,
которым исковые требования Ю. были удовлетворены частично.
Изменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия
исходила из того, что 1 августа 2010 г. между ЗАО "МАКС"
(страховщик) и Ю. (страхователь) был заключен договор добровольного
страхования транспортного средства в отношении автомобиля,
принадлежащего истцу на праве собственности, по рискам "хищение",
"ущерб" (полное "КАСКО"). В период действия договора страхования
произошел страховой случай. Как следует из представленного истцом
заключения ООО "Группа Определения Стоимости" от 14 марта 2011 г.
N 8027, стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета
износа составляет 161 614 руб., утрата товарной стоимости
автомобиля - 6158 руб. В ходе рассмотрения гражданского дела истцу
выплачено страховое возмещение в размере 126 337 руб. исходя из
акта оценки, выполненного ООО "Волан", согласно которому стоимость
восстановительного ремонта - 224 001 руб., стоимость годных
остатков - 173 000 руб., страховая сумма - 318 250 руб. При расчете
исключена стоимость износа транспортного средства за период
действия договора - 5% (за 4 месяца) и 3 тыс. рублей по акту
разногласий. При этом ЗАО "МАКС" ссылалось на то, что по условиям
договора страхования в случае, если стоимость восстановительного
ремонта превышает 70% страховой суммы, признается "полная гибель"
автомобиля (п. 10.21 правил страхования), а нормы износа
транспортного средства и дополнительного оборудования в процентах
от страховой суммы составляют (за 1- и 2-й годы эксплуатации) - 15%
(по 1,25% за каждый месяц), если иное не оговорено в договоре
страхования (п. 4.8 правил): 318 250 - 173 000 - 5% (15 912 руб.)
износ - 3000 руб. = 126 337 руб. с учетом того, что годные
остатки остаются у страхователя (п. 10.21.1 правил). Вместе с
тем размер ущерба, взысканный по решению суда со страховщика,
определен без учета износа принадлежащего Ю. автомобиля, вопреки
требованиям указанных выше правил, в связи с чем судебная коллегия
изменила решение суда в части размера взысканной страховой суммы. С
учетом процента износа автомобиля, который за указанный период
составил 5% от страховой суммы, т. е. 15 912 руб., судебная
коллегия уменьшила размер взысканной в пользу истца суммы с
35 276 руб. до 19 364 руб. (по материалам судебной практики
Самарского областного суда).
Другие суды полагают, что размер страхового возмещения
необходимо определять без учета амортизационного износа.
Так, между К. и ЗАО "Страховая Группа "УралСиб" был заключен
договор добровольного страхования транспортного средства. Страховая
сумма по полису составила 1 294 270 руб. Стоимость
восстановительного ремонта транспортного средства при наступлении
страхового случая составила 70% от страховой стоимости автомобиля.
Страховой компанией произведено страховое возмещение за вычетом
суммы амортизационного износа - 130 858 руб. К. просил взыскать с
ЗАО "Страховая Группа "УралСиб" в его пользу 130 858 руб.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований.
Отменяя решение районного суда, судебная коллегия указала, что
законом не предполагается уменьшение страховой суммы на сумму
процента износа за период действия договора, закон не ограничивает
страховую выплату состоянием, в котором находилось имущество в
момент причинения вреда (по материалам судебной практики Самарского
областного суда).
В соответствии со ст.ст. 1082, 15 ГК РФ возмещению подлежат
вред и причиненные убытки, под таковыми понимаются расходы, которые
лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для
восстановления нарушенного права.
Из приведенных норм следует, что право лица, которому был
причинен вред, должно быть восстановлено в том же объеме, что и до
причинения вреда. При таких обстоятельствах страховое возмещение не
может быть определено договором в размере стоимости
восстановительного ремонта с учетом износа частей, узлов и
агрегатов транспортного средства, так как в противном случае
возмещение вреда было бы произведено в меньшем объеме, чем причинен
вред, и имущество, принадлежащее потерпевшему, было бы приведено в
худшее состояние, чем до причинения вреда.
Кроме того, в силу ч. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен
соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным
законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим
в момент его заключения.
Право страхователя (выгодоприобретателя) в случае гибели
застрахованного имущества отказаться от своих прав на него в пользу
страховщика в целях получения от него страховой выплаты (страхового
возмещения) в размере полной страховой суммы установлено названной
нормой права.
Поскольку нормами гражданского законодательства не
предусмотрена выплата страхового возмещения в случае "полной
гибели" транспортного средства за вычетом суммы амортизационного
износа и остаточной стоимости транспортного средства, то наличие
данного положения в договоре страхования средств автотранспорта или
в правилах добровольного комплексного страхования автотранспортных
средств противоречит федеральному закону, что недопустимо.
В соответствии с п. 5 ст. 10 Закона N 4015-I в случае утраты,
гибели застрахованного имущества страхователь, выгодоприобретатель
вправе отказаться от своих прав на него в пользу страховщика в
целях получения от него страховой выплаты в размере полной
страховой суммы.
Как правило, у судов не возникает вопросов относительно
применения данной нормы закона по рискам "хищение", "ущерб" в
случае утраты, гибели имущества, когда выгодоприобреталь
отказывается от своих прав на застрахованное имущество, годные
остатки в пользу страховщика.
Например, определением суда кассационной инстанции оставлено
без изменения решение суда первой инстанции, которым частично
удовлетворены исковые требования М. к ООО "Росгосстрах" о взыскании
страхового возмещения по договору страхования, в пользу М. взыскано
страховое возмещение в размере 53 943 руб., а М. обязана передать
ООО "Росгосстрах" годные остатки автомобиля (по материалам судебной
практики Самарского областного суда).
Проценты за пользование чужими денежными средствами,
предусмотренные ст. 395 ГК РФ, подлежат взысканию с момента отказа
страховщика в выплате страхового возмещения или его выплаты не в
полном объеме.
В большей части поступивших на обобщение дел истцами, помимо
требований о взыскании страхового возмещения, заявлялись требования
о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по
основаниям, установленным ст. 395 ГК РФ.
Согласно ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными
средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их
возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного
получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате
проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется
существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором
является юридическое лицо - в месте его нахождения учетной ставкой
банковского процента на день исполнения денежного обязательства или
его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке
суд может удовлетворить требование кредитора исходя из учетной
ставки банковского процента на день предъявления иска или на день
вынесения решения. Эти правила применяются, если иной размер
процентов не установлен законом или договором.
Если убытки, причиненные кредитору неправомерным пользованием
его денежными средствами, превышают сумму процентов, причитающуюся
ему на основании п. 1 названной статьи, он вправе требовать от
должника возмещения убытков в части, превышающей эту сумму.
Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день
уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми
актами или договором не установлен для начисления процентов более
короткий срок.
Анализ судебной практики показывает, что при взыскании
процентов за пользование чужими денежными средствами судами
применяется процентная ставка рефинансирования, установленная
Банком России, которая наиболее близка по значению к учетным
ставкам, существовавшим в течение всего периода просрочки платежа.
Например, судом первой инстанции было рассмотрено гражданское
дело по иску С. к ООО "Росгосстрах" о взыскании страхового
возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами.
Разрешая спор, суд исходил из того, что ответчиком не
выполнены его обязательства, вытекающие из условий договора,
предусмотренные ст. 929 ГК РФ, и пришел к выводу об удовлетворении
исковых требований о взыскании процентов за пользование чужими
денежными средствами в сумме 12 766 руб., рассчитанных за 174 дня
просрочки выплаты в размере 264 154 руб. с учетом банковской ставки
рефинансирования 10% годовых (по материалам судебной практики
Тамбовского областного суда).
Вместе с тем анализ судебной практики по спорам, связанным с
добровольным страхованием имущества, показал, что у судов
Российской Федерации нет однозначного подхода к решению вопроса, с
какого именно времени начисляются проценты за пользование чужими
денежными средствами.
Некоторые суды полагают, что проценты за пользование чужими
денежными средствами следует начислять с момента вступления в
законную силу решения суда о присуждении сумм страхового
возмещения.
Например, К. обратилась в суд с иском с ОАО "Энергетическая
Страхования Компания" о взыскании процентов за пользование чужими
денежными средствами, ссылаясь на то, что между ней и ответчиком
был заключен договор добровольного страхования автотранспортного
средства. В период действия названного договора автомобиль был
похищен. В выплате страхового возмещения было отказано. Решением
суда первой инстанции от 19 мая 2008 г. исковые требования о
взыскании страхового возмещения удовлетворены. Решение вступило в
законную силу 6 августа 2008 г.
Решением суда первой инстанции с ответчика взысканы проценты
за пользование чужими денежными средствами за период с 6 августа по
24 декабря 2008 г., т. е. по день его исполнения.
Удовлетворяя исковые требования К., суд первой инстанции
исходил из того, что согласно разъяснениям, изложенным в п. 23
постановления совместного Пленума Верховного Суда РФ и Пленума
Высшего Арбитражного Суда РФ от 8 октября 1998 г. N 13/14
"О практике применения положений Гражданского кодекса Российской
Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами"
(в ред. постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего
Арбитражного Суда РФ от 4 декабря 2000 г. N 34), в том случае,
когда суд возлагает на сторону обязанность возместить вред в
деньгах, на стороне причинителя вреда возникает денежное
обязательство по уплате определенных судом сумм. С момента, когда
решение суда вступило в законную силу, если иной момент не указан в
законе, на сумму, определенную в решении при просрочке ее уплаты
должником, кредитор вправе начислить проценты на основании п. 1
ст. 395 ГК РФ (по материалам судебной практики Саратовского
областного суда).
Более правильной является позиция других судов, которые
полагают, что проценты за пользование чужими денежными средствами
следует начислять с момента отказа страховщика в выплате страхового
возмещения или его выплаты не в полном объеме.
Например, истец обратился в суд с иском к страховой компании о
взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами,
указывая на то, что между ним и ответчиком был заключен договор
добровольного страхования автотранспортного средства. В период

действия названного договора произошло дорожно-транспортное
происшествие, в результате которого автомобилю были причинены
механические повреждения. В выплате страхового возмещения
ответчиком было отказано. Решением суда первой инстанции от
12 января 2011 г. исковые требования о взыскании страхового
возмещения удовлетворены. Решение вступило в законную силу
21 февраля 2011 г.
Решением суда первой инстанции с ответчика взысканы проценты
за пользование чужими денежными средствами начиная с 21 февраля по
11 июля 2011 г., т. е. по день его исполнения.
Определением суда кассационной инстанции данное решение
изменено, проценты за пользование чужими денежными средствами
взысканы за период с 29 июля 2008 г., т. е. со дня отказа в выплате
страхового возмещения.
Изменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия
исходила из того, что обязательство страховщика по выплате
страхового возмещения возникает из договора страхования и не
является ответственностью за убытки, причиненные в результате
страхового случая. После вступления договора страхования в силу у
страховщика возникает собственное обязательство выплатить при
наступлении страхового случая определенную денежную сумму в
порядке, на условиях и в сроки, которые указаны в договоре.
Следовательно, страховое возмещение является денежным
обязательством, за несвоевременное исполнение которого применяется
ответственность, предусмотренная ст. 395 ГК РФ.
Исходя из п. 1 ст. 314 ГК РФ, если обязательство
предусматривает или позволяет определить день его исполнения или
период времени, в течение которого оно должно быть исполнено,
обязательство подлежит исполнению в этот день или в любой момент в
пределах такого периода.
В данном случае общество и истец в п. 10.2.2 Правил
страхования средств автотранспорта, утвержденных приказом ОСАО
"Россия" от 20 апреля 2007 г., установили обязанность страховщика в
течение 18 дней после получения всех необходимых документов,
подтверждающих наступление страхового случая, признать факт
наступления страхового случая или принять решение об отказе в
выплате страхового возмещения, а потому именно с момента отказа
страховщиком в выплате страхового возмещения подлежат начислению
проценты за пользование чужими денежными средствами (по материалам
судебной практики Тюменского областного суда).

Утрата товарной стоимости

Утрата товарной стоимости транспортного средства является
реальным ущербом и подлежит возмещению по договору добровольного
страхования транспортного средства.
Из анализа правоприменительной практики усматривается, что у
судов отсутствует единообразие по вопросу об отношении утраты
товарной стоимости транспортного средства к реальному ущербу.
Ряд судов относят утрату товарной стоимости к реальному
ущербу. Разрешая требования о возмещении утраты товарной стоимости,
суды исходят из следующего.
В силу ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования
одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором
плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в
договоре события (страхового случая) возместить другой стороне
(страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор
(выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки
в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными
имущественными интересами страхователя (выплатить страховое
возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой
суммы).
В частности, по договору имущественного страхования может быть
застрахован риск утраты, гибели или повреждения транспортного
средства.
Статьей 943 ГК РФ предусмотрено, что условия, на которых
заключается договор страхования, могут быть определены в
стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых,
одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением
страховщиков (правилах страхования).
В силу п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может
требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом
или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем
размере.
Под реальным ущербом понимаются расходы, которые лицо, чье
право нарушено, произвело или должно будет произвести для
восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его
имущества (п. 2 ст. 15 ГК РФ).
Утрата товарной стоимости представляет собой уменьшение
стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным
ухудшением товарного (внешнего) вида автомобиля и его
эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и
долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и
защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и
последующего ремонта.
Таким образом, утрата товарной стоимости относится к реальному
ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей автомобиля,
поскольку уменьшение его потребительской стоимости нарушает права
владельца транспортного средства, и в ее возмещении страхователю не
может быть отказано.
То обстоятельство, что страхование риска утраты товарной
стоимости не предусмотрено договором страхования, само по себе не
является основанием для отказа в удовлетворении требований о
взыскании страхового возмещения, поскольку в ст. 942 ГК РФ
страховой случай определяется как событие, на случай наступления
которого осуществляется страхование.
Таким образом, по смыслу приведенных правовых норм, под
страховым случаем по риску "ущерб" понимается повреждение или
уничтожение застрахованного имущества в результате событий,
указанных в договоре страхования (правилах страхования).
Правилами страхования и договором страхования предусмотрено,
какие предполагаемые события признаются страховыми рисками, по
которым может быть заключен договор страхования (в частности, это
ущерб). Утрата товарной стоимости не может быть признана
самостоятельным страховым риском, так как она является составной
частью страхового риска "ущерб", поскольку при наступлении
страхового случая входит в объем материального ущерба, причиненного
транспортному средству в связи с повреждением в результате
дорожно-транспортного происшествия.
Таким образом, поскольку утрата товарной стоимости
транспортного средства относится к реальному ущербу, она подлежит
взысканию со страховой организации по договору добровольного
страхования.
Другие суды при разрешении данных требований исходят из того,
что в силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и
юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права
своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих
прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не
противоречащих законодательству условий договора.
Например, суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении
требований страхователя о взыскании суммы утраты товарной стоимости
автомобиля, указал следующее.
Согласно пп. 1,2,4 ст. 943 ГК РФ условия, на которых
заключается договор страхования, могут быть определены в
стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых,
одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением
страховщиков, и обязательны для страхователя.
Как указано в п. 4.5 правил добровольного страхования, не
покрывается страхованием по рискам "ущерб" и "автокаско" возмещение
утраты товарной стоимости.
В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в
заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению
сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия
предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать
обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными
правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его
заключения.
В соответствии с пп. 7.9.4 и 8.1.4 правил страхования размер
возмещаемого убытка определяется страховщиком на основании размера
прямого ущерба в соответствии со сметой (калькуляцией) затрат на
восстановление поврежденного транспортного средства, составленной
экспертом страховщика либо подтверждающей фактические затраты
страхователя на восстановление транспортного средства в ремонтной
организации.
Величина утраты товарной стоимости направлена не на
восстановление транспортного средства, а на компенсацию причиненных
вследствие неправомерных действий убытков.
Правилами страхования средств наземного транспорта прямо
оговорено исключение из суммы страхового покрытия по рискам
"ущерб", "автокаско" суммы утраты товарной стоимости, вызванной
страховым случаем.
С указанными правилами истец при заключении договора
добровольного имущественного страхования транспортного средства был
ознакомлен. Своей подписью в страховом полисе он удостоверил свое
согласие на заключение договора на условиях, установленных в том
числе правилами страхования.
Правила страхования, содержащие положения об исключении утраты
товарной стоимости из страхового возмещения, не противоречат закону
и иным правовым актам, регулирующим отношения, вытекающие из
договоров страхования (по материалам судебной практики
Новгородского областного суда).
Представляется более правильной позиция судов, согласно
которой утрата товарной стоимости транспортного средства является
реальным ущербом и подлежит возмещению по договору добровольного
страхования транспортного средства.

Исковая давность

Срок исковой давности исчисляется с момента, когда страховщик
отказал в выплате страхового возмещения или выплатил его не в
полном объеме.
Статьей 966 ГК РФ установлен сокращенный двухгодичный срок
исковой давности по спорам, вытекающим из правоотношений по
имущественному страхованию.
Определение в договоре страхования или стандартных правилах
страхования соответствующего порядка исполнения обязанностей
участников договора страхования, в том числе установление срока
уведомления страховщика о наступлении страхового случая, указание
перечня документов, которые должен приложить страхователь к
уведомлению, определение срока, в течение которого страховщик
должен принять решение о выплате (или об отказе в выплате) и
осуществить выплату, позволяет сторонам, а в случае спора - суду,
исследуя возникшее между сторонами страховое правоотношение, точно
установить в каждом конкретном случае не только момент
возникновения соответствующей обязанности у одной стороны
(страховщика), но и момент возникновения у другой стороны права
требовать ее исполнения и защиты своего права при нарушении его
страховщиком.
Анализ судебной практики рассмотрения дел, связанных с
добровольным страхованием имущества, показал, что у судов
единообразного подхода к определению момента начала течения срока
исковой давности по данной категории дел нет.
Ряд судов полагают, что срок исковой давности начинается с
момента наступления страхового случая. При этом суды исходят из
того, что в соответствии с положениями ст. 929 ГК РФ обязанность
страховщика возместить страхователю убытки и, следовательно, право
последнего требовать выплаты страхового возмещения возникают с
момента наступления страхового случая.
Более правильной представляется позиция судов, которые
полагают, что срок исковой давности по данной категории дел следует
исчислять с момента, когда страховщик отказал в выплате страхового
возмещения или выплатил его не в полном объеме.
Например, Т. обратился в суд с иском к ОАО "Страховое общество
"Сургутнефтегаз" в лице Киришского филиала о взыскании страхового
возмещения. В обоснование заявленных требований истец сослался на
то, что им был заключен с ответчиком договор добровольного
страхования транспортного средства. По вине З. произошло
дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобилю
Т. были причинены технические повреждения. Т. просил суд взыскать с
ОАО "Страховое общество "Сургутнефтегаз" в лице Киришского филиала
страховое возмещение, расходы по оплате государственной госпошлины,
а также расходы по оплате услуг представителя.
Представитель ответчика исковые требования не признал, заявил
ходатайство о применении срока исковой давности.
Разрешая вопрос о применении срока исковой давности, суд
установил, что 15 октября 2007 г., т. е. с соблюдением
установленного п. 12.1.2 правил страхования наземного транспорта
трехдневного срока, Т. обратился к страховщику с заявлением о
страховом событии с приложением страхового полиса, водительского
удостоверения, свидетельства о регистрации транспортного средства.
30 сентября 2009 г. к данным документам истцом была приложена и
принята страховщиком справка формы 748 о дорожно-транспортном
происшествии, которая, будучи не полностью оформленной, не
позволяла разрешить вопрос о виновном в дорожно-транспортном
происшествии лице и обстоятельствах происшествия. Истец, не
признанный по уголовному делу потерпевшим, был лишен возможности
каким-либо способом повлиять на расследование, органы следствия о
результатах расследования его уведомлять обязаны не были.
В соответствии с ч. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам, срок
исполнения которых не определен либо определен моментом
востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда
у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении
обязательства, а если должнику предоставляется льготный срок для
исполнения такого требования, исчисление исковой давности
начинается по окончании указанного срока.
Отказывая в удовлетворении заявления ответчика о применении
последствий пропуска срока исковой давности, суд исходил из того,
что о нарушении своего права Т. узнал лишь 24 ноября 2009 г.,
получив от ОАО "Страховое общество "Сургутнефтегаз" в лице
Киришского филиала письменный отказ в страховой выплате, в суд с
названным иском обратился 14 декабря 2009 г. Таким образом,
установленный законом для рассматриваемого случая двухлетний срок
исковой давности, исчисляемый с 24 ноября 2009 г., Т. пропущен не
был (по материалам судебной практики Ленинградского областного
суда).
Вместе с тем при разрешении споров по требованиям, которые
страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за
убытки, возмещенные в результате страхования, следует применять
срок исковой давности, установленный нормативными актами,
регулирующими отношения между страхователем и ответственным за
причиненный ему ущерб лицом.

Выводы

Обобщение судебной практики по спорам, связанным с
добровольным страхованием имущества, показало, что судами в целом
правильно и единообразно применяются нормы действующего
законодательства, регулирующего данные вопросы.
Однако в ряде случаев судами допускаются нарушения
законодательства при разрешении дел этой категории, а также не
всегда учитываются разъяснения, содержащиеся в постановлении
совместного Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего
Арбитражного Суда РФ от 8 октября 1998 г. N 13/14 "О практике
применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о
процентах за пользование чужими денежными средствами".
В целях недопущения подобных фактов судам, в частности,
необходимо:
- проводить надлежащим образом подготовку дел данной категории
к судебному разбирательству, исключив случаи незаконного отказа в
принятии искового заявления, а также необоснованного оставления
исковых заявлений без движения;
- рассматривать дела по спорам, связанным с добровольным
страхованием имущества, с учетом всех юридически значимых
обстоятельств.
Кроме того, проведенное обобщение показало, что при разрешении
споров данной категории у судов возникают вопросы, требующие
разъяснения Верховного Суда РФ в форме соответствующего
постановления Пленума.

(Обзор утвержден Президиумом Верховного Суда
Российской Федерации 30 января 2013 г.)

_____________

Назначения

НАЗНАЧЕНИЯ

По представлению Президента Российской Федерации Совет
Федерации Федерального Собрания Российской Федерации назначил
судьей Верховного Суда Российской Федерации:
АСТАШОВА Сергея Васильевича (постановление от 6 марта 2013 г.
N 40-СФ).

_____________