28.02.2005
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 2 2005 года Опубликовано: 28.02.2005 Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Положения закона субъекта Российской Федерации, наделяющие Управление Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в субъекте Российской Федерации полномочиями по организационному обеспечению деятельности мировых судей, признаны соответс 1. Положения закона субъекта Российской Федерации, наделяющие Управление Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в субъекте Российской Федерации полномочиями по организационному обеспечению деятельности мировых судей, признаны соответствующими федеральному законодательству Определение Президиума Верховного Суда РФ от 28 апреля 2004 г. N 3пв04пр (Извлечение) Прокурор Республики Дагестан обратился в суд с заявлением о признании ч. 2 ст. 4, ч. 1 ст. 10 и ч. 1 ст. 11 Закона Республики Дагестан от 12 января 2000 г. "О мировых судьях в Республике Дагестан" противоречащими федеральному законодательству. Решением Верховного Суда Республики Дагестан от 12 августа 2002 г. заявление прокурора оставлено без удовлетворения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 3 октября 2002 г. решение оставила без изменения. В представлении заместитель Генерального прокурора РФ поставил вопрос об отмене судебных постановлений в части отказа в удовлетворении требований прокурора о признании противоречащими федеральному законодательству ч. 1 ст. 10 и ч. 1 ст. 11 Закона Республики Дагестан "О мировых судьях в Республике Дагестан" и направлении дела в указанной части на новое рассмотрение. Президиум Верховного Суда РФ 28 апреля 2004 г. в удовлетворении представления отказал по следующим основаниям. Подпунктом "б" п. 1 ст. 5 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации осуществляет законодательное регулирование по предметам ведения субъекта Российской Федерации и предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации в пределах полномочий субъекта Российской Федерации. В представлении заместителя Генерального прокурора РФ утверждалось, что в нарушение требований федерального законодательства Народное Собрание Республики Дагестан в Законе Республики Дагестан "О мировых судьях в Республике Дагестан" не установило структуру, штатное расписание и порядок осуществления организационного обеспечения деятельности мировых судей, а делегировало свои полномочия Управлению Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Республике Дагестан. С доводами представления нельзя согласиться. В п. 1 ст. 10 Закона Республики Дагестан "О мировых судьях в Республике Дагестан" закреплено, что структура и штатное расписание аппарата мирового судьи устанавливаются Управлением Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Республике Дагестан. Данная норма соответствует федеральному законодательству, поскольку п. 1 ст. 9 Федерального закона от 17 декабря 1998 г. N 188-ФЗ "О мировых судьях в Российской Федерации" определено, что структура и штатное расписание аппарата мирового судьи устанавливаются в порядке, предусмотренном законом субъекта Российской Федерации. Следовательно, принятие указанной нормы отнесено к ведению субъекта Российской Федерации и он был вправе в своем законе закрепить такие полномочия за названным Управлением. В силу п. 1 ст. 11 Закона Республики Дагестан "О мировых судьях в Республике Дагестан" организационное обеспечение деятельности мировых судей осуществляется Управлением Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Республике Дагестан в соответствии с Соглашением. В целях реализации положения п. 3 ст. 10 Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации", а также приведенной нормы республиканского Закона между Правительством Республики Дагестан и Управлением Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Республике Дагестан, действующим на основании доверенности Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, заключено Соглашение о порядке взаимодействия в области организационного обеспечения деятельности мировых судей в Республике Дагестан от 29 мая 2000 г. Таким образом, учитывая, что п. 3 ст. 10 Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" функции по материально-техническому обеспечению деятельности мировых судей возложены на органы юстиции либо органы исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации, что установление порядка осуществления этих функций отнесено к ведению субъекта Российской Федерации, и принимая во внимание заключенное Правительством Республики Дагестан с Управлением Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Республике Дагестан Соглашение, судебные инстанции пришли к обоснованному выводу об отсутствии противоречия положений п. 1 ст. 11 Закона Республики Дагестан "О мировых судьях в Республике Дагестан" федеральному законодательству. Поэтому оснований для удовлетворения представления заместителя Генерального прокурора РФ не имеется. _____________ Если условие о возможности изменения банком процентной ставки по договору срочного вклада содержалось в конкретном договоре, заключенном до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, и вкладчик был ознакомлен с этим услови 2. Если условие о возможности изменения банком процентной ставки по договору срочного вклада содержалось в конкретном договоре, заключенном до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, и вкладчик был ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке, оно продолжает действовать и после введения в действие части второй Кодекса Определение Президиума Верховного Суда РФ от 14 июля 2004 г. N 8пв04 (Извлечение) П. обратился в суд с иском к ОАО Акционерный коммерческий Сберегательный банк Российской Федерации (АК Сбербанк России) в лице Поволжского банка о понуждении к исполнению обязательства по договору срочного вклада. В обоснование своих требований он указал, что 8 июля 1994 г. заключил с ответчиком договор срочного банковского вклада на сумму 1110 тыс. рублей (в ценах 1994 года) с начислением 9 процентов ежемесячно, но банк, по его мнению, незаконно, в одностороннем порядке с 1 октября 1994 г. снижал процентную ставку по вкладу. Истец просил суд обязать ответчика начислить по вкладу проценты в соответствии с первоначальными условиями договора (9 процентов в месяц с ежемесячным добавлением к сумме вклада начисленных, но не востребованных процентов). Решением Октябрьского районного суда г. Самары от 4 июня 2002 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Самарского областного суда 9 июля 2002 г.) иск был удовлетворен. Президиум Самарского областного суда 31 октября 2002 г. отклонил протест прокурора Самарской области об отмене судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 27 февраля 2003 г. оставила без удовлетворения аналогичный протест заместителя Генерального прокурора РФ. В надзорной жалобе ОАО АК Сбербанк России ставился вопрос об отмене судебных постановлений как вынесенных с существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Президиум Верховного Суда РФ 14 июля 2004 г. судебные постановления отменил по следующим основаниям. Согласно ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. При вынесении судебных постановлений суды первой, кассационной и надзорной инстанций исходили из того, что в соответствии с законодательством Российской Федерации у Сбербанка России на момент заключения договора с истцом отсутствовало право на одностороннее изменение размера процентной ставки по договору банковского вклада, заключенному на условиях срочного вклада с ежемесячным начислением процентов; истец не был ознакомлен с условием договора о праве Сбербанка России в одностороннем порядке изменять размер процентов по вкладу. Эти выводы сделаны с существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Кроме того, указанные судебные постановления нарушают единство судебной практики. В обоснование решения об удовлетворении иска суд указал, что в соответствии с законодательством Российской Федерации, регулирующим отношения, вытекающие из договора банковского вклада, до вступления в силу с 1 марта 1996 г. части второй Гражданского кодекса Российской Федерации (в частности ст. 838), банки не вправе были включать в договоры условие о возможности одностороннего изменения ставки процентов, начисляемых на вклад. При этом, по мнению суда, невозможность включения в договоры банковского вклада такого условия вытекает из положения ст. 169 ГК РСФСР о недопустимости одностороннего изменения условий договора, за исключением случаев, предусмотренных законом. Суд также посчитал произведенное ответчиком изменение процентной ставки незаконным, поскольку законодательство не устанавливало возможности включать названное условие в договоры банковского вклада. Указанные выводы неправильны, поскольку договор банковского вклада, являющийся предметом рассмотрения по настоящему делу, был заключен между истцом и ответчиком 8 июля 1994 г., до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации. Статьей 395 ГК РСФСР (действовавшей на момент заключения и исполнения данного договора банковского вклада) было определено, что граждане могут хранить денежные средства в государственных трудовых сберегательных кассах и в других кредитных учреждениях, распоряжаться вкладами, получать по вкладам доход в виде процентов или выигрышей, совершать безналичные расчеты в соответствии с уставами кредитных учреждений и изданными в установленном порядке правилами. В силу ст.ст. 28, 29 и 38 Закона РСФСР от 2 декабря 1990 г. N 395-I "О банках и банковской деятельности в РСФСР" отношения между банком и клиентами носят договорный характер; банк вправе самостоятельно устанавливать процентные ставки по операциям банков, а также определять условия, на которых они осуществляют операции по приему вкладов от населения. В момент заключения данного договора действовали Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик (утверждены постановлением Верховного Совета СССР от 31 мая 1991 г. N 2212-I, далее - Основы). В соответствии с постановлением Верховного Совета РФ от 14 июля 1992 г. N 3301-I "О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы" нормы Гражданского кодекса РСФСР (в частности его ст. 169) применялись к гражданским правоотношениям, если они не противоречили законодательным актам Российской Федерации, принятым после 12 июня 1990 г., и иным актам, действующим в установленном порядке на территории Российской Федерации. Согласно п. 2 ст. 57 Основ одностороннее изменение условий договора не допускается, за исключением случаев, предусмотренных договором. С учетом этого при рассмотрении настоящего дела применению подлежала не ст. 169 ГК РСФСР, а п. 2 ст. 57 Основ, который на момент заключения истцом и ответчиком договора допускал возможность включения по согласованию с клиентом в договоры банковского вклада условия о праве банка на изменение процентной ставки по вкладу. Право на включение в договоры банковского вклада оспариваемого истцом условия сохранилось у ответчика и после принятия и вступления в силу первой части Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с п. 1 ст. 450 которого договор может быть изменен по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами или договором. Включение в условия договора срочного банковского вклада с ежемесячным начислением процентов права Сбербанка России на одностороннее изменение размера банковского процента и ознакомление истца с условиями договора такого вклада перед его заключением свидетельствует о согласовании сторонами условия о праве банка на одностороннее изменение договора в части процентной ставки по вкладу. Вывод суда о том, что Сбербанк России был бы вправе включать в договоры банковского вклада условие о праве на одностороннее изменение ставки банковского процента только в случае, если бы федеральным законом было прямо предусмотрено такое право ответчика, не соответствует общим началам и принципам гражданского законодательства. Гражданское законодательство основано на принципе свободы договора, закрепленном в ст.ст. 1 и 421 ГК РФ. Как следует из ст. 1 ГК РФ, субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. То есть метод гражданско-правового регулирования соответствует принципу "разрешено все, что не запрещено". Следовательно, при решении вопроса о правомерности названного выше условия договора необходимо было установить наличие или отсутствие законодательного запрета на включение в договоры такого условия. Действовавшее на момент заключения договора между сторонами по настоящему делу законодательство такого запрета не устанавливало. Согласно ст. 3 Основ гражданские права и обязанности возникают из оснований, определенных законодательством, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены им, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Таким образом, основанием возникновения гражданских прав могут быть не только нормы законов и иных нормативных правовых актов, но также условия договоров и иных сделок. В связи с этим ссылка Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ на то, что право на изменение процентной ставки по вкладу могло быть предоставлено ответчику только федеральным законом, является необоснованной. В силу ст. 395 ГК РСФСР порядок распоряжения вкладами, внесенными в государственные трудовые сберегательные кассы и в другие кредитные учреждения, определяется их уставами и банковскими правилами, а ч. 1 ст. 111 Основ устанавливала диспозитивный порядок регулирования порядка и условий привлечения денежных средств во вклады. Исходя из этого, по договорам срочных банковских вкладов, заключенным до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, изменение банком процентной ставки является возможным и после 1 марта 1996 г., если условие о возможности изменения банком процентной ставки по договору срочного вклада содержалось в конкретном договоре и вкладчик был ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке. На период заключения этих договоров действовавшим законодательством банку предоставлялась такая возможность, и это условие на основании ст. 422 ГК РФ сохраняет свою силу после установления законодателем иных правил, обязательных для сторон. Применение судом к рассматриваемому спору положений п. 3 ст. 838 ГК РФ является неправильным. В соответствии со ст. 422 ГК РФ, ст. 5 и ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" нормы части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющие содержание договоров отдельных видов, применяются к договорам, заключенным после введения ее в действие, т. е. после 1 марта 1996 г. По обязательственным отношениям, возникшим до 1 марта 1996 г., часть вторая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие. Пункт 3 ст. 838 ГК РФ вступил в силу после заключения договора между истцом и ответчиком, обратной силы данное положение Закона не имеет. Таким образом, поскольку на момент заключения договора его условие о праве банка на одностороннее изменение процентной ставки по вкладу соответствовало действовавшему законодательству, данное условие продолжает действовать и после вступления в силу части второй Кодекса и его ст. 838. При рассмотрении дела судами были допущены существенные нарушения норм процессуального права. Судом не исследовано такое юридически значимое для дела обстоятельство, как вопрос об ознакомлении истца с условиями договора банковского вклада и о его согласии на последующее снижение или повышение банком без предварительного согласования с ним процентной ставки по его вкладу. Установление этого важного для правильного разрешения спора обстоятельства могло быть произведено только на основе оценки представленных сторонами доказательств и только судами первой и кассационной инстанций. Отсутствие в судебных постановлениях выводов относительно него являлось основанием для отмены судебных постановлений в порядке надзора и для направления дела на новое рассмотрение. В нарушение норм процессуального права, определяющих полномочия судов надзорной инстанции, президиум Самарского областного суда и Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ фактически дали оценку тем фактам, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, и сделали необоснованный вывод о том, что на основании материалов дела нельзя определить, с какими конкретно условиями договора вклада истец был ознакомлен. При этом судами надзорной инстанции не учтены и не применены нормы гражданского законодательства о толковании договора. Статьей 59 Основ и ст. 431 ГК РФ предусмотрено, что при толковании договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. В надзорной жалобе Сбербанка России указано, что при буквальном толковании собственноручной надписи истца на карточке лицевого счета "Срочный вклад с ежемесячной выплатой дохода. С условием вклада ознакомлен" можно сделать вывод об ознакомлении истца с условиями договора срочного банковского вклада и о согласии истца с предлагаемыми Сбербанком России условиями вклада, включая условие о праве банка на одностороннее изменение процентной ставки в зависимости от уровня инфляции и доходов банка. Принимая во внимание то обстоятельство, что истец ознакомился с условиями вклада в помещении отделения Сбербанка России, получил консультацию оператора ответчика, что подтверждено самим истцом в дополнениях к исковому заявлению, а также то, что Правила совершения операций по данной категории вкладов утверждены Советом директоров Сбербанка России 21 апреля 1994 г., являются едиными для всех вкладчиков и определенно предусматривают право Сбербанка России на одностороннее изменение процентов по вкладу в зависимости от уровня инфляции и дохода Сбербанка России, можно также сделать вывод о том, что истец знал или должен был знать о наличии такого условия и акцептовал его при подписании договора с заранее определенными для вкладчиков условиями. Приведенные доводы существенны для данного дела, но судом первой инстанции учтены не были, это привело к вынесению незаконного решения. Суд кассационной инстанции недостатки решения не устранил, а суды надзорной инстанции правом устанавливать новые для дела обстоятельства (и в связи с этим давать необходимую оценку конкретным доказательствам) не наделены. Президиум Верховного Суда РФ решение Октябрьского районного суда г. Самары, определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда, постановление президиума Самарского областного суда и определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ отменил и дело направил на новое судебное рассмотрение. _____________ Субъект Российской Федерации вправе устанавливать дополнительные (относительно указанного в ч. 1 ст. 27 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" перечня) полномочия конституционного (уставного) суда субъекта Российско 3. Субъект Российской Федерации вправе устанавливать дополнительные (относительно указанного в ч. 1 ст. 27 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" перечня) полномочия конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации, не вторгающиеся в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, других федеральных судов и соответствующие компетенции субъекта Российской Федерации Определение Президиума Верховного Суда РФ от 21 июля 2004 г. N 86пв03 (Извлечение) Заместитель прокурора Республики Башкортостан обратился в Верховный Суд Республики Башкортостан с заявлением о признании противоречащими федеральному законодательству отдельных положений Закона Республики Башкортостан "О Конституционном Суде Республики Башкортостан" (с последующими изменениями и дополнениями). Верховным Судом Республики Башкортостан 1 ноября 2002 г. вынесено решение о частичном удовлетворении его требований. 25 декабря 2002 г. Верховным Судом Республики Башкортостан было вынесено дополнительное решение по указанному делу о признании противоречащим федеральному законодательству, недействующим и не подлежащим применению со дня вступления решения в законную силу главы 2 Закона Республики Башкортостан "О Конституционном Суде Республики Башкортостан" в части урегулирования в полном объеме статуса судей Конституционного Суда Республики Башкортостан, за исключением регулирования порядка назначения на должность Председателя, заместителя Председателя Конституционного Суда Республики Башкортостан, порядка наделения полномочиями Председателя, заместителя Председателя, других судей, срока полномочий судей, порядка подписания и выдачи удостоверений судей. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 21 февраля 2003 г. решения Верховного Суда Республики Башкортостан от 1 ноября и от 25 декабря 2002 г. оставила без изменения, а кассационные жалобы Конституционного Суда Республики Башкортостан и Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан - без удовлетворения. В надзорной жалобе представители Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан и Президента Республики Башкортостан (действующие на основании доверенностей) ставили вопрос об отмене постановлений по делу. Президиум Верховного Суда РФ 21 июля 2004 г. жалобу удовлетворил по следующим основаниям. Признавая противоречащим федеральному законодательству ряд положений Закона Республики Башкортостан "О Конституционном Суде Республики Башкортостан", регулирующих полномочия Конституционного Суда Республики Башкортостан, порядок рассмотрения дел, судебные инстанции указали, что в ч. 1 ст. 27 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" содержится исчерпывающий перечень вопросов, подведомственных конституционным (уставным) судам субъекта Российской Федерации, и оспоренные положения Закона Республики выходят за пределы этого перечня, что недопустимо. С выводами судебных инстанций нельзя согласиться. В силу названной нормы Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" конституционный (уставной) суд субъекта Российской Федерации может создаваться субъектом Российской Федерации для рассмотрения вопросов соответствия законов субъекта Российской Федерации, нормативных правовых актов органов государственной власти субъекта Российской Федерации, органов местного самоуправления субъекта Российской Федерации конституции (уставу) субъекта Российской Федерации, а также для толкования конституции (устава) субъекта Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 6 марта 2003 г. N 103-О по запросам Государственного Собрания Республики Башкортостан и Государственного Совета Республики Татарстан о проверке конституционности ч. 1 ст. 27 упомянутого Федерального конституционного закона указал, что конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации "действуют на основе Конституции Российской Федерации и федеральных законов и не могут рассматриваться в качестве самостоятельной системы судебной власти субъекта Российской Федерации, не входящей в судебную систему Российской Федерации. Вместе с тем с учетом федерального регулирования субъекты Российской Федерации самостоятельно определяют порядок организации и деятельности этих судов". Согласно Федеральному конституционному закону "О судебной системе Российской Федерации" конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации создаются и упраздняются законами субъектов Российской Федерации (ч. 2 ст. 17); порядок наделения полномочиями председателей, заместителей председателей, других судей конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации устанавливается федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации (ч. 4 ст. 13); конституционный (уставный) суд субъекта Российской Федерации рассматривает отнесенные к его компетенции вопросы в порядке, установленном законом субъекта Российской Федерации (ч. 3 ст. 27); финансирование конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации производится за счет средств бюджета соответствующего субъекта Российской Федерации (ч. 2 ст. 27); решение конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации, принятое в пределах его полномочий, не может быть пересмотрено иным судом (ч. 4 ст. 27). Указывая, что конституционным (уставным) судам субъектов Российской Федерации неподведомственны дела, отнесенные Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными и федеральными законами к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, судов общей юрисдикции и арбитражных судов, Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 6 марта 2003 г. отметил, что вне этих пределов предоставление полномочий конституционным (уставным) судам субъектов Российской Федерации "не противоречит Конституции Российской Федерации, если эти полномочия соответствуют юридической природе и предназначению данных судов в качестве судебных органов конституционного (уставного) контроля и касаются вопросов, относящихся к ведению субъектов Российской Федерации в силу статьи 73 Конституции Российской Федерации. Следовательно, содержащийся в ч. 1 ст. 27 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" перечень вопросов, для рассмотрения которых субъекты Российской Федерации могут создавать конституционные (уставные) суды, нельзя считать исчерпывающим". В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2003 г. N 46-О также отмечено, что "в силу статьи 72 (пункты "б" и "н" части 1) Конституции Российской Федерации законодатель субъекта Российской Федерации, основываясь на названных законоположениях, в конституции (уставе) и законах самостоятельно определяет полномочия собственных судебных органов конституционного контроля и порядок их осуществления, в том числе устанавливает общие процедурные правила возбуждения и рассмотрения дел и особенности производства по отдельным категориям дел". Таким образом, субъект Российской Федерации вправе вводить дополнительные, по сравнению с указанным в ч. 1 ст. 27 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" перечнем, полномочия конституционного (уставного) суда, не вторгающиеся в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, других федеральных судов и соответствующие компетенции субъекта Российской Федерации. Следовательно, судами первой и кассационной инстанций была допущена ошибка в применении и толковании упомянутой нормы Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации", что привело к существенному нарушению норм материального права и необоснованному признанию несоответствующими федеральному законодательству ряда норм Закона Республики Башкортостан "О Конституционном Суде Республики Башкортостан" о полномочиях Конституционного Суда Республики Башкортостан, порядке его организации и деятельности. Ссылку в решении суда первой инстанции на то, что ряд положений оспариваемого Закона Республики Башкортостан "О Конституционном Суде Республики Башкортостан" ранее были признаны Конституционным Судом Российской Федерации противоречащими Конституции Российской Федерации, нельзя признать обоснованной, поскольку не указано, каким именно постановлением Конституционного Суда Российской Федерации эти положения признаны противоречащими Конституции Российской Федерации, в какой части и по каким основаниям. Нельзя согласиться и с доводом, изложенным в решении Верховного Суда Республики Башкортостан о том, что ранее принятым им решением от 15 марта 2002 г. признаны противоречащими федеральному законодательству положения, оспариваемые по данному делу. В нем также не отражено, какие именно из оспоренных положений были уже предметом рассмотрения по другому делу, в отношении которых применимо правило абз. 2 ст. 55 ГПК РСФСР, упомянутой в решении. Кроме того, предметом рассмотрения по этому делу 15 марта 2002 г. являлись отдельные нормы Конституции Республики Башкортостан, в том числе некоторые положения о компетенции Конституционного Суда Республики Башкортостан, а по настоящему делу оспариваются положения, относящиеся не только к компетенции, но и к порядку организации и деятельности Конституционного Суда Республики Башкортостан. Таким образом, судебные постановления подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в ходе которого необходимо исследовать требования с учетом изложенных положений закона о правомочиях субъекта Российской Федерации на установление полномочий собственного судебного органа конституционного контроля, исходя из того, что эти полномочия не могут вторгаться в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, других федеральных судов и должны соответствовать компетенции субъекта Российской Федерации. ____________ Абзац 4 п. 2.15 Инструкции о порядке и условиях реализации прав и льгот ветеранов Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий, иных категорий граждан, установленных Федеральным законом "О ветеранах", утвержденной постановлением Министерства тру 4. Абзац 4 п. 2.15 Инструкции о порядке и условиях реализации прав и льгот ветеранов Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий, иных категорий граждан, установленных Федеральным законом "О ветеранах", утвержденной постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 11 октября 2000 г. N 69, предусматривающий, что в удостоверении производится отметка о группе инвалидности и о праве на льготы, установленные ст. 14 Федерального закона "О ветеранах", признан недействующим с момента принятия в части слов "и о праве на льготы, установленные статьей 14 Федерального закона "О ветеранах" Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30 июля 2004 г. N ГКПИ04-945 (Извлечение) М. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании противоречащим закону и недействующим абз. 4 п. 2.15 Инструкции о порядке и условиях реализации прав и льгот ветеранов Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий, иных категорий граждан, установленных Федеральным законом "О ветеранах", утвержденной постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 11 октября 2000 г. N 69 (далее - Инструкция) в части слов "и о праве на льготы, установленные статьей 14 Федерального закона "О ветеранах". По мнению М., оспариваемое предписание Инструкции нарушает право инвалидов Отечественной войны и инвалидов боевых действий (далее - инвалиды войны) на льготы, предусмотренные действующим законодательством, поскольку ограничивает круг предоставляемых льгот перечнем, содержащимся в ст. 14 Федерального закона "О ветеранах". Между тем названные лица имеют право на льготы, установленные и другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами. Как указал заявитель, он является инвалидом военной службы и на него распространяются льготы, предоставляемые инвалидам войны. Кроме льгот, предусмотренных ст. 14 Федерального закона "О ветеранах", он также имеет право на льготы, установленные, в частности, ст. 17 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации". Однако согласно Инструкции в удостоверении инвалида о праве на льготы имеется только ссылка на ст. 14 Федерального закона "О ветеранах", поэтому он лишен возможности пользоваться иными льготами, предусмотренными для инвалидов войны. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев 30 июля 2004 г. дело по первой инстанции, заявление М. удовлетворила по следующим основаниям. Пунктом 2.1.5 Инструкции предусмотрено, что права и льготы, установленные Федеральным законом "О ветеранах", предоставляются в следующем порядке: инвалидам Отечественной войны из числа лиц, указанных в ст. 4 Федерального закона "О ветеранах", - на основании удостоверения инвалида Отечественной войны, выданного в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 23 февраля 1981 г. N 209; инвалидам боевых действий из числа лиц, указанных в ст. 4 Федерального закона "О ветеранах", - на основании удостоверения инвалида о праве на льготы, выданного в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 23 февраля 1981 г. N 209. Удостоверение выдается по обращению граждан органами, осуществляющими их пенсионное обеспечение, на основании справок учреждений медико-социальной экспертизы (ВТЭК) об инвалидности. В удостоверении производится отметка о группе инвалидности и о праве на льготы, установленные ст. 14 Федерального закона "О ветеранах". С доводами представителей заинтересованных лиц (Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации, Министерства юстиции Российской Федерации) о соответствии абз. 4 п. 2.15 Инструкции закону согласиться нельзя, поскольку Федеральный закон "О ветеранах" (далее - Закон), предоставив инвалидам военной службы права и льготы инвалидов войны, не ограничил объем этих прав и льгот лишь перечнем, приведенным в ст. 14 данного Закона. Согласно п. 1 ст. 11 Закона законодательство Российской Федерации о ветеранах состоит из данного Федерального закона, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов. В соответствии с п. 2 ст. 13 Закона меры социальной защиты ветеранов определяются ст.ст. 14-23 данного Федерального закона. При наличии оснований ветераны одновременно могут иметь право на льготы по нескольким статьям Закона, а также на льготы, установленные другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами. Действующее законодательство устанавливает для инвалидов войны ряд льгот, которые не перечислены в ст. 14 Закона. Так, в силу ст. 17 Положения о льготах для инвалидов Отечественной войны и семей погибших военнослужащих, утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 23 февраля 1981 г. N 209, инвалидам Отечественной войны и проживающим совместно с ними членам их семей предоставляется скидка в размере 50 процентов с установленной платы за пользование отоплением, водопроводом, газом и электроэнергией. В соответствии со ст. 17 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" инвалидам предоставляется скидка не ниже 50 процентов по оплате коммунальных услуг. Приведенные льготы не содержатся в ст. 14 Федерального закона "О ветеранах". Поскольку, распространив в силу п. 3 ст. 14 Закона на инвалидов военной службы льготы, предоставляемые инвалидам войны, законодатель не ограничил их перечнем, содержащимся в ст. 14 Закона, Министерство труда и социального развития Российской Федерации не вправе было устанавливать в Инструкции предписание о том, что в удостоверении инвалида о праве на льготы производится отметка о праве на льготы, установленные лишь ст. 14 Федерального закона "О ветеранах". Тем самым Минтруд России фактически ограничил права граждан, перечисленных в п. 3 ст. 14 Закона, на пользование льготами инвалидов войны, предусмотренными другими законами и иными нормативными правовыми актами (а также льготами, которые могут быть предусмотрены для инвалидов войны в будущем). Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 30 июля 2004 г. заявление М. удовлетворила, признала недействующим с момента принятия абз. 4 п. 2.15 Инструкции о порядке и условиях реализации прав и льгот ветеранов Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий, иных категорий граждан, установленных Федеральным законом "О ветеранах", утвержденной постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 11 октября 2000 г. N 69, в части слов "и о праве на льготы, установленные статьей 14 Федерального закона "О ветеранах". Решение вступило в законную силу. _____________ Время прохождения срочной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации засчитывается в стаж, дающий право на пенсию за выслугу лет сотрудникам таможенных органов, в календарном исчислении (из расчета один месяц службы за один месяц), если срочная служб 5. Время прохождения срочной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации засчитывается в стаж, дающий право на пенсию за выслугу лет сотрудникам таможенных органов, в календарном исчислении (из расчета один месяц службы за один месяц), если срочная служба проходила в условиях, не попадающих в перечень оснований, в соответствии с которыми лицам, проходившим военную службу по призыву, время службы засчитывается в льготном исчислении Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20 июля 2004 г. N 77-В04-2 (Извлечение) Р. обратился в суд с иском к Липецкой таможне о зачете в стаж работы в таможенных органах, дающий право на пенсию, периода прохождения срочной военной службы с 15 ноября 1985 г. по 29 октября 1987 г. из расчета 1 к 2, указав, что ответчиком неправомерно при увольнении период данной службы был засчитан ему в календарном исчислении из расчета 1 к 1. Представитель ответчика иск не признал. Решением Правобережного районного суда г. Липецка от 10 декабря 2002 г. иск удовлетворен. Судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда 5 марта 2003 г. это решение отменила и дело направила на новое рассмотрение. Президиум Липецкого областного суда 22 июля 2003 г. определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда отменил, решение Правобережного районного суда оставил без изменения. В надзорной жалобе начальник Липецкой таможни просил отменить решение Правобережного районного суда и определение президиума Липецкого областного суда. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 20 июля 2004 г. жалобу удовлетворила по следующим основаниям. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. Президиумом Липецкого областного суда допущено существенное нарушение норм материального права, поэтому его определение подлежит отмене. Отменяя определение кассационной инстанции, которым отменено решение суда первой инстанции об удовлетворении иска Р., президиум Липецкого областного суда исходил из того, что порядок исчисления выслуги лет для назначения пенсий сотрудникам таможенных органов с учетом особенностей прохождения службы в таможенных органах определен Положением об исчислении выслуги лет для назначения пенсий сотрудникам таможенных органов с учетом особенностей прохождения службы в таможенных органах Российской Федерации, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 2 февраля 1998 г. N 103, подп. "з" п. 2 которого предусмотрено включение в выслугу лет для назначения пенсий сотрудникам таможенных органов иных периодов работы, учтенных в соответствии с ранее действовавшим законодательством для выплаты процентной надбавки за выслугу лет (лицам, зачисленным в таможенные органы до 1 сентября 1997 г.). Таким ранее действующим законодательством, по мнению президиума, является Положение о доплате за выслугу лет работникам таможенной службы Российской Федерации, утвержденное приказом ГТК России от 2 июля 1996 г. N 418, п. 3.4 которого предусматривает включение в общий стаж работы сотрудника, дающий право на получение ежемесячной доплаты за выслугу лет, периода нахождения на действительной военной службе лиц рядового и офицерского состава. Между тем, приходя к такому выводу, суд надзорной инстанции не учел, что согласно ст. 50 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 114-ФЗ "О службе в таможенных органах Российской Федерации" пенсионное обеспечение сотрудников таможенных органов и членов их семей осуществляется на условиях и по нормам, установленным законодательством Российской Федерации для лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, и членов их семей. Порядок исчисления выслуги лет для назначения пенсий сотрудникам таможенных органов определяется Положением об исчислении выслуги лет для назначения пенсий сотрудникам таможенных органов с учетом особенностей прохождения службы в таможенных органах. Подпунктом "а" п. 2 данного Положения предусмотрено, что в выслугу лет для назначения пенсий сотрудникам таможенных органов засчитываются: исчисленное в соответствии с постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, и их семьям в Российской Федерации" время службы (работы): в таможенных органах в качестве сотрудников этих органов; в органах налоговой полиции в качестве сотрудников, имеющих специальные звания, с учетом особенностей прохождения службы в этих органах, установленных Законом Российской Федерации "О федеральных органах налоговой полиции" и Положением о прохождении службы в органах налоговой полиции Российской Федерации; указанное в ст. 18 Закона Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, и их семей"; и т. д. В свою очередь постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, и их семьям в Российской Федерации" дается исчерпывающий перечень оснований, в соответствии с которыми лицам, проходившим военную службу по призыву, время службы засчитывается в льготном исчислении. Согласно п. 4 Положения об исчислении выслуги лет для назначения пенсий сотрудникам таможенных органов с учетом особенностей прохождения службы в таможенных органах в выслугу лет, исчисленную согласно подп. "а" п. 2 настоящего Положения, в соответствии с постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941 время службы (работы) засчитывается на льготных условиях: а) один месяц службы за два месяца: в отдаленных местностях Российской Федерации, указанных в разделе I приложения N 1 к постановлению Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941, - с 21 июля 1993 г.; в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях при участии в оперативно-разыскной деятельности по перечню подразделений и должностей, утверждаемому председателем Государственного таможенного комитета Российской Федерации; в высокогорных местностях на высоте 2500 метров и более над уровнем моря - с 21 июля 1993 г.; б) один месяц службы за полтора месяца: на летной работе в авиации - на условиях, определяемых председателем Государственного таможенного комитета Российской Федерации по согласованию с Министерством обороны Российской Федерации; в отдаленных местностях Российской Федерации, указанных в разделе II приложения N 1 к постановлению Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941, - с 21 июля 1993 г.; в высокогорных местностях на высоте 1500 метров над уровнем моря (кроме времени службы в высокогорных местностях на высоте 2500 метров и более) - с 21 июля 1993 г.; в высокогорных местностях на высоте от 1000 до 1500 метров над уровнем моря, а в исключительных случаях и ниже - по перечню подразделений, утверждаемому председателем Государственного таможенного комитета Российской Федерации по согласованию с Генеральным штабом Вооруженных Сил Российской Федерации, - с 21 июля 1993 г.; время службы (работы) при участии в оперативно-разыскной деятельности по перечню подразделений и должностей, утверждаемому председателем Государственного таможенного комитета Российской Федерации; в) один месяц службы за один и одну треть месяца: время службы на находящихся в строю морских и речных судах на условиях, определяемых председателем Государственного таможенного комитета Российской Федерации по согласованию с Министерством обороны Российской Федерации. При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и направляя дело на новое рассмотрение, пришел к правильному выводу о том, что у суда не было оснований возлагать на ответчика обязанность произвести зачет в стаж, дающий право на пенсию за выслугу лет сотрудникам таможенных органов, время прохождения срочной службы истцом в Вооруженных Силах из расчета один к двум, а с учетом вышеуказанных требований закона следовало выяснить, проходил ли истец срочную службу по призыву в особых условиях, поскольку именно со службой в особых условиях связана возможность включения периода службы в выслугу лет в льготном исчислении. Поэтому вывод президиума Липецкого областного суда об обоснованности требований Р. о включении в выслугу лет в таможенных органах срочной военной службы нельзя признать правильным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение президиума Липецкого областного суда от 22 июля 2003 г. отменила, оставила в силе определение судебной коллегии по гражданским делам Липецкого областного суда от 5 марта 2003 г. _____________ Спор о месте жительства и воспитании несовершеннолетних детей, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, подлежит рассмотрению компетентным судом Российской Федерации и по законодательству Российской Федерации Определение Судебной коллеги 6. Спор о месте жительства и воспитании несовершеннолетних детей, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, подлежит рассмотрению компетентным судом Российской Федерации и по законодательству Российской Федерации Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20 июля 2004 г. N 1-Г04-15 (Извлечение) Коростышевский районный суд Житомирской области Украины 5 декабря 2003 г. удовлетворил иск К. об отобрании несовершеннолетних детей у их матери - С., истцу переданы для осуществления ухода и воспитания его дети - сын Сергей, 23 апреля 1992 года рождения, и дочь Виктория, 9 мая 1996 года рождения. К. обратился с ходатайством к компетентному суду Российской Федерации о разрешении принудительного исполнения на территории Российской Федерации названного судебного решения, поскольку С. (ответчица) с детьми проживает на территории Архангельской области. Определением Архангельского областного суда от 31 марта 2004 г. в удовлетворении этого ходатайства отказано. В частной жалобе К. поставил вопрос об отмене определения Архангельского областного суда, считая его незаконным и необоснованным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 20 июля 2004 г. отказала в ее удовлетворении, указав, в частности, следующее. Согласно ч. 1 ст. 409 ГПК РФ решения иностранных судов признаются и исполняются в Российской Федерации, если это предусмотрено международным договором Российской Федерации. Российская Федерация и Украина являются участниками Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. В соответствии со ст.ст. 53, 54 данной Конвенции суд, рассматривающий ходатайство о признании и разрешении принудительного исполнения решения, ограничивается установлением того, что условия, предусмотренные Конвенцией, соблюдены. В случае если условия соблюдены, суд выносит решение о принудительном исполнении. Основания к отказу в признании и исполнении решений судов Договаривающихся Сторон содержатся в ст. 55 Конвенции и ч. 1 ст. 412 ГПК РФ. Решение Коростышевского районного суда Житомирской области Украины не может быть признано и принудительно исполнено Российской Федерацией по причине нарушения ст. 32 упомянутой Конвенции. Указанной статьей установлено, что правоотношения родителей и детей определяются по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой постоянно проживают дети. По делам о правоотношениях между родителями и детьми компетентен суд Договаривающейся Стороны, законодательство которой подлежит применению. Так как дети Сергей и Виктория проживают постоянно с матерью на территории Российской Федерации, возникший между родителями спор о месте жительства и воспитании их подлежит разрешению согласно ст. 32 Конвенции компетентным судом Российской Федерации и по законодательству Российской Федерации. Коростышевский районный суд Житомирской области Украины не компетентен рассматривать спор об отобрании несовершеннолетних детей у матери С. и передаче их на воспитание отцу К. При таких обстоятельствах определение суда является законным и обоснованным и отмене по доводам, изложенным в частной жалобе, не подлежит. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение Архангельского областного суда от 31 марта 2004 г. оставила без изменения, а частную жалобу К. - без удовлетворения. ____________ Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию за счет казны Российской Федерации, суд учел степень нравственных и физических страданий, перенесенных истцом в результате действий должностных лиц Определение Судебной коллегии по граж 7. Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию за счет казны Российской Федерации, суд учел степень нравственных и физических страданий, перенесенных истцом в результате действий должностных лиц Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30 июля 2004 г. N 56-Г04-18 (Извлечение) Е. обратился в суд с иском к Р., В., К., Г. - сотрудникам милиции о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, ссылаясь на следующее. В ноябре 1998 г. в помещении районного отделения внутренних дел, куда он был доставлен как подозреваемый в совершении преступления, в течение длительного времени упомянутые лица применяли к нему насилие, причинили телесные повреждения. Приморским краевым судом по приговору от 17 сентября 2001 г. они признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ. Истец находился на лечении в больнице, пропустил занятия в институте. Происшедшее причинило ему нравственные и физические страдания. Он просил взыскать с ответчиков в возмещение материального ущерба 2090 руб. и по 25 тыс. рублей с каждого - компенсацию морального вреда. Впоследствии истец от своих требований о взыскании материального ущерба отказался и отказ этот принят судом. К участию в деле в качестве ответчика судом привлечен Минфин России, с которого истец просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 300 тыс. рублей, указав, что незаконными действиями ответчики - сотрудники правоохранительных органов поколебали его веру в справедливость, дискредитировали в его глазах государственную власть. Решением Приморского краевого суда от 16 апреля 2004 г. иск удовлетворен частично: с Минфина России за счет казны Российской Федерации взыскана в пользу Е. компенсация морального вреда в размере 100 тыс. рублей. В кассационной жалобе представитель Управления федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации по Приморскому краю просил отменить решение суда, считая размер взысканной компенсации морального вреда завышенным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 30 июля 2004 г. решение краевого суда оставила без изменения, указав следующее. В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Удовлетворяя иск частично и взыскивая компенсацию морального вреда в соответствии с требованиями ст. 1069 ГК РФ за счет казны Российской Федерации, суд пришел к правильному выводу о том, что истцу были причинены нравственные и физические страдания в результате незаконных действий сотрудников милиции. Как установлено судом, при задержании истца по подозрению в совершении преступления с целью получения признательных показаний к нему применялось насилие, в том числе с использованием специальных средств, в помещении районного отделения внутренних дел. За данные незаконные действия ответчики были осуждены по приговору Приморского краевого суда и им назначены соответствующие меры наказания. При таких обстоятельствах суд счел обоснованным взыскание в пользу истца компенсации морального вреда и определил ее размер в сумме 100 тыс. рублей в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ с учетом степени нравственных и физических страданий, перенесенных истцом в результате применения к нему сотрудниками милиции насилия, причинения телесных повреждений. Поскольку финансирование сотрудников районного отделения внутренних дел осуществляется за счет средств федерального бюджета, эта сумма правомерно взыскана за счет казны Российской Федерации. Довод кассационной жалобы представителя Управления федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации по Приморскому краю о том, что размер компенсации морального вреда завышен, несостоятелен, так как компенсация морального вреда определена судом в соответствии со ст. 1101 ГК РФ и отвечает требованиям разумности и справедливости. Нормы материального и процессуального права применены судом правильно, поэтому предусмотренных ст. 362 ГПК РФ оснований к отмене решения в кассационном порядке не имеется. ___________ Наименование приказа Минатома России от 8 августа 2003 г. N 347 и п. 5 утвержденного этим приказом Положения о порядке определения производств, работ и профессий, соответствующих видам деятельности, предусмотренным перечнем, утвержденным Указом Президента 8. Наименование приказа Минатома России от 8 августа 2003 г. N 347 и п. 5 утвержденного этим приказом Положения о порядке определения производств, работ и профессий, соответствующих видам деятельности, предусмотренным перечнем, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 23 августа 2000 г. N 1563, признаны соответствующими действующему законодательству Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 4 марта 2004 г. N ГКПИ03-1401, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. N КАС04-199 _____________ Положения абз. 2-4, 6-9, 12, 13 п. 16 инструкции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 21 февраля 2000 г. N 56 "По применению Закона Российской Федерации "О плате за землю" (с изменениями от 21 апреля 2003 г.) признаны не противоречащим 9. Положения абз. 2-4, 6-9, 12, 13 п. 16 инструкции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 21 февраля 2000 г. N 56 "По применению Закона Российской Федерации "О плате за землю" (с изменениями от 21 апреля 2003 г.) признаны не противоречащими федеральному законодательству в части установления минимальных размеров ставок земельного налога Определение Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 21 сентября 2004 г. N КАС04-442 ____________ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Изменения, внесенные Федеральным законом 8 декабря 2003 г. в Уголовный кодекс Российской Федерации, повлекли изменения квалификации совершенных виновным преступлений и вида исправительного учреждения, назначенного ему для отбывания наказания Определение 1. Изменения, внесенные Федеральным законом 8 декабря 2003 г. в Уголовный кодекс Российской Федерации, повлекли изменения квалификации совершенных виновным преступлений и вида исправительного учреждения, назначенного ему для отбывания наказания Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 6 апреля 2004 г. N 85-О04-2сп (Извлечение) По приговору Калужского областного суда от 12 ноября 2003 г. Степанов, судимый 27 июля 1995 г. за ряд преступлений, в том числе по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР, к лишению свободы, и Горланов, судимый 13 января 1998 г. по пп. "а", "б", "г" ч. 2 ст. 162 и ч. 4 ст. 150 УК РФ к лишению свободы, 21 апреля 2003 г. по пп. "б", "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ к лишению свободы, и оба судимые 25 августа 2003 г. по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ к лишению свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК путем частичного сложения наказания осуждены к лишению свободы по совокупности преступлений, предусмотренных пп. "ж", "к", "н" ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, пп. "ж", "з", "н" ч. 2 ст. 105, пп. "а", "в" ч. 3 ст. 162, п. "б" ч. 2 ст. 161, ч. 3 ст. 158, ст. 316 УК, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ наказание назначено по совокупности преступлений с учетом приговора от 25 августа 2003 г. и окончательно соответственно каждому по совокупности приговоров от 27 июля 1995 г. и 13 января 1998 г. в виде лишения свободы в исправительной колонии особого режима. Вердиктом присяжных заседателей Степанов и Горланов признаны виновными в хищениях чужого имущества путем разбойных нападений, грабежей и краж, в убийствах, покушениях на убийство и других преступлениях, совершенных с 30 октября по 7 декабря 2002 г. в г. Людиново Калужской области и г. Калуге. В кассационных жалобах и дополнениях к ним: осужденный Степанов считал приговор необоснованным, вывод о его виновности не соответствующим фактическим обстоятельствам; осужденный Горланов, не оспаривая доказанность обвинения, квалификацию его действий и меру наказания, просил назначить ему для отбывания наказания исправительную колонию строгого режима. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 6 апреля 2004 г. приговор изменила с учетом изменений и дополнений, внесенных в Уголовный кодекс Российской Федерации, указав следующее. Ссылка, содержащаяся в кассационной жалобе Степанова, на необоснованность признания его виновным в хищениях чужого имущества, убийствах им самим, по предварительному сговору с Горлановым и организованной группой и на нарушения требований уголовного судопроизводства является неосновательной. В соответствии со ст.ст. 334 и 339 УПК РФ вопросы совершения или несовершения преступлений, доказанности или недоказанности, виновности или невиновности подсудимых - компетенция коллегии присяжных заседателей, и согласно ст.ст. 347 и 348 УПК РФ вердикт коллегии присяжных заседателей является обязательным и сторонам запрещается ставить его под сомнение. Как видно из протоколов предварительного слушания и судебного заседания, на этих стадиях судом у Степанова выяснялись вопросы, связанные с ознакомлением со всеми материалами дела в установленном законом порядке, соблюдением других норм уголовного судопроизводства, ему разъяснялись порядок, особенности и последствия рассмотрения уголовного дела с участием коллегии присяжных заседателей. После вынесения обвинительного вердикта судебное разбирательство было продолжено с участием сторон, исследованы обстоятельства, связанные с квалификацией содеянного осужденными, назначением наказания и другими вопросами, разрешаемыми судьей при постановлении обвинительного приговора без участия коллегии присяжных заседателей. Эти процессуальные действия выполнены в соответствии с требованиями ст. 347 УПК РФ. В силу ст. 348 УПК РФ на основании обвинительного вердикта присяжных и обстоятельств, установленных без участия присяжных заседателей, действия осужденных Степанова и Горланова судом квалифицированы правильно. В то же время приговор подлежит изменению, связанному с внесенными в Уголовный кодекс Российской Федерации изменениями и дополнениями Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. Новая редакция Кодекса не предусматривает признак неоднократности совершения преступлений и дополнительное наказание в виде конфискации имущества, внесены изменения и в редакции ст.ст. 161, 158 УК РФ. Поскольку исключен признак неоднократности, убийство двух лиц должно быть квалифицировано не по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ, а по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Таким образом, в соответствии со ст. 10 УК РФ действия Степанова и Горланова в связи с указанными изменениями и дополнениями переквалифицированы с пп. "ж", "к", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ на пп. "а", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ; с ч. 3 ст. 30 и пп. "ж", "з", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 3 ст. 30 и пп. "а", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ; с п. "б" ч. 2 ст. 161 УК РФ на ч. 1 ст. 161 УК РФ и действия Горланова - с ч. 3 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ. Из приговора также исключено назначенное обоим осужденным дополнительное наказание в виде конфискации имущества по пп. "а", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ по совокупности преступлений и приговоров. Кроме того, для отбывания наказания Горланову назначена исправительная колония строгого режима, поскольку он был судим 13 января 1998 г. по ч. 4 ст. 150 УК РФ, предусматривающей преступление, не являющееся особо тяжким, а также по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 162 УК РФ, в том числе по признаку неоднократности преступлений, который исключен Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. В силу ст. 10 УК РФ эти его действия подпадают под признаки ч. 2 ст. 162 УК РФ в редакции указанного Федерального закона и согласно ст. 15 УК РФ не являются особо тяжким преступлением. Как видно из ст. 18 УК РФ в новой редакции, в действиях Горланова имеется не особо опасный рецидив, а опасный рецидив, и в соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание ему лишения свободы надлежит назначить в исправительной колонии строгого режима. По приговору от 25 августа 2003 г. Степанов и Горланов осуждены за преступления, совершенные до вынесения приговора от 12 ноября 2003 г., следовательно, осуждение и наказание по приговору от 25 августа 2003 г. в отношении Горланова и Степанова не образует самостоятельную судимость, поэтому окончательное наказание назначено по совокупности преступлений на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ. ____________ Преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения деяния, и только закон, улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верхо 2. Преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения деяния, и только закон, улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 8 июля 2004 г. N 11-04-49 (Извлечение) По приговору Верховного Суда Республики Татарстан от 26 марта 2004 г. Зуев осужден по пп. "а", "ж", "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, а Сагъдиев - по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ. Они признаны виновными в разбойном нападении на Муслимова и Шурмину по предварительному сговору между собой, с причинением потерпевшим тяжкого вреда здоровью и в убийстве Шурминой, сопряженном с разбоем; Зуев, кроме того, - в убийстве потерпевшего Муслимова, сопряженном с разбоем. Преступления совершены 14 ноября 2003 г. в г. Казани Республики Татарстан. В кассационных жалобах и дополнениях к ним осужденные Зуев, Сагъдиев и их адвокаты просили приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, считая, что выводы суда об обстоятельствах дела и роли Сагъдиева и Зуева в совершении преступлений неверны, что в нарушение ст. 30 УПК РФ, допускающей участие трех профессиональных судей, дело рассмотрено незаконным составом суда, а некоторые доказательства сфальсифицированы. Государственный обвинитель просил приговор оставить без изменения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 8 июля 2004 г. приговор в отношении Зуева и Сагъдиева изменила по следующим основаниям. Вывод суда первой инстанции о виновности осужденных Зуева и Сагъдиева в совершении преступлений в отношении потерпевших Муслимова и Шурминой при обстоятельствах, изложенных в приговоре, основан на доказательствах, имеющихся в материалах дела, непосредственно и объективно исследованных в судебном заседании. Соответствует фактическим данным и вывод суда о мотиве и способе убийства потерпевших, о роли и степени участия осужденных Зуева и Сагъдиева в содеянном. Органами предварительного следствия и судом при рассмотрении дела в судебном заседании каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не допущено, дело расследовано и рассмотрено в соответствии с требованиями закона. Отсутствуют объективные данные, которые бы давали основание предполагать, что какие-либо доказательства могли быть сфальсифицированы, как утверждается в кассационных жалобах. Нельзя согласиться и с тем, что дело рассмотрено незаконным составом суда. При ознакомлении с материалами предварительного следствия, на предварительном слушании дела и в судебном заседании ходатайство о рассмотрении дела в составе трех профессиональных судей не возбуждалось. При отсутствии такого ходатайства действующим законом предусмотрено рассмотрение уголовного дела одним профессиональным судьей. Действия осужденных Зуева по пп. "а", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, а Сагъдиева по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицированы правильно. В то же время суд первой инстанции в нарушение закона квалифицировал разбойное нападение по ч. 4 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.). В соответствии со ст.ст. 9 и 10 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, и только закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу. Санкция ч. 4 ст. 162 УК РФ в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. в виде лишения свободы не смягчена по сравнению с санкцией ч. 3 ст. 162 УК РФ в редакции до внесения названных изменений. Более того, в ч. 4 ст. 162 УК РФ предусмотрено еще и наказание в виде штрафа. Таким образом, внесенные указанным Федеральным законом изменения в ст. 162 УК РФ ухудшают положение осужденных. Поэтому их действия, связанные с разбойным нападением, совершенным группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия потерпевшим, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевших, должны были быть квалифицированы по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ в действовавшей до 8 декабря 2003 г. редакции. На основании изложенного приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 26 марта 2004 г. в отношении Зуева и Сагъдиева изменен: их действия переквалифицированы с п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.) на п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), в остальном приговор оставлен без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения. ____________ Деяние, инкриминируемое лицу, подлежащему выдаче, должно соответствовать деянию, предусмотренному нормой закона запрашивающей Договаривающейся Стороны, на основании которой оно признается преступлением Определение Судебной коллегии по уголовным делам Ве 3. Деяние, инкриминируемое лицу, подлежащему выдаче, должно соответствовать деянию, предусмотренному нормой закона запрашивающей Договаривающейся Стороны, на основании которой оно признается преступлением Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 августа 2003 г. N 11-О03-62 (Извлечение) Органами следствия Азербайджанской Республики Мехтиев обвинялся в том, что он, призванный на действительную воинскую службу Геокчайским районным военкоматом Азербайджанской Республики 7 октября 1997 г. и направленный для продолжения службы в войсковую часть, 23 февраля 1998 г. самовольно оставил место службы на срок свыше одного месяца и в войсковую часть не вернулся. Действия Мехтиева квалифицированы по п. "в" ст. 241 УК Азербайджанской Республики. 2 октября 1998 г. вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого по указанной статье, санкция которой предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от одного года до пяти лет. В связи с тем что Мехтиев был задержан на территории Российской Федерации, Генеральная прокуратура Азербайджанской Республики на основании Конвенции от 22 января 1993 г. "О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам", подписанной в г. Минске Республики Беларусь, обратилась 15 апреля 2003 г. в Генеральную прокуратуру РФ с запросом о выдаче Мехтиева правоохранительным органам Азербайджанской Республики для привлечения к уголовной ответственности, предоставив необходимые материалы. Решением заместителя Генерального прокурора РФ от 16 апреля 2003 г. постановлено выдать Мехтиева правоохранительным органам Азербайджанской Республики для привлечения к уголовной ответственности за самовольное оставление места службы на срок свыше одного месяца. Рассмотрев жалобу Мехтиева на постановление о выдаче его правоохранительным органам Азербайджана, Верховный Суд Республики Татарстан 18 июня 2003 г. признал данное постановление заместителя Генерального прокурора РФ незаконным и отменил его. В кассационном представлении прокурор просил отменить определение суда, ссылаясь на то, что суд не должен обсуждать вопросы виновности лица, а обязан лишь проверить, соответствует ли законодательству и международным договорам Российской Федерации решение о выдаче данного лица. По российскому законодательству действия Мехтиева подпадают под признаки преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 26 августа 2003 г. определение Верховного Суда Республики Татарстан оставила без изменения, а кассационное представление - без удовлетворения, указав следующее. Согласно ст. 58 Конвенции от 22 января 1993 г. "О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам" требование о выдаче, наряду с другими сведениями, должно содержать описание фактических обстоятельств деяния и текст закона запрашивающей Договаривающейся Стороны, на основании которого это деяние признается преступлением; к требованию о выдаче для осуществления уголовного преследования должна быть приложена заверенная копия постановления о заключении под стражу. В соответствии с ч. 1 и п. 1 ч. 3 ст. 462 УПК РФ Российская Федерация в соответствии с международным договором Российской Федерации или на основе принципа взаимности может выдать иностранному государству иностранного гражданина или лицо без гражданства, находящихся на территории Российской Федерации, для уголовного преследования или исполнения приговора за деяния, которые являются уголовно наказуемыми по уголовному закону Российской Федерации и законам иностранного государства, направившего запрос о выдаче лица. Выдача лица может быть произведена, если уголовный закон предусматривает за совершение этих деяний наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года или более тяжкое наказание, когда выдача лица производится для уголовного преследования. Однако эти требования закона не соблюдены. Как следует из объяснения Мехтиева, он был призван на действительную (срочную) военную службу в Вооруженные Силы Азербайджанской Республики и не является офицером, прапорщиком, мичманом или военнослужащим сверхсрочной службы. Это подтверждается и протоколом предъявленного ему обвинения, в котором записано, что Мехтиев был призван на действительную военную службу. Его же действия квалифицированы по п. "в" ст. 241 УК Азербайджанской Республики как самовольное оставление части или места службы лицом офицерского состава, прапорщиком, мичманом или военнослужащим сверхсрочной службы, а равно как неявка его в срок на службу без уважительных причин продолжительностью свыше 10 суток. Каких-либо данных, подтверждающих принадлежность Мехтиева к указанной категории военнослужащих, ни запрашивающей Договаривающейся Стороной, ни Генеральной прокуратурой РФ не представлено. Следовательно, Мехтиев не относится к этой категории военнослужащих и не является субъектом инкриминируемого ему преступления. Таким образом, вывод суда о том, что описание фактических обстоятельств деяния, инкриминируемого Мехтиеву, не соответствует тексту закона запрашивающей Договаривающейся Стороны, на основании которого это деяние признается преступлением, является обоснованным. ____________ Лица, обязанные соблюдать правила безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, обоснованно осуждены по ч. 3 ст. 263 УК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 июля 2004 г. N 53-О04-34 (Извлечение) 4. Лица, обязанные соблюдать правила безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, обоснованно осуждены по ч. 3 ст. 263 УК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 июля 2004 г. N 53-О04-34 (Извлечение) Красноярским краевым судом 6 января 2004 г. Ахмеров осужден по ч. 3 ст. 263 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.). По делу также по ч. 3 ст. 263 УК РФ осужден Курилович, приговор в отношении которого не обжаловался. Ахмеров (командир звена в государственном унитарном предприятии (ГУП) "Авиакомпания Енисейский меридиан") и Курилович (командир вертолета) признаны виновными в том, что, являясь лицами, в силу выполняемой ими работы и занимаемой должности обязанными соблюдать правила безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, нарушили эти правила, что повлекло по неосторожности смерть восьми человек, а также причинение тяжкого вреда здоровью пяти пассажирам и одному члену экипажа. В кассационной жалобе адвокат в защиту интересов Ахмерова, ссылаясь на иной порядок разрушения вертолета в отличие от указанного в приговоре, просил приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство. Как считал защитник, у суда не было возможности сделать однозначное и достоверное заключение о причинах катастрофы. Вывод относительно виновности Ахмерова, по мнению адвоката, основан на противоречивых заключениях экспертов и показаниях потерпевшего Подгорного и свидетеля Евсевского. Адвокат ставил под сомнение компетентность эксперта Т. и выводы экспертов, проводивших летно-техническую экспертизу, ссылался на то, что обе экспертизы проведены заинтересованными в исходе дела лицами; версия же командира авиазвена Ахмерова о другой причине и ином развитии аварийной ситуации была не исследована и не проверена; суд расширил объем обвинения, чем нарушил право Ахмерова на защиту. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 21 июля 2004 г. кассационную жалобу оставила без удовлетворения, указав следующее. Комиссия Межгосударственного авиационного комитета (МАК) в результате проведенного ею расследования пришла к выводу о том, что организация рейса вертолета МИ-8 не соответствовала требованиям безопасности полетов. Полетная карта по маршруту полета не была подготовлена: маршрут не нанесен, командные высоты не обозначены, искусственные препятствия в виде ЛЭП (линии электропередач), о наличии которой экипажу было известно, не отмечены. Из-за давности ее издания на ней отсутствовали отметки о современных объектах. Ответственным за организацию полета был старший летный командир Ахмеров. Полет проводился без планирования и предварительной подготовки экипажа по маршруту, без штурманского расчета. Кроме того, несмотря на полученный по радио в процессе запуска двигателей нелетный прогноз, полет осуществлялся в условиях погоды, препятствовавшей выполнению рейса на безопасной высоте с учетом гористого рельефа: в районе места катастрофы была сплошная кучево-дождевая облачность, шел мокрый снег. Вертолет летел под нижней кромкой облаков на высоте ниже безопасной для полетов в горной местности. При данных метеоусловиях экипаж не имел права принимать решение на полет. На последних минутах перед катастрофой внутри кабины экипажа шел разговор с участием постороннего человека о наличии на пути следования ЛЭП и опасности столкновения с ней. Это подтверждается записью бортового магнитофона - за несколько секунд до прекращения записи звучал крик: "ЛЭП, ЛЭП!". Попытка экипажа, как отмечено комиссией МАК, в последний момент избежать столкновения с ЛЭП после ее обнаружения, заключающаяся в резких изменениях положения ручки циклического шага сначала в крайнее положение "от себя", затем - "на себя" и в одновременном увеличении общего шага до упора, привела к "заваливанию" назад конуса вращения несущего винта и удару его лопастями по хвостовой балке с последующим ее разрушением и неуправляемым падением вертолета. Выводы комиссии МАК, вопреки утверждению в кассационной жалобе о имеющихся в них противоречиях с исследованиями экспертов, проводивших летно-техническую экспертизу, объективно подтверждаются актом комплексной судебной летно-технической экспертизы, проведенной экспертами национального отделения общества независимых расследований авиационных происшествий, согласно которому непосредственной технической причиной авиапроисшествия 28 апреля 2002 г. с вертолетом МИ-8 в Ермаковском районе Красноярского края явилась потеря управляемости вертолетом в результате разрушения хвостовой балки и лопастей несущего винта, происшедшего вследствие их взаимного соударения. Как комиссия МАК, так и эксперты, проводившие названную выше комплексную экспертизу, подтверждают, что техническое состояние элементов конструкции вертолета в последнем полете влияния на авиационное происшествие не оказало, так как все механизмы были исправны, работоспособны и обеспечивали выполнение полета по маршруту вплоть до обнаружения ЛЭП и предпринятой попытки избежать столкновения с ней. Соударение указанных элементов вертолета, приведшее к его разрушению, произошло на высоте 36 м над поверхностью земли. Доводы защитника о необъективности выводов комиссии МАК и результатов комплексной экспертизы судом проверены и обоснованно опровергнуты в приговоре. Кроме того, выводы МАК - не экспертное исследование, а материалы расследования комиссии Межгосударственного авиационного комитета, осуществляющей расследования авиационных происшествий и инцидентов с гражданскими воздушными судами Российской Федерации. Названная комиссия действует в соответствии с Правилами расследования авиационных происшествий и инцидентов с гражданскими воздушными судами Российской Федерации. Летно-техническая экспертиза проведена экспертами национального отделения общества независимых расследований авиационных происшествий, сомневаться в компетентности и объективности которых, в том числе и эксперта Т., у суда не было оснований. Обстоятельства полета, изложенные комиссией МАК и в документах летно-технической экспертизы, подтвердили потерпевший Подгорный, который помогал пилотам ориентироваться при отсутствии видимости, а также другие потерпевшие и бортмеханик вертолета Евсевский. Свидетель Кобцев показал, что 28 апреля 2002 г. он вел автомобиль "КамАЗ" по автодороге из г. Абакана в г. Кызыл. По пути в горы погодные условия ухудшились, была низкая облачность, шел мокрый снег, вершин гор не было видно. Ближе к Буйбинскому перевалу видимость составляла 50-100 м, стоял густой туман, местами облачность лежала прямо на дороге. Недалеко от перевала в нескольких метрах над автомобилем пролетел вертолет. Он ушел вперед метров на 30-40 и вдруг резко задрал вверх носовую часть, после чего сместился боком влево. Лопасть (или ее кусок) падала, как ему (Кобцеву) показалось, прямо на "КамАЗ", но она упала в снег около дороги. В воздухе у вертолета отвалился хвост и полетел вперед вертолета. Продолжив движение вперед, вертолет стал падать и рухнул на снег неподалеку от дороги. Двигатели еще работали, начавшийся пожар затушили пришедшие на помощь водители из проезжавших автомашин. Позже он увидел линию электропередач в том месте, где вертолет поднял носовую часть. Изложенное также подтверждается другими доказательствами: заявкой на полет от 26 апреля 2002 г., журналом предварительной подготовки экипажа, полетной картой, изъятой при осмотре места происшествия, справкой авиационного метеорологического центра "Красноярск", данными выемки магнитного носителя магнитофона П-503 с указанного вертолета, заключением экспертов, проводивших судебно-техническую экспертизу, а также звукозаписью бортовых переговоров. Характер и тяжесть телесных повреждений у потерпевших, полученных в этой авиакатастрофе, объективно подтверждаются заключениями экспертов, проводивших судебно-медицинские экспертизы, содержание которых изложено в приговоре, и не оспариваются в кассационной жалобе. Суд обоснованно пришел к выводу о виновности Ахмерова в содеянном и дал правильную юридическую оценку его действиям. Оснований для переквалификации содеянного им не имеется. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор в отношении Ахмерова оставила без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения. ___________ Приговор отменен в связи с неясностью и противоречивостью вердикта присяжных заседателей Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 10 марта 2004 г. N 6-О04-10сп (Извлечение) 5. Приговор отменен в связи с неясностью и противоречивостью вердикта присяжных заседателей Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 10 марта 2004 г. N 6-О04-10сп (Извлечение) Судом присяжных заседателей Рязанского областного суда 22 сентября 2003 г. осуждены: Повернов по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Соляниченко по ч. 3 ст. 30 и п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Соляниченко признан виновным в покушении на убийство Наумова, а Повернов - в умышленном убийстве этого потерпевшего группой лиц по предварительному сговору. В кассационных жалобах осужденные, не соглашаясь с приговором, сослались на то, что судебное разбирательство было проведено предвзято, с обвинительным уклоном, председательствующий поставил непонятные присяжным вопросы. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 10 марта 2004 г. приговор суда присяжных отменила, указав следующее. По смыслу закона (ч. 2 ст. 345 УПК РФ) вердикт присяжных заседателей должен быть ясным и непротиворечивым. Однако при вынесении вердикта по настоящему делу это положение закона не соблюдено. Согласно предъявленному обвинению Повернов и Соляниченко, реализуя договоренность на убийство Наумова, набросили ему на шею полотенце и стали тянуть за концы с целью удушения. Не добившись результата, Повернов взял со стола кухонный нож и нанес им удар потерпевшему в область сердца, причинив смерть. На поставленный перед присяжными заседателями вопрос о доказанности совершения вышеназванных действий Поверновым, присяжные заседатели первоначально ответили "Нет, не доказано", а затем, после дополнительного разъяснения председательствующим порядка голосования, исправили ответ на этот вопрос и указали "Да, доказано". В то же время на оборотной стороне вопросного листа присяжные заседатели изложили свое "особое мнение", из которого следовало, что они не установили (не определили), кто же из подсудимых нанес удар ножом потерпевшему, в результате чего наступила его смерть. Председательствующий возвратил присяжных заседателей в совещательную комнату, обратив их внимание на недопустимость "особого мнения", однако они не аннулировали эту запись путем зачеркивания либо оговорок. При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что "особое мнение" присяжных заседателей, изложенное ими в вопросном листе, не совпадает с их ответом на вопрос о доказанности действий Повернова, связанных с причинением смерти Наумову путем нанесения потерпевшему удара ножом в область сердца, вердикт следует признать неясным, в связи с чем приговор подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение. ____________ Доводы государственного обвинителя о незаконном составе суда признаны кассационной инстанцией необоснованными Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 3 марта 2004 г. N 8-О04-6сп (Извлечение) 6. Доводы государственного обвинителя о незаконном составе суда признаны кассационной инстанцией необоснованными Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 3 марта 2004 г. N 8-О04-6сп (Извлечение) Судом присяжных Ярославского областного суда 26 декабря 2003 г. Ладонников осужден за убийство Волынкина по ч. 1 ст. 105 УК РФ, по предъявленному обвинению в части совершения убийства Боброва в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта оправдан ввиду непричастности его к совершению преступления; Барков оправдан по ч. 3 ст. 30 и п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ за непричастностью к совершению преступления. Ладонников с учетом вердикта присяжных заседателей признан виновным в том, что 18 ноября 2001 г. в г. Тутаеве Тутаевского района Ярославской области совершил убийство Волынкина в ходе ссоры из неприязни. В кассационном представлении прокурор, поддерживавший обвинение в суде, поставил вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в составе судьи единолично. Он указал следующее. На предварительном следствии Ладонников пожелал воспользоваться правом, предусмотренным п. 1 ч. 5 ст. 217 УПК РФ, на рассмотрение его уголовного дела судом присяжных. Барков же при выполнении требований ст. 217 УПК РФ такого ходатайства не заявлял до момента начала предварительного слушания по делу. По результатам предварительного слушания и последующего заседания судья в удовлетворении ходатайств обвиняемых о рассмотрении дела с участием суда присяжных отказал в постановлениях от 10 и 25 декабря 2002 г., так как на момент поступления дела в суд и принятия решения о составе суда на территории Ярославской области суд присяжных не действовал. В кассационном порядке постановление о назначении судебного заседания судьей единолично оставлено без изменения. Эти решения вступили в законную силу и не отменены. По мнению прокурора, вынесение судьей 29 октября 2003 г. решения о рассмотрении данного дела судом присяжных фактически отменяет состоявшиеся процессуальные решения, что недопустимо и возможно лишь в надзорном порядке. В соответствии с ч. 5 ст. 231 УПК РФ подсудимый после назначения судебного заседания не вправе заявлять ходатайство о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей, так как нарушается требование закона о неизменности состава суда, а это является основанием для отмены приговора и вердикта коллегии присяжных заседателей, поскольку состав суда незаконный. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 3 марта 2004 г. приговор оставила без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя - без удовлетворения, указав следующее. Как видно из материалов уголовного дела, органами предварительного следствия Ладонников обвинялся в совершении преступлений, в том числе предусмотренном п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Барков - в преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 30 и п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. При выполнении требований ст. 217 УПК РФ Ладонникову и Баркову были разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ. Из протоколов этих следственных действий следует, что Барков и Ладонников изъявили желание воспользоваться правом, предусмотренным п. 1 ч. 5 ст. 217 УПК РФ. Постановлением судьи Ярославского областного суда по итогам предварительного слушания от 10 декабря 2002 г. судебное заседание было назначено к рассмотрению дела судьей единолично, 25 декабря 2002 г. в ходатайстве подсудимых о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей было отказано по тем мотивам, что на момент поступления дела в суд и предварительного слушания по нему на территории Ярославской области не действовал закон, предусматривающий рассмотрение дел с участием присяжных заседателей. Слушание по существу откладывалось по различным основаниям. Подсудимые Барков и Ладонников неоднократно заявляли ходатайства о разбирательстве дела судом присяжных. В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ, положения которого Федеральным законом от 27 декабря 2002 г. в Ярославской области введены в действие с 1 января 2003 г., суд первой инстанции в составе судьи федерального суда общей юрисдикции и коллегии из двенадцати присяжных заседателей по ходатайству обвиняемого рассматривает уголовные дела о преступлениях, указанных в ч. 3 ст. 31 УПК РФ, в том числе предусмотренных ч. 2 ст. 105 УК РФ. Постановлением судьи Ярославского областного суда от 29 октября 2003 г. было принято решение о рассмотрении данного уголовного дела судом в составе судьи и коллегии присяжных заседателей. С доводами представления государственного обвинителя о незаконности и необоснованности постановления судьи от 29 октября 2003 г. согласиться нельзя. На день вынесения постановления от 29 октября 2003 г. данное дело по существу не рассматривалось, предъявленное подсудимым обвинение не излагалось, доказательства не исследовались, подсудимые, потерпевшие, свидетели не допрашивались. Ходатайство Ладонникова и Баркова о слушании дела судом с участием присяжных заседателей рассматривалось в судебном заседании с участием сторон. Согласно ст. 47 Конституции Российской Федерации обвиняемый в совершении преступления имеет право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей в случаях, предусмотренных федеральным законом. Таким образом, с 1 января 2003 г. у Ладонникова и Баркова появилась возможность реализации их права на разбирательство в отношении них уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, чего ранее они осуществить не могли. В связи с наступлением момента осуществления конституционного права подсудимых на рассмотрение дела судом с участием присяжных заседателей, когда еще судебное разбирательство не проводилось, судья мог пересмотреть решение о составе суда. В данном случае отмена ранее вынесенных постановлений по этому вопросу не требовалась. Рассмотрение уголовного дела судом с участием присяжных заседателей - право обвиняемых, реализация ими этого права не зависит от позиции стороны обвинения о составе суда. Постановление судьи от 29 октября 2003 г. вступило в законную силу. В судебном заседании при разбирательстве дела по существу замечаний, заявлений со стороны обвинения по составу суда не поступало. Как видно из протокола судебного заседания, формирование коллегии присяжных заседателей проведено по делу в соответствии с законом. Требования, предъявляемые к присяжным заседателям, в том числе предусмотренные Разделом V Закона РСФСР "О судоустройстве РСФСР" от 8 июля 1981 г. (с последующими изменениями и дополнениями), не были нарушены. Председательствующий выяснял у сторон, имеются ли у них заявления о роспуске образованной коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности и неспособности вынести объективный вердикт, о нарушении порядка формирования коллегии присяжных заседателей. Таких заявлений от участников судебного разбирательства дела не поступило. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не установлено. _____________ Суд обоснованно возвратил уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 апреля 2004 г. N 58-О04-28 (Извлечение) 7. Суд обоснованно возвратил уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 апреля 2004 г. N 58-О04-28 (Извлечение) Органами следствия Евстигнеев, Яковлев и Пашкеев обвинялись в убийстве группой лиц с особой жестокостью. По постановлению Хабаровского краевого суда от 26 января 2004 г. уголовное дело в отношении Евстигнеева, Яковлева и Пашкеева, обвинявшихся в совершении преступления, предусмотренного пп. "д", "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, возвращено прокурору Хабаровского края для устранения препятствий его рассмотрения судом. Суд сослался на то, что допущенные следственным органом нарушения закона, а именно: принятие ненадлежащим лицом решений о привлечении упомянутых лиц в качестве обвиняемых, о предъявлении обвинения и составлении обвинительного заключения, отсутствие в обвинительном заключении указаний о мотиве преступления и всех обстоятельствах его совершения, достоверных данных о личности обвиняемого Пашкеева, являются существенными и неустранимыми в судебном заседании, исключают возможность постановления по делу приговора или вынесения иного решения. Прокурор в кассационном представлении поставил вопрос об отмене данного постановления, утверждая, что решения следователя о привлечении Евстигнеева, Яковлева и Пашкеева в качестве обвиняемых и определении объема предъявляемого обвинения, а также составленное им обвинительное заключение соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона и не препятствуют рассмотрению дела в суде. По мнению прокурора, личность обвиняемого Пашкеева установлена; как в постановлениях о предъявлении обвинения, так и в обвинительном заключении указано, что Евстигнеев, Яковлев и Пашкеев совершили убийство из личной неприязни к потерпевшему. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 апреля 2004 г. оставила кассационное представление без удовлетворения, указав следующее. Вывод суда о существенных нарушениях следственным органом требований уголовно-процессуального закона, неустранимых в судебном заседании и потому исключающих постановление законного и обоснованного приговора или вынесение иного решения, соответствует материалам дела, которым была дана правильная оценка. Как установил суд, решение заместителя прокурора г. Комсомольска-на-Амуре о создании следственной группы в составе следователей прокуратуры К. и С. с момента вынесения соответствующего постановления от 18 сентября 2003 г. и до окончания расследования по делу и составления обвинительного заключения не претерпело каких-либо изменений, в том числе по составу следственной группы, руководителем которой был назначен следователь К., принявший дело к своему производству сразу после его возбуждения 16 сентября 2003 г. В этом случае согласно ст. 163 УПК РФ только следователь К. как руководитель следственной группы имел полномочия, в частности, принимать решения о привлечении лица в качестве обвиняемого и об объеме предъявляемого обвинения, составлять обвинительное заключение. Тем не менее 22 сентября 2003 г. в нарушение данного закона без надлежащего решения компетентного лица об изменении состава следственной группы дело к своему производству принял следователь Б. Он начал предварительное следствие вне следственной группы и без объявления обвиняемым об изменении ее состава. Как правильно отмечено в постановлении Хабаровского краевого суда, Б. по собственной инициативе, не обладая полномочиями, которыми наделен руководитель следственной группы, вынес постановления о привлечении Евстигнеева, Яковлева и Пашкеева в качестве обвиняемых, сам определил объем предъявляемого им обвинения, а в последующем и составил обвинительное заключение. Таким образом, в стадии досудебного производства по делу были допущены существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона. Поскольку они препятствуют рассмотрению уголовного дела, суд правомерно возвратил его прокурору, при этом надлежаще обосновал и необходимость устранения нарушений ст. 220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения. С учетом изложенного Судебная коллегия оставила без изменения постановление Хабаровского краевого суда о возвращении прокурору уголовного дела в отношении Евстигнеева, Яковлева и Пашкеева для устранения препятствий его рассмотрения в суде. _____________ Размер оплаты труда адвоката по назначению связывается не с числом подзащитных, а только с количеством занятых дней, затраченных на оказание юридической помощи Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 сентября 2004 г. N 1 8. Размер оплаты труда адвоката по назначению связывается не с числом подзащитных, а только с количеством занятых дней, затраченных на оказание юридической помощи Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 сентября 2004 г. N 11-О04-85 (Извлечение) Судья Верховного Суда Республики Татарстан 27 июля 2004 г. постановил выплатить из средств федерального бюджета в пользу Центрального филиала коллегии адвокатов Республики Татарстан 12 тыс. рублей в возмещение расходов, связанных с участием в судебном разбирательстве адвоката В. В кассационной жалобе адвокат В. просила постановление судьи отменить, материалы направить на новое судебное рассмотрение, считая ошибочным вывод суда о том, что размер оплаты труда адвоката по назначению связывается не с числом подзащитных, а только с количеством дней, затраченных на оказание юридической помощи. Как полагала адвокат В., по смыслу нормативных актов, указанных в постановлении судьи, оплата труда адвоката по назначению подразумевает оказание юридической помощи конкретному лицу. Поскольку она защищала двух обвиняемых, выполнив вдвое больше объем работы и затратив значительные физические и моральные силы, то и оплата должна быть соответственно за двух лиц, а не за одно. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 7 сентября 2004 г. кассационную жалобу оставила без удовлетворения, указав следующее. Согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 4 июля 2003 г. N 400 "О размере оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда" и приказу Министерства юстиции Российской Федерации и Министерства финансов Российской Федерации от 6 октября 2003 г. N 257/89н "Об утверждении порядка расчета оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда в зависимости от сложности уголовного дела" размер оплаты труда адвоката устанавливается исходя из количества дней, затраченных на оказание юридической помощи. В связи с тем что адвокат защиту двух обвиняемых осуществляла в течение 20 дней, суд обоснованно постановил выплатить 12 тыс. рублей в пользу Центрального филиала коллегии адвокатов Республики Татарстан. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление судьи от 27 июля 2004 г. оставила без изменения. ____________ Оправдательный приговор, вынесенный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, отменен по кассационному представлению прокурора и кассационной жалобе потерпевшей как постановленный с нарушениями уголовно-процессуального закона Определе 9. Оправдательный приговор, вынесенный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, отменен по кассационному представлению прокурора и кассационной жалобе потерпевшей как постановленный с нарушениями уголовно-процессуального закона Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 июля 2004 г. N 16-О04-36сп (Извлечение) Волгоградским областным судом 5 апреля 2004 г. Помазан оправдан по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 162, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.), ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ за недоказанностью участия в совершении преступлений и осужден по ч. 1 ст. 139 УК РФ к штрафу в сумме 20 тыс. рублей; Солнышкин оправдан по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.) за недоказанностью участия в совершении преступлений. Судом Помазан признан виновным в незаконном проникновении 27 июня 2003 г. в жилище Писарева в пос. Обильный Волгоградской области. Совершение же Помазаном и Солнышкиным разбоя и убийства Писарева, а также покушение Помазана на уничтожение чужого имущества, совершенное путем поджога, в которых они обвинялись, вердиктом присяжных заседателей признано недоказанным, и на основании его в указанной части обвинения постановлен оправдательный приговор. В кассационном представлении (основном и дополнительном) государственный обвинитель просил приговор отменить, считая его незаконным ввиду существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, повлекших необоснованное оправдание подсудимых, в частности п. 2 ст. 345 УПК РФ, согласно которому председательствующий, найдя вердикт неясным или противоречивым, указывает на это коллегии присяжных заседателей и предлагает им возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист. По мнению государственного обвинителя, такие неясности и противоречия содержатся в ответах присяжных заседателей на 1-й, 2-й, 6-й, 10-й и 11-й вопросы. Кроме того, как указал государственный обвинитель, при постановке вопросов присяжным заседателям судом не соблюдены требования ч. 1 ст. 339 УПК РФ. Формулируя первый вопрос о причинении Писареву смерти, суд упомянул о поджоге дома, который не относился к составу преступления, предусмотренному ст. 105 УК РФ. В результате присяжными заседателями на первый вопрос дано два ответа. Кроме того, само событие о поджоге было подробно описано судом в десятом вопросе. Как считал государственный обвинитель, перечисленные нарушения повлекли два противоречивых ответа на 1-й и 10-й вопросы о доказанности факта поджога. Суд вопреки требованиям ч. 5 и ч. 7 ст. 339 УПК РФ в вопросном листе присяжным заседателям поставил вопросы, требующие юридической квалификации и юридической оценки. Перед присяжными заседателями в отношении подсудимых Помазана и Солнышкина, игравших (согласно обвинению) различную роль в совершении и сокрытии преступлений, были поставлены одинаковые по содержанию вопросы, оказавшиеся непонятными для присяжных заседателей. По мнению государственного обвинителя, Солнышкин, на вопрос присяжных заседателей назвав причину противоречий в его показаниях на предварительном следствии и в суде - оказание на него в ходе предварительного следствия физического насилия со стороны работников милиции, мог вызвать у присяжных заседателей сомнение в правильности получения доказательств и объективности позиции государственного обвинителя. Однако председательствующий не остановил подсудимого и не разъяснил присяжным заседателям, что они не должны принимать во внимание данное заявление Солнышкина. В напутственном слове председательствующий также не напомнил об этом присяжным заседателям, более того, указал, что ряд протоколов допроса Солнышкина вызвал сомнение и исключен из числа доказательств, в связи с чем не должны приниматься во внимание протоколы его допроса от 4 и 5 июля 2003 г. В результате, по мнению государственного обвинителя, судом был нарушен принцип объективности и беспристрастности, поэтому приговор подлежит отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение. В кассационной жалобе потерпевшая Маликова считала приговор несправедливым, вину Помазана и Солнышкина полностью доказанной, утверждала, что не была поставлена в известность о дне рассмотрения уголовного дела, чем суд лишил ее возможности присутствовать при избрании коллегии присяжных заседателей и заявить о необходимости изменения состава этой коллегии, и что она отсутствовала в судебном заседании, когда допрашивались Помазан и свидетели. Допущенными нарушениями были существенно ущемлены ее права как потерпевшей, и потому она просила приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение. В возражениях на кассационные представление и жалобу адвокат в защиту осужденного Солнышкина считала необоснованными доводы государственного обвинителя и потерпевшей и просила оставить приговор без изменения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 4 июля 2004 г. кассационное представление и кассационную жалобу удовлетворила по следующим основаниям. Доводы кассационного представления государственного обвинителя основаны на материалах дела и являются обоснованными. В представлении правильно отмечается, что содержание вопросов для присяжных заседателей не соответствует требованиям ст. 339 УПК РФ. В частности, в связи с тем, что в первом вопросе речь шла о совершении двух деяний, коллегия присяжных заседателей вынуждена была дать на него два ответа. Присяжными заседателями признано доказанным обнаружение трупа с множественными повреждениями, а также факт поджога. На десятый же вопрос, доказано ли совершение поджога Помазаном (при подробном описании события поджога), присяжные заседатели ответили отрицательно. На одиннадцатый вопрос о виновности Помазана в поджоге присяжные заседатели указали: "Без ответа". Отвечая на двенадцатый вопрос о том, заслуживает ли Помазан снисхождения, если на одиннадцатый вопрос дан утвердительный ответ, присяжные заседатели записали: "Да, заслуживает", т. е. признали его виновным в поджоге домовладения потерпевшего, поскольку он заслуживает снисхождения, хотя по содержанию ответов на предыдущие вопросы он в поджоге виновным не признан. Вопреки требованиям ст. 345 УПК РФ председательствующий не указал коллегии присяжных заседателей на неясность и противоречивость вердикта и не предложил им возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист. Таким образом, допущенные нарушения уголовно-процессуального закона повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них. Доводы кассационной жалобы потерпевшей о том, что она не была извещена о дне рассмотрения уголовного дела по обвинению Помазана и Солнышкина в суде, поэтому была лишена возможности присутствовать при избрании коллегии присяжных заседателей и не могла повлиять на их подбор, являются обоснованными. В материалах дела действительно нет сведений о том, что потерпевшая извещена о дне судебного заседания. Имеется справка о том, что в экспедицию суда сданы семь повесток по уголовному делу по обвинению Помазана и Солнышкина и что копия постановления о назначении судебного заседания направлена потерпевшим. Однако из этой справки не усматривается, была ли в их числе повестка на имя потерпевшей, если была, то когда вместе с копией постановления ей направлена и получила ли она ее. Как видно из протокола судебного заседания, оно начато 12 марта 2004 г., потерпевшая Маликова в суд не явилась, причина ее неявки неизвестна. Тем не менее суд продолжил заседание и сформировал коллегию присяжных заседателей. Потерпевшая в судебном заседании отсутствовала и в последующие дни, когда по делу проводилось судебное следствие, допрашивались подсудимый Помазан и ряд свидетелей. В суд потерпевшая явилась только 30 марта 2004 г. Причину ее отсутствия в предшествующих судебных заседаниях председательствующий судья не выяснял, ограничившись разъяснением ей ее прав и формальным вопросом, не имеет ли она возражений по составу коллегии присяжных заседателей. Далее из протокола видно, что председательствующий судья по поставленным в вопросном листе вопросам присяжным заседателям опрашивал мнение подсудимых, их защитников и государственного обвинителя, у потерпевшей Маликовой мнение не выяснял. Таким образом, материалами дела не опровергаются доводы кассационной жалобы потерпевшей Маликовой о том, что допущенными нарушениями уголовно-процессуального закона существенно ущемлены ее права. С учетом изложенного приговор подлежит отмене, а дело - направлению в тот же суд на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства. ____________ Приговор суда присяжных кассационной инстанцией признан законным, постановленным в соответствии с требованиями главы 42 УПК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 сентября 2004 г. N 3-О04-30 (Извлечение) 10. Приговор суда присяжных кассационной инстанцией признан законным, постановленным в соответствии с требованиями главы 42 УПК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 сентября 2004 г. N 3-О04-30 (Извлечение) Судом присяжных Верховного Суда Республики Коми 23 апреля 2004 г. осуждены к лишению свободы: Ковалев по пп. "а", "ж", "к" ч. 2 ст. 105, п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ к двадцати одному году шести месяцам, Рванцов К. и Рванцов В. по пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105, п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ к двадцати четырем годам каждый. Вердиктом присяжных заседателей Ковалев, Рванцов К. и Рванцов В. признаны виновными в убийстве Гатауллина, Задворного и Кукарских В. группой лиц по предварительному сговору, в открытом похищении чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, Ковалев, кроме того, признан виновным в убийстве Кукарских П. с целью сокрытия другого преступления. В кассационных жалобах: осужденный Ковалев просил об отмене приговора в отношении него, указывая на то, что свидетель Байдуганов в судебном заседании, а председательствующий перед удалением присяжных заседателей в совещательную комнату заявили, что он (Ковалев) ранее судим, и это повлияло на вынесение присяжными необоснованного вердикта; кроме того, просил похищение чужого имущества переквалифицировать со ст. 161 УК РФ на ст. 158 УК РФ; осужденный Рванцов К. считал, что судом неправильно применен уголовный закон, в результате чего ему назначено суровое наказание; осужденный Рванцов В. заявил, что судом нарушено его право на защиту, поскольку его защищал некомпетентный адвокат. Адвокат Рванцова В. просил приговор в отношении осужденного отменить, сославшись на то, что по эпизоду убийства Кукарских П. и Кукарских В. обвинительное заключение не соответствует требованиям ч. 1 ст. 220 УПК РФ, поскольку в нем не описаны действия Рванцова В., мотивы им содеянного, не указаны форма вины, наступившие последствия. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 сентября 2004 г. приговор суда с участием присяжных заседателей оставила без изменения, а кассационные жалобы осужденных и адвоката - без удовлетворения, указав следующее. Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствуют требованиям ст.ст. 339, 343 УПК РФ. Доводы, содержащиеся в кассационной жалобе адвоката, о том, что обвинительное заключение по эпизоду убийства Кухарских В. не соответствует требованиям ч. 1 ст. 220 УПК РФ, поскольку в нем не описаны действия его подзащитного, необоснованны. Из текста обвинительного заключения следует, что участие Рванцова В. в убийстве Кухарских В. выразилось в удержании потерпевшей в момент нанесения ей ножевых ранений Ковалевым, Рванцовым К. Данное преступление совершено группой лиц по предварительному сговору с целью сокрытия предыдущих преступных деяний. Доводы осужденного Ковалева в кассационной жалобе о том, что председательствующий сообщил присяжным заседателям о наличии у него судимостей, не соответствуют действительности. Согласно протоколу судебного заседания таких заявлений председательствующий не делал. По данному факту Ковалев не приносил замечания на протокол судебного заседания. Действительно, свидетель Байдуганов в судебном заседании показал, что знал Ковалева и Рванцова К. как лиц, состоявших на учете в органах милиции. Однако, как далее следует из протокола судебного заседания, председательствующий в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона тут же разъяснил присяжным заседателям, что данное заявление свидетеля не должно ими учитываться при принятии решения. Необоснованно утверждение осужденного Рванцова В. в кассационной жалобе о том, что его защиту осуществлял неквалифицированный адвокат. Как следует из материалов уголовного дела, его защищал адвокат, зарегистрированный в реестре адвокатов Республики Коми. Согласно протоколу судебного заседания требования уголовно-процессуального закона им выполнены в полном объеме. Юридическую оценку содеянному Ковалевым, Рванцовым В., Рванцовым К. суд дал в точном соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей. Наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 43, ст.ст. 60, 65 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности Ковалева, Рванцова В. и Рванцова К. Приговор отвечает требованиям уголовно-процессуального закона. ____________ В президиумах Верховных судов республик, краевых и областных судов Суд первой инстанции обоснованно возложил обязанность по выплате ветерану войны задолженности по денежной компенсации за спецавтотранспорт на соответствующие финансовые органы, своевременно не выделившие денежные средства на указанную компенсацию органам 1. Суд первой инстанции обоснованно возложил обязанность по выплате ветерану войны задолженности по денежной компенсации за спецавтотранспорт на соответствующие финансовые органы, своевременно не выделившие денежные средства на указанную компенсацию органам социальной защиты Определение президиума Свердловского областного суда от 16 июня 2004 г. (Извлечение) 9 февраля 2001 г. В. обратилась в суд с иском к Управлению социальной защиты населения (УСЗН) Тугулымского района Свердловской области о взыскании денежной компенсации за спецавтотранспорт. Она указала, что ее муж П. - участник Великой Отечественной войны отказался от получения спецавтотранспорта, заключив с УСЗН договор на получение денежной компенсации. В течение 1995-1996 гг. выплата компенсации осуществлялась, а с 1997 года была прекращена в связи с отсутствием денежных средств. 22 сентября 2000 г. ее муж умер. На момент смерти задолженность по выплате компенсации составила 15 177 руб. Ответчик возражал против иска, ссылаясь на непоступление денежных средств на выплату компенсации. Судом к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Министерство финансов Российской Федерации и Министерство финансов Свердловской области. Решением Тугулымского районного суда Свердловской области от 3 мая 2001 г. иск В. удовлетворен: с Минфина Свердловской области за счет казны субъекта Российской Федерации взыскана задолженность по денежной компенсации за спецавтотранспорт за 1997-1998 гг. в сумме 6208 рублей, а с Минфина России за счет казны Российской Федерации - задолженность за 1999-2000 гг. в сумме 8965 руб. 50 коп.; УСЗН Тугулымского района от ответственности освобождено. В кассационном порядке дело не рассматривалось. Определением судьи областного суда от 24 июня 2003 г. и письмом председателя областного суда от 22 октября 2003 г. в истребовании дела отказано. В надзорной жалобе представитель Минфина России просил судебные постановления отменить, ссылаясь на существенные нарушения норм материального права, выразившиеся, по его мнению, в следующем. Исковые требования В. о взыскании денежной компенсации на транспортное обслуживание заявлены на основании ст. 14 Федерального закона от 12 января 1995 г. N 5-ФЗ "О ветеранах", устанавливающей выплату инвалидам войны по их желанию денежной компенсации вместо получения транспортного средства, а также на основании договора от 22 мая 1995 г., заключенного между инвалидом Великой Отечественной войны П. и УСЗН Тугулымского района сроком на семь лет, предусматривающего выплату компенсации в случае смерти получателя членам семьи умершего, совместно с ним проживающим по день смерти. В соответствии с Порядком назначения и выплаты отдельным категориям инвалидов из числа ветеранов денежных компенсаций расходов на бензин или другие виды топлива, ремонт, техническое обслуживание транспортных средств и на запасные части к ним, а также на транспортное обслуживание (утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 10 июля 1995 г. N 701; в редакции от 14 ноября 1999 г.) обязанность по выплате инвалидам денежной компенсации на транспортное обслуживание в пределах выделенных из федерального бюджета средств возложена на органы социальной защиты населения субъектов Российской Федерации. Истребовать данные средства из федерального бюджета вправе только органы социальной защиты населения. Таким образом, по мнению Минфина России, между ним и получателем данной денежной компенсации отсутствуют какие-либо правоотношения, порождающие обязательства Минфина России в отношении истца, поэтому нет и правовых оснований для взыскания с Минфина России в пользу В. денежной компенсации за транспортное обслуживание. То обстоятельство, что Минфином России не выделялись денежные средства на выплату компенсации на транспортное обслуживание, не дает истцу права требовать выплаты компенсаций с Минфина России, а является основанием для обращения органов социального обеспечения населения к Минфину России с требованием о компенсации в размере недофинансирования. Определением судьи Верховного Суда РФ дело истребовано из Тугулымского районного суда и определением того же судьи от 29 апреля 2004 г. направлено для рассмотрения по существу в президиум Свердловского областного суда. Президиум Свердловского областного суда 16 июня 2004 г. решение суда оставил без изменения, а надзорную жалобу представителя Минфина России - без удовлетворения по следующим основаниям. Статьей 14 Федерального закона "О ветеранах" инвалидам войны, имеющим медицинские показания на бесплатное получение транспортного средства, по их желанию вместо получения транспортного средства предусмотрена выплата ежегодной денежной компенсации расходов на транспортное обслуживание в порядке и размерах, определяемых Правительством Российской Федерации. Во исполнение данного Закона Правительством Российской Федерации 10 июля 1995 г. принято постановление, которым утвержден Порядок назначения и выплаты отдельным категориям инвалидов из числа ветеранов денежных компенсаций расходов на бензин или другие виды топлива, ремонт, техническое обслуживание транспортных средств и на запасные части к ним, а также на транспортное обслуживание. В соответствии с названным постановлением финансирование затрат на эти цели производилось за счет средств субъекта Российской Федерации. Согласно ст. 10 Федерального закона "О ветеранах" (в ред. Федерального закона от 18 ноября 1998 г., вступившего в действие с 1 января 1999 г. и действовавшего при рассмотрении спора судом) расходы на транспортное обслуживание инвалидов производятся за счет средств федерального бюджета. Во исполнение этого Закона Правительством Российской Федерации 14 ноября 1999 г. принято постановление "О порядке финансирования расходов, связанных с обеспечением отдельных категорий инвалидов из числа ветеранов бесплатными путевками на санаторно-курортное лечение, транспортными средствами, с выплатой им денежной компенсации расходов на транспортное обслуживание вместо получения транспортного средства, а также расходов на изготовление и ремонт протезно-ортопедических изделий для инвалидов", в соответствии с которым финансирование расходов на указанные цели производится за счет средств федерального бюджета. Как видно из материалов дела, на момент смерти П. - участника Великой Отечественной войны, имевшего право на основании Федерального закона "О ветеранах" на получение денежной компенсации на транспортное обслуживание, задолженность по выплате компенсации составила сумму, указанную истцом. Размер задолженности и право В. на ее погашение сторонами не оспаривалось. Судом установлено, что Управлению социальной защиты населения Тугулымского района, несмотря на поданные заявки, денежные средства на выплату компенсаций не направляли за период с 1997 по 2000 год. Данное обстоятельство не отрицалось представителями Минфина Свердловской области и Минфина России. Таким образом, ответственность по выплате задолженности по денежной компенсации правильно возложена судом на Минфин Свердловской области и Минфин России, не исполнивших обязательства, возложенные на них законом. Выводы суда закону не противоречат, соответствуют установленным по делу обстоятельствам. Ссылка представителя Минфина России в надзорной жалобе на то, что Минфин России не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку обязанность по выплате компенсации за спецавтотранспорт возложена на органы социальной защиты населения и только они вправе истребовать эти средства из федерального бюджета, не может служить основанием для отмены решения суда. Судом при рассмотрении дела установлено неисполнение обязанности по выделению денежных средств государством (с 1999 года) и субъектом Российской Федерации (до 1999 года) на выплату денежной компенсации В. Доводы жалобы о возможности обращения органов социального обеспечения населения к Минфину России с требованием о компенсации в размере недофинансирования не относятся к данному делу, поскольку указанные в жалобе правоотношения регулируются нормами Бюджетного кодекса Российской Федерации, а отношения, возникшие между сторонами по делу - нормами Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах. Кроме того, в надзорной жалобе заявитель, оспаривая решение суда в полном объеме, сослался только на незаконность выводов суда о возложении обязанности по выплате компенсации на Минфин России за счет казны Российской Федерации. В надзорной жалобе нет указания на незаконность решения суда в части взыскания денежной компенсации с Минфина Свердловской области за счет казны Свердловской области. Президиум принимает во внимание и то обстоятельство, что решение суда от 3 мая 2001 г. о взыскании с Министерства финансов Свердловской области 6208 руб. исполнено. ____________ Стоимость средств, приобретенных нотариусом и необходимых ему для осуществления деятельности (например, компьютер, сейф), при налогообложении полностью включается в состав расходов нотариуса Определение президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 4 2. Стоимость средств, приобретенных нотариусом и необходимых ему для осуществления деятельности (например, компьютер, сейф), при налогообложении полностью включается в состав расходов нотариуса Определение президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 4 августа 2004 г. (Извлечение) Нотариус нотариального округа г. Казани П. обратилась в суд, оспаривая действия инспекции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам по Вахитовскому району г. Казани, которой по итогам проверки ее деятельности за 1998-2000 гг. она была привлечена к налоговой ответственности за неполное внесение в 1999 и 2000 гг. налоговых платежей в результате занижения налогооблагаемой базы. Заявитель просила признать это решение инспекции незаконным, обязать включить в состав расходов суммы, выплаченные на приобретение компьютера, сейфа, шредера и другой техники, необходимых для осуществления нотариальной деятельности, а также произвести перерасчет подоходного налога. Решением Приволжского районного суда г. Казани от 23 мая 2002 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 4 июля 2002 г.) в удовлетворении жалобы отказано. Определением судьи Верховного Суда Республики Татарстан от 14 мая 2003 г., а также исполняющим обязанности Председателя Верховного Суда Республики Татарстан в истребовании дела отказано. В повторной надзорной жалобе, поданной в Верховный Суд РФ, П. просила об отмене судебных постановлений. Определением судьи Верховного Суда РФ от 28 июня 2004 г. дело с надзорной жалобой П. передано в президиум Верховного Суда Республики Татарстан. Президиум Верховного Суда Республики Татарстан 4 августа 2004 г. надзорную жалобу удовлетворил по следующим основаниям. Как видно из материалов дела, в период с 11 сентября по 9 ноября 2001 г. инспекцией Министерства Российской Федерации по налогам и сборам по Вахитовскому району г. Казани проводилась проверка деятельности нотариуса П., занимающейся частной практикой, в период за 1998-2000 гг. по вопросам соблюдения налогового законодательства. Согласно акту N 3 от 8 января 2002 г., составленному по итогам проверки, за 1999 год П. не доплатила подоходный налог в размере 11 315 руб., а за 2000 год - 1752 руб. Занижение налогооблагаемой базы произошло по причине неправильного применения норм амортизации основных средств, а именно, ускоренной амортизации. Решением инспекции от 29 января 2002 г. П. была привлечена к налоговой ответственности, и ей предложено доплатить подоходный налог, пени и штраф. Отказывая в удовлетворении жалобы П., судебные инстанции указали, что в судебном заседании заявитель не смогла обосновать, каким образом затраты на приобретение компьютера, шредера и сейфа связаны с извлечением дохода и почему они должны быть включены в состав ее расходов без применения любого метода амортизации с учетом того, что нотариальная деятельность не является предпринимательством. При этом была сделана ссылка на положения Закона Российской Федерации "О подоходном налоге с физических лиц", Федерального закона "О государственной поддержке малого предпринимательства в Российской Федерации" и на Основы законодательства Российской Федерации о нотариате. С таким выводом согласиться нельзя. Налогообложение нотариусов, занимающихся частной практикой, осуществлялось в соответствии со ст. 12 Закона Российской Федерации от 7 декабря 1991 г. N 1998-I "О подоходном налоге с физических лиц" (в ред. от 2 января 2000 г.), согласно которой при исчислении налога с доходов физических лиц, полученных от продажи имущества, принадлежащего им на праве собственности, могут быть учтены документально подтвержденные расходы, связанные с созданием, приобретением и реализацией указанного имущества. Как следует из смысла данной нормы, нотариус, занимающийся частной практикой, уплачивает подоходный налог как физическое лицо, не занимающееся предпринимательской деятельностью, и ведет учет по упрощенной форме. Следовательно, учитывая, что нотариус не занимается предпринимательской деятельностью, требования нормативных актов в части принятия к учету затрат на приобретение основных средств в неполном объеме и списания их стоимости по механизму амортизации на физическое лицо не распространяется. Таким образом, при налогообложении частных нотариусов в состав расходов включается полная стоимость приобретенных средств, необходимых нотариусу для осуществления его профессиональной деятельности, а потому решение руководителя инспекции Министерства по налогам и сборам Российской Федерации по Вахитовскому району г. Казани от 29 января 2002 г. о привлечении нотариуса П., занимающегося частной практикой, к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения нельзя признать правильным. Судебные инстанции допустили существенное нарушение норм материального и процессуального права, в силу ст. 387 ГПК РФ это является основанием для отмены судебных постановлений. При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить обстоятельства, имеющие значение для рассматриваемого вопроса, а именно перечень имущества, приобретенного П. в указанный выше период и необходимого для осуществления своей деятельности как нотариуса, осуществляющего частную практику, определить норму закона, подлежащую применению, в полном объеме оценить доводы сторон и в зависимости от установленных данных разрешить спор по существу. Президиум Верховного Суда Республики Татарстан решение Приволжского районного суда г. Казани от 23 мая 2002 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 4 июля 2002 г. отменил. ____________ Согласно ч. 1 ст. 125 УПК РФ в суд обжалуются не только решения и действия (бездействие), способные причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, но и те, которые могут затруднить доступ граждан к правосудию П 3. Согласно ч. 1 ст. 125 УПК РФ в суд обжалуются не только решения и действия (бездействие), способные причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, но и те, которые могут затруднить доступ граждан к правосудию Постановление президиума Владимирского областного суда от 19 апреля 2004 г. (Извлечение) 18 июля 1999 г. Пономаренко был привлечен к административной 2 ответственности ОВД г. Вязники Владимирской области по ст. 160 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях (изготовление или хранение без цели сбыта крепких спиртных напитков домашней выработки) и подвергнут административному взысканию в виде штрафа в размере 150 руб. 21 июня 2000 г. Вязниковский городской суд отказал Пономаренко в удовлетворении исковых требований о взыскании с Вязниковского ОВД и Ковалева (сотрудника ОВД г. Вязники) морального и материального ущерба, а 17 декабря 2001 г. - в удовлетворении жалобы на незаконное наложение административного взыскания. Последнее решение Пономаренко не обжаловал, и оно вступило в законную силу. Вязниковская межрайонная прокуратура, рассмотрев заявление Пономаренко о привлечении к уголовной ответственности по ст.ст. 285, 286, 294, 300, 302 и 303 УК РФ должностных лиц Вязниковского ОВД, отказала в возбуждении уголовных дел. 25 октября 2002 г. Пономаренко обратился с заявлением в Генеральную прокуратуру РФ о привлечении к уголовной ответственности ряда граждан, а также сотрудников ОВД г. Вязники и Вязниковской межрайонной прокуратуры. Прокуратурой дан ответ с отказом о привлечении к уголовной ответственности перечисленных в жалобе лиц за подписью заместителя прокурора Владимирской области. Эти действия прокуратуры Владимирской области обжалованы Пономаренко в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ. Ленинский районный суд г. Владимира постановлением от 27 марта 2003 г. прекратил производство по жалобе Пономаренко. В кассационном порядке дело не рассматривалось. В надзорной жалобе Пономаренко просил об отмене данного постановления, считая, что суд незаконно отказал в рассмотрении его жалобы по существу и к тому же - в его отсутствие. Президиум Владимирского областного суда 19 апреля 2004 г. постановление Ленинского районного суда г. Владимира от 27 марта 2003 г. отменил, жалобу передал на новое рассмотрение в тот же суд, указав следующее. Жалоба Пономаренко была подана в суд в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ. В соответствии с ч. 5 ст. 125 УПК РФ по результатам рассмотрения жалобы судья может вынести только одно из нижеследующих постановлений: 1) о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение; 2) об оставлении жалобы без удовлетворения. Суд же, ссылаясь на ч. 1 ст. 125 УПК РФ, прекратил производство по жалобе, т. е. принял решение, не предусмотренное законом. Кроме того, нельзя согласиться с выводами суда о том, что, не являясь участником уголовного судопроизводства, Пономаренко не мог обжаловать действия работников прокуратуры Владимирской области. Согласно ч. 1 ст. 125 УПК РФ в суд могут быть обжалованы не только действия (бездействие) и решения, способные причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, но и такие, которые затрудняют доступ граждан к правосудию. В соответствии со ст. 123 УПК РФ круг лиц, имеющих право на подачу жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ, не ограничен лишь участниками уголовного судопроизводства, поэтому жалоба Пономаренко должна быть рассмотрена по существу. ____________ Доказательства по делу о нарушении правил дорожного движения (протокол осмотра места происшествия, схема ДТП), установленные с нарушением уголовно-процессуального закона, повлекли отмену приговора Постановление президиума суда Ямало-Ненецкого автономного 4. Доказательства по делу о нарушении правил дорожного движения (протокол осмотра места происшествия, схема ДТП), установленные с нарушением уголовно-процессуального закона, повлекли отмену приговора Постановление президиума суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 1 апреля 2004 г. (Извлечение) По приговору районного суда г. Муравленко Ямало-Ненецкого автономного округа от 26 апреля 2002 г. Кривошеин осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ; на основании п. 6 постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 18 июня 1999 г. "Об объявлении амнистии" он от наказания освобожден. Кривошеин признан виновным в том, что 30 апреля 1999 г. около 18 час, управляя автомобилем ВАЗ-2110 по трассе Ноябрьск - Пурпе, в нарушение пп. 1.4, 1.5, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения, не оценив дорожную обстановку, не убедившись в безопасности движения, не избрав скорость, безопасную для движения, допустил столкновение с автомобилем марки "Мицубиси-Паджеро", управляемым Шароха А. В результате дорожно-транспортного происшествия (ДТП) пассажиру автомобиля "Мицубиси-Паджеро" Шароха Л. были причинены телесные повреждения: закрытый перелом левой лопатки, закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, ссадины и кровоподтеки на лице, в области правого плечевого сустава, правой и левой голени, повлекшие за собой длительное расстройство здоровья; они расцениваются как вред здоровью средней тяжести. Определением судебной коллегии по уголовным делам Ямало-Ненецкого автономного округа от 1 июля 2002 г. приговор в отношении Кривошеина отменен и дело прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением срока давности уголовного преследования. В надзорной жалобе адвокат в защиту интересов Кривошеина просил об отмене судебных решений и прекращении производства по делу за недоказанностью вины осужденного. Постановлением судьи Верховного Суда РФ от 9 февраля 2004 г. по жалобе адвоката возбуждено надзорное производство о пересмотре решений и передаче надзорной жалобы на рассмотрение президиума суда Ямало-Ненецкого автономного округа. Президиум суда Ямало-Ненецкого автономного округа 1 апреля 2004 г. надзорную жалобу адвоката удовлетворил, приговор и кассационное определение отменил, а дело направил в районный суд г. Муравленко на новое рассмотрение, указав следующее. Действия Кривошеина квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ. В судебном заседании он вину не признал. По словам Кривошеина, он ехал по своей стороне дороги. Погодные условия были плохие. "Фура" шла ему навстречу, как только он проехал мимо нее, произошел удар. Дальнейшее он не помнит. Дверь машины заклинило, и чтобы его вытащить из салона, ее открывали техническими средствами, машину двигали, зацепив тросом. Затем его доставили в больницу. При осмотре места происшествия он не присутствовал, со схемой ДТП не согласен. В результате аварии ему причинены телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью. В надзорной жалобе адвокат сослался на то, что вина Кривошеина в нарушении правил дорожного движения не доказана. Протокол осмотра места происшествия, схема ДТП, протоколы осмотра транспортных средств не могут являться доказательствами по делу, так как составлены с нарушением норм уголовно-процессуального закона, без участия понятых. В протоколе осмотра места происшествия неверно указана ширина проезжей части дороги в месте столкновения. Схема ДТП не отражает фактических обстоятельств дела. Поэтому автотехническая экспертиза, фототаблица и показания заинтересованных в исходе дела потерпевшего (Шароха Л.) и свидетеля (Шароха А.) также не могут считаться доказательствами вины Кривошеина. Доводы адвоката, изложенные в надзорной жалобе, являются обоснованными. Как видно из имеющихся в деле и исследованных в судебном заседании доказательств, непосредственных очевидцев, кроме водителей, находившихся в автомашинах, ставших участниками ДТП, и пассажиров в автомашине "Мицубиси-Паджеро", не установлено. При таких обстоятельствах одним из доказательств должны были стать первичные следственные действия, т. е. осмотр места происшествия, который работники ГАИ обязаны были провести в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, тем более что один из участников ДТП - Кривошеин не мог по состоянию здоровья присутствовать при данном следственном действии. В соответствии со ст. 135 УПК РСФСР, действовавшей на момент проведения следственных действий, при производстве осмотра вызываются понятые. Они обязаны удостоверить факт, содержание и результаты действий, при производстве которых они присутствовали. Перед началом следственного действия с участием понятых следователь разъясняет им права и обязанности. Как установлено судом и указано в приговоре, понятые непосредственно в проведении следственного действия не участвовали, а лишь подписали документы, поверхностно осмотрев место происшествия. Согласно схеме место столкновения находится в 55 см от осевой линии на полосе движения автомашины "Мицубиси-Паджеро", при этом осколки стекла, пластмассы разбросаны в радиусе 6 м. Из схемы и протокола осмотра места происшествия не усматривается, по каким конкретно параметрам было установлено место происшествия. Как следует из протокола осмотра места происшествия, на расстоянии 703 м от километрового столба и 1 м от предполагаемой разделительной линии обнаружено место столкновения. Однако из схемы к протоколу осмотра места происшествия видно, что расстояние от километрового столба до места столкновения составляет менее 703 м. Причины указанных противоречий судом не выяснены и не установлено, каким образом производились замеры. Учитывая, что без проверки в судебном заседании изложенных обстоятельств надзорная инстанция не может принять окончательное решение, дело подлежит направлению на новое судебное разбирательство. ______________ О некоторых вопросах судебной практики по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем О некоторых вопросах судебной практики по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О НЕЗАКОННОМ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВЕ И ЛЕГАЛИЗАЦИИ (ОТМЫВАНИИ) ДЕНЕЖНЫХ СРЕДСТВ ИЛИ ИНОГО ИМУЩЕСТВА, ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ Реформирование экономики России сопровождается криминализацией, создающей серьезную угрозу безопасности государства. Попадание больших сумм преступных денег в легальную экономику страны ведет к целому ряду отрицательных последствий на макроэкономическом уровне, как, например, повышение финансовых рисков, в первую очередь в банковском секторе, отрицательные последствия в плане сбора налогов и распределения государственных расходов по причине неверной отчетности о доходах и благосостоянии, отток капитала из страны. Если криминальные капиталы не изымать у преступников, то благодаря высоким доходам, получаемым от преступной деятельности, им удастся взять под свой контроль не только отдельные предприятия, но и целые отрасли. Общественная опасность незаконного предпринимательства и легализации преступно приобретенных денежных средств и другого имущества состоит в возникновении неконтролируемого "серого" или "теневого" сектора экономики, приносящего ущерб финансовым интересам государства, нарушающего правила конкуренции на рынке, способствующего распространению поддельных товаров, некачественных услуг, обмана потребителей и контрагентов. Насколько эффективно будет "работать" уголовное законодательство, настолько результативными будут усилия государства по пресечению незаконного предпринимательства и легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем. Одними из мер противодействия проявлениям криминальной активности в сфере хозяйствования являются уголовно-правовые средства, применение которых существенно затруднено из-за отсутствия разъяснений по вопросам, возникающим в практике рассмотрения судами дел о незаконном предпринимательстве и легализации преступно приобретенного имущества, в связи с необходимостью при установлении признаков этих преступлений учитывать законодательство в области гражданского, банковского, налогового и иных отраслей права, нормы которых составляют неотъемлемую часть уголовно-правового законодательства. В принятом 18 ноября 2004 г. постановлении Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем" даны разъяснения о применении норм закона по делам указанной категории, направленных на устранение имеющихся ошибок при правовой оценке содеянного лицами, виновными в совершении преступлений, предусмотренных 1 ст.ст. 171, 174 и 174 УК РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 34 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя (ч. 1 ст. 23 ГК РФ); глава крестьянского (фермерского) хозяйства - с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства (ч. 2 ст. 23 ГК РФ). Обязательной государственной регистрации подлежит и юридическое лицо (ст. 51 ГК РФ). Как отметил Пленум Верховного Суда РФ, при решении вопроса о наличии в действиях лица состава преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, судам следует выяснять, соответствуют ли эти действия указанным в п. 1 ст. 2 ГК РФ признакам предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, которая осуществляется самостоятельно на свой риск лицом, зарегистрированным в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя. При этом суды должны руководствоваться принципом системности законодательства, означающего, в частности, что уголовное право не создает собственного, отличного от гражданско-правового, понятия предпринимательской деятельности. До настоящего времени суды по-разному квалифицировали действия лиц, получивших крупный доход от заключения одной единственной сделки, в силу отсутствия единства в том, что следует понимать под предпринимательской деятельностью и какая правовая грань разделяет законную деятельность и незаконную. Например. Курганским городским судом 17 мая 2002 г. Кузьминов оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 2 ст. 171 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления. Он обвинялся в том, что, заключив договор займа с Галагановой, передал ей 100 тыс. рублей сроком на 1 год на условиях выплаты ежемесячно 10% от переданной суммы с условием продления срока свыше определенного договором с повышением размера ежемесячных выплат до 15%. За использование предоставленных по договору займа денежных средств Кузьминов регулярно в течение восьми месяцев получал от Галагановой выплаты. После обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства с Галагановой было взыскано еще 245 394 руб. в счет основного долга и в качестве процентов. Органы предварительного следствия, предъявив Кузьминову обвинение в осуществлении предпринимательской деятельности без регистрации, сопряженной с извлечением дохода в особо крупном размере, исходили из того, что он в нарушение установленного законом порядка не зарегистрировался в качестве предпринимателя и осуществлял предпринимательскую деятельность, направленную на систематическое получение прибыли, - процентных выплат по договору займа. Суд мотивировал оправдание Кузьминова тем, что заключенный им один договор займа представляет собой однократное действие, а регулярность выплат процентов за пользование денежными средствами по условиям договора является порядком исполнения обязательств по договору, а не совокупностью систематических действий, направленных на извлечение прибыли в результате возмездного удовлетворения потребностей третьих лиц. Напротив, Заинским городским судом Республики Татарстан Улусян был осужден по п. "б" ч. 2 ст. 171 УК РФ за следующее. В период с января по октябрь 1999 г. он осуществлял строительно-монтажные работы в качестве подрядчика коллективного предприятия, не имея при этом соответствующей лицензии и не зарегистрировавшись в качестве предпринимателя. По договору о выполнении ремонтно-строительных работ за данный период времени осужденный выполнил следующие работы: ремонт автогаража, строительство летнего лагеря и капитальный ремонт коровника. В результате указанной противозаконной деятельности он извлек доход в особо крупном размере. Суд в этом случае исходил из того, что виновный в течение длительного времени получал доходы, которые в суммарном выражении составили особо крупный размер. Данное Пленумом Верховного Суда РФ определение того, какая предпринимательская деятельность является законной, позволит судам избегать ошибок при квалификации действий виновных по ст. 171 УК РФ и исключать случаи незаконного осуждения лица за действия, которые "укладываются" в нормы гражданского законодательства. В частности, п. 2 постановления содержит формулировку, направленную на предотвращение возможных судебных ошибок в тех случаях, когда гражданин, руководствующийся нормами Гражданского кодекса Российской Федерации при сдаче в аренду своей квартиры, не будет привлекаться к уголовной ответственности за незаконную предпринимательскую деятельность. Третий пункт постановления посвящен раскрытию объективной стороны незаконного предпринимательства. Пленум дал подробные разъяснения, что следует понимать под осуществлением предпринимательской деятельности без регистрации либо под нарушением правил регистрации и что следует понимать под представлением документов, содержащих заведомо ложную информацию, которая повлекла за собой необоснованную регистрацию субъекта предпринимательской деятельности. Важным является разъяснение о том, что предпринимательская деятельность может осуществляться только на основании специального разрешения (лицензии). Право на такую деятельность возникает с момента получения разрешения. Это разъяснение соответствует содержанию Федерального закона "О лицензировании отдельных видов деятельности". Будет уместным привести статистические данные о судимости по упомянутой категории дел за последние несколько лет. За незаконное предпринимательство в 2001 году было осуждено 1758 человек, в 2002 году - 1293 человека. Как видим, уже тогда наметилась тенденция к сокращению числа лиц, совершивших названное преступление, а в 2003 году их число резко пошло вниз и составило 532 человека. Таким образом, по сравнению с 2001 годом число осужденных за незаконное предпринимательство сократилось более чем в три раза. Следует отметить, что в 2003 году судами по ст. 171 УК РФ оправдано 39 человек. В отношении 234 лиц дела были прекращены производством, из них за отсутствием состава преступления - в отношении 28 человек, по амнистии - 27 человек. В 2003 году к лишению свободы от числа всех осужденных за незаконное предпринимательство осуждено 5% виновных, каждому пятому был назначен штраф. Условно осужден каждый третий. За 6 месяцев 2004 года по ст. 171 УК РФ осуждено 111 человек, из них 16 - по совокупности с другими преступлениями. В практической деятельности судов возникло немало вопросов о критериях различия составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 235 и 171 УК РФ, когда лицо занимается частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью. Пленум Верховного Суда РФ уточнил в пункте пятом постановления, что квалификация действий лица, занимающегося названными видами деятельности, по ст. 171 УК РФ (разумеется, при наличии к тому оснований) возможна лишь тогда, когда отсутствуют последствия, указанные в диспозициях чч. 1 или 2 ст. 235 УК РФ. Пункт шестой постановления Пленума обращает внимание судов на то, что, если юридическое лицо, имеющее специальную правоспособность для осуществления лишь определенных видов деятельности (например, банковской, страховой, аудиторской), занимается также иными видами деятельности, которыми оно в соответствии с учредительными документами и имеющейся лицензией заниматься не вправе, такие действия, сопряженные с неправомерным осуществлением иных видов деятельности, должны рассматриваться как незаконная предпринимательская деятельность без регистрации либо незаконная предпринимательская деятельность без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно. Пункт седьмой постановления Пленума содержит информацию, кто может выступать в качестве лицензирующих органов. Это федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, а также в отдельных случаях органы местного самоуправления. Как показывает практика, нередки факты, когда субъект Российской Федерации принимает нормативные документы по вопросам лицензирования, противоречащие федеральному законодательству. Нарушение установленных такими документами требований не может рассматриваться как признак незаконного предпринимательства. К сожалению, порой к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ необоснованно привлекались предприниматели за то, что они не выполняли требований нормативных актов субъектов Российской Федерации. Поэтому в восьмой пункт постановления включено разъяснение о том, что в тех случаях, когда субъект Российской Федерации принял нормативный правовой акт по вопросам, вытекающим из отношений, связанных с лицензированием отдельных видов деятельности, в нарушение своей компетенции либо с нарушением федерального закона, или когда такое правовое регулирование относится к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, применяется федеральный закон. Данное разъяснение соответствует ст. 76 Конституции Российской Федерации и позволит избежать вынесения судами необоснованных обвинительных приговоров. Положения пункта девятого постановления при обсуждении вызвали оживленную дискуссию. Так, высказывалось мнение, что, если федеральным законодательством разрешено заниматься предпринимательской деятельностью только при наличии специального разрешения (лицензии), а порядок и условия этой деятельности не были установлены, лицо, осуществляющее такой вид деятельности в отсутствие специального разрешения (лицензии) и получившее доход в крупном (особо крупном) размере или причинившее крупный ущерб гражданам, организациям или государству, не подлежит ответственности по ст. 171 УК РФ. Другие же, не согласные с этой точкой зрения, ссылались на то, что к лицензируемым видам деятельности относятся виды деятельности, осуществление которых может повлечь за собой нанесение ущерба правам, законным интересам, здоровью граждан, обороне и безопасности государства, культурному наследию народов Российской Федерации и регулирование которых не может осуществляться иными методами, кроме как лицензированием (ст. 4 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности"). Сторонники второй позиции отметили, что отсутствие регламентации порядка и условий получения лицензии не может служить основанием для освобождения от уголовной ответственности, поскольку это противоречит смыслу ряда конституционных норм. Такая позиция полностью согласуется с разъяснением, изложенным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ. Поскольку у судей возникали вопросы, связанные с кругом субъектов незаконного предпринимательства, то, исходя из положений ст.ст. 23, 48, 49, 51, 53 ГК РФ, в десятом пункте постановления дано соответствующее разъяснение. Субъектом указанного преступления могут быть как лица, имеющие статус индивидуального предпринимателя, так и иные лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без регистрации. Это разъяснение соответствует диспозиции ст. 171 УК РФ, так как закон не ограничивает круг лиц, которые могут быть субъектом данного преступления. Что касается организаций, занимающихся незаконной предпринимательской деятельностью, то ответственности по ст. 171 УК РФ подлежат физические лица, на которых в силу служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией. Имеет большое практическое значение разъяснение, сформулированное в одиннадцатом пункте постановления. У судов не было ясности, имеются ли основания для привлечения к уголовной ответственности лиц, находящихся в трудовых отношениях с организацией либо индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения либо с нарушением требований и условий лицензирования и т. п. Пленум разъяснил, что поскольку наемные работники выполняют обязанности, вытекающие из трудового договора, то оснований для привлечения их к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ не имеется. Одно из самых дискуссионных положений постановления Пленума содержится в пункте двенадцатом постановления. На протяжении длительного времени оно порождало споры среди юристов. С момента вступления в силу Уголовного кодекса Российской Федерации 1996 года судебная практика склонялась к пониманию дохода, упоминаемого в ст. 171 УК РФ, как общей суммы выручки, полученной в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, за вычетом расходов, которые предприниматель понес в ходе этой деятельности. Так, Президиум Верховного Суда РФ, рассматривая 25 ноября 1998 г. дело Кондратьевой, пришел к выводу о том, что доход, о котором говорится в ст. 171 УК РФ, составляет фактически по своему объему прибыль, полученную от незаконной предпринимательской деятельности, за вычетом расходов, связанных с ее осуществлением (Бюллетень Верховного Суда РФ, 2000 г., N 7). Однако с такой позицией, как было видно из отзывов, поступивших из судов, не все согласны. Об этом, например, сообщили Курганский областной суд, Московский городской суд и другие областные и равные им суды. Ряд судей Воронежского областного суда высказывали мнение об ином понятии дохода, чем сложившееся в судебной практике, мотивируя это тем, что ранее упомянутый вариант исчисления доходов сопряжен с уходом от ответственности лиц, недобросовестно ведущих финансовую документацию и заявляющих, что полученная выручка идет только на покрытие расходов. Большинство участников дискуссии сочли, что при определении понятия "доход", указанного в ст. 171 УК РФ, следует руководствоваться ст.ст. 247 и 249 Налогового кодекса Российской Федерации. Исходя из этого под доходом необходимо понимать всю выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов. Многие суды задавали вопрос, из какой суммы следует исходить в случае совершения незаконного предпринимательства организованной группой. Принято решение такой суммой считать общую сумму дохода, извлеченного всеми ее участниками. В том случае, когда незаконная предпринимательская деятельность, осуществленная организованной группой лиц, была сопряжена с извлечением дохода в особо крупном размере, действия этих лиц подлежат квалификации по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 171 УК РФ с приведением в описательно-мотивировочной части приговора мотивов принятого решения. Пленум Верховного Суда РФ также дал разъяснения о том, что содеянное следует квалифицировать по совокупности совершенных преступлений в тех случаях, когда лицо, занимающееся незаконной предпринимательской деятельностью, незаконно использует товарный знак (ст. 180 УК РФ); осуществляет производство, приобретение, хранение, перевозку или сбыт немаркированных товаров или продукции 1 (ст. 171 УК РФ); осуществляет такие действия либо оказывает услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей (ст. 238 УК РФ) или если незаконная предпринимательская деятельность сопряжена с несанкционированным изготовлением, сбытом или использованием, а равно подделкой государственного пробирного клейма (ст. 181 УК РФ). Еще один дискуссионный вопрос, затронутый на Пленуме Верховного Суда РФ, касался возможности привлечения к уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов с доходов, полученных в результате незаконного предпринимательства. По этому вопросу высказывались две точки зрения. Пленум решил данную проблему разъяснением, что дополнительной квалификации по ст.ст. 198 или 199 УК РФ за уклонение от уплаты налогов с доходов, полученных в результате незаконной предпринимательской деятельности, не требуется. Этим разъяснением, изложенным в п. 16 постановления, подчеркивалось, что если незаконное предпринимательство одновременно квалифицировать и как налоговое преступление, удваивается ответственность лица, совершившего одно деяние. Как представляется, совокупность ст. 171 УК РФ и ст.ст. 198 и 199 УК РФ исключается еще и потому, что, во-первых, весь доход, полученный в результате преступной деятельности, подлежит обращению в пользу государства, в связи с чем взыскать с этого дохода налог нельзя, и, во-вторых, соглашаясь на обложение налогом дохода, полученного в результате преступления, государство как бы легализует само преступление. Разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, содержащееся в п. 17 постановления, касалось конкретного случая, встречающегося в судебной практике. Судьи спрашивают, есть ли состав преступления, когда из перечня видов деятельности, осуществление которых разрешено только на основании лицензии, исключен соответствующий вид деятельности? Пленум дал отрицательный ответ исходя из того, что диспозиция ст. 171 УК РФ является описательно-бланкетной, содержание данной уголовно-правовой нормы определяется, в том числе, и законодательством о лицензировании. Поэтому изменение указанного законодательства может влечь и изменение пределов действия уголовного закона, т. е. фактически декриминализировать деяние. Если незаконное предпринимательство выражается в деятельности, запрещенной уголовным законом (например, в незаконном сбыте наркотических средств), то виновные лица привлекаются к ответственности по специальным составам Уголовного кодекса Российской Федерации и дополнительно квалифицировать их действия по ст. 171 УК РФ не требуется (п. 18 постановления). Последующие пункты постановления Пленума Верховного Суда РФ посвящены вопросам квалификации действий лиц, занимающихся "отмыванием" денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем. Привлечение виновных к уголовной ответственности за "отмывание" "грязных" денег подрывает финансовую основу организованной преступности и терроризма. По этому пути идут многие страны, прежде всего - участники Конвенции Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности (Страсбург, 8 ноября 1990 г.) и Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности (Палермо, 15 ноября 2000 г.). Здесь следует отметить, что несмотря на прямое предписание Конвенции Совета Европы 1990 года в российском законодательстве не предусмотрена ответственность за "утаивание или сокрытие действительной природы, происхождения, местонахождения" и т. д. преступно нажитого имущества, несмотря на то, что указанная Конвенция прямо предусматривает, что все страны-участники должны криминализировать в том числе и этот способ совершения отмывания. Как известно, с 7 августа 2001 г. Федеральным законом N 121-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных 1 преступным путем" введена в действие ст. 174 УК РФ, влекущая ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления. То есть был установлен специальный субъект этого преступления. Данные судебной статистики свидетельствуют, что за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенного другими лицами преступным путем, в 2001 году было осуждено 73 человека, в 2002 году - 27 человек. В 2003 году количество осужденных по ст. 174 УК РФ продолжало сокращаться и составило 11 1 человек, а по ст. 174 УК РФ осуждено 3 человека. Всем осужденным суды назначили наказание к лишению свободы условно. За шесть месяцев 2004 года по ст. 174 УК РФ осуждено 7 человек, из них 5 - по совокупности за совершение других 1 преступлений. По ст. 174 УК РФ было осуждено 9 человек, из них 8 - по совокупности за совершение других преступлений. В такой ситуации говорить о какой-либо сложившейся судебной 1 практике по ст.ст. 174, 174 УК РФ в редакции Федерального закона от 7 августа 2001 г. вряд ли возможно. Поэтому авторы постановления Пленума Верховного Суда РФ опирались не только на запросы отдельных судов, но главным образом на анализ диспозиций этих статей, чтобы сформулировать рекомендации, которые дадут возможность предупредить возможные судебные ошибки при рассмотрении дел данных категорий. Содержащиеся в пункте девятнадцатом разъяснения имеют большое значение для определения наличия составов преступлений, 1 предусмотренных ст.ст. 171 и 174 УК РФ. Редакция первого абзаца предложена Федеральной службой по финансовому мониторингу. Он гласит: под финансовыми операциями следует понимать действия с денежными средствами, ценными бумагами и иным имуществом, независимо от формы и способов их осуществления (например, договор займа или кредита, банковский вклад, обращение с деньгами и управление ими в задействованном хозяйственном проекте), которые направлены на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав и обязанностей. Упомянутая формулировка рассматриваемых составов преступлений распространяется на оба состава преступления, поскольку субъекты ответственности будут нести уголовную ответственность лишь тогда, когда они предпримут действия, направленные на отмывание денег и другого имущества, добытого преступным путем (т. е. легализацию доходов). При этом по смыслу закона ответственность по ст. 174 УК РФ или 1 по ст. 174 УК РФ наступает в тех случаях, когда виновным лицом совершена лишь одна финансовая операция или одна сделка с приобретенными преступным путем денежными средствами или имуществом. 1 В отличие от ст. 174 УК РФ в диспозиции ст. 174 УК РФ указывается, что ответственность за легализацию незаконно приобретенного имущества, денежных средств другими лицами наступает, когда осуществление финансовых операций и сделок совершается "в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом". То есть необходимо установить умысел лица на такие действия. Это положение закона и разъясняется в пункте двадцатом постановления. Там же содержится другое важное разъяснение о том, что ответственность лица по ст. 174 УК РФ наступает лишь в случаях, если ему было известно о приобретении имущества или денежных средств другими лицами преступным путем. В отзыве Федеральной службы по финансовому мониторингу приведенная формулировка вызвала сомнение, делалась ссылка на положение Страсбургской конвенции (п. 3 ст. 6), предусматривающей квалификацию в качестве уголовного правонарушения установленных действий с имуществом и в том случае, когда правонарушитель должен был предполагать, что имущество получено преступным путем. В связи с этим было высказано предложение внести в постановление соответствующее дополнение. С указанной позицией авторы постановления не согласились, поскольку в диспозиции ст. 174 УК РФ законодатель использовал термин "заведомо", что исключает возможность какого-либо "подправления" закона. Полемику как у ученых, так и у судей, других практических работников вызвало разъяснение, содержащееся в пункте двадцать втором постановления Пленума. Суть спора заключалась в том, какие доказательства могут свидетельствовать о получении лицом денежных средств или иного имущества преступным путем либо в результате совершения преступления. Так, Федеральная служба по финансовому мониторингу полагает, что преступное происхождение денежных средств или иного имущества может быть установлено не только решением суда, но и решением органов расследования. С такой точкой зрения не согласились некоторые ученые, которые отметили, что решение органов расследования должно найти отражение в приговоре суда. Их поддержали судьи Волгоградского, Калининградского и ряда других областных и равных им судов. При изложении текста данного пункта авторы исходили из 1 контекста ст.ст. 174 и 174 УК РФ в их внутренней, неразрывной связи, поскольку в том и другом случаях необходимо, как это видно из смысла диспозиции названных статей, чтобы факт преступного происхождения денежных средств и иного имущества был установлен приговором суда. Того же требуют и нормы уголовно-процессуального закона. Имеющиеся материалы судебной практики свидетельствуют о том, что источником приобретения денежных средств и иного имущества может быть совершение таких преступлений, как хищение, контрабанда, незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ, оружия, получение взятки, и многих других. Естественно, что факт совершения преступления, послужившего источником происхождения легализуемого имущества, должен быть установлен приговором суда. Данное разъяснение соответствует ст. 49 Конституции Российской Федерации, где указано, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Исходя из этого другой подход к установлению факта совершения преступления, который послужил источником происхождения легализуемого имущества, путем решения органа предварительного расследования противоречил бы нашему национальному законодательству. Далее Пленум в постановлении дал определение лица, использующего служебное положение (п. 23); разъяснил, как квалифицировать действия нотариуса, который использует свои служебные полномочия для удостоверения сделки, заведомо для него направленной на легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества (п. 24). В пункте двадцать пятом постановления Пленум разграничил легализацию (отмывание) денежных средств или имущества, приобретенных преступным путем, от такого "классического" преступления, как приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем. Различаются указанные преступления по цели совершения сделок с этим имуществом. В связи с изложенным при квалификации финансовых операций и других сделок по ст. 174 УК РФ необходимо устанавливать наличие у лица, участвующего в этих операциях и сделках, цели придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом. Пункт двадцать шестой постановления сформулирован с учетом запросов судов о возможности признания незаконными действий по купле-продаже, например, какого-либо имущества, приобретенного преступным путем (например, у лица, осужденного за взятку), о чем достоверно было известно покупателю, который несмотря на это заключил соответствующий договор. Большинство участников Пленума сошлось во мнении, что в этом случае покупатель оказал содействие продавцу в отмывании такого имущества и действия покупателя надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 174 УК РФ, а 1 действия продавца - по соответствующей части ст. 174 УК РФ. Завершает постановление Пленума пункт двадцать седьмой, в котором содержатся ссылки на ст. 81 УПК РФ, решающую вопросы конфискации денег или иных ценностей, полученных в результате преступных действий либо нажитых преступным путем. Полагаем, что реализация в судебной практике разъяснений Пленума Верховного Суда РФ сыграет существенную роль в правильном 1 понимании и применении ст.ст. 171, 174 и 174 УК РФ. Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации В.П.ВЕРИН Указатель судебной практики Указатель судебной практики +-----------------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------------------¦ ¦180.020.050 ¦ ¦ ¦Опред. Презид. ¦Положения закона субъекта Российской Федерации,¦ ¦Верх. Суда РФ ¦наделяющие Управление Судебного департамента при¦ ¦от 28.04.04 ¦Верховном Суде Российской Федерации в субъекте¦ ¦Бюллетень ¦Российской Федерации полномочиями по¦ ¦Верх. Суда ¦организационному обеспечению деятельности¦ ¦Российской ¦мировых судей, признаны соответствующими¦ ¦Федерации, ¦федеральному законодательству ¦ ¦2005, N 2, с. 1 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦080.110.030 ¦ ¦ ¦030.110.000 ¦ ¦ ¦030.120.130 ¦ ¦ ¦Опред. Презид. ¦Если условие о возможности изменения банком¦ ¦Верх. Суда РФ ¦процентной ставки по договору срочного вклада¦ ¦от 14.07.04 ¦содержалось в конкретном договоре, заключенном¦ ¦Бюллетень ¦до введения в действие части второй Гражданского¦ ¦Верх. Суда ¦кодекса Российской Федерации, и вкладчик был¦ ¦Российской ¦ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке,¦ ¦Федерации, ¦оно продолжает действовать и после введения в¦ ¦2005, N 2, с. 23¦действие части второй Кодекса ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.020.030 ¦ ¦ ¦Опред. Презид. ¦Субъект Российской Федерации вправе¦ ¦Верх. Суда РФ ¦устанавливать дополнительные (относительно¦ ¦от 21.07.04 ¦указанного в ч. 1 ст. 27 Федерального¦ ¦Бюллетень ¦конституционного закона "О судебной системе¦ ¦Верх. Суда ¦Российской Федерации" перечня) полномочия¦ ¦Российской ¦конституционного (уставного) суда субъекта¦ ¦Федерации, ¦Российской Федерации, не вторгающиеся в¦ ¦2005, N 2, с. 4 ¦компетенцию Конституционного Суда Российской¦ ¦ ¦Федерации, других федеральных судов и¦ ¦ ¦соответствующие компетенции субъекта Российской¦ ¦ ¦Федерации ¦ ¦ ¦ ¦ ¦070.090.000 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Абзац 4 п. 2.15 Инструкции о порядке и условиях¦ ¦Верх. Суда РФ ¦реализации прав и льгот ветеранов Великой¦ ¦от 30.07.04 ¦Отечественной войны, ветеранов боевых действий,¦ ¦Бюллетень ¦иных категорий граждан, установленных¦ ¦Верх. Суда ¦Федеральным законом "О ветеранах", утвержденной¦ ¦Российской ¦постановлением Министерства труда и социального¦ ¦Федерации ¦развития Российской Федерации от 11 октября¦ ¦2005, N 2, с. 6 ¦2000 г. N 69, предусматривающий, что в¦ ¦ ¦удостоверении производится отметка о группе¦ ¦ ¦инвалидности и о праве на льготы, установленные¦ ¦ ¦ст. 14 Федерального закона "О ветеранах",¦ ¦ ¦признан недействующим с момента принятия в части¦ ¦ ¦слов "и о праве на льготы, установленные статьей¦ ¦ ¦14 Федерального закона "О ветеранах" ¦ ¦ ¦ ¦ ¦070.040.020 ¦ ¦ ¦070.060.090 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Время прохождения срочной службы в Вооруженных¦ ¦Верх. Суда РФ ¦Силах Российской Федерации засчитывается в стаж,¦ ¦от 20.07.04 ¦дающий право на пенсию за выслугу лет¦ ¦Бюллетень ¦сотрудникам таможенных органов, в календарном¦ ¦Верх. Суда ¦исчислении (из расчета один месяц службы за один¦ ¦Российской ¦месяц), если срочная служба проходила в¦ ¦Федерации, ¦условиях, не попадающих в перечень оснований, в¦ ¦2005, N 2, с. 8 ¦соответствии с которыми лицам, проходившим¦ ¦ ¦военную службу по призыву, время службы¦ ¦ ¦засчитывается в льготном исчислении ¦ ¦ ¦ ¦ ¦040.090.000 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Спор о месте жительства и воспитании¦ ¦Верх. Суда РФ ¦несовершеннолетних детей, постоянно проживающих¦ ¦от 20.07.04 ¦на территории Российской Федерации, подлежит¦ ¦Бюллетень ¦рассмотрению компетентным судом Российской¦ ¦Верх. Суда ¦Федерации и по законодательству Российской¦ ¦Российской ¦Федерации ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 9 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.120.220 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Определяя размер компенсации морального вреда,¦ ¦Верх. Суда РФ ¦подлежащей взысканию за счет казны Российской¦ ¦от 30.07.04 ¦Федерации, суд учел степень нравственных и¦ ¦Бюллетень ¦физических страданий, перенесенных истцом в¦ ¦Верх. Суда ¦результате действий должностных лиц ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 10¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦060.020.180 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Наименование приказа Минатома России от¦ ¦Верх. Суда РФ ¦8 августа 2003 г. N 347 и п. 5 утвержденного¦ ¦от 4.03.04 ¦этим приказом Положения о порядке определения¦ ¦Бюллетень ¦производств, работ и профессий, соответствующих¦ ¦Верх. Суда ¦видам деятельности, предусмотренным перечнем,¦ ¦Российской ¦утвержденным Указом Президента Российской¦ ¦Федерации, ¦Федерации от 23 августа 2000 г. N 1563, признаны¦ ¦2005, N 2, с. 11¦соответствующими действующему законодательству ¦ ¦ ¦ ¦ ¦110.020.100 ¦ ¦ ¦Опред. ¦Положения абз. 2-4, 6-9, 12, 13 п. 16 инструкции¦ ¦Касс. коллегии ¦Министерства Российской Федерации по налогам и¦ ¦Верх. Суда РФ ¦сборам от 21 февраля 2000 г. N 56 "По применению¦ ¦от 21.09.04 ¦Закона Российской Федерации "О плате за землю"¦ ¦Бюллетень ¦(с изменениями от 21 апреля 2003 г.) признаны не¦ ¦Верх. Суда ¦противоречащими федеральному законодательству в¦ ¦Российской ¦части установления минимальных размеров ставок¦ ¦Федерации, ¦земельного налога ¦ ¦2005, N 2, с. 11¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦170.020.040 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Изменения, внесенные Федеральным законом¦ ¦Верх. Суда РФ ¦8 декабря 2003 г. в Уголовный кодекс Российской¦ ¦от 6.04.04 ¦Федерации, повлекли изменения квалификации¦ ¦Бюллетень ¦совершенных виновным преступлений и вида¦ ¦Верх. Суда ¦исправительного учреждения, назначенного ему для¦ ¦Российской ¦отбывания наказания ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 11¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Преступность и наказуемость деяния определяется¦ ¦Верх. Суда РФ ¦уголовным законом, действовавшим во время¦ ¦от 8.07.04 ¦совершения деяния, и только закон, улучшающий¦ ¦Бюллетень ¦положение лица, совершившего преступление, имеет¦ ¦Верх. Суда ¦обратную силу ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 12¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.050 ¦ ¦ ¦200.200.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Деяние, инкриминируемое лицу, подлежащему¦ ¦Верх. Суда РФ ¦выдаче, должно соответствовать деянию,¦ ¦от 26.08.03 ¦предусмотренному нормой закона запрашивающей¦ ¦Бюллетень ¦Договаривающейся Стороны, на основании которой¦ ¦Верх. Суда ¦оно признается преступлением ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 13¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Лица, обязанные соблюдать правила безопасности¦ ¦Верх. Суда РФ ¦движения и эксплуатации воздушного транспорта,¦ ¦от 21.07.04 ¦обоснованно осуждены по ч. 3 ст. 263 УК РФ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 14¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Приговор отменен в связи с неясностью и¦ ¦Верх. Суда РФ ¦противоречивостью вердикта присяжных заседателей¦ ¦от 10.03.04 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 16¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦180.060.020 ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦180.020.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Доводы государственного обвинителя о незаконном¦ ¦Верх. Суда РФ ¦составе суда признаны кассационной инстанцией¦ ¦от 3.03.04 ¦необоснованными ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 16¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦180.060.020 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Суд обоснованно возвратил уголовное дело¦ ¦Верх. Суда РФ ¦прокурору для устранения препятствий его¦ ¦от 20.04.04 ¦рассмотрения судом ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 18¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Размер оплаты труда адвоката по назначению¦ ¦Верх. Суда РФ ¦связывается не с числом подзащитных, а только с¦ ¦от 7.09.04 ¦количеством занятых дней, затраченных на¦ ¦Бюллетень ¦оказание юридической помощи ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 18¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.090 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Оправдательный приговор, вынесенный на основании¦ ¦Верх. Суда РФ ¦оправдательного вердикта присяжных заседателей,¦ ¦от 14.07.04 ¦отменен по кассационному представлению прокурора¦ ¦Бюллетень ¦и кассационной жалобе потерпевшей как¦ ¦Верх. Суда ¦постановленный с нарушениями¦ ¦Российской ¦уголовно-процессуального закона ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 19¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.090 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Приговор суда присяжных кассационной инстанцией¦ ¦Верх. Суда РФ ¦признан законным, постановленным в соответствии¦ ¦от 20.09.04 ¦с требованиями главы 42 УПК РФ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 20¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦070.070.020 ¦ ¦ ¦070.030.020 ¦ ¦ ¦Опред. презид. ¦Суд первой инстанции обоснованно возложил¦ ¦Свердл. ¦обязанность по выплате ветерану войны¦ ¦обл. суда ¦задолженности по денежной компенсации за¦ ¦от 16.06.04 ¦спецавтотранспорт на соответствующие финансовые¦ ¦Бюллетень ¦органы, своевременно не выделившие денежные¦ ¦Верх. Суда ¦средства на указанную компенсацию органам¦ ¦Российской ¦социальной защиты ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 21¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦190.040.020 ¦ ¦ ¦080.100.020 ¦ ¦ ¦Опред. презид. ¦Стоимость средств, приобретенных нотариусом и¦ ¦Верх. Суда ¦необходимых ему для осуществления деятельности¦ ¦Республ. ¦(например, компьютер, сейф), при налогообложении¦ ¦Татарстан ¦полностью включается в состав расходов нотариуса¦ ¦от 4.08.04 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2005, N 2, с. 23¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦(Продолжение Указателя в следующем номере) ¦ +-----------------------------------------------------------------+