18.09.1998
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 9 1998 года Опубликовано: 18.09.1998 Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Увольнение со службы по основанию, предусмотренному п. "г" ст. 59 Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР, признано неправильным (Извлечение) 1. Увольнение со службы по основанию, предусмотренному п. "г" ст. 59 Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР, признано неправильным (И з в л е ч е н и е) Балахонов - начальник Управления оперативных, специальных, моторизованных частей милиции в звании генерал-майора приказом Министра внутренних дел Российской Федерации от 30 июля 1992 г. уволен в запас Вооруженных Сил по основанию, предусмотренному п. "г" ст. 59 Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР. Считая увольнение неправильным, произведенным с нарушением установленного порядка увольнения с действительной военной службы, Балахонов обратился в суд с иском к Министерству внутренних дел Российской Федерации о восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула и возмещении морального вреда. Представители Министерства внутренних дел Российской Федерации и Главного управления командующего внутренними войсками МВД России, привлеченного по делу в качестве соответчика, иск не признали. Решением Замоскворецкого межмуниципального суда Центрального административного округа г. Москвы (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда) в иске отказано. Президиум Московского городского суда оставил без удовлетворения протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ об отмене судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 7 апреля 1998 г. аналогичный протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ удовлетворила, указав следующее. Отказывая Балахонову в иске, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что увольнение его с военной службы произведено с соблюдением порядка увольнения, установленного Положением о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР, утвержденным постановлением Совета Министров СССР от 18 марта 1985 г., и Инструкцией "О порядке применения в Министерстве внутренних дел СССР Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР", действовавшими в тот период времени. Однако с данным выводом согласиться нельзя, поскольку он не основан на материалах дела и упомянутых Положении и Инструкции. Как видно из материалов дела, приказом Министра внутренних дел Российской Федерации от 30 июля 1992 г. Балахонов был уволен со службы по основанию, предусмотренному п. "г" ст. 59 Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР, в связи с ограниченным состоянием здоровья. Согласно данному Положению увольнение по основанию, предусмотренному п. "г" ст. 59, - по ограниченному состоянию здоровья допускается в случае признания военно-врачебными комиссиями годными к службе вне строя в мирное время, при невозможности использования на действительной военной службе в связи с отсутствием вакантных должностей в соответствующем виде Вооруженных Сил (роде войск, службе). В силу п. 59 названной Инструкции лица, не достигшие предельного возраста состояния на действительной военной службе, признанные военно-врачебными комиссиями по здоровью годными к службе вне строя в мирное время, представляются к увольнению в запас по п. "г" ст. 59 Положения только при условии, если нет возможности оставить их в занимаемых должностях или перевести на другие должности в порядке, предусмотренном п. 17 этой Инструкции. В соответствии же с п. 17 Инструкции необходимость и срочность перемещения (представления к перемещению) лица офицерского состава, не достигшего предельного возраста состояния на действительной военной службе, признанного военно-врачебной комиссией годным к службе вне строя в мирное время, с занимаемой должности на другую должность (п. "ж" ст. 25 Положения) определяется прямым начальником от командира воинской части и выше с учетом мнения лечащего врача и личного желания военнослужащего. При различии мнений вопрос о возможности оставления офицера в занимаемой должности или необходимости перемещения на другую конкретную должность вносится на рассмотрение военно-врачебной комиссии и решается на основании ее заключения начальником, в чью номенклатуру назначения входит занимаемая военнослужащим должность. Из материалов дела видно, что Балахонов в апреле 1992 г. был освидетельствован военно-врачебной комиссией при воинской части и признан годным к службе вне строя в мирное время, ограниченно годным первой степени в военное время. Вопрос о возможности оставления Балахонова в занимаемой должности либо о перемещении на другую должность в присутствии его и его лечащего врача не обсуждался, необходимость направления Балахонова на освидетельствование ВКК для определения возможности оставления в прежней должности не выяснялась. Рапорта об увольнении со службы в связи с неудовлетворительным состоянием здоровья истец не подавал, предельного возраста состояния на службе к моменту увольнения не достиг. Кроме того, согласно п. 58 упомянутой Инструкции при направлении представления к увольнению предусмотрено проведение второй беседы непосредственного начальника с военнослужащим. Суд не проверил, соблюдены ли положения данного пункта Инструкции. В соответствии со ст. 50 ГПК РСФСР суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой из сторон они подлежат доказыванию, и по ходатайству сторон оказывает им содействие в собирании доказательств. При таких обстоятельствах судебные постановления нельзя признать законными и в силу ст. 330 ГПК РСФСР они подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суде первой инстанции. ____________ Реализация льгот и получение компенсации начинается со дня предъявления удостоверения участника ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Если же удостоверение участника ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС не выдано по не зависящим от заявителя причинам 2. Реализация льгот и получение компенсации начинается со дня предъявления удостоверения участника ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Если же удостоверение участника ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС не выдано по не зависящим от заявителя причинам и этот факт установлен судом, льготы и компенсация могут быть определены судом со дня обращения за выдачей удостоверения (И з в л е ч е н и е) Логашов 1 июля 1996 г. обратился с иском к отделу социальной защиты населения Канашской городской администрации о взыскании льгот и компенсаций, предусмотренных для участников ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, с момента вступления в действие постановления Верховного Совета РСФСР от 27 декабря 1991 г. N 2123-I "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" и до 1 сентября 1995 г. При этом он ссылался на то, что относится к категории граждан из подразделений особого риска и поэтому согласно названному постановлению на него распространяются льготы и компенсации, предусмотренные Законом РСФСР от 15 мая 1991 г. "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (с изменениями и дополнениями). 17 ноября 1994 г. он обратился в отдел социальной защиты за реализацией своего права, но соответствующие выплаты ему стали производиться лишь с 1 сентября 1995 г., со дня выдачи специального удостоверения. Решением Канашского районного суда Чувашской Республики иск Логашова удовлетворен частично: в его пользу взыскана денежная компенсация за период с 17 ноября 1994 г. по 31 августа 1995 г. Президиум Верховного суда Чувашской Республики решение районного суда отменил и вынес новое решение, которым в иске Логашову отказано. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене постановления надзорной инстанции и направлении дела на новое рассмотрение ввиду неправильного применения судом надзорной инстанции норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 7 апреля 1998 г. протест удовлетворила, оставив в силе решение районного суда, по следующим основаниям. Как установил при рассмотрении дела суд, истец на момент обращения в отдел социальной защиты принадлежал к категории граждан из подразделений особого риска, которым установлены льготы и компенсации для участников ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Однако по не зависящим от Логашова причинам соответствующее удостоверение, подтверждающее его право на льготы и компенсации, он получил лишь 1 сентября 1995 г., в связи с чем отдел социальной защиты стал производить названные выплаты с этого времени. Удовлетворяя иск, районный суд правильно считал подтвержденным тот факт, что соответствующие документы истец не мог представить по не зависящим от него причинам. Данные обстоятельства ответчиком не оспаривались. Отменяя решение и отказывая Логашову в иске, надзорная инстанция сослалась на ст. 15 Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 г., введенного в действие в этой части со 2 марта 1996 г.). Однако указанная редакция закона, предусматривающая, что право на льготы и компенсации возникает с момента предъявления документов, не исключает иных сроков возмещения ущерба при обстоятельствах, установленных по этому делу. Кроме того, на момент возникновения спорных правоотношений указанная редакция закона не действовала. При таких обстоятельствах у суда надзорной инстанции не было предусмотренных ст. 330 ГПК РСФСР оснований для отмены решения, в связи с чем постановление президиума как незаконное подлежит отмене с оставлением в силе решения суда первой инстанции. ____________ Приобретение гражданином в собственность квартиры и проживание в ней само по себе не может расцениваться как отказ этого гражданина и его несовершеннолетних детей от прав на жилую площадь, занимаемую по договору найма (Извлечение) 3. Приобретение гражданином в собственность квартиры и проживание в ней само по себе не может расцениваться как отказ этого гражданина и его несовершеннолетних детей от прав на жилую площадь, занимаемую по договору найма (И з в л е ч е н и е) Гладина Т. и Гладин С. состояли в браке с 1985 года и проживали с двумя несовершеннолетними детьми по договору найма в двухкомнатной квартире площадью 27,7 кв. м в доме по ул. Фрунзе в г. Ростове. В феврале 1994 г. брак между Гладиными был расторгнут, по их взаимному согласию договор жилищного найма изменен: Гладин С. стал нанимателем комнаты 10,4 кв. м, Гладина Т. с двумя детьми - комнаты 17,3 кв. м. В декабре 1994 г. Гладиной Т. на семью из трех человек (она и двое детей) совместным решением администрации и профсоюзного комитета Ростовской нефтебазы выделена двухкомнатная квартира в жилом доме по ул. Спартаковской в г. Ростове, построенном за счет средств АООТ "Ярославнефтепродукт". В соответствии с условиями договора долевого участия в строительстве квартиры, заключенного между АООТ "Ярославнефтепродукт" и Гладиной Т., названная квартира подлежит частичной оплате, после полной оплаты переходит в собственность Гладиной. До этого времени Гладина проживала в квартире по договору аренды. В феврале 1995 г. Гладина Т. с детьми переехала в квартиру по ул. Спартаковская в г. Ростове, сохранив за собой прописку в квартире по ул. Фрунзе. В марте 1995 г. Гладину С. по его просьбе решением администрации г. Ростова от 21 марта 1995 г. был выдан ордер на всю квартиру по ул. Фрунзе. В сентябре 1996 г. Гладина Т. обратилась в суд с иском к Гладину С., администрации Ростовского района о признании упомянутого ордера недействительным и признании за ней и несовершеннолетними детьми права на комнату размером 17,3 кв. м, ссылаясь на то, что она и дети не утратили права пользования указанной комнатой, оставили там свои вещи, сохранили прописку. Закрепление же жилой площади за ответчиком, по ее мнению, незаконно, поскольку он уже обеспечен жилой площадью по установленным нормам, а ее старший сын - Александр имеет право на дополнительную жилую площадь, так как страдает бронхиальной астмой. Гладин С., администрация Ростовского муниципального округа предъявили встречные иски о признании Гладиной Т. утратившей право на комнату 17,3 кв. м в связи с ее выездом на другое постоянное место жительства (ст. 89 ЖК РСФСР). Решением Ростовского районного суда Ярославской области иски Гладина С. и администрации Ростовского муниципального округа удовлетворены, в иске Гладиной Т. отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда решение районного суда отменила и вынесла новое решение об удовлетворении иска Гладиной Т. и об отказах в исках Гладину С. и администрации Ростовского муниципального округа. Президиум Ярославского областного суда кассационное определение отменил и оставил в силе решение суда первой инстанции. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене постановления президиума Ярославского областного суда и оставлении в силе определения судебной коллегии по гражданским делам Ярославского областного суда. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 3 апреля 1998 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. Согласно ст. 89 ЖК РСФСР наниматель жилого помещения вправе с согласия членов семьи в любое время расторгнуть договор найма. В случае выезда нанимателя и членов семьи на постоянное жительство в другое место договор найма считается расторгнутым со дня выезда. Отменяя определение суда кассационной инстанции ввиду неправильного применения ст. 89 ЖК РСФСР, президиум Ярославского областного суда пришел к выводу, что по смыслу данной нормы закона при решении вопроса о праве Гладиной Т. и ее детей на комнату 17,3 кв. м определяющее значение имеет сам факт выезда из этой комнаты без учета других обстоятельств дела. Однако с таким выводом суда надзорной инстанции согласиться нельзя. Как видно из материалов дела, квартира по ул. Спартаковской в г. Ростове получена Гладиной Т. на семью из трех человек не по договору найма жилого помещения, а приобретена в собственность по договору долевого участия в строительстве квартиры. В соответствии с ч. 3 ст. 6 Закона Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. "Об основах федеральной жилищной политики" частная собственность на недвижимость или ее часть в жилищной сфере не ограничивается по количеству, размерам и стоимости, обеспечивается правом неприкосновенности. Следовательно, приобретение Гладиной Т. в собственность квартиры и проживание в ней автоматически не может расцениваться как отказ от ее прав нанимателя на комнату размером 17,3 кв. м. Тем более это не может быть признано правильным в отношении ее несовершеннолетних детей, которые права собственности на приобретенную ею квартиру не имеют. Суд кассационной инстанции правильно указал в определении суда о том, что права членов семьи собственника квартиры ограничены по сравнению с правами семьи нанимателя. Таким образом, при решении вопроса о праве Гладиной Т. и ее несовершеннолетних детей на комнату 17,3 кв. м имеет значение не только сам факт ее выезда оттуда, но и другие юридически значимые обстоятельства дела, в частности желание истицы сохранить за ее семьей это жилое помещение. По утверждению Гладиной Т., она в интересах детей не намеревалась отказываться от своих прав нанимателя комнаты 17,3 кв. м. В подтверждение намерений не расторгать договор найма комнаты Гладина Т. ссылалась на то, что после переезда сохраняла прописку по прежнему месту жительства и оставила там свои вещи. Оплату комнаты 17,3 кв. м и коммунальных услуг она производить не могла, так как после выдачи бывшему мужу ордера на всю квартиру в марте 1995 года и когда он стал нанимателем от нее прекратили принимать квартплату по ее расчетной книжке. Пользоваться ранее занимаемой комнатой Гладина Т. не могла, поскольку ответчик врезал в дверь новые замки и ключей ей не дал. Приведенные объяснения Гладиной Т. судом первой инстанции не были признаны недостоверными. Более того, в судебном заседании Гладин С. не отрицал факта смены замков в квартире и оставления Гладиной Т. вещей в комнате. Поэтому судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда обоснованно не согласилась с выводом Ростовского районного суда о том, что договор найма жилого помещения на комнату 17,3 кв. м расторгнут с Гладиной Т. в марте 1995 г. и оснований для сохранения за ней и детьми права на эту жилую площадь не имеется. Поскольку все обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, кассационная инстанция правомерно на основании п. 4 ст. 305 ГПК РСФСР отменила решение суда первой инстанции и вынесла новое решение об удовлетворении иска Гладиной Т. С доводом президиума Ярославского областного суда о том, что при разрешении спора не имеет правового значения факт сохранения за Гладиной Т. прописки в ранее занимаемой комнате, согласиться нельзя. Действительно, наличие или отсутствие прописки (регистрации) само по себе не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, в том числе и права на жилище. Однако наличие или отсутствие регистрации (прописки) суд должен учитывать в совокупности со всеми другими материалами дела. В данном случае наличие прописки Гладиной Т. в комнате свидетельствует о ее намерении сохранить за собой и детьми право на пользование ею. Нельзя признать обоснованным и вывод суда надзорной инстанции о том, что из имеющегося в материалах дела письма директора Ростовской нефтебазы следует, что в связи с предоставлением Гладиной Т. новой двухкомнатной квартиры сохранение за ней жилой площади в прежней квартире не предусматривалось. Суд первой инстанции при рассмотрении дела не установил такого факта. В соответствии со ст. 331 ГПК РСФСР суд, рассматривающий дело в порядке надзора, не вправе предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства и о преимуществе одних доказательств перед другими. Кроме того, распределение освободившейся жилой площади в коммунальных квартирах регулируется ст. 46 ЖК РСФСР, ст. 16 Закона Российской Федерации "Об основах федеральной жилищной политики" и не зависело и данном случае от волеизъявления администрации нефтебазы. Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Расторжение договора найма жилого помещения влечет за собой прекращение жилищных прав проживающих там лиц, в связи с чем вывод суда надзорной инстанции о том, что расторжение договора жилищного найма не является сделкой, ошибочен. Поскольку на совершение сделок, влекущих утрату принадлежащих несовершеннолетним жилищных прав, требовалось предварительное согласие органов опеки и попечительства, а его получено не было, суд кассационной инстанции обоснованно сослался на это обстоятельство в подтверждение своего вывода о сохранении за Гладиной Т. и ее несовершеннолетними детьми права на комнату размером 17,3 кв. м. При таких данных постановление президиума Ярославского областного суда подлежит отмене с оставлением в силе определения судебной коллегии по гражданским делам Ярославского областного суда. ____________ Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно в Российской Федерации, совершившие преступления вне ее пределов, подлежат уголовной ответственности по Уголовному кодексу Российской Федерации в случаях, если преступление направлено п 1. Иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно в Российской Федерации, совершившие преступления вне ее пределов, подлежат уголовной ответственности по Уголовному кодексу Российской Федерации в случаях, если преступление направлено против интересов Российской Федерации, и в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации, если виновные не были осуждены в иностранном государстве и привлекаются к уголовной ответственности на территории Российской Федерации (И з в л е ч е н и е) Воронежским областным судом 19 сентября 1997 г. Ивницкий Е. 1 1 осужден по ч. 2 ст. 218 , ч. 3 ст. 218 УК РСФСР, ч. 2 ст. 209, ч. 1 ст. 222 УК РФ, ст.ст. 17, 103 УК РСФСР за хищение огнестрельного оружия и боевых припасов из хранилища воинской части по предварительному сговору, хищение огнестрельного оружия и боевых припасов из воинской части путем разбойного нападения, участие в банде и совершенных ею нападениях, незаконное приобретение, хранение, ношение и сбыт огнестрельного оружия и боевых припасов, соучастие в форме пособничества в убийстве Кузнецова. Преступления им совершены с 1991 по 1993 год в Эстонской Республике. Ивницкий Е., являясь членом банды, совместно с другими ее членами - Григорьевым, Кузнецовым, дело в отношении которого прекращено в связи с его смертью, и лицом (дело в отношении которого выделено в отдельное производство в связи с его розыском) совершили хищение различного огнестрельного оружия и боеприпасов со склада воинской части. В ночь на 10 октября 1993 г. Ивницкий Е. совместно с членами банды - Ивницким В., Григорьевым, Афониным, Дурневым совершили разбойное нападение на военнослужащих другой воинской части и из их казармы похитили различное огнестрельное оружие и боеприпасы. Похищенное оружие и боеприпасы Ивницкий Е. незаконно носил, хранил, а часть сбыл. В начале сентября 1993 г. Ивницкий Е. направил членов банды Буракова и Григорьева к своему брату для совершения убийства Кузнецова, выехавшего из Эстонской Республики в Воронежскую область Российской Федерации, что они и сделали: Кузнецов был убит. В кассационной жалобе осужденный просил приговор по ч. 2 ст. 209, ч. 1 ст. 222 УК РФ, ст.ст. 17, 103 УК РСФСР отменить, дело прекратить, поскольку, как он считал, преступлений на территории Российской Федерации он не совершал, в банду не входил и о ее существовании не знал, Григорьева и Буракова отправил в Россию не с целью убийства Кузнецова, а чтобы предупредить своего брата об опасности, исходящей от Кузнецова. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 12 марта 1998 г. приговор изменила в части назначенного наказания, в остальном оставила без изменения, указав следующее. Оценив исследованные доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности Ивницкого Е. в содеянном. Его вина подтверждена показаниями свидетелей Егорова, Дорошко, Рубанова, Казимирина, Бабиля, Байгуна, осужденных Григорьева, Афонина, Буракова, актами недостачи оружия, протоколами осмотра места происшествия, изъятия оружия, заключением эксперта-криминалиста и другими доказательствами. С доводами Ивницкого Е. о необоснованности его осуждения по ч. 1 ст. 222, ч. 2 ст. 209 УК РФ и ст.ст. 17, 103 УК РСФСР в связи с тем, что на территорию России он не выезжал, согласиться нельзя. В соответствии с ч. 3 ст. 12 УК РФ иностранные граждане и лица без гражданства (каким является осужденный), не проживающие постоянно в Российской Федерации, совершившие преступление вне ее пределов, подлежат уголовной ответственности по Уголовному кодексу Российской Федерации в случаях, если преступление направлено против интересов Российской Федерации, и в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации, если они не были осуждены в иностранном государстве и привлекаются к уголовной ответственности на территории Российской Федерации. Как следует из материалов дела, приобретение, хищение, хранение и сбыт оружия и боеприпасов были совершены Ивницким Е. против интересов Российской Федерации, под юрисдикцией которой находились воинские части. ____________ Обзоры и обобщения Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 1998 года ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЗА ПЕРВЫЙ КВАРТАЛ 1998 ГОДА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ Вопросы квалификации преступлений 1. Рассмотрев дело в кассационном порядке, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в соответствии со ст. 10 УК РФ действия лиц, признанных виновными в организации вооруженной банды и участии в такой банде и совершаемых ею нападениях, переквалифицировала со ст. 77 УК РСФСР на ч. 1 ст. 209 УК РФ. Президиум Верховного Суда РФ согласился с таким решением. Дополнительная квалификация действий осужденных по ч. 2 ст. 209 УК РФ в данном случае является излишней, поскольку уголовная ответственность за создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан предусмотрена более строгая, чем за участие в такой банде и совершаемых ею нападениях. Решая вопрос о юридической оценке действий осужденных, кассационная и надзорная инстанции исходили из того, что действиями осужденных по организации банды охватывается также участие в ней и в бандитских нападениях. Постановление N 567п97 по делу Фурсова и др. 2. Судебная коллегия при рассмотрении дела в кассационном порядке признала обоснованным осуждение лица по ч. 3 ст. 126 УК РФ, т. е. квалификацию действий осужденного как похищение человека, совершенное из корыстных побуждений и организованной группой лиц. Вместе с тем из приговора исключен квалифицирующий признак "похищение человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего". Как следует из материалов дела, при освобождении похищенного человека и задержании преступников, пытавшихся скрыться на автомобиле, работники милиции применили оружие, в результате чего потерпевший был смертельно ранен милиционером. При таких обстоятельствах между действиями осужденных и смертью потерпевшего отсутствует прямая причинная связь. Определение N 47-097-79 по делу Скоробаева и Заславского 3. Кассационная инстанция отменила приговор в части осуждения лица по ст. 133 УК РФ (понуждение к действиям сексуального характера) с прекращением дела в этой части за отсутствием состава преступления. Суд признал Щ. виновным в совершении развратных действий. Органы следствия квалифицировали действия Щ. по ст. 135 УК РФ, однако суд переквалифицировал их на ст. 133 УК РФ, мотивируя свое решение тем, что к моменту совершения преступления потерпевшие достигли 14-летнего возраста. При этом суд не учел, что диспозиция ст. 133 УК РФ связывает наличие состава с конкретными действиями сексуального характера, к совершению которых виновное лицо понуждает потерпевших, и не просто под угрозой, как указано в приговоре, а путем шантажа, угрозы уничтожением, повреждением или изъятием имущества либо с использованием материальной или иной зависимости потерпевших. Такого способа воздействия на потерпевших в действиях осужденного не имелось, следовательно, состав данного преступления в них отсутствует. Определение N 45-097-97 по делу Щербакова 4. В соответствии с п. 4 примечания к ст. 158 УК РФ лицом, ранее судимым за хищение, признается лицо, имеющее, в частности, судимости за кражу. Из материалов дела видно, что А. ранее до введения в действие УК РФ дважды был судим за кражи и эти судимости не погашены. Затем он вновь совершил покушение на кражу в феврале 1997 г. При таких условиях суд первой инстанции обоснованно квалифицировал содеянное А. по ст. 30 и п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ. Постановление президиума Верховного суда Республики Татарстан об исключении квалифицирующего признака "совершение кражи лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство" признано необоснованным и отменено. Определение N 11-Д97-29 по делу Антонова 5. Для квалификации действий виновного по п. "б" ч. 2 ст. 158 (неоднократно) УК РФ необходимо, чтобы судимость была не снята и не погашена, а срок давности привлечения к уголовной ответственности за предшествующее преступление, указанное в примечании к ст. 158 УК РФ, не истек. На момент предъявления обвинения следствию было известно, что по другому делу лицо также привлекается к уголовной ответственности за аналогичное преступление. Однако суд не мог признать лицо виновным в совершении преступления по признаку "неоднократность", поскольку дела не были соединены в одно производство, не имелось в отношении этого лица и вступившего и законную силу обвинительного приговора. Определение N 50-097-62 по делу Халикова, Мавлетова и др. 6. Действия лица, напавшего с целью завладения деньгами на потерпевшего, убившего его ударом топора в голову и после этого похитившего деньги в сумме 47 тыс. рублей (с учетом деноминации), обоснованно квалифицированы по совокупности преступлений, предусмотренных пп. "б", "в" ч. 3 ст. 162 и п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Дополнительная квалификация этих действий по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ является излишней, так как убийство потерпевшего было совершено при разбойном нападении. Определение N 46-097-124 по делу Кафиятуллова 7. Признавая лицо виновным в преступлении по признаку, относящемуся к оценочным категориям, суд обязан в описательной части приговора привести обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в деянии такого признака. Б. в октябре 1995 г. проник в гараж гражданина М. и умышленно повредил находившийся там легковой автомобиль, причинив потерпевшему материальный ущерб на сумму 744 571 рубль. Органы следствия и суд первой инстанции указанную сумму признали как значительный ущерб и действия Б. в связи с этим квалифицировали по ч. 1 ст. 167 УК РФ. Военная коллегия приговор в этой части отменила и дело прекратила за отсутствием состава преступления. По этому поводу Коллегия в своем определении указала, что виновность Б. в умышленном повреждении автомобиля гражданина М. и причинении последнему материального ущерба на сумму 744 571 рубль в судебном заседании доказана, но является ли данная сумма значительной для потерпевшего, суд в приговоре должным образом не мотивировал. Между тем Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 29 апреля 1996 г. "О судебном приговоре" (п. 8) разъяснил, что суд, признавая лицо виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям, не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан в описательной части приговора привести обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в деянии указанного признака. Из материалов дела видно, в определении Коллегии отмечается, что при одном из допросов на предварительном следствии потерпевший упомянутую сумму ущерба, исходя из своего заработка, значительной не признал. В судебном заседании он не допрошен. Определение N 1-160/97 по делу Батькова 8. В соответствии с диспозицией ч. 1 ст. 213 УК РФ хулиганские действия признаются преступлением тогда, когда они сопровождались применением насилия к гражданам или угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества. С. осужден за совершение хулиганских действий, выразившихся в том, что он в состоянии алкогольного опьянения с одного часа ночи до пяти часов утра 17 апреля 1995 г. стучал в ворота чужого дома, выражаясь нецензурно. Приговор в части осуждения за хулиганство по ч. 1 ст. 206 УК РСФСР в связи с декриминализацией деяния, совершенного С., отменен, и дело в этой части прекращено производством в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР. При постановлении приговора суду следовало руководствоваться положениями ст. 10 УК РФ, согласно которой уголовный закон, улучшающий положение лица, имеет обратную силу. Определение N 89-097-41 по делу Султанова и др. 9. В соответствии с примечанием к ст. 222 УК РФ лицо, добровольно сдавшее огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества или взрывные устройства, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. Перед началом обыска Л. предложено добровольно выдать ценности, наркотики и оружие. Сразу же после этого Л. передал работникам милиции деньги, револьвер и патроны, что подтверждается протоколом добровольной выдачи. Таким образом, оружие и боеприпасы были выданы до начала обыска и обнаружения их представителями власти, т. е. добровольно. Действия Л. по выдаче оружия и патронов нельзя расценивать как вынужденные, поскольку работникам милиции не было известно о наличии у него оружия (обыск проводился с целью изъятия ценностей, полученных в качестве взятки). Приговор в части осуждения по ч. 1 ст. 222 УК РФ отменен. Постановление N 902п97 по делу Луканина 10. Лицо, совершившее побег из колонии-поселения, обоснованно осуждено по ст. 313 УК РФ. Определение N 3-097-42 по делу Иванова и Владимирова Наказание. Судимость. Виды исправительного учреждения. Применение мер медицинского характера 11. Суд первой инстанции и Президиум Верховного Суда РФ признали, что в действиях осужденного не было явки с повинной, которая могла бы повлечь последствия, указанные ст. 38 УК РСФСР и ст. 62 УК РФ. Краевым судом 9 февраля 1996 г. Б. осужден по пп. "в", "е", "и" ст. 102 и другим статьям УК РСФСР к смертной казни за умышленное убийство двух егерей в связи с выполнением ими своего служебного и общественного долга и с целью сокрытия других преступлений. В протесте был поставлен вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение, так как органы следствия в обвинительном заключении признали "явку с повинной" Б. установленной и это обстоятельство было одним из доказательств вины осужденного и смягчающим наказание. Суд же, как указано в протесте, рассматривая дело, не согласился с доводами органов следствия и прокурора, утвердившего обвинительное заключение, пришел к выводу о том, что заявление Б., именуемое "явкой с повинной", таковым не является и не может влечь за собой предусмотренных ст. 38 УК РСФСР последствий. Президиум Верховного Суда РФ признал правильным вывод, что "явка с повинной" была вынужденным признанием вины под тяжестью собранных улик, не нашел оснований к удовлетворению протеста и со ссылкой на приговор привел доказательства, свидетельствующие о виновности осужденного, отсутствии процессуальных нарушений и правильности назначенного осужденному наказания. Постановление N 738п97ск по делу Безматерных 12. Судом с участием присяжных заседателей З. признан виновным в соучастии в умышленном убийстве и умышленном убийстве, но заслуживающим снисхождения. Согласно ч. 1 ст. 65 УК РФ срок или размер наказания лицу, признанному присяжными заседателями виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Если соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса предусмотрены смертная казнь или пожизненное лишение свободы, эти виды наказания не применяются. В соответствии с требованиями ст. 10 УК РФ осужденному по п. "б" ст. 102 и ст. 17, пп. "б", "и" ст. 102 УК РСФСР по совокупности преступлений может быть назначено не более 10 лет лишения свободы. Постановление N 860п97 по делу Запорожского и др. 13. Судебные решения изменены, поскольку вопрос о назначении наказания лицу, осужденному ранее условно, судом был разрешен в порядке, предусмотренном ст. 41 УК РСФСР, вместо ч. 4 ст. 74 УК РФ. К. за оскорбление подчиненного был осужден военным судом к содержанию в дисциплинарной воинской части сроком на шесть месяцев. К этому наказанию суд присоединил частично наказание, не отбытое по первому приговору. Военным судом кассационной инстанции приговор был оставлен без изменения. Между тем, назначая К. наказание по совокупности приговоров, суд руководствовался ст. 41 УК РСФСР, тогда как окончательное наказание ему должно назначаться по правилам, предусмотренным ч. 4 ст. 74 УК РФ, поскольку ранее К. был осужден условно и в течение испытательного срока совершил умышленное преступление небольшой тяжести. В таком случае суд обязан был решить вопрос об отмене или сохранении условного осуждения. Назначение наказания по правилам, предусмотренным в ст. 41 УК РСФСР, возможно было лишь после отмены условного осуждения по первому приговору. Однако этот вопрос судом не решался. В материалах же дела имеются все данные для сохранения в отношении К. условного осуждения. В связи с этим Военная коллегия изменила судебные решения и признала необходимым сохранить условное осуждение и исполнять каждый из приговоров самостоятельно. Определение N 2н-0312/97 по делу Козлова 14. В соответствии со ст. 86 УК РФ судимость за каждое преступление погашается самостоятельно по истечении срока, необходимого для ее погашения. При назначении наказания лицу по совокупности приговоров срок погашения судимости исчисляется после отбытия наказания по совокупности приговоров. О., ранее судимый за покушение на изнасилование, осужден по пп. "а", "д" ч. 2 ст. 131 УК РФ. В кассационном протесте ставился вопрос об исключении из приговора п. "а" ч. 2 ст. 131 УК РФ и изменении режима исправительной колонии по тем основаниям, что предыдущие судимости на момент совершения нового преступления погашены. Судебная коллегия не согласилась с доводами протеста. О. ранее был осужден 26 августа 1983 г. по ст. 15 и ч. 2 ст. 117 УК РСФСР к пяти годам и шести месяцам лишения свободы, 3 30 июня 1986 г. - по ч. 1 ст. 112, ч. 2 ст. 188 УК РСФСР к двум годам и шести месяцам и на основании ст. 41 УК РСФСР ему назначено четыре года и шесть месяцев лишения свободы. О. был освобожден 28 ноября 1990 г. по отбытии наказания и считался бы несудимым за покушение на изнасилование по истечении шести лет после освобождения от наказания, т. е. 28 ноября 1996 г., однако 24 мая 1996 г. он совершил новое преступление - изнасилование. Определение N 44-097-109 по делу Оглы 35. При применении к лицу принудительного лечения от алкоголизма в приговоре следует ссылаться на п. "г" ч. 1 ст. 97 УК РФ и ч. 2 ст. 99, а не на ст. 104 УК РФ. Определение N 5-097-232 по делу Суслова 16. Статья 106 УК РСФСР (неосторожное убийство) предусматривает более мягкое наказание по сравнению со ст. 109 УК РФ. Поскольку преступление совершено до введения в действие УК РФ, действия осужденного переквалифицированы с ч. 1 ст. 109 УК РФ на ст. 106 УК РСФСР. Определение N 22-097-15 по делу Калагова 17. Судья, вынося постановление в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 13 июня 1996 г. "О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации", необоснованно переквалифицировал действия лица со ст. 210 УК РСФСР на ч. 1 ст. 150 УК РФ, поскольку в соответствии со ст. 10 УК РФ обратную силу имеет закон, устраняющий преступность деяния или смягчающий наказание. В данном случае был применен закон, ухудшающий положение осужденного, поэтому постановление судьи отменено. Определение N 15-Дп97-19 по делу Макорина 18. Санкция ч. 1 ст. 111 УК РФ предусматривает лишение свободы сроком от двух до восьми лет, а санкция ч. 1 ст. 108 УК РСФСР - от трех месяцев до восьми лет, т. е. минимальный срок наказания по ч. 1 ст. 108 УК РСФСР ниже минимального размера по ч. 1 ст. 111 УК РФ, т. е. суд, квалифицировав действия осужденного по новому уголовному закону, ухудшил его положение. В связи с этим действия осужденного переквалифицированы на ч. 1 ст. 108 УК РСФСР с оставлением прежнего срока наказания. Определение N 48-097-121 по делу Кожевникова 19. Согласно требованиям ч. 2 ст. 63 УК РФ Судебная коллегия исключила из приговора указание о признании прежней судимости лица за убийство обстоятельством, отягчающим наказание, поскольку это обстоятельство является квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ, и не может повторно учитываться при назначении наказания. Определение N 44-097-185 по делу Шалапаева 20. Суд, мотивируя назначение Д., осужденному по пп. "а", "е", "и" ст. 102 УК РСФСР, наказания в виде смертной казни, сослался в приговоре на то, что он ранее неоднократно судим, по месту отбывания наказания в 1985-1986 гг. характеризовался отрицательно, совершил убийство двух лиц и в его действиях имеется особо опасный рецидив. Между тем судимости Д. по приговорам от 2 января 1982 г., 19 апреля 1982 г. и 4 октября 1986 г. в соответствии со ст. 86 УК РФ погашены, что аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью, поэтому суд не мог ссылаться на эти обстоятельства при назначении наказания, а равно и на отрицательную характеристику из мест лишения свободы за этот период. Суд необоснованно признал в действиях Д. особо опасный рецидив, так как на момент совершения преступлении в Уголовном кодексе РСФСР такого понятия не было, тем самым вопреки требованиям ст. 10 УК РФ положение осужденного ухудшено. В то же время в приговоре указано, что Д. признал вину полностью, положительно характеризовался по месту отбывания наказания по последнему приговору, а также по месту жительства, однако при назначении наказания эти обстоятельства фактически не учтены. При таких данных Судебная коллегия заменила смертную казнь 15 годами лишения свободы с отбыванием пяти лет в тюрьме, а остального срока - в исправительной колонии. Определение N 49-ск97-4 по делу Дистанова 21. Применяя условное осуждение за преступление, совершенное до 1 января 1997 г., суд в силу ст. 10 УК РФ должен ссылаться на ст. 44 УК РСФСР, а не на ст. 73 УК РФ. Определение N 1-097-53 по делу Карачева и др. 22. В соответствии с ч. 4 ст. 18 УК РФ судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до 18 лет, не учитываются при признании рецидива преступлений. Согласно п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в исправительных колониях строгого режима назначается лишь лицам, впервые осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений (П. и Л. осуждены по ст. 103 УК РСФСР), а также при рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, и женщинам при особо опасном рецидиве преступлений. Осужденные ни к одной из указанных категорий лиц не относятся. Поскольку П. и Л. имеют судимости за преступления, совершенные в возрасте до 18 лет, из приговора исключено указание о наличии в их действиях рецидива преступлений, а отбывание наказания им назначено в соответствии с ч. 4 ст. 24 УК РСФСР в исправительной колонии общего режима как лицам, совершившим преступление до введения в действие УК РФ. Определение N 9-097-82 по делу Ляпина и Петрова 23. В соответствии с п. "г" ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы в исправительных колониях особого режима назначается лишь при особо опасном рецидиве преступлений, а также лицам, осужденным к пожизненному лишению свободы. Я., неоднократно судимый, в 1990 году был осужден по ст. 102 и другим статьям УК РСФСР к смертной казни. В 1994 году он помилован и смертная казнь ему заменена 15 годами лишения свободы в исправительной колонии особого режима. В связи с введением в действие УК РФ приговор был приведен в соответствие с новым Уголовным кодексом, однако оставлено без изменения указание об отбывании лишения свободы в колонии особого режима. В связи с тем, что согласно ст. 10 УК РФ закон, ухудшающий положение лица, совершившего преступление, обратной силы не имеет, отбывание наказания в исправительной колонии особого режима подлежит замене на отбывание наказания в колонии строгого режима (ранее Я. отбывал лишение свободы, судимости не погашены). Определение N 77-Д97-23 по делу Ярцева Вопросы уголовно-процессуального закона 24. Основанием для возвращения дела на дополнительное расследование со стадии назначения судебного заседания послужило существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона, выразившееся в предъявлении обвинения несовершеннолетнему без участия защитника. Протест прокурора об отмене определения по тому основанию, что обвинение было предъявлено с участием адвоката, который по забывчивости не расписался в постановлении о привлечении несовершеннолетнего в качестве обвиняемого, оставлен без удовлетворения, поскольку согласно ст. 49 УПК РСФСР участие защитника при производстве предварительного следствия по делам несовершеннолетних является обязательным. Отсутствие же подписи адвоката в постановлении дает основание полагать, что при предъявлении обвинения он не присутствовал. Ссылка в протесте на то, что при рассмотрении дела в кассационной инстанции адвокат подтвердил свое участие в указанном процессуальном действии, не может служить гарантией обеспечения права обвиняемого на защиту. В определении Судебной коллегии указано, что адвокат в выступлении высказывал возражения на частный протест прокурора. Определение N 30-Д97-11 по делу Гурина 25. Отсутствие в уголовном деле постановления судьи о 1 назначении судебного заседания (ст. 223 УПК РСФСР) кассационной инстанцией в соответствии с ч. 1 ст. 345 УПК РСФСР признано существенным нарушением процессуального законодательства. Имеющиеся в деле извещения о назначении дела не могут заменить этот процессуальный акт, подлежащий вынесению в данной стадии уголовного судопроизводства. В связи с этим приговор отменен и дело передано на новое рассмотрение со стадии досудебного разбирательства дела и подготовительных действий к судебному заседанию. Определение N 57-097-31 по делу Алфимова, Ржевского и Павловской 26. Доводы кассационной жалобы лица, осужденного по ст. 102 УК РСФСР, о незаконном составе суда, рассмотревшего в мае 1997 г. дело в составе судьи и двух народных заседателей, признаны необоснованными, поскольку в соответствии с принятым Государственной Думой 12 февраля 1997 г. Федеральным законом "О внесении изменения в статью 3 Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации" положения ст. 15 УПК РСФСР (в редакции Федерального закона, принятого Государственной Думой 15 декабря 1996 г.) о рассмотрении уголовного дела о преступлениях, за которые уголовным законом предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы на срок свыше 15 лет, пожизненного лишения свободы или смертной казни, коллегией в составе трех профессиональных судей вводятся в действие с 1 июля 1998 г. Определение N 47-097-75 по делу Черных С. 27. При осуждении за покушение на убийство, совершенное группой лиц совместно с лицом, материалы в отношении которого выделены в отдельное производство в связи с его розыском, суд не вправе допускать в приговоре формулировки, утверждающие о виновности в преступлении скрывшегося лица. Судебная коллегия при кассационном рассмотрении дела исключила из приговора ссылку на фамилию лица, материалы в отношении которого выделены в отдельное производство. Определение N 76-097-24 по делу Радостевой 28. Кассационная инстанция отменила приговор, по которому лица осуждены по ч. 1 ст. 213 и ст. 316 УК РФ, и в соответствии с ч. 1 ст. 3 Федерального закона "О введении в действие Уголовного декса Российской Федерации" прекратила дело за истечением срока давности, предусмотренного п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ, учитывая, что совершены преступления небольшой тяжести и с момента совершения преступлений до вступления приговора в законную силу прошло более двух лет. Определение N 69-097-37 по делу Стогния и Мельникова ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ 1. Требование о ликвидации общественной организации подведомственно суду общей юрисдикции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение судьи областного суда об отказе в принятии заявления прокурора о ликвидации общественной организации ввиду неподведомственности спора суду общей юрисдикции и направила материал в суд первой инстанции для рассмотрения по существу. В деле о ликвидации общественной организации отсутствует спор экономического характера. Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами к подведомственности арбитражных судов не отнесены дела о ликвидации общественных организаций. Определение N 81Г-98-3 2. Ходатайство об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации подлежит оплате государственной пошлиной применительно к подп. 8 п. 1 ст. 4 Закона Российской Федерации от 9 декабря 1991 г. "О государственной пошлине" (с изменениями и дополнениями). Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 30пв-97 3. Поскольку Законом Российской Федерации от 7 июля 1993 г. "О международном коммерческом арбитраже" не предусмотрено оспаривание постановления третейского суда о прекращении арбитражного разбирательства по делу, определением судьи Московского городского суда обоснованно отказано в принятии ходатайства об отмене постановления Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации о прекращении арбитражного разбирательства. Определение N 5Г-97-41 4. Обращение в суд с заявлением о признании недействительным нормативного правового акта не ограничено сроком, в течение которого этот акт может быть оспорен. Решением Верховного суда субъекта Российской Федерации отказано и удовлетворении заявления о признании недействительным правового акта по основанию пропуска срока для обращения с жалобой 5 в суд, установленного ст. 239 ГПК РСФСР, ст. 5 Законы Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" (с изменениями и дополнениями). Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ это решение отменено и дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд по следующим основаниям. К. обжалует нормативные правовые акты, которые сроком действия во времени не ограничены и рассчитаны на неоднократное их применение, что в каждом случае затрагивает права и свободы неопределенного круга субъектов общественных отношений, регулируемых этими актами. Поскольку незаконным нормативным актом гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица нарушаются в течение всего периода действия данного акта, то срок для обращения с жалобой в суд не может исчисляться со дня вступления акта в силу. Такой акт может быть оспорен в любое время его действия как в целях предотвращения негативных последствий в будущем, так и для пресечения длящегося нарушения гражданских прав. Определение N 15Г-98-3 5. В соответствии с ч. 1 ст. 23 Федерального закона от 17 января 1992 г. (в редакции Федерального закона от 17 ноября 1995 г.) "О прокуратуре Российской Федерации" прокурор или его заместитель приносит протест на противоречащий закону правовой акт в орган или должностному лицу, которые издали этот акт, либо обращается и суд в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством Российской Федерации. Определением судьи областного суда отказано в принятии заявления прокурору по п. 2 ч. 1 ст. 129 ГПК РСФСР из-за несоблюдения установленного п. 2 ст. 61 Закона Российской Федерации от 5 марта 1992 г. "О краевом, областном Совете народных депутатов и краевой, областной администрации" (с изменениями и дополнениями) порядка предварительного внесудебного разрешения дела. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила данное определение и направила заявление прокурора в тот же суд для рассмотрения по существу. Федеральным законом "О прокуратуре Российской Федерации", принятым позже Законом Российской Федерации "О краевом, областном Совете народных депутатов и краевой, областной администрации" прокурору предоставлено право обращения по своему выбору либо в орган и должностному лицу, издавшим оспариваемый нормативный акт, либо в суд. Законные основания для отказа в принятии данного заявления к рассмотрению отсутствовали. Определение N 67Г-97-11 6. Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 постановления от 31 октября 1995 г. N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" разъяснил судам, что если подлежащий применению закон либо иной нормативный правовой акт субъекта Российской Федерации противоречит федеральному закону, принятому по вопросам, находящимся в ведении Российской Федерации либо в совместном ведении Российской Федерации и субъекта Российской Федерации, то исходя из положений ч. 5 ст. 76 Конституции Российской Федерации суд должен принять решение в соответствии с федеральным законом. Определением Верховного суда субъекта Российской Федерации приостановлено производство по делу по жалобе К. о нарушении его конституционных прав избирать и быть избранным в органы местного самоуправления до принятия Конституционным судом субъекта Российской Федерации постановления по вопросу соответствия одной из статей Закона субъекта Российской Федерации "О местном самоуправлении в субъекте Российской Федерации" Конституции субъекта Российской Федерации. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение отменила и направила дело на новое рассмотрение в тот же суд, указав следующее. Ссылка суда на статьи Закона субъекта Российской Федерации "О Конституционном суде субъекта Российской Федерации" как на основание для приостановления производства по делу неправомерна, так как нормы Закона не относятся к процессуальному законодательству, регулирующему рассмотрение гражданских дел в судах общей юрисдикции. Мотивы, по которым суд пришел к выводу о невозможности разрешения жалобы заявителя на основании п. 4 ст. 214 ГПК РСФСР до рассмотрения запроса в Конституционном суде субъекта Российской Федерации в определении не приведены. Поскольку заявитель обосновывал свою жалобу положениями Конституции Российской Федерации и федеральных законов, регулирующих вопросы местного самоуправления, суд мог принять решение по делу, дав собственную правовую оценку соответствия статьи Закона субъекта Российской Федерации "О местном самоуправлении в субъекте Российской Федерации" федеральному законодательству о местном самоуправлении. Определение N 49Г-98-1 7. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении "О применении судами Российской Федерации постановлений Пленума Верховного Суда Союза ССР" от 22 апреля 1992 г. N 8 (в редакции постановления Пленума от 21 декабря 1993 г. N 11) обратил внимание судов на то, что до принятия соответствующих законодательных актов Российской Федерации нормы бывшего Союза ССР и разъяснения по их применению, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Союза ССР, могут применяться судами в части, не противоречащей Конституции Российской Федерации, законодательству Российской Федерации и Соглашению о создании Содружества Независимых Государств. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ изменила постановление президиума суда субъекта Российской Федерации, исключив из мотивировочной части указание на ч. 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. "О практике применения судами жилищного законодательства" о том, что суды не вправе рассматривать требования граждан, разрешение которых отнесено к компетенции иных органов, в том числе о предоставлении жилых помещений лицам, нуждающимся в улучшении жилищных условий, поскольку оно не основано на действующем законодательстве. В силу ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Определение N 18-В97-79 8. Согласно п. 3 ст. 254 КЗоТ РФ при совершении рабочими и служащими, выполняющими воспитательные функции, аморального проступка невозможно продолжение этими лицами не какой-либо другой, а именно воспитательной деятельности. В этом случае трудовой договор (контракт) рабочих и служащих с предприятием, учреждением, организацией при применении п. 3 ст. 254 КЗоТ РФ прекращается, т. е. у названных лиц прекращается деятельность по осуществлению воспитательных функций. Отказывая в иске о восстановлении С. в должности заведующей кафедрой института, суд сослался на то, что она освобождена от должности в связи с систематическим нарушением этики поведения, созданием невозможной для совместной работы обстановки, оскорблением своих подчиненных; освобождение ее от должности заведующей кафедрой по п. 3 ст. 254 КЗоТ РФ является правильным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ данное решение отменила и направила дело на новое рассмотрение, указав следующее. С. не увольнялась, а, будучи освобожденной от должности заведующей кафедрой, продолжала работать в институте доцентом на той же кафедре, осуществление ею воспитательной деятельности не прерывалось ни на один день, по приказу она была принята на работу доцентом кафедры со дня ее увольнения по п. 3 ст. 254 КЗоТ РФ. Однако данные обстоятельства судом не учтены. Кроме того, в приказах отсутствуют указания на конкретные проступки С., этот факт суд не принял во внимание и не дал ему оценки. Определение N 11В97пр-37 9. Судом правильно признано, что передача гражданином своему брату автомобиля, ввезенного на территорию Российской Федерации на льготных условиях, не является нарушением таможенных правил. По постановлению таможенного органа с П. взыскан штраф за нарушение таможенных правил, выразившееся в том, что П. передал автомобиль, ввезенный им на льготных условиях (с запрещением на его отчуждение и передачу в пользование или владение другому лицу, за исключением передачи в пользование члену семьи) на территорию Российской Федерации, своему брату. При этом в названном постановлении дана ссылка на разъяснение Государственного таможенного комитета Российской Федерации от 26 сентября 1994 г., определившего исчерпывающий перечень лиц, которые могут относиться к членам семьи; братья в этом перечне не названы. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ оставила без изменения решение судя об удовлетворении жалобы П. и об отмене постановления таможенного органа, указав следующее. В соответствии с нормами семейного и жилищного законодательства братья могут быть признаны членами семьи, если они проживают совместно и ведут общее хозяйство. Согласно п. 4 ст. 1 СК РФ права граждан в семье могут быть ограничены только на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других членов семьи и иных граждан. Установлено, что П. - родные братья, проживают совместно и ведут общее хозяйство, и в силу этого признаются членами семьи. Определение N 71в98пр-1 10. Создание законами субъектов Российской Федерации в городе республиканского подчинения местных органов государственной власти не является основанием для лишения его жителей конституционного права на участие в местном самоуправлении. Отказывая Е. в удовлетворении заявления о назначении даты выборов в органы местного самоуправления в городе Я., Верховный суд субъекта Российской Федерации исходил из того, что Е. - житель города республиканского подчинения, на территории которого в соответствии с законодательством субъекта Российской Федерации действуют местные органы государственной власти. По мнению суда, город Я. не является муниципальным образованием и Е., как и другие жители города, не вправе ставить вопрос о защите своего права избирать и быть избранным в органы местного самоуправления. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ отменила решение суда и направила дело на новое рассмотрение, указав следующее. В соответствии со ст.ст. 12, 32, 130 Конституции Российской Федерации Е. имеет право на участие в выборах органов местного самоуправления. На момент принятия Конституции Российской Федерации действовал Закон Российской Федерации от 6 июля 1991 г. "О местном самоуправлении в Российской Федерации", согласно которому город Я., как и другие города Российской Федерации (за исключением г. Москвы и г. Санкт-Петербурга), относился к территории, на которой осуществлялось местное самоуправление. Создание в 1994 году на основании Конституционного закона субъекта Российской Федерации "О местных органах государственной власти" в городе Я. местных органов государственной власти не могло лишить его жителей конституционного права на участие в местном самоуправлении. Принятым позднее 12 августа 1995 г. Федеральным законом "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" также предусмотрено право всех граждан Российской Федерации на участие в органах местного самоуправления. Никакого исключения для городов республиканского подчинения, каковым является город Я., данный Закон не содержит. Определение N 74Г-97-12 11. Судебные решения, исполнение которых ставится в зависимость от наступления (или ненаступления) определенных условий, недопустимы. Как видно из материалов дела, военнослужащие обратились в военный суд с жалобами на действия командира части и начальника финансового отдела, связанные с невыплатой им денежной компенсации взамен продовольственного пайка по причине отсутствия финансирования. Удовлетворив жалобы военнослужащих, суд в своем решении одновременно указал о выплате компенсации по поступлении в часть денежных средств на соответствующую статью сметы Министерства обороны Российской Федерации, т. е. по существу отсрочил исполнение своего решения на неопределенный срок, что противоречило требованиям гражданского процессуального законодательства, согласно которому срок исполнения решения устанавливается законом либо, в определенных случаях, судом (ст.ст. 209, 210 и 211 ГПК РСФСР). Установленный срок исполнения решения должен быть конкретным. Военная коллегия, рассмотрев дело, изменила решение суда, исключив из него указание о выплате компенсации по поступлении в часть денежных средств. Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ N 2н-31497 по гражданскому делу в связи с жалобами С. и др. 12. Военнослужащий, прослуживший в Вооруженных Силах 10 лет и более и увольняемый в запас по состоянию здоровья, не может быть уволен с военной службы без предоставления жилья. Офицер Ц., прослуживший в Вооруженных Силах более 20 лет, был уволен с военной службы по болезни согласно его рапорту без предоставления ему и его семье жилого помещения. Полагая, что его уволили с военной службы в нарушение требований ст. 22 Закона Российской Федерации от 22 января 1993 г. "О статусе военнослужащих" (с изменениями и дополнениями), офицер обратился в военный суд гарнизона с жалобой, в которой просил о восстановлении его на военной службе до получения квартиры. Суд отказал Ц. в удовлетворении жалобы, сославшись на то, что он сам подал рапорт с просьбой об увольнении его с военной службы и сохранении за ним очереди на получение жилья. Военный суд округа решение оставил без изменения. Как видно из материалов дела, Ц., хотя и указал в рапорте просьбу о сохранении очереди на получение квартиры, при беседах с ним в связи с увольнением просил при увольнении с военной службы обеспечить его жильем по нормам, установленным законодательством. Однако ни эта просьба, ни просьба Ц. сохранить за ним очередь на получение жилья в части командованием не выполнены. Он был исключен из списка личного состава части и всех видов обеспечения. По день обращения в суд вопрос о выделении жилья ни командованием, ни жилищной комиссией не решался, хотя в этот период для части выделялась жилая площадь, в том числе и трехкомнатные квартиры. Таким образом, Ц. уволен с военной службы по законному основанию, но с нарушением требований ст. 22 Закона Российской Федерации "О статусе военнослужащих", предусматривающей обязательное предоставление жилья военнослужащим, прослужившим 10 лет и более и уволенным с военной службы по состоянию здоровья. В связи с изложенным Военная коллегия отменила судебные решения и приняла новое решение - обязала командира части восстановить нарушенное право Ц. на получение жилой площади и предоставить ему по месту жительства первое выделенное для войсковой части жилое помещение по нормам, установленным жилищным законодательством. Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ N 16н-234/97 по гражданскому делу в связи с жалобой офицера Ц. Ответы на вопросы по применению гражданского и гражданско-процессуального законодательства Вопрос: Освобождаются ли от уплаты государственной пошлины товары, ввозимые на таможенную территорию Российской Федерации гражданами, указанными в пп. 1, 2 ч. 1 ст. 13 Закона Российской Федерации от 18 июня 1992 г. "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (с изменениями и дополнениями)? Ответ: Согласно п. "в" ст. 35 Закона Российской Федерации от 21 мая 1993 г. "О таможенном тарифе" (в редакции Федерального закона от 5 февраля 1997 г.) от уплаты пошлины освобождаются товары, ввозимые на таможенную территорию Российской Федерации физическими лицами, имеющими право на беспошлинный ввоз таких предметов на основании законодательства Российской Федерации. Учитывая, что законодательством Российской Федерации, а именно п. 10 ст. 14 Закона Российской Федерации от 18 июня 1992 г. "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции Федерального закона от 16 ноября 1997 г.) для чернобыльцев такая льгота предусмотрена, они освобождаются от уплаты таможенных пошлин при оформлении ввезенных ими из-за границы автомобилей. Вопрос: Возможно ли взыскание неустойки в соответствии со ст. 23 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" в случае расторжения договора купли-продажи по требованию потребителя, которому продан товар ненадлежащего качества, если продавец в установленный срок не возвратил потребителю уплаченную за товар денежную сумму? Ответ: Как предусмотрено в ст. 22 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. "О защите прав потребителей" (в редакции Федерального закона от 9 января 1996 г. N 2-ФЗ), требования потребителя, в частности о возмещении убытков, причиненных потребителю расторжением договора купли-продажи (возвратом товара ненадлежащего качества изготовителю), подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем) или организацией, выполняющей функции продавца (изготовителя) на основании договора с ним, в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования. В ст. 23 названного Закона установлена ответственность (неустойка в размере одного процента цены товара за каждый день просрочки) всех обязанных лиц за нарушение срока выполнения указанного требования. Невозврат денежной суммы, уплаченной потребителем за товар ненадлежащего качества, в случае расторжения договора купли-продажи влечет для потребителя убытки. Следовательно, продавец, допустивший такое нарушение, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара. Вопрос: Правомерно ли при вынесении решения о возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных органов, органов местного самоуправления или их должностных лиц, решать вопрос об одновременном взыскании с начисленных гражданину сумм заработка взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации и подоходного налога? Ответ: Рассматривая дело по заявлению гражданина о выплате за счет казны Российской Федерации заработной платы, не полученной в результате совершения указанными выше субъектами неправомерных действий, суд согласно ст. 195 ГПК РСФСР вправе разрешать возникший между сторонами спор в пределах заявленных истцом требований. Вынесение решения об одновременном взыскании с начисленных гражданину сумм заработка взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации и подоходного налога будет означать превышение этих требований. В соответствии с названной статьей ГПК РСФСР такой выход за пределы исковых требований допускается в случае, когда суд признает это необходимым для зашиты прав и охраняемых законом интересов истца (в данном случае гражданина, которому причинен вред), а также в других случаях, предусмотренных законом. В законодательных актах Российской Федерации, регулирующих правоотношения, возникающие вследствие причинения вреда, а также в актах о порядке исчисления и уплаты подоходного налога и страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации не содержится норм, предусматривающих возможность вынесения судом решения об одновременном взыскании с гражданина указанных сумм при рассмотрении дела о возмещении ему убытков, причиненных государственными органами, органами местного самоуправления или их должностными лицами. Поэтому в том случае, если гражданин с присужденной ему к выплате на основании судебного решения суммы неполученной заработной платы не произведет названных выше отчислений в добровольном порядке, заинтересованные органы должны обратиться с самостоятельным требованием в суд о взыскании этих сумм. На основании вынесенного по делу решения страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также подоходный налог будут взысканы с этого лица в установленном законом порядке. (Утвержден постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 6 мая 1998 г.) ____________ Некоторые вопросы судебной практики по гражданским делам (Продолжение. Начало см. в N 8 Бюллетеня.) НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ (Продолжение. Начало см. в N 8 Бюллетеня.) Применение норм гражданского права 14. В соответствии с заключенными фирмой "Наим Анвар Ко.Лтд" (Кабул, Афганистан) и Всесоюзным хозрасчетным внешнеторговым объединением "Востокинторг", которое впоследствии реорганизовано в акционерное общество открытого типа "Внешинторг" (АО "Внешинторг", Москва), контрактами от 16 декабря 1991 г. и дополнительными соглашениями к ним афганская фирма поставила товар (куртки) на сумму 19 313 060 клиринговых долларов. В марте 1993 г. АО "Внешинторг" перевело названную сумму через Внешэкономбанк в "Да Афганистан Банк", однако по истечении года, 6 апреля 1994 г. эта сумма банком, обслуживающим инофирму, "Да Афганистан Банк" была возвращена во Внешэкономбанк. 14 апреля 1994 г. инофирмой заявлена претензия, в которой АО "Внешинторг" предлагалось выплатить сумму долга за поставленный, но не оплаченный товар в СКВ, а именно 3 138 373,52 доллара США. В связи с отклонением АО "Внешинторг" этой претензии фирма "Наим Анвар Ко.Лтд" обратилась в Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации с иском о взыскании упомянутой суммы долга, пять процентов годовых с этой суммы с 6 апреля 1994 г. по день уплаты, а также расходов, связанных с ведением дела и уплатой арбитражного сбора. 22 мая 1994 г. Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации в пользу фирмы "Наим Анвар Ко.Лтд" взыскал с АО "Внешинторг" 1 745 145,60 доллара США основного долга, 54 580,40 доллара США в качестве процентов годовых с 14 апреля 1994 г. по 31 декабря 1994 г. и другие расходы. Московский городской суд 16 февраля 1996 г. в удовлетворении ходатайства АО "Внешинторг" об отмене этого решения отказал. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 21 июня 1996 г. протест заместителя Генерального прокурора РФ об отмене определения судебной коллегии Московского городского суда оставила без удовлетворения. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений и решения Международного коммерческого арбитражного суда и направлении дела на новое рассмотрение в тот же арбитражный суд. Президиум Верховного Суда РФ протест оставил без удовлетворения по следующим основаниям. Как видно из содержания ст. 34 Закона Российской Федерации от 7 июля 1993 г. "О международном коммерческом арбитраже", основаниями к оспариванию в суде общей юрисдикции арбитражного решения являются нарушения процессуального порядка возбуждения и проведения коммерческого арбитража, а также противоречие арбитражного решения публичному порядку Российской Федерации. По мнению прокурора, решение Международного коммерческого арбитражного суда от 22 мая 1994 г. противоречит публичному порядку Российской Федерации, под которым подразумевается соблюдение основных принципов международного права, в том числе принципа соблюдения договоров. В данном случае, по утверждению прокурора, имел место односторонний отказ от исполнения обязательства в той форме, в которой заключено соглашение, однако арбитражный суд не учел это обстоятельство. Сославшись на положение Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров, а также положения двусторонних советско-афганских межправительственных соглашений, касающихся осуществления расчетов между двумя странами, Международный коммерческий арбитражный суд названные акты во внимание не принял и удовлетворил иск по мотивам, не основанным на законе, в частности, учел отказ "Да Афганистан Банк" принимать клиринговые доллары, а также фактическую невозможность в момент рассмотрения спора расчетов в клиринговых долларах, хотя данный факт не подтвержден материалами дела. Таким образом, в протесте оспаривалась законность и обоснованность арбитражного решения от 22 мая 1994 г., правильность применения Международным коммерческим арбитражным судом норм материального права и допущенные этим судом нарушения процессуального характера и то, что выводы арбитражного суда не подтверждены доказательствами. Между тем названные мотивы не могут служить основанием к оспариванию в суде общей юрисдикции арбитражного решения. Перечень оснований такого оспаривания, установленный в ст. 34 Закона Российской Федерации "О международном коммерческом арбитраже", - исчерпывающий и не подлежит расширительному толкованию. Кроме того, нет оснований полагать, что принятое арбитражным судом решение противоречит публичному порядку Российской Федерации. Доводы об этом в протесте основаны на утверждении о несовместимости с законодательством Российской Федерации предложенного арбитражным судом способа расчетов между сторонами по названным контрактам. Возложение же на ответчика как стороны внешнеэкономической сделки уплаты долга в свободно конвертируемой валюте не противоречит валютному законодательству Российской Федерации. В письме Центрального банка Российской Федерации от 1 сентября 1992 г. N 10-2/1268 и Государственного таможенного комитета Российской Федерации от 9 сентября 1992 г. N 01-13/5109 указывается, что в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 12 июня 1992 г. N 621 "О платежно-расчетных отношениях во внешнеэкономических связях Российской Федерации и 1992 году" платежно-расчетные отношения Российской Федерации с зарубежными странами в 1992 году осуществляются по текущим мировым ценам в свободно конвертируемой валюте, если иное не предусмотрено межправительственными соглашениями Российской Федерации. Данных о том, что между Российской Федерацией и Исламским Государством Афганистан действует соглашение о клиринговых расчетах, суду не представлено. По этим основаниям судебные постановления признаны правильными и оставлены Президиумом Верховного Суда РФ без изменения. 15. В марте 1992 г. М. передал свой поврежденный в аварии автомобиль ЗАЗ-966 для ремонта работникам АООТ "Горизонт" Б. и П., которые с помощью автокрана и грузовой автомашины, принадлежавших этому АООТ, доставили автомобиль М. на территорию упомянутого предприятия, получив от М. аванс в размере 50 процентов от стоимости работ по ремонту автомобиля в сумме 2500 рублей. На участке по ремонту автотранспорта АООТ "Горизонт" автомобиль М. был разобран, но в ходе ремонтных работ выяснилось, что необходима замена кузова, которого у подрядчика не оказалось. В связи с тем, что ремонт автомобиля не произведен, уплаченный аванс не возвращен, в декабре 1995 г. М. обратился в суд с исковым требованием к АООТ "Горизонт" обязать его в течение 30 дней отремонтировать автомобиль и выплатить ему в счет компенсации морального вреда 10 млн. рублей на основании Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. "О защите прав потребителей" (с изменениями и дополнениями). В ходе судебного разбирательства истец изменил свои требования и просил взыскать с ответчика стоимость автомобиля ЗАЗ-966 по состоянию на 1996 год в сумме 12 281 220 рублей, а также компенсировать причиненный ему моральный вред. Решением Бабушкинского межмуниципального суда Северо-Восточного административного округа г. Москвы от 31 января 1997 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда) ответчик был обязан возвратить истцу автомобиль в том состоянии, в котором он был принят от М. в 1992 году; с учетом вины истца в нарушении порядка заключения и формы сделки с ответчиком суд взыскал с ответчика в пользу истца 1/2 часть внесенного М. в 1992 году аванса за ремонт автомобиля; остальные исковые требования оставил без удовлетворения. Президиум Московского городского суда по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ отменил судебные постановления, указав следующее. Как видно из материалов дела, автомобиль М. был доставлен для ремонта на территорию АООТ "Горизонт" работниками этого предприятия с использованием технических средств и транспорта предприятия; истец внес аванс в счет предоплаты ремонта автомобиля, после чего силами работников АООТ "Горизонт" в производственных помещениях предприятия и с ведома его руководства были выполнены некоторые ремонтные работы, оказавшиеся, по утверждению ответчика, безрезультатными из-за необходимости замены всего кузова автомобиля и отказа самого истца предоставить новый кузов для продолжения ремонта. При этих обстоятельствах дела суд пришел к правильному выводу о том, что договор подряда на выполнение ремонтных работ заключен между М. и ответчиком АООТ "Горизонт", а не с частными лицами - работниками данного предприятия Б. и П. Вместе с тем выводы суда о наличии вины самого истца в длительном неисполнении ответчиком взятых на себя обязательств по ремонту автомобиля М. материалами дела не подтверждены и не могут быть признаны обоснованными. Суд при рассмотрении дела установил, что АООТ "Горизонт" - закрытое предприятие со строгой пропускной системой, попасть на территорию предприятия без соответствующего разрешения его руководства М. не мог. Как пояснил истец, на его многочисленные обращения к руководству АООТ "Горизонт" по поводу окончания ремонта автомобиля длительное время никакого ответа получить не удавалось вплоть до апреля 1995 г. Это подтверждается имеющимися в деле письмами М. на имя генерального директора АООТ "Горизонт" и ответом директора на эти письма от 12 апреля 1995 г., в котором тот объяснил истцу, почему через три года после доставки автомобиля на территорию предприятия ремонт не произведен, и предложил истцу забрать автомобиль в том же состоянии, что и до начала ремонтных работ, причем без возврата полученного от истца аванса. При отсутствии в деле доказательств того, что подрядчик в соответствии с п. 3 ст. 358 ГК РСФСР (действовавшего на момент возникновения между сторонами договорных отношений) своевременно предупредил заказчика о невозможности выполнить взятые на себя обязательства по ремонту автомобиля и после такого предупреждения в соответствии со ст. 359 ГК РСФСР отказался от договора и принял меры по возмещению убытков, связанных с ремонтом и хранением на территории предприятия автомобиля М., законных оснований для возложения на истца ответственности за неисполнение АООТ "Горизонт" обязательства по ремонту автомобиля не имелось. Кроме того, не может быть признана правильной ссылка суда на то, что несоблюдение письменной формы сделки может служить основанием для снижения при возврате суммы аванса, переданного ответчику истцом до начала ремонтных работ. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 44 ГК РСФСР сделка между юридическим лицом и гражданином должна совершаться в письменной форме. Вместе с тем при отсутствии перечисленных в законе оснований для признания такой сделки недействительной несоблюдение требований, предъявляемых к форме сделки, не может служить основанием к снижению размера ответственности сторон за неисполнение взятых на себя по договору обязательств. В связи с этим возложение на М. части ответственности за то, что его договор с ответчиком не заключен в письменной форме, незаконно, тем более что вина М. в несоблюдении письменной формы сделки судом не установлена. В соответствии со ст. 34 ГПК РСФСР основание и предмет иска истец вправе определять по своему усмотрению. Суд не наделен правом без согласия истца изменять основание и предмет заявленных исковых требований. При рассмотрении данного дела эта норма процессуального права судом нарушена, поскольку вместо вынесения решения по существу заявленных истцом требований о компенсации остаточной стоимости автомобиля, пришедшего по вине ответчика в негодное для использования по назначению состояние, и о возмещении морального вреда, основанных на Законе Российской Федерации "О защите прав потребителей", суд вынес решение о возврате истцу разобранного автомобиля и о частичной компенсации внесенного М. при заключении договора аванса. При этом суд не проверил доводов истца о том, что автомобиль не только разобран, разукомплектован но и в результате ненадлежащих условий хранения по вине ответчика приведен в негодность. Кроме того, в решении отсутствует ссылка на конкретную норму материального права, на основании которой суд вынес решение о возврате М. поврежденного автомобиля и отказал в удовлетворении требований истца о возмещении убытков, понесенных им в результате неисполнения ответчиком взятых на себя обязательств. В силу п. 5 постановления Верховного Совета Российской Федерации "О введении в действие Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" этот Закон применяется к правоотношениям, возникшим после введения его в действие (7 апреля 1992 г.). По правоотношениям, возникшим до введения Закона в действие, он применяется только к тем правам и обязанностям, которые возникают после введения его в действие. Договорные отношения между сторонами возникли в марте 1992 г., до введения в действие Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", но право истца требовать от ответчика своевременного и надлежащего исполнения его договорных обязательств и обязанность АООТ "Горизонт" возвратить М. отремонтированный автомобиль или потребовать расторжения договора из-за невозможности окончания работ возникли после того, как этот Закон был введен в действие. Обязательственные правоотношения между сторонами являются длящимися; их прекращение связано с моментом вынесения судебного решения по существу спора, в связи с чем довод суда о том, что Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" к правоотношениям сторон по данному делу неприменим, признан ошибочным. Жилищные споры 16. В судебной практике возникают споры о полномочиях организаций - собственников жилых помещений и организаций, владеющих жильем на праве оперативного управления, по распределению жилья между работниками этих организаций. Президиум Верховного Суда РФ высказал мнение о том, что такая организация вправе самостоятельно определять, каким категориям работников и на каких основаниях должны предоставляться жилые помещения. Ряд сотрудников Красноярского государственного аграрного университета обратился в суд с жалобой на действия администрации и профсоюзного комитета Красноярского государственного аграрного университета по распределению жилых помещений в доме по ул. Словцова в г. Красноярске, признании недействительным приказа ректора университета от 27 июля 1995 г. о распределении жилья, а также о понуждении предоставить им жилые помещения в аренду в соответствии с очередностью и жилищными нормами. Кроме того, заявители просили компенсировать моральный вред, причиненный неправомерными действиями. Заявители сослались на то, что при распределении квартир в выстроенном доме администрация и профсоюзный комитет не соблюдали очередность на получение жилья, не учитывали право на льготное обеспечение жилым помещением, поэтому оказались нарушенными их права, причинен моральный вред. Решением Центрального районного народного суда г. Красноярска (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Красноярского краевого суда) в удовлетворении требований отказано. Президиум Красноярского краевого суда протест прокурора Красноярского края оставил без удовлетворения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отклонила протест заместителя Генерального прокурора РФ. Президиум Верховного Суда РФ оставил без удовлетворения протест заместителя Генерального прокурора РФ об отмене всех судебных постановлений как вынесенных с нарушением норм материального и процессуального права, а судебные постановления - без изменения, указав следующее. Красноярский государственный аграрный университет на законном основании получил в оперативное управление законченный строительством жилой дом по ул. Словцова. Распределение жилых помещений в доме производилось в следующих пропорциях: 10 процентов квартир передано в фонд социального использования, 75 процентов - для сдачи в аренду и 15 процентов - для продажи. Судебные инстанции не согласились с доводами заявителей о том, что администрация и профсоюзный комитет аграрного университета при распределении квартир по договорам аренды были обязаны придерживаться очередности, так же как и при предоставлении квартир по договорам найма. Согласно нормам Жилищного кодекса РСФСР распределение жилой площади в порядке очередности производится только по договорам жилищного (социального) найма. Как видно из материалов дела, находящееся на балансе Красноярского аграрного университета государственное имущество, включая жилой дом по ул. Словцова, является федеральной собственностью и закреплено за университетом на праве оперативного управления в соответствии с договором от 7 декабря 1995 г. между ним и Красноярским краевым комитетом по управлению государственным имуществом (с правами и полномочиями территориального агентства Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом). В силу п. 1 ст. 296 ГК РФ право оперативного управления учреждение (к каковому относится Красноярский аграрный университет) реализует в отношении закрепленного за ним имущества путем владения, пользования и распоряжения в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением имущества. Исходя из требований закона, стороны по договору от 7 декабря 1995 г. предусмотрели право университета владеть, по своему усмотрению пользоваться и распоряжаться закрепленным за ним имуществом по назначению для осуществления всех видов деятельности в порядке, определенном уставом учреждения, упомянутым договором и действующим законодательством Российской Федерации. Право учреждения на сдачу и аренду недвижимого имущества предусматривалось договором. Таким образом, суд первой инстанции при разрешении спора обоснованно исходил из того, что Красноярский государственный аграрный университет вправе распоряжаться закрепленным за ним жилищным фондом путем распределения жилых помещений в доме по ул. Словцова на условиях договора найма, договора аренды и продажи жилья. Довод же прокурора со ссылкой на ст. 298 ГК РФ о том, что это невозможно даже с согласия собственника имущества, ошибочен, не вытекает из требований законодательства и социального назначения жилищного фонда. Необоснован также довод прокурора о неправомерности устанавливать порядок предоставления жилой площади по договору аренды самостоятельно учреждением. В соответствии со ст. 3 Закона Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. "Об основах федеральной жилищной политики" (с изменениями и дополнениями) органы государственной власти и управления, органы местного самоуправления обеспечивают порядок учета жилищного фонда, распределения и предоставления гражданам жилых помещений по договорам найма, аренды, а также их продажи гражданам в государственном, муниципальном и общественном жилищных фондах. Однако степень такого обеспечения различна. Только предоставление жилых помещений по договору найма производится нуждающимся в улучшении жилищных условий в порядке и на условиях, определенных органами государственной власти и управления в соответствии с существующей очередью на улучшение жилищных условий (ст. 13 названного Закона). При регламентации аренды жилого помещения законодатель в ст. 17 данного Закона не указал на необходимость соблюдения очередности, установив, что порядок, сроки и условия аренды определяются договором между арендатором и собственником либо уполномоченным собственником лицом (органом). Согласно упомянутой статье Закона доли государственного и муниципального жилищного фонда, предоставляемого по договору аренды, определяются Правительством Российской Федерации и правительствами республик в составе Российской Федерации, органами государственного управления, краев, областей и т. д. Администрация Красноярского края во исполнение данного предписания приняла 3 марта 1994 г. постановление N 117-п, предусмотрев в нем право руководителей государственных предприятий и учреждений до 30 процентов вводимого жилья продавать гражданам, не менее 60 процентов жилья предоставлять для заселения по договору аренды, в том числе с правом выкупа жилого помещения, и обязав не менее 10 процентов жилья передавать в фонд социального использования для предоставления его нуждающимся гражданам по договору найма в пределах социальной нормы. Эти пропорции были соблюдены при распределении жилых помещений в доме по ул. Словцова: 10 процентов квартир передано в фонд социального использования, 75 процентов - для распределения по договорам аренды и 15 процентов - для продажи. Довод о том, что указанное соотношение долей не действовало ко времени распределения жилой площади в 1995 году, необоснован. Данных об ином соотношении долей администрацией края представлено не было, в протесте такие данные не приводились. Как установил суд первой инстанции, жилые помещения, переданные в фонд социального использования, распределялись в соответствии с жилищным законодательством в порядке очередности. Что же касается распределения жилых помещений на условиях аренды, то в этой части районный суд правильно сослался в решении на отсутствие в нормативных актах указаний на обязанность предоставления квартир в аренду с учетом очередности нуждающихся. При ином подходе условия предоставления жилья в аренду были бы идентичны условиям и порядку предоставления жилых помещений по договору найма, что не соответствует действующему законодательству. При заключении договоров аренды администрация предприятия, учреждения свободна как в выборе лиц, с которыми такие договоры заключаются, так и в выборе условий этих договоров. В этой связи Президиум признал необоснованным довод прокурора о произвольном предоставлении жилых помещений в аренду. Из материалов дела видно, что администрация университета при заключении договоров аренды с сотрудниками исходила из рекомендаций руководства и общественности подразделений, в которых они работали, из деловых качеств и нуждаемости в улучшении жилищных условий независимо от порядкового номера в списке нуждающихся. Эти же обстоятельства учитывались и при отказе в заключении договоров аренды с заявителями. Таким образом, суд первой инстанции принял правильное решение об отказе заявителям в удовлетворении их требований. 17. В случаях привлечения для завершения затянувшегося строительства кооперативных домов дополнительных средств пайщиков (в отличие от ранее действовавшего бюджетного финансирования строительства) требования граждан о предоставлении квартир на условиях, определенных при принятии организационного решения о создании ЖСК, удовлетворены быть не могут. Попова, Алексеева и др. обратились в суд с иском к ЖСК "Прогресс-7" о признании недействительным решения общего собрания членов кооператива от 16 февраля 1996 г. об исключении их из членов ЖСК, просили восстановить в членах кооператива, признать недействительным предварительное распределение квартир. Кроме того, они, а также ряд других членов ЖСК предъявили иски к ЖСК "Прогресс-7" о передаче им в собственность жилых помещений из расчета 30 процентов себестоимости квартир и взыскании излишне выплаченных сумм. При этом они ссылались на то, что в мае 1984 г. вступили в члены ЖСК с условием получения квартир в доме кооператива соответственно размерам внесенных ими паевых взносов. По их мнению, согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 6 марта 1992 г. N 140 "О государственной поддержке кооперативного жилищного строительства" они должны уплатить лишь 30 процентов себестоимости своих квартир, однако внесли уже больше. Тем не менее правление ЖСК, ссылаясь на решения общего собрания, потребовало внесения в качестве паевых взносов дополнительных сумм по тем мотивам, что бюджетные деньги своевременно не поступают и кооператив несет большие убытки из-за уплаты штрафных санкций генеральному подрядчику. Решением общего собрания членов ЖСК от 16 февраля 1996 г. Попова, Алексеева и др. исключены из кооператива за отказ платить дополнительные паевые взносы, предварительное распределение квартир произведено без их участия. Решением Калининградского городского суда Московской области (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Московского областного суда) в иске о взыскании с ЖСК сумм, уплаченных сверх 30 процентов себестоимости квартир, отказано, в остальной части требования удовлетворены, на кооператив возложена обязанность передать в собственность истцов соответствующие квартиры. Президиум Московского областного суда оставил без удовлетворения протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ об отмене решения и кассационного определения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ удовлетворила аналогичный протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, указав следующее. Удовлетворяя требования истцов, суд исходил из того, что они добросовестно и в полном объеме выполнили свои обязательства по внесению паевых взносов, в связи с чем в соответствии с требованиями п. 4 ст. 218 ГК РФ вправе претендовать на передачу в собственность квартир, которые ЖСК обязан им предоставить в пользование после окончания строительства дома. Однако эти выводы ошибочны, поскольку в нарушение требований ст.ст. 14, 50, 56 ГПК РСФСР суд оставил без внимания и надлежащей оценки объяснения ответчика и другие представленные кооперативом доказательства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела. Как следует из объяснений представителя ЖСК и предъявленных им документов, отвод земельного участка для строительства дома кооператива был произведен по решению исполнительного комитета Калининградского городского Совета народных депутатов от 26 октября 1984 г., но в план строительства дом ЖСК включен по решению исполнительного комитета Московского областного Совета народных депутатов лишь на IV квартал 1991 г. и в июне 1991 г. с отделом капитального строительства Мособлисполкома заключен договор подряда на строительство дома. В связи с либерализацией цен с 1 января 1992 г. и прекращением действия ранее существовавшей схемы финансирования строительства объектов ЖСК этот договор подряда не исполнен и строительство дома не началось. 22 октября 1993 г. ЖСК заключил с "МЖК-Строй" договор о совместной деятельности, а затем 25 января 1995 г. договор подряда на строительство дома, который был построен и принят в эксплуатацию 29 ноября 1995 г. На протяжении всего строительства в ЖСК регулярно проводились собрания членов кооператива по вопросам финансирования строительства и определялись суммы ежемесячных паевых платежей с учетом реальных расходов. Помимо счетов за строительство дома кооператив в соответствии с п. 5 договора о совместной деятельности от 22 октября 1993 г. оплачивал пени ввиду просрочки платежей за строительство. Упомянутым договором было предусмотрено, что если размер денежных средств, перечисленных кооперативом, по какому-либо этапу окажется меньше фактической себестоимости всех квартир, переходящих в собственность кооператива, то "МЖК-Строй" передает ЖСК только такое количество квартир, общая площадь которых фактически оплачена кооперативом. ЖСК не имел возможности производить надлежащие платежи, в связи с чем размер долевого участия кооператива изменялся. Так, дополнительным соглашением от 3 апреля 1995 г. доля ЖСК была предусмотрена равной 44,4 процента, соглашением от 18 июля 1995 г. - 34,2 процента, соглашением от 20 ноября 1995 г. - 24,3 процента. Заключению дополнительных соглашений предшествовали соответствующие решения правления и общего собрания членов ЖСК. Как указал в решении суд со ссылкой на ст. 168 ГК РФ, регулирующую вопросы признания недействительной сделки, не соответствующей требованиям закона или иным правовым актам, дополнительные соглашения противоречат Уставу ЖСК и нарушают права членов кооператива. Однако при этом суд не учел, что требований о признании названных дополнительных соглашений недействительными не заявлялось, "МЖК-Строй" в качестве ответчика по ним не привлекался. Кроме того, из-за отсутствия такого спора между сторонами суд не выяснял, имелась ли вообще реальная возможность окончания строительства дома без дополнительных соглашений, а также не указал в решении, какие нормы Устава и права каких членов ЖСК нарушаются этими сделками. Делая вывод о том, что истцы добровольно и в полном объеме внесли паевые взносы, суд по существу согласился с их доводами, что 70 процентов расходов на строительство дома должны компенсироваться за счет бюджета. Между тем такой вывод был бы обоснованным, если бы бюджетные средства на строительство дома поступали своевременно и в полном объеме. В то же время названные обстоятельства судом не исследовались, оценки соответствующих доводов ЖСК "Прогресс-7" и представленных им документов в решении не дано. По утверждению ответчика, до настоящего времени кооперативу из бюджета не выплачено около 1,5 млрд. рублей. Отвергая доводы, изложенные в протесте, суд надзорной инстанции указал, что кооператив для продолжения строительства имел право брать кредит, который мог быть погашен из бюджета. Однако упомянутые обстоятельства вообще не устанавливались судами первой и кассационной инстанций, доказательства по ним не исследовались и не оценивались. Не являлся основанием для оставления протеста без удовлетворения и довод о праве кооператива истребовать не выплаченную из бюджета сумму, поскольку это обстоятельство никакого отношения к соответствующим доводам протеста о незаконности решения и кассационного определения не имело. Как указал суд в решении, члены кооператива не должны нести ответственность по обязательствам кооператива, но при этом не дал оценки доводам ответчика о том, что согласно положениям устава и решениям общих собраний свои обязательства по платежам за строительство дома ЖСК мог выполнять лишь при условии внесения членами кооператива дополнительных паевых взносов в связи с удорожанием строительства и непоступлением бюджетных средств. Кроме того, ЖСК - потребительский кооператив, а в соответствии с п. 4 ст. 116 ГК РФ на членах кооператива лежит обязанность покрывать его убытки путем дополнительных взносов. Однако суд этого не учел. Из объяснений ответчика и представленных им документов следует, что 130 членов ЖСК полностью внесли паевые взносы, определенные общим собранием ЖСК с учетом действительно понесенных кооперативом расходов на строительство дома. Если это так, то решение существенно нарушает их права, поскольку часть из них не смогут получить квартиры из-за передачи их в собственность истцов, внесших значительно меньшие суммы. С доводами президиума Московского областного суда о возможности защиты прав этих лиц иным путем согласиться нельзя, поскольку этот вопрос судом вообще не исследовался. Состоявшиеся по делу судебные постановления отменены как вынесенные с нарушением норм материального и процессуального права; дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 18. Вместе с тем по общему правилу о недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательства, действующему во всех подотраслях гражданского права, существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, не является безусловным основанием для признания обязательства прекращенным. Должник должен доказать в суде не только существенный характер изменения обстоятельств, но и то, что им предпринимались меры, вплоть до обращения в суд, по изменению условий договора или по его расторжению. Кольцов работал на Рязанском радиозаводе с 1982 года и состоял на учете по улучшению жилищных условий. 7 июня 1991 г. администрация и профсоюзный комитет предприятия заключили с ним договор, в соответствии с которым Кольцов привлекался к участию в строительстве 90-квартирного дома по ул. Грибоедова в г. Рязани (ввод в эксплуатацию которого планировался на 1993 год) и должен был перейти из основного производства на работу в строительное подразделение завода и отработать на кирпичном заводе не менее трех лет. Рязанский радиозавод принял на себя обязательство по окончании строительства дома предоставить в нем Кольцову однокомнатную квартиру. В апреле 1996 г. Кольцов обратился в суд с исковым требованием к АООТ "Рязанский радиозавод" (правопреемнику государственного предприятия "Рязанский радиозавод") обязать предоставить квартиру во вновь построенном доме по ул. Грибоедова или о выплате стоимости этой квартиры, указывая на то, что, несмотря на выполнение им всех условий договора, администрация завода отказала ему в предоставлении квартиры, объяснив это тем, что еще до окончания строительства дом был продан другой организации из-за отсутствия у завода собственных средств для окончания строительства. АООТ "Рязанский радиозавод" предъявило к Кольцову встречный иск об изменении условий договора и о предоставлении истцу однокомнатной квартиры в 1999 году, ссылаясь на отсутствие в заключенном с истцом договоре конкретного срока предоставления квартиры и на невозможность предоставления квартиры в доме по ул. Грибоедова администрацией завода по объективным причинам, в связи с чем в существенно изменившихся условиях она считает себя вправе в соответствии со ст. 451 ГК РФ требовать изменения условий договора с истцом. Решением Советского районного суда г. Рязани иск Кольцова удовлетворен: с ответчика в пользу истца была взыскана стоимость однокомнатной квартиры - 80 115 тыс. рублей, в удовлетворении встречного иска отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Рязанского областного суда решение суда отменила по тем основаниям, что суд не выяснил, является ли АООТ "Рязанский радиозавод" правопреемником государственного предприятия "Рязанский радиозавод" по обязательствам в жилищной сфере; не проверил довод ответчика о неисполнении истцом условий договора об участии в постройке дома вплоть до принятия его в эксплуатацию государственной комиссией и не сослался в решении на конкретную норму материального права, в соответствии с которой на ответчика возложена обязанность выплатить истцу стоимость квартиры. Президиум Рязанского областного суда отменил по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ кассационное определение и оставил в силе решение суда первой инстанции, указав следующее. В соответствии со ст. 26 Закона РСФСР от 3 июля 1991 г. "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР" (с последующими изменениями и дополнениями) АООТ "Рязанский радиозавод" - правопреемник государственного предприятия "Рязанский радиозавод" и отвечает по обязательствам, вытекающим из трудовых отношений, определенных действовавшим до приватизации коллективным договором. В суде первой инстанции АООТ "Рязанский радиозавод" признало свое правопреемство по обязательствам государственного предприятия "Рязанский радиозавод" предоставить квартиры работникам, привлеченным к участию в строительстве жилых домов, поскольку это правопреемство основано на Законе РСФСР "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР" и подтверждено имеющимся в деле Положением о предоставлении жилой площади в АООТ "Рязанский радиозавод", утвержденным советом директоров общества 10 ноября 1995 г. и совместным приказом-постановлением администрации и профсоюзного комитета АООТ "Рязанский радиозавод" от 15 мая 1996 г. Представитель АООТ "Рязанский радиозавод" в данных суду объяснениях не оспаривал правопреемство акционерного общества по обязательствам государственного предприятия "Рязанский радиозавод" перед работниками в социально-бытовой сфере. Сам факт предъявления ответчиком встречного иска о переносе срока исполнения обязательства по предоставлению квартиры Кольцову подтверждает признание АООТ "Рязанский радиозавод" этого обязательства перед истцом. При таких обстоятельствах дела у суда кассационной инстанции не было ни материально-правовых, ни процессуальных оснований для того, чтобы поставить под сомнение правильный вывод суда первой инстанции о сохранении после приватизации предприятия обязательства ответчика предоставить истцу квартиру, которое должно быть исполнено. Указание суда кассационной инстанции на невыполнение Кольцовым в полном объеме условий заключенного с ответчиком договора ошибочно, поскольку его участие в строительстве дома прервалось до сдачи дома в эксплуатацию. Суд первой инстанции правильно сослался в решении на выполнение истцом всех его договорных обязательств перед ответчиком (с работы по основной профессии он перешел на работу в строительное подразделение ответчика и отработал на кирпичном заводе более трех лет). То обстоятельство, что в названный в договоре срок (до 1993 года) дом по ул. Грибоедова в эксплуатацию заводом сдан не был, не может рассматриваться как неисполнение договорных обязательств Кольцовым. Финансовое и организационное обеспечение строительства дома в обязанности истца не входило; ответственность за действия ответчика, не обеспечившего своевременную сдачу дома в эксплуатацию и продавшего недостроенный дом другой организации, лежит не на Кольцове, а на АООТ "Рязанский радиозавод". Кроме того, в суде первой инстанции и в кассационной жалобе ответчик не считал, что договор с истцом не был выполнен по вине самого Кольцова. Выдвижение судом собственных доводов против заявленных в суде требований, на которые стороны не указывали, выходит за рамки компетенции суда любой инстанции и нарушает установленный в ст. 14 ГПК РСФСР принцип состязательности и равноправия сторон. Суд первой инстанции, признав недопустимым односторонний отказ АООТ "Рязанский радиозавод" от исполнения обязательств и взыскав с ответчика стоимость квартиры, которую завод должен был предоставить Кольцову, нормы материального права применил правильно, сославшись на ст.ст. 309, 310 ГК РФ. Взыскание денежной компенсации вместо решения обязать ответчика предоставить истцу квартиру является не санкцией за нарушение обязательства, а мерой принудительного исполнения этого обязательства, причем от изменения способа исполнения обязательства его существо не изменяется. В связи с этим нельзя согласиться и с доводом суда кассационной инстанции о необходимости при удовлетворении иска Кольцова ссылаться на нормы главы 25 ГК РФ, тем более что сам истец требований о применении к ответчику мер ответственности за нарушение обязательства в суде не заявлял. Приведенные в кассационном определении доводы не могут быть признаны основанием для отмены правильного решения суда первой инстанции, поэтому это определение в соответствии с пп. 1 и 2 ст. 30 ГПК РСФСР отменено с оставлением в силе решения суда первой инстанции. 19. Изменение способа исполнения судебного решения обязать ответчика предоставить истцу определенное жилое помещение возможно и на стадии исполнительного производства. Решением Сарапульского городского суда от 9 ноября 1995 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики) акционерное объединение "Сарапульский электрогенераторный завод" обязано предоставить Тимурбулатову во исполнение договора о трудовом участии в строительстве жилого дома от 6 июня 1987 г. двухкомнатную благоустроенную квартиру. В связи с неисполнением решения суда Тимурбулатов обратился в суд с заявлением об изменении способа и порядка исполнения решения и взыскании в его пользу с АО "Сарапульский электрогенераторный завод" стоимости двухкомнатной благоустроенной квартиры. При этом он ссылался на то, что акционерное общество жилье не строит, жилищный фонд передало муниципалитету. Сарапульский городской суд Удмуртской Республики изменил способ исполнения решения Сарапульского городского суда от 9 ноября 1995 г.: с АО "Сарапульский электрогенераторный завод" взыскал среднерыночную стоимость двухкомнатной благоустроенной квартиры по г. Сарапулу на день исполнения решения суда с зачислением этой суммы на депозитный счет Сарапульского городского суда для приобретения двухкомнатной благоустроенной квартиры Тимурбулатову. Одновременно обращено взыскание на имущество должника. Президиум Верховного суда Удмуртской Республики определение суда первой инстанции отменил и вынес новое об отказе в удовлетворении заявления Тимурбулатову об изменении способа и порядка исполнения решения суда. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ отменила постановление президиума Верховного суда Удмуртской Республики в части вынесения нового определения об отказе в удовлетворении заявления как вынесенное с нарушением норм процессуального права, указав следующее. Согласно ст. 207 ГПК РСФСР суд, постановивший решение по делу, вправе по заявлению лиц, участвующих в деле, исходя из имущественного положения сторон или других обстоятельств, отсрочить или рассрочить исполнение решения, а также изменить способ и порядок его исполнения. Президиум Верховного суда Удмуртской Республики, вынося определение об отказе Тимурбулатову в удовлетворении заявления, считал, что правила ст. 207 ГПК РСФСР в данном случае неприменимы, поскольку Тимурбулатов, требуя взыскания с АО "Сарапульский электрогенераторный завод" стоимости двухкомнатной квартиры, предъявил новое материально-правовое требование. С этим выводом президиума согласиться нельзя. Решением Сарапульского городского суда от 9 ноября 1995 г. на АО "Сарапульский электрогенераторный завод" возложена обязанность предоставить Тимурбулатову двухкомнатную благоустроенную квартиру во исполнение договора от 6 июня 1987 г. Эту обязанность АО не выполнило, поэтому взыскание с него денежного эквивалента стоимости той квартиры, которая должна быть предоставлена, не изменяет существа обязательства обеспечить Тимурбулатова квартирой. То обстоятельство, что по условиям договора от 6 июня 1987 г. квартира должна быть предоставлена с заключением договора жилищного найма, не могло быть основанием для отказа Тимурбулатову в изменении способа исполнения решения, так как в соответствии с требованиями Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. "О приватизации жилищного фонда Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями) Тимурбулатов вправе приватизировать квартиру в случае, если бы обязательство было исполнено, и он стал бы собственником квартиры. Президиум Верховного суда Удмуртской Республики правильно отменил определение, поскольку суд первой инстанции не проверил, может ли быть реально исполнено решение о предоставлении Тимурбулатову квартиры. Удовлетворяя заявление, суд исходил из того, что решение длительное время не исполняется ввиду отсутствия строительства жилья, но не истребовал данные, свидетельствующие об этом, а также не проверил, имеются ли у АО свободные жилые помещения. Кроме того, суд не указал в определении конкретную сумму, которая подлежит взысканию в пользу Тимурбулатова, в то время как он просил в своем заявлении о взыскании с АО 36 млн. рублей (по заключению эксперта по недвижимости, среднерыночная стоимость двухкомнатной квартиры в г. Сарапуле составляла на ноябрь 1995 г. 36 млн. рублей). Таким образом, суду следовало разрешать заявление Тимурбулатова с учетом его требования о взыскании конкретной суммы и принять во внимание заключение эксперта по этому вопросу. 20. Постановлением губернатора Нижегородской области от 24 июля 1996 г. "Об упорядочении системы оплаты населением жилищно-коммунальных услуг" на территории Нижегородской области с 1 августа 1996 г. введена дифференцированная оплата гражданами жилищно-коммунальных услуг в зависимости от общей площади занимаемых жилых помещений. Прокурор Нижегородской области обратился в суд с заявлением о признании названного постановления недействительным. По его мнению, оно противоречит ст. 682 ГК РФ и ст. 55 ЖК РСФСР, в которых предусмотрена оплата гражданами жилищно-коммунальных услуг в зависимости от размера жилой площади занимаемых жилых помещений, и нарушает права некоторых категорий граждан, имеющих право на льготы по оплате жилищно-коммунальных услуг. Нижегородский областной суд заявление прокурора оставил без удовлетворения. Прокурор Нижегородской области в кассационном протесте поставил вопрос об отмене решения как вынесенного с нарушением норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ протест оставила без удовлетворения, а решение - без изменения по следующим основаниям. В силу ст. 55 ЖК РСФСР, принятого в соответствии с Основами жилищного законодательства Союза ССР и союзных республик, установлено, что размер платы за пользование жилым помещением (квартирной платы) в домах государственного и общественного жилищного фонда устанавливался Советом Министров СССР и связывался с размером жилой площади занимаемого гражданами жилого помещения. Такой порядок платы за пользование жилым помещением в домах государственного и общественного жилищного фонда и оплаты жилищно-коммунальных услуг был рассчитан на государственные дотации расходов по содержанию государственного и общественного жилищного фонда, поскольку вносимые гражданами жилищно-коммунальные платежи обеспечить компенсацию расходов на эти цели не могли. С принятием 24 декабря 1992 г. Закона Российской Федерации "Об основах федеральной жилищной политики" (с последующими изменениями и дополнениями) этот порядок возмещения расходов по содержанию жилищного фонда изменился. Согласно ст. 15 упомянутого Закона оплата жилья и коммунальных услуг по договору найма устанавливается в размере, обеспечивающем возмещение издержек на содержание и ремонт жилья, а также на коммунальные услуги. Переход на новую систему оплаты жилья и коммунальных услуг осуществляется поэтапно в течение 10 лет с использованием указанных в части второй настоящей статьи мер социальной защиты граждан. Этапы и порядок перехода на новую систему оплаты жилья и коммунальных услуг определяются Правительством Российской Федерации совместно с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации. С учетом этого положения Закона Российской Федерации от 24 декабря 1992 г., а также п. "к" ч. 1 ст. 72 Конституции Российской Федерации, отнесшей жилищное законодательство к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, суд пришел к правильному выводу о правомерности принятия Правительством Российской Федерации и органами государственной власти и управления Нижегородской области нормативных актов, определяющих порядок оплаты гражданами расходов по содержанию жилья в зависимости от размера общей площади занимаемых жилых помещений. Довод, изложенный в протесте о том, что названные нормативные акты незаконны в силу их противоречия ст. 55 ЖК РСФСР, необоснован, поскольку изменение порядка взимания квартирной платы и оплаты коммунальных услуг произведено Правительством Российской Федерации и органами государственной власти и управления Нижегородской области в соответствии с Законом Российской Федерации "Об основах федеральной жилищной политики". Ранее принятые законодательные акты Российской Федерации и субъектов Российской Федерации в соответствии с п. 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. "О введении в действие Закона Российской Федерации "Об основах федеральной жилищной политики" применяются в части, не противоречащей данному Закону. Не противоречат эти акты и ст. 682 ГК РФ, согласно которой размер платы за жилое помещение (а не за его часть, относящуюся к жилой площади) определяется сторонами договора найма жилого помещения самостоятельно и ограничивается только законом об установлении максимального размера платы за жилое помещение. Кроме того, упомянутая норма ГК РФ не распространяется на отношения, возникающие в связи с заключением договора социального найма жилого помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, регулируемые ст. 672 ГК РФ в силу указания на это в п. 3 этой статьи. Довод прокурора в протесте о незаконности постановления губернатора Нижегородской области от 24 июля 1996 г. как основанного на постановлении Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. "О переходе на новую систему оплаты жилья и коммунальных услуг и порядке предоставления гражданам компенсаций (субсидий) при оплате жилья и коммунальных услуг", утратившем силу до принятия обжалуемого постановления губернатора Нижегородской области в связи с изданием постановления Правительства Российской Федерации от 18 июня 1996 г. N 707 "Об упорядочении системы оплаты жилья и коммунальных услуг", необоснован. Принцип полного возмещения затрат на содержание и ремонт жилья и на коммунальные услуги за счет платежей граждан, занимающих жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда по договорам социального найма, в постановлении Правительства Российской Федерации от 18 июня 1996 г. N 707 не отменен (и не мог быть отменен, так как этот принцип установлен в Федеральном законе). В данном постановлении дополнительно регламентировался механизм реализации нового порядка оплаты жилья и коммунальных услуг и предусматривались дополнительные социальные гарантии для граждан. Суд правильно принял во внимание и то обстоятельство, что постановление губернатора Нижегородской области от 24 июля 1996 г. соответствует концепции проводимой в стране реформы жилищно-коммунального хозяйства, сформулированной в Указе Президента Российской Федерации от 28 апреля 1997 г. N 425 "О реформе жилищно-коммунального хозяйства в Российской Федерации", и принятому постановлению Правительства Российской Федерации от 26 мая 1997 г. "О федеральных стандартах перехода на новую систему оплаты жилья и коммунальных услуг", в которых федеральные стандарты социальной нормы жилой площади и расчета стоимости коммунальных услуг определяют на основе учета общей, а не жилой площади жилых помещений. 21. Покидов - наниматель двухкомнатной квартиры в доме N 98 по ул. Ленина в г. Тольятти прописан в этой квартире с несовершеннолетним сыном Покидовым. Его жена Покидова - наниматель однокомнатной квартиры в доме N 52 по ул. Ленина прописана в ней со своим несовершеннолетним сыном Латыповым Р. Фактически вся семья постоянно проживала в двухкомнатной квартире в доме N 98, однокомнатную же квартиру сдавала по договору поднайма. 2 марта 1995 г. был оформлен договор обмена жилыми помещениями, по которому Покидова стала нанимателем двухкомнатной квартиры в доме по ул. Ленина (вместе с ней в этой квартире прописаны оба сына), а Покидов - нанимателем однокомнатной квартиры в доме N 52. Фактически вся семья продолжала проживать в двухкомнатной квартире, но после расторжения брака в июне 1995 г. Покидов переселился в однокомнатную квартиру. Покидов обратился в суд с иском к Покидовой о признании договора обмена жилыми помещениями недействительным. По его мнению, сделка совершена под влиянием обмана со стороны ответчицы, принудившей его к совершению обмена под угрозой развода и обещавшей сохранить семью в случае оформления договора обмена. Кроме того, истец ссылался на невозможность проживания в однокомнатной квартире ввиду ее непригодности. В ходе судебного разбирательства истец изменил основания иска о признании договора обмена жилыми помещениями недействительным, считая, что обмен носил корыстный характер с его стороны, поскольку ответчица обещала в случае совершения этого обмена купить ему импортный музыкальный центр. Решением Центрального районного суда Самарской области (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Самарского областного суда) иск Покидова удовлетворен по п. 2 ст. 73 ЖК РСФСР. Районный суд оценил стремление Покидова получить от материально обеспеченной жены музыкальный центр и сохранить с ней семейные отношения как корыстные побуждения к обмену жилыми помещениями. Президиум Самарского областного суда отменил по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ судебные постановления, указав следующее. Как видно из материалов дела и объяснений сторон, до июня 1995 г. Покидовы состояли в браке и проживали одной семьей. Каких-либо данных о том, что они вели раздельное хозяйство и имели отдельные семейные бюджеты, в деле нет. В соответствии со ст. 19 КоБС РСФСР вопросы воспитания детей и другие вопросы жизни семьи решаются супругами совместно. Каждый из супругов свободен в выборе занятий, профессии и места жительства. В силу ст. 20 КоБС РСФСР все нажитое супругами во время брака имущество признается их общей совместной собственностью. Приобретение имущества в браке, в данном случае музыкального центра, не может рассматриваться как корыстное и противоправное деяние одного из супругов, совершенное в ущерб интересам другого супруга, поскольку у них возникает равное право на это имущество. Кроме того, вывод суда не основан на фактических данных. Достоверных доказательств совершения обмена жилыми помещениями под упомянутым условием истец суду не представил. Ответчица же утверждала, что никаких обещаний по приобретению музыкального центра за оформление обмена она Покидову не давала; покупку этой вещи после совершения обмена объясняла не как выполнение обязательства перед истцом, а как удовлетворение давнего и настойчивого желания истца иметь хорошую радиоаппаратуру, причем ранее они также приобретали музыкальную аппаратуру, но эти покупки Покидов не считал ни корыстными, ни связанными с исполнением Покидовой каких-либо гражданско-правовых обязательств перед ним. Договор обмена жилыми помещениями, приобретение супругами Покидовыми общего совместного имущества и их стремление сохранить семью - это проявления внутрисемейных отношений сторон. Обмен квартирами совершен с учетом интересов несовершеннолетних детей и не привел к нарушению законных прав истца на жилое помещение, поскольку из двухкомнатной квартиры, в которой он имел право на 14,2 кв. м жилой площади, он переселился в однокомнатную квартиру, жилая площадь которой составляет 16,4 кв. м. Поэтому суд ошибочно руководствовался ч. 2 ст. 73 ЖК РСФСР при признании обмена жилыми помещениями недействительным. Суд с достаточной полнотой выяснил фактические обстоятельства дела, но неправильно применил нормы материального права, что давало основание суду надзорной инстанции вынести по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска Покидова в соответствии с п. 5 ст. 329 ГПК РСФСР. 22. Иващенко предъявила в суд иск к Управлению Красноярской железной дороги и Красноярской дистанции гражданских сооружений о предоставлении благоустроенного жилого помещения, взыскании неустойки и возмещении морального вреда. При этом она ссылалась на то, что земельный участок, на котором стоит ее дом по ул. Путевой в г. Красноярске, в 1988 году был выделен управлению железной дороги под строительство жилых домов. Решением Центрального районного суда Красноярского края (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Красноярского краевого суда) и иске Иващенко отказано. Президиум краевого суда оставил без удовлетворения протест прокурора края. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений с направлением дела на новое рассмотрение. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ протест удовлетворила, указав следующее. Отказывая в удовлетворении иска о предоставлении квартиры, суд исходил из того, что у Красноярской железной дороги не наступило юридической обязанности перед истицей по предоставлению квартиры, поскольку дом, в котором истица проживает, не снесен и реальные меры по его сносу ответчиком пока не предпринимались. Наличие решения органа власти об отводе земли конкретному застройщику со сносом за счет последнего находящихся на земельном участке строений, в том числе жилых, по смыслу ст. 92 ЖК РСФСР дает застройщику лишь право на проведение сноса, но не является обязанностью к определенному сроку осуществить снос. Недопустимо в судебном порядке побуждать застройщика к ускорению сноса либо обязывать предоставлять жилье при условии, что реальный снос не производился. Однако данные выводы не согласуются с материалами дела. Как видно из материалов дела, решениями исполкому городского Совета народных депутатов от 18 января 1988 г. и от 14 июня 1988 г. управлению железной дороги - застройщику выделен земельный участок для строительства жилья со сносом за счет застройщика строений по ул. Путевой, в том числе и дома, в котором проживает Иващенко. По условиям договора от 29 сентября 1992 г., заключенного между администрацией городского Совета народных депутатов и Управлением Красноярской железной дороги, шесть процентов жилой площади в выстроенном доме городская администрация оставляет застройщику под расселение жильцов сносимых жилых домов, в том числе и дома по ул. Путевой, где проживает 7 семей, одна из которых - семья истицы. В силу п. 6.1 договора от 13 октября 1994 г., заключенного между администрацией г. Красноярска и Красноярской железной дорогой о выделении и застройке земельного участка, застройщиком выполнен договор о сносе ветхих строений с предоставлением благоустроенного жилья от 29 сентября 1992 г. Таким образом, имеются данные о сносе дома по ул. Путевой. Из письма жилищного комитета администрации г. Красноярска от 28 февраля 1997 г. усматривается, что 6 процентов жилой площади, предусмотренной на обезличенный снос, застройщик - Красноярская железная дорога оставил у себя (в соответствии с приложением к договору от 29 сентября 1992 г.), взяв обязательство снести дом по ул. Путевой. Отказ от предоставления благоустроенного жилья в 1995 году Управление железной дороги мотивировало тем, что жильцы дома отказались от предложенного жилья в пос. Шинники. Однако, как видно из материалов дела, Иващенко с предоставлением жилого помещения в упомянутом населенном пункте была согласна. При таких обстоятельствах спорные отношения должны рассматриваться с точки зрения выполнения обязательств ответчиком, при этом следует учитывать, что ему выделялась жилая площадь в связи со сносом дома по ул. Путевой. Между тем суд не принял во внимание того, что в связи со строительством нарушено водоснабжение и канализация дома истицы, снесены сарай, баня. Данные действия привели дом истицы в неудовлетворительное санитарное состояние. Таким образом, вывод судебных инстанций об отсутствии у Иващенко правовых оснований требовать предоставления ее семье благоустроенного жилья нельзя признать правильным. Кроме того, нельзя согласиться и с выводами суда о том, что неудовлетворительное санитарное состояние дома дает право истице на общих основаниях быть принятой на очередь как нуждающейся в улучшении жилищных условий согласно ст.ст. 29, 37 ЖК РСФСР, так как эти выводы противоречат конкретным обстоятельствам дела. Дом не только ветхий и находящийся в неудовлетворительном санитарно-техническом и противопожарном состоянии, но и расположен на расстоянии 30 м от железной дороги, в санитарно-защитной зоне, что запрещено Санитарными нормами и правилами (эта зона равна 100 м, и в ее пределах не должно быть жилых домов). Дом также находится на расстоянии 15 м от открытой электроподстанции, что не соответствует требованиям п. 4 Правил охраны электрических сетей, по которым это расстояние не должно быть менее 20 м. При новом рассмотрении дела суду необходимо решить вопрос о том, какое конкретно жилое помещение должно быть предоставлено истице в связи со сносом ее дома. 23. Семье слушателя Военного университета Потемина в соответствии с ордером, выданным квартирно-эксплуатационным управлением района г. Москвы на период его обучения в университете, предоставлена однокомнатная квартира в доме по ул. Заповедной в г. Москве. 28 июня 1994 г. брак между Потеминым и Потеминой расторгнут, а в июне 1994 г. Потемин выбыл к новому месту службы. Военный университет обратился в суд с иском о выселении Потеминой из упомянутой однокомнатной квартиры вместе с несовершеннолетним ребенком без предоставления другого жилого помещения, ссылаясь на то, что Потемина и ее сын - временные жильцы занимают квартиру как поднаниматели и после окончания срока обучения Потемина в университете подлежат выселению на основании ст. 81 ЖК РСФСР. Решением Бабушкинского межмуниципального суда Северо-Восточного административного округа г. Москвы (оставленным без изменений судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда) иск Военного университета удовлетворен. Президиум Московского городского суда по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ отменил судебные постановления как вынесенные с нарушением норм материального и процессуального права. Удовлетворяя иск о выселении Потеминой с ребенком из принадлежащей университету квартиры, суд признал обоснованными доводы истца о том, что ответчица и ее ребенок - временные жильцы, а наниматель спорной квартиры - Военный университет, который в соответствии со ст. 81 ЖК РСФСР имеет право требовать от истицы освобождения квартиры. Однако эти выводы ошибочны. Согласно ст. 51 ЖК РСФСР договор найма жилого помещения в домах государственного и общественного жилищного фонда заключается в письменной форме на основании ордера на жилое помещение между наймодателем - жилищно-эксплуатационной организацией (а при ее отсутствии - соответствующим предприятием, учреждением, организацией) и нанимателем - гражданином, на имя которого выдан ордер. Нанимателем жилого помещения может быть только физическое лицо, в связи с чем вывод суда о том, что Военный университет - наниматель спорной квартиры, а Потемина с ребенком - поднаниматели, не основан на законе. Семья ответчицы вселена в спорную квартиру ее владельцем в установленном порядке на основании ордера, выданного квартирно-эксплуатационной организацией Министерства обороны Российской Федерации. В отношениях по поводу этой квартиры Военный университет выступает в качестве наймодателя, а истица и ее ребенок - в качестве членов семьи нанимателя квартиры Потемина. Применение судом при рассмотрении дела ст. 81 ЖК РСФСР неправильное. Решение суда отменено на основании п. 1 ст. 330 ГПК РСФСР как вынесенное с неправильным применением норм материального права. В соответствии со ст. 90 ЖК РСФСР выселение из занимаемого жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда допускается лишь по основаниям, установленным законом. При новом рассмотрении дела суду следует уточнить правовой статус спорной квартиры и выяснить, является ли она ведомственным или служебным жилым помещением либо помещением в общежитии. В зависимости от результатов выяснения этого обстоятельства суду надлежит определить, какие нормы материального права регулируют возникшие между сторонами отношения и подлежат применению при рассмотрении спора; может ли быть удовлетворено требование истца о выселении ответчицы из жилого помещения Военного университета без предоставления другого жилого помещения. 24. 31 мая 1995 г. между собственницей двухкомнатной квартиры в доме N 28 по ул. Пятницкой в г. Москве Селеновой А. и ее внучкой Селеновой С. был заключен нотариально удостоверенный и зарегистрированный в департаменте муниципального жилья правительства Москвы договор купли-продажи названной квартиры с условием пожизненного содержания. Селенова С. обратилась в паспортную службу милиции с заявлением о регистрации ее по месту жительства в упомянутой квартире. Это заявление 20 ноября 1996 г. паспортным управлением ГУВД г. Москвы оставлено без удовлетворения со ссылкой на то, что в соответствии с постановлением правительства Москвы от 2 апреля 1996 г. дом N 28 по ул. Пятницкой подлежит сносу, в связи с чем регистрация в нем не производится. Отказ паспортного управления ГУВД г. Москвы в ее регистрации по месту жительства Селенова С. обжаловала в суд. По ее мнению, данным отказом нарушены ее право собственности на квартиру и право свободно избирать место жительства. Решением Замоскворецкого межмуниципального суда Центрального административного округа г. Москвы (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда) жалоба Селеновой С. оставлена без удовлетворения со ссылкой на Правила регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства в г. Москве и Московской области, утвержденные постановлением правительств Москвы и Московской области от 26 декабря 1995 г. N 1030-43, в соответствии с которыми граждане не подлежат регистрации по месту жительства, если дом (жилое помещение) грозит обвалом, подлежит расселению в связи со сносом, реконструкцией или капитальным ремонтом с момента принятия решения правительства Москвы или правительства Московской области по данному вопросу. Президиум Московского городского суда отменил по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ судебные постановления как вынесенные с нарушением норм материального права, указав следующее. Права граждан на территории Российской Федерации свободно передвигаться, выбирать место жительства и иметь собственность гарантированы Конституцией Российской Федерации и являются непосредственно действующими. В соответствии с ч. 1 ст. 27 Конституции Российской Федерации каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства. Согласно ст. 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Эти конституционные права в силу ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Регистрация граждан по месту их жительства предусмотрена Законом Российской Федерации от 25 июня 1993 г. N 5242-I "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" в целях обеспечения необходимых условий для реализации гражданином Российской Федерации его прав и свобод, а также исполнения им обязанностей перед другими гражданами, государством и обществом (ст. 3 упомянутого Закона), а не как мера ограничения конституционных прав граждан Российской Федерации. В ст. 6 данного Закона регистрация гражданина по месту жительства определена как уведомительная процедура: гражданин обязан сообщить о перемене места жительства, а орган регистрационного учета обязан зарегистрировать гражданина по месту его жительства не позднее трех дней со дня предъявления им документов на регистрацию. Исходя из названных положений Конституции Российской Федерации и Закона Российской Федерации "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", в регистрации Селеновой С. по месту ее жительства в г. Москве могло быть отказано только в том случае, если бы ограничения в выборе места жительства в г. Москве были введены федеральным законом. Федерального закона, ограничивающего право гражданина свободно выбирать место жительства и в полной мере реализовывать право собственности на жилые помещения в г. Москве, не существует, в связи с чем отказ в регистрации заявительницы по месту ее жительства в квартире в доме по ул. Пятницкой незаконен. Нормативно-правовые акты субъектов Российской Федерации, противоречащие Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству, не могут служить основанием для ограничения прав и свобод граждан и в силу указания на это в ст. 76 Конституции Российской Федерации судом применяться не могут. В связи с этим ссылка суда на Правила регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства в г. Москве и Московской области как на основание отказа в удовлетворении требований Селеновой С. о регистрации ее по месту жительства необоснованна. Учитывая, что обстоятельства дела судом установлены с достаточной полнотой, но допущена ошибка в применении норм материального права, президиум Московского городского суда в соответствии с п. 5 ст. 329 ГПК РСФСР вынес новое решение об удовлетворении требований заявительницы. 25. По ряду дел Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ приводила довод о том, что отсутствие предварительного согласия органа опеки и попечительства на совершение сделок с квартирами, где проживают дети, но право на жилую площадь в которых принадлежит совершеннолетним, не может рассматриваться как безусловное основание для признания таких сделок недействительными. В каждом конкретном случае суд должен проверить, действительно ли нарушены интересы несовершеннолетних и в чем это нарушение выразилось. Маслаков в июле 1994 г. обратился в суд с иском к Шелиханову и Шелихановой о выселении. При этом он ссылался на то, что по нотариально оформленному договору купли-продажи от 10 февраля 1993 г., зарегистрированному в департаменте муниципального жилья правительства Москвы 23 февраля 1993 г., приобрел у Шелихановых двухкомнатную квартиру, в которую вселился, но ответчики отказались полностью освободить квартиру и препятствовали в осуществлении его прав собственника. Дело неоднократно рассматривалось судебными инстанциями. В процессе рассмотрения дела Шелихановы заявили встречный иск о признании договора купли-продажи от 10 февраля 1993 г. недействительным, о выселении Маслакова и их вселении в упомянутую квартиру. Они утверждали, что заключили договор купли-продажи без намерения продавать квартиру по просьбе директора малого о предприятия "Дина и К " Козлова, которому сдавали жилое помещение в аренду, и получили 4 млн. рублей вперед в виде арендной платы. Договор купли-продажи был заключен без согласия органов опеки и попечительства и вопреки интересам их несовершеннолетних детей. Чертановский межмуниципальный суд Южного административного округа г. Москвы в иске Маслакову отказал, встречный иск Шелихановых удовлетворил. Дополнительным решением того же суда с Шелихановых в пользу Маслакова взыскана стоимость двухкомнатной квартиры в сумме 33 181 872 рублей. Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда решение оставила без изменения. Президиум Московского городского суда оставил без удовлетворения протест прокурора об отмене решений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ судебные постановления отменила, указав следующее. Как видно из материалов дела, в спорной квартире Маслаков проживает с женой Маслаковой и двумя несовершеннолетними детьми. В нарушение требований ст.ст. 129, 131, 141, 142 ГПК РСФСР принятие встречных исковых заявлений Шелихановых суд процессуально не оформил, подготовки по ним не провел и не привлек в качестве соответчика Маслакову, разрешив тем не менее вопрос о ее правах и обязанностях. Это обстоятельство само по себе - основание к отмене решения (п. 4 ст. 308 ГПК РСФСР). Удовлетворяя встречный иск Шелихановых о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, суд сослался на нарушение требований действовавшей в то время ст. 133 КоБС РСФСР, которая предусматривала предварительное разрешение органов опеки и попечительства на совершение таких сделок родителями от имени несовершеннолетних детей. При этом суд исходил из того, что Шелихановы не обращались перед заключением сделки в отдел опеки и попечительства и предварительное разрешение на совершение сделки им не дано. Между тем данное обстоятельство не может являться основанием для признания договора купли-продажи недействительным, если суд с достоверностью установил, что сам договор на момент его заключения не нарушал прав и законных интересов несовершеннолетних. Вопреки требованиям ст.ст. 14, 50, 56, 192, 197 ГПК РСФСР суд не дал оценки объяснениям Маслакова и другим доказательствам, приведенным в обоснование того, что договор купли-продажи квартиры от 10 февраля 1993 г. не нарушал прав детей Шелихановых. Как видно из содержания находящегося в материалах дела письма за подписью ведущего специалиста по охране прав несовершеннолетних управления муниципального округа, дети Шелихановых лишь прописаны в спорной двухкомнатной квартире, но никогда там не проживали, поскольку проживают с родителями в другой четырехкомнатной квартире, где имеют все необходимые условия для нормального проживания и учебы. Однако названные в письме обстоятельства суд не обсуждал и не исследовал, надлежащей оценки им в решении не дал, хотя они имели существенное значение для дела. Кроме того, в нарушение требований ст.ст. 29. 42 ГПК РСФСР орган опеки и попечительства к участию в деле для дачи заключения не привлечен, а специалист соответствующего отдела муниципального округа допрошен судом лишь в качестве свидетеля. На необходимость привлечения органа опеки и попечительства к участию в деле указывалось в определении суда кассационной инстанции при отмене предыдущего решения, но суд вопреки требованиям ст. 314 ГПК РСФСР при новом рассмотрения дала этого не выполнил. Дополнительным решением суд взыскал с Шелихановых стоимость квартиры по оценке бюро технической инвентаризации, в то время как Шелихановы сами признали получение с Маслакова суммы исходя из рыночной стоимости квартиры. Несмотря на приведенные нарушения закона, суды кассационной и надзорной инстанций решение оставили без изменения. При таких обстоятельствах судебные постановления отменены, а дело направлено на новое рассмотрение для разрешения спора в соответствии с требованиями закона. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации (Продолжение следует) ____________ Указатель судебной практики Указатель судебной практики +---------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +---------------------------------------------------------¦ ¦ 340.120.150 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Увольнение со службы по основанию, ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ предусмотренному п. "г" ст. 59 ¦ ¦ от 7.04.98 ¦ Положения о прохождении воинской ¦ ¦ Бюллетень ¦ службы офицерским составом ¦ ¦ Верх. Суда ¦ Вооруженных Сил СССР, признано ¦ ¦ Российской ¦ неправильным ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1998, N 9, с. 1 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 080.110.030 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Реализация льгот и получение ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ компенсации начинается со дня ¦ ¦ от 7.04.98 ¦ предъявления удостоверения участника ¦ ¦ Бюллетень ¦ ликвидации аварии на Чернобыльской ¦ ¦ Верх. Суда ¦ АЭС. Если же удостоверение участника ¦ ¦ Российской ¦ ликвидации аварии на Чернобыльской ¦ ¦ Федерации, ¦ АЭС не выдано по не зависящим от ¦ ¦ 1998, N 9, с. 2 ¦ заявителя причинам и этот факт ¦ ¦ ¦ установлен судом, льготы и ¦ ¦ ¦ компенсация могут быть определены ¦ ¦ ¦ судом со дня обращения за выдачей ¦ ¦ ¦ удостоверения ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 020.050.050 ¦ ¦ ¦ 170.050.000 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Приобретение гражданином в ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ собственность квартиры и проживание ¦ ¦ от 3.04.98 ¦ в ней само по себе не может ¦ ¦ Бюллетень ¦ расцениваться как отказ этого ¦ ¦ Верх. Суда ¦ гражданина и его несовершеннолетних ¦ ¦ Российской ¦ детей от прав на жилую площадь, ¦ ¦ Федерации, ¦ занимаемую по договору найма ¦ ¦ 1998, N 9, с. 3 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.010.000 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Иностранные граждане и лица без ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ гражданства, не проживающие ¦ ¦ от 12.03.98 ¦ постоянно в Российской Федерации, ¦ ¦ Бюллетень ¦ совершившие преступления вне ее ¦ ¦ Верх. Суда ¦ пределов, подлежат уголовной ¦ ¦ Российской ¦ ответственности по Уголовному ¦ ¦ Федерации, ¦ кодексу Российской Федерации в ¦ ¦ 1998, N 9. с. 4 ¦ случаях, если преступление ¦ ¦ ¦ направлено против интересов ¦ ¦ ¦ Российской Федерации, и в случаях, ¦ ¦ ¦ предусмотренных международным ¦ ¦ ¦ договором Российской Федерации, если ¦ ¦ ¦ виновные не были осуждены в ¦ ¦ ¦ иностранном государстве и ¦ ¦ ¦ привлекаются к уголовной ¦ ¦ ¦ ответственности на территории ¦ ¦ ¦ Российской Федерации ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.100 ¦ ¦ ¦ 390.020.030 ¦ ¦ ¦ 390.020.020 ¦ ¦ ¦ 390.010.030 ¦ ¦ ¦ 390.010.040 ¦ ¦ ¦ 400.010.020 ¦ ¦ ¦ 400.030.000 ¦ ¦ ¦ 040.020.000 ¦ ¦ ¦ 440.070.050 ¦ ¦ ¦ 070.030.020 ¦ ¦ ¦ 070.210.000 ¦ ¦ ¦ 080.110.000 ¦ ¦ ¦ 010.080.000 ¦ ¦ ¦ 340.100.100 ¦ ¦ ¦ 340.180.030 ¦ ¦ ¦ 080.110.030 ¦ ¦ ¦ 020.060.020 ¦ ¦ ¦ 040.060.000 ¦ ¦ ¦ Обзор суд. ¦ Обзор судебной практики Верховного ¦ ¦ практики ¦ Суда Российской Федерации за первый ¦ ¦ Бюллетень ¦ квартал 1998 года ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1998, N 9, с. 5 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 440.070.050 ¦ ¦ ¦ 020.040.000 ¦ ¦ ¦ 020.060.110 ¦ ¦ ¦ 170.040.000 ¦ ¦ ¦ 020.050.000 ¦ ¦ ¦ 170.030.050 ¦ ¦ ¦ 020.070.000 ¦ ¦ ¦ 170.140.000 ¦ ¦ ¦ 170.030.010 ¦ ¦ ¦ 020.060.030 ¦ ¦ ¦ 010.080.000 ¦ ¦ ¦ 030.070.000 ¦ ¦ ¦ Обзор суд. ¦ Некоторые вопросы судебной практики ¦ ¦ практики ¦ по гражданским делам ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1998, N 9, с. 13 ¦ ¦ +---------------------------------------------------------+ ____________