Бюллетень № 1 1996 года

01.01.1996

Оригинал документа · Источник публикации

Бюллетень № 1 1996 года

Опубликовано: 01.01.1996

Постановления Пленума

ОЧЕРЕДНОЙ ПЛЕНУМ, ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОЧЕРЕДНОЙ ПЛЕНУМ, ВЕРХОВНОГО СУДА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

31 октября 1995 г. под председательством В. М. Лебедева
состоялся очередной Пленум Верховного Суда Российской Федерации,
который обсудил и принял постановление "О некоторых вопросах
применения судами Конституции Российской Федерации при
осуществлении правосудия".
С докладом выступил Председатель Верховного Суда Российской
Федерации В. М. Лебедев, который отметил, что закрепленные в
Конституции Российской Федерации права и свободы человека и
гражданина в силу ст. 18 являются непосредственно действующими. Они
определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность
законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и
обеспечиваются правосудием. Это конституционное положение
определяет также исключительно важную роль суда, которую он должен
исполнять в обществе и государстве, и возлагает на него особую
ответственность за правильное применение законов, обеспечивающих
защиту прав и свобод человека. Поэтому неукоснительное соблюдение
Конституции и обеспечение ее прямого действия становится одной из
главнейших задач судов.
Председатель Красноярского краевого суда Р. Д. Хлебников
сказал, что в практической деятельности суды края при рассмотрении
уголовных дел и разрешении гражданско-правовых споров, установив,
что правовые акты противоречат Конституции Российской Федерации,
выносят судебные постановления непосредственно на основе

Конституции Российской Федерации, например, по гражданским делам,
рассмотренным по жалобам призывников на действия призывных
комиссий, которыми было отказано в замене военной службы на
альтернативную гражданскую в случаях, когда гражданин Российской
Федерации по своим убеждениям и вероисповеданию не может нести
военную службу. Поскольку такой отказ противоречит конституционному
положению, отметил выступающий, суды, как правило, удовлетворяли
указанные жалобы, руководствуясь при этом ч. 3 ст. 59 Конституции
Российской Федерации.
В крае имели место случаи, когда судьи отказывали в
возбуждении уголовных дел по материалам, поступившим в суд в
порядке ст. 414 УПК РСФСР, ссылаясь на то, что в соответствии с
требованиями ст. 118 Конституции Российской Федерации в обязанности
судей не входит возбуждение уголовного дела. Президиум краевого
суда отменил такие постановления, сославшись на то, что в
Конституции Российской Федерации не содержится запрета для
возбуждения уголовного дела судом (судьей) при наличии
соответствующих оснований, а поэтому данная норма УПК не
противоречит Конституции.
Р. Д. Хлебников высказал замечания и предложения по некоторым
пунктам проекта постановления Пленума, содержащим, в частности,
разъяснения по применению судами ч. 2 ст. 26 Конституции Российской
Федерации, закрепляющей право каждого на пользование родным языком;
ст. 46 Конституции, гарантирующей каждому судебную защиту его прав
и свобод; ч. 3 ст. 125 Конституции, в соответствии с которой
судопроизводство осуществляется на основе состязательности и
равноправия сторон и др.
Заместитель председателя Воронежского областного суда
К. А. Черепов подчеркнул важность принятия данного постановления
Пленума Верховного Суда РФ для формирования судебной практики.
Предложенный вариант разъяснений ведет к разумной

процессуальной экономии; у судов появляется возможность избежать
ненужного увеличения сроков рассмотрения дел. Суд общей юрисдикции
найдет в постановлении Пленума подтверждение своего права сказать,
что федеральный закон противоречит Конституции Российской
Федерации, а потому не подлежит применению по конкретному делу. Суд
не решает в чистом виде вопрос о соответствии законов Конституции
Российской Федерации, когда рассматривает, например, заявление о
защите прав и законных интересов лица, которое указывает на
противоречие между Конституцией и законом. Более того, ст. 15
Конституции Российской Федерации прямо обязывает суд в случае
необходимости применять конституционные нормы.
Заместитель Председателя Конституционного Суда Российской
Федерации Т. Г. Морщакова в целом поддержала положения проекта
постановления Пленума. Вместе с тем ею были высказаны возражения в
отношении некоторых разъяснений Верховного Суда РФ. В частности,
разъяснение о том, что суд применяет непосредственно Конституцию
Российской Федерации, если придет к убеждению, что федеральный
закон находится в противоречии с соответствующими положениями
Конституции, по ее мнению, не соответствует ст. 101 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации". Суд общей юрисдикции обязан обращаться в
Конституционный Суд с запросом, если приходит к выводу о
неконституционности закона, примененного или подлежащего
применению в конкретном деле. К правилу о прямом действии
конституционных норм суд может прибегнуть лишь в исключительной
ситуации, имея в виду необходимость оперативного разрешения дела.
Заместитель председателя Московского областного суда
А. В. Байцуров отметил, что подготовленный проект постановления, по
мнению судей областного суда, может быть рекомендован судам к
применению при осуществлении правосудия. В проекте совершенно
правильно подчеркнуто, что Конституция Российской Федерации имеет

прямое действие. Это положение, хотя и зафиксировано в ч. 1 ст. 15
Конституции, однако психологически многими судьями воспринималось
как декларативное, видимо, в силу его новизны.
Выступающий сказал, что некоторые пункты постановления должны
быть более конкретными и определенными, в частности, разъясняющие
применение положений ч. 2 ст. 23 Конституции Российской Федерации.
По мнению А. В. Байцурова, когда речь идет о принципах
состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве,
необходимо отразить роль суда в собирании и проверке доказательств
в уголовном судопроизводстве. Вся ответственность за ошибки
доказывания лежит на суде, даже при рассмотрении дела судом с
участием присяжных заседателей.
Председатель Калининградского областного суда К. Ф. Кремнев
отметил, что по некоторым делам невозможно вынесение судебного
решения без обращения к Конституции. Учитывая это, принятие
Пленумом постановления по рассматриваемому вопросу, безусловно,
окажет положительное влияние на судебную практику.
Исходя из положению ст. 2 Конституции Российской Федерации о
том, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью и
что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и
гражданина - обязанность государства, выступающий признал
целесообразным, чтобы в постановлении было обращено внимание судов
на необходимость обеспечения приоритетности судебной защиты прав
человека в спорах с государственными органами и учреждениями.
По его мнению, действие Конституции по ряду вопросов не
обеспечивается из-за длительного отставания в разработке и принятии
вытекающих из требований Конституции федеральных законов.
К. Ф. Кремнев с сожалением признал, что, несмотря на возникновение
в судебной практике сложных вопросов в применении разноречивого
законодательства, не было использовано право обращения с запросом в
Конституционный Суд России.

Председатель суда Корякского автономного округа Е. Ф.
Панасевич изложил замечания по конкретным положениям проекта
постановления, в частности связанных с разъяснением применения ч. 1
ст. 46 Конституции Российской Федерации.
Член Научно-консультативного совета при Верховном Суде РФ,
доктор юридических наук, профессор М. П. Журавлев отметил, что
принятие такого постановления Пленумом Верховного Суда будет иметь
ориентирующее значение не только для судов общей юрисдикции, но и
для правоохранительных органов России.
Выступающий подчеркнул своевременность и необходимость многих
положений проекта постановления. Например, разъяснение, касающееся
ч. 2 ст. 120 Конституции Российской Федерации, в силу которой суд,
установивший при рассмотрении конкретного дела, что подлежащий
применению акт государственного или иного органа не соответствует
закону, обязан принять решение в соответствии с законом,
регулирующим данные правоотношения. Вполне справедливо проект
постановления указывает также и на то, что суд при осуществлении
правосудия не должен принимать во внимание законы и любые иные
нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы,
обязанности человека и гражданина, если они не опубликованы должным
образом.
Доктор юридических наук, профессор Тамбовского
государственного университета Н. А. Придворов предложил сократить
постановляющую часть проекта постановления и дать более широкую
преамбулу, обратив в ней внимание судов на необходимость
непосредственного применения норм Конституции в случаях, когда те
или иные правоотношения не урегулированы федеральным законом.
Президент Российской правовой академии, доктор юридических
наук, профессор В. В. Ершов, изложив в своем выступлении позицию
судей, которые в настоящее время повышают квалификацию в указанной
академии, предложил новую редакцию некоторых пунктов постановления,

а также высказал пожелание судей дополнить его разъяснением
положений, изложенных в ст. ст. 52, 71, 72 и др. Конституции.
Заместитель Министра юстиции РФ Е. Н. Сидоренко отметил, что
Министерство юстиции одобряет проект постановления и предлагает его
принять. Вместе с тем он внес предложение о более четком изложении
тех разъяснений, которые в той или иной степени касаются
разграничения полномочий Конституционного Суда и судов общей
юрисдикции, а также высказал ряд редакционных замечаний.
Генеральный прокурор РФ Ю. И. Скуратов в своем заключении в
основном одобрил проект постановления Пленума. Он высказал ряд
замечаний как по существу содержащихся в проекте постановления
разъяснений, так и редакционного характера.
В прениях по докладу выступили также председатель Ярославского
областного суда В. К. Ананьев, член Научно-консультативного совета
при Верховном Суде РФ, доктор юридических наук, профессор
Р. З. Лившиц, судьи Конституционного Суда Российской Федерации
Б. С. Эбзеев и Г. А. Гаджиев, заместитель Председателя Верховного
Суда РФ В. М. Жуйков, судья Верховного Суда РФ Е. П. Кудрявцева.
В работе Пленума приняли участие Председатель Конституционного
Суда Российской Федерации В. П. Туманов, заместитель Председателя
Высшего Арбитражного Суда РФ В. В. Витрянский, заместитель
Генерального прокурора РФ С. Г. Кехлеров, Председатель Комитета
Совета Федерации по конституционному законодательству и
судебно-правовым вопросам И. М. Костоев, Председатель Комитета
Государственной Думы по законодательству и судебно-правовой реформе
В. Б. Исаков, председатели, заместители председателей и судьи ряда
Верховных Судов республик, краевых, областных судов, ответственные
работники заинтересованных министерств и ведомств, ученые-юристы.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 8 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия"

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е N 8
ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 31 октября 1995 г.

О некоторых вопросах применения судами
Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия

Закрепленное в Конституции Российской Федерации положение о
высшей юридической силе и прямом действии Конституции означает, что
все конституционные нормы имеют верховенство над законами и
подзаконными актами, в силу чего суды при разбирательстве
конкретных судебных дел должны руководствоваться Конституцией
Российской Федерации.
В целях единообразного применения судами конституционных норм
при осуществлении правосудия Пленум Верховного Суда Российской
Федерации п о с т а н о в л я е т дать следующие разъяснения:
1. В соответствии со ст. 18 Конституции Российской Федерации
права и свободы человека и гражданина являются непосредственно
действующими. Они определяют смысл, содержание и применение
законов, деятельность законодательной и исполнительной власти,
местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
Учитывая это конституционное положение, а также положение ч. 1
ст. 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому
право на судебную защиту его прав и свобод, суды обязаны обеспечить
надлежащую защиту прав и свобод человека и гражданина путем

своевременного и правильного рассмотрения дел.
2. Согласно ч. 1 ст. 15 Конституции Российской Федерации,
Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и
применяется на всей территории Российской Федерации. В соответствии
с этим конституционным положением судам при рассмотрении дел
следует оценивать содержание закона или иного нормативного
правового акта, регулирующего рассматриваемые судом правоотношения,
и во всех необходимых случаях применять Конституцию Российской
Федерации в качестве акта прямого действия.
Суд, разрешая дело, применяет непосредственно Конституцию, в
частности:
а) когда закрепленные нормой Конституции положения, исходя из
ее смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат
указания на возможность ее применения при условии принятия
федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности
человека и гражданина и другие положения;
б) когда суд придет к выводу, что федеральный закон,
действовавший на территории Российской Федерации до вступления в
силу Конституции Российской Федерации, противоречит ей;
в) когда суд придет к убеждению, что федеральный закон,
принятый после вступления в силу Конституции Российской Федерации,
находится в противоречии с соответствующими положениями
Конституции;
г) когда закон либо иной нормативный правовой акт, принятый
субъектом Российской Федерации по предметам совместного ведения
Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, противоречит
Конституции Российской Федерации, а федеральный закон, который
должен регулировать рассматриваемые судом правоотношения,
отсутствует.
В случаях, когда статья Конституции Российской Федерации
является отсылочной, суды при рассмотрении дел должны применять

закон, регулирующий возникшие правоотношения. Наличие решения
Конституционного Суда Российской Федерации о признании
неконституционной той или иной нормы закона не препятствует
применению закона в остальной его части.
Нормативные указы Президента Российской Федерации как главы
государства подлежат применению судами при разрешении конкретных
судебных дел, если они не противоречат Конституции Российской
Федерации и федеральным законам (ч. 3 ст. 90 Конституции Российской
Федерации).
3. В случае неопределенности в вопросе о том, соответствует ли
Конституции Российской Федерации примененный или подлежащий
применению по конкретному делу закон, суд, исходя из положений ч. 4
ст. 125 Конституции Российской Федерации, обращается в
Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о
конституционности этого закона. Такой запрос в соответствии со
ст. 191 Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации" может быть сделан судом
первой, кассационной или надзорной инстанции в любой стадии
рассмотрения дела.
О необходимости обращения с запросом в Конституционный Суд
Российской Федерации суд выносит мотивированное определение
(постановление). Сам запрос оформляется в письменной форме в виде
отдельного документа.
В запросе о проверке конституционности примененного или
подлежащего применению при рассмотрении конкретного дела закона суд
в соответствии с требованиями ст. 37 Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" должен указать
точное название, номер, дату принятия, источник опубликования и
иные данные о подлежащем проверке законодательном акте, а также
мотивы, по которым он пришел к выводу о направлении указанного
запроса. В силу ст. 38 названного Федерального конституционного

закона к запросу необходимо приложить текст закона, подлежащего
проверке, и перевод на русский язык всех документов и иных
материалов, изложенных на другом языке.
В связи с обращением в Конституционный Суд Российской
Федерации с запросом о проверке конституционности примененного или
подлежащего применению закона производство по делу или исполнение
принятого решения, исходя из требований ст. 103 Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации", приостанавливается до разрешения запроса
Конституционным Судом Российской Федерации, о чем должно быть
указано в названном выше определении (постановлении) суда.
Если подсудимый содержится под стражей, рекомендовать суду в
каждом таком случае обсуждать вопрос об изменении ему меры
пресечения.
4. При рассмотрении дел судами надлежит учитывать, что если
подлежащий применению закон либо иной нормативный правовой акт
субъекта Российской Федерации противоречит федеральному закону,
принятому по вопросам, находящимся в ведении Российской Федерации
либо в совместном ведении Российской Федерации и субъекта
Российской Федерации, то, исходя из положений ч. 5 ст. 76
Конституции Российской Федерации, суд должен принять решение в
соответствии с федеральным законом.
Если имеются противоречия между нормативным правовым актом
субъекта Российской Федерации, принятым по вопросам, относящимся к
ведению субъекта Российской Федерации, и федеральным законом, то в
силу ч. 6 ст. 76 Конституции Российской Федерации подлежит
применению нормативный правовой акт субъекта Российской Федерации.
5. Судам при осуществлении правосудия надлежит исходить из
того, что общепризнанные принципы и нормы международного права,
закрепленные в международных пактах, конвенциях и иных документах
(в частности, во Всеобщей декларации прав человека, Международном

пакте о гражданских и политических правах, Международном пакте об
экономических, социальных и культурных правах), и международные
договоры Российской Федерации являются в соответствии с ч. 4 ст. 15
Конституции Российской Федерации составной частью ее правовой
системы. Этой же конституционной нормой определено, что если
международным договором Российской Федерации установлены иные
правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила
международного договора.
Учитывая это, суд при рассмотрении дела не вправе применять
нормы закона, регулирующего возникшие правоотношения, если
вступившим в силу для Российской Федерации международным договором,
решение о согласии на обязательность которого для Российской
Федерации было принято в форме федерального закона, установлены
иные правила, чем предусмотренные законом. В этих случаях
применяются правила международного договора Российской Федерации.
При этом судам необходимо иметь в виду, что в силу п. 3 ст. 5
Федерального закона Российской Федерации "О международных договорах
Российской Федерации" положения официально опубликованных
международных договоров Российской Федерации, не требующие издания
внутригосударственных актов для применения, действуют в Российской
Федерации непосредственно. В иных случаях наряду с международным
договором Российской Федерации следует применять и соответствующий
внутригосударственный правовой акт, принятый для осуществления
положений указанного международного договора.
6. Обратить внимание судов на то, что в силу ч. 3 ст. 15
Конституции Российской Федерации не могут применяться законы, а
также любые иные нормативные правовые акты, затрагивающие права,
свободы, обязанности человека и гражданина, если они не
опубликованы официально для всеобщего сведения. В соответствии с
указанным конституционным положением суд не вправе основывать свое
решение на неопубликованных нормативных актах, затрагивающих права,

свободы, обязанности человека и гражданина.
Порядок официального опубликования федеральных нормативных
правовых актов определен Федеральным законом Российской Федерации
"О порядке опубликования и вступления в силу федеральных
конституционных законов, федеральных законов, актов палат
Федерального Собрания" и Указом Президента Российской Федерации от
21 января 1993 г. "О нормативных актах центральных органов
государственного управления Российской Федерации".
7. Если при рассмотрении конкретного дела суд установит, что
подлежащий применению акт государственного или иного органа не
соответствует закону, он в силу ч. 2 ст. 120 Конституции Российской
Федерации обязан принять решение в соответствии с законом,
регулирующим данные правоотношения.
Оценке с точки зрения соответствия закону подлежат нормативные
акты любого государственного или иного органа (нормативные указы
Президента Российской Федерации, постановления палат Федерального
Собрания Российской Федерации, постановления и распоряжения
Правительства Российской Федерации, акты органов местного
самоуправления, приказы и инструкции министерств и ведомств,
руководителей учреждений, предприятий, организаций и т. д.).
При применении закона вместо несоответствующего ему акта
государственного или иного органа суд вправе вынести частное
определение (постановление) и обратить внимание органа или
должностного лица, издавшего такой акт, на необходимость привести
его в соответствие с законом либо отменить.
8. Конституцией Российской федерации каждому гарантировано
право на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к
подсудности которых оно отнесено законом (ч. 1 ст. 47). В
соответствии с указанным конституционным положением вышестоящий суд
не вправе без ходатайства или согласия сторон принять к своему
производству в качестве суда первой инстанции дело, подсудное

нижестоящему суду.
Если рассмотрение дела в том суде и тем судьей, к подсудности
которых оно отнесено законом, невозможно (например, в связи с
недопустимостью повторного участия судьи в рассмотрении дела,
наличием обстоятельств, устраняющих судью от участия в рассмотрении
дела или создающих невозможность рассмотрения дела в данном суде),
председатель вышестоящего суда вправе передать дело для
рассмотрения в другой ближайший суд того же уровня (звена) с
обязательным извещением сторон о причинах передачи дела.
9. В ч. 2 ст. 26 Конституции Российской Федерации закреплено
право каждого на пользование родным языком. В силу указанной
конституционной нормы суд по ходатайству участвующих в деле лиц
обязан обеспечить им право делать заявления, давать объяснения и
показания, заявлять ходатайства и выступать в суде на родном языке.
10. В силу конституционного положения об осуществлении
судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон
(ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации) суд по каждому делу
обеспечивает равенство прав участников судебного разбирательства по
представлению и исследованию доказательств и заявлению ходатайств.
При рассмотрении гражданских дел следует исходить из
представленных истцом и ответчиком доказательств. Вместе с тем суд
может предложить сторонам представить дополнительные
доказательства. В случае необходимости, с учетом состояния
здоровья, возраста и иных обстоятельств, затрудняющих сторонам
возможность представления доказательств, без которых нельзя
правильно рассмотреть дело, суд по ходатайству сторон принимает
меры к истребованию таких доказательств.
11. При рассмотрении жалоб на отказ в регистрации общественных
объединений граждан либо заявлений заинтересованных лиц о
ликвидации общественных объединений судам необходимо иметь в виду,
что в соответствии с ч. 5 ст. 13 Конституции Российской Федерации

запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели
и действия которых направлены на насильственное изменение основ
конституционного строя и нарушение целостности Российской
Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных
формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и
религиозной розни.
Учитывая это конституционное положение, суду необходимо
тщательно исследовать и оценить в совокупности все представленные
письменные и вещественные доказательства, показания свидетелей и
другие доказательства, свидетельствующие о целях, задачах,
фактической деятельности общественных объединений.
12. В силу Международного пакта об экономических, социальных и
культурных правах государства, участвующие в этом пакте, приняли на
себя обязанность обеспечить право на забастовку при условии его
осуществления в соответствии с национальным законодательством.
Конституция Российской Федерации гарантировала работникам; а
также их трудовым коллективам право на индивидуальные и
коллективные трудовые споры, включая право на забастовку (ч. 4 ст.
37). Однако осуществление права на забастовку не должно нарушать
права и свободы других лиц и может быть ограничено федеральным
законом, но лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты
основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и
законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и
безопасности государства (ч. 3 ст. 17, ч. 3 ст. 55 Конституции
Российской Федерации).
Исходя из этого, при решении вопроса о незаконности проведения
забастовки судам следует иметь в виду, что ограничение права на
забастовку в указанных выше случаях допустимо лишь для тех
категорий работников, в отношении которых с учетом характера их
деятельности и возможных последствий прекращения ими работы

необходимость запрета на проведение забастовки прямо вытекает из
названных выше положений Конституции. Ограничение права на
забастовку большего круга работников, чем это необходимо для
достижения целей, названных в ч. 3 ст. 17 и ч. 3 ст. 55 Конституции
Российской Федерации, является неправомерным.
13. При рассмотрении дел, вытекающих из жилищных
правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция
Российской Федерации предоставила каждому, кто законно находится на
территории Российской Федерации, право свободно передвигаться,
выбирать место пребывания и жительства, а также гарантировала право
на жилище (ч. 1 ст. 27, ч. 1 ст. 40).
Исходя из этих положений Конституции, следует иметь в виду,
что отсутствие прописки либо регистрации, заменившей институт
прописки, само по себе не может служить основанием для ограничения
прав и свобод человека, включая и право на жилище. При рассмотрении
дел, связанных с признанием права пользования жилым помещением,
необходимо учитывать, что данные, свидетельствующие о наличии или
отсутствии прописки (регистрации), являются лишь одним из
доказательств того, состоялось ли между нанимателем (собственником)
жилого помещения, членами его семьи соглашение о вселении лица в
занимаемое ими жилое помещение и на каких условиях.
14. Поскольку ограничение права гражданина на тайну переписки,
телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений
допускается только на основании судебного решения (ч. 2 ст. 23
Конституции Российской Федерации), судам надлежит иметь в виду, что
в соответствии с Федеральным законом Российской. Федерации "Об
оперативно-розыскной деятельности" проведение оперативно-розыскных
мероприятий, ограничивающих указанные конституционные права
граждан, может иметь место лишь при наличии у органов,
осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, информации о
признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного

противоправного деяния, по которому производство предварительного
следствия обязательно; о лицах, подготавливающих, совершающих или
совершивших противоправное деяние, по которому производство
предварительного следствия обязательно; о событиях или действиях,
создающих угрозу государственной, военной, экономической или
экологической безопасности Российской Федерации. Перечень органов,
которым предоставлено право осуществлять оперативно-розыскную
деятельность, содержится в названном законе.
Эти же обстоятельства суды должны иметь в виду при
рассмотрении материалов, подтверждающих необходимость проникновения
в жилище против воли проживающих в нем лиц (ст. 25 Конституции
Российской Федерации), если такие материалы представляются в суд
органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность.
Обратить внимание судов на то, что результаты
оперативно-розыскных мероприятий, связанных с ограничением
конституционного права граждан на тайну переписки, телефонных
переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также с
проникновением в жилище против воли проживающих в нем лиц (кроме
случаев, установленных федеральным законом), могут быть
использованы в качестве доказательств по делам, лишь когда они
получены по разрешению суда на проведение таких мероприятий и
проверены следственными органами в соответствии с
уголовно-процессуальным законодательством.
15. При рассмотрении уголовных дел должен соблюдаться
закрепленный в ст. 49 Конституции Российской Федерации принцип
презумпции невиновности, согласно которому каждый обвиняемый в
совершении преступления считается невиновным, пока его виновность
не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и
установлена вступившим в законную силу приговором суда. При этом с
учетом положений данной конституционной нормы недопустимо возлагать
на обвиняемого (подсудимого) доказывание своей невиновности.

Судам необходимо иметь в виду, что в соответствии с ч. 3
ст. 49 Конституции Российской Федерации неустранимые сомнения
в виновности обвиняемого (подсудимого) должны толковаться в его
пользу.
16. Обратить внимание судов на необходимость выполнения
конституционного положения о том, что при осуществлении правосудия
не допускается использование доказательств, полученных с нарушением
федерального закона (ч. 2 ст. 50 Конституции Российской Федерации),
а также выполнения требований ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР, в силу которой
доказательства, полученные с нарушением закона, не могут быть
положены в основу обвинения.
Разъяснить, что доказательства должны признаваться полученными
с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были
нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права
человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным
законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если
собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим
лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных
процессуальными нормами.
17. При судебном разбирательстве должно строго соблюдаться
гарантированное Конституцией (ч. 1 ст. 48) право каждого на
получение квалифицированной юридической помощи. С учетом этого
конституционного положения суд обязан обеспечить участие защитника
в деле как в случаях, когда обвиняемый выразил такое желание, так
и в случаях, когда участие защитника является обязательным по
закону.
На основании ст. 50 УПК РСФСР обвиняемый вправе в любой момент
производства по делу отказаться от защитника, однако такой отказ не
должен быть вынужденным и может быть принят лишь при наличии
реальной возможности участия защитника в деле.
В соответствии с ч. 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации

и на основании ст. 47 УПК РСФСР каждый задержанный, заключенный под
стражу имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с
момента объявления ему протокола задержания или постановления о
применении меры пресечения в виде заключения под стражу, а каждый
обвиняемый в силу указанной конституционной нормы и на основании
ст. 46 УПК РСФСР имеет право пользоваться помощью адвоката
(защитника) с момента предъявления обвинения. При нарушении этого
конституционного права все показания задержанного, заключенного под
стражу, обвиняемого и результаты следственных действий, проведенных
с его участием, должны рассматриваться судом как доказательства,
полученные с нарушением закона.
18. При рассмотрении гражданских и уголовных дел судам
необходимо учитывать, что в силу ст. 51 Конституции Российской
Федерации никто не обязан свидетельствовать против себя самого,
своего супруга и близких родственников, круг которых определяется
федеральным законом.
С учетом этого конституционного положения суд, предлагая
подсудимому дать показания по поводу обвинения и известных ему
обстоятельств дела (ст. 280 УПК РСФСР), должен одновременно
разъяснить ему ст. 51 Конституции Российской Федерации. Положения
указанной статьи Конституции должны быть разъяснены также супругу
или близкому родственнику подсудимого перед допросом этого лица в
качестве свидетеля или потерпевшего и лицу, вызванному в суд в
качестве свидетеля по гражданскому делу, если оно является супругом
либо близким родственником истца, ответчика, других участвующих в
деле лиц.
Если подозреваемому, обвиняемому, его супругу и близким
родственникам при дознании или на предварительном следствии не было
разъяснено указанное конституционное положение, показания этих лиц
должны признаваться судом полученными с нарушением закона и не
могут являться доказательствами виновности обвиняемого

(подозреваемого).
19. Судам необходимо иметь в виду, что разъяснения по
применению действующего законодательства, данные Пленумом
Верховного Суда Российской Федерации до вступления в силу
Конституции Российской Федерации, могут применяться при
рассмотрении дел в части, не противоречащей Конституции Российской
Федерации.

Председатель Верховного Суда
Российской Федерации В. М. ЛЕБЕДЕВ

Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда
Российской Федерации В. В. ДЕМИДОВ

Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам

Жалоба гражданина на действия (бездействие) должностного лица, которым, по его мнению, нарушены его права, подлежит рассмотрению в порядке, установленном правилами главы 24\1) ГПК РСФСР (Извлечение)

1. Жалоба гражданина на действия (бездействие)
должностного лица, которым, по его мнению,
нарушены его права, подлежит
рассмотрению в порядке, установленном
1)
правилами главы 24 ГПК РСФСР

(И з в л е ч е н и е)

Лукин обратился в суд с жалобой на действия врачей Центральной
медсанчасти, отказавшихся удостоверить завещание его жены
Чеботкиной, находившейся там на излечении.
Определением Дорогомиловского межмуниципального (районного)
народного суда Москвы (оставленным без изменения определением
Московского городского суда) жалоба Лукина оставлена без
рассмотрения.
Президиум Московского городского суда оставил без
удовлетворения протест прокурора г. Москвы об отмене определения
суда и определения кассационной инстанции.
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил
вопрос об отмене всех судебных постановлений ввиду несоответствия
1)
их нормам главы 24 и ст. 221 ГПК РСФСР.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 13
октября 1995 г. протест удовлетворила, указав следующее.
Согласно ст. 221 ГПК РСФСР, суд оставляет заявление без

рассмотрения при наличии указанных в ней оснований.
Оставляя без рассмотрения жалобу Лукина, суд сослался на то,
что имеется спор о праве на наследство, который подлежит
рассмотрению в исковом порядке, в связи с чем ему предложено
обратиться в суд с исковым заявлением.
Между тем не было оснований, предусмотренных ст. 221 ГПК
РСФСР, для оставления заявления без рассмотрения. Ссылка суда на
ст. 246 ГПК РСФСР ошибочна, ибо жалобы на действия должностных лиц
1)
рассматриваются по правилам главы 24 ГПК РСФСР, а ст. 246 этого
Кодекса предусматривает возможность оставления без рассмотрения
заявления, рассматриваемого в порядке особого производства по
правилам главы 26 ГПК РСФСР.
Нельзя считать убедительным довод суда, что имеется спор о
праве на наследство. В жалобе Лукин указал, что не выполнено его
требование об оформлении в порядке ст. 541 ГК РСФСР завещания его
жены, удостоверении его надлежащим лицом. При наличии же завещания
необязательно возникает спор о наследстве.
В данном случае заявлена жалоба на действия должностных лиц,
отказавших в удостоверении завещания.
В случае возникновения спора о праве гражданском при
рассмотрении жалобы суд откладывает разбирательство дела и
предлагает оформить исковое требование, дает срок для его
оформления (п. 9 ч. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от
21 декабря 1993 г. N 10 "О рассмотрении судами жалоб на
неправомерные действия, нарушающие права и свободы граждан").
Однако если заявитель не хочет оформлять исковые требования,
то это обстоятельство не является основанием для оставления жалобы
без рассмотрения. Лицо вправе само определить, поддерживать ли ему
заявленную жалобу или оформить исковые требования.
Суд должен разъяснить заявителю последствия отказа от

оформления исковых требований (невозможность разрешения исковых
требований), а после такого разъяснения (в подтверждение чего
заявитель обязан поставить свою подпись в протоколе судебного
заседания) - уточнить его требования, а если и после этого
заявитель будет настаивать на рассмотрении его жалобы без искового
заявления, суд обязан рассмотреть ее, но в пределах, определенных
7)
ст. 239 ГПК РСФСР (без разрешения исковых требований).
Оставление жалобы без рассмотрения при отсутствии законных
оснований к этому и при том положении, что заявитель настаивает на
рассмотрении жалобы, нельзя признать правильным.

Сделка, не соответствующая требованию закона или иного правового акта, ничтожна, если законом не предусмотрены иные последствия нарушения. Решение суда отменено как основанное на недопустимых доказательствах (Извлечение)

2. Сделка, не соответствующая требованию
закона или иного правового акта,
ничтожна, если законом не предусмотрены
иные последствия нарушения.
Решение суда отменено как основанное
на недопустимых доказательствах

(И з в л е ч е н и е)

Фирма "ХМХ Гамбургер металл хандель ГМБХ" предъявила в суде
иск к Северо-Западному таможенному управлению о возврате 160 тонн
никеля и 25 тонн меди, приобретенных по договору купли-продажи с
АОЗТ "Ряд", которые таможня задержала, наложив на металл арест.
Прокурор Северо-Западной транспортной прокуратуры обратился с
заявлением о признании недействительной сделки купли-продажи
металла, ссылаясь на то, что сделка являлась незаконной.
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского
городского суда, рассмотревшая дело по первой инстанции, отказала
в требовании прокурора и удовлетворила иск фирмы.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 20
сентября 1995 г., рассмотрев дело по кассационной жалобе
таможенного управления и кассационному протесту прокурора
Северо-Западной таможенной прокуратуры, отменила решение, указав
следующее.
В силу ст. 168 ГК РФ (1994 г.) сделка, не соответствующая
требованиям закона или иного правового акта, ничтожна, если законом

не предусмотрены иные последствия нарушения. (Согласно ст. 9
Федерального закона от 21 октября 1994 г. "О введении в действие
части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", нормы
Кодекса об основаниях и последствиях недействительности сделок
(ст. ст. 162, 165-180) применяются к сделкам, требования о
признании недействительными и последствиях недействительности
которых рассматриваются судом, арбитражным судом или третейским
судом после 1 января 1995 г., независимо от времени совершения
соответствующих сделок.)
Как видно из дела, 24 августа 1994 г. представителями АОЗТ
"Ряд" и немецкой фирмой "ХМХ Гамбургер металл хандель ГМБХ" был
заключен договор купли-продажи 100 тонн никеля и 25 тонн меди.
В соответствии с п. 4 постановления Правительства Российской
Федерации от 1 июля 1994 г. "О мерах по совершенствованию
государственного регулирования экспорта товаров и услуг" в целях
обеспечения государственного контроля за экспортом стратегически
важных товаров, указанных в приложении к данному постановлению, с 1
июля 1994 г. введена регистрация контрактов на экспорт этих
товаров. Пропуск данных товаров через таможенную границу
осуществляется только по контрактам, прошедшим регистрацию.
Считая, что этот металл относится к стратегически важным
товарам, в отношении которых установлено правило пропуска через
таможенную границу только по контрактам, прошедшим регистрацию, при
отсутствии сведений об этом таможенные органы не пропустили данный
груз через границу. Санкт-Петербургский городской суд отказал в
требовании прокурора и удовлетворил иск фирмы о возврате металла,
задержанного таможней, ссылаясь на то, что данный договор не
относится к числу внешнеторговых (экспортных), поскольку, по
заявлению фирмы, никель и медь не предназначались к вывозу за
границу России, а подлежали переработке на ее территории.
Однако выводы городского суда нельзя признать обоснованными.

В заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного
Суда РФ представители фирмы заявили, что у них нет договоров с
предприятиями, фирмами в Российской Федерации на переработку,
передачу, использование никеля и меди на территории России.
В материалах дела не имеется допустимых доказательств.
Суд принял в качестве доказательств лишь ксерокопии
документов, в том числе договора купли продажи, соответствие
которых подлинникам не удостоверено, а в судебном заседании
достоверность ксерокопий документов подлинникам не была проверена,
перевод документов с немецкого языка на русский осуществлен лицом,
не предупрежденным об ответственности по ст. 181 УК РСФСР за
заведомо неправильный перевод (ст. 152 ГПК РСФСР).
Суд надлежаще не выяснил, имели ли лица, подписавшие договор
купли-продажи, полномочия на заключение этой сделки, за какую сумму
был продан металл и действительно ли немецкая фирма-покупатель
уплатила обусловленную сумму денег АОЗТ "Ряд" - продавцу.
Выводы суда по этим обстоятельствам основаны на недостаточно
полно проверенных материалах дела.
Документы, которые суд принял как доказательства оплаты по
договору стоимости металла, в подлинниках в деле отсутствуют, есть
лишь их ксерокопии, не удостоверенные в установленном порядке.
Данных о том, что суд обозревал подлинники документов, в протоколе
судебного заседания нет.
Стороны же, заключившие договор, давали разные и
противоречивые объяснения по поводу того, как произведена оплата
металла. В связи с допущенными судом нарушениями
ст. ст. 14, 43, 50, 54, 152 ГПК РСФСР решение подлежит отмене
с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

Датой увольнения считается день прекращения трудового договора, а не число, с которого ликвидирована организация (Извлечение)

3. Датой увольнения считается день
прекращения трудового договора, а не число,
с которого ликвидирована организация

(И з в л е ч е н и е)

Решением Верховного Суда Республики Мордовия от 28 марта
1994 г. признано незаконным увольнение Антоновой с должности
управляющего делами исполкома Рузаевского районного Совета народных
депутатов. Поскольку деятельность исполкома была прекращена, в
удовлетворении требований о восстановлении на работе отказано,
формулировка причины увольнения изменена с п. 2 ст. 254 К3оТ на п.
1 ст. 33 К3оТ.
В связи с исполнением решения суда возник вопрос о дате
увольнения истицы.
Определением суда от 29 мая 1995 г. дата увольнения
установлена с 28 октября 1992 г., т. е. со дня прекращения
деятельности исполкома.
В частной жалобе истица поставила вопрос об изменении даты
увольнения на 6 июня 1994 г., когда решение суда вступило в
законную силу.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 10
августа 1995 г. определение суда изменила по следующим основаниям.
Определяя дату увольнения в порядке ст. 206 ГПК РСФСР, суд
исходил из того, что исполком ликвидирован 28 октября 1992 г.
Каких-либо иных мотивов решения этого вопроса суд в определении не

привел.
Между тем невозможность продолжения трудовых отношений в связи
с ликвидацией организации сама по себе не означает, что дата
увольнения устанавливается со времени прекращения деятельности
организации.
Дата увольнения должна соответствовать дню прекращения
трудового договора. С истицей трудовой договор по новому основанию
(п. 1 ст. 33 КЗоТ) был фактически прекращен 28 марта 1994 г. при
изменении судом формулировки причины увольнения. Поэтому, разрешая
спор по существу, суду следовало указать именно эту дату
увольнения.
Однако при вынесении судом решения вопрос о дате увольнения
вообще не рассматривался. Впервые он разрешен в судебном порядке
лишь 29 мая 1995 г., и при этом суд допустил ошибку, в связи с чем
трудовые права истицы, в том числе связанные с исчислением
трудового стажа, в полком объеме судом не восстановлены.
Учитывая это, Судебная коллегия сочла возможным решить вопрос
о дате увольнения по существу и считать истицу уволенной со дня
вынесения определения кассационной инстанцией - 10 августа 1995 г.

Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам

Приговор отменен ввиду нарушения ст. 41 УК РСФСР (Извлечение)

1. Приговор отменен ввиду нарушения ст. 41 УК РСФСР

(И з в л е ч е н и е)

По приговору Константиновского районного народного суда
Амурской области от 21 декабря 1994 г. Фоменко (ранее, 14 декабря
1993 г., судимый по ч. 2 ст. 144 и ч. 2 ст. 145 УК РСФСР к трем
годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на два года)
осужден по ч. 2 ст. 206 УК РСФСР к лишению свободы сроком на два
года и по совокупности приговоров - к лишению свободы сроком на
четыре года условно с испытательным сроком в два года.
Он признан виновным в совершении злостного хулиганства.
7 апреля 1994 г. он в состоянии алкогольного опьянения на
улице села Тамбовка беспричинно избил Требурт и оказал физическое
сопротивление Япук, пресекавшей его хулиганские действия.
Судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда
приговор оставила без изменения.
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил
вопрос об отмене приговора и кассационного определения за мягкостью
назначенного Фоменко наказания.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 6 июня
1995 г. протест удовлетворила, указав следующее.
В соответствии с требованиями ст. 37 УК РСФСР при назначении
наказания судом должны быть учтены характер и степень общественной
опасности совершенного преступления, личность виновного и
обстоятельства дела, смягчающие и отягчающие его ответственность.

Согласно ст. 41 УК РСФСР, если осужденный после вынесения
приговора, но до полного отбытия наказания совершил новое
преступление, суд к наказанию, назначенному по новому приговору,
полностью или частично присоединяет неотбытую часть наказания по
предыдущему приговору. Таким образом, по смыслу закона наказание,
определяемое по совокупности приговоров, не может быть мягче любого
из наказаний, назначенных по каждому из этих приговоров.
По данному делу эти требования закона не выполнены.
Вывод суда о том, что Фоменко совершил злостное хулиганство
вследствие случайного стечения обстоятельств, в приговоре не
мотивирован. Как установлено приговором суда, он избил Требурт
беспричинно, находясь в состоянии алкогольного опьянения.
Не все данные о личности Фоменко учтены судом. Как видно из
материалов дела, Фоменко ранее был судим и в период отсрочки
исполнения приговора появлялся в общественных местах в нетрезвом
состоянии, в связи с чем ему выносилось официальное предупреждение
о недопустимости антиобщественного поведения.
Судом установлено, что Фоменко злостное хулиганство совершил в
состоянии также алкогольного опьянения, однако в нарушение
требований ст. 39 УК РСФСР данное обстоятельство безмотивно не
признано отягчающим его ответственность и не учитывалось при
назначении наказания.
Кроме того, Фоменко, ранее осуждавшемуся к лишению свободы с
отсрочкой исполнения приговора и в период отсрочки совершившему
новое умышленное тяжкое преступление, суд по совокупности
приговоров назначил более мягкое наказание - с применением ст. 44
УК РСФСР условное осуждение с испытательным сроком два года, - чем
назначенное по первоначальному приговору наказание с применением,
1)
ст. 46 УК РСФСР - отсрочка исполнения приговора на два года.
При таких данных приговор подлежит отмене.

Для квалификации умышленного убийства как совершенного способом, опасным для жизни многих людей, необходимо установить, сознавал ли виновный, осуществляя умысел на убийство определенного лица, что он применяет такой способ причинения смерти, который опасе

2. Для квалификации умышленного убийства
как совершенного способом, опасным для жизни
многих людей, необходимо установить, сознавал
ли виновный, осуществляя умысел на убийство
определенного лица, что он применяет
такой способ причинения смерти, который
опасен для жизни не только одного человека

(И з в л е ч е н и е)

Верховным Судом Республики Саха (Якутия) Лушпа осужден по ч. 3
ст. 206 и п. "д" ст. 102 УК РСФСР; по п. "б" ст. 102 УК РСФСР он
оправдан.
Лушпа признан виновным в совершении особо злостного
хулиганства с применением огнестрельного оружия и в умышленном
убийстве Карпеева совершенном способом, опасным для жизни многих
людей.
Около 24 час. 15 июня 1993 г. на улице поселка Кысыл-Сыр в
состоянии алкогольного опьянения Лушпа из хулиганских побуждений,
грубо нарушая общественный порядок и создавая реальную угрозу для
жизни стоявших возле бани Черныша и Сапрыкина, произвел выстрел
дуплетом из охотничьего ружья, причинив легкие телесные повреждения
без расстройства здоровья.
Около 3 час. 16 июля 1993 г. в сторожевой будке кооператива
"Горизонт" Лушпа, видя, что там, кроме Карпеева, находятся и другие
лица, создавая угрозу для их жизни, из личных неприязненных

отношений двумя выстрелами из ружья убил Карпеева.
В кассационном порядке дело не рассматривалось.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 28
марта 1995 г. по протесту заместителя Генерального прокурора РФ
приговор отменила, указав следующее.
В нарушение требований ст. 20 УПК РСФСР суд не принял всех
предусмотренных законом мер для всестороннего, полного и
объективного исследования обстоятельств дела.
Признавая Лушпу виновным в умышленном убийстве Карпеева
способом, опасным для жизни многих людей, суд в приговоре не
установил, для кого конкретно был опасен избранный Лушпой способ
убийства Карпеева.
По смыслу закона для квалификации умышленного убийства как
совершенного способом, опасным для жизни многих людей, необходимо
установить, сознавал ли виновный, осуществляя умысел на убийство
определенного лица, что он применяет такой способ причинения
смерти, который опасен для жизни не только одного человека.
Судом указанные обстоятельства не исследованы в полной мере.
В судебном заседании подсудимый Лушпа пояснял, что оружие у
него было, поскольку он - охотник. Войдя в сторожевую будку, он
увидел сидевшего на стуле напротив входа в трех метрах от двери
Карпеева, Осинин был у двери, справа от него, Ковалюка он не видел
(тот сидел у ограждения, где были цветы, и в момент выстрела не мог
видеть его). Карпеев вскочил со стула, и он выстрелил в него. Он не
предполагал, что причинит кому-нибудь другому вред.
Свидетель Ковалюк (показания которого оглашались судом) в ходе
предварительного расследования пояснял, что Лушпа наставил стволы
ружья прямо на Карпеева и в упор произвел выстрелы ему в живот.
Свидетель Осинин (показания которого судом оглашались в связи
с его выездом за пределы республики) пояснил в ходе
предварительного следствия, что он сидел с левой стороны от входа,

у стола, Карпеев - напротив входа, а Ковалюк - в углу с правой
стороны от входа. Обернувшись, он видел стволы ружья, а Лушпу -
нет. В это время Карпеев вскочил со стула и Лушпа выстрелил в него:
первый раз - в живот, второй раз - в спину. Потом он (Осинин)
вскочил со стула и побежал за Лушпой.
Из протокола осмотра места происшествия и схемы к нему видно,
что комната, где был убит Карпеев, имела размеры 3Х6 м (6 м - длина
стены, в которой расположена входная дверь). Напротив входной двери
на расстоянии, согласно протоколу осмотра - 3 м, исходя из схемы к
протоколу - 2 м, стоял стул. Около этого стула (где сидел Карпеев)
на полу имелись пятна крови, куски войлока.
Как видно из материалов дела, Ковалюку и Осинину ранений
причинено не было.
Согласно акту судебно-медицинской экспертизы, Карпееву были
причинены слепые огнестрельные ранения живота и поясницы, оба с
признаками близкого выстрела - в пределах действия дополнительных
факторов выстрела.
Суд пришел к выводу, что Лушпа, стреляя из дробового ружья в
Карпеева и видя при этом двоих людей, создал реальную опасность для
жизни трех человек, однако не привел в приговоре мотивов того, в
чем заключалась опасность для жизни лиц, находившихся в комнате.
При таких обстоятельствах приговор суда не может быть признан
законным, обоснованным и мотивированным и подлежит отмене, а дело -
направлению на новое судебное рассмотрение.
При новом рассмотрении суду необходимо более полно установить
место нахождения всех лиц, бывших в комнате в момент производства
выстрелов, расстояние между каждым из них и от дульных срезов ружья
Лушпы; выяснить, были ли выстрелы Лушпы в Карпеева прицельными
либо не были таковыми, и дать оценку установленному; выяснить,
имелась ли реальная опасность для жизни Ковалюка и Осинина в момент
производства выстрелов, если имелась, то в чем она заключалась, и

сознавал ли Лушпа, что, стреляя в Карпеева, он создает опасность
для жизни других лиц. В зависимости от установленных обстоятельств
суду необходимо дать надлежащую юридическую оценку действиям Лушпы.
Поскольку действия Лушпы, квалифицированные судом по ч. 3
ст. 206 и п. "д" ст. 102 УК РСФСР, взаимосвязаны между собой,
то приговор суда подлежит отмене в полном объеме.
Кроме того, признавая Лушпу виновным в совершении особо
злостного хулиганства и считая установленным, что он произвел
выстрел дуплетом в сторону Данилова, Черныша и Сапрыкина, причинив
при этом легкие телесные повреждения, суд в приговоре не указал,
всем ли или кому-нибудь из них были причинены телесные повреждения
выстрелом Лушпы.

Действия лица, связанные с присвоением денежных средств путем злоупотребления доверием и обмана под видом дачи взятки должностным лицам, подлежат квалификации как мошенничество (Извлечение)

3. Действия лица, связанные
с присвоением денежных средств
путем злоупотребления доверием
и обмана под видом дачи взятки
должностным лицам, подлежат квалификации
как мошенничество

(И з в л е ч е н и е)

Нижнекамским городским народным судом Татарской АССР от 9
апреля 1991 г. Шайхулов осужден по ст. 17 и ч. 2 ст. 174 УК РСФСР.
Он признан виновным в том, что, работая адвокатом юридической
консультации, 19 мая 1983 г. после ознакомления на предварительном
следствии с материалами дела (ст. 201 УПК РСФСР) подстрекал
Гракович Л., обвиняемую в совершении преступления, предусмотренного
ч. 3 ст. 116 УК РСФСР (незаконное производство аборта, совершенное
неоднократно), к даче взятки судебно-прокурорским работникам.
Гракович Л., содержавшаяся под стражей, согласилась на дачу
взятки и с этой целью написала своему мужу Гракович А. записку, в
которой просила передать Шайхулову взятку более 200 руб. 20 мая
1983 г. Шайхулов передал эту записку Гракович А. и тогда же получил
от него 200 руб., которые присвоил, израсходовав на личные нужды.
30 августа 1983 г. Шайхулов подстрекал своего подзащитного
Мусратуллина, обвиняемого в особо злостном хулиганстве, к даче
взятки судье, заявив, что в противном случае он будет лишен
свободы.

1 сентября 1983 г. в помещении народного суда Мусратуллин
передал Шайхулову в качестве взятки 170 руб.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда
Республики Татарстан приговор оставила без изменения.
Президиум Верховного Суда Республики Татарстан оставил без
удовлетворения протест первого заместителя Председателя Верховного
Суда РФ, в котором ставился вопрос об изменении приговора суда и
определения кассационной инстанции в связи с неправильным
применением уголовного закона.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 22
июня 1995 г. аналогичный протест первого заместителя Председателя
Верховного Суда РФ удовлетворила по следующим основаниям.
Согласно закону, действия лица по ст. 17 и ст. 174 УК РСФСР (в
частности, за подстрекательство к даче взятки) могут быть
квалифицированы лишь при условии, если виновный получил деньги или
иные материальные ценности для передачи взятки должностному лицу,
подстрекая взяткодателя дать взятку.
Между тем, как видно из показаний Гракович Л. на
предварительном следствии и в суде, она лишь на первом допросе 8
октября 1984 г. показала, что именно Шайхулов дал ей понять, что
для благоприятного исхода ее дела необходимо дать взятку
судебно-прокурорским работникам.
В дальнейшем и на очной ставке с Шайхуловым 13 ноября 1984 г.
обвиняемая уже заявила, что адвокат о деньгах не говорил. Она сама
его попросила о содействии в смягчении ее участи, пообещав
отблагодарить. Согласно ее показаниям, Шайхулов после ознакомления
с материалами дела заявил, что можно помочь, чтобы ее не лишили
свободы; два-три эпизода ее преступных действий подпадают под
амнистию, а один - подлежит переквалификации; о деньгах он не
говорил; она обещала отблагодарить его и написала записку мужу,
чтобы он дал Шайхулову 200-300 руб.

Анализ показаний Гракович Л. как на предварительном следствии,
так и в суде свидетельствует о том, что инициатором передачи 200
руб. в качестве взятки была она сама, а Шайхулов, злоупотребив ее
доверием и юридической неграмотностью, получил деньги, не имея
намерения передать их должностному лицу, как полагала Гракович Л.
Об этом свидетельствует и содержание записки, написанной мужем
Гракович Л. и переданной ей в следственный изолятор после первого
судебного заседания в 1985 году, когда они поняли, что были
обмануты адвокатом Шайхуловым.
Так, в записке, приобщенной к делу в качестве доказательства,
Гракович А. сообщал жене: "Значит тот ... ничего не сумел, короче
адвокат. На людском горе наживается ..."
Не согласившись с указанными выше доводами, президиум
Верховного Суда Республики Татарстан в своем постановлении указал,
что Шайхулов создал у Гракович Л. представление, что он получит
деньги от ее мужа якобы для передачи должностному лицу в качестве
взятки.
Однако данный вывод ошибочен.
Президиум, как и суд первой инстанции, при правовой оценке
действий Шайхулова в качестве критерия взял не истинную цель
действий Шайхулова - завладение обманным путем деньгами Гракович, а
средство, с помощью которого эта цель была достигнута Шайхуловым, -
действительно под предлогом передачи взятки должностным лицам. При
этом совершенно оставлено без оценки то обстоятельство, что
Гракович Л. в беседе с адвокатом первая спросила его о том: "Нужны
ли деньги?"
Относительно присвоения Шайхуловым денег подзащитного
Мусратуллина свидетель Романов (по инициативе которого было
возбуждено уголовное дело по данному факту) пояснил, что
в 1984 году работал народным судьей, проходя по коридору
здания Суда, услышал разговор среди посетителей, что якобы Шайхулов

берет от клиентов деньги и делится с судьями, в связи с чем суд
определяет менее мягкое наказание. Просмотрев уголовные дела, в
которых участвовал адвокат Шайхулов, он обратил внимание на
уголовное дело по обвинению Мусратуллина в злостном хулиганстве,
действия которого были переквалифицированы судом на ст. 112
УК РСФСР. Пригласив Мусратуллина и его жену, он узнал, что они
дали Шайхулову деньги для передачи судье (т. е. ему - Романову), о
чем от них получил объяснения и передал их председателю суда.
Мусратуллин подтвердил в суде факт передачи 170 руб. адвокату
Шайхулову за то, чтобы его (Мусратуллина) не лишили свободы.
В то же время показания Мусратуллина в той части, кому
принадлежала инициатива в передаче денег в качестве взятки судье,
непоследовательны.
Так, из первоначальных объяснений Мусратуллина видно, что
деньги адвокату Шайхулову передала его жена и он не знал, зачем она
это сделала. Затем Мусратуллин заявил, что деньги в сумме 170 руб.
Шайхулову он передал сам. По его словам, Шайхулов ему это
предложил.
В судебном заседании 5 марта 1985 г. Мусратуллин сначала
заявил, что сам спросил у Шайхулова, нужны ли деньги, так как был
заинтересован в том, чтобы его не лишили свободы, затем пояснил,
что не помнит, кто заговорил о деньгах, и потом вновь стал
утверждать, что о необходимости передать деньги судье сказал
адвокат Шайхулов. Во втором судебном заседании он вновь заявил, что
не помнит.
Ссылка в приговоре, что показания Мусратуллина являются
последовательными, не соответствует материалам дела.
Таким образом, обвинение Шайхулова в той части, что инициатива
дачи взятки исходила от него, основано только на противоречивых
показаниях Гракович Л. и Мусратуллина, заинтересованных в исходе
дела, поскольку данное обстоятельство являлось решающим при

прекращении уголовного преследования в отношении них за дачу
взятки, чем и можно объяснить непоследовательность их показаний в
двух судебных заседаниях. Поэтому действия Шайхулова, связанные с
присвоением денежных средств в сумме 370 руб. путем злоупотребления
доверием и обмана под видом дачи взятки должностным лицам (судьям),
подлежат квалификации по ч. 2 ст. 147 УК РСФСР как мошенничество.

При провозглашении приговора суд разъясняет участникам процесса право на ознакомление с протоколом судебного заседания. Ознакомление с протоколом производится по заявлению заинтересованного участника процесса (Извлечение)

4. При провозглашении приговора
суд разъясняет участникам процесса право
на ознакомление с протоколом
судебного заседания. Ознакомление
с протоколом производится по заявлению
заинтересованного участника процесса

(И з в л е ч е н и е)

Постановлением судьи Омского областного суда осужденному
Федорову было отказано в восстановлении срока на кассационное
обжалование приговора, которым он был признан виновным и осужден за
совершение преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 206, ч. 2
1)
ст. 191 и п. "б" ст. 102 УК РСФСР, поскольку им был пропущен
срок обжалования приговора без уважительных причин.
В частной жалобе осужденный Федоров сослался на то, что он не
был ознакомлен с протоколом судебного заседания по его делу и в
связи с этим был лишен возможности написать кассационную жалобу.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 1
марта 1995 г. частную жалобу осужденного на постановление судьи
оставила без удовлетворения, указав следующее.
Как видно из материалов дела, приговор в отношении Федорова
вынесен 20 июля 1994 г. После провозглашения приговора Федорову
было разъяснено право на ознакомление с протоколом судебного
заседания и принесение на него замечаний, о чем имеется запись в

протоколе судебного заседания. Протокол был изготовлен 25 июля
1994 г., а копия приговора Федорову вручена 27 июля 1994 г.
Первая жалоба Федорова, датированная 29 августа 1994 г.
(спустя более месяца после получения копии приговора), была
направлена в Верховный Суд РФ, а не в областной суд. В ней Федоров
указал на то, что он не ознакомлен с протоколом судебного
заседания.
Однако, как видно из сообщения администрации следственного
изолятора, Федоров никакого заявления с просьбой ознакомить его с
протоколом судебного заседания не подавал.
Между тем по смыслу ст. 264 УПК РСФСР представление протокола
для ознакомления производится по заявлению заинтересованного
участника процесса. В этом случае председательствующий обязан
обеспечить участникам процесса возможность ознакомиться с
протоколом.
Поскольку от осужденного не было такого заявления, протокол
ему для ознакомления не представлялся.
Кроме того, право на подачу кассационной жалобы не связано с
правом ознакомления с протоколом судебного заседания.
Статьей 328 УПК РСФСР предусмотрены сроки кассационного
обжалования приговора. В частности, осужденные, содержащиеся под
стражей, могут обжаловать приговор в течение семи суток со дня
вручения копии приговора. Как установлено материалами дела,
Федорову копия приговора была вручена 27 июля 1994 г.,
следовательно, он мог подать жалобу до 4 августа 1994 г., что
осужденным сделано не было. Каких-либо уважительных причин пропуска
срока на обжалование приговора Федоров не указал.
При таких обстоятельствах судья обоснованно пришел к выводу о
пропуске осужденным срока на обжалование без уважительных причин и
правильно вынес постановление об отказе в удовлетворении просьбы о
восстановлении срока на обжалование приговора.

Определение о применении к лицу, признанному невменяемым, принудительных мер медицинского характера отменено в связи с нарушением установленного главой 33 УПК РСФСР порядка решения этого вопроса (Извлечение)

5. Определение о применении к лицу,
признанному невменяемым, принудительных мер
медицинского характера отменено в связи
с нарушением установленного главой 33
УПК РСФСР порядка решения этого вопроса

(И з в л е ч е н и е)

Определением судебной коллегии по уголовным делам
Краснодарского краевого суда от 30 августа 1994 г. Лавренко за
совершение общественно опасных деяний, содержащих признаки
преступлений, предусмотренных ст. 102 и ч. 2 от. 146 УК РСФСР,
освобожден от уголовной ответственности с направлением на
принудительное лечение в психиатрическую больницу со строгим
наблюдением.
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил
вопрос об отмене определения и направлении дела на новое судебное
рассмотрение в связи с нарушением судом требований
ст. ст. 407 и 408 УПК РСФСР.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 1 июля
1995 г. протест удовлетворила, указав следующее.
В соответствии со ст. ст. 407 и 408 УПК РСФСР судебное
разбирательство дела по применению принудительных мер медицинского
характера происходит в судебном заседании с обязательным участием
прокурора и защитника, с извещением законного представителя лица,
совершившего общественно опасное деяние.

В судебном заседании проверяются собранные по делу
доказательства, в случае необходимости заслушивается заключение
экспертов о психическом состоянии обвиняемого, в конце судебного
следствия суд выслушивает прокурора и защитника.
После вынесения определения суд разъясняет лицам, указанным в
ст. 411 УПК РСФСР, порядок его обжалования и опротестования в
вышестоящий суд.
Однако, как видно из материалов дела, указанные нормы УПК
РСФСР, регулирующие производство по принудительному применению мер
медицинского характера, краевым судом нарушены.
Фактически судебное разбирательство по делу Лавренко не
проводилось, его законный представитель о дне слушания дела не
извещался, по окончании судебного следствия прокурор и защитник не
выступали, определение в суде не оглашалось, порядок и сроки его
обжалования и опротестования не разъяснялись.
Кроме этого, как усматривается из дела, ранее, 6 октября
1993 г., судом было вынесено определение о приостановлении
производства по делу в связи с проведением повторной стационарной
судебно-психиатрической экспертизы. Однако после ее проведения
определение о возобновлении производства по делу не было вынесено.

При решении вопроса о взыскании с осужденного средств, затраченных на стационарное лечение потерпевшего, суд должен располагать документом, выдаваемым медицинским учреждением, о времени нахождения потерпевшего на стационарном лечении и расходах, понесенны

6. При решении вопроса о взыскании
с осужденного средств, затраченных
на стационарное лечение потерпевшего, суд
должен располагать документом, выдаваемым
медицинским учреждением, о времени нахождения
потерпевшего на стационарном лечении
и расходах, понесенных больницей в связи
с лечением а уходом за ним

(И з в л е ч е н и е)

Тунгусско-Чунским районным народным судом Красноярского края
Лузин осужден по ч. 1 ст. 108 УК РСФСР с взысканием с него в доход
государства за стационарное лечение потерпевшей А. 200 000 руб.
Он признан виновным в причинении А. умышленного тяжкого
телесного повреждения, опасного для жизни потерпевшей.
20 октября 1993 г. около 20 час. Лузин в состоянии
алкогольного опьянения во время ссоры умышленно нанес своей
сожительнице А. удар сапожным ножом в живот, причинив последней
тяжкие телесные повреждения.
В кассационном порядке дело в отношении Лузина не
рассматривалось.
Постановлением президиума Красноярского краевого суда протест
и. о. прокурора Красноярского края в части отмены приговора суда о
взыскании с Лузина средств, затраченных на стационарное лечение
потерпевшей, был оставлен без удовлетворения.

Не оспаривая доказанности вины Лузина в содеянном и
обоснованности его осуждения, заместитель Генерального прокурора РФ
поставил в протесте вопрос об отмене приговора в части взыскания с
осужденного средств, затраченных на лечение потерпевшей, и
постановления президиума краевого суда и о направлении дела в этой
части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 4 мая
1995 г. протест удовлетворила, указав следующее.
Заявленное прокурором в ходе судебного следствия ходатайство о
взыскании с Лузина средств, затраченных на лечение потерпевшей А.,
нельзя признать обоснованным.
В соответствии с п. 4 ст. 68 УПК РСФСР следственные органы или
суд обязаны были установить размер затраченных средств на лечение
потерпевшей.
Данных же о времени нахождения А. на стационарном лечении и
расходах, понесенных больницей в связи с лечением и уходом за ней,
в деле не имеется.
Приговор в этой части отменен, а дело передано на новое
рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

В президиумах Верховных Судов республик, краевых и областных судов

Убийство лица в связи с его насильственными действиями признано надзорной инстанцией совершенным в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (Извлечение)

1. Убийство лица в связи с его
насильственными действиями признано
надзорной инстанцией совершенным
в состоянии внезапно возникшего
сильного душевного волнения

(И з в л е ч е н и е)

Приволжским районным народным судом Астраханской области
Мостовая осуждена по ст. 103 УК РСФСР.
31 мая 1994 г. Мостовой у себя дома со знакомым Ивановым
употреблял спиртные напитки. Утром 1 июня Мостовая, увидев, что муж
и Иванов вновь употребляют спиртные напитки, потребовала прекратить
это. Мостовой попросил накормить его, но Мостовая отказалась. Тогда
он взял из холодильника кусок колбасы, однако Мостовая отняла его.
По этой причине между ними возникла очередная ссора, во время
которой Мостовой, оскорбляя жену, дважды ударил ее рукой по лицу и
вышел покурить. Мостовая взяла со стола кухонный нож, пошла за
мужем и с целью убийства ударила его ножом, причинив тяжкие
телесные повреждения в виде проникающего колото-резаного ранения
грудной клетки сзади с повреждением печени и диафрагмы, от которых
потерпевший скончался.
Определением судебной коллегии по уголовным делам
Астраханского областного суда приговор оставлен без изменения.
Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте
поставил вопрос о переквалификации действий осужденной на ст. 104

УК РСФСР.
Президиум Астраханского областного суда 25 июля 1995 г.
протест удовлетворил, указав следующее.
Как видно из дела, вывод суда о совершении Мостовой
умышленного убийства мужа, т. е. преступления, предусмотренного
ст. 103 УК РСФСР, необоснован.
Мостовая, признав свою вину, показала на предварительном
следствии и в суде, что муж злоупотреблял спиртными напитками, по
хозяйству не помогал. 31 мая 1994 г. в их квартире муж и знакомый
Иванов всю ночь употребляли спиртные напитки. Утром 1 июня 1994 г.
они продолжали пьянствовать. Она потребовала прекратить это, в
связи с чем у нее с мужем возникла ссора. Муж оскорблял ее. Затем
он взял из холодильника колбасу, но она отняла, заявив, что
продукты оставила для детей (у нее трое несовершеннолетних детей),
и тут муж дважды ударил ее по лицу и пошел из кухни в прихожую.
Она, не помня себя, схватила со стола какой-то предмет, побежала за
ним и ударила его этим предметом в спину. Пришла в себя, когда
увидела кровь на рубашке мужа. Попросила Иванова сбегать за
медсестрой. Эти показания Мостовой не опровергнуты.
Свидетель Иванов в суде подтвердил, что, когда Мостовая отняла
колбасу у мужа, заявив, что оставила ее для детей, Мостовой ударил
жену по лицу и ушел из кухни в прихожую. Мостовая сразу вышла за
ним. Через некоторое время она вернулась на кухню и сказала, что
чем-то "ткнула" мужа, попросила его, Иванова, сбегать за
медсестрой. Мостовая в это время была сильно взволнована и плакала.
Показания Мостовой о том, что она совершила убийство мужа в
состоянии сильного душевного волнения, вызванного неправомерными
действиями потерпевшего, суд признал несостоятельными, ссылаясь на
то, что Мостовая после совершенного убийства вела себя нормально.
Она попросила Иванова сообщить о случившемся медицинскому
работнику, вытерла кровь с лица потерпевшего и на полу, переоделась

и по приходе медсестры ушла к своим родителям.
Однако эти действия Мостовой не свидетельствуют о том, что она
не могла находиться в момент убийства мужа в состоянии внезапно
возникшего сильного душевного волнения.
Далее суд сослался на то, что, перед тем, как нанести удар
ножом в спину мужа, Мостовая вышла с ножом из кухни за мужем не
сразу, а спустя несколько минут (т. е. реакция ее была не
внезапная), однако это не соответствует материалам дела.
Из показаний Мостовой видно, что побудительным мотивом ее
возмущения явилось то, что, когда она во время ссоры отняла у мужа
продукты, которые она оставила для детей, он дважды ударил ее по
лицу и ушел из кухни, она, не помня себя, схватила со стола
какой-то предмет и тотчас вышла за ним, а не спустя несколько
минут.
Это обстоятельство подтвердил свидетель Иванов, пояснив, что,
находясь на кухне, он видел, как Мостовой ударил жену по лицу и
ушел из кухни, Мостовая сразу же вышла следом за ним.
Суд сослался на акт судебно-психиатрической экспертизы,
согласно которому Мостовая психическим заболеванием не страдает,
признана вменяемой; она могла отдавать отчет своим действиям и
руководить ими.
Однако эксперты-психиатры не решают вопрос, находилось ли лицо
в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или
нет. Это компетенция суда. Вывод суда о соответствующей
квалификации действий виновного лица должен быть сделан на
основании совокупности добытых доказательств по делу.
Таким образом, обстоятельства происшедшего, указанные в
показаниях Мостовой, подтвержденные очевидцем событий - свидетелем
Ивановым, свидетельствуют о том, что Мостовая совершила умышленное
убийство своего мужа Мостового в состоянии внезапно возникшего
сильного душевного волнения, вызванного физическим насилием со

стороны потерпевшего, в ее действиях содержатся признаки
преступления, предусмотренного ст. 104 УК РСФСР.
Как видно из дела, Мостовая ранее не судима, в содеянном
раскаялась, на ее иждивении находятся трое несовершеннолетних
детей, по месту работы и жительства она характеризовалась
положительно, по месту отбытия наказания ей дан также положительный
отзыв.
В связи с изменением квалификации действий осужденной Мостовой
на ст. 104 УК РСФСР она, как имеющая на иждивении
несовершеннолетних детей, подлежит освобождению от наказания на
основании п. "в" ч. 2 постановления Государственной Думы от 19
апреля 1995 г. "Об объявлении амнистии в связи с 50-летием Победы в
Великой Отечественной войне 1941-1945 годов".

Действия лица, совершенные при превышении пределов необходимой обороны, ошибочно квалифицированы как умышленное убийство (Извлечение)

2. Действия лица, совершенные при превышении
пределов необходимой обороны, ошибочно
квалифицированы как умышленное убийство

(И з в л е ч е н и е)

Клинцовским городским народным судом Брянской области Шумейко
осужден к лишению свободы по ст. 103, ч. 2 ст. 218 УК РСФСР.
Он признан виновным в умышленном убийстве Гонта и незаконном
ношении холодного оружия.
21 ноября 1993 г. примерно в 20 час. на перекрестке улиц в
г. Клинцы Шумейко и Фадеенко Е. ждали жену последнего -
Фадеенко М., отошедшую купить бутылку водки. К ним подошли
незнакомые Гонт и Беляев, и между ними произошла ссора. К
появившейся Фадеенко М. подбежал Гонт и стал ее обыскивать.
Испугавшись, Фадеенко М. позвала на помощь. Шумейко бросился к ним
и оттащил от Фадеенко М. Гонта. Последний стал с ним драться.
Шумейко выхватил из-за голенища сапога нож (признанный холодным
оружием) и ударил им Гонта в грудь. От полученного ранения Гонт
скончался по доставлении в больницу.
Судебная коллегия по уголовным делам Брянского областного суда
приговор оставила без изменения.
Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте
поставил вопрос об изменении приговора и кассационного определения
в связи с неправильной квалификацией действий Шумейко по
ст. 103 УК РСФСР.

Президиум Брянского областного суда 5 апреля 1995 г. протест
удовлетворил, указав следующее.
Шумейко обоснованно осужден за незаконное ношение холодного
оружия.
Однако приговор в части осуждения Шумейко по ст. 103 УК РСФСР
подлежит изменению.
Суд правильно установил фактические обстоятельства, при
которых Шумейко нанес Гонту смертельный удар ножом, однако ошибочно
квалифицировал содеянное Шумейко по ст. 103 УК РСФСР. Суд не учел
того, что добытые по делу и приведенные в приговоре доказательства
дают основания признать, что Шумейко находился в состоянии
необходимой обороны, защищаясь от противоправных действий Гонта,
совершенных им по отношению к Шумейко и Фадеенко М.
Как на предварительном следствии, так и в судебном заседании
Шумейко давал показания о том, что подошедшие к нему и Фадеенко Е.
молодые люди, как оказалось впоследствии - Беляев и Гонт, пытались
отобрать у Фадеенко Е. сумку. Затем, когда в переулке показалась
Фадеенко М., Гонт бросился к ней и, догнав на противоположной
стороне дороги, стал обыскивать ее. Фадеенко М. позвала на помощь.
Шумейко, увидев, что Фадеенко Е. не идет на крик жены, подбежал и
оттащил от нее Гонта. Фадеенко М. сразу же убежала, а Гонт, схватив
Шумейко одной рукой за горло, а другой за воротник сзади, стал его
душить. Защищаясь, Шумейко вытащил нож и ударил Гонта.
Свидетель Фадеенко М. на предварительном следствии, в том
числе на очной ставке с Беляевым, и в судебном заседании
подтвердила факт нападения на нее Гонта и то, что, когда на ее крик
прибежал мужчина и оттащил Гонта, она тут же вместе с супругом
убежала.
Как показал Фадеенко Е. на предварительном следствии и в
судебном заседании, подошедшие Гонт и Беляев проверили его сумку,
сказали, что в ней хорошая закуска, Беляев ударил его два раза в

пах. Когда Фадеенко М., спасаясь от Гонта, стала звать на помощь,
он, Фадеенко Е., не побежал к ней, так как боялся Беляева, и на
помощь к ней бросился Шумейко, после он с женой убежал.
Свидетель Беляев, хотя и отрицал совершение своих
противоправных действий в отношении Фадеенко Е., однако на
предварительном следствии и на очной ставке с ним признал, что
толкнул Фадеенко Е. Беляев также подтвердил, что Гонт подходил к
Фадеенко М., между ними была потасовка и что она звала на помощь.
Супруги Фадеенко и свидетель Беляев дали показания о том, что
не видели, как Шумейко ударил Гонта ножом. Вместе с тем Беляев
подтвердил на предварительном следствии, что, когда Шумейко
подбежал на крик Фадеенко М. к ней и Гонту, там "получилась
потасовка".
Суд, отвергая как недостоверные показания Шумейко о том, что,
когда он пришел на помощь Фадеенко М., Гонт схватил его за шею и
начал душить, не привел доказательств, опровергающих эти показания,
не дал оценки упомянутым показаниям свидетелей, признав, однако, в
описательной части приговора установленным тот факт, что Гонт стал
с Шумейко драться, когда последний оттащил его от Фадеенко М.
Ссылка суда кассационной инстанции на то, что супруги Фадеенко и
свидетель Беляев не видели, что Гонт душил Шумейко, также не
опровергает показания Шумейко, поскольку супруги Фадеенко убежали
до этого момента, а Беляев не видел и того, как Шумейко нанес Гонту
удар ножом, но подтвердил, что была драка.
Других доказательств, опровергающих версию Шумейко, в
материалах дела не имеется.
Действия Шумейко были направлены на защиту прав и законных
интересов Фадеенко М. и своих от посягательств Гонта,
находившегося в нетрезвом состоянии. Однако в условиях сложившейся
конкретной обстановки применение ножа со стороны Шумейко по
отношению к Гонту было превышением пределов необходимой обороны.

Таким образом, содеянное Шумейко подпадает под признаки
преступления, предусмотренного ст. 105 УК РСФСР, по которой и
надлежит квалифицировать его действия.

Комментарии по актуальным вопросам судебной практики

В Верховном Суде Российской Федерации

В Верховном Суде Российской Федерации

16 ноября 1995 г. Верховный Суд Российской Федерации совместно
с журналом "Государство и право" провел "круглый стол" на тему
"Какой быть судебной системе в Российской Федерации?".
Представители юридической науки, практические работники судов,
прокуратуры и адвокатуры обменялись мнениями по следующим вопросам:
соотношение федеральных и местных судов; основные гарантии
независимости судей; участие представителей народа в осуществлении
правосудия; проблема процессуального законодательства в свете
проекта Федерального закона "О судебной системе в Российской
Федерации"; расширение компетенции судебной власти как гаранта
соблюдения прав и свобод граждан; реализация принципа
состязательности в судопроизводстве.
Заседание "круглого стола" состоялось под руководством Первого
заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации
В. И. Радченко и главного редактора журнала "Государство и
право", доктора юридических наук, профессора К. Ф. Шеремета.
В работе "круглого стола" приняли участие: заместитель
Председателя Верховного Суда Российской Федерации В. М. Жуйков;
председатель Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации
Н. А. Петухов; заведующий кафедрой уголовного процесса МГУ, доктор
юридических наук, профессор К. Ф. Гуценко; заведующий отделом
уголовного законодательства и судоустройства Института
законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве
Российской Федерации, доктор юридических наук В. П. Кашепов;

ведущий научный сотрудник НИИ проблем укрепления законности и
правопорядка Генеральной прокуратуры Российской Федерации, кандидат
юридических наук Ю. В. Кореневский; заместитель председателя
Московского областного суда А. В. Байцуров; судья Тимирязевского
межмуниципального (районного) народного суда Северного
административного округа г. Москвы О. В. Степанов; заведующий
сектором Комитета Совета Федерации по конституционному
законодательству и судебно-правовым вопросам В. В. Ераксин;
секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации
В. В. Демидов; судья Верховного Суда Российской Федерации
С. А. Разумов; главный консультант Верховного Суда Российской
Федерации Б. А. Смоленцев; председатель Президиума Московской
областной коллегии адвокатов А. П. Галоганов; заместитель
начальника Управления по надзору за законностью судебных
постановлений по уголовным делам Генеральной прокуратуры Российской
Федерации В. А. Кобзарь; редактор журнала "Государство и право"
В. С. Журавлева.
Подробное сообщение о состоявшемся обсуждении названной
проблемы будет опубликовано в журнале "Государство и право".

Указатель судебной практики

УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

+-----------------------------------------------------+
¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦
+-----------------------------------------------------¦
¦ 010.010.010 ¦ ¦
¦ Пост. N 8 ¦ О некоторых вопросах примене- ¦
¦ Пленума ¦ ния судами Конституции Россий- ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ ской Федерации при осуществле- ¦
¦ от 31.10.95 ¦ нии правосудия ¦
¦ Бюллетень ¦ ¦
¦ Верх. Суда ¦ ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ ¦
¦ N 1, с. 3 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 040.020.000 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Жалоба гражданина на действия ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ (бездействие) должностного лица, ¦
¦ от 13.10.95 ¦ которым, по его мнению, наруше- ¦
¦ Бюллетень ¦ ны его права, подлежит рассмот- ¦
¦ Верх. Суда ¦ рению в порядке, установленном ¦
¦ Российской ¦ 1) ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ правилами главы 24 ГПК РСФСР ¦
¦ N 1, с. 7 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 020.040.000 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Сделка, не соответствующая тре- ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ бованию закона или иного право- ¦

¦ от 20.09.95 ¦ вого акта, ничтожна, если зако- ¦
¦ Бюллетень ¦ ном не предусмотрены иные по- ¦
¦ Верх. Суда ¦ следствия нарушения. ¦
¦ Российской ¦ Решение суда отменено как ос- ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ нованное на недопустимых дока- ¦
¦ N 1, с. 7 ¦ зательствах ¦
¦ ¦ ¦
¦ 070.030.020 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Датой увольнения считается день ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ прекращения трудового договора,¦
¦ от 10.08.95 ¦ а не число, с которого ликвиди- ¦
¦ Бюллетень ¦ рована организация ¦
¦ Верх. Суда ¦ ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ ¦
¦ N 1, с. 8 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 390.010.030 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Приговор отменен ввиду наруше- ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ ния ст. 41 УК РСФСР ¦
¦ от 6.06.95 ¦ ¦
¦ Бюллетень ¦ ¦
¦ Верх. Суда ¦ ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ ¦
¦ N 1, с. 9 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 390.020.030 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Для квалификации умышленного ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ убийства как совершенного спо- ¦
¦ от 28.03.95 ¦ собом, опасным для жизни мно- ¦

¦ Бюллетень ¦ гих людей, необходимо устано- ¦
¦ Верх. Суда ¦ вить, сознавал ли виновный, осу- ¦
¦ Российской ¦ ществляя умысел на убийство оп-¦
¦ Федерации, 1996, ¦ ределенного лица, что он приме-¦
¦ N 1, с. 9 ¦ няет такой способ причинения ¦
¦ ¦ смерти, который опасен для жиз-¦
¦ ¦ ни не только одного человека ¦
¦ ¦ ¦
¦ 390.020.020 ¦ ¦
¦ 390.020.070 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Действия лица, связанные с при- ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ своением денежных средств пу- ¦
¦ от 22.06.95 ¦ тем злоупотребления доверием и ¦
¦ Бюллетень ¦ обмана под видом дачи взятки ¦
¦ Верх. Суда ¦ должностным лицам, подлежат ¦
¦ Российской ¦ квалификации как мошенничество ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ ¦
¦ N 1, с. 11 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 400.010.060 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ При провозглашении приговора ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ суд разъясняет участникам про- ¦
¦ от 1.03.95 ¦ цесса право на ознакомление с ¦
¦ Бюллетень ¦ протоколом судебного заседания.¦
¦ Верх. Суда ¦ Ознакомление с протоколом про-¦
¦ Российской ¦ изводится по заявлению заинте- ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ ресованного участника процесса ¦
¦ N 1, с. 12 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 400.080.000 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Определение о применении к ли- ¦

¦ Верх. Суда РФ ¦ цу, признанному невменяемым, ¦
¦ от 1.07.95 ¦ принудительных мер медицинско- ¦
¦ Бюллетень ¦ го характера отменено в связи с ¦
¦ Верх. Суда ¦ нарушением установленного гла- ¦
¦ Российской ¦ вой 33 УПК РСФСР порядка ре- ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ шения этого вопроса ¦
¦ N 1, с. 13 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 400.010.040 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ При решении вопроса о взыскании ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ с осужденного средств, затрачен- ¦
¦ от 4.05.95 ¦ ных на стационарное лечение по- ¦
¦ Бюллетень ¦ терпевшего, суд должен распола- ¦
¦ Верх. Суда ¦ гать документом, выдаваемым ме-¦
¦ Российской ¦ дицинским учреждением, о вре- ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ мени нахождения потерпевшего на¦
¦ N 1, с. 13 ¦ стационарном лечении и расходах, ¦
¦ ¦ понесенных больницей в связи с¦
¦ ¦ лечением и уходом за ним ¦
¦ ¦ ¦
¦ 390.020.030 ¦ ¦
¦ Пост. презид. ¦ Убийство лица в связи с его на- ¦
¦ Астраханск. ¦ сильственными действиями приз- ¦
¦ обл. суда ¦ нано надзорной инстанцией совер-¦
¦ от 25.07,95 ¦ шенным в состоянии внезапно воз- ¦
¦ Бюллетень ¦ никшего сильного душевного вол- ¦
¦ Верх. Суда ¦ нения ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ ¦
¦ N 1, с. 14 ¦ ¦
¦ ¦ ¦

¦ 390.020.030 ¦ Действия лица, совершенные при ¦
¦ Пост. презид. ¦ превышении пределов необходи- ¦
¦ Брянск. обл. ¦ мой обороны, ошибочно квалифи- ¦
¦ суда ¦ цированы как умышленное убий- ¦
¦ от 5.04.95 ¦ ство ¦
¦ Бюллетень ¦ ¦
¦ Верх. Суда ¦ ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, 1996, ¦ ¦
¦ N 1, с. 15 ¦ ¦
+-----------------------------------------------------+