17.04.2014
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 4 2014 года Опубликовано: 17.04.2014 Пленум Верховного Суда Российской Федерации Пленум Верховного Суда Российской Федерации ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 28 января 2014 г. Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял постановление "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних", проект которого обсуждался на заседании Пленума 17 декабря 2013 г., и постановление "О применении норм главы 47-1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции", проект которого обсуждался на заседании Пленума 19 декабря 2013 г. Заседания проходили под председательством В.М.Лебедева - Председателя Верховного Суда Российской Федерации. На заседании Пленума 17 декабря 2013 г. с докладом по вопросу "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних" выступила судья Верховного Суда Российской Федерации А.М.Назарова, которая отметила, что в Российской Федерации обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства. Главной проблемой положения женщин и лиц с семейными обязанностями, подчеркнула она, является сочетание профессионального труда с материнством, исполнением обязанностей по содержанию и воспитанию детей. В связи с этим указанные лица, а также несовершеннолетние работники в целях сохранения их здоровья нуждаются в дополнительных гарантиях при осуществлении трудовой деятельности, которые установлены Трудовым кодексом РФ и соответствуют принципам, определенным международным правом. Нормы Трудового кодекса РФ, касающиеся особенностей регулирования труда указанной категории работников либо частично ограничивают применение общих правил, либо предусматривают дополнительные правила. В частности, трудовым законодательством установлены дополнительные гарантии при заключении, изменении и расторжении трудового договора, льготы и преимущества в области рабочего времени и времени отдыха, а также особые меры по охране труда этих лиц. Анализ судебной практики показал, что из-за нарушения их прав возникают конфликты, перерастающие в трудовые споры. Вследствие недостаточно четкого регулирования труда названных работников, неопределенности некоторых положений закона трудовые споры с участием указанных лиц судами решаются неоднозначно. Этим и объясняется актуальность рассматриваемого вопроса. В целях обеспечения единства практики применения судами законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних, принимая во внимание специфику вопросов, связанных с особенностями регулирования их труда, а также необходимость повышенной их правовой защиты, был подготовлен проект постановления, который внесен на обсуждение Пленума. В связи с подготовкой настоящего проекта изучена и проанализирована практика рассмотрения судами дел, связанных с участием женщин, лиц с семейными обязанностями, несовершеннолетних, а также выявлены возникшие у судов вопросы и проблемы в применении и толковании норм законодательства, регулирующего труд указанной категории работников. Текст проекта постановления Пленума направлялся для обсуждения в верховные суды республик, краевые, областные и равные им суды, в Генеральную прокуратуру Российской Федерации, Министерство юстиции Российской Федерации, Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации, в Федерацию независимых профсоюзов России, в научно-исследовательские организации, образовательные учреждения высшего профессионального образования. Проект обсуждался в Судебных коллегиях по гражданским делам, по административным делам, в Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, на заседании Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации. Поступившие в ходе обсуждения замечания и предложения максимально учтены разработчиками проекта. Структура постановления также определялась с учетом поступивших предложений, исходя из расположения правовых норм в Трудовом кодексе Российской Федерации. Первый заместитель Генерального прокурора Российской Федерации А.Э.Буксман отметил, что на обсуждение Пленума внесен результат почти двухмесячного труда специально созданной рабочей группы, куда входили и сотрудники Генеральной прокуратуры РФ, у которой были содержательные предложения, серьезные замечания по некоторым пунктам проекта. Все они обсуждены и приняты, поэтому представленная редакция проекта не вызывает никаких замечаний. Генеральная прокуратура его полностью одобряет. В прениях по докладу выступили также судья Санкт-Петербургского городского суда В.В.Савин, заместитель Министра юстиции Российской Федерации Д.В.Аристов, заведующий кафедрой трудового права юридического факультета Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор А.М.Куренной. В работе Пленума приняли участие А.Г.Лысков - полномочный представитель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации, В.А.Поневежский - полномочный представитель Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации. На заседании Пленума 19 декабря 2013 г. с докладом по вопросу "О применении норм главы 47-1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" выступил судья Верховного Суда Российской Федерации В.А.Давыдов, который отметил, что Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. N 433-ФЗ глава 48 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливавшая порядок производства в суде надзорной инстанции, с 1 января 2013 г. утратила силу и вместо нее с этой же даты были введены в действие главы 47-1 и 48-1, регулирующие соответственно производство в судах кассационной и надзорной инстанций. Внесение коррективов в законодательство было обусловлено необходимостью приведения процедуры пересмотра судебных актов в соответствие с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации и общепризнанными принципами и нормами международного права. В связи с этим, например: предмет производства в кассационной инстанции был ограничен исключительно проверкой законности судебных актов, т. е. проверкой вопросов права; сокращен срок производства в суде кассационной инстанции до одного года; основания пересмотра ограничены лишь существенными нарушениями закона, повлиявшими на исход уголовного дела, а поворот к худшему стал возможен лишь при наличии таких нарушений закона, которые искажают саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия; сокращено количество судебно-надзорных инстанций за счет упразднения судебного контроля со стороны председателей верховных судов республик, краевых, областных судов и равных им судов. Проект постановления подготовлен с учетом предложений и рекомендаций, высказанных судьями Верховного Суда Российской Федерации, судьями верховных, краевых, областных и равных им судов, членами рабочей группы, ведущими научными юридическими учреждениями и учебными заведениями, членами Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации. В связи с тем, что законодатель, регулируя порядок производства в суде кассационной инстанции, в ряде сущностных аспектов производства сохранил преемственность с надзорным порядком пересмотра судебных решений, ряд разъяснений о применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих производство в надзорной инстанции, которые были даны Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 11 января 2007 г. N 1 и сохранили свою актуальность, воспроизведены с небольшими редакционными правками и в настоящем проекте постановления. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации - Главный военный прокурор С.Н.Фридинский поддержал проект постановления, отметив, что в ходе работы над ним по большинству вопросов, которые вызывали спорные моменты, выработаны приемлемые варианты тех или иных разъяснений. У Генеральной прокуратуры имеется ряд редакционных замечаний, которые обсудит при дальнейшей доработке проекта редакционная комиссия. Проект постановления, подчеркнул он, подготовлен и проработан достаточно полно и после его принятия должен сыграть определенную роль в осуществлении справедливого правосудия. В прениях по докладу выступили заместитель председателя Верховного Суда Удмуртской Республики А.В.Емельянов, статс-секретарь - заместитель Министра юстиции Российской Федерации Ю.С.Любимов, заведующий кафедрой прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности и обеспечения участия прокурора в уголовном судопроизводстве Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор А.Г.Халиулин. В работе Пленума приняли участие А.Г.Лысков - полномочный представитель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации, В.А.Поневежский - полномочный представитель Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации, А.А.Клишас - председатель Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по конституционному законодательству, правовым и судебным вопросам, развитию гражданского общества. На заседаниях присутствовали члены рабочих групп по подготовке проектов постановлений, представители заинтересованных ведомств и средств массовой информации. _________________ Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановление N 1 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 г. О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 1 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 28 января 2014 г. О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних Трудовое законодательство в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации устанавливает гарантии трудовых прав и свобод женщин, лиц с семейными обязанностям и несовершеннолетних. В целях обеспечения единства практики применения судами законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних, а также учитывая вопросы, возникающие у судов при рассмотрении трудовых споров с их участием, Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 9, 14 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 года N 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации", постановляет дать следующие разъяснения: Общие положения 1. Правовое регулирование трудовых и непосредственно связанных с ними отношений с участием женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних осуществляется в целях создания благоприятных и безопасных условий труда и обеспечения равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод указанными работниками с учетом их общественно значимых особенностей (в частности, выполнения функций материнства и воспитания детей, наличия членов семьи, нуждающихся в уходе, несовершеннолетия). Особенности правового регулирования труда названных категорий работников, ограничивающие применение общих норм трудового права, устанавливаются Трудовым кодексом Российской Федерации (далее - ТК РФ) и иными федеральными законами (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, часть шестая статьи 11, статья 252 ТК РФ). Дополнительные льготы, права и гарантии этим лицам могут устанавливаться также законами субъектов Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами с учетом принципа запрещения дискриминации в сфере труда. 2. При рассмотрении споров, связанных с применением законодательства, регулирующего труд женщин и лиц с семейными обязанностями, судам следует исходить из того, что: к лицам с семейными обязанностями может быть отнесен работник, имеющий обязанности по воспитанию и развитию ребенка в соответствии с семейным и иным законодательством (родитель, усыновитель, лицо, наделенное правами и обязанностями опекуна или попечителя); другой родственник ребенка, фактически осуществляющий уход за ним, в случаях, прямо предусмотренных законом (часть вторая статьи 256 ТК РФ); работник, имеющий обязанности в отношении других членов своей семьи, нуждающихся в установленных случаях в уходе или помощи; к лицам, воспитывающим детей без матери, может быть отнесен отец, лицо, наделенное правами и обязанностями опекуна (попечителя) несовершеннолетнего, в случае, если мать ребенка умерла, лишена родительских прав, ограничена в родительских правах, признана безвестно отсутствующей, недееспособной (ограниченно дееспособной), по состоянию здоровья не может лично воспитывать и содержать ребенка, отбывает наказание в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, уклоняется от воспитания детей или от защиты их прав и интересов либо отказалась взять своего ребенка из образовательной организации, медицинской организации, организации, оказывающей социальные услуги, или аналогичной организации, в иных ситуациях. К лицам с семейными обязанностями и к лицам, воспитывающим детей без матери (кроме работников - родителей и лиц, наделенных правами и обязанностями опекуна или попечителя), с учетом конкретных обстоятельств, свидетельствующих об осуществлении ими соответствующих общественно значимых обязанностей (воспитание ребенка, уход или помощь члену семьи), могут быть отнесены и иные лица. 3. Под дискриминацией в сфере труда по смыслу статьи 1 Конвенции Международной организации труда 1958 года N 111 относительно дискриминации в области труда и занятий и статьи 3 ТК РФ следует понимать различие, исключение или предпочтение, имеющее своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод или получение каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (в том числе не перечисленных в указанной статье Трудового кодекса Российской Федерации), помимо определяемых свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловленных особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите. В связи с этим в отношении женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних не допускаются различия при приеме на работу, установлении оплаты труда, продвижении по службе, установлении или изменении индивидуальных условий труда, подготовке (профессиональное образование и профессиональное обучение) и дополнительном профессиональном образовании, расторжении трудового договора и т. д., не основанные на деловых качествах работников, характеристиках условий их труда. 4. В силу части седьмой статьи 11 ТК РФ действие положений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, устанавливающих особенности регулирования труда женщин, лиц с семейными обязанностями, распространяется: на государственных гражданских служащих - в части, не урегулированной Федеральным законом от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" (статья 73 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации"), другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о государственной гражданской службе; на муниципальных служащих - с особенностями, предусмотренными Федеральным законом от 2 марта 2007 года N 25-ФЗ "О муниципальной службе в Российской Федерации" (статья 3 Федерального закона "О муниципальной службе в Российской Федерации"), другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о муниципальной службе; на сотрудников государственных органов, служб и учреждений, в которых предусмотрена правоохранительная служба, - с особенностями, предусмотренными специальным законодательством, регулирующим прохождение правоохранительной службы. В соответствии с частью восьмой статьи 11 ТК РФ трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, не распространяются на военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы. Вместе с тем пунктом 13 статьи 11 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" предусмотрено предоставление военнослужащим отпуска по беременности и родам, а также отпуска по уходу за ребенком в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. 5. Согласно положениям статей 21 и 391 ТК РФ, статьи 4, части первой статьи 45 и части первой статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление о восстановлении нарушенных трудовых прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда в связи с нарушением прав в сфере труда может быть подано в суд физическими и юридическими лицами, прокурором, а в случаях, предусмотренных законом, органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, обращающимися за защитой прав, свобод и законных интересов других лиц (профессиональные союзы, органы опеки и попечительства, комиссии по делам несовершеннолетних и др.). Заключение трудового договора 6. Заключение трудового договора допускается с лицами, достигшими возраста шестнадцати лет, за исключением случаев, предусмотренных статьями 13, 13-3 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации". При рассмотрении дел, связанных с заключением трудового договора с лицом, достигшим возраста пятнадцати лет, необходимо учитывать, что трудовой договор с таким лицом может быть заключен для выполнения легкого труда, не причиняющего вреда его здоровью, если несовершеннолетний к этому моменту уже получил, получает основное общее образование либо в соответствии со статьями 61 и 63 Федерального закона от 29 декабря 2012 года N 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" оставил общеобразовательную организацию до получения основного общего образования или был отчислен из организации, осуществляющей образовательную деятельность. В случае заключения трудового договора с лицом, достигшим возраста пятнадцати лет, получающим основное общее образование, следует учитывать, что работа таким лицом должна выполняться в свободное от получения образования время и без ущерба для освоения образовательной программы. Заключение трудового договора с лицом в возрасте от четырнадцати до пятнадцати лет в силу части третьей статьи 63 ТК РФ возможно при соблюдении следующих условий: подросток, достигший четырнадцати лет, должен быть учащимся; предлагаемая подростку работа должна относиться к категории легкого труда, не причиняющего вреда его здоровью; работа по трудовому договору должна выполняться лишь в свободное от получения образования время и без ущерба для освоения образовательной программы; на заключение трудового договора должно быть получено письменное согласие одного из родителей (попечителя) и органа опеки и попечительства. Если другой родитель возражает против заключения трудового договора с лицом, не достигшим возраста пятнадцати лет, необходимо учитывать мнение самого несовершеннолетнего и органа опеки и попечительства. Заключение трудового договора с лицами, не достигшими четырнадцати лет, не допускается, за исключением выполнения работ для участия в создании и (или) исполнении (экспонировании) произведений только в организациях кинематографии, театрах, театральных и концертных организациях, цирках без ущерба его здоровью и нравственному развитию, по подготовке к спортивным соревнованиям и участию в спортивных соревнованиях по определенному виду (видам) спорта. Для заключения трудового договора необходимо письменное согласие одного из родителей (опекуна) и разрешение органа опеки и попечительства. При этом в силу части пятой статьи 348-8 ТК РФ разрешение органа опеки и попечительства, необходимое для заключения трудового договора со спортсменом, не достигшим возраста четырнадцати лет, выдается на основании предварительного медицинского осмотра. В данном случае трудовой договор от имени такого лица подписывается одним из родителей (усыновителем, опекуном). Если работодатель в нарушение требований части четвертой статьи 63 ТК РФ допустил к работе лицо, не достигшее возраста четырнадцати лет, а также в случае несоблюдения работодателем условий заключения трудового договора с лицом, достигшим возраста четырнадцати лет, суд вправе признать трудовой договор заключенным со дня фактического допуска работника к работе с ведома или по поручению работодателя. В таком случае трудовой договор с работником подлежит прекращению в соответствии с частью первой статьи 84 ТК РФ в связи с нарушением правил его заключения, исключающим возможность продолжения работы, и работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего заработка. Вместе с тем возможность продолжения трудового договора не исключается, если обстоятельство, препятствовавшее заключению трудового договора, устранено. 7. При разрешении споров о правомерности заключения трудового договора необходимо учитывать, что трудовым законодательством установлены ограничения на выполнение лицами, не достигшими восемнадцатилетнего возраста, и женщинами определенных видов работ. Несовершеннолетние лица не могут быть допущены к выполнению работ с вредными и (или) опасными условиями труда, к подземным работам, работам, выполнение которых может причинить вред их здоровью и нравственному развитию (игорный бизнес, работа в ночных кабаре и клубах, производство, перевозка и торговля спиртными напитками, табачными изделиями, наркотическими и иными токсическими препаратами, материалами эротического содержания), к работам, предполагающим переноску (передвижение) тяжестей сверх установленных предельных норм (статья 265 ТК РФ). Применение труда женщин в силу части второй статьи 253 ТК РФ запрещается на работах, связанных с подъемом и перемещением вручную тяжестей, превышающих предельно допустимые нормы. Вместе с тем следует иметь в виду, что во время участия спортсмена, не достигшего возраста восемнадцати лет, и женщины-спортсмена в спортивных мероприятиях превышение этими лицами предельных норм нагрузок при подъеме и перемещении тяжестей вручную допускается, если это необходимо в соответствии с планом подготовки к спортивным соревнованиям и применяемые нагрузки не запрещены им по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением (часть четвертая статьи 348-8, статья 348-9 ТК РФ). Части первая и третья статьи 253 ТК РФ предусматривают ограничения использования труда женщин на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на подземных работах, т. е. в условиях, оказывающих неблагоприятное влияние на женский организм, установленные в целях защиты здоровья женщины от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов. Под вредными и опасными условиями труда в силу статьи 209 ТК РФ понимается совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, воздействие которых на работника может привести к его заболеванию и (или) травме. Отказ в заключении трудового договора с женщиной на выполнение названных работ не является дискриминационным, если работодателем не созданы безопасные условия труда, и это подтверждено результатами проведения специальной оценки условий труда в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 426-ФЗ "О специальной оценке условий труда", а также заключением государственной экспертизы условий труда. Если в нарушение требований трудового законодательства указанные лица были допущены к тем работам, на которых они не могли быть использованы, трудовой договор с такими лицами на основании статьи 84 ТК РФ прекращается при отсутствии возможности перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую он может выполнять. При этом работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка. 8. Лица в возрасте до восемнадцати лет в силу статей 69 и 266 ТК РФ при заключении трудового договора подлежат обязательному предварительному медицинскому осмотру независимо от трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), а также ежегодно до достижения ими возраста восемнадцати лет. 9. Предусмотренное статьей 70 ТК РФ испытание при приеме на работу не устанавливается беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до полутора лет, а также лицам, не достигшим возраста восемнадцати лет. Данное правило распространяется и на других лиц, воспитывающих детей в возрасте до полутора лет без матери. Если таким работникам было установлено испытание, то расторжение трудового договора с ними по результатам испытания не допускается. 10. С работниками, не достигшими возраста восемнадцати лет, договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности не заключаются. В случае возникновения спора о возмещении ущерба, причиненного работодателю работником, не достигшим возраста восемнадцати лет, следует учитывать, что такое лицо полной материальной ответственности не несет, за исключением случаев умышленного причинения ущерба, причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, а также причинения ущерба в результате совершения преступления или административного проступка (статьи 242, 244 ТК РФ). 11. Необходимо иметь в виду, что в силу статьи 298 ТК РФ работники в возрасте до восемнадцати лет, беременные женщины и женщины, имеющие детей в возрасте до трех лет, не могут привлекаться к работам, выполняемым вахтовым методом. Рабочее время 12. Для женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних устанавливаются различные виды рабочего времени и времени отдыха. В силу статей 92, 94 ТК РФ сокращенная продолжительность рабочего времени устанавливается: несовершеннолетним работникам в возрасте до шестнадцати лет - не более 24 часов в неделю, для работников в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет - не более 35 часов в неделю. При этом продолжительность ежедневной работы (смены) не может превышать 5 часов для несовершеннолетних в возрасте от пятнадцати до шестнадцати лет и 7 часов - в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет. Для лиц, обучающихся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в течение учебного года нормы рабочего времени составляют не более 12 часов в неделю для работников в возрасте до шестнадцати лет и не более 17,5 часа в неделю - для работников в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет. При этом продолжительность ежедневной работы (смены) не может превышать 2,5 часа для лиц в возрасте от четырнадцати до шестнадцати лет и 4 часа - в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет. Пропорционально сокращенной продолжительности рабочего времени указанным работникам исходя из общих норм выработки устанавливаются нормы выработки и производится оплата труда. Работодатель вправе за счет собственных средств производить им доплаты до уровня оплаты труда работников соответствующих категорий при полной продолжительности ежедневной работы. Для работников в возрасте до восемнадцати лет, поступающих на работу после получения общего образования или среднего профессионального образования, а также прошедших профессиональное обучение на производстве, за счет средств работодателя могут быть установлены пониженные нормы выработки и доплаты к заработной плате (статьи 270, 271 ТК РФ). Доказательствами, подтверждающими фактическую продолжительность рабочего времени несовершеннолетнего работника, являются: трудовой договор, график режима рабочего времени, табель учета рабочего времени, расчетные листки, документальные и электронные средства учета рабочего времени, а также иные доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости, предусмотренным статьями 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 13. Для женщин, работающих в сельской местности, в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, установлена 36-часовая рабочая неделя, если меньшая продолжительность рабочей недели не установлена трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. При этом заработная плата выплачивается в том же размере, что и при полной рабочей неделе (статья 320 ТК РФ, постановление Верховного Совета РСФСР от 1 ноября 1990 года N 298/3-I "О неотложных мерах по улучшению положения женщин, семьи, охраны материнства и детства на селе"). Если работодатель не установил сокращенную продолжительность рабочего времени для указанной категории работников, выполняемая ими работа сверх установленной продолжительности рабочего времени подлежит оплате по правилам, предусмотренным статьей 152 ТК РФ для оплаты сверхурочной работы. Согласно статье 93 ТК РФ неполный рабочий день (смена) или неполная рабочая неделя устанавливается беременным женщинам, одному из родителей (опекуну, попечителю), имеющему ребенка в возрасте до четырнадцати лет (ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет), лицу, осуществляющему уход за больным членом семьи в соответствии с медицинским заключением. Предоставление такой продолжительности рабочего времени осуществляется на основании заявления указанных лиц и является обязанностью работодателя. Данное правило распространяется и на других лиц, воспитывающих детей в возрасте до четырнадцати лет (ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет) без матери. Оплата труда в таком случае производится пропорционально отработанному времени или в зависимости от выполненного объема работ. 14. Следует учитывать, что направление в служебные командировки, привлечение к сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни беременных женщин и несовершеннолетних работников запрещается. Данный запрет не распространяется на лиц, не достигших восемнадцати лет, относящихся к творческим работникам средств массовой информации, организаций кинематографии, теле- и видеосъемочных коллективов, театров, театральных и концертных организаций, цирков, и на иных лиц, участвующих в создании и (или) исполнении (экспонировании) произведений (статьи 96, 113, 259, 268 ТК РФ). Женщины, имеющие детей в возрасте до трех лет, работники, имеющие детей-инвалидов, а также работники, осуществляющие уход за больными членами своих семей в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, матери и отцы, воспитывающие без супруга (супруги) детей в возрасте до пяти лет, а также опекуны детей указанного возраста могут направляться в служебные командировки, привлекаться к сверхурочной работе, работе в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни только с их письменного согласия и при условии, что такая работа не запрещена им по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением. Данное правило распространяется и на других лиц, воспитывающих детей в возрасте до пяти лет без матери. Названные работники должны быть в письменной форме ознакомлены со своим правом отказаться от указанной работы. Такой отказ не считается дисциплинарным проступком, в связи с чем эти работники не могут быть привлечены к дисциплинарной ответственности. Отказ от работы в ночное время является правомерным и в том случае, когда на ее выполнение была затрачена лишь часть ночного времени. 15. По смыслу статей 264, 287 ТК РФ гарантии и льготы в виде ограничения работы в ночное время и сверхурочных работ, привлечения к работам в выходные и нерабочие праздничные дни, направления в служебные командировки, предоставление дополнительных отпусков, установление льготных режимов труда и другие гарантии и льготы, установленные законами и иными нормативными правовыми актами, предоставляемые женщинам в связи с материнством, распространяются на отцов и других лиц, воспитывающих детей без матери, на опекунов (попечителей) несовершеннолетних, осуществляющих трудовую деятельность, в том числе на лиц, работающих по совместительству. Время отдыха 16. Женщинам, имеющим детей в возрасте до полутора лет, для кормления ребенка (детей) предоставляются дополнительные перерывы, которые включаются в рабочее время и подлежат оплате в размере среднего заработка (статья 258 ТК РФ). Работодатель обязан по выбору женщины такие перерывы присоединить к перерыву для отдыха и питания либо в суммированном виде перенести как на начало, так и на конец рабочего дня (рабочей смены) с соответствующим его (ее) сокращением. 17. В силу статьи 262 ТК РФ одному из родителей (опекуну, попечителю, другому лицу, воспитывающему детей без матери) для ухода за детьми-инвалидами по его письменному заявлению предоставляются четыре дополнительных оплачиваемых выходных дня в месяц, которые могут быть использованы одним из указанных лиц либо разделены ими между собой по их усмотрению. Работающий родитель обязан представить работодателю справку с места работы другого родителя о том, что на момент обращения дополнительные оплачиваемые выходные дни в этом календарном месяце им не использованы или использованы частично. При документальном подтверждении отсутствия ухода за ребенком-инвалидом другим родителем (в случае его смерти, лишения родительских прав, ограничения в родительских правах, признания безвестно отсутствующим, недееспособным (ограниченно дееспособным), невозможности по состоянию здоровья лично воспитывать и содержать ребенка, отбывания наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, уклонения от воспитания детей или от защиты их прав и интересов и в других случаях отсутствия ухода) работающему родителю четыре дополнительных оплачиваемых выходных дня предоставляются без предъявления справки с места работы другого родителя. Если один из родителей ребенка состоит в трудовых отношениях с работодателем, а другой в таких отношениях не состоит или самостоятельно обеспечивает себя работой (индивидуальный предприниматель, частный нотариус, адвокат, глава или член крестьянского фермерского хозяйства, родовой, семейной общины коренных малочисленных народов Севера, занимающихся традиционными отраслями хозяйствования, и т. д.), четыре дополнительных оплачиваемых выходных дня в месяц для ухода за детьми-инвалидами предоставляются родителю, состоящему в трудовых отношениях с работодателем, при предъявлении им документа, подтверждающего, что другой родитель в трудовых отношениях не состоит либо является лицом, самостоятельно обеспечивающим себя работой. Дополнительные выходные дни не предоставляются работающему родителю в период его очередного ежегодного оплачиваемого отпуска, отпуска без сохранения заработной платы, отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет. При этом у другого работающего родителя сохраняется право на дополнительный оплачиваемый выходной день. В случае частичного использования одним из работающих родителей дополнительных оплачиваемых выходных дней в календарном месяце другому работающему родителю в этом же календарном месяце предоставляются для ухода оставшиеся дополнительные оплачиваемые выходные дни. Оплата каждого дополнительного выходного дня для ухода за детьми-инвалидами производится в размере среднего заработка. В таком же порядке ежемесячно предоставляется дополнительный выходной день без сохранения заработной платы женщинам, работающим в сельской местности, а также одному из родителей, имеющему ребенка в возрасте до шестнадцати лет (опекуну, попечителю и другому лицу, воспитывающему ребенка без матери), работающему в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях (статьи 262, 319 ТК РФ). При этом необходимо учитывать, что не является дисциплинарным проступком использование работником дополнительных выходных дней в случае, если работодатель в нарушение предусмотренной законом обязанности отказал в предоставлении таких дней. 18. Одной из важнейших гарантий, обеспечивающих охрану здоровья матери и ребенка, является предоставление женщинам отпуска по беременности и родам и отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Исходя из содержания статьи 255 ТК РФ, отпуска по беременности и родам предоставляются продолжительностью 70 (в случае многоплодной беременности - 84) календарных дней до родов и 70 (в случае осложненных родов - 86, при рождении двух или более детей - 110) календарных дней после родов. Женщинам, подвергшимся воздействию радиации вследствие чернобыльской катастрофы, постоянно проживающим (работающим) на территории зоны проживания с правом на отселение; женщинам, постоянно проживающим (работающим) в зоне отселения до их переселения в другие районы, в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 13, пунктом 6 части первой статьи 18 и статьи 20 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-I "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" предоставляется дородовой отпуск продолжительностью 90 календарных дней с проведением оздоровительных мероприятий за пределами территории радиоактивного загрязнения. Аналогичные отпуска предоставляются работникам, усыновившим ребенка (статья 257 ТК РФ). 19. Согласно положениям статьи 256 ТК РФ отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет может быть предоставлен матери по ее письменному заявлению, отцу ребенка либо деду (бабушке), другому родственнику малолетнего ребенка, а также другому лицу, воспитывающему ребенка без матери. Следует иметь в виду, что возможность предоставления такого отпуска не зависит от степени родства и совместного проживания указанного лица с родителями (родителем) ребенка. При разрешении спора об отказе в предоставлении отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет отцу, деду (бабушке) либо другому лицу суду необходимо проверять, осуществляет ли данное лицо фактический уход за ребенком и не предоставлен ли этот отпуск матери ребенка. Документами, подтверждающими право на предоставление отпуска по уходу за ребенком, являются: свидетельство о рождении ребенка; документы, свидетельствующие о наличии трудовых отношений с ответчиком (трудовая книжка, приказ о приеме на работу и т. п.); заявление работника о предоставлении отпуска по уходу за ребенком и др. 20. Беременные женщины согласно статье 260 ТК РФ имеют право перед отпуском по беременности и родам или непосредственно после него либо по окончании отпуска по уходу за ребенком на ежегодный оплачиваемый отпуск. При этом право на использование такого отпуска возникает независимо от стажа работы у данного работодателя, то есть шестимесячный период непрерывной работы у данного работодателя не требуется. Женщине, находящейся в отпуске по уходу за ребенком с сохранением права на получение пособия по обязательному социальному страхованию и при этом работающей на условиях неполного рабочего времени или на дому, ежегодный оплачиваемый отпуск не предоставляется, поскольку использование двух и более отпусков одновременно Трудовой кодекс Российской Федерации не предусматривает. 21. Несовершеннолетним работникам в силу статьи 267 ТК РФ предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 31 календарный день в удобное для них время. В случае реализации несовершеннолетним права на ежегодный оплачиваемый отпуск после достижения восемнадцати лет продолжительность такого отпуска определяется пропорционально отработанному времени до и после наступления совершеннолетия. Изменение и расторжение трудового договора 22. Беременным женщинам, а также женщинам, имеющим детей в возрасте до полутора лет, гарантируется перевод на другую работу (статья 254 ТК РФ). В целях предупреждения отрицательного влияния производственных факторов на здоровье беременных женщин на основании медицинского заключения и по их заявлению им должны быть снижены нормы выработки, нормы обслуживания или эти женщины переводятся на другую работу, исключающую воздействие неблагоприятных производственных факторов. При этом беременная женщина до предоставления ей другой работы, исключающей воздействие неблагоприятных производственных факторов, освобождается от работы с сохранением среднего заработка за все пропущенные вследствие этого рабочие дни за счет средств работодателя. Работодатель, учитывая необходимость создания условий для нормального ухода за ребенком, обязан предоставить женщине, имеющей ребенка в возрасте до полутора лет, по ее заявлению другую работу при невозможности выполнения прежней работы. Под невозможностью выполнения прежней работы женщиной, имеющей ребенка в возрасте до полутора лет, следует понимать случаи, когда такая работа несовместима с кормлением ребенка и надлежащим уходом за ним, а также с определенным видом режима рабочего времени, разъездным характером работы, удаленностью места жительства от места работы и т. п. В случае перевода женщины на нижеоплачиваемую работу за ней сохраняется средний заработок по прежней работе до достижения ребенком возраста полутора лет. 23. Женщинам, лицам с семейными обязанностями и несовершеннолетним статьями 261, 269 ТК РФ установлены гарантии при расторжении трудового договора. При разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора с несовершеннолетним по инициативе работодателя (за исключением случаев ликвидации организации или прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем), с учетом положений статьи 269 ТК РФ судам необходимо проверять, имелось ли согласие соответствующей государственной инспекции труда и комиссии по делам несовершеннолетних по месту жительства несовершеннолетнего на расторжение трудового договора. Отсутствие такого согласия является основанием для признания увольнения незаконным. Родитель (попечитель) ребенка, а также орган опеки и попечительства вправе требовать расторжения трудового договора с учащимся, не достигшим возраста пятнадцати лет, в случае, если работа оказывает негативное влияние на здоровье ребенка. 24. В соответствии с частью первой статьи 261 ТК РФ запрещается расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременными женщинами, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем. Следует иметь в виду, что в случае прекращения деятельности филиала, представительства или иного обособленного структурного подразделения организации, расположенного в другой местности, расторжение трудового договора с беременной женщиной этого подразделения производится по правилам, предусмотренным для случаев ликвидации организации (часть четвертая статьи 81 ТК РФ), если иное не предусмотрено коллективным договором, соглашением, трудовым договором. Если ко времени рассмотрения судом спора об увольнении беременной женщины по инициативе работодателя организация ликвидирована либо индивидуальный предприниматель прекратил свою деятельность в установленном законом порядке, суд признает увольнение незаконным, изменяет формулировку основания увольнения на увольнение в связи с ликвидацией организации либо прекращением деятельности в качестве индивидуального предпринимателя и дату увольнения на дату внесения записи о ликвидации юридического лица в единый государственный реестр юридических лиц или на дату исключения индивидуального предпринимателя из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, а в случае прекращения деятельности филиала, представительства или иного обособленного структурного подразделения организации - на дату государственной регистрации изменений учредительных документов организации (пункт 3 статьи 23, пункт 3 статьи 52, пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации). 25. Учитывая, что увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе. Беременная женщина, трудовой договор с которой расторгнут по инициативе работодателя, подлежит восстановлению на работе и в том случае, если к моменту рассмотрения в суде ее иска о восстановлении на работе беременность не сохранилась. 26. Необходимо учитывать, что гарантия, закрепленная частью первой статьи 261 ТК РФ, распространяется также и на лиц, в отношении которых предусмотрено специальное регулирование. К таким лицам относятся: женщины - руководители организации (глава 43 ТК РФ), спортсмены и тренеры (глава 54-1 ТК РФ), женщины, проходящие государственную гражданскую и муниципальную службу и др. 27. С учетом положений части второй статьи 261 ТК РФ срочный трудовой договор не может быть расторгнут до окончания беременности. Состояние беременности подтверждается медицинской справкой, предоставляемой женщиной по запросу работодателя, но не чаще чем один раз в три месяца. Срочный трудовой договор с беременной женщиной может быть расторгнут в случае его заключения на время исполнения обязанностей отсутствующего работника и невозможности ее перевода до окончания беременности на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации женщины, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую она может выполнять с учетом состояния здоровья (часть третья статьи 261 ТК РФ). Срочный трудовой договор продлевается до окончания беременности женщины независимо от причины окончания беременности (рождение ребенка, самопроизвольный выкидыш, аборт по медицинским показаниям и др.). В случае рождения ребенка увольнение женщины в связи с окончанием срочного трудового договора производится в день окончания отпуска по беременности и родам. В иных случаях женщина может быть уволена в течение недели со дня, когда работодатель узнал или должен был узнать о факте окончания беременности. 28. Согласно части четвертой статьи 261 ТК РФ не допускается расторжение трудового договора по инициативе работодателя: с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет; с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет; с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери; с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель или иной законный представитель ребенка не состоит в трудовых отношениях (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 - 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 ТК РФ). При разрешении споров о незаконности увольнения без учета гарантии, предусмотренной частью четвертой статьи 261 ТК РФ, судам следует исходить из того, что к одиноким матерям по смыслу данной нормы может быть отнесена женщина, являющаяся единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию и развитию своих детей (родных или усыновленных) в соответствии с семейным и иным законодательством, то есть воспитывающая их без отца, в частности, в случаях, когда отец ребенка умер, лишен родительских прав, ограничен в родительских правах, признан безвестно отсутствующим, недееспособным (ограниченно дееспособным), по состоянию здоровья не может лично воспитывать и содержать ребенка, отбывает наказание в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, уклоняется от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в иных ситуациях. Указанная гарантия распространяется в том числе и на лиц, проходящих государственную гражданскую и муниципальную службу. 29. Следует учитывать, что при расторжении трудового договора с женщинами, лицами с семейными обязанностями и несовершеннолетними, работающими по совместительству (за исключением лиц, совмещающих работу с получением образования, а также лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях) по смыслу статьи 287 ТК РФ на них распространяются в полном объеме гарантии, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами. 30. Обратить внимание судов на необходимость реагирования на факты грубого нарушения прав женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних, гарантированных трудовым законодательством и иными актами, содержащими нормы трудового права, путем вынесения частных определений. Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.MOMОТОВ Постановление N 2 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 г. О применении норм главы 47-1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 2 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 28 января 2014 г. О применении норм главы 47-1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции В связи с вопросами, возникшими у судов при применении норм главы 47-1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации и статьями 9, 14 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 года N 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции Российской Федерации", постановляет дать судам следующие разъяснения: 1. Производство в суде кассационной инстанции, являясь важной гарантией законности судебных решений по уголовным делам и реализации конституционного права граждан на судебную защиту, предназначено для выявления и устранения допущенных органами предварительного расследования или судом в ходе предшествующего разбирательства дела существенных нарушений уголовного закона (неправильного его применения) и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, и нарушений, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. 2. Обратить внимание судов на то, что наряду с лицами, указанными в статье 401-2 УПК РФ, право на обращение в суд кассационной инстанции имеют обвиняемый, подсудимый, лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено, лицо, в отношении которого велось или ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, лицо, в отношении которого применена принудительная мера воспитательного воздействия, и лицо, в отношении которого принято решение о выдаче для уголовного преследования или исполнения приговора, их защитники и законные представители, а также другие лица. К числу иных лиц, обладающих правом на обжалование судебного решения в той части, в которой оно затрагивает их права и законные интересы, относятся лица, не признанные в установленном законом порядке теми или иными участниками процесса, но исходя из своего фактического положения нуждающиеся в судебной защите (заявитель, которому отказано в возбуждении уголовного дела, залогодатель, лицо, на имущество которого наложен арест, и другие). Право на обращение в суд кассационной инстанции с жалобой на законность вынесенного судом частного определения (постановления) имеет лицо, в отношении которого может быть возбуждено дисциплинарное производство или применены иные меры, затрагивающие личные интересы этого лица, в связи с обстоятельствами, указанными в частном определении (постановлении). В других случаях кассационные жалобы дознавателя, начальника органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, представителя учреждения или органа, исполняющего наказание, возвращаются без рассмотрения. В соответствии с положениями пункта 3 части 1 статьи 29 Федерального конституционного закона от 26 февраля 1997 года N 1-ФКЗ "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации по результатам рассмотрения жалобы вправе обратиться в суд кассационной инстанции с ходатайством о проверке вступившего в законную силу приговора, определения, постановления суда. 3. Производство в суде кассационной инстанции осуществляется с соблюдением установленного статьей 401-3 УПК РФ требования инстанционности, в соответствии с которым кассационные жалоба, представление, равно как и уголовное дело, вначале рассматриваются в нижестоящем, а затем в вышестоящем суде кассационной инстанции. При этом судам следует иметь в виду, что судебное решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, в Военную коллегию Верховного Суда Российской Федерации при условии, что оно было обжаловано в президиум нижестоящего суда (пункты 2 и 5 части 2 статьи 401-3 УПК РФ в редакции Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 382-ФЗ). Постановление судьи районного суда, гарнизонного военного суда, вынесенное в порядке исполнения приговора, вне зависимости от того, судом какого уровня был постановлен приговор, может быть пересмотрено в кассационном порядке только с соблюдением инстанционности, установленной частью 2 статьи 401-3 УПК РФ, то есть президиумом соответствующего верховного суда республики, краевого, областного или равного им суда, а затем Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, Военной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. Кассационные жалоба, представление, в которых одновременно обжалуются приговор и постановление судьи, вынесенное в порядке исполнения приговора, подлежат рассмотрению судом кассационной инстанции, правомочным пересматривать приговор, независимо от того, судьей какого районного суда (этого же или другого субъекта Российской Федерации) выносилось решение в порядке исполнения приговора. 4. В соответствии с положениями части 1 статьи 127 и статьи 401-3 УПК РФ в кассационном порядке может быть пересмотрено вступившее в законную силу судебное решение, вынесенное в ходе как судебного, так и досудебного производства по уголовному делу. Определения и постановления, указанные в части 2 статьи 389-2 УПК РФ, за исключением определений и постановлений о наложении денежного взыскания, самостоятельному обжалованию в кассационном порядке не подлежат. Законность этих судебных решений может быть проверена одновременно с проверкой законности итогового решения по делу. 5. В силу того, что какое бы то ни было вмешательство в деятельность судов при отправлении правосудия, в том числе и со стороны вышестоящих судебных инстанций, является недопустимым, вступившие в законную силу судебные решения, вынесенные в ходе досудебного производства, могут быть по общему правилу пересмотрены в кассационном порядке лишь до передачи уголовного дела в суд первой инстанции для рассмотрения по существу. Вместе с тем, поскольку восстановление нарушенных конституционных прав на свободу и личную неприкосновенность должно быть своевременным, а имеющиеся средства их правовой защиты - эффективными, обжалование и пересмотр в кассационном порядке постановлений об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста или о продлении срока их действия либо о помещении лица в медицинский или психиатрический стационар для производства судебной экспертизы возможны и после поступления уголовного дела в суд первой инстанции. 6. Исходя из положений пункта 1 части 1 статьи 401-5 УПК РФ кассационные жалоба, представление возвращаются без рассмотрения, если они не отвечают требованиям статьи 401-4 УПК РФ. Обратить внимание судов на то, что после устранения препятствий, послуживших основаниями для возвращения кассационных жалобы, представления, лицо вправе вновь обратиться в суд кассационной инстанции с учетом срока, установленного частью 3 статьи 401-2 УПК РФ. 7. Предусмотренный частью 3 статьи 401-2 УПК РФ годичный срок для кассационного обжалования исчисляется начиная со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного решения. При исчислении этого срока время рассмотрения судьями, указанными в статье 401-7 УПК РФ, кассационных жалобы, представления, в том числе и время на истребование уголовного дела, в общем сроке не учитывается. Если уголовное дело являлось предметом рассмотрения президиума верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда, то указанный срок исчисляется со дня вступления в законную силу постановления президиума соответствующего суда. 8. Судам следует принимать во внимание, что годичный срок не считается пропущенным при соблюдении условий, указанных в части 1 статьи 129 УПК РФ. К причинам, которые могут быть признаны судом уважительными при пропуске срока на подачу жалобы, относятся, например, тяжелая болезнь, беспомощное состояние, иные относящиеся к личности заявителя обстоятельства, а также обстоятельства, в силу которых лицо было лишено возможности своевременно обратиться с кассационной жалобой в суд. 9. Пропущенный при подаче кассационных жалобы, представления предусмотренный статьей 401-6 УПК РФ годичный срок, в течение которого допускается поворот к худшему при пересмотре судебного решения в кассационном порядке, восстановлению не подлежит вне зависимости от уважительности причины его пропуска. В таком случае ходатайство о восстановлении пропущенного срока возвращается заявителю без рассмотрения. Решение о повороте к худшему не может быть принято судом кассационной инстанции по истечении годичного срока и в тех случаях, когда постановление о передаче кассационных жалобы, представления на рассмотрение суда кассационной инстанции было вынесено до его истечения. При этом суд кассационной инстанции оставляет жалобу, представление без удовлетворения. 10. Разъяснить судам, что в силу статьи 401-1 УПК РФ при рассмотрении кассационных жалобы, представления суд (судья) кассационной инстанции проверяет только законность судебных решений, то есть правильность применения норм уголовного и норм уголовно-процессуального права (вопросы права). С учетом данного ограничения доводы кассационных жалобы, представления, если в них оспаривается правильность установления судом фактических обстоятельств дела (вопросы факта), проверке не подлежат. Вместе с тем, если в кассационных жалобе, представлении содержится указание на допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона при исследовании или оценке доказательств (например, обоснование приговора недопустимыми доказательствами), повлиявшие на правильность установления судом фактических обстоятельств дела и приведшие к судебной ошибке, такие доводы не должны быть оставлены без проверки. Жалобы, представления на несправедливость приговора, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, или по которому судом назначено несправедливое наказание вследствие его чрезмерной мягкости либо чрезмерной суровости (часть 2 статьи 389-18 УПК РФ), подлежат проверке судом кассационной инстанции в случае, если такое решение суда явилось следствием неправильного применения норм Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации (например, положений статьи 60 УК РФ). Если кассационные жалоба, представление, наряду с другими, содержат доводы, не относящиеся в силу закона к предмету проверки суда кассационной инстанции, то в этой части суд (судья) оставляет их без проверки, на что указывает в постановлении (определении). 11. Вопрос об истребовании уголовного дела следует разрешать исходя из того, что дело должно быть истребовано в каждом случае, когда у судьи возникают обоснованные сомнения в законности обжалуемого судебного решения. 12. В соответствии с общим правилом проверка законности обжалуемого судебного решения осуществляется по доводам кассационных жалобы, представления. Однако следует учитывать, что суд кассационной инстанции не связан этими доводами и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме (часть 1 статьи 401-16 УПК РФ). По смыслу положений статьи 401-16 УПК РФ, судья может принять решение о передаче кассационных жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции по основаниям, не указанным в жалобе, представлении, лишь относительно лица, в отношении которого ставится вопрос о пересмотре судебного решения, если изменение или отмена этого решения улучшает его положение. 13. В постановлении об отказе в передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции судье, по смыслу пункта 5 статьи 401-10 УПК РФ, надлежит ответить на доводы жалобы, представления, в которых оспариваются законность приговора, определения, постановления суда, и указать мотивы принятого решения. 14. Постановление о передаче кассационных жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции должно содержать как указание на то, в чем именно выразились нарушения уголовного закона (неправильное его применение) и (или) нарушения уголовно-процессуального закона, так и мотивы, по которым их следует признать существенными, повлиявшими на исход дела, а в случае поворота к худшему - исказившими саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. 15. Если кассационная жалоба одного из субъектов обжалования, например осужденного, передана судьей на рассмотрение суда кассационной инстанции, то его дополнительная жалоба, а также жалоба, представление других субъектов обжалования (защитника, потерпевшего, прокурора и др.), поданные в отношении этого же осужденного по тем же или иным правовым основаниям, передаются судьей на рассмотрение суда кассационной инстанции без вынесения соответствующего постановления. При этом по каждой жалобе или представлению, которые переданы на рассмотрение суда кассационной инстанции, должны быть выполнены требования части 2 статьи 401-13 УПК РФ. 16. Лицо, обратившееся в суд кассационной инстанции, вправе отозвать свои кассационные жалобу, представление до начала их рассмотрения судом. Если просьба об отзыве жалобы, представления поступит до принятия решения об их передаче с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, то жалоба или представление возвращается заявителю в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 401-5 УПК РФ. Если же такая просьба поступит после принятия решения о передаче жалобы, представления, суд выносит постановление (определение) о прекращении кассационного производства. Решение суда о прекращении кассационного производства в связи с отзывом жалобы или представления не является обстоятельством, препятствующим тому же лицу в течение срока, указанного в части 3 статьи 401-2 УПК РФ, повторно обратиться в тот же суд кассационной инстанции с жалобой или представлением по тем же или иным правовым основаниям. 17. В соответствии со статьей 401-12 УПК РФ суду кассационной инстанции надлежит в срок не позднее 14 суток до дня судебного заседания известить лиц, интересы которых затрагиваются жалобой, представлением, о дате, времени и месте рассмотрения уголовного дела, а также направить этим лицам копии постановления о передаче кассационных жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции и копии кассационных жалоб и (или) представления, поданных другими участниками судебного разбирательства по данному делу. При этом извещение участников процесса допускается посредством CMC-сообщения в случае их согласия на уведомление таким способом и при фиксации фактов отправки и доставки CMC-сообщения адресату. Факт согласия на получение CMC-сообщения подтверждается распиской, в которой наряду с данными об участнике судопроизводства и о его согласии на уведомление подобным способом указывается номер мобильного телефона, на который следует направить сообщение. 18. Если лицом, в отношении которого ведется кассационное производство по делу, не заявлен отказ от помощи защитника в порядке, установленном статьей 52 УПК РФ, а также в иных случаях обязательного участия защитника, предусмотренных в части 1 статьи 51 УПК РФ, участие защитника в заседании суда кассационной инстанции обеспечивается судом. 19. Исходя из положений части 3 статьи 401-13 УПК РФ судья, вынесший постановление о передаче кассационных жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, не вправе участвовать в рассмотрении этого уголовного дела в составе суда кассационной инстанции. При рассмотрении уголовного дела в президиуме верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда судья, не являющийся членом президиума, вправе докладывать уголовное дело и в том случае, когда им принято решение о передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании президиума, поскольку в данном случае он не участвует в принятии решения по уголовному делу. 20. Обратить внимание судов на то, что круг оснований для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке ввиду существенного нарушения уголовного закона (неправильного его применения) и (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона в отличие от производства в апелляционной инстанции ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на исход уголовного дела, то есть на правильность его разрешения по существу, в частности на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания или применение иных мер уголовно-правового характера и на решение по гражданскому иску. 21. Поворот к худшему при пересмотре судебного решения в кассационном порядке может иметь место, если в ходе судебного разбирательства были допущены нарушения, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. Неправильное применение уголовного закона, являющееся основанием для пересмотра судебного решения в кассационном порядке с поворотом к худшему, может выражаться, например, в квалификации содеянного по уголовному закону о менее тяжком преступлении. К числу нарушений уголовно-процессуального закона, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, могут быть отнесены, в частности, нарушения, указанные в пунктах 2, 8, 10, 11 части 2 статьи 389-17, в статье 389-25 УПК РФ, а также иные нарушения, которые лишили участников уголовного судопроизводства возможности осуществления гарантированных законом прав на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон либо существенно ограничили эти права, если такое лишение либо такие ограничения повлияли на законность приговора, определения или постановления суда. При пересмотре судебного решения в кассационном порядке суд вправе вынести постановление (определение), влекущее ухудшение положения осужденного, оправданного или лица, дело в отношении которого прекращено, лишь по тому правовому основанию и по тем доводам, которые указаны в кассационном представлении прокурора, кассационной жалобе потерпевшего, его законного представителя или представителя. 22. С учетом положений части 1 статьи 401-16 УПК РФ в их взаимосвязи с положениями статьи 6 УПК РФ, определяющей назначение уголовного судопроизводства, суду кассационной инстанции надлежит устранять все выявленные в судебном заседании существенные нарушения уголовного закона (его неправильное применение) и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, если их устранение влечет улучшение положения обвиняемого, подсудимого, осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, или иного лица, в отношении которого ведется кассационное производство по делу. В соответствии со статьей 392 и частью 6 статьи 401-16 УПК РФ указания суда кассационной инстанции обязательны при повторном рассмотрении уголовного дела судами первой и апелляционной инстанций, а также для прокурора в случае возвращения ему уголовного дела в порядке, установленном статьей 237 УПК РФ. 23. Обратить внимание судов на то, что согласно части 9 статьи 401-13 УПК РФ первым выносится на голосование предложение, наиболее благоприятное для оправданного, осужденного, лица, уголовное дело в отношении которого прекращено. 24. В силу части 3 статьи 401-14 УПК РФ постановление (определение) суда кассационной инстанции должно соответствовать требованиям, предусмотренным частями 3 и 4 статьи 389-28 УПК РФ. При этом в описательно-мотивировочной части кассационного постановления (определения), помимо мотивов принятого решения, указываются основания, по которым приговор или иное обжалуемое судебное решение признается законным, а жалоба или представление - не подлежащими удовлетворению, либо основания полной или частичной отмены или изменения такого решения. 25. В случае отмены приговора и передачи уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой или апелляционной инстанции, а также при возвращении уголовного дела прокурору суду кассационной инстанции в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и проведения судебного заседания в разумные сроки необходимо решить вопрос о мере пресечения в отношении лица, содержащегося под стражей. При этом суд вправе избрать любую из предусмотренных статьей 98 УПК РФ мер пресечения при условии, что она обеспечит достижение указанных целей. В случае избрания меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста суд кассационной инстанции обязан указать конкретный срок ее действия. Избирая меру пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста, суд кассационной инстанции должен руководствоваться общими положениями уголовно-процессуального закона, устанавливающими основания и порядок избрания меры пресечения, исходя из того, что заинтересованные лица (при условии, что они извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела) осведомлены о характере решений, которые могут быть приняты судом кассационной инстанции, в том числе и о возможности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста. 26. При разбирательстве в суде кассационной инстанции могут быть рассмотрены не только материалы, имеющиеся в уголовном деле, но и дополнительные материалы, поступившие с жалобой или представлением либо представленные сторонами, если они содержат сведения, имеющие значение для правильного разрешения дела, и не свидетельствуют о наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств. Дополнительные материалы могут быть положены в основу решения об отмене приговора, определения и постановления суда с возвращением уголовного дела прокурору либо с его передачей на новое судебное разбирательство в суд первой или апелляционной инстанции. Изменение приговора и последующих судебных решений или их отмена с прекращением производства по уголовному делу на основании дополнительных материалов не допускается, за исключением случаев, когда достоверность фактов, устанавливаемых такими материалами, не нуждается в проверке судом первой или апелляционной инстанции (документы, свидетельствующие о недостижении осужденным возраста, с которого наступает уголовная ответственность, об отсутствии судимости, о применении акта об амнистии по предыдущему приговору и др.). 27. Судам следует иметь в виду, что вновь открывшиеся обстоятельства либо новые обстоятельства, на которые лица, обратившиеся в суд кассационной инстанции, ссылаются в кассационных жалобе, представлении, не могут служить основанием для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке. По указанным обстоятельствам судебные решения могут быть пересмотрены в порядке, установленном главой 49 УПК РФ. 28. Исходя из требования части 4 статьи 29 УПК РФ суды кассационной инстанции вправе реагировать на любые нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия или в ходе предшествующего судебного разбирательства по уголовному делу, путем вынесения частных определений (постановлений). 29. В связи с принятием данного постановления признать утратившими силу постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 января 2007 года N 1 "О применении судами норм главы 48 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих производство в надзорной инстанции" (с изменениями, внесенными постановлениями Пленума от 29 октября 2009 года N 22 и от 23 декабря 2010 года N 31) и пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года N 1 "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" (с изменениями, внесенными постановлениями Пленума от 23 декабря 2010 года N 31 и от 9 февраля 2012 года N 3). Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.МОМОТОВ Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Собственники помещений (жилых и нежилых) в многоквартирном доме, независимо от их целевого назначения, обязаны заключить договор управления этим домом с управляющей организацией, выбранной в установленном законом порядке. Определение Судебной коллегии по 1. Собственники помещений (жилых и нежилых) в многоквартирном доме, независимо от их целевого назначения, обязаны заключить договор управления этим домом с управляющей организацией, выбранной в установленном законом порядке Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 3 сентября 2013 г. N 5-КГ13-86 (Извлечение) ООО Управляющая компания "MEM" (далее - Общество) обратилось в суд с иском к И., А. об обязании заключить договоры управления многоквартирным домом, взыскании задолженности, процентов за пользование чужими денежными средствами. В обоснование иска Общество ссылалось на то, что оно является управляющей организацией жилого дома с прилегающим земельным участком и гаражным комплексом. И., А., являясь собственниками машиномест в гаражном комплексе, отказываются заключить с Обществом договор управления многоквартирным домом на предложенных условиях, имеют перед Обществом задолженность по оплате услуг, работ по содержанию имущества и по оплате жилищно-коммунальных услуг, в связи с чем также обязаны уплатить проценты за несвоевременное исполнение денежного обязательства. Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, утверждая, что заключение указанного Обществом договора не предусмотрено законодательством. Решением Мещанского районного суда г. Москвы от 15 мая 2012 г. исковые требования Общества удовлетворены, на И., А. возложена обязанность заключить с Обществом договоры управления многоквартирным домом на изложенных в решении суда условиях; с И. в пользу Общества взыскана задолженность по оплате за содержание имущества и жилищно-коммунальных услуг, проценты за несвоевременное исполнение обязательств, расходы на оплату услуг представителя, расходы на оплату госпошлины; с А. в пользу Общества взыскана задолженность по оплате за содержание имущества и жилищно-коммунальных услуг, проценты за несвоевременное исполнение обязательств, расходы на оплату услуг представителя, расходы на оплату госпошлины. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 октября 2012 г. решение Мещанского районного суда г. Москвы от 15 мая 2013 г. отменено в части удовлетворения исковых требований Общества об обязании И., А. заключить с Обществом договоры управления многоквартирным домом, в указанной части вынесено новое решение об отказе Обществу в удовлетворении исковых требований. Обществом подана кассационная жалоба, в которой ставился вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 октября 2012 г. в указанной части. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 3 сентября 2013 г. установила, что имеются предусмотренные ст. 387 ГПК РФ основания для отмены обжалуемого судебного постановления в кассационном порядке. Судом установлено, что А. и И. являются собственниками машиномест в гаражном комплексе. 29 июля 2003 г. ООО фирма "MEM" выиграло конкурс, проведенный конкурсной комиссией МУП "Мосжилкомплекс" по организации приемки, управления, технического обслуживания и ремонта объектов, финансируемых Департаментом инвестиционных программ строительства г. Москвы (далее - Департамент). На основании результатов указанного конкурса между ООО фирма "MEM" и Департаментом был заключен договор на управление и обеспечение технического обслуживания вышеуказанного многоквартирного жилого дома с прилегающим земельным участком. 27 июня 2006 г. в результате реорганизации ООО фирма "MEM" создано Общество, являющееся правопреемником ООО фирма "MEM" в части управления и организации эксплуатации указанного многоквартирного дома. Общество осуществляет охрану, уборку и производит текущий ремонт на территории вверенного гаражного комплекса и как управляющая организация заключило с собственниками жилых и нежилых помещений, расположенных по указанному адресу, соответствующие договоры. Рассматривая дело, суд первой инстанции, сославшись на ч. 5 ст. 161 ЖК РФ, пришел к выводу о том, что при данных обстоятельствах ответчики обязаны заключить с управляющей организацией договоры управления многоквартирным домом с учетом того, что Общество надлежаще и на законных основаниях осуществляет такое управление. Суд апелляционной инстанции не согласился с данным выводом суда первой инстанции, указав, что Гражданский кодекс РФ предусматривает обязательность заключения лишь публичного договора (ст. 426 ГК РФ) и договора банковского счета (ст. 846 ГК РФ), а обязательность заключения договора управления гаражом, предметом которого является управление машиноместом, оказание услуг и выполнение работ по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в гараже в многоквартирном доме, нормами действующего законодательства не предусмотрена. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ не согласилась с указанными выводами суда апелляционной инстанции по следующим основаниям. В соответствии с п. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, т. е. объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество. Судом установлено, что И. и А. согласно свидетельствам о государственной регистрации права являются собственниками машиномест, приобретенных ими 30 июня 2008 г. у ГУН г. Москвы "Московский городской центр реализации нежилых помещений "Мосреалстрой" по договорам купли-продажи. Таким образом, И. и А. являются собственниками расположенных в подвале дома нежилых помещений. В соответствии с п. 4 ст. 445 ГК РФ, если сторона, для которой в соответствии с данным Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. Сторона, необоснованно уклоняющаяся от заключения договора, должна возместить другой стороне причиненные этим убытки (п. 4 ст. 445 ГК РФ). Положение о заключении договора в обязательном порядке является исключением из общего правила о свободе договора, которое допускается в том числе в случаях, предусмотренных законом. Часть 5 ст. 161 ЖК РФ предусматривает, что орган местного самоуправления в течение десяти дней со дня проведения открытого конкурса, предусмотренного ч. 4 этой статьи, уведомляет всех собственников помещений в многоквартирном доме о результатах указанного конкурса и об условиях договора управления этим домом. Собственники помещений в многоквартирном доме обязаны заключить договор управления этим домом с управляющей организацией, выбранной по результатам предусмотренного ч. 4 ст. 161 ЖК РФ открытого конкурса, в порядке, установленном ст. 445 ГК РФ. По смыслу данной правовой нормы, обязанность заключить договор управления многоквартирным домом возникает у лиц, являющихся собственниками как жилых, так и нежилых помещений в таком доме. Таким образом, к обстоятельствам, имеющим юридическое значение для данного дела, относится установление того, являются ли нежилые помещения, расположенные в подвале дома, помещениями данного дома. При этом их целевое назначение (машиноместо и т. п.) для решения вопроса о заключении договора управления многоквартирным домом правового значения не имеет. Между тем суд апелляционной инстанции в нарушение положений ст.ст. 196, 198 ГПК РФ не рассматривал и не исследовал вопрос о том, являются ли принадлежащие И. и А. на праве собственности нежилые помещения помещениями многоквартирного дома, наличие права собственности на которые обязывает их собственников к заключению договора управления многоквартирным домом. Согласно ч. 3 ст. 162 ЖК РФ в договоре управления многоквартирным домом должны быть указаны: 1) состав общего имущества многоквартирного дома, в отношении которого будет осуществляться управление, и адрес такого дома; 2) перечень услуг и работ по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме, порядок изменения такого перечня, а также перечень коммунальных услуг, которые предоставляет управляющая организация; 3) порядок определения цены договора, размера платы за содержание и ремонт жилого помещения и размера платы за коммунальные услуги, а также порядок внесения такой платы; 4) порядок осуществления контроля за выполнением управляющей организацией ее обязательств по договору управления. Судом установлено, что Общество просило обязать ответчиков И. и А. заключить договор управления многоквартирным домом, в соответствии с которым Общество обеспечивает управление и техническое обслуживание единого комплекса недвижимого имущества, включающего в себя земельный участок в установленных границах, и расположенного на нем подземного гаража. При этом Общество обязывалось в течение установленного в договоре срока за плату управлять машиноместом, оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в гараже многоквартирного дома. В связи с этим суду следовало установить, соответствовали ли предложенные Обществом условия договора управления многоквартирным домом, задачей которого является в том числе надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, требованиям ч. 3 ст. 162 ЖК РФ. Этого судом апелляционной инстанции сделано не было. Кроме того, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда не указала, в силу чего, отказывая Обществу в удовлетворении требований об обязании И. и А. заключить договоры управления многоквартирным домом, она согласилась с выводом суда первой инстанции о необходимости взыскания с ответчиков образовавшейся задолженности по содержанию имущества и жилищно-коммунальных услуг. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 октября 2012 г. отменила в части отмены решения Мещанского районного суда г. Москвы от 15 мая 2012 г. в части возложения на И., А. обязанности заключить договоры с ООО Управляющая компания "MEM", дело в этой части направила на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Московского городского суда. ____________ Порядок пользования нанимателями комнаты в коммунальной квартире общим имуществом должен быть согласован с другими собственниками жилых помещений в этой квартире. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 сентября 2013 г. 2. Порядок пользования нанимателями комнаты в коммунальной квартире общим имуществом должен быть согласован с другими собственниками жилых помещений в этой квартире Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 сентября 2013 г. N 5-КГ13-101 (Извлечение) Г. обратилась в суд с иском к Ф. о защите гражданских прав, компенсации морального вреда. В обоснование иска Г. указала, что проживает в коммунальной трехкомнатной квартире, где ей на праве собственности принадлежат две комнаты жилой площадью 24,6 кв. м и 14,5 кв. м. Собственником третьей комнаты по договору купли-продажи от 3 апреля 2010 г. является Ф., которая без согласия истца сдает комнату гражданам по договору найма жилого помещения. Проживающие в квартире граждане пользуются местами общего пользования (кухня, ванная, туалет, коридор), что, по мнению истца, нарушает ее права. Г. просила запретить Ф. предоставлять во владение, пользование гражданам общее имущество в коммунальной квартире (ванная, туалет, кухня, коридор), принадлежащее на праве общей долевой собственности двум собственникам комнат Г. и Ф., без письменного согласия Г.; обязать Ф. при предоставлении своей комнаты во владение, пользование гражданам включать в договор пункт о запрещении гражданам пользоваться общим имуществом в коммунальной квартире; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, расходы на юридические услуги и госпошлину. Решением Останкинского районного суда г. Москвы от 11 октября 2012 г. в удовлетворении иска Г. отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 28 ноября 2012 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения. В кассационной жалобе Г. просила об отмене вынесенных судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 24 сентября 2013 г. жалобу удовлетворила, поскольку имелись основания для отмены вынесенных судебных постановлений в кассационном порядке, предусмотренные ст. 387 ГПК РФ. Как установлено судом, Г. зарегистрирована и постоянно проживает в трехкомнатной коммунальной квартире, где ей на праве собственности принадлежат две комнаты (площадью 24,6 кв. м и 14,5 кв. м). Собственником третьей комнаты площадью 17,7 кв. м в указанной квартире по договору купли-продажи от 3 апреля 2010 г. является Ф. Порядок пользования местами общего пользования (кухня, коридор, ванная, туалет) между собственниками комнат не определен. С момента приобретения в собственность названной выше комнаты Ф., не вселяясь в нее, по договорам найма и договорам безвозмездного пользования сдавала ее в наем различным гражданам. На момент рассмотрения спора в суде в комнате ответчика никто из посторонних лиц не проживает, комната для проживания не сдается. Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных Г. требований, суд исходил из того, что действующим законодательством не предусмотрено такое ограничение права собственника жилого помещения, как необходимость получения согласия собственников всех жилых комнат в коммунальной квартире на вселение собственником в принадлежащую ему комнату членов своей семьи или иных лиц на основании договора. При этом суд указал на то, что распоряжение ответчиком своими правами собственника комнаты в коммунальной квартире и передача права пользования общим имуществом в коммунальной квартире другим лицам без согласия собственника других комнат не нарушает имущественные права истца, поскольку комната в коммунальной квартире является самостоятельным объектом права собственности, в отношении которого истец вещными или обязательственными правами не обладает, а общее имущество собственников комнат в коммунальной квартире следует судьбе права собственности на комнату и объектом самостоятельного права, по смыслу ст.ст. 41, 42 ЖК РФ, являться не может. Суд апелляционной инстанции согласился с данными выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала, что данные выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на неправильном толковании и применении норм материального права. Собственник жилого помещения, как установлено ч. 1 ст. 30 ЖК РФ, осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Кодексом. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, указанным Кодексом. Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме (чч. 2 и 3 ст. 30 ЖК РФ). Согласно ч. 1 ст. 41 ЖК РФ собственникам комнат в коммунальной квартире принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данной квартире, используемые для обслуживания более одной комнаты (далее - общее имущество в коммунальной квартире). В силу ч. 1 ст. 42 ЖК РФ доля в праве общей собственности на общее имущество в коммунальной квартире собственника комнаты в данной квартире пропорциональна размеру общей площади указанной комнаты. Поскольку порядок использования общего имущества в коммунальной квартире не урегулирован жилищным законодательством, то в соответствии со ст. 7 ЖК РФ к этим отношениям применяются нормы Гражданского кодекса РФ об общей долевой собственности, в частности нормы ст.ст. 246 и 247 ГК РФ. Распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников (п. 1 ст. 246 ГК РФ). В соответствии с п. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. Исходя из содержания приведенных норм Гражданского кодекса РФ собственники комнат в коммунальной квартире правомочия владения и пользования общим имуществом в коммунальной квартире должны осуществлять по соглашению. Предоставление собственником комнаты в коммунальной квартире по гражданско-правовым договорам во владение и пользование комнаты другим лицам (например, нанимателям) предполагает, что эти лица будут пользоваться и общим имуществом в коммунальной квартире, а поскольку данное имущество находится в общей долевой собственности, то для обеспечения баланса интересов участников долевой собственности вопрос о пользовании общим имуществом нанимателями комнаты необходимо согласовать с другими собственниками жилых помещений в коммунальной квартире. Если такое согласие не достигнуто, то порядок пользования общим имуществом устанавливается судом. Судом установлено, что какого-либо соглашения между собственниками комнат в коммунальной квартире Г. и Ф. о порядке пользования общим имуществом квартиры (кухней, коридором, туалетом и ванной) не заключалось, в том числе не был определен собственниками комнат порядок пользования общими помещениями в квартире на случай передачи собственниками принадлежащих им комнат в пользование другим лицам по гражданско-правовым договорам. На эти обстоятельства Г. указывала и в исковом заявлении. Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. Г. заявленные исковые требования обосновывались ссылкой на нормы ст. 41 ЖК РФ, ст.ст. 246 и 247 ГК РФ. Однако судебными инстанциями названные нормы Гражданского кодекса РФ о владении и пользовании общим имуществом, находящимся в долевой собственности, применены не были, юридически значимые обстоятельства, касающиеся порядка использования общего имущества в коммунальной квартире лицами, занимающими комнату по договору найма жилого помещения, при рассмотрении дела не устанавливались. Следовательно, вывод суда о том, что распоряжение ответчиком своими правами собственника комнаты в коммунальной квартире (как самостоятельным объектом права) и передача права пользования общим имуществом в коммунальной квартире другим лицам без согласия собственника других комнат не нарушает имущественные права истца, сделан судом без установления и правовой оценки всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора. В мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, законы, которыми руководствовался суд (ч. 4 ст. 198 ГПК РФ). Судом требования Гражданского процессуального кодекса РФ к содержанию решения не были выполнены. В мотивировочной части решения по делу по иску Г. к Ф. о защите гражданских прав, компенсации морального вреда нет ссылки на конкретные обстоятельства дела, установленные судом, а также доказательства, позволившие суду признать заявленные Г. исковые требования необоснованными и прийти к выводу об отсутствии нарушения прав и интересов истца. По изложенным основаниям Судебная коллегия пришла к выводу, что нарушение судом норм процессуального права об исследовании и оценке доказательств привело к тому, что исковые требования Г. фактически оказались нерассмотренными. Ссылку суда в обоснование отказа в иске Г. на то, что общее имущество собственников комнат в коммунальной квартире следует судьбе права собственности на комнату и объектом самостоятельного права, по смыслу ст.ст. 41, 42 ЖК РФ, являться не может, Судебная коллегия признала несостоятельной, поскольку к отношениям по использованию общего имущества в коммунальной квартире подлежат применению нормы ст.ст. 246 и 247 ГК РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Останкинского районного суда г. Москвы от 11 октября 2012 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 28 ноября 2012 г. отменила, дело направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Останкинский районный суд г. Москвы. ____________ В подтверждение договора займа может быть представлен любой документ, удостоверяющий факт передачи заемщику заимодавцем определенной суммы денежных средств. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме, свидетельские показания не могут служи 3. В подтверждение договора займа может быть представлен любой документ, удостоверяющий факт передачи заемщику заимодавцем определенной суммы денежных средств. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме, свидетельские показания не могут служить доказательством его безденежности Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 сентября 2013 г. N 25-КГ13-2 (Извлечение) Г. обратился в суд с иском к ООО "Судостроительно-судоремонтный завод имени Анатолия Петровича Гужвина" (далее - ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина") о взыскании долга по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами. В обоснование иска Г. ссылался на то, что 1 марта 2010 г. между ним и ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" заключен договор о предоставлении займа (далее - договор займа), по которому Г. предоставил ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" заем с установленным сроком возврата не позднее 30 апреля 2011 г. Сторонами был составлен и подписан акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 1 марта 2010 г. (далее - акт сверки), в котором ответчик признал факт наличия у него обязательств перед Г. на сумму, равную сумме займа. Просил суд взыскать с ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" сумму долга и проценты за пользование чужими денежными средствами в период просрочки, составивший 300 дней (с 1 мая 2011 г. по 1 марта 2013 г.). В судебном заседании истец уточнил исковые требования, увеличив их размер. Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что денежные средства Г. не передавались. Решением Трусовского районного суда г. Астрахани от 16 августа 2012 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 17 октября 2012 г., исковые требования Г. удовлетворены в полном объеме, с ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" в его пользу взысканы сумма долга по договору займа и проценты. В кассационной жалобе ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" ставился вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 10 сентября 2013 г. признала, что имеются основания для отмены обжалуемых судебных постановлений, поскольку судами были допущены существенные нарушения норм права, являющиеся в силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке. Судом установлено, что передача денежных средств ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" подтверждается показаниями свидетеля З., работавшей главным бухгалтером ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" в период с 1 апреля 2008 г. по 31 июля 2009 г. Она пояснила, что Г. в 2008, 2009, 2010 годах постоянно передавались ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" наличные деньги на зарплату и ремонт судов, приход которых отражался в бухгалтерских документах, журнале-ордере, главной книге. Акт сверки составлялся на основании приходных и расходных ордеров, корешки приходных ордеров, подлежавшие передаче Г., оставались в кассе. Рассматривая дело, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что подтверждается факт получения ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" от Г. денежных средств, поскольку их сумма полностью совпадает с суммой, указанной в договоре займа. В то же время ответчик не представил бухгалтерские документы ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" за 2009, 2010 годы, сославшись на отсутствие данных документов. Суд апелляционной инстанции согласился с указанными выводами суда первой инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ не согласилась с вынесенными судебными постановлениями по следующим основаниям. В соответствии с пп. 1, 2 ст. 433 ГК РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (ст. 224). Согласно п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В соответствии с п. 1 ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ). Статья 812 ГК РФ предусматривает, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (ст. 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств. Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным. Когда деньги или вещи в действительности получены заемщиком от заимодавца в меньшем количестве, чем указано в договоре, договор считается заключенным на это количество денег или вещей (ст. 812 ГК РФ). Из содержания приведенных правовых норм в их взаимосвязи следует, что в подтверждение факта заключения договора займа, считающегося заключенным в момент передачи денег, может быть представлен любой документ, удостоверяющий факт передачи заемщику заимодавцем определенной суммы денежных средств. Свидетельские показания, за исключением случаев, предусмотренных законом, не могут служить доказательством безденежности договора займа. Как установлено судом, согласно договору займа заимодавец должен предоставить соответствующую сумму займа в безналичной форме путем перечисления этой суммы на банковский счет заемщика. Сумма займа должна быть предоставлена заимодавцем заемщику в течение трех рабочих дней после подписания договора. Между тем согласно сообщению банка операции по счету ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" за период с 1 марта 2010 г. по 30 марта 2010 г. не проводились. То обстоятельство, что сумма задолженности ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина", обозначенная в акте сверки, совпадает с суммой, указанной в договоре займа, не может служить доказательством того, что данная задолженность возникла из договора займа, заключенного 1 марта 2010 г., поскольку этим актом подтверждена задолженность ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" в пользу Г. по займам от января и февраля 2010 г. Однако это не было учтено судами первой и апелляционной инстанций. Не является безусловным доказательством передачи денег по договору займа и непредставление ответчиком бухгалтерских документов ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" за 2009-2010 годы. Полагая, что непредставление бухгалтерских документов ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" является подтверждением того, что ответчик получал денежные средства от истца, суд первой инстанции сослался на ч. 1 ст. 68 ГПК РФ. Согласно указанной статье Гражданского процессуального кодекса РФ объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами. В случае если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны. Таким образом, по смыслу данной нормы, одним из обязательных условий ее применения является установление того, что необходимое доказательство у стороны имеется (находится). Представитель ответчика в судебном заседании 16 августа 2012 г. утверждал, что кассовая книга и приходные ордера при смене руководства ООО "ССЗ им. А.П.Гужвина" ответчику переданы не были, что подтверждалось приложением к акту приема документов. Однако это обстоятельство не было предметом исследования и оценки суда первой инстанции, вследствие чего ссылка суда на ст. 68 ГПК РФ признана несостоятельной. В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Этим требованиям процессуального законодательства вынесенные судебные постановления не отвечали. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Трусовского районного суда г. Астрахани от 16 августа 2012 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 17 октября 2012 г. отменила, дело направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ____________ Пенсионные органы не вправе пересматривать обоснованность выдачи гражданам правоустанавливающих документов, на основании которых у них возникло право на получение мер социальной поддержки и пенсионного обеспечения. Определение Судебной коллегии по граждан 4. Пенсионные органы не вправе пересматривать обоснованность выдачи гражданам правоустанавливающих документов, на основании которых у них возникло право на получение мер социальной поддержки и пенсионного обеспечения Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 27 сентября 2013 г. N 78-КГПР13-25 (Извлечение) Прокурор Калининского района г. Санкт-Петербурга обратился в суд в защиту интересов Б. с требованием к Управлению Пенсионного фонда РФ в Калининском районе г. Санкт-Петербурга об обязании возобновить выплаты, предусмотренные действующим законодательством для лиц, награжденных знаком "Жителю блокадного Ленинграда", и произвести перерасчет в связи с возобновлением указанных выплат с 1 апреля 2010 г. В обоснование своих требований прокурор ссылался на то, что в соответствии с решением Исполкома Ленсовета от 23 января 1989 г. N 5 "Об учреждении знака "Жителю блокадного Ленинграда" Б., 1943 года рождения, было выдано удостоверение и знак "Жителю блокадного Ленинграда". С 1 января 2005 г. Б. являлась получателем ежемесячной денежной выплаты по категории "лица, награжденные знаком "Жителю блокадного Ленинграда" и получателем дополнительного ежемесячного обеспечения по категории "лица, награжденные знаком "Жителю блокадного Ленинграда" в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 30 марта 2005 г. N 363 "О мерах по улучшению материального положения некоторых категорий граждан Российской Федерации в связи с 60-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов". С 10 декабря 2006 г. Б. была назначена государственная пенсия по инвалидности как лицу, награжденному знаком "Жителю блокадного Ленинграда". С 1 апреля 2010 г. Управлением Пенсионного фонда в Калининском районе г. Санкт-Петербурга все выплаты, предусмотренные действующим законодательством для лиц, награжденных знаком "Жителю блокадного Ленинграда", в отношении Б. были прекращены на основании письма администрации Калининского района г. Санкт-Петербурга от 15 марта 2010 г., в котором указывалось, что Б. в блокадном Ленинграде проживала менее 4-х месяцев, что следует из даты ее рождения. По мнению прокурора Калининского района г. Санкт-Петербурга, данные действия пенсионного органа требованиям закона не соответствуют, поскольку удостоверение и знак "Жителю блокадного Ленинграда" были вручены Б. в феврале 1996 г. мэрией г. Санкт-Петербурга, до настоящего времени официальным решением органа исполнительной власти г. Санкт-Петербурга ни удостоверение, ни знак не отозваны, не признаны недействительными. Решение ответчика о лишении Б. льгот не основано на положениях действующего законодательства, регулирующего порядок и условия предоставления мер социальной поддержки указанной категории граждан. Решением Калининского районного суда г. Санкт-Петербурга от 25 апреля 2012 г. требования удовлетворены. На Управление Пенсионного фонда РФ в Калининском районе г. Санкт-Петербурга возложена обязанность возобновить Б. выплаты, предусмотренные действующим законодательством для лиц, награжденных знаком "Жителю блокадного Ленинграда", и произвести с 1 апреля 2010 г. перерасчет в связи с возобновлением указанных выплат. Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 12 июля 2012 г. указанное решение суда отменено; по делу принято новое решение - об отказе в удовлетворении заявленных требований. В кассационном представлении ставился вопрос об отмене определения суда апелляционной инстанции и оставлении в силе решения Калининского районного суда г. Санкт-Петербурга от 25 апреля 2012 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 27 сентября 2013 г. представление удовлетворила, так как при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции были допущены существенные нарушения норм материального права, являющиеся согласно ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке. В соответствии с Положением о знаке "Жителю блокадного Ленинграда", утвержденным решением Исполкома Ленинградского городского Совета народных депутатов от 23 января 1989 г. N 5, знак "Жителю блокадного Ленинграда" вручается проживавшим не менее 4-х месяцев в Ленинграде в период блокады (с 8 сентября 1941 г. по 27 января 1944 г.) детям до семи лет, школьникам, учащимся школ ФЗО, ремесленных училищ и техникумов, студентам и другим гражданам, не награжденным медалью "За оборону Ленинграда". Согласно п. 2 названного Положения вручение знака и удостоверения к нему производится исполкомами райсоветов и Исполкомом Ленсовета на основании справки о прописке в период блокады. Судом установлено, что 26 февраля 1996 г. Б. был вручен знак "Жителю блокадного Ленинграда" и выдано удостоверение к этому знаку. 3 февраля 2003 г. выдано удостоверение ветерана Великой Отечественной войны, на основании которого Б. производились дополнительные выплаты, предусмотренные действующим законодательством для лиц, награжденных знаком "Жителю блокадного Ленинграда". В ходе проведенной администрацией Калининского района г. Санкт-Петербурга проверки было установлено, что Б., 3 октября 1943 года рождения, проживала в блокадном Ленинграде менее 4-х месяцев, в связи с чем пенсионным органом все выплаты Б. были прекращены с 1 апреля 2010 г. Судом первой инстанции также установлено, что при обращении с заявлением о вручении знака "Жителю блокадного Ленинграда" со стороны Б. не совершалось действий, свидетельствующих о недобросовестности либо о введении органов власти в заблуждение относительно времени ее проживания в блокадном Ленинграде. Разрешая спор, суд первой инстанции признал требования прокурора, обратившегося в защиту интересов Б., законными и обоснованными. При этом суд правильно исходил из того, что знак "Жителю блокадного Ленинграда" и удостоверение к нему выданы Б. уполномоченным органом власти г. Санкт-Петербурга несмотря на то, что период фактического проживании Б. в блокадном Ленинграде составил менее срока, установленного Положением о знаке "Жителю блокадного Ленинграда". До настоящего времени уполномоченными на то органами решения о признании недействительными знака и удостоверения к нему не принималось, а также не имеется соответствующего судебного решения о признании их недействительными. Данное обстоятельство является юридически значимым, поскольку основанием для назначения Б. дополнительных выплат является именно награждение ее знаком "Житель блокадного Ленинграда" и выдача ей соответствующего удостоверения. Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении требований, суд апелляционной инстанции указал на то, что Б. к категории граждан "Житель блокадного Ленинграда" и ветеран "Великой Отечественной войны" не относится, поскольку с момента рождения она прожила менее 4-х месяцев в блокадном Ленинграде, в связи с чем не имелось правовых оснований для выдачи Б. знака "Жителю блокадного Ленинграда", удостоверения к нему, выдачи удостоверения ветерана Великой Отечественной войны и, как следствие, осуществления выплат, предусмотренных действующим законодательством для лиц, награжденных знаком "Жителю блокадного Ленинграда". Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала этот вывод суда апелляционной инстанции основанным на неправильном толковании и применении норм материального права и противоречащим установленным по делу обстоятельствам. Прекращая выплаты Б., пенсионный орган руководствовался положениями ст. 22 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", согласно которым выплата трудовой пенсии (части трудовой пенсии) прекращается в связи с утратой пенсионером права на назначенную ему трудовую пенсию (часть трудовой пенсии по старости) с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены обстоятельства или документы, опровергающие достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию. Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, право лиц, награжденных знаком "Жителю блокадного Ленинграда", на получение дополнительных выплат и пенсионное обеспечение приобретено Б. в установленном порядке; документы, представленные истцом уполномоченному органу, существовали как на момент назначения этих выплат, так и на момент их прекращения и были признаны достаточными для принятия решения о награждении почетным знаком истца, прожившую в блокадном Ленинграде 3 месяца 25 дней, т. е. с момента рождения. Право на получение Б. соответствующих выплат, подтвержденное знаком и удостоверением "Жителю блокадного Ленинграда", признавалось государством более 14 лет, ни уполномоченным органом власти г. Санкт-Петербурга, ни судом не принималось решение о признании необоснованным вручения Б. указанного знака и удостоверения к нему. Таким образом, на момент прекращения ответчиком указанных выплат истец не была лишена приобретенного в установленном порядке статуса лица, награжденного почетным знаком и имеющего право на получение предусмотренных законом мер социальной поддержки и пенсионного обеспечения. При таких обстоятельствах решение пенсионного органа о прекращении дополнительных выплат Б. принято с превышением полномочий этого органа, не имеющего права пересматривать обоснованность выдачи гражданам правоустанавливающих документов, на основании которых эти выплаты были назначены. В Российской Федерации всеми должен соблюдаться принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, предполагающий правовую определенность, с тем чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретенных прав, действенности их государственной защиты, т. е. в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано. Согласно действующему пенсионному законодательству разрешение вопросов о прекращении пенсионных выплат отнесено к компетенции территориальных органов Пенсионного фонда РФ, однако указанное решение не может приниматься произвольно, без предусмотренных законом оснований, спустя 14 лет, в течение которых государством признавались статус Б. и ее право на получение выплат, предусмотренных для лиц, награжденных знаком "Жителю блокадного Ленинграда". Иное означало бы нарушение принципа правовой определенности и противоречило бы положениям Конвенции о защите прав человека и основных свобод. При таких обстоятельствах прекращение ответчиком выплат лицу, награжденному знаком "Жителю блокадного Ленинграда", нельзя признать соответствующим регулирующим возникшие правоотношения сторон нормам права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 12 июля 2012 г. отменила; оставила в силе решение Калининского районного суда г. Санкт-Петербурга от 25 апреля 2012 г. ____________ Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по административным делам Подпункт "г" п. 2 изменений, которые вносятся в акты Правительства Российской Федерации по вопросам предоставления коммунальных услуг, утвержденных постановлением Правительства РФ от 6 мая 2011 г. N 354, в части, предусматривающей расчет и взимание платы 1. Подпункт "г" п. 2 изменений, которые вносятся в акты Правительства Российской Федерации по вопросам предоставления коммунальных услуг, утвержденных постановлением Правительства РФ от 6 мая 2011 г. N 354, в части, предусматривающей расчет и взимание платы за электроснабжение с потребителей, чьи жилые помещения не оборудованы индивидуальным прибором учета коммунальной услуги, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 29 апреля 2013 г. N АКПИ13-123, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 8 августа 2013 г. N АПЛ13-343 ____________ Пункт 8, абз. 3 п. 16, п. 54 приложения к приказу Минтранса России от 25 октября 2010 г. N 231 "О внесении изменений в приказ Министерства транспорта Российской Федерации от 28 июня 2007 года N 82" признаны не противоречащими федеральному законодательству 2. Пункт 8, абз. 3 п. 16, п. 54 приложения к приказу Минтранса России от 25 октября 2010 г. N 231 "О внесении изменений в приказ Министерства транспорта Российской Федерации от 28 июня 2007 года N 82" признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 15 июля 2013 г. N АКПИ13-528, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 8 октября 2013 г. N АПЛ13-413 ____________ Абзац 1 п. 6 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, утвержденного постановлением Правительства РФ от 28 января 2006 г. N 47, при 3. Абзац 1 п. 6 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, утвержденного постановлением Правительства РФ от 28 января 2006 г. N 47, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 1 июля 2013 г. N АКПИ13-593, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 3 октября 2013 г. N АПЛ13-410 ____________ Строка "пройти медицинское освидетельствование (согласен/отказываюсь)" формы протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (приложение N 2), утвержденной приказом МВД России от 4 августа 2008 г. N 676, признана не проти 4. Строка "пройти медицинское освидетельствование (согласен/отказываюсь)" формы протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (приложение N 2), утвержденной приказом МВД России от 4 августа 2008 г. N 676, признана не противоречащей федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 6 июня 2013 г. N АКПИ13-258, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 19 сентября 2013 г. N АПЛ13-380 ____________ Абзац 1 п. 19 Положения об особенностях порядка исчисления пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком гражданам, подлежащим обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудос 5. Абзац 1 п. 19 Положения об особенностях порядка исчисления пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком гражданам, подлежащим обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15 июня 2007 г. N 375, и абз. 3 п. 8 изменений, которые вносятся в Положение об особенностях порядка исчисления пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком гражданам, подлежащим обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, утвержденных постановлением Правительства РФ от 1 марта 2011 г. N 120, в части, предусматривающей исчисление ежемесячного пособия по уходу за ребенком исходя из среднего заработка за время работы (службы, иной деятельности) только у одного страхователя в случае, если застрахованное лицо на момент наступления страхового случая было занято у нескольких страхователей и в два предшествующих календарных года было занято у тех же страхователей, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 8 июля 2013 г. N АКПИ13-617, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 24 сентября 2013 г. N АПЛ13-409 ____________ Пункт 60 Правил выпуска и реализации государственных жилищных сертификатов в рамках реализации подпрограммы "Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством" федеральной целевой 6. Пункт 60 Правил выпуска и реализации государственных жилищных сертификатов в рамках реализации подпрограммы "Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством" федеральной целевой программы "Жилище" на 2011-2015 годы, утвержденных постановлением Правительства РФ от 21 марта 2006 г. N 153, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г. N АКПИ13-513, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 8 октября 2013 г. N АПЛ13-412 ____________ Пункт 6, подп. "в" п. 8, пп. 10, 17, подп. "г" п. 30 Правил организации и проведения торгов по продаже находящихся в государственной или муниципальной собственности земельных участков или права на заключение договоров аренды таких земельных участков, утве 7. Пункт 6, подп. "в" п. 8, пп. 10, 17, подп. "г" п. 30 Правил организации и проведения торгов по продаже находящихся в государственной или муниципальной собственности земельных участков или права на заключение договоров аренды таких земельных участков, утвержденных постановлением Правительства РФ от 11 ноября 2002 г. N 808, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 1 июля 2013 г. N АКПИ13-430, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 24 сентября 2013 г. N АПЛ13-388 ____________ Абзац 11 приложения N 4 к Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 3 ноября 2005 г. N 205, признан не противоречащим федеральному законодательству. Решение Верховного Суда РФ от 24 июня 2013 г. N А 8. Абзац 11 приложения N 4 к Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 3 ноября 2005 г. N 205, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 24 июня 2013 г. N АКПИ13-570, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 19 сентября 2013 г. N АПЛ13-386 ____________ Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Постановление Конституционного Суда РФ о признании положений ч. 9 ст. 115 и п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ не соответствующими Конституции Российской Федерации послужило основанием для отмены судебных решений о наложении ареста на имущество, находящееся у друго 1. Постановление Конституционного Суда РФ о признании положений ч. 9 ст. 115 и п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ не соответствующими Конституции Российской Федерации послужило основанием для отмены судебных решений о наложении ареста на имущество, находящееся у другого лица Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 25 сентября 2013 г. N 128-П13 (Извлечение) 30 ноября 2007 г. по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отношении ряда лиц, в том числе В., было возбуждено уголовное дело. Постановлением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 7 июня 2008 г. удовлетворено ходатайство следователя по особо важным делам следственной части при Главном управлении МВД России по Уральскому федеральному округу по данному уголовному делу в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска и иных имущественных взысканий; постановлено разрешить наложить арест на имущество - нежилые помещения, принадлежащие К. (матери обвиняемого В.) на праве собственности, - в виде запрета распоряжаться и пользоваться им. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 15 августа 2008 г. указанное постановление суда оставлено без изменения. 16 февраля 2009 г. производство по уголовному делу было приостановлено на основании п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ в связи с тем, что обвиняемый В. скрылся и объявлен в розыск. К. в порядке ст. 124 УПК РФ обратилась с жалобой на действия следователя, требуя признать его отказ в рассмотрении ходатайства от 17 февраля 2009 г. незаконным, а также об отмене ареста в части запрета пользования имуществом - нежилыми помещениями. 30 апреля 2009 г. руководитель следственного органа - начальник следственной части при Главном управлении МВД России по Уральскому федеральному округу вынес постановление, которым указанная жалоба К. была оставлена без удовлетворения. К. обратилась в Конституционный Суд РФ с жалобой, в которой оспаривала конституционность ч. 2 ст. 115 и п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ. Названные законоположения, по ее мнению, в их взаимосвязи, не позволяя рассматривать приостановление производства по уголовному делу в качестве основания для отмены наложенного по правилам ч. 3 ст. 115 УПК РФ ареста на имущество, находящееся у другого лица, ведут к несоразмерному ограничению права собственности этого лица на неопределенное время. Постановлением Конституционного Суда РФ от 31 января 2011 г. N 1-П, вынесенным, в том числе по жалобе К., ч. 9 ст. 115 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 3 той же статьи и п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ст. 8, ч. 1 ст. 34, чч. 1-3 ст. 35, ч. 1 ст. 46, ч. 1 ст. 49 и ч. 3 ст. 55 в той мере, в какой они не предусматривают эффективных средств защиты законных интересов собственника имущества, на которое наложен арест для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, в случаях приостановления предварительного следствия по уголовному делу в связи с тем, что подозреваемый, обвиняемый скрылся от следствия. 27 июля 2011 г. Президиум Верховного Суда РФ, возобновив производство по делу К. ввиду нового обстоятельства - признания Конституционным Судом РФ примененных в ее деле норм не соответствующими Конституции Российской Федерации, оставил постановление Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 7 июня 2008 г. и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 15 августа 2008 г. без изменения. В отношении постановления руководителя следственного органа от 30 апреля 2009 г. Президиум в своем постановлении указал, что К. не реализовала своего права на обжалование данного решения в порядке ст. 125 УПК РФ в районный суд по месту производства предварительного следствия. Постановлением начальника следственной части при Главном управлении МВД России по Уральскому федеральному округу от 30 сентября 2011 г. ходатайство К. об отмене или изменении содержания ареста, наложенного на ее имущество, было оставлено без удовлетворения. Данное решение мотивировано тем, что арест был наложен до разделения уголовных дел, одно из которых - по обвинению сына заявительницы - в дальнейшем было приостановлено, поскольку предварительное следствие по основному делу не приостанавливалось, постольку, по мнению следствия, нет оснований для отмены или изменения ареста. Постановлением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 7 ноября 2011 г., которое было оставлено без изменения кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 9 декабря 2011 г., жалоба К. на решение руководителя следственного органа от 30 сентября 2011 г. оставлена без удовлетворения. К. вновь обратилась в Конституционный Суд РФ с жалобой, в которой оспаривала конституционность ч. 9 ст. 115 УПК РФ, а также ст. 154 УПК РФ, регламентирующую основания и порядок выделения уголовного дела. 7 февраля 2013 г. Конституционный Суд РФ вынес Определение, указав, в частности, что ранее вынесенное по жалобе К. постановление, сохраняющее свою силу, не было исполнено в отношении заявительницы органами предварительного следствия и судами. Конституционным Судом РФ отмечено, что изложенная в оспариваемых судебных актах позиция судов не соответствует Постановлению Конституционного Суда РФ от 31 января 2011 г., в частности, подчеркнуто, что арест имущества, как и любая другая мера процессуального принуждения, избирается, применяется и отменяется в рамках конкретного уголовного дела, а потому выделение его из основного уголовного дела или соединение с другим уголовным делом само по себе не должно влиять на правовой режим данной обеспечительной меры. Иное влекло бы фактическую подмену производства по одному уголовному делу производством по другому уголовному делу и умаление процессуальных гарантий применения мер процессуального принуждения, в частности ареста имущества. Выводы судов, допускающие наложение ареста на имущество, принадлежащее лицу, даже не являющемуся участником уголовного судопроизводства (К.), при отсутствии в данном деле обвиняемого (сына К.) не соответствуют закону (чч. 1 и 3 ст. 115 УПК РФ). В надзорной жалобе К. просила о пересмотре судебных решений с учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ, сформулированных в Постановлении от 31 января 2011 г. N 1-П и Определении от 7 февраля 2013 г. N 250-О. Президиум Верховного Суда РФ 25 сентября 2013 г. удовлетворил надзорную жалобу К. по следующим основаниям. Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга своим постановлением от 7 ноября 2011 г. оставил без удовлетворения жалобу К. на постановление руководителя следственного органа - начальника следственной части при Главном управлении МВД России по Уральскому федеральному округу от 30 сентября 2011 г., которым ей было отказано в удовлетворении ходатайства об отмене или изменении содержания ареста, наложенного на имущество. При этом районный суд, а также судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда, кассационным определением которой от 9 декабря 2011 г. данное постановление было оставлено без изменения, исходили из того, что арест на недвижимое имущество К. был наложен в рамках уголовного дела N 523909, соединенного в одно производство с уголовным делом N 36370. Уголовное дело, по которому был наложен арест на имущество, не приостановлено, и основания, по которым принято указанное решение, не изменились и не отпали. Между тем из материалов дела усматривается, что 20 октября 2008 г. уголовное дело N 523909, постановление о возбуждении которого вынесено 30 ноября 2007 г., в том числе в отношении В., по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, было соединено в одно производство с рядом других уголовных дел, при этом соединенному уголовному делу был присвоен N 36370. В связи с тем, что В. скрылся и место его нахождения не установлено, следователь по особо важным делам следственной части при Главном управлении МВД России по Уральскому федеральному округу 16 февраля 2009 г. вынес постановление о приостановлении предварительного следствия по уголовному делу N 36370. Постановлением следователя по особо важным делам следственной части при Главном управлении МВД России по Уральскому федеральному округу от 12 мая 2010 г. из уголовного дела N 36370 выделено уголовное дело в отношении некоторых обвиняемых, в том числе В., и выделенному уголовному делу присвоен N 657309. 16 июня 2010 г. следователем по особо важным делам следственной части при Главном управлении МВД России по Уральскому федеральному округу вынесено постановление о приостановлении предварительного следствия по уголовному делу N 657309 в связи с наличием основания, предусмотренного п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ. Однако все эти данные, имеющие значение для принятия правильного решения, Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга не исследовал и при вынесении постановления от 7 ноября 2011 г., которым оставил жалобу К. без удовлетворения, не учел. Поэтому вывод названного суда о том, что уголовное дело, по которому был наложен арест на имущество К., не приостановлено, нельзя признать обоснованным. К. вновь обратилась в Конституционный Суд РФ с жалобой, в которой оспаривала конституционность ч. 9 ст. 115 УПК РФ, а также ст. 154 УПК РФ, регламентирующую основания и порядок выделения уголовного дела. 7 февраля 2013 г. Конституционный Суд РФ, рассмотрев повторную жалобу К. об оспаривании конституционности ч. 9 ст. 115 и ст. 154 УПК РФ, вынес Определение N 250-О, в котором указал, что арест имущества, как и любая другая мера процессуального принуждения, избирается, применяется и отменяется в рамках конкретного уголовного дела, а потому выделение его из основного уголовного дела или соединение с другим уголовным делом само по себе не должно влиять на правовой режим данной обеспечительной меры. Иное толкование влекло бы фактическую подмену производства по одному уголовному делу производством по другому уголовному делу и умаление процессуальных гарантий применения мер процессуального принуждения, в частности ареста имущества. На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ отменил постановление Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 7 ноября 2011 г. и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 9 декабря 2011 г. в отношении К. и дело передал в тот же суд на новое судебное рассмотрение иным составом суда. ____________ Нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судами Российской Федерации уголовных дел о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, явилось основанием для возобновления производства по 2. Нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судами Российской Федерации уголовных дел о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, явилось основанием для возобновления производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств и отмены приговора Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 25 сентября 2013 г. N 158-П13 (Извлечение) По приговору Зюзинского районного суда г. Москвы от 17 февраля 2009 г. Д. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228-1 УК РФ. Преступление совершено при следующих обстоятельствах. 5 сентября 2008 г. Д. незаконно передал К., участвовавшей в проведении оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" в роли покупателя, шприц с жидкостью, являющейся наркотическим средством, - кустарно приготовленным препаратом из эфедрина или из препаратов, содержащих эфедрин, массой 0,04 г в пересчете на сухой остаток. Тем самым Д. совершил умышленные действия, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотического средства. Однако преступление не было доведено им до конца, так как передача указанного наркотического средства осуществлялась в ходе проведения сотрудниками Управления ФСКН России по г. Москве оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", а переданное Д. наркотическое средство было добровольно выдано К. сотрудникам ФСКН России и изъято из незаконного оборота. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 13 мая 2009 г. приговор оставлен без изменения. Постановлением Ржевского городского суда Тверской области от 19 сентября 2012 г. Д. от отбывания оставшейся части наказания освобожден условно-досрочно на 11 месяцев 15 дней. Председатель Верховного Суда РФ в представлении поставил вопрос о возобновлении производства по уголовному делу в отношении Д. ввиду новых обстоятельств в связи с установлением Европейским Судом по правам человека нарушений положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, допущенных при рассмотрении уголовного дела в отношении Д. в суде Российской Федерации. Президиум Верховного Суда РФ 25 сентября 2013 г. удовлетворил представление, указав следующее. Установленное Европейским Судом по правам человека нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела является в соответствии с подп. "б" п. 2 ч. 4 ст. 413 УПК РФ основанием для возобновления производства по этому делу ввиду новых обстоятельств. В своей жалобе, адресованной в Европейский Суд по правам человека, осужденный Д. указывал, в частности, на то, что сотрудники правоохранительного органа не располагали никакой информацией, свидетельствующей об его участии в сбыте наркотических средств, и не имели достаточных оснований подозревать его в этом преступлении, проведенная ими "проверочная закупка" является провокацией. Европейский Суд по правам человека в постановлении от 2 октября 2012 г. констатировал, что при рассмотрении уголовного дела в отношении Д. имело место нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Как усматривается из материалов дела, Д. не признал себя виновным, в том числе в судебном заседании, и показал, что 4 сентября 2008 г. ему неоднократно звонила К. и просила его договориться с П. о наркотиках, говоря, что ей плохо. В результате он позвонил П. и та согласилась помочь. При встрече К. положила в сумку П. деньги, а та сказала ей, что наркотик лежит под деревом, где К. и нашла его. В это время подбежали сотрудники УФСКН, которые задержали Д. и П. К. в качестве свидетеля в суде показала, что она хотела отказаться от употребления наркотиков. С этой целью в сентябре 2008 г. обратилась в Управление ФСКН по г. Москве, чтобы изобличить Д., через которого покупала их. В присутствии сотрудников она позвонила Д. и договорилась о встрече, чтобы приобрести две дозы первитина за 1000 руб. Затем ей выдали деньги. После встречи с Д. они прошли во дворы, где находилась П. Она (К.) отдала Д. деньги, а он ей наркотик. Когда Д. с П. отошли, она подала условный сигнал сотрудникам, после чего их задержали. Из показаний свидетеля П. на предварительном следствии, которые оглашены в судебном заседании в порядке п. 4 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, усматривается, что Д. употреблял наркотики и мог достать их, в частности, первитин. Вечером 4 сентября 2008 г. он попросил ее съездить к станции метро, забрать у его знакомого одну вещь и передать ему. В условленном месте к ней подошел молодой человек и, уточнив, что она от Д., передал ей полиэтиленовый черный пакет. Через некоторое время она передала пакет Д., видела в пакете шприц с жидкостью. Затем Д. направился к стоявшей недалеко молодой женщине, а потом вернулся к ней (П.). В это время их задержали сотрудники Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков. Возражая против оглашения этих показаний П., Д. и его защитник в судебном заседании заявили, что именно "П. является сбытчиком наркотиков". Согласно постановлению исполняющего обязанности начальника Управления ФСКН по г. Москве от 4 сентября 2008 г. решение о проведении проверочной закупки в отношении Д. было принято на основании оперативной информации о том, что "молодой человек по имени "Д." занимается незаконным сбытом наркотического средства "Винт" по цене 500 руб. за один "вес"... В качестве покупателя будет выступать К.". Из акта проведения оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" следует, что 5 сентября 2008 г. К. в присутствии сотрудников Управления ФСКН России по г. Москве позвонила "фигуранту" по имени "Д." и договорилась о приобретении наркотического средства "Винт" за 1000 руб. После этого сотрудники и К. прибыли по определенному адресу, где последняя передала "фигуранту" деньги в сумме 1000 руб., а тот передал ей одноразовый шприц с прозрачной жидкостью. Когда К. подала условный сигнал, "фигурант" был задержан, в присутствии понятых у Д. были изъяты деньги, ранее выданные К. для участия в проверочной закупке. В приговоре в обоснование виновности Д. суд сослался на показания свидетелей К., П., сотрудников Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков, а также понятых, участвовавших в проведении проверочной закупки, акт проведения оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" с приложениями к нему, видеозапись личного досмотра Д. и П., заключение эксперта о том, что жидкость из шприца, добровольно выданного К., является наркотическим средством - кустарно приготовленным препаратом из эфедрина или препаратов, содержащих эфедрин, масса сухого остатка которого 0,04 г. Не согласившись с приговором, осужденный и его защитник подали кассационные жалобы, в которых указывали, в частности, что в отношении его имела место провокация, при этом К. выполняла инструкции сотрудников УФСКН, у которых не было оснований подозревать Д. в сбыте наркотических средств. Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда при кассационном рассмотрении уголовного дела в отношении Д. признала эти доводы необоснованными, указав, что они опровергаются приведенными в приговоре доказательствами, в том числе показаниями свидетеля К., согласно которым она договорилась с Д. о приобретении у него двух доз первитина за 1000 руб., поскольку ранее неоднократно приобретала у него это наркотическое средство. Европейский Суд, анализируя обстоятельства по настоящему делу, отметил, что "покупатель", которая участвовала в проведении оперативно-розыскного мероприятия, никогда не утверждала, что покупала наркотики у заявителя до проверочной закупки, о чем и сообщила в ходе судебного разбирательства. "Покупатель" также заявила, что, насколько ей известно, заявитель не продавал наркотики кому-либо еще и она знала, что он их не производил. В действительности она сообщила правоохранительным органам, что она могла почти наверняка заставить его приобрести наркотики для нее. Сотрудники милиции признали, что у них не было другой информации о заявителе. Из этого следует, что следственные органы не имели веских оснований подозревать заявителя в торговле наркотиками, они назначили проведение проверочной закупки, осознавая, что это может быть первый раз, когда заявитель продал наркотики. Данное решение, по мнению Европейского Суда, не может быть охарактеризовано иначе, как произвольное, и рассматривает его как прямой результат отсутствия нормативной базы, предусматривающей гарантии защиты при проведении секретных операций. Указанная закупка была назначена посредством принятия простого административного решения тем же органом, который ее проводил. Какой-либо записи начального этапа операции, когда "покупатель" позвонила заявителю в соответствии с указаниями и в присутствии сотрудников милиции и попросила его продать ей наркотики, равно как и их последующих телефонных разговоров, не велось. В результате власти оказались лишенными возможности доказать уже существующее намерение заявителя совершить преступление. Что касается судебного рассмотрения заявления о провокации, то суд первой инстанции косвенным образом отклонил его без проведения какой-либо оценки или указания своих выводов по этому вопросу. Суд кассационной инстанции ограничил свое рассмотрение по этому вопросу утверждениями о том, что "покупатель" ранее покупала наркотики у заявителя, что свидетельствовало о его ранее существовавшем намерении. Однако данный вывод противоречит показаниям "покупателя" в суде первой инстанции и не следует из каких-либо других доказательств, рассмотренных в судах первой и кассационной инстанций. Таким образом, Европейский Суд сделал вывод о том, что национальные суды не смогли предпринять необходимых мер для того, чтобы определить, имела ли место провокация, несмотря на их обязанность сделать это в соответствии со ст. 6 Конвенции. На основании изложенного, руководствуясь ч. 5 ст. 415 УПК РФ, Президиум Верховного Суда РФ возобновил производство по данному уголовному делу ввиду новых обстоятельств; отменил приговор и кассационное определение, а также последующие судебные решения в отношении Д. и уголовное дело передал в тот же суд для производства нового судебного разбирательства. ____________ Обзоры и обобщения Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях ОБЗОР ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ СУДАМИ ДЕЛ, СВЯЗАННЫХ С ОСУЩЕСТВЛЕНИЕМ ГРАЖДАНАМИ ТРУДОВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РАЙОНАХ КРАЙНЕГО СЕВЕРА И ПРИРАВНЕННЫХ К НИМ МЕСТНОСТЯХ Верховным Судом РФ проведено изучение практики рассмотрения судами в 2010-2012 годах споров, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Анализ судебной практики названной категории дел показал, что суды в основном правильно применяли законодательство, регламентирующее труд лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Следует отметить, что судами за указанный выше период в основном рассматривались споры о взыскании заработной платы с учетом районного коэффициента и процентной надбавки и споры о взыскании расходов на оплату проезда к месту использования отпуска и обратно. 1. Оплата труда Районы Крайнего Севера и приравненные к ним местности занимают полностью или частично территорию 24 субъектов Российской Федерации и представляют собой территории с тяжелыми природными условиями, обусловливающими увеличение размера заработной платы и предоставление компенсаций лицам, работающим на указанных территориях. Территории, относящиеся к районам Крайнего Севера и местностям, приравненным к ним, определяются в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 3 января 1983 г. N 12 "О внесении изменений и дополнений в Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденный постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 года N 1029" (с последующими изменениями и дополнениями). Указанное постановление содержит Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера. В соответствии с Трудовым кодексом РФ оплата труда работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями, производится в повышенном размере (ст. 146 ТК РФ). В состав заработной платы, помимо вознаграждения за труд в зависимости от его сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, включаются также компенсационные выплаты (в том числе за работу в особых климатических условиях) и стимулирующие выплаты (ч. 2 ст. 129 ТК РФ). Статья 148 ТК РФ гарантирует оплату труда в повышенном размере работникам, занятым на работах в местностях с особыми климатическими условиями, в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Эти нормы конкретизированы в ст.ст. 315, 316, 317 ТК РФ, предусматривающих, что оплата труда лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. Размеры и порядок применения районных коэффициентов и процентных надбавок устанавливаются Правительством РФ. Аналогичное правовое регулирование содержится в Законе РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях" (далее - Закон РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I). На федеральном уровне до настоящего времени соответствующих постановлений не принято, поэтому в силу ч. 1 ст. 423 ТК РФ к заработной плате работников подлежат применению районные коэффициенты (для производственных и непроизводственных отраслей экономики) и процентные надбавки, установленные органами государственной власти бывшего Союза ССР или органами государственной власти Российской Федерации. Процентные надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к ним, установлены Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 г. "Об упорядочении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера" и Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 г. N 1980-VII "О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера". Органам государственной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления предоставлено право за счет средств соответственно бюджетов субъектов Российской Федерации и бюджетов муниципальных образований устанавливать более высокие размеры районных коэффициентов и процентных надбавок для учреждений, финансируемых соответственно за счет средств бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных бюджетов. Нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации может быть установлен предельный размер повышения районного коэффициента и процентной надбавки, устанавливаемого входящими в состав субъекта Российской Федерации муниципальными образованиями (ч. 2 ст. 316 ТК РФ, ст. 317 ТК РФ, ст. 10 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I). Руководствуясь приведенными нормативными предписаниями, суды приходят к выводу, что районные коэффициенты и процентные надбавки к заработной плате работников являются элементами заработной платы, выплачивать которую в полном размере в силу ст. 22 ТК РФ - прямая обязанность работодателя. К заработной плате работников организаций, финансируемых из федерального бюджета, подлежат применению районные коэффициенты, установленные федеральными органами государственной власти, органами государственной власти бывшего Союза ССР. А. обратился в суд с иском к организации (УФМС России по ЯНАО) о возложении обязанности произвести выплату суммы районного коэффициента к заработной плате. В обоснование заявленных требований истец указал, что в период с 22 января 2008 г. по 18 октября 2010 г. он работал в организации в г. Надыме в должности инспектора. С 22 января 2008 г. по 1 ноября 2009 г. ему был установлен районный коэффициент к заработной плате в размере 70%. С ноября 2009 г. по 18 октября 2010 г. ему стали начислять районный коэффициент к заработной плате в размере 50%. Судом установлено, что Законом Ямало-Ненецкого автономного округа от 16 декабря 2004 г. N 89-ЗАО "О гарантиях и компенсациях для лиц, работающих в организациях, финансируемых за счет средств окружного бюджета, проживающих на территории Ямало-Ненецкого автономного округа" определено, что работникам организаций, финансируемых за счет средств окружного бюджета, расположенных на территории автономного округа в населенных пунктах севернее Полярного круга, установлен единый районный коэффициент к заработной плате в размере 1,8, южнее - 1,7. Согласно приложению к названному Закону в г. Надыме районный коэффициент установлен в размере 1,7. На основании распоряжения администрации Ямало-Ненецкого автономного округа от 18 декабря 2008 г. N 614-РА было заключено соглашение от 18 марта 2009 г. N 2, которым определен порядок и условия осуществления дополнительных выплат сотрудникам, государственным служащим и работникам организации, в которой работал истец. В связи с этим истцу был начислен и выплачивался включительно по ноябрь 2009 г. дополнительный районный коэффициент. Отказывая в удовлетворении иска, суд исходил из того, что финансирование организации, в которой работал истец, осуществляется исключительно за счет средств федерального бюджета, поэтому к заработной плате работников подлежит применению районный коэффициент 1,5, установленный постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 4 сентября 1964 г. N 380/П-18 "Об утверждении районных коэффициентов к заработной плате работников просвещения, здравоохранения, жилищно-коммунального хозяйства, торговли и общественного питания, других отраслей народного хозяйства, непосредственно обслуживающих население, занятых в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к районам Крайнего Севера". При этом суд указал, что Закон Ямало-Ненецкого автономного округа от 16 декабря 2004 г. N 89-ЗАО не подлежит применению в отношении лиц, проживающих в автономном округе и являющихся работниками организаций, финансируемых из средств федерального бюджета. Решение суда не обжаловалось (по материалам обобщения судебной практики Суда Ямало-Ненецкого автономного округа). Исходя из того, что действующее законодательство (ст. 316 ТК РФ) ставит применение районного коэффициента в зависимость от того, из каких источников финансируются работодатели, вывод суда о применении к заработной плате работников организаций, финансируемых из федерального бюджета, районного коэффициента, установленного федеральными органами государственной власти бывшего Союза ССР, является правильным. При рассмотрении споров о размере районных коэффициентов суды обоснованно принимали во внимание, что установление ряда коэффициентов к заработной плате на территории бывшего Союза ССР носило временный характер, а также то обстоятельство, что данные коэффициенты могли быть распространены на работников территорий, не относящихся к районам Крайнего Севера, и местностей, приравненных к ним. Коэффициент 1,7, предусмотренный постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 г. N 561 "О строительстве Байкало-Амурской железнодорожной магистрали" (п. 1 приложения 9), устанавливался на время строительства Байкало-Амурской железнодорожной магистрали и железнодорожной линии БАМ - Тында - Беркакит. Работники обратились в суд с иском к организации (межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России N 4 по Республике Бурятия) о признании незаконными действий по изменению существенных условий труда, выразившихся в изменении оплаты труда в сторону уменьшения, понуждении выплачивать заработную плату с применением коэффициента 1,7. Иск мотивирован тем, что работодатель в нарушение требований ст. 135 ТК РФ уменьшил размер оплаты труда. Уменьшение размера выразилось в начислении заработной платы с применением коэффициента 1,3 вместо 1,7, установленного постановлением ЦК КПСС, Совета Министров СССР от 8 июля 1974 г. N 561 "О строительстве Байкало-Амурской железнодорожной магистрали". Решением суда в удовлетворении иска отказано, снижение коэффициента до размера 1,3 признано правильным. Отказывая в иске, суд исходил из того, что истцы являются работниками организации, финансируемой из федерального бюджета. Работодателем принято решение об изменении существенных условий труда в виде оплаты труда с применением коэффициента 1,3, о чем работники инспекции были уведомлены в письменном виде за два месяца. Впоследствии истцам выплачивалась заработная плата с применением указанного коэффициента. Районный коэффициент 1,3 по Северобайкальскому району Республики Бурятия был установлен постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 4 сентября 1964 г. N 380/П-18 "Об утверждении районных коэффициентов к заработной плате работников просвещения, здравоохранения, жилищно-коммунального хозяйства, торговли и общественного питания, других отраслей народного хозяйства, непосредственно обслуживающих население, занятых в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к районам Крайнего Севера", которое, исходя из ст. 423 ТК РФ, продолжает действовать до настоящего времени. Районный коэффициент 1,7 к заработной плате устанавливался постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 г. N 561 на время строительства Байкало-Амурской железнодорожной магистрали и железнодорожной линии БАМ - Тында - Беркакит. Следовательно, установление повышенного коэффициента носило временный характер. Данный коэффициент не является районным, который устанавливается в централизованном порядке к заработной плате работников, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Строительство последнего объекта на Бурятском участке БАМа - Северомуйского тоннеля завершено в 2003 году. Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия решение оставлено без изменения (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Бурятия). Лицам, проживающим и работающим в ЗАТО "Межгорье", сохранены условия оплаты труда, предусмотренные постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 г. N 561 "О строительстве Байкало-Амурской железнодорожной магистрали". Работники обратились в суд с иском к организации о взыскании задолженности по заработной плате. Требования истцов были мотивированы тем, что они работали в филиале организации, расположенном в закрытом административно-территориальном образовании (ЗАТО) "Межгорье". Однако процентная надбавка к заработной плате за каждый год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, и специальный коэффициент в размере 1,25 им не начислялись, также к заработной плате не применялся коэффициент в размере 1,7. Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из того, что постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 г. N 561 "О строительстве Байкало-Амурской железнодорожной магистрали" и пп. 1 и 2 приложения 9 к названному постановлению к заработной плате работников БАМа был введен районный коэффициент 1,7 и распространены льготы, установленные для лиц, работающих в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 19 июня 1978 г. N 487-152 на всех работников, занятых на строительстве и обслуживании в районах строительства объекта, расположенного в г. Белорецке-15 (ЗАТО "Межгорье"), независимо от ведомственной принадлежности, были распространены условия оплаты труда и льготы, предусмотренные постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 г. N 561. В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 8 июля 1995 г. N 687 за лицами, проживающими и работающими в ЗАТО г. Межгорье, были сохранены ранее предусмотренные льготы. Решение суда не обжаловалось (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Татарстан). Такие выводы судов соответствуют положениям ч. 1 ст. 316 ТК РФ и ч. 1 ст. 423 ТК РФ. В Трудовом кодексе РФ не раскрывается содержание понятия "место работы". В теории трудового права под местом работы понимается расположенная в определенной местности (населенном пункте) конкретная организация, ее представительство, филиал, иное обособленное структурное подразделение. В случае расположения организации и ее обособленного структурного подразделения в разных местностях, исходя из части второй ст. 57 ТК РФ, место работы работника уточняется применительно к этому структурному подразделению. В то же время согласно положениям ст.ст. 315, 316, 317 ТК РФ при расчете заработной платы должны применяться районный коэффициент и процентная надбавка, установленные к заработной плате в районе или местности по месту выполнения работы. Руководствуясь названными нормами, суды правильно приходят к выводу о том, что независимо от места нахождения организации оплата труда работников ее обособленного структурного подразделения, расположенного в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, оплачивается с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. Д. обратился в суд с иском к закрытому акционерному обществу Коммерческий банк "РОСЭНЕРГОБАНК" в лице Архангельского филиала о взыскании задолженности по заработной плате в сумме, процентов за просрочку выплаты заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований Д. указал, что работал в должности помощника советника по защите собственности ЗАО КБ "РОСЭНЕРГОБАНК" с 19 сентября 2006 г., с 1 октября 2009 г. был переведен на должность советника управляющего. Его фактическим местом работы являлось структурное подразделение банка - Архангельский филиал, расположенный в г. Архангельске, который отнесен к местности, приравненной к районам Крайнего Севера. Однако заработную плату работодатель выплачивал истцу без применения районного коэффициента и процентной надбавки за работу в данной местности, в связи с чем образовалась задолженность. С 19 октября 2009 г. истец был уволен в связи с сокращением штата работников организации с выплатой соответствующей компенсации, между тем количество дней неиспользованного отпуска было определено без учета продолжительности дополнительного отпуска, установленной трудовым законодательством для работников районов, приравненных к районам Крайнего Севера. Представитель ЗАО КБ "РОСЭНЕРГОБАНК" с заявленными требованиями не согласилась, указав, что истец состоял в трудовых отношениях с центральным офисом банка, расположенным в г. Москве, у ответчика не было оснований для оплаты труда истца с применением районного коэффициента и процентной надбавки. Суд удовлетворил заявленные требования истца в пределах срока, установленного ст. 392 ТК РФ, руководствуясь следующим. Согласно ст. 315 ТК РФ оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. Размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством РФ (ст. 316 ТК РФ). Аналогичные положения содержатся и в ст. 10 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I. Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержден постановлением Совета Министров СССР от 3 января 1983 г. N 12 (с последующими изменениями и дополнениями). В соответствии с указанным Перечнем г. Архангельск отнесен к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера, где установлен размер районного коэффициента 1,2 (постановление Государственного комитета Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы и Президиума ВЦСПС от 20 ноября 1967 г. N 512/П-28). Таким образом, лицам, работающим в г. Архангельске, оплата труда должна производиться с применением районного коэффициента и процентной надбавки, установленных для данной местности. В целях применения указанных льгот под местом расположения организации следует понимать не только местонахождение ее основного офиса, но и все районы, в которых находятся филиалы, представительства и другие обособленные структурные подразделения организации. Как следует из материалов дела и не отрицалось представителем ответчика в ходе рассмотрения дела, рабочее место истца, где он ежедневно исполнял трудовые функции, находилось в офисе Архангельского филиала банка, расположенном по адресу: г. Архангельск, ул. Поморская, 2. В г. Москву он выезжал в служебные командировки. При таких обстоятельствах доводы истца о том, что оплата труда должна производиться с применением районного коэффициента и процентной надбавки, являются обоснованными (по материалам обобщения судебной практики Архангельского областного суда). Разрешая спор по иску X. к ЗАО "Братские электрические сети" о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований истца. В ходе рассмотрения дела установлено, что истец работал на участке РЭС-2 ЗАО "Братские электрические сети", который расположен в Нижнеилимском районе г. Железногорска-Илимского и является обособленным подразделением ЗАО "Братские электрические сети". За период работы ему не выплачивался районный коэффициент, установленный действующим законодательством Российской Федерации по Нижнеилимскому району, в размере 1,6. Районный коэффициент 1,4 начислялся и выплачивался по месту нахождения головного предприятия в г. Братске. Истец просил взыскать с ответчика задолженность по заработной плате с учетом районного коэффициента 1,6, установленного по месту фактического выполнения им трудовых функций, т. е. в Нижнеилимском районе, который приравнен к районам Крайнего Севера. При рассмотрении дела суд руководствовался постановлением главы администрации Иркутской области от 28 января 1993 г. N 9 "О выравнивании районного коэффициента к заработной плате на территории Иркутской области", в соответствии с которым на территории Нижнеилимского района с 1 января 1993 г. был установлен единый районный коэффициент к заработной плате рабочих и служащих в размере 1,6. Затраты на выплату установленных районных коэффициентов определено осуществлять: предприятиям - за счет собственных средств, бюджетным организациям - за счет соответствующих бюджетов. Исходя из того, что выплата районного коэффициента к заработной плате относится к гарантиям оплаты труда и является элементом заработной платы, суд пришел к выводу, что исковые требования X. о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате с учетом районного коэффициента, установленного по месту работы истца в подразделении, расположенном в Нижнеилимском районе, т. е. в размере 1,6, подлежат удовлетворению. Судом не были приняты во внимание доводы ответчика о том, что размер районного коэффициента к заработной плате истца применяется в зависимости от места нахождения организации ЗАО "Братские электрические сети", т. е. в г. Братске, где установлен районный коэффициент в размере 40%, поскольку из системного толкования норм ст. 316 ТК РФ и ст. 10 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I следует, что при расчете заработной платы должен применяться районный коэффициент, установленный к заработной плате в районе или местности по месту фактического выполнения работы, независимо от места нахождения организации, в штате которой состоит работник (по материалам обобщения судебной практики Иркутского областного суда). Работники обратились в суд с иском к воинской части о взыскании задолженности по заработной плате. Суд удовлетворил заявленные требования, установив, что истцам с апреля 2011 г. выплачивается надбавка в размере 30% вместо 50%, предусмотренных трудовыми договорами. Воинская часть, в которой работают истцы, с 1 марта 2011 г. передана на финансовое обеспечение в филиал N 1 Управления финансового обеспечения МО РФ по Приморскому краю, находящийся в южных районах Дальнего Востока (местность, не приравненная к районам Крайнего Севера). Место фактического исполнения истцами трудовых обязанностей и место нахождения воинской части не изменились. Воинская часть находится на территории Рощинской сельской администрации Красноармейского района, который относится к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера. В трудовые договоры изменения относительно места работы не вносились (по материалам обобщения судебной практики Приморского краевого суда). Г. обратилась в Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Старстрой" о взыскании невыплаченных сумм районного коэффициента, указав, что она по трудовому договору была принята на работу в филиал ООО "Старстрой" в г. Москве координатором по материалам проекта "Сахалин-2" на период с декабря 2004 г. по декабрь 2005 г. С момента заключения трудового договора она работала в филиале ООО "Старстрой" в г. Южно-Сахалинске, подчиняясь руководству данного филиала. Полагала, что поскольку фактические трудовые отношения у нее сложились с указанным филиалом, расположенным в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, то оплата ее труда должна была производиться с учетом районного коэффициента. Однако работодатель данные выплаты не производил. Удовлетворяя требование истца, суд исходил из того, что на протяжении всего периода работы у ответчика истец осуществляла свои трудовые функции в филиале ООО "Старстрой" (местонахождение - г. Южно-Сахалинск), что не опровергалось стороной ответчика. Данное обстоятельство подтверждается табелями учета рабочего времени истца, а также командировочными удостоверениями, согласно которым истец дважды направлялась в служебные командировки - в г. Хабаровск на 1 день и в г. Париж на 7 дней. Суд признал несостоятельным довод ответчика об отсутствии у истца права на получение районного коэффициента в связи с ее нахождением в г. Южно-Сахалинске в командировке, указав, что служебной командировкой является поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Служебные поездки работников, постоянная работа которых осуществляется в пути или имеет разъездной характер, служебными командировками не признаются (ст. 166 ТК РФ). Следовательно, работник, направляемый в служебную командировку, имеет постоянное место работы в определенной организации и для выполнения какого-либо поручения направляется в другую организацию, расположенную в иной местности, временно, а после выполнения данного задания возвращается на свое постоянное место работы. В данном случае истец иного места работы, кроме филиала ООО "Старстрой", расположенного в г. Южно-Сахалинске, на протяжении всего периода трудовой деятельности у ответчика не имела (по материалам обобщения судебной практики Сахалинского областного суда). Районный коэффициент не начисляется на средний заработок, выплачиваемый работнику за период нахождения в служебной командировке. А. обратился в суд с иском к ОАО "РЖДстрой" в лице его филиала - Строительно-монтажного треста N 10 о взыскании заработной платы в общей сложности за 43 дня нахождения в командировках в районах Крайнего Севера за последние три года работы. Разрешая спор, суд установил, что истец при выполнении трудовых обязанностей направлялся работодателем в командировки в районы Крайнего Севера. При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями ст. 167 ТК РФ, в соответствии с которыми при направлении работника в служебную командировку ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также положениями п. 4 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами, утвержденной приказом Минтруда РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 2, предусматривающими, что работникам, направленным в служебные командировки и временно на период проведения полевых работ в районы Крайнего Севера и в приравненные к ним местности с предприятий, расположенных в других районах страны, льготы, установленные Указами Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 г. и от 26 сентября 1967 г., не предоставляются, суд в удовлетворении иска отказал (по материалам обобщения судебной практики Свердловского областного суда). По общему правилу труд работника используется по месту работы. Труд отдельных работников организуется вне места нахождения работодателя, его представительства, филиала, иного обособленного структурного подразделения. Если в таких случаях выполнение работником трудовой функции осуществляется в районе Крайнего Севера или местности, приравненной к районам Крайнего Севера, то суды, принимая во внимание фактическое место работы работника, приходят к правильному выводу о начислении к его заработной плате соответствующего коэффициента и процентной надбавки. Районный коэффициент и процентная надбавка начисляются к заработной плате работника в зависимости от места выполнения им трудовой функции, а не от места нахождения работодателя, в штате которого состоит работник. А. обратилась в суд с иском к организации о взыскании невыплаченного районного коэффициента и процентной надбавки. Судом установлено, что истец работала по трудовому договору в должности территориального менеджера в отделе региональных продаж организации, местом нахождения которого является территория, не относящаяся к районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям. Свои трудовые обязанности истец исполняла в г. Петрозаводске Республики Карелия, отнесенном постановлением Правительства РФ от 25 февраля 1994 г. N 155 к местности, приравненной к районам Крайнего Севера. Общение с работодателем происходило дистанционно через Интернет. Заработная плата истцу выплачивалась в размере должностного оклада без учета районного коэффициента 15% и без учета процентной надбавки к заработной плате в размере 50%. Кроме того, ей не предоставлялся дополнительный отпуск продолжительностью 16 календарных дней, установленный ст. 115 ТК РФ и ст. 14 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I. Отпускные также рассчитывались без учета районного коэффициента и северных надбавок. Исполнение истцом трудовых обязанностей в г. Петрозаводске подтверждается приказом о приеме на работу, трудовым договором, должностной инструкцией, трудовым договором на работу по совместительству в указанный период времени в г. Петрозаводске, показаниями свидетелей, допрошенными по судебному поручению в г. Петрозаводске. Установив, что истец по трудовому договору осуществляла трудовую функцию в местности, где к заработной плате применяются районный коэффициент и процентная надбавка, суд пришел к выводу о том, что районный коэффициент к заработной плате истицы должен составлять 15%. При этом суд указал, что отсутствие в трудовом договоре условий о применении районного коэффициента и процентной надбавки (в нарушение требований действующего законодательства) не лишает работника права требовать выплаты заработной платы, установленной законодательством. Разрешая спор, суд руководствовался ст. 1 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I, согласно которой действие названного Закона распространяется на лиц, работающих по найму постоянно или временно в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, независимо от форм собственности, и лиц, проживающих в указанных районах и местностях, а также ч. 2 ст. 146, ст. 148, ст.ст. 315, 316 ТК РФ, устанавливающими повышенную оплату труда за работу в особых климатических условиях, положениями ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, предусматривающей право на вознаграждение за труд без какой-либо дискриминации (по материалам обобщения судебной практики Ивановского областного суда). Такая практика однозначно сложилась, например, в судах Республики Карелия, Республики Коми, Челябинской области, Иркутской области, Приморского края, Новгородской области. Обобщение показало, что суды при рассмотрении споров, касающихся начисления районных коэффициентов и процентных надбавок, не всегда исследуют вопрос о фактическом месте работы работника, что приводит к отмене судебных постановлений. Решением городского суда отказано в удовлетворении исковых требований К. к ООО "УМРК" о признании работы вахтовым методом, взыскании надбавки, понуждении к предоставлению дополнительного отпуска за работу вахтовым методом, выплате районного коэффициента за работу в районах Крайнего Севера на том основании, что работодателем, расположенным за пределами районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, не принято решение о введении вахтового метода организации работ. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда решение суда оставлено без изменения. Отменяя апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что по условиям трудового договора истец принят на работу в ООО "УМРК" в качестве электрогазосварщика 5 разряда в структурное подразделение УРМО-2, расположенное в 26 квартале Воронцовского лесничества - промышленной площадке ЗАО "Золото Северного Урала" (Краснотурьинский район Свердловской области). Рабочего места по месту нахождения работодателя истец не имел, на промышленной площадке ЗАО "Золото Северного Урала" не работал ни одного дня, направлялся на работу вне места постоянного проживания и места нахождения работодателя - в Магаданскую область - по графику месяц через месяц, где ежедневно работал по 11-12 часов, проживая в общежитии. Между тем, разрешая данный спор, суд первой инстанции не устанавливал, работал ли истец фактически в условиях вахтового метода. Отказывая в удовлетворении иска, в том числе в части требований о взыскании районного коэффициента за работу в районах Крайнего Севера, суд исходил из того, что в ООО "УМРК" принято Положение о служебных командировках, работодатель не принимал локального нормативного акта о введении вахтового метода, заключая трудовой договор, истец не давал согласия на работу вахтовым методом, стороны договора предусмотрели условие о направлении истца в служебные командировки. В соответствии с положениями ст. 297 ТК РФ вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания. Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых, отдаленных районах или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности. Работники, привлекаемые к работам вахтовым методом, в период нахождения на объекте производства работ проживают в специально создаваемых работодателем вахтовых поселках, представляющих собой комплекс зданий и сооружений, предназначенных для обеспечения жизнедеятельности указанных работников во время выполнения ими работ и междусменного отдыха, либо в приспособленных для этих целей и оплачиваемых за счет работодателя общежитиях, иных жилых помещениях. Порядок применения вахтового метода утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном ст. 372 ТК РФ для принятия локальных нормативных актов. Руководствуясь приведенными положениями, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что трудовое законодательство наделяет работодателя правом организовать производственный процесс, применяя по своему выбору тот или иной метод работы, но не делегирует ему полномочий устанавливать критерии для отнесения работ к тому или иному из предусмотренных законом способов организации труда, это - прерогатива законодателя. Вместе с тем в силу ст. 8 ТК РФ нормы локальных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, не подлежат применению. В соответствии со ст. 9 ТК РФ трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами (по материалам обобщения судебной практики Свердловского областного суда). Работнику, заключившему трудовой договор о работе по совместительству в организации, расположенной в районах Крайнего Севера или местностях, приравненных к этим районам, оплата труда производится с учетом районных коэффициентов и процентных надбавок. Установив при разрешении споров, касающихся начисления районных коэффициентов и процентных надбавок, что работник выполняет работу по совместительству, суды правильно удовлетворяют требования о взыскании задолженности по заработной плате за работу по совместительству с учетом районных коэффициентов и процентных надбавок. Удовлетворяя требования, суды руководствуются положениями ч. 3 ст. 285 ТК РФ, согласно которой лицам, работающим по совместительству в районах, где установлены районные коэффициенты и процентные надбавки к заработной плате, оплата труда производится с учетом указанных коэффициентов и надбавок. Как показало обобщение, такая практика сложилась в судах Архангельской области, Республики Бурятия, Ханты-Мансийского автономного округа. В отличие от районных коэффициентов, начисляемых с первого дня работы в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к ним, размер процентной надбавки зависит от стажа работы на указанных территориях. Трудовой стаж, необходимый для начисления процентной надбавки к заработной плате работникам предприятий, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, начиная с 1 июня 1993 г. суммируется независимо от сроков перерыва в работе. Данный вывод, к которому приходят суды, разрешая споры о начислении процентной надбавки, является правильным. Так, В. обратилась в суд с иском к филиалу организации о перерасчете процентной надбавки, компенсации морального вреда и взыскании судебных расходов. В обоснование иска В. указала, что с 5 августа 2011 г. работала в филиале организации, расположенном в г. Ноябрьске в должности бухгалтера и получала процентную надбавку за стаж работы в районе Крайнего Севера в размере 80%. 31 августа 2011 г. истец была уволена по истечении срока трудового договора, а 16 апреля 2012 г. вновь принята на работу в этот же филиал организации, но процентная надбавка ей была установлена в размере 60%. Проверяя правильность начисления процентной надбавки к заработной плате, суд первой инстанции на основании пп. 22, 23, 24 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций, утвержденной приказом Минтруда РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 2, пришел к выводу, что при наличии больших перерывов в работе истец не имеет права на выплату процентной надбавки в размере 80%. Суд апелляционной инстанции не согласился с указанным выводом по следующим основаниям. В соответствии с п. 22 названной Инструкции за работниками предприятий, организаций и учреждений, уволившимися с прежней работы (за исключением увольнения за виновные действия), сохраняется непрерывный стаж работы, дающий право на получение надбавки к заработной плате за работу, если перерыв в работе не превышает сроков, установленных действующим законодательством. За работниками, уволившимися после 1 января 1991 г., сохраняется непрерывный стаж, дающий право на получение надбавок за работу в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к ним, если перерыв между днем увольнения и днем поступления на работу на предприятия, в организации и учреждения в этих районах не превышает сроков, установленных действующим законодательством. При превышении указанных сроков размеры надбавок за непрерывный стаж работы уменьшаются в таком же порядке и размерах, как это предусмотрено за увеличение стажа работы ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 г. N 1908-VII. Судом установлено, что перерыв между периодами работы у ответчика - 7 месяцев и 16 дней (день увольнения 31 августа 2011 г. - день принятия на работу 16 апреля 2012 г.). Согласно ст. 314 ТК РФ порядок установления и исчисления трудового стажа, необходимого для получения гарантий и компенсаций, устанавливается Правительством РФ в соответствии с федеральным законом. В силу п. 1 постановления Совета Министров - Правительства РФ от 7 октября 1993 г. N 1012 "О порядке установления и исчисления трудового стажа для получения процентной надбавки к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и в остальных районах Севера" (введено в действие с 1 июня 1993 г.) трудовой стаж, дающий право на получение процентных надбавок к месячной заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и в остальных районах Севера, где установлены районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате, суммируется независимо от сроков перерыва в работе. Таким образом, трудовой стаж, дающий право на получение процентных надбавок к заработной плате работникам предприятий, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, начиная с 1 июня 1993 г. суммируется независимо от сроков перерыва в работе и мотивов прекращения трудовых отношений, что также следует из п. 2 разъяснения N 7 "О порядке установления и исчисления трудового стажа для получения процентных надбавок к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, в южных районах Дальнего Востока, Красноярского края, Иркутской и Читинской областей, Республики Бурятия, в Республике Хакасия", утвержденного постановлением Минтруда России от 16 мая 1994 г. N 37. Решение суда первой инстанции в части отказа В. в удовлетворении иска о перерасчете процентной надбавки к заработной плате судом апелляционной инстанции отменено с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований о перерасчете заработной платы с применением северной надбавки в размере 80% (по материалам обобщения судебной практики Суда Ямало-Ненецкого автономного округа). В то же время, как обоснованно полагают суды при разрешении споров, касающихся начисления процентных надбавок, основания прекращения трудовых отношений не имеют значения для исчисления трудового стажа, необходимого для установления процентной надбавки. Р. обратилась в суд с иском к организации о взыскании невыплаченной суммы надбавки к заработной плате за работу в районах Крайнего Севера, ссылаясь на то, что работодатель в нарушение ст. 317 ТК РФ не выплачивал ей указанную надбавку в размере 100%. При разрешении спора суд установил, что до заключения 8 апреля 2005 г. трудового договора с организацией Р. работала сторожем в другой организации, расположенной в районах Крайнего Севера, откуда была уволена 10 декабря 1996 г. по п. 4 ст. 33 КЗоТ РФ за прогулы. Ответчик, руководствуясь подп. "в" п. 27 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами, утвержденной приказом Минтруда РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 2, и предписанием подп. "в" п. 2 разъяснения "О порядке установления и исчисления трудового стажа для получения процентных надбавок к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, в южных районах Дальнего Востока, Красноярского края, Иркутской и Читинской областей, Республики Бурятия, в Республике Хакасия", утвержденного постановлением Минтруда России от 16 мая 1994 г. N 37, согласно которым непрерывный трудовой стаж, дающий право на получение надбавки к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, не сохраняется при поступлении на работу после прекращения трудового договора в связи с прогулом без уважительных причин, при поступлении на работу истца начал заново исчислять стаж, дающий право на получение процентной надбавки, и, соответственно, устанавливал ей процентную надбавку: с 8 октября 2005 г. - 10%, с 8 апреля 2006 г. - 20%, с 8 октября 2006 г. - 30% и т. д. Решением суда требования Р. удовлетворены частично: во взыскании процентной надбавки за период с 8 апреля 2005 г. по 1 сентября 2008 г. истцу отказано в связи с пропуском срока на обращение в суд; за период с 1 сентября 2008 г. по день увольнения невыплаченные суммы процентной надбавки взысканы в пользу истца. Принимая указанное решение, суд первой инстанции руководствовался позицией Верховного Суда РФ, изложенной в решении от 7 июня 2006 г. N ГКПИ06-526, которым вышеприведенное положение Инструкции признано недействующим (по материалам обобщения судебной практики Суда Чукотского автономного округа). Согласно указанному решению Верховного Суда РФ процентная надбавка к заработной плате является составной частью оплаты труда и по своему характеру относится не к стимулирующим выплатам за достижение определенных результатов, а к гарантиям и компенсациям, предоставляемым за работу в особых климатических условиях. Право на процентную надбавку поставлено в зависимость непосредственно от стажа работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. При этом ни Трудовой кодекс РФ, ни Закон РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I не связывают предоставление гарантий и компенсаций с причинами расторжения трудового договора, не предусматривают оснований, по которым может быть прекращено или ограничено возникшее у работника право на процентную надбавку к заработной плате в соответствии со стажем его работы в особых климатических условиях. Подпункт "в" п. 27 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами, утвержденной приказом Минтруда РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 2, и подп. "в" п. 2 разъяснения "О порядке установления и исчисления трудового стажа для получения процентных надбавок к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, в южных районах Дальнего Востока, Красноярского края, Иркутской и Читинской областей, Республики Бурятия, в Республике Хакасия", утвержденного постановлением Минтруда России от 16 мая 1994 г. N 37, подменяют закрепленное в законе понятие "стаж работы" понятием "непрерывный стаж работы", что ограничивает право работника на вознаграждение за труд, снижает установленный на основании закона размер оплаты труда на величину имевшейся у работника процентной надбавки, исключая возможность учета стажа работы в особых климатических условиях за период, предшествующий расторжению трудового договора с работником за прогул. По сути, имеет место установление в отношении работника, подвергнутого дисциплинарному взысканию за виновные действия, дополнительной не предусмотренной законом ответственности в виде лишения его права на процентную надбавку к заработной плате за стаж работы в особых климатических условиях. Вследствие применения такой ответственности работник при оплате труда ставится в неравные условия с другими работниками, имеющими равный с ним стаж работы в таких же условиях, что не соответствует требованиям ст. 132 ТК РФ, запрещающей какую-либо дискриминацию при установлении и изменении размеров заработной платы и других условий труда. Разрешая споры, касающиеся определения стажа, необходимого для исчисления процентной надбавки, суды правильно исходят из того, что действующее законодательство не предусматривает включения периодов деятельности, осуществлявшихся на основании договоров гражданско-правового характера, и периодов индивидуальной трудовой деятельности в указанный стаж. Такая практика складывается, например, в судах Республики Карелия, Республики Коми. В ходе изучения судебной практики выявлено, что суды Республики Коми, Мурманской области, Архангельской области, Красноярского края разрешали вопрос о возможности применения процентной надбавки для расчета оплаты труда осужденных к лишению свободы, привлекавшихся к оплачиваемому труду в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях в период отбывания наказания. Первоначально суды по-разному разрешали данный вопрос. Ряд судов удовлетворяли требования осужденных к лишению свободы о взыскании процентной надбавки, приходя к выводу, что действующее законодательство не допускает никаких изъятий в части оплаты труда названных выше лиц. Правильной является практика тех судов, которые приходили к выводу о том, что у осужденных к лишению свободы отсутствует право на получение процентной надбавки к заработной плате за стаж работы в особых климатических условиях, поскольку труд осужденных к лишению свободы осуществляется не в рамках трудового договора и трудовые отношения между осужденным, привлекаемым к труду, и администрацией исправительного учреждения в том понимании, которое закреплено в ст. 20 ТК РФ, не возникают. Так, осужденный Б. обратился в суд с иском к учреждению, исполняющему наказание, о взыскании заработной платы с учетом процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера. При разрешении спора суд установил, что Б. до осуждения имел стаж работы в местности, которая включена в Перечень местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, и, руководствуясь ст. 105 УИК РФ, ст.ст. 146, 315 ТК РФ, пришел к выводу, что осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. При этом суд отметил, что решением Верховного Суда РФ от 12 апреля 2012 г. N АКПИ12-357 подп. "а" п. 27 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами, утвержденной приказом Минтруда РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 2, предусматривающий, что непрерывный трудовой стаж не сохраняется при поступлении на работу после прекращения трудового договора в случае вступления в законную силу приговора суда, по которому рабочий или служащий осужден к лишению свободы, исправительным работам не по месту работы либо к иному наказанию, исключающему возможность продолжения данной работы, признан недействующим с 23 декабря 2004 г. Определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда указанное решение отменено, по делу вынесено новое решение об отказе в удовлетворении требований. В обоснование своего решения судебная коллегия указала, что согласно ч. 1 ст. 103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Таким образом, осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства. Поскольку общественно полезный труд как средство исправления (ст. 9 УИК РФ) и обязанность (ст.ст. 11, 103 УИК РФ) осужденных является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер. Коллегия указала, что согласно ч. 1 ст. 105 УИК РФ осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде, однако при этом законодатель не отнес указанную категорию граждан к лицам, работающим по трудовым договорам, т. е. состоящим в трудовых правоотношениях с учреждениями (организациями, предприятиями), в которых они трудоустраиваются на период отбывания наказания, тогда как Закон РФ "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях" распространяет свое действие на лиц, работающих по найму (т. е. на основании трудового договора) постоянно или временно в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, независимо от форм собственности, и лиц, проживающих в указанных районах и местностях. Поскольку трудовой договор с истцом не заключался, истец привлекался к труду в связи с отбыванием наказания, следовательно, правоотношения, возникшие между сторонами, не были основаны на трудовом договоре. Отменяя решение районного суда, коллегия обратила внимание также на то, что ссылка суда в мотивировочной части решения на признание недействующим подп. "а" п. 27 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами, утвержденной приказом Минтруда РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 2, не относится к предмету рассматриваемого спора, так как указанная норма права регулирует другие правоотношения (по материалам обобщения судебной практики Архангельского областного суда). В настоящее время практика судов складывается именно так. В соответствии с Конституцией Российской Федерации в целях создания условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, в Российской Федерации устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда (ч. 2 ст. 7); каждый имеет право на вознаграждение за труд не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (ч. 3 ст. 37). По смыслу приведенных конституционных положений, институт минимального размера оплаты труда по своей конституционно-правовой природе предназначен для установления того минимума денежных средств, который должен быть гарантирован работнику в качестве вознаграждения за выполнение трудовых обязанностей с учетом прожиточного минимума. Часть 3 ст. 133 ТК РФ предусматривает, что месячная заработная плата работника, отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. При этом согласно ст. 2 ТК РФ обеспечивается право каждого работника на справедливые условия труда, которое в соответствии с Международным пактом об экономических, социальных и культурных правах включает справедливую зарплату и равное вознаграждение за труд равной ценности (ст. 7). Установление работнику справедливой заработной платы обеспечивается положениями Трудового кодекса РФ, предусматривающими обязанность работодателя обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности (ст. 22), зависимость заработной платы каждого работника от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, запрещение какой бы то ни было дискриминации при установлении и изменении условий оплаты труда (ст. 132); основные государственные гарантии по оплате труда работника (ст. 130); повышенную оплату труда работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями (ст. 146). Заработная плата конкретного работника устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства (чч. 1 и 2 ст. 135 ТК РФ) и должны гарантировать каждому работнику определение его заработной платы с учетом установленных законодательством критериев, в том числе условий труда. При этом оплата труда, выполняемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате (ст.ст. 148, 315, 316 и 317 ТК РФ). Из этого следует, что при разработке системы оплаты труда работодатель должен установить обоснованную дифференциацию оплаты труда, в том числе в зависимости от условий, в которых осуществляется трудовая деятельность. В соответствии с международными нормами и требованиями российского трудового законодательства не допускается установление заработной платы в одинаковом размере работникам, выполняющим работу по одной и той же профессии, специальности или должности (тарифицированную по одному разряду) в различных условиях. Изменения, внесенные в ст.ст. 129 и 133 ТК РФ Федеральным законом от 20 апреля 2007 г. N 54-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О минимальном размере оплаты труда" и другие законодательные акты Российской Федерации", не затрагивают правил определения заработной платы работника и системы оплаты труда. При установлении системы оплаты труда каждым работодателем должны в равной мере соблюдаться как норма, гарантирующая работнику, полностью отработавшему за месяц норму рабочего времени и выполнившему нормы труда (трудовые обязанности), заработную плату не ниже минимального размера оплаты труда, так и правила ст.ст. 2, 130, 132, 135, 146, 148, 315, 316 и 317 ТК РФ, в том числе правило об оплате труда, осуществляемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в повышенном размере по сравнению с оплатой идентичного труда, выполняемого в нормальных климатических условиях. Нормы главы 50 ТК РФ устанавливают особенности оплаты труда работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера, направленные на обеспечение государственных гарантий повышенной по сравнению со всеми остальными категориями работников оплаты труда, и не были изменены законодателем при внесении изменений в ст.ст. 129 и 133 ТК РФ. Таким образом, при установлении системы оплаты труда в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера, неблагоприятные факторы, связанные с работой в этих условиях, в соответствии со ст.ст. 315, 316 и 317 ТК РФ должны быть компенсированы специальными коэффициентом и надбавкой к заработной плате. Правильной является практика тех судов, которые удовлетворяли требования работников о взыскании заработной платы с учетом районных коэффициентов и процентных надбавок в тех случаях, когда работникам, работавшим в районах Крайнего Севера или местностях, приравненных к ним, работодателями устанавливалась заработная плата в размере минимального размера оплаты труда (МРОТ). К заработной плате работника организации, расположенной в районе Крайнего Севера или приравненной к районам Крайнего Севера местности, установленной в размере МРОТ, начисляются районный коэффициент и процентная надбавка за стаж работы в данных районах и местностях. Р. обратился в суд с иском к МОУ "ДОД "ДХШ" о взыскании невыплаченной заработной платы, указав в обоснование требований, что ответчик неверно рассчитывал заработную плату, которая без учета районного коэффициента и процентной надбавки не должна быть меньше минимального размера оплаты труда. При рассмотрении дела судом установлено, что истец работал у ответчика в должности заведующего выставочным залом; в период работы истцу выплачивалась заработная плата, состоящая из должностного оклада в размере 4420 руб., районного коэффициента 30% и процентной надбавки 50% за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, и за июнь - сентябрь 2011 г. с учетом всех компенсационных выплат, без учета районного коэффициента и процентной надбавки, заработная плата истца была меньше установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (4611 руб.). Руководствуясь требованиями ст.ст. 315, 316 и 317 ТК РФ, суд пришел к обоснованному выводу о том, что истцу, как работнику, осуществляющему трудовую деятельность в особых климатических условиях, гарантирована выплата не только минимального размера оплаты труда (МРОТ) в сумме 4611 руб., но и повышенный размер оплаты труда, который обеспечивается выплатой районного коэффициента и процентной надбавки. Поэтому его заработная плата должна быть определена в размере не менее минимального размера оплаты труда (МРОТ), после чего к ней должны быть начислены районный коэффициент и надбавка за стаж работы в северных регионах. Решением суда, которое оставлено без изменения вышестоящей инстанцией, с ответчика в пользу истца взыскана задолженность по заработной плате (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Коми). В то же время районный коэффициент и процентная надбавка не начисляются к размеру минимальной заработной платы, установленному в субъекте Российской Федерации (РМЗП), если заработная плата работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, определенная посредством начисления районного коэффициента и процентной надбавки на размер минимального размера оплаты труда, превышает размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации. Так, решением суда первой инстанции удовлетворены исковые требования Ш. к муниципальному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская больница N 1" о взыскании заработной платы. При этом суд признал необоснованной ссылку представителя ответчика на Региональное соглашение о минимальной заработной плате в Иркутской области на 2011 год. Данным Региональным соглашением на территории Иркутской области установлен размер минимальной заработной платы для работников организаций, расположенных в муниципальном образовании "город Усть-Илимск", муниципальном образовании "Усть-Илимский район", с 1 июня 2011 г. - в размере 6052 руб., с 1 сентября 2011 г. - в размере 6721 руб. с учетом всех компенсационных выплат и доплат. В соответствии со ст. 133-1 ТК РФ в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (РМЗП). Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда (МРОТ), установленного федеральным законом. Исходя из положений Федерального закона от 19 июня 2000 г. N 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда" (в ред. Федерального закона от 1 июня 2011 г. N 106-ФЗ) минимальный размер оплаты труда в Российской Федерации установлен с 1 июня 2011 г. в размере 4611 руб., и с учетом северной надбавки 50% и районного коэффициента 60% при условии выработки нормы рабочего времени заработная плата истца должна составлять с 1 июня 2011 г. не менее 9683 руб. При таких обстоятельствах суд признал, что региональное соглашение не может применяться к данным правоотношениям, поскольку противоречит Федеральному закону от 19 июня 2000 г. N 82-ФЗ (в ред. Федерального закона от 1 июня 2011 г. N 106-ФЗ) (по материалам обобщения судебной практики Иркутского областного суда). 2. Компенсации работнику, увольняемому в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата работников организации Одним из видов материальной поддержки лиц, лишившихся работы, является сохранение средней заработной платы на период трудоустройства, который предоставляется в соответствии со ст.ст. 178 и 318 ТК РФ. Так, в ст. 178 ТК РФ закреплено общее правило, согласно которому при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации (п. 1 ч. 1 ст. 81 ТК РФ) либо сокращением численности или штата работников (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ) увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется его средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия), а в исключительных случаях по решению органа службы занятости населения при условии, если в двухнедельный срок после увольнения работник обратился в этот орган и не был им трудоустроен, - в течение третьего месяца со дня увольнения. Работникам, увольняемым в связи с ликвидацией организации или сокращением численности или штата работников организации, расположенной в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, с учетом ограниченных возможностей трудоустройства в этих районах и местностях по сравнению с иными территориями страны гарантирован более длительный максимальный период сохранения среднего месячного заработка на время поиска работы - не свыше трех месяцев (с зачетом выходного пособия). В исключительных случаях средний месячный заработок сохраняется за указанным работником в течение четвертого, пятого и шестого месяцев со дня увольнения по решению органа службы занятости населения при условии, если в месячный срок после увольнения работник обратился в этот орган и не был им трудоустроен (ст. 318 ТК РФ). Как следует из содержания приведенных норм, основанием сохранения среднего месячного заработка работника является факт потери им работы по указанным причинам и незанятость в течение определенного периода после увольнения. При этом сохранение среднего месячного заработка поставлено в зависимость от того, обратился ли работник в течение соответствующего периода времени со дня увольнения в орган службы занятости и был ли им трудоустроен. При разрешении споров о взыскании среднего месячного заработка за четвертый, пятый и шестой месяцы со дня увольнения судами, исходя из ч. 2 ст. 318 ТК РФ, делается правильный вывод о том, что обращение работника в службу занятости в месячный срок после увольнения и его нетрудоустройство указанной службой является основанием для сохранения ему среднего месячного заработка за четвертый, пятый и шестой месяцы со дня увольнения. О. обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Теплоэнергетика" (далее ООО "Теплоэнергетика") о взыскании среднемесячного заработка на период трудоустройства в связи с сокращением штата, компенсации морального вреда и судебных издержек. В обоснование исковых требований истец указал, что он был уволен в связи с сокращением штата работников по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Полагал, что имеет право на сохранение среднего месячного заработка в течение четвертого, пятого и шестого месяцев со дня увольнения, поскольку он обратился в "Центр занятости населения Няндомского района" в месячный срок и не был трудоустроен. Работодатель отказал ему в выдаче среднего заработка. Руководствуясь ч. 2 ст. 318 ТК РФ, суд первой инстанции удовлетворил требования истца. В судебном заседании было установлено, что истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком, 20 июля 2009 г. он был уволен с должности сторожа автоцеха по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ - в связи с сокращением штата работников организации; в органе службы занятости населения истец встал на учет в месячный срок с момента увольнения и не был трудоустроен, в том числе в течение четвертого, пятого и шестого месяцев со дня увольнения; вариантов подходящей работы для истца в соответствии с его специальностью, образованием и последним местом работы Центром занятости не предлагалось по причине отсутствия таких вакансий; в выплате истцу средней месячной заработной платы за первый, второй, третий, четвертый, пятый и шестой месяцы со дня увольнения ответчиком было отказано. Указанные обстоятельства подтверждаются следующими исследованными в судебном заседании доказательствами: трудовой книжкой, согласно записи в которой истец принят на работу в ООО "Теплоэнергетика" 22 октября 2007 г. сторожем автоцеха по 1 разряду, а уволен в связи с сокращением штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ) на основании приказа; справкой Центра занятости населения, из которой следует, что истец зарегистрирован в качестве безработного 30 июля 2009 г.; справками, выданными Центром занятости населения 8 декабря 2009 г., 22 декабря 2009 г., 9 февраля 2010 г., подтверждающими, что истец обратился в Центр занятости населения 30 июля 2009 г. и не был трудоустроен в течение четвертого, пятого и шестого месяцев со дня увольнения; решениями Комиссии по вопросам реализации гражданами гарантий, предусмотренных ст. 318 ТК РФ, Центра занятости населения от 8 декабря 2009 г., 22 декабря 2009 г., 9 февраля 2010 г. истцу предоставлено право на сохранение среднего месячного заработка в течение четвертого, пятого и шестого месяцев со дня увольнения по последнему месту работы; выпиской по счету пластиковой карты на имя О., из которой видно, что средний месячный заработок на период трудоустройства в течение первого, второго, третьего, четвертого, пятого и шестого месяцев со дня увольнения истцу не выплачивался. Установив факт обращения истца в орган занятости населения в месячный срок со дня увольнения и факт нетрудоустройства в связи с отсутствием подходящей работы, суд пришел к выводу о том, что у истца имеется право на получение среднего месячного заработка за первый, второй, третий, четвертый, пятый и шестой месяцы после увольнения (по материалам обобщения судебной практики Архангельского областного суда). Суды приходят к правильному выводу о том, что работник имеет право на сохранение среднего месячного заработка на период трудоустройства в течение четвертого, пятого и шестого месяцев, если по вине работодателя он был лишен возможности своевременно обратиться в орган службы занятости в целях поиска подходящей работы. Решением районного суда был удовлетворен иск Д. к ООО "Инвестлеспром-Лесозаготовка" о взыскании среднего месячного заработка на период трудоустройства. При разрешении спора суд установил, что истец был уволен из ООО "Инвестлеспром-Лесозаготовка" по сокращению штата по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ 12 сентября 2011 г. Трудовая книжка при увольнении на руки ему не выдавалась, а была направлена истцу 18 октября 2011 г. по почте и получена им 19 октября 2011 г. 19 октября 2011 г. истец в целях поиска подходящей работы обратился в ГУ "Центр занятости населения Муезерского района", представив в указанный орган трудовую книжку и справку о средней заработной плате. Решением органа службы занятости истцу было отказано в постановке на учет, поскольку в данной справке была неверно указана фамилия истца. Надлежащим образом оформленная справка о средней заработной плате направлена ответчиком истцу 7 декабря 2011 г., получена истцом 8 декабря 2011 г. Разрешая спор, суд применил положения ст. 84-1 ТК РФ об обязанности работодателя в день прекращения трудового договора выдать работнику трудовую книжку, а также Порядок регистрации безработных граждан, утвержденный приказом Минздравсоцразвития России от 30 сентября 2010 г. N 847-н, согласно которому гражданин при обращении в государственное учреждение службы занятости в целях поиска подходящей работы и регистрации в качестве безработного должен предъявить документы, в том числе справку о среднем заработке за последние три месяца по последнему месту работы. Учитывая эти обстоятельства, суд первой инстанции указал, что именно по вине ответчика истец был лишен возможности своевременного обращения в органы службы занятости для регистрации в целях поиска подходящей работы, получения соответствующего решения указанного органа и, следовательно, получения от работодателя средней заработной платы на период трудоустройства за второй, третий, четвертый, пятый и шестой месяцы. При таких обстоятельствах суд обоснованно взыскал с ответчика суммы указанного заработка. Судом апелляционной инстанции решение суда первой инстанции в этой части оставлено без изменения (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Карелия). Достижение уволенным работником пенсионного возраста, получение им пенсии, как правильно полагают суды при разрешении таких споров, не является обстоятельством, исключающим возможность сохранения среднего месячного заработка в течение четвертого - шестого месяцев со дня увольнения. Федеральное бюджетное учреждение обратилось в суд с требованиями о признании недействительными решений ГУ "Центр занятости населения Сегежского района" о сохранении среднего месячного заработка за четвертый и пятый месяцы трудоустройства работникам П., С., К., уволенным по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, являющимся пенсионерами. Заявитель полагал, что пенсионеры не могут быть зарегистрированы в установленном законом порядке в качестве безработных, поскольку уже защищены государством посредством назначения пенсии. Разрешая спор, суд установил, что истцы П., К., С. были уволены из указанного учреждения по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, в течение первого месяца после увольнения они встали на учет в ГУ "Центр занятости населения Сегежского района" для трудоустройства, но трудоустроены не были. Названный орган принял решение о предоставлении указанным работникам права на сохранение среднего месячного заработка по последнему месту работы в течение четвертого и пятого месяцев. Ссылаясь на положения ст. 318 ТК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований и отмены оспоренных решений. При этом был признан несостоятельным довод заявителя о том, что положения ст. 318 ТК РФ не распространяются на граждан, которым выплачивается пенсия, поскольку данная статья не содержит положений, устанавливающих различия в реализации права на получение среднего заработка в течение четвертого, пятого и шестого месяцев после увольнения пенсионерами и лицами, которым пенсия еще не назначена. Назначение гражданину пенсии порождает единственное ограничение в реализации его прав, связанных с трудоустройством, - невозможность признания его в качестве безработного. Кроме того, ограничение прав, вытекающих из трудовых отношений, по мотивам достижения гражданином пенсионного возраста не согласуется с положениями чч. 1 и 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, противоречит ст. 1 Конвенции МОТ от 25 июня 1958 г. N 111 "Относительно дискриминации в области труда и занятий" в части недопустимости нарушения равенства возможностей или обращения в области труда и занятости, ст.ст. 2, 3 ТК РФ и ст. 5 Закона РФ "О занятости населения в Российской Федерации", гарантирующим свободу труда и равные возможности в реализации трудовых прав, а также свободный выбор занятости независимо от возраста и социального положения. С данным судебным решением согласился суд апелляционной инстанции. При этом суд апелляционной инстанции не согласился с доводом жалобы о том, что указанные работники учреждения необоснованно отказались от работы, предложенной им органом занятости населения. В данном случае отказ от предложенной работы является обоснованным, поскольку рабочие места были предложены без учета развития сети общественного транспорта в данной местности, обеспечивающей транспортную доступность рабочего места. В соответствии с п. 1 ст. 4 Закона РФ "О занятости населения в Российской Федерации" подходящей считается такая работа, в том числе работа временного характера, которая соответствует профессиональной пригодности работника с учетом уровня его квалификации, условиям последнего места работы (за исключением оплачиваемых общественных работ), состоянию здоровья, транспортной доступности рабочего места (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Карелия). Исходя из буквального толкования ст. 318 ТК РФ сохранение среднего месячного заработка на период трудоустройства предусмотрено только при увольнении работников из организации в случае ликвидации организации, сокращения численности или штата ее работников. В то же время согласно ч. 2 ст. 307 ТК РФ случаи и размеры выплачиваемых при прекращении трудового договора выходного пособия и других компенсационных выплат работникам, работающим у работодателя - физического лица, определяются трудовым договором. Поэтому работник, уволенный индивидуальным предпринимателем в связи с прекращением им предпринимательской деятельности, как правильно указывают суды, не может претендовать на сохранение средней заработной платы на период трудоустройства, если при заключении трудового договора между индивидуальным предпринимателем и работником не достигнуто соглашение о сохранении средней заработной платы на период трудоустройства. Решением суда отказано в удовлетворении исков М. и X. к индивидуальному предпринимателю К. о взыскании выходного пособия и среднего месячного заработка. Суд установил, что истцы работали продавцами в магазине, были уволены в связи с прекращением деятельности индивидуального предпринимателя по п. 1 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, трудовыми договорами не была предусмотрена гарантия при увольнении по указанному основанию в виде выплаты выходного пособия и среднего месячного заработка на период трудоустройства. При отказе в удовлетворении иска суд руководствовался особенностями регулирования труда работников, работающих у работодателей - физических лиц, установленными ст.ст. 307, 318 ТК РФ (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Карелия). 3. Дополнительный выходной день В соответствии со ст. 319 ТК РФ одному из родителей (опекуну, попечителю, приемному родителю), работающему в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеющему ребенка в возрасте до шестнадцати лет, по его письменному заявлению ежемесячно предоставляется дополнительный выходной день без сохранения заработной платы. За 2010-2012 годы имел место единственный случай рассмотрения судом спора, связанного с отказом работодателя предоставить дополнительный выходной день родителю, работающему в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеющему ребенка в возрасте до 16 лет. Разрешая указанный спор, суд правильно исходил из того, что предоставление дополнительного выходного дня является правом одного из родителей, имеющего ребенка до 16 лет, поэтому работодатель такого работника не вправе отказать ему в предоставлении указанного выходного дня в связи со служебной необходимостью. И. обратилась в суд с иском к аппарату администрации Петропавловск-Камчатского городского округа о признании незаконным отказа работодателя в предоставлении ей 19 марта 2012 г. дополнительного выходного дня без сохранения заработной платы и взыскании компенсации морального вреда. Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходил из того, что предоставление дополнительного выходного дня без сохранения заработной платы одному из родителей, работающему в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеющему ребенка в возрасте до шестнадцати лет, является правом работника, которое в силу действующего законодательства без учета мнения работодателя реализовано быть не может. Вышестоящая судебная инстанция с таким выводом суда не согласилась, указав, что дополнительный выходной день предоставляется при соблюдении определенных условий, а именно: письменного заявления работника, наличия ребенка в возрасте до шестнадцати лет. Иных условий для предоставления указанной государственной гарантии ст. 319 ТК РФ не содержит. При таких обстоятельствах, в случае если работником соблюдены условия данной статьи, работодатель не может отказать в предоставлении дополнительного выходного дня, в том числе в связи со служебной необходимостью. Решение суда первой инстанции отменено, исковые требования И. удовлетворены (по материалам обобщения судебной практики Камчатского краевого суда). 4. Сокращенная рабочая неделя для женщин Судами разрешались требования женщин о взыскании задолженности по заработной плате, обусловленные отказами работодателей произвести оплату их труда, используемого за пределами 36-часовой рабочей недели. При разрешении указанных требований судами выяснялись следующие обстоятельства: устанавливалась ли для женщин коллективным договором, трудовым договором, локальным нормативным актом 36-часовая рабочая неделя, привлекались ли женщины к сверхурочной работе по инициативе или с ведома работодателя, выполнялась ли ими работа в сверхурочное время, произведена ли работодателем оплата такой работы. Установление сокращенной продолжительности рабочей недели женщинам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, является не правом, а обязанностью работодателя. Городской суд удовлетворил исковые требования М., П., Р., К., Е. к ОАО "КИТ Финанс Инвестиционный банк" о взыскании оплаты труда за переработанное время. Разрешая спор, суд установил, что все истцы работали в банке в различных должностях, местом их работы являлся кредитно-кассовый офис в г. Петрозаводске и им была установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов вместо 36 часов. В силу Перечня районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 3 января 1983 г. N 12, г. Петрозаводск отнесен к местности, приравненной к районам Крайнего Севера. Разрешая спор, суд указал, что в соответствии со ст. 320 ТК РФ для женщин, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, коллективным договором или трудовым договором устанавливается 36-часовая рабочая неделя, если меньшая продолжительность рабочей недели не предусмотрена для них федеральными законами. При этом заработная плата выплачивается в том же размере, что и при полной рабочей неделе. Согласно ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, а также трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не могут применяться. Положения ст. 320 ТК РФ не предполагают установление для женщин, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, продолжительности рабочей недели свыше 36 часов, в связи с чем работодатель при заключении коллективного или трудового договора не вправе увеличивать продолжительность рабочего времени, установленную законодательством. Поскольку в нарушение ст. 320 ТК РФ истцам была установлена 40-часовая рабочая неделя, то суд пришел к выводу о том, что у истцов имела место работа за пределами сокращенной продолжительности рабочего времени, поэтому их требования об оплате такой работы являются обоснованными. Вышестоящая судебная инстанция согласилась с решением суда и при этом признала несостоятельными и основанными на ошибочном понимании положений ст.ст. 99, 152, 320 ТК РФ доводы жалобы ответчика о том, что ст. 320 ТК РФ не обязывает работодателя устанавливать для женщин, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, 36-часовую рабочую неделю, в связи с чем работодатель может установить иную, большую продолжительность рабочей недели (40-часовую), не производя при этом оплату работы, находящейся за пределами сокращенной продолжительности рабочего времени (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Карелия). Работа женщин в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выполняемая сверх установленной для них законодательством продолжительности рабочего времени, подлежит дополнительной оплате. Княжпогостский районный суд, рассматривая дело по искам Б. и других к ООО "Управляющая компания "Княжпогостское ЖКХ" о взыскании заработной платы, установил, что истцы состояли с ответчиком в трудовых отношениях, работая вахтерами общежитий. Проанализировав табели учета рабочего времени и учитывая норму рабочего времени по производственному календарю при 36-часовой рабочей неделе, суд установил, что каждой из истцов отработано сверх установленной нормы определенное количество часов, которое ответчиком не оплачено в полном объеме, в связи с чем удовлетворил требования об оплате сверхурочной работы (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Коми). Интинский городской суд разрешил спор по иску В. к ЗАО "Голд Минералс" о взыскании заработной платы за сверхурочно отработанное время. Обращаясь с иском, истец указала, что по условиям трудового договора ей установлена 36-часовая рабочая неделя с одним выходным днем, однако фактически она работала не по 6, а по 8 часов в день, перерабатывая по 2 часа ежедневно без соответствующей оплаты. При рассмотрении спора суд учел норму рабочего времени по производственному календарю, установленную истцу трудовым договором 36-часовую рабочую неделю, фактически отработанное время по табелям учета рабочего времени, действующее у ответчика Положение об оплате труда работников ЗАО "Голд Минералс", фактически произведенную оплату по расчетным листкам и пришел к обоснованному выводу о наличии переработки сверх установленной продолжительности рабочего времени, не оплаченной в предусмотренном трудовым законодательством размере (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Коми). Такая практика судов является правильной. В соответствии со ст. 99 ТК РФ сверхурочной признается работа, выполняемая по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период. Оплачивается сверхурочная работа в повышенном размере: за первые два часа - не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере (ст. 152 ТК РФ). В связи с этим следует обратить внимание на то, что законодательство Российской Федерации, установив порядок оплаты переработки сверх установленной для работников продолжительности рабочего дня (смены), не определяет механизм оплаты переработки нормального числа рабочих часов за учетный период при суммированном учете рабочего времени. Такой механизм содержится в п. 5.5 Рекомендаций по применению режимов гибкого рабочего времени на предприятиях, в учреждениях и организациях отраслей народного хозяйства, утвержденных постановлением Госкомтруда СССР N 162, ВЦСПС N 12-55 от 30 мая 1985 г. Рекомендации, согласно их пп. 1.1 и 1.2, предусматривают общие условия и порядок применения режимов гибкого рабочего времени, нормативной основой применения которых является суммированный учет рабочего времени (решение Верховного Суда Российской Федерации от 15 октября 2012 г. N АКПИ12-1068). Согласно п. 5.5 Рекомендаций оплата сверхурочной работы осуществляется: в полуторном размере за первые два часа, приходящиеся в среднем на каждый рабочий день учетного периода; в двойном - за последующие часы сверхурочной работы. 5. Дополнительный отпуск лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях Суды приходили к правильному выводу о том, что лицам, работающим по совместительству в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, дополнительный отпуск за работу в указанных районах и местностях предоставляется продолжительностью соответственно 24 и 16 календарных дней и суммируется с основным отпуском. Решением городского суда отказано в удовлетворении исковых требований Р. к МБУЗ "Норильская стоматологическая поликлиника" о признании незаконным приказа "О предоставлении дополнительного оплачиваемого отпуска совместителям", которым установлен запрет на предоставление совместителям ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска. Отказывая Р. в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 287 ТК РФ, пришел к выводу, что дополнительный отпуск за работу в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к ним, относится к гарантиям и компенсациям, установленным для лиц, работающих на указанных территориях, в связи с чем право на него возникает у работника только по основному месту работы. Апелляционная инстанция, не соглашаясь с решением суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска, указала следующее. Частью 1 ст. 287 ТК РФ установлено, что гарантии и компенсации лицам, совмещающим работу с получением образования, а также лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, предоставляются работникам только по основному месту работы. Другие гарантии и компенсации, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, предоставляются лицам, работающим по совместительству, в полном объеме (ч. 2 ст. 287 ТК РФ). Вместе с тем согласно ст. 321 ТК РФ, кроме установленных законодательством ежегодных основного оплачиваемого отпуска и дополнительных оплачиваемых отпусков, предоставляемых на общих основаниях, лицам, работающим в районах Крайнего Севера, предоставляются дополнительные оплачиваемые отпуска продолжительностью 24 календарных дня, а лицам, работающим в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, - 16 календарных дней. Общая продолжительность ежегодных оплачиваемых отпусков работающим по совместительству устанавливается на общих основаниях. При исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска дополнительные оплачиваемые отпуска суммируются с ежегодным основным оплачиваемым отпуском (ст. 120 ТК РФ). Положения ст. 287 ТК РФ не распространяются на дополнительные отпуска, поскольку ст. 321 ТК РФ установлена специальная норма, согласно которой совместителям, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, дополнительный отпуск за работу в указанных районах и местностях предоставляется на общих основаниях, т. е. соответственно 24 и 16 календарных дней. Для работников-совместителей общая (суммарная) продолжительность ежегодных оплачиваемых отпусков устанавливается в общем порядке: путем суммирования основного и дополнительного отпусков соответствующей продолжительности. Поскольку работодатель обязан предоставить работнику-совместителю дополнительный оплачиваемый отпуск на общих основаниях, приказ работодателя, которым установлен запрет на предоставление работникам-совместителям ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за работу в районах Крайнего Севера, противоречит ст. 321 ТК РФ, нарушает права работника-совместителя, который работает в тяжелых климатических условиях не только по основному месту работы, но и по совместительству. На основании изложенного решение суда первой инстанции отменено с вынесением нового решения об удовлетворении исковых требований Р. к МБУЗ "Норильская стоматологическая поликлиника" о признании незаконным приказа "О предоставлении дополнительного оплачиваемого отпуска совместителям" (по материалам обобщения судебной практики Красноярского краевого суда). 6. Компенсация расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно В соответствии с чч. 1 и 4 ст. 325 ТК РФ лица, работающие в организациях, финансируемых из федерального бюджета, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеют право на оплату один раз в два года за счет средств работодателя (организации, финансируемой из федерального бюджета) стоимости проезда в пределах территории Российской Федерации к месту использования отпуска и обратно любым видом транспорта (за исключением такси), в том числе личным, а также на оплату стоимости провоза багажа весом до 30 кг. Право на компенсацию указанных расходов возникает у работника одновременно с правом на получение ежегодного оплачиваемого отпуска за первый год работы в данной организации. Организации, финансируемые из федерального бюджета, оплачивают также стоимость проезда и провоза багажа к месту использования отпуска работника и обратно неработающим членам его семьи (мужу, жене, несовершеннолетним детям, фактически проживающим с работником) независимо от времени использования отпуска. Размер, условия и порядок компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в организациях, финансируемых из бюджетов субъектов Российской Федерации, устанавливаются органами государственной власти субъектов Российской Федерации, в организациях, финансируемых из местных бюджетов, - органами местного самоуправления, у работодателей, не относящихся к бюджетной сфере, - коллективными договорами, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборных органов первичных профсоюзных организаций, трудовыми договорами (ч. 8 ст. 325 ТК РФ). Аналогичные правила предусмотрены ч. 7 ст. 33 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I (в ред. Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ). Разрешая споры о компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отпуска и обратно, суды исходят из того, что действующим законодательством обязанность устанавливать размер, условия и порядок указанной компенсации работникам организаций, финансируемых не из федерального бюджета, возложена на органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления (в отношении работодателей, финансируемых из бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований соответственно), а также на работодателей, не относящихся к бюджетной сфере. В случае отсутствия нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, определяющих размеры, условия и порядок выплаты компенсации стоимости проезда к месту использования отдыха и обратно для лиц, работающих в организациях, финансируемых не из федерального бюджета, суды руководствовались положениями федерального законодательства, регулирующими сходные отношения, то есть положениями ст. 325 ТК РФ и Правилами компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в федеральных органах государственной власти (государственных органах) и федеральных казенных учреждениях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и членов их семей, утвержденными постановлением Правительства РФ от 12 июня 2008 г. N 455 (по материалам обобщения судебной практики Тюменского областного суда, Верховного Суда Республики Бурятия). Исходя из содержания ч. 1 ст. 325 ТК РФ суды правильно приходят к выводу, что компенсация расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно выплачивается работнику при условии предоставления ему оплачиваемого ежегодного отпуска. Северодвинским городским судом разрешен спор по иску К. к 132 базе комплексного обеспечения сил Северного флота в пунктах базирования в лице 5 филиала - войсковой части 77360-5 о взыскании расходов на оплату проезда к месту использования отпуска, компенсации за задержку оплаты указанных расходов, компенсации морального вреда истцу было отказано в удовлетворении требований. При разрешении спора суд установил, что истец в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком находилась на отдыхе с несовершеннолетним ребенком в г. Актюбинске (Казахстан), в связи с чем просила оплатить расходы на оплату стоимости проезда. Суд в удовлетворении иска отказал, поскольку оплата стоимости проезда к месту отдыха и обратно при нахождении лица в каком-либо другом виде отпуска, кроме ежегодного оплачиваемого отпуска, Трудовым кодексом РФ не предусмотрена. Исходя из ст.ст. 114, 256 ТК РФ отпуск по уходу за ребенком не является ежегодным оплачиваемым отпуском, в связи с чем суд пришел к выводу, что истец не имеет права на оплату проезда к месту отдыха с учетом ребенка в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком, в том числе указав и на пропуск истцом срока на обращение в суд (по материалам обобщения судебной практики Архангельского областного суда). К. обратилась в суд с иском к ФГУП "Почта России" о признании незаконным отказа в оплате проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно и взыскании данных расходов. В обоснование иска указала, что находится в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. За период работы у ответчика она имеет неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск, в предоставлении которого и оплате проезда к месту его проведения и обратно ей было отказано. Не оспаривая данный отказ, она совместно со своей несовершеннолетней дочерью выехала на отдых в Турцию и по возвращении из отпуска обратилась к ответчику с требованием возместить понесенные расходы на оплату стоимости проезда и провоза багажа до г. Сочи и обратно. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд, применив положения ч. 1 ст. 325 ТК РФ, пришел к выводу об отсутствии у ФГУП "Почта России" обязанности перед К. возместить понесенные расходы на оплату проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно. Суд указал в решении, что установленное трудовым законодательством, коллективным договором ФГУП "Почта России" и Положением о порядке оплаты стоимости проезда к месту проведения отпуска и обратно работникам УФПС Камчатского края - филиала ФГУП "Почта России" и членам их семей право работников на компенсацию расходов на оплату стоимости проезда к месту проведения отпуска и обратно предусмотрено только в случае использования ежегодного оплачиваемого отпуска, тогда как в спорный период времени К. находилась в отпуске по уходу за ребенком. Апелляционным определением решение суда оставлено без изменения (по материалам обобщения судебной практики Камчатского краевого суда). Некоторые суды удовлетворяли требования работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, финансируемых из бюджетов субъектов Российской Федерации, бюджетов муниципальных образований, о компенсации стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно в случае предоставления им не ежегодного оплачиваемого, а другого вида отпуска, исходя из того, что в ряде нормативных правовых актов органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления указанным лицам установлены дополнительные гарантии в части вида отпуска, в период нахождения в котором работник может воспользоваться правом на компенсацию расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Коми, Архангельского областного суда). Такой подход к разрешению вопроса о праве на компенсацию является правильным. Например, согласно п. 4 Порядка предоставления компенсации расходов на оплату стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно и стоимости провоза багажа лицам, проживающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, являющимся работниками организаций, финансируемых из республиканского бюджета Республики Коми, утвержденного постановлением Правительства Республики Коми от 28 июля 2005 г. N 212, назначение и выплата компенсации работнику осуществляются работодателем (организацией, финансируемой из республиканского бюджета Республики Коми) в случае, если работник находился: в ежегодном оплачиваемом отпуске, в том числе в ежегодном оплачиваемом отпуске с последующим увольнением; в отпуске по беременности и родам; в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста 3 лет; в отпуске без сохранения заработной платы. В то же время п. 4 Порядка предоставления компенсации расходов на оплату стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно лицам, являющимся работниками организаций, финансируемых из бюджета МОГО "Ухта", и неработающим членам их семей, а также стоимости провоза багажа, утвержденного постановлением администрации МО городского округа "Ухта" от 12 ноября 2009 г. N 2523, предусмотрено, что назначение и выплата компенсации работнику осуществляются работодателем (организацией, финансируемой из бюджета МОГО "Ухта") в случае, если работник находился в ежегодном оплачиваемом отпуске, в том числе в ежегодном оплачиваемом отпуске с последующим увольнением. Для лиц, работающих в учреждениях, финансируемых из бюджета муниципального образования городского округа "Сыктывкар", назначение и выплата компенсации осуществляются работодателем в случае, если работник находился: в ежегодном оплачиваемом отпуске, в том числе в ежегодном оплачиваемом отпуске с последующим увольнением; в отпуске по беременности и родам; в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста 3 лет; в отпуске без сохранения заработной платы (п. 4 Порядка оплаты стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно и стоимости провоза багажа лицам, проживающим в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, являющимся работниками учреждений, финансируемых из местного бюджета муниципального образования городского округа "Сыктывкар", утвержденного решением Совета МОГО "Сыктывкар" (по материалам обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Коми). Неоднозначно в судах складывается практика решения вопроса о том, компенсируются ли работнику, которому предоставлен отпуск с последующим увольнением (ст. 127 ТК РФ), расходы стоимости на оплату проезда к месту проведения отпуска и обратно. Правильной является практика тех судов, которые удовлетворяют требования указанных работников об оплате стоимости проезда к месту отдыха и обратно. Работнику, которому предоставлен отпуск с последующим увольнением (ст. 127 ТК РФ), компенсация оплаты стоимости проезда к месту проведения отпуска и обратно предоставляется и в том случае, если он возвратился из места проведения отпуска после его окончания. Решением районного суда отказано в удовлетворении иска прокурора в интересах К. к отделению по Туруханскому району Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о взыскании стоимости обратного проезда истца и члена ее семьи из места отдыха (из г. Красноярска в с. Туруханск). Отказывая в удовлетворении иска, суд пришел к выводу о том, что ответчик не обязан компенсировать истцу стоимость обратного проезда, поскольку надень возвращения по маршруту Красноярск - Туруханск из отпуска (22 марта 2011 г.), предоставленного истцу с последующим увольнением (с 4 февраля 2011 г. по 6 марта 2011 г.), она не находилась в трудовых отношениях с ответчиком. Суд апелляционной инстанции, не соглашаясь с решением суда первой инстанции и принимая решение об удовлетворении иска прокурора в интересах К. о взыскании компенсации стоимости проезда из места отдыха, пришел к выводу, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки обстоятельствам, имеющим значение для правильного рассмотрения дела, не применил закон, подлежащий применению, указав следующее. В силу положений чч. 1, 2 и 4 ст. 325 ТК РФ лица, работающие в организациях, финансируемых из федерального бюджета, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеют право на оплату один раз в два года за счет средств работодателя (организации, финансируемой из федерального бюджета) стоимости проезда в пределах территории Российской Федерации к месту использования отпуска и обратно любым видом транспорта (за исключением такси), в том числе личным, а также на оплату стоимости провоза багажа весом до 30 кг. Право на компенсацию указанных расходов возникает у работника одновременно с правом на получение ежегодного оплачиваемого отпуска за первый год работы в данной организации. Организации, финансируемые из федерального бюджета, оплачивают также стоимость проезда и провоза багажа к месту использования отпуска работника и обратно неработающим членам его семьи (мужу, жене, несовершеннолетним детям, фактически проживающим с работником) независимо от времени использования отпуска. Оплата стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска работником организации, финансируемой из федерального бюджета, и членами его семьи и обратно производится по заявлению работника не позднее чем за три рабочих дня до отъезда в отпуск исходя из примерной стоимости проезда. Окончательный расчет производится по возвращении из отпуска на основании представленных билетов или других документов. Из указанных положений закона следует, что компенсации за счет работодателя подлежат в том числе расходы работника и его неработающего супруга на проезд к месту использования отпуска и обратно. При этом предстоящие расходы работника на эти цели подлежат авансированию исходя из примерной стоимости проезда. Каких-либо ограничений для компенсации указанных расходов в зависимости от срока возвращения работника с места использования отпуска, если такой отпуск в соответствии со ст. 127 ТК РФ предоставлен работнику с последующим увольнением, законодательство не содержит. Из материалов дела видно, что К. с 30 июня 2009 г. работала в отделении по Туруханскому району Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю в разных должностях. На основании заявления К. с 4 февраля 2011 г. по 6 марта 2011 г. ей был предоставлен отпуск с последующим увольнением. Истец также обратилась с заявлением о выдаче в подотчет 36 тыс. рублей на проезд вместе с мужем в отпуск по маршруту Туруханск - Красноярск, Красноярск - Туруханск. Приказом работодателя от 24 января 2011 г. N 4 постановлено произвести компенсацию расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно К. и ее неработающему супругу. Данный приказ ответчиком не отменен. Вместе с тем работодателем произведено авансирование К. расходов, связанных с проездом в отпуск с супругом в сумме 17 900 руб., а также выплачено 400 руб. в связи с превышением фактических расходов на проезд к месту проведения отпуска 3 марта 2011 г. авиатранспортом по маршруту Туруханск - Красноярск (18 300 руб.) размера выданного истцу аванса. Проезд К. из места использования отпуска вместе с супругом 22 марта 2011 г. по маршруту Красноярск - Туруханск подтвержден представленными электронными авиабилетами и посадочными талонами, расходы истца на оплату данного проезда в сумме 17 300 руб. (исходя из стоимости каждого авиабилета 8650 руб.) подлежат компенсации за счет средств работодателя (по материалам обобщения судебной практики Красноярского краевого суда). Исходя из того, что трудовое законодательство (ч. 1 ст. 325 ТК РФ) связывает оплату стоимости проезда с самим фактом предоставления работнику и использования им ежегодного оплачиваемого отпуска и не устанавливает ограничения в части обязательного возвращения работника в районы Крайнего Севера и приравненные к ним местности в период ежегодного оплачиваемого отпуска, обоснованной является практика тех судов, которые удовлетворяют требования работников о взыскании стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно. Так, Заозерским городским судом Мурманской области рассмотрено дело по иску К. к "Центральной медико-санитарной части N 120" о взыскании стоимости проезда к месту проведения отпуска и обратно. Работодатель отказал истцу в компенсации расходов на проезд в полном объеме на том основании, что она вернулась из отпуска позднее окончания очередного отпуска - в период отпуска без сохранения заработной платы. Суд удовлетворил заявленные требования лишь в части компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отпуска, в части взыскания расходов на проезд от места отпуска отказал, указав, что законодательством не предусмотрена компенсация расходов на проезд от места отпуска в период отпуска без сохранения заработной платы. С мнением городского суда не согласилась судебная коллегия Мурманского областного суда, которая решение городского суда изменила, взыскав расходы на проезд в полном объеме. При этом судебная коллегия указала, что нормы ст. 325 ТК РФ не содержат требований обязательного возвращения работника в период ежегодного оплачиваемого отпуска. То обстоятельство, что по окончании ежегодного оплачиваемого отпуска К. по семейным обстоятельствам был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, в период которого она вернулась в г. Заозерск, не свидетельствует об утрате истцом права на оплату обратного проезда. Нормы трудового законодательства связывают оплату проезда с самим фактом предоставления работнику и использования им ежегодного оплачиваемого отпуска (по материалам обобщения судебной практики Мурманского областного суда). Как следует из положений ч. 2 ст. 325 ТК РФ, обязанность работодателя оплатить неработающим членам семьи работника проезд к месту использования отпуска и обратно обусловлена выездом самого работника к месту отдыха, независимо от того, одновременно или в разное время используют отпуск работник и неработающие члены его семьи. Ч. обратилась в суд с иском к Федеральному государственному учреждению Министерства обороны Российской Федерации "Дорожно-эксплуатационный участок N 38" (далее ФГУ "ДЭУ N 38") о взыскании оплаты стоимости проезда к месту отдыха и обратно на несовершеннолетнего ребенка. В обоснование заявленного требования истец указала, что в 2010 году ей был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск с 1 июля 2010 г. по 13 августа 2010 г. Ее несовершеннолетняя дочь 27 июня 2010 г. выехала по путевке в детский оздоровительный лагерь "Смена" в г. Анапу Краснодарского края. При предоставлении отчета о произведенных расходах с приложением проездных документов ответчик отказал в оплате стоимости проезда к месту отдыха ребенка в связи с отсутствием права на данную компенсацию. При разрешении спора судом установлено, что истец работала в федеральном государственном учреждении, финансируемом из федерального бюджета, которое расположено в местности, приравненной к районам Крайнего Севера (постановление Правительства РФ от 27 ноября 1991 г. N 25 "Об отнесении городов и районов Архангельской области к районам Крайнего Севера и местностям, приравненным к районам Крайнего Севера"). Согласно приказу от 25 апреля 2000 г. N 76 истец принята на работу 20 апреля 2000 г. на должность инспектора отдела кадров. 1 октября 2010 г. уволена по собственному желанию, что подтверждается записями в трудовой книжке. Согласно приказу от 1 июля 2010 г. N 75 истцу был предоставлен очередной отпуск продолжительностью 44 календарных дня с 1 июля по 13 августа 2010 г. Имея право на оплату проезда к месту использования отпуска и обратно в 2010 году, истец не выезжала в отпуск из местности, приравненной к районам Крайнего Севера, правом на оплачиваемый проезд к месту проведения ежегодного оплачиваемого отпуска и обратно не пользовалась, что подтверждается справкой ФГУ "ДЭУ N 38". Местом отдыха несовершеннолетней дочери истца являлось детское оздоровительное учреждение ДОЛ "Смена" в г. Анапе Краснодарского края, общая стоимость проезда к которому в период с 27 июня 2010 г. по 22 июля 2010 г. составила 4800 руб., что подтверждается копиями проездных документов. Отказывая в удовлетворении требования, суд, руководствуясь положениями ст. 325 ТК РФ, ст. 33 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I, пришел к выводу, что обязанность работодателя оплатить неработающим членам семьи работника проезд к месту использования отпуска и обратно обусловлена выездом самого работника к месту отдыха, независимо от того, одновременно или в разное время используют отпуск работник и неработающие члены его семьи. Поскольку истец не выезжала в отпуск из местности, приравненной к районам Крайнего Севера, то она лишена возможности получить компенсацию расходов на оплату стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно на несовершеннолетнюю дочь, так как право члена семьи работника производно от права самого работника (по материалам обобщения судебной практики Архангельского областного суда). Такая практика судов является правильной. Размер компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отпуска и обратно должен соответствовать предназначению данной компенсации, то есть гарантировать работнику возможность выехать за пределы районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей для отдыха и оздоровления. С. обратился в суд с иском к ООО "Таттрансконтур" о взыскании расходов на оплату проезда к месту использования отпуска и обратно, ссылаясь на то, что ответчик в нарушение требований трудового законодательства не компенсирует понесенные им расходы на оплату проезда. В обоснование иска он указал, что в 2011 году ему был предоставлен отпуск, по возвращении из отпуска им представлены документы, подтверждающие фактически понесенные расходы в размере 18 487 руб., однако до настоящего времени компенсация расходов на оплату проезда ответчиком не произведена. Представитель ответчика иск не признал, суду пояснил, что в связи с отсутствием прибыли работодателем принято решение не оплачивать проезд работников предприятия к месту проведения отпуска и обратно. Кроме того, у истца отсутствует право на возмещение расходов на оплату проездных билетов для несовершеннолетнего ребенка. Суд установил, что в период с 10 сентября 2011 г. по 31 октября 2011 г. истцу был предоставлен оплачиваемый отпуск. Авансовый отчет с приложением документов о понесенных расходах передан истцом работодателю 28 октября 2011 г. Разрешая спор, суд руководствовался положениями чч. 2 и 8 ст. 325 ТК РФ, Законом РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I, а также Положением о материальной помощи, социальных льготах, компенсациях и гарантиях работников обособленного подразделения ООО "Таттрансконтур" от 25 декабря 2009 г., из которого следует, что работодатель обязан один раз в два года компенсировать расходы работника, постоянно проживающего в районах Крайнего Севера, связанные с проездом и провозом багажа до 30 кг с учетом веса, бесплатно разрешенного к перевозке на транспорте, любым видом транспорта, в том числе легковым (кроме такси), к месту использования отпуска и обратно на территории Российской Федерации. Согласно трудовому законодательству Положение о социальных гарантиях, компенсациях и гарантиях работников обособленного подразделения Общества в городе Муравленко является частью трудового договора каждого работника, что подтверждается трудовым договором между сторонами. Судом установлено, что приказом от 18 февраля 2011 г. N 11-ко установлен размер компенсационных расходов на проезд к месту использования отпуска и обратно на 2011 год, соответствующий размеру фактически понесенных расходов, но не более 15 тыс. рублей. Из указанного приказа следует, что он был издан без учета мнения выборного органа первичной профсоюзной организации. Приказ от 30 июня 2011 г. N 3, которым приказ от 18 февраля 2011 г. N 11-ко отменен, издан вопреки мнению первичной профсоюзной организации "Автомобилист". В силу ч. 4 ст. 8 ТК РФ нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного ст. 372 ТК РФ порядка учета мнения представительного органа работников, не подлежат применению. При таких обстоятельствах суд указал, что отмена гарантии по оплате проезда к месту проведения отпуска и обратно один раз в два года, а равно установление приказом работодателя фиксированного размера выплаты ниже фактически понесенных работником расходов ухудшает правовое положение истца и нарушает требования трудового законодательства. Решением суда иск удовлетворен, с работодателя взыскана стоимость проезда к месту проведения отпуска и обратно в размере фактически понесенных расходов. Указанное решение суда первой инстанции полностью согласуется с правовой позицией, изложенной Конституционным Судом РФ в Постановлении от 9 февраля 2012 г. N 2-П по делу о проверке конституционности положения ч. 8 ст. 325 ТК РФ в связи с жалобой гражданки И.Г.Труновой. Апелляционной инстанцией решение суда оставлено без изменения (по материалам обобщения судебной практики Суда Ямало-Ненецкого автономного округа). Работникам, проживающим и работающим на территориях, где к заработной плате начисляются районный коэффициент и процентная надбавка, но не отнесенных к районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям, компенсация стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно не предоставляется. X. обратилась в суд с иском к Министерству внутренних дел по Республике Хакасия о взыскании компенсации расходов на оплату стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно. Решением Абаканского городского суда Республики Хакасия от 19 ноября 2012 г. исковые требования X. удовлетворены. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия решение суда оставлено без изменения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ не согласилась с состоявшимися по делу судебными постановлениями. Судом установлено, что X. с 1 ноября 2008 г. по настоящее время работает в Министерстве внутренних дел по Республике Хакасия в должности заведующей канцелярией Следственного управления при Министерстве внутренних дел по Республике Хакасия. На основании приказа от 9 августа 2012 г. N 1027 л/с в период с 10 сентября 2012 г. по 28 сентября 2012 г. X. находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске, в том числе с 9 сентября 2012 г. по 19 сентября 2012 г. в Турции в г. Анталья. В связи с указанными обстоятельствами она обратилась к ответчику с заявлением о компенсации расходов на оплату стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно, в чем ей было отказано письмом от 30 октября 2012 г. Удовлетворяя заявленное требование, судебные инстанции, сославшись на положения ст. 325 ТК РФ, ст. 33 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I, постановление Правительства РФ от 12 июня 2008 г. N 455 "О порядке компенсации расходов на оплату проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в организациях, финансируемых из федерального бюджета, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и членов их семей", пришли к выводу о том, что территория Республики Хакасия отнесена к тем районам, на которые вышеуказанным законодательством распространяются льготы и компенсации, установленные для районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала приведенный вывод суда ошибочным, основанным на неправильном применении и толковании норм материального права, регулирующих возникшие правоотношения, и исходя из следующего приняла новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований. В соответствии с ч. 1 ст. 325 ТК РФ лица, работающие в организациях, финансируемых из федерального бюджета, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеют право на оплату один раз в два года за счет средств работодателя (организации, финансируемой из федерального бюджета) стоимости проезда в пределах территории Российской Федерации к месту использования отпуска и обратно любым видом транспорта (за исключением такси), в том числе личным, а также на оплату стоимости провоза багажа весом до 30 кг. Право на компенсацию указанных расходов возникает у работника одновременно с правом на получение ежегодного оплачиваемого отпуска за первый год работы в данной организации. Аналогичные положения содержатся и в ст. 33 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I. Перечнем районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденным постановлением Совета Министров СССР от 3 января 1983 г. N 12, Республика Хакасия не отнесена к районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям. Пунктом 3 постановления Верховного Совета РФ от 19 февраля 1993 г. N 4521-I "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях" установлено, что предусмотренные данным Законом государственные гарантии и компенсации распространяются на районы Севера, в которых начисляются районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате, но не отнесенные к районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям. Правительство РФ постановлением от 3 декабря 1992 г. N 933 установило на территории Республики Хакасия районный коэффициент к заработной плате в размере 1,3. Между тем установление указанного коэффициента не свидетельствует об отнесении Республики Хакасия к районам Крайнего Севера или приравненным к ним местностям. Следовательно, на работников и государственных служащих, проживающих и работающих на территории Республики Хакасия, не распространяются положения вышеуказанных правовых норм в части предоставления права на получение компенсации стоимости проезда к месту проведения отпуска и обратно по территории Российской Федерации один раз в два года (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ N 55-КГ13-6). Споры о размере компенсации стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно в основном связаны со случаями, когда работник следовал к месту отдыха личным или воздушным транспортом. При определении расходов на проезд личным транспортом суды исходили из представленных документов, подтверждающих затраты на проезд кратчайшим маршрутом. В качестве доказательств произведенных истцами расходов судами принимались документы, подтверждающие фактически понесенные расходы на оплату топлива (квитанции (чеки), товарные чеки автозаправочных станций о покупке топлива); справки автотранспортных предприятий, осуществляющих междугородные перевозки, о расстоянии кратчайшего пути следования автомобильным транспортом к месту проведения отпуска и обратно, справки автотранспортных предприятий о нормативном расходе топлива для транспортных средств, на которых осуществлялся выезд в отпуск; документы, подтверждающие факт проведения отпуска в избранном работником месте (справки, выдаваемые администрацией сельского совета, районной администрацией, квитанции гостиниц о регистрации при временном проживании и т. п.). Для проверки правильности расчета стоимости проезда личным транспортом судами применялись Методические рекомендации норм расхода топлива и смазочных материалов на автомобильном транспорте, утвержденные распоряжением Минтранса России от 14 марта 2008 г. N АМ-23-р, исходя из которых определяется нормативный расход топлива. Братским районным судом рассмотрен спор по иску Т. и Б. к ОАО "РЖД" о взыскании задолженности по оплате стоимости проезда к месту отдыха и обратно личным транспортом. Решением от 11 октября 2012 г. исковые требования истцов удовлетворены частично. Разрешая спор, суд установил, что коллективным договором ответчика право работника на компенсацию расходов на проезд к месту отдыха и обратно иным транспортом, кроме железнодорожного и авиационного, не предусмотрено, в связи с чем счел возможным применить к данным спорным правоотношениям ст. 325 ТК РФ и ст. 33 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях", а также Правила компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в организациях, финансируемых из федерального бюджета, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и членов их семей, утвержденных постановлением Правительства РФ от 12 июня 2008 г. N 455, устанавливающих оплату льготного проезда в организациях, финансируемых из федерального бюджета. Определяя стоимость проезда, суд руководствовался пунктом 8 указанных Правил, согласно которому компенсация расходов при проезде работника учреждения и членов его семьи к месту использования отпуска и обратно личным транспортом производится в размере фактически произведенных расходов на оплату стоимости израсходованного топлива, подтвержденных чеками автозаправочных станций, но не выше стоимости проезда, рассчитанной на основе норм расхода топлива, установленных для соответствующего транспортного средства, и исходя из кратчайшего маршрута следования. Судом были приняты во внимание дата убытия и дата прибытия истцов к месту отдыха, подтвержденные документально, а также место нахождения АЗС по отношению к заданному маршруту, в которых истцами осуществлялась заправка автомобиля топливом. Судом не были приняты во внимание чеки о покупке топлива, которые не относились к расходам, связанным с проездом к месту отдыха и обратно, так как АЗС, указанные в чеках, не находились на заданном маршруте истцов. Не были приняты во внимание также чеки, в которых не указано место нахождения АЗС, и истцами не представлены дополнительные документы, подтверждающие их нахождение на пути следования к месту отдыха истцов и обратно. По указанным основаниям в заявленных исковых требованиях истцам было частично отказано (по материалам обобщения судебной практики Иркутского областного суда). Споры о размере компенсации расходов на проезд воздушным транспортом к месту отдыха и обратно, как правило, обусловлены тем, что работниками избирается место использования отпуска за пределами Российской Федерации. В соответствии с абз. 1 п. 10 Правил компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в федеральных органах государственной власти (государственных органах) и федеральных казенных учреждениях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и членов их семей, утвержденных постановлением Правительства РФ от 12 июня 2008 г. N 455, в случае использования работником учреждения отпуска за пределами Российской Федерации, в том числе по туристической путевке, производится компенсация расходов на проезд железнодорожным, воздушным, морским, речным, автомобильным транспортом до ближайших к месту пересечения границы Российской Федерации железнодорожной станции, аэропорта, морского (речного) порта, автостанции с учетом требований, установленных указанными Правилами. В случае поездки за пределы Российской Федерации воздушным транспортом без посадки в ближайшем к месту пересечения государственной границы Российской Федерации аэропорту работником учреждения представляется справка о стоимости перевозки по территории Российской Федерации, включенной в стоимость перевозочного документа (билета), выданная транспортной организацией (абз. 3 п. 10 Правил). Исходя из данных нормативных предписаний, суды при разрешении споров о размере компенсации расходов по проезду воздушным транспортом в качестве доказательств понесенных работниками расходов принимают перевозочные документы (билеты), маршрутные квитанции, посадочные талоны, справки о стоимости перевозки по территории Российской Федерации, справки о стоимости перевозки, включенной в стоимость перевозочного документа (билета), выданные транспортной организацией, агентом транспортной организации. Так, при разрешении спора по исковому заявлению И. к филиалу N 9 государственного учреждения - Иркутское региональное отделение Фонда социального страхования РФ о взыскании компенсации стоимости проезда к месту отдыха и обратно суду были представлены документы, подтверждающие расходы истца и ее несовершеннолетнего сына на проезд к месту отдыха и обратно: электронные билеты (маршрутные квитанции) воздушного транспорта по маршруту Новосибирск - Анталья - Новосибирск, посадочные талоны, справки ООО "Авиационно-транспортное агентство", ООО "Эрси". Разрешая спор, суд исходил из того, что для возмещения расходов на оплату стоимости проезда в пределах территории Российской Федерации к месту использования ежегодного оплачиваемого отпуска и обратно работнику необходимо представить проездные и перевозочные документы, подтверждающие расходы работника, справку о стоимости перевозки по территории Российской Федерации, включенной в стоимость перевозочного документа (билета), выданную транспортной организацией, агентом транспортной организации (пп. 6 и 10 Правил компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в федеральных органах государственной власти (государственных органах) и федеральных казенных учреждениях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и членов их семей, утвержденных постановлением Правительства РФ от 12 июня 2008 г. N 455). Установив, что ООО "Авиационно-транспортное агентство", выдавшее истцу справку о стоимости проезда к месту отдыха и обратно по территории Российской Федерации, является уполномоченным агентом транспортной организации, имеет право продажи воздушных перевозок на внутренние и международные рейсы перевозчиков и их интерлайн-партнеров на бланках стандартных перевозочных документов НСАВ-ТКП и электронных билетах НСАВ-ТКП, являющихся собственностью ЗАО "Транспортная Клиринговая Палата", или электронном билете НСАВ-ТКП при оформлении перевозок, суд пришел к выводу о представлении истцом документов, подтверждающих расходы на проезд к месту отдыха и обратно, соответствующих требованиям постановления Правительства РФ от 12 июня 2008 г. N 455, и удовлетворил заявленные требования (по материалам обобщения судебной практики Иркутского областного суда). Кроме того, в судебной практике отсутствует единообразный подход к определению стоимости воздушной перевозки по территории Российской Федерации работника в тех случаях, когда перевозка осуществлялась без посадки в ближайшем к месту пересечения государственной границы Российской Федерации аэропорту, а транспортная организация не выделяет из общей стоимости такой перевозки стоимость перевозки по территории Российской Федерации. Одни суды принимают в качестве доказательства стоимости перевозки справку транспортной организации о том, через какой ближайший к границе Российской Федерации аэропорт на территории Российской Федерации проходил воздушный перелет (воздушный коридор полета) по маршруту работника к месту отдыха (например, Архангельск - Хургада - Архангельск), и о стоимости такой перевозки по территории Российской Федерации. При этом доводы работников или работодателей о том, что при расчете стоимости перевозки по территории Российской Федерации воздушным транспортом могут применяться значения ортодромических расстояний, не принимаются исходя из того, что в силу п. 2.1 Перечня аэронавигационных и аэропортовых сборов, тарифов за обслуживание воздушных судов эксплуатантов Российской Федерации в аэропортах и воздушном пространстве Российской Федерации, утвержденного приказом Минтранса России от 2 октября 2000 г. N 110, значения ортодромических расстояний (устанавливаются Главным центром Единой системы организации воздушного движения Российской Федерации и размещаются на сайте ФГУП "Госкорпорация по ОрВД" ГЦ ЕС ОрВД) используются для расчета сборов за аэронавигационное обслуживание на воздушных трассах и не свидетельствуют о стоимости перелета и фактически понесенных гражданином расходах. Данные сборы и тарифы разработаны для предприятий и организаций, оказывающих услуги в сфере аэронавигационного обслуживания, а не для физических лиц, пользующихся услугами воздушных перевозчиков (по материалам обобщения судебной практики Архангельского областного суда). Другие суды, учитывая, что транспортной организацией не представлены сведения о стоимости перевозки по территории Российской Федерации, принимают за основу расчет стоимости перевозки до границы Российской Федерации, подготовленный с применением значений ортодромических расстояний. Такая практика, например, сложилась в судах Красноярского края, Республики Карелия. Согласно информации, представленной Минтрансом России (письмо от 15 февраля 2013 г. N СА-29/1585), порядок расчета транспортными организациями стоимости перелета по территории Российской Федерации при организации гражданами отдыха за пределами Российской Федерации действующим законодательством не определен. Вместе с тем согласно п. 5 ст. 64 Воздушного кодекса РФ плата за воздушные перевозки пассажиров устанавливается перевозчиками. В соответствии с Правилами формирования и применения тарифов на регулярные воздушные перевозки пассажиров и багажа, взимания сборов в области гражданской авиации, утвержденными приказом Минтранса России от 25 сентября 2008 г. N 155, в пассажирский тариф включаются расходы, связанные с обеспечением и выполнением перевозки пассажира. На основании указанных нормативных правовых актов авиакомпании устанавливают уровень тарифов и платы на воздушные перевозки с учетом наличия конкуренции на соответствующем направлении воздушных перевозок, обеспечения эффективности деятельности авиакомпаний, условий применения тарифа и других факторов. В связи с этим расчет и справка о стоимости перевозки по территории Российской Федерации, включенной в стоимость перевозочного документа (билета), выдается транспортной организацией в произвольной форме, в том числе при расчете могут применяться значения ортодромических расстояний, представляемые ФГУП "Госкорпорация по ОрВД". Учитывая изложенное, суды при разрешении споров о размере компенсации расходов на проезд воздушным транспортом к месту отдыха и обратно могут принимать за основу расчет стоимости перевозки до границы Российской Федерации, подготовленный с применением значений ортодромических расстояний. 7. Компенсация расходов, связанных с переездом Органам местного самоуправления предоставлено право самостоятельно определять размер, условия и порядок предоставления компенсаций, связанных с переездом из районов Крайнего Севера, для организаций, финансируемых из местного бюджета. О. обратилась в суд с иском к Муниципальному учреждению "Центр социальных выплат города Магадана" о взыскании расходов, связанных с переездом к месту постоянного жительства, ссылаясь на то, что она состояла в трудовых отношениях с ответчиком с 21 марта 2006 г., однако после прекращения трудового договора последний неправомерно отказывает ей в выплате компенсации, связанной с переездом из города Магадана к новому месту жительства и провозом багажа. Решением Магаданского городского суда Магаданской области от 1 июня 2009 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Магаданского областного суда от 21 июля 2009 г. (с учетом изменений, внесенных определением об исправлении описки Магаданского городского суда Магаданской области от 17 августа 2009 г.), заявленные требования частично удовлетворены. Суд постановил взыскать с Муниципального учреждения "Центр социальных выплат города Магадана" расходы на оплату проезда к новому месту жительства в другую местность, оплату провоза контейнера, а также взыскал в бюджет муниципального образования "Город Магадан" государственную пошлину. В удовлетворении остальной части требований отказано. Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ полагает, что при разрешении спора судебными инстанциями допущены нарушения норм материального права, повлиявшие на исход дела. Судом установлено, что О. с 21 марта 2006 г. состояла с Муниципальным учреждением "Центр социальных выплат города Магадана" в трудовых отношениях в качестве заведующей хозяйством хозяйственного отдела. Приказом директора МУ "Центр социальных выплат города Магадана" от 21 марта 2008 г. N 58/к истцу предоставлен отпуск с последующим увольнением и прекращением трудового договора с 24 апреля 2008 г. Обращаясь с настоящим иском, О. ссылалась на то, что 20 марта 2008 г. она в порядке ст. 326 ТК РФ обратилась к ответчику с просьбой компенсировать предстоящие расходы на проезд и провоз багажа в связи с выездом на постоянное место жительства из района Крайнего Севера в г. Магнитогорск Челябинской области, однако ей в этом было незаконно отказано со ссылкой на п. 6.2 решения Магаданской городской Думы от 30 декабря 2004 г. N 76-Д "О гарантиях и компенсациях для лиц, проживающих на территории муниципального образования "Город Магадан", работающих в организациях, финансируемых из местного бюджета". Истец полагала, что содержащееся в указанном пункте ограничение на оплату расходов, связанных с выездом на постоянное место жительства из города Магадана, в виде обязательного наличия 3-летнего стажа работы в организации, финансируемой из местного бюджета, нарушает ее право на предоставление такой гарантии по сравнению с положениями, закрепленными в Трудовом кодексе РФ для работников организаций, финансируемых из федерального бюджета или бюджета субъекта Российской Федерации. Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и кассационной инстанций согласились с вышеуказанными доводами О., кроме того, сослались на ст. 7 Закона Магаданской области от 6 декабря 2004 г. N 507-03 "Об установлении гарантий и компенсаций для лиц, проживающих в Магаданской области и работающих в организациях, финансируемых из областного бюджета, а также лиц, получающих пособия, стипендии и компенсации за счет средств областного бюджета", предусматривающую компенсацию стоимости переезда и провоза багажа по фактическим расходам работникам организации, финансируемой из областного бюджета, и членам их семей в случае переезда к новому месту жительства в другую местность в связи с расторжением трудового договора по любым основаниям (в том числе в случае смерти работника), за исключением увольнения за виновные действия, без каких-либо условий относительно продолжительности стажа работы в организациях, финансируемых из такого бюджета. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ не согласилась с приведенными выводами судебных инстанций, поскольку они основаны на неправильном толковании и применении норм, регулирующих спорные правоотношения, признала подлежащими отмене состоявшиеся по настоящему делу судебные постановления, с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований. В соответствии со ст. 313 ТК РФ государственные гарантии и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются указанным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Согласно ч. 5 ст. 326 Кодекса размер, условия и порядок компенсации расходов, связанных с переездом, лицам, работающим в организациях, финансируемых из бюджетов субъектов Российской Федерации, устанавливаются органами государственной власти субъектов Российской Федерации; в организациях, финансируемых из местных бюджетов, - органами местного самоуправления; у работодателей, не относящихся к бюджетной сфере, - коллективными договорами, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборных органов первичных профсоюзных организаций, трудовыми договорами. Аналогичные положения содержатся в ст. 35 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-I. Таким образом, из анализа приведенных норм следует, что в данном случае полномочия на определение размера, условий и порядка компенсаций расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа в связи с выездом на новое место жительства из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностях лицам, работающим в организациях, финансируемых из местного бюджета, переданы органам местного самоуправления. Как установлено в судебном заседании и не оспаривалось сторонами, Муниципальное учреждение "Центр социальных выплат города Магадана" учреждено Управлением социальной защиты населения мэрии города Магадана и финансируется соответственно из местного (муниципального) бюджета. Пунктом 6.2 решения Магаданской городской Думы от 30 декабря 2004 г. N 76-Д "О гарантиях и компенсациях для лиц, проживающих на территории муниципального образования "Город Магадан", работающих в организациях, финансируемых из местного бюджета" предусмотрено, что работнику организации, финансируемой из местного бюджета, и членам его семьи в случае переезда к новому месту жительства в другую местность в связи с расторжением трудового договора по любым основаниям (в том числе в случае смерти работника), за исключением увольнения за виновные действия, оплачивается стоимость проезда по фактическим расходам и стоимость провоза багажа весом не более пяти тонн на семью по фактическим расходам, но не свыше тарифов, предусмотренных для перевозок железнодорожным транспортом. При этом ч. 2 указанного пункта устанавливает, что гарантии, предусмотренные этим пунктом, предоставляются в случае, если работник отработал в организации, финансируемой из местного бюджета, не менее трех лет, и сохраняются в течение одного года со дня расторжения работником трудового договора в данной организации по основаниям, указанным в абзаце первом данного пункта. Поскольку действующим федеральным законодательством предусмотрено самостоятельное определение размера, условий и порядка предоставления компенсаций расходов на переезд и стоимости провоза имущества из районов Крайнего Севера для организаций, финансируемых из местного бюджета, то выводы суда относительно того, что положения п. 6.2 решения Магаданской городской Думы от 30 декабря 2004 г. N 76-Д противоречат Трудовому кодексу РФ и иным федеральным законам, являются неверными. Не может служить основанием для удовлетворения требований и ссылка в решении суда на положения ст. 7 Закона Магаданской области от 6 декабря 2004 г. N 507-03 "Об установлении гарантий и компенсаций для лиц, проживающих в Магаданской области и работающих в организациях, финансируемых из областного бюджета, а также лиц, получающих пособия, стипендии и компенсации за счет средств областного бюджета", поскольку указанный нормативный акт определяет порядок предоставления льгот и компенсаций для лиц, работающих в организациях, финансируемых из бюджета Магаданской области, то есть субъекта Российской Федерации, в то время как О. работала в организации, финансируемой из муниципального бюджета, в связи с чем действие вышеуказанного нормативного акта на нее не распространяется (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 марта 2010 г. N 93-В10-1). Проведенное обобщение показало, что суды неоднозначно разрешают вопрос о надлежащем ответчике в тех случаях, когда требования о возмещении расходов, связанных с переездом из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, заявлялись неработающими пенсионерами. Одни суды в качестве надлежащего ответчика привлекали территориальные органы Пенсионного фонда РФ, другие - финансовые органы субъектов Российской Федерации или Российской Федерации. В настоящее время право на получение компенсации расходов, связанных с переездом на новое место жительства из районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к ним, сохраняется за неработающими пенсионерами (п. 1 постановления Правительства РФ от 11 августа 1992 г. N 572 "О компенсации расходов, связанных с выездом из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей"). Постановлением от 14 мая 2013 г. N 9-П Конституционный Суд РФ дал оценку конституционности п. 4 ст. 26 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" в той мере, в какой на его основании решается вопрос о праве неработающих граждан, получающих трудовую пенсию или пенсию по государственному пенсионному обеспечению, на компенсацию расходов, связанных с выездом из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, и о финансовом обеспечении данного права. В названном Постановлении Конституционный Суд РФ указал, что до внесения в действующее правовое регулирование надлежащих изменений компенсация расходов, связанных с выездом указанных граждан из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, относится к расходным обязательствам Российской Федерации. Учитывая изложенное, до соответствующих изменений в качестве надлежащего ответчика по требованиям неработающих пенсионеров о возмещении расходов, связанных с переездом из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, следует привлекать соответствующий финансовый орган Российской Федерации. (Обзор утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 февраля 2014 г.)