Бюллетень № 9 2000 года

29.09.2000

Оригинал документа · Источник публикации

Бюллетень № 9 2000 года

Опубликовано: 29.09.2000

Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам

Абзацы 4, 5 п. 35 инструкции Государственной налоговой службы Российской Федерации от 11 октября 1995 г. N 39 "О порядке исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость" (в ред. дополнений, внесенных приказом Госналогслужбы России от 29 декабря 1997 г

1. Абзацы 4, 5 п. 35 инструкции Государственной
налоговой службы Российской Федерации
от 11 октября 1995 г. N 39 "О порядке
исчисления и уплаты налога на добавленную
стоимость" (в ред. дополнений, внесенных
приказом Госналогслужбы России
от 29 декабря 1997 г. N АП-3-03/252)
Верховным Судом Российской Федерации
признаны недействующими (незаконными)

(Извлечение из решения Верховного Суда РФ)

Общество с ограниченной ответственностью "Журнал "Налоги и
финансовое право" и главный редактор этого журнала Б. обратились в
Верховный Суд РФ с жалобой, в которой просили признать незаконными
абз. 4, 5 п. 35 инструкции Государственной налоговой службы
Российской Федерации от 11 октября 1995 г. N 39 "О порядке
исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость" (в ред.
дополнений, внесенных приказом Госналогслужбы России от 29 декабря
1997 г. N АП-3-03/252).
По мнению заявителей, обжалуемые положения приняты
Государственной налоговой службой Российской Федерации (в настоящее
время - Министерство Российской Федерации по налогам и сборам) с
превышением своих полномочий, устанавливают новый объект обложения
налогом на добавленную стоимость (НДС), что допустимо только на
основании федерального закона, и лишают организации-экспортеров
права на льготу, предусмотренную законом.
Представители Министерства Российской Федерации по налогам и
сборам эти требования не признали, считая, что обжалуемые положения
должны рассматриваться и применяться в неразрывной связи с п. 31
этой же Инструкции, определяющей дату совершения оборота по
реализации товаров (работ, услуг), исходя из которого производится
уплата НДС.
Представитель Министерства юстиции Российской Федерации
пояснил, что упомянутые положения нормативного правового акта
приняты компетентным органом, прошли правовую экспертизу и
государственную регистрацию, оснований для признания их незаконными
не имеется.
Верховный Суд РФ 14 июля 1999 г. жалобу удовлетворил по
следующим основаниям.
В силу ст. 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан
платить законно установленные налоги и сборы.
В соответствии с ч. 3 ст. 75 Конституции Российской Федерации
система налогов, взимаемых в федеральный бюджет, и общие принципы
налогообложения и сборов в Российской Федерации устанавливаются
федеральным законом.
Эти принципы были определены на момент принятия оспариваемых
положений нормативного правового акта Законом Российской Федерации
от 27 декабря 1991 г. N 2118-I "Об основах налоговой системы в
Российской Федерации", в настоящее время - Налоговым кодексом
Российской Федерации и указанным выше Законом в действующей части.
Согласно п. 5 ст. 19 упомянутого Закона федеральные налоги, к
каковым относится налог на добавленную стоимость (в том числе
размеры их ставок, объекты налогообложения, плательщики налогов), и
порядок зачисления их в бюджет или во внебюджетный фонд
устанавливаются законодательными актами Российской Федерации и
взимаются на всей ее территории.
О том, что налоги, их ставки, порядок начисления и сроки
уплаты, т. е. все существенные элементы налоговых обязательств,
должны устанавливаться только законом, свидетельствует и
постановление Конституционного Суда Российской Федерации от
11 ноября 1997 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности
1
статьи 11 Закона Российской Федерации от 1 апреля 1993 года
"О Государственной границе Российской Федерации" в редакции от
19 июля 1997 года".
Статьей 3 Закона Российской Федерации от 6 декабря 1991 г.
"О налоге на добавленную стоимость" (с изменениями и дополнениями)
объектами налогообложения определены обороты по реализации на
территории Российской Федерации товаров, выполненных работ и
оказанных услуг, а также товары, ввозимые на территорию Российской
Федерации в соответствии с таможенными режимами. На основании п. 1
ст. 8 этого Закона уплата налога производится ежемесячно исходя из
фактических оборотов по реализации товаров (работ, услуг) за
истекший календарный месяц в срок не позднее 20 числа следующего
месяца. Дата совершения оборота определяется по правилам,
изложенным в п. 2 названной статьи Закона.
Как видно из приведенных правовых норм, экспортируемые товары
(работы, услуги), т. е. вывозимые за пределы таможенной территории
Российской Федерации без обязательства об их ввозе на эту
территорию (ст. 97 Таможенного кодекса РФ), не отнесены Законом к
объектам налогообложения. В подп. "а" п. 1 ст. 5 Закона
предусмотрено, что они освобождаются от налога на добавленную
стоимость.
Приказом Государственной налоговой службы Российской Федерации
от 29 декабря 1997 г. N АП-3-03/252 п. 35 Инструкции от 11 октября
1995 г. N 39 дополнен абз. 4 и 5 следующего содержания:
"По истечении 180 дней с даты выпуска товаров региональными
таможенными органами в режиме экспорта и неподтверждении реального
экспорта товаров, работ и услуг указанные поставки товаров,
выполненные работы и оказанные услуги не должны рассматриваться в
режиме льготирования и подлежат обложению налогом на добавленную
стоимость с соответствующим отражением указанных операций в
налоговых декларациях.
Суммы НДС должны быть отражены в налогооблагаемом обороте на
день, следующий по истечении 180 дней (181 день), и включены в
налоговый расчет текущего отчетного периода".
Таким образом, приведенные дополнения фактически вводят новый
объект обложения налогом на добавленную стоимость - экспортируемые
товары (выполненные работы и оказанные услуги), устанавливают
основание возникновения обязанности по уплате данного вида налога -
истечение 180 дней с даты выпуска товаров региональными таможенными
органами в режиме экспорта при неподтверждении реального экспорта
товаров (работ, услуг).
Тем самым федеральный орган исполнительной власти превысил
свои полномочия и вторгся в компетенцию законодателя, установив
своим актом существенные элементы налогового обязательства,
фактически ограничив право организаций-экспортеров на налоговую
льготу, установленную федеральным законом.
Не меняет положения и предусмотренное абз. 6 п. 35 Инструкции
правило о возврате доначисления и взысканных в бюджет сумм налога,
если по истечении 180 дней налогоплательщиком представляются
документы, обосновывающие право на получение экспортной льготы.
Закон в принципе не предусматривает уплату НДС при экспорте
товаров, не устанавливает истечение 180 дней в качестве основания
возникновения налогооблагаемого оборота по экспортным поставкам.
Федеральный орган исполнительной власти не может издавать
нормативные правовые акты, которые изменяют содержание обязанности
налогоплательщика, ограничивают его права, в данном случае на
экспортную льготу, предоставленную законодательством (ст. 4
Налогового кодекса Российской Федерации).
Нельзя согласиться с доводом Министерства Российской Федерации
по налогам и сборам о том, что обжалуемые положения
распространяются лишь на те случаи, когда налогоплательщиком был
фактически совершен оборот по реализации товаров, определяемый по
правилам ст. 8 Закона и п. 31 Инструкции от 11 октября 1995 г.
N 39.
Абзацы 4, 5 п. 35 Инструкции в той редакции, как они
сформулированы, не дают оснований для такого толкования, в том
числе и во взаимосвязи с п. 31 Инструкции. Как видно из их
содержания, возникновение обязанности по уплате НДС связано
непосредственно с датой выпуска товаров (работ, услуг) таможенными
органами и не зависит от даты совершения оборота по реализации
товаров (работ, услуг), определяемого исходя из принятой
налогоплательщиком учетной политики. Тем самым устанавливаются
особые, не предусмотренные Законом правила обложения НДС
экспортируемых товаров.
Необоснованна и ссылка на п. 4 ст. 8 Закона Российской
Федерации "О налоге на добавленную стоимость", предоставляющий
Министерству финансов Российской Федерации право устанавливать иные
налоговые периоды и сроки уплаты налога. Обжалуемые нормативные
положения правового акта приняты другим органом государственной
власти - Государственной налоговой службой Российской Федерации.
Абзацы, которыми дополнена Инструкция, содержат нормативные
положения, устанавливающие новый объект налогообложения и основания
возникновения обязанности по уплате НДС, а не периоды и сроки
уплаты этого налога.
При таких данных суд приходит к выводу о том, что обжалуемые
положения нормативного правового акта изданы органом, не имеющим
право издавать подобного рода акты, изменяют определенное
федеральным законом содержание обязанности налогоплательщиков,
поставляющих товары (работы, услуги) на экспорт, непосредственно
изменяют предоставленную им экспортную льготу, в связи с чем
незаконны и подлежат признанию недействительными на основании
ст.ст. 4, 6 Налогового кодекса Российской Федерации.
ООО "Журнал "Налоги и финансовое право" и его директор Б.
вправе требовать пресечения возможного в случае экспорта этим
обществом товаров (работ, услуг) нарушения их права указанными
нормативными положениями путем признания этих положений
недействующими (незаконными).
Верховный Суд РФ жалобу Б. и ООО "Журнал "Налоги и финансовое
право" удовлетворил, признал недействующими (незаконными) абз. 4, 5
п. 35 инструкции Государственной налоговой службы Российской
Федерации от 11 октября 1995 г. N 39 "О порядке исчисления и уплаты
налога на добавленную стоимость" (в ред. дополнений, внесенных
приказом Госналогслужбы России от 29 декабря 1997 г.
N АП-3-03/252).
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 17 августа 1999 г.
решение оставила без изменения.

_____________

Указание Банка России от 25 декабря 1997 г. N 101-У "О введении инструкции "О порядке формирования и использования резерва на возможные потери по ссудам" и об учете при налогообложении величины резерва на возможные потери по ссудам" признано Верховным Суд

2. Указание Банка России от 25 декабря 1997 г.
N 101-У "О введении инструкции "О порядке
формирования и использования резерва
на возможные потери по ссудам" и об учете
при налогообложении величины резерва
на возможные потери по ссудам" признано
Верховным Судом Российской Федерации
недействительным

(Извлечение из решения Верховного Суда РФ)

Открытое акционерное общество (ОАО) "Русский банк
имущественной опеки" обратилось в Верховный Суд РФ с заявлением о
признании недействительными инструкции Банка России от 30 июня
1997 г. N 62 "а" "О порядке формирования и использовании резерва на
возможные потери по ссудам" и указания Банка России от 25 декабря
1997 г. N 101-У "О введении инструкции "О порядке формирования и
использования резерва на возможные потери по ссудам" и об учете при
налогообложении величины резерва на возможные потери по ссудам".
При этом заявитель ссылался на то, что Инструкция принята
неуполномоченным органом управления Банка России, т. е. не Советом
директоров Банка России, не прошла государственной регистрации в
Министерстве юстиции Российской Федерации, хотя носит
межведомственный характер, в связи с этим является не введенной в
действие, поскольку Указание Банка России от 25 декабря 1997 г.
N 101-У подписано неуполномоченным лицом - заместителем
Председателя Центрального банка Российской Федерации.
По мнению заявителя, отдельные пункты Инструкции противоречат
Конституции Российской Федерации и действующему законодательству.
Указание же Банка России от 25 декабря 1997 г. N 101-У подписано
неправомочным лицом, п. 5 упомянутого акта не соответствует
требованиям пп. 3 и 5 ст. 3 Налогового кодекса Российской
Федерации.
Более того, оспариваемые нормативные акты нарушают
конституционные права граждан.
Представители Банка России возражали против удовлетворения
заявленных требований, пояснив, что проект Инструкции Банка России
был одобрен Советом директоров Банка России 29 ноября 1996 г. и
представлен на подпись Председателю Центрального банка Российской
Федерации. Указания Банка России от 25 декабря 1997 г. N 101-У
подписаны Первым заместителем Председателя Банка России в
соответствии с положением Банка России от 15 сентября 1997 г. N 519
"О порядке подготовки и вступления в силу нормативных актов Банка
России". Данный нормативный акт согласован с Минфином России и
Госналогслужбой России. Государственная регистрация в Минюсте
России этого акта не требовалась. Упомянутые нормативные акты не
нарушают конституционные права граждан.
Представители Министерства Российской Федерации по налогам и
сборам возражали против удовлетворения заявления, сообщив, что
названная Инструкция с МНС России не согласовывалась, так как Банк
России согласно ст. 71 Федерального закона от 26 апреля 1995 г.
"О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" (с
изменениями и дополнениями) самостоятельно определяет порядок
формирования и размер образуемых до налогообложения резервов
кредитных организаций на возможные потери по ссудам. С МНС России
согласовывалось Указание Банка России от 25 декабря 1997 г.
N 101-У, поскольку в нем имеются положения об отмене телеграмм,
изданных ранее Госналогслужбой России.
Представитель Минфина России возражал против удовлетворения
заявления, по его мнению, оспариваемые нормативные акты не носят
межведомственный характер, непосредственно не затрагивают права,
свободы или обязанности граждан.
Министерство юстиции Российской Федерации просило рассмотреть
дело без участия своего представителя. Как видно из письменного
отзыва Минюста России, данные нормативные акты не содержат правовых
норм, непосредственно затрагивающих права, свободы или обязанности
граждан.
Верховный Суд РФ 2 декабря 1999 г. заявление удовлетворил
частично: признал недействительным указание Банка России от
25 декабря 1997 г. N 101-У "О введении инструкции "О порядке
формирования и использования резерва на возможные потери по ссудам"
и об учете при налогообложении величины резерва на возможные потери
по ссудам", а заявление о признании недействительной инструкции
Банка России от 30 июня 1997 г. N 62 "а" "О порядке формирования и
использования резерва на возможные потери по ссудам" оставил без
удовлетворения, указав следующее.
Центральный банк Российской Федерации 25 декабря 1997 г. издал
указание N 101-У "О введении инструкции "О порядке формирования и
использования резерва на возможные потери по ссудам" и об учете при
налогообложении величины резерва на возможные потери по ссудам".
Данный нормативный акт подписан Первым заместителем Председателя
Центрального банка Российской Федерации.
В соответствии с п. 3 ст. 18 Федерального закона
"О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)"
Председатель Банка России подписывает нормативные акты Банка
России, передача этих полномочий или их части другим должностным
лицам Банка России не предусмотрена.
Довод представителя Банка России о том, что подписание Первым
заместителем Председателя Банка России Указания от 25 декабря
1997 г. N 101-У является правомерным, суд считает необоснованным.
Кроме того, не может быть принята во внимание ссылка
заинтересованного лица на решение Верховного Суда РФ от 24 мая
1999 г. по делу ГКПИ 99-285, согласно которому положение Банка
России от 15 сентября 1997 г. N 517 "О порядке подготовки и
вступления в силу нормативных актов Банка России" признано
соответствующим законодательству, так как этим судебным
постановлением вопрос о полномочиях Председателя Банка России по
делегированию своих прав по подписанию нормативных актов Первому
заместителю Председателя Банка России не решался.
Учитывая, что Указание от 25 декабря 1997 г. N 101-У подписано
не Председателем Банка России, который в силу Федерального закона
"О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" наделен
правом подписания нормативных актов, оспариваемый нормативный акт
недействителен.
Согласно п. 1 Указания N 101-У с 1 января 1998 г. вступила в
силу инструкция Банка России от 30 июня 1997 г. N 62 "а" "О порядке
формирования и использования резерва на возможные потери по
ссудам".
Признание Указания N 101-У недействительным не является
основанием для признания Инструкции от 30 июня 1997 г. N 62 "а"
недействительной. Инструкция подписана Председателем Центрального
банка Российской Федерации. Ее проект одобрен Советом директоров
Банка России 29 ноября 1996 г., что подтверждается выпиской из
протокола, и у суда не имеется оснований сомневаться в
достоверности данного документа.
При таких обстоятельствах суд считает, что порядок подготовки
нормативного акта соблюден, отсутствие в тексте Инструкции указания
на номер протокола заседания Совета директоров Банка России и дату
принятия решения не лишает оспариваемый акт юридической силы.
Как предусмотрено в ст. 6 Федерального закона "О Центральном
банке Российской Федерации (Банке России)", нормативные акты Банка
России вступают в силу со дня их опубликования в официальном
издании Банка России ("Вестник Банка России"). Инструкция N 62 "а"
опубликована 31 декабря 1997 г. в Вестнике Банка России N 91-92.
Инструкция N 62 "а" от 30 июня 1997 г. издана на основании
упомянутого Федерального закона. Согласно ст. 71 этого Закона Банк
России определяет порядок формирования и размер образуемых до
налогообложения резервов (фондов) кредитных организаций на
возможные потери по ссудам, для покрытия валютных, процентных и
иных финансовых рисков, страхования вкладов граждан в соответствии
с федеральными законами.
Обязанность кредитной организации осуществлять классификацию
активов, выделяя сомнительные и безнадежные долги, и создавать
резервы (фонды) на покрытие возможных убытков в порядке,
устанавливаемом Банком России, предусмотрена ст. 24 Федерального
закона от 3 февраля 1996 г. "О банках и банковской деятельности" (с
изменениями и дополнениями).
Оспариваемый заявителем нормативный акт не содержит правовых
норм, непосредственно затрагивающих права, свободы или обязанности
граждан. В соответствии с Федеральным законом от 26 декабря 1995 г.
"Об акционерных обществах" (с изменениями и дополнениями)
собственностью акционера является не имущество акционерного
общества, а акции, которыми он владеет.
Выполнение кредитной организацией требований Банка России о
создании резерва на возможные потери по ссудам способствует
избежать колебаний величины прибыли банков в связи со списанием
потерь по ссудам, защитить интересы как акционеров кредитной
организации, так и ее кредиторов (вкладчиков).
Становясь учредителем или приобретая акцию кредитной
организации, гражданин не может не знать о том, что в отношении
кредитных организаций наряду с Федеральным законом "Об акционерных
обществах" действуют положение Федерального закона "О банках и
банковской деятельности", нормативные акты Банка России. Довод
представителя ОАО "Русского банка имущественной опеки" о том, что
норма, изложенная в п. 2.5 Инструкции, ограничивает гражданские
права граждан и юридических лиц свободно заключать договоры и
определять по своему усмотрению их условия, как это закреплено в
п. 2 ст. 1 и п. 4 ст. 421 ГК РФ, не обоснован.
Как видно из объяснений представителя Банка России, данное в
п. 2.5 Инструкции понятие обеспеченности ссуд залогом уже, чем это
предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации. Однако
Инструкция не препятствует банкам использовать другие способы
обеспечения.
Инструкция от 30 июня 1997 г. N 62 "а" устанавливает виды ссуд
по качеству обеспечения, но Банк России не ограничивает банки в
свободе заключения договоров. Ссуды могут выдаваться не только под
поручительство Правительства Российской Федерации, субъектов
Российской Федерации или под гарантию Банка России, но и под
поручительство местного регионального банка.
Абзац 2 п. 2.8 Инструкции предоставляет банку самому
классифицировать ссуды, а Банк России осуществляет надзорные
функции. Центральный банк Российской Федерации, издавая Инструкцию,
не вмешивается в отношения банка с вкладчиками, предусматривая в
п. 2.6.1 Инструкции порядок оформления юридической документации в
отношении залоговых прав банка с тем, чтобы банк принимал в залог
ликвидное имущество.
Учитывая, что Инструкция от 30 июня 1997 г. N 62 "а" принята
Центральным банком Российской Федерации в пределах его полномочий,
с соблюдением установленного порядка, подписана Председателем Банка
России, оспариваемые положения соответствуют действующему
законодательству, права или свободы заявителя не были нарушены,
заявление "Русского банка имущественной опеки" не подлежит
удовлетворению.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 3 февраля 2000 г. это
решение оставила без изменения.

_____________

Пункт 6 распоряжения Правительства Российской Федерации от 1 декабря 1998 г. N 1698-р "О мерах по реализации совместного заявления Председателя Правительства Российской Федерации и Президента Чеченской Республики от 29 октября 1998 г." в части решения воп

3. Пункт 6 распоряжения Правительства
Российской Федерации от 1 декабря 1998 г. N 1698-р
"О мерах по реализации совместного заявления Председателя
Правительства Российской Федерации и Президента Чеченской
Республики от 29 октября 1998 г." в части решения вопроса о
погашении задолженности по пенсионному обеспечению за счет
страховых взносов, уплачиваемых на территории Чеченской
Республики проживающим там гражданам и получающим пенсии,
указанные в ст. 1 Федерального закона от 28 октября 1998 г.
"О порядке финансирования государственных пенсий, выплата
которых по законодательству Российской Федерации
осуществляется за счет средств федерального бюджета",
признан Верховным Судом Российской Федерации
незаконным и не подлежащим применению. Указанный пункт
распоряжения Правительства по вопросу выплаты задолженности
по пенсионному обеспечению гражданам, проживающим в
Чеченской Республике и получающим иные пенсии,
признан законным

(Извлечение из решения Верховного Суда РФ)

Адвокат X., представляющий группу граждан, проживающих в
Чеченской Республике, обратился в Верховный Суд РФ с требованием о
признании незаконным п. 6 распоряжения Правительства Российской
Федерации от 1 декабря 1998 г. N 1698-р "О мерах по реализации
совместного заявления Председателя Правительства Российской
Федерации и Президента Чеченской Республики от 29 октября 1998 г."
в части слов: "Погашение задолженности по пенсионному обеспечению
осуществлять за счет страховых взносов, уплачиваемых на территории
Чеченской Республики". По его мнению, п. 6 оспариваемого
распоряжения Правительства Российской Федерации в указанной части
не соответствует положениям Конституции Российской Федерации и
требованиям Закона Российской Федерации от 20 января 1990 г.
"О государственных пенсиях в Российской Федерации" (в ред.
Федерального закона от 14 января 1997 г.), предусматривающих право
граждан Российской Федерации на получение пенсии.
Упомянутый пункт распоряжения Правительства Российской
Федерации, касающийся погашения его доверителям задолженности по
пенсионному обеспечению за счет страховых взносов, уплачиваемых на
территории Чеченской Республики, без законных оснований нарушает
это право.
Представители Правительства Российской Федерации просили
оставить жалобу без удовлетворения, пояснив при этом о том, что
Правительство Российской Федерации вправе было разрешить таким
образом вопрос о погашении задолженности по выплате пенсий
гражданам, проживающим в Чеченской Республике, поскольку в
последние годы никаких отчислений от этой Республики в Пенсионный
фонд Российской Федерации не производилось.
Установленный Правительством Российской Федерации порядок
погашения задолженности по пенсиям за счет страховых взносов,
уплачиваемых на территории данной Республики, требованиям
пенсионного законодательства не противоречит.
Верховный Суд РФ 13 января 2000 г. жалобу удовлетворил
частично по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 28 октября
1998 г. "О порядке финансирования государственных пенсий, выплата
которых по законодательству Российской Федерации осуществляется за
счет средств федерального бюджета" финансирование выплаты
государственных пенсий военнослужащим и приравненным к ним по
пенсионному обеспечению гражданам, их семьям, социальных пенсий,
предусмотренных Законом Российской Федерации от 20 ноября 1990 г.
"О государственных пенсиях в Российской Федерации", а также выплаты
государственных пенсий, предусмотренных вышеназванным Законом, в
части, определяемой включением в трудовой стаж периодов, не
связанных с уплатой страховых взносов в Пенсионный фонд Российской
Федерации, государственных пенсий, предусмотренных Законом
Российской Федерации от 21 мая 1993 г. "О пенсионном обеспечении
родителей погибших военнослужащих, проходивших военную службу по
призыву", Федеральным законом от 7 мая 1995 г. "Об улучшении
пенсионного обеспечения участников Великой Отечественной войны и
вдов военнослужащих, погибших в Великую Отечественную войну,
получающих пенсии по Закону РСФСР "О государственных пенсиях в
РСФСР", финансирование расходов, связанных с предоставлением льгот
по пенсионному обеспечению, предусмотренных Законом Российской
Федерации от 15 мая 1991 г. "О социальной защите граждан,
подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на
Чернобыльской АЭС" (в ред. Федерального закона от 5 июля 1999 г.),
и финансирование расходов на доставку и пересылку всех
государственных пенсий осуществляются Пенсионным фондом Российской
Федерации за счет средств федерального бюджета, ежемесячно
перечисляемых Пенсионному фонду Российской Федерации в порядке
авансирования в размере, необходимом для выплаты указанных пенсий,
а также для оплаты расходов на доставку и пересылку всех
государственных пенсий.
Как предусмотрено в п. 6 распоряжения Правительства Российской
Федерации от 1 декабря 1998 г. N 1698-р "О мерах по реализации
совместного заявления Председателя Правительства Российской
Федерации и Президента Чеченской Республики от 29 октября 1998 г.",
погашение задолженности по пенсионному обеспечению граждан,
проживающих на территории Чеченской Республики, осуществляется за
счет страховых взносов, уплачиваемых на территории Чеченской
Республики, независимо от вида получаемой пенсии.
Данное обстоятельство подтверждается материалами дела и не
оспаривалось в судебном заседании представителями Правительства
Российской Федерации.
Таким образом, с учетом ст. 1 приведенного выше Федерального
закона от 28 октября 1998 г. оспариваемое распоряжение
Правительства Российской Федерации в названной части не может быть
признано законным.
Как видно из содержания жалобы и объяснений представителей
Правительства Российской Федерации, среди граждан, проживающих на
территории Чеченской Республики и имеющих право на пенсионное
обеспечение, имеются различные категории пенсионеров, в том числе и
граждане, пользующиеся правом на получение пенсий, указанных в
ст. 1 названного Федерального закона, финансирование выплаты
которых должно осуществляться за счет средств федерального бюджета,
а не за счет страховых взносов, как это предусмотрено п. 6
распоряжения Правительства Российской Федерации.
Использование же страховых взносов работодателей и граждан, а
также других поступлений в Пенсионный фонд Российской Федерации,
связанных с уплатой страховых взносов, на финансирование выплаты
государственных пенсий, перечисленных в ст. 1 упомянутого выше
Федерального закона от 28 октября 1998 г., допускается лишь в
пределах ассигнований, предусмотренных бюджетом Пенсионного фонда
Российской Федерации на очередной финансовый год, что также не
следует из п. 6 оспариваемого распоряжения.
Исходя из этого, данный пункт распоряжения Правительства
Российской Федерации в части решения вопроса о погашении
задолженности по выплате пенсий гражданам, проживающим на
территории Чеченской Республики и получающим пенсии, указанные в
ст. 1 Федерального закона от 28 октября 1998 г. N 163-ФЗ, за счет
страховых взносов, нельзя признать правомерным.
Что касается названного порядка погашения задолженности по
выплате пенсий другим категориям пенсионеров за счет страховых
взносов, уплачиваемых на территории Чеченской Республики, то в этой
части каких-либо правовых оснований для признания обжалуемого
распоряжения Правительства Российской Федерации незаконным не
имеется.
Утверждение представителя заявителей X. о том, что п. 6
распоряжения Правительства Российской Федерации по вопросу
погашения задолженности по пенсионному обеспечению полностью
является неправомерным, не основано на законе.
Ссылка представителя заявителей при этом на то, что выплата
пенсий на территории Российской Федерации в соответствии с п. 6
Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации должна
осуществляться за счет средств Пенсионного фонда Российской
Федерации, не может свидетельствовать о незаконности в целом п. 6
распоряжения Правительства Российской Федерации по указанному выше
вопросу, поскольку пенсионное законодательство не исключает
возможности выплаты пенсий и погашения задолженности по ним за счет
страховых взносов, уплачиваемых в конкретном субъекте Российской
Федерации, при наличии соответствующего на это решения
Правительства Российской Федерации.
В данном случае такое решение Правительства имеется.
Довод представителя заявителей о том, что п. 6 распоряжения
Правительства Российской Федерации в упомянутой части не
соответствует требованиям ч. 3 ст. 55 Конституции Российской
Федерации и ст. 8 Закона Российской Федерации "О государственных
пенсиях в Российской Федерации", необоснован, так как этим пунктом
распоряжения права граждан, проживающих на территории Чеченской
Республики, на социальное обеспечение, за исключением упомянутых
выше категорий пенсионеров, не нарушаются и не ограничиваются.
Выплата же иных видов пенсий и задолженности по ним допускается
законом за счет страховых взносов работодателей и граждан, в том
числе и за счет взносов, уплачиваемых в соответствующем субъекте
Российской Федерации, подлежащих перечислению в Пенсионный фонд
Российской Федерации. Решение Правительства Российской Федерации об
использовании уплачиваемых на территории Чеченской Республики
страховых взносов на погашение образовавшейся задолженности по
выплате пенсий гражданам, проживающим на этой территории, без
предварительного их перечисления в Пенсионный фонд Российской
Федерации в данном конкретном случае, как считал суд, закону не
противоречит, поскольку целевое назначение упомянутых взносов не
изменяется и их использование должно фактически осуществляться
Пенсионным же фондом Российской Федерации, как это и предусмотрено
законом.
Другие доводы, на которые представитель заявителей ссылается в
суде, также не могут служить основанием к удовлетворению жалобы в
полном объеме.
Верховный Суд Российской Федерации жалобу адвоката X.,
представляющего группу граждан, проживающих в Чеченской Республике,
удовлетворил частично: п. 6 распоряжения Правительства Российской
Федерации от 1 декабря 1998 г. N 1698-р в части решения вопроса о
погашении задолженности по пенсионному обеспечению за счет
страховых взносов, уплачиваемых на территории Чеченской Республики,
проживающим там гражданам и получающим пенсии, указанные в ст. 1
Федерального закона от 28 октября 1998 г. N 163-ФЗ "О порядке
финансирования государственных пенсий, выплата которых по
законодательству Российской Федерации осуществляется за счет
средств федерального бюджета", признал незаконным и не подлежащим
применению; эту же жалобу на указанный пункт оспариваемого
распоряжения Правительства Российской Федерации по вопросу выплаты
задолженности по пенсионному обеспечению гражданам, проживающим в
Чеченской Республике и получающим иные пенсии, оставил без
удовлетворения.
Кассационная коллегия 28 марта 2000 г. судебное решение
оставила без изменений.

_____________

Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам

Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности (Из

1. Не является преступлением действие
(бездействие), хотя формально и содержащее
признаки какого-либо деяния, предусмотренного
Особенной частью Уголовного кодекса
Российской Федерации, но в силу
малозначительности не представляющее
общественной опасности

(Извлечение)

Тверским межмуниципальным (районным) судом Центрального
административного округа г. Москвы 5 марта 1998 г. Б. осужден по
ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к
наказанию в виде одного года лишения свободы условно с
испытательным сроком в течение одного года.
Он признан виновным в покушении на кражу чужого имущества.
28 декабря 1997 г., находясь в торговом зале магазина, Б. взял
шнурки стоимостью 18 руб. и один тюбик крема для обуви по цене
36 руб. и, не оплатив их стоимость, вышел из торгового зала
магазина. Однако при выходе из магазина был задержан.
В кассационном порядке приговор не обжаловался.
Президиум Московского городского суда оставил без
удовлетворения протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ
об отмене приговора и прекращении дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 5
УПК РСФСР за отсутствием в деянии состава преступления.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
13 апреля 1999 г. аналогичный протест заместителя Председателя
Верховного Суда РФ удовлетворила по следующим основаниям.
Согласно ч. 2 ст. 14 УК РФ не является преступлением действие
(бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо
деяния, предусмотренного Особенной частью УК РФ, но в силу
малозначительности не представляющее общественной опасности.
При решении вопроса о привлечении лица к уголовной
ответственности следует иметь в виду, что по смыслу закона деяние,
формально подпадающее под признаки того или иного вида
преступления, должно представлять собой достаточную степень
общественной опасности.
Если деяние не повлекло существенный вред объекту, охраняемому
уголовным законом, или угрозу причинения такого вреда, оно в силу
малозначительности не представляет большой общественной опасности и
поэтому не рассматривается в качестве преступления.
Уголовное дело о таком деянии не может быть возбуждено, а
возбужденное дело подлежит прекращению за отсутствием состава
преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР.
Как видно из материалов дела и установлено судом, Б. пытался
похитить одну пару шнурков и один тюбик крема для обуви на общую
сумму 54 руб.
На момент совершения Б. преступления минимальный размер оплаты
труда составлял 83 руб. 49 коп.
В соответствии с Федеральным законом от 23 декабря 1999 г.
"О внесении изменения в ст. 49 Кодекса РСФСР об административных
правонарушениях" за мелкое хищение чужого имущества путем кражи,
мошенничества, присвоения или растраты, если стоимость похищенного
не превышает одного минимального размера оплаты труда,
предусмотрена административная ответственность.
Кроме того, по делу установлено, что Б. впервые совершил
правонарушение, до случившегося ни в чем предосудительном замечен
не был, каких-либо вредных последствий в результате его действий
для торговой компании не наступило, вину Б. признал и чистосердечно
раскаялся, занимается общественно полезным трудом и положительно
характеризуется как исполнительный, дисциплинированный,
профессиональный сотрудник.
При таких обстоятельствах, действия Б., хотя формально и
содержат признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 и ч. 1
ст. 158 УК РФ, но в силу малозначительности и упомянутого
Федерального закона от 23 декабря 1999 г. не представляют
общественной опасности.
Приговор и постановление президиума городского суда в
отношении Б. отменены и дело прекращено на основании п. 2 ч. 1
ст. 5 УПК РСФСР.

_____________

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за I квартал 2000 года

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ЗА I КВАРТАЛ 2000 ГОДА

ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

Вопросы Общей части УК РФ и квалификации преступлений

1. Консультант отдела строительства администрации области
признан субъектом должностного преступления.
М., являясь консультантом по экономическим вопросам отдела
строительства администрации области, при выполнении должностных
обязанностей по подготовке проектов постановления администрации и
распоряжения главы администрации области, используя свое служебное
положение, предложил руководству ОАО "Каменный брод" заключить
выгодный для этого общества договор с ЗАО "Газэнергофинанс".
Впоследствии он также рекомендовал представителям АО
"Запсибгазпром" и ЗАО "Газэнергофинанс" в качестве надежного
партнера ОАО "Каменный брод", за что получил от ОАО "Каменный брод"
взятку в сумме 401 тыс. деноминированных рублей.
Суд первой инстанции квалифицировал действия М. по п. "г" ч. 4
ст. 290 УК РФ.
Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного
Суда РФ приговор оставлен без изменения.
Протест в порядке надзора об отмене состоявшихся судебных
решений и прекращении уголовного дела по тем основаниям, что
осужденный необоснованно признан должностным лицом, оставлен
Президиумом Верховного Суда РФ без удовлетворения, поскольку
должность консультанта отдела строительства администрации области,
которую занимал М., в соответствии с реестром государственных
должностей государственной службы области, утвержденным
постановлением областной думы, относится к государственным
должностям категории "В".

Постановление N 1028п99
по делу Мишина

2. Президиум Верховного Суда РФ, удовлетворив протест
заместителя Председателя Верховного Суда РФ, переквалифицировал
действия осужденного со ст. 317 УК РФ на ч. 1 ст. 318 УК РФ.
Из материалов дела видно, что Т., держа в руке нож и угрожая
участковому инспектору В. убийством, пытался приблизиться к нему.
Однако В. удалось обезоружить Т.
Квалифицируя содеянное Т. по ст. 317 УК РФ, суд в приговоре не
обосновал свой вывод о наличии в действиях Т. прямого умысла на
убийство В.
Между тем, как утверждал осужденный Т., "умысла на убийство
участкового инспектора В. не имел и ножом на него не замахивался".
Потерпевший В. в суде пояснил, что "он (В.) сразу выбил нож у
Т., не дав ему возможности замахнуться".
Президиум Верховного Суда РФ согласился с доводами протеста о
том, что поскольку вид угрозы в законе не конкретизирован, то это
может быть как угроза нанесения побоев, так и угроза убийством, а
равно угроза насилия неопределенного характера, что и имело место в
данном конкретном случае.
При таких обстоятельствах действия Т. в отношении В.
охватываются диспозицией ч. 1 ст. 318 УК РФ как угроза применения
насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им
своих служебных обязанностей.

Постановление N 86п2000
по делу Толкачева

Процессуальные вопросы

3. При соединении в одно производство дел по обвинению одного
или нескольких лиц в совершении преступлений, подследственных
разным органам предварительного следствия, если хотя бы одно из
этих дел подследственно следователям военной прокуратуры, все дело
расследуется ими.
Т. признан судом виновным в совершении нескольких
преступлений, при этом одно из преступлений он совершил будучи
военнослужащим, а другое - после того как был уволен в запас.
Данное уголовное дело расследовано следователем районной
прокуратуры и рассмотрено областным судом.
Кассационная инстанция возвратила дело на новое расследование,
поскольку органами следствия нарушены требования ст. 126 УПК РСФСР.
Настоящее дело по всем преступлениям, объединенным в одно
производство, должна была расследовать военная прокуратура, а
рассмотреть обязан был военный суд.
Президиум Верховного Суда РФ согласился с выводами Судебной
коллегии и признал неубедительными доводы протеста заместителя
Генерального прокурора РФ о том, что следственным органам о первом
преступлении стало известно лишь после увольнения Т. в запас и с
ним как с военнослужащим следственные действия не проводились, его
права не нарушены, а совершенные им преступления не относятся к
преступлениям против военной службы.

Постановление N 108п2000пр
по делу Тащеева

4. Суд пришел к правильному выводу о необходимости направления
дела на дополнительное расследование в связи с нарушением органами
следствия требований ст.ст. 26 и 112 УПК РСФСР.
В процессе расследования уголовного дела по обвинению
Перевощикова по ч. 3 ст. 147 УК РСФСР были выявлены признаки
совершения Назаровой, Пономаренко и Постниковым преступлений,
предусмотренных п. "б" ч. 3 ст. 160, ст. 292 УК РФ, которые не
связаны с действиями Перевощикова.
Постановлением следователя уголовное дело в отношении
Назаровой, Пономаренко и Постникова выделено из уголовного дела по
обвинению Перевощикова.
Суд первой инстанции, направляя дело для производства
дополнительного расследования, мотивировал свое решение тем, что
предварительное следствие проведено без возбуждения уголовного
дела, а постановление следователя о выделении уголовного дела
вынесено с нарушением ст.ст. 26 и 112 УПК РСФСР.
Президиум Верховного Суда РФ согласился с решением суда первой
инстанции, оставив без удовлетворения протест заместителя
Генерального прокурора РФ.
По смыслу ст. 26 УПК РСФСР в отдельное производство может быть
выделено лишь дело в отношении лица или лиц, которым предъявлено
обвинение в совершении одного или нескольких взаимосвязанных
преступлений.
Из материалов данного дела видно, что уголовное дело в
отношении Назаровой, Пономаренко и Постникова не возбуждалось.
Обвинение им до выделения дела не предъявлялось.
Президиум Верховного Суда РФ признал не основанным на законе
утверждение в протесте о том, что "прежняя редакция ч. 2 ст. 26 УПК
РСФСР допускала возможность проведения предварительного следствия
по материалам, выделенным из другого дела в отдельное производство
в отношении иного лица по новому обвинению без возбуждения
уголовного дела".

Постановление N 1312п99пр
по делу Назаровой и других

5. Президиум Верховного Суда РФ отменил приговор и передал
дело на новое судебное рассмотрение в связи с неустановлением судом
мотива преступления.
Органами предварительного расследования Д. обвинялся в
совершении покушения на убийство из хулиганских побуждений (ст. 15,
п. "б" ст. 102 УК РСФСР).
Суд, квалифицируя действия Д. по ст.ст. 15, 103 УК РСФСР,
указал, что квалифицирующий признак "совершение преступления из
хулиганских побуждений" в судебном заседании своего подтверждения
не нашел, так как не установлено каких-либо обстоятельств,
свидетельствующих о проявлении со стороны Д. явного неуважения к
обществу, общепринятым нормам, об открытом противопоставлении себя
обществу, и других признаков, квалифицирующих хулиганский мотив
покушения на убийство.
Таким образом, суд в нарушение требований ст. 68 и ст. 314 УПК
РСФСР не установил и не отразил в приговоре мотивы и причины
совершения преступления, а ограничился лишь указанием об отсутствии
в действиях виновного "хулиганских побуждений".

Постановление N 1132п99
по делу Дорофеева

6. Президиум Верховного Суда РФ не согласился с доводами
протеста о том, что допущенные адвокатом нарушения следует
рассматривать только как нарушения порядка в судебном заседании,
которые влекут применение мер, предусмотренных ст. 263 УПК РСФСР.
Адвокат Б. на протяжении судебного следствия неоднократно
предпринимал попытки опорочить допустимые доказательства по делу в
присутствии присяжных заседателей, а выступая с речью в прениях
сторон, упоминал обстоятельства, не подлежащие рассмотрению с
участием присяжных заседателей.
2
В соответствии с требованиями ст. 21 УПК РСФСР суд первой
инстанции, а впоследствии и суд кассационной инстанции, усмотрев в
действиях адвоката нарушение требований закона (ст.ст. 435, 447
УПК РСФСР), вынесли частное постановление и частное определение.
Допущенные адвокатом нарушения закона были существенными и
повлекли, среди прочих оснований, отмену приговора суда.
Президиум Верховного Суда РФ признал вынесение частных
постановления и определения обоснованным и оставил без
удовлетворения протест, в котором ставился вопрос об их отмене.

Постановление N 268п2000
по делу Карпенко

7. Если в процессе предварительного слушания обвиняемый не
подтвердил свое ходатайство о рассмотрении его дела судом присяжных
или кем-либо из других обвиняемых было заявлено возражение, судья,
выяснив мнение каждого обвиняемого, должен объявить об окончании
предварительного слушания и в дальнейшем осуществлять производство
по правилам главы 20 УПК РСФСР.
Из материалов дела видно, что по окончании предварительного
следствия и в процессе предварительного слушания один из обвиняемых
возражал против рассмотрения его дела судом присяжных.
Несмотря на это в нарушение требований ст. 432 УПК РСФСР дело
было рассмотрено судом присяжных.
Впоследствии кассационная палата Верховного Суда РФ отменила
приговор, направив дело на новое рассмотрение со стадии судебного
разбирательства судом присяжных, тогда как оно подлежало
направлению на новое рассмотрение со стадии предварительного
слушания.
Президиум Верховного Суда РФ изменил определение кассационной
палаты, дело направил на новое судебное рассмотрение со стадии
предварительного слушания.

Постановление N 76п2000
по делу Кузнецова и Смирнова

ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

1. Согласно п. 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по
суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую
репутацию сведений, если распространивший такие сведения не
докажет, что они соответствуют действительности.
Решением суда (оставленным без изменения последующими
судебными инстанциями) М. отказано в удовлетворении требования о
защите чести и достоинства как гражданина и деловой репутации как
генерального директора акционерного общества "Хлебопродукт". Суд
признал соответствующими действительности сведения, содержащиеся в
газетной статье, в которой в отношении М. сообщалось, что именно он
"умыкнул 30 млрд. рублей из бюджета области, предназначенные как
раз для оплаты за сданное крестьянами зерно..."
Такой вывод мотивирован тем, что основанием для написания
статьи послужили вступившие в законную силу постановления
арбитражного суда о взыскании с акционерного общества в пользу
областной продовольственной корпорации задолженности по ссуде,
выделенной из бюджетных средств на закупку сельскохозяйственной
продукции, выражение "умыкнул 30 млрд. рублей" употреблено в
значении незаконного удержания взысканной суммы истцом как
генеральным директором и не носит оскорбительного характера, его
понимание как "украл" ошибочно.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила судебные постановления и направила дело на новое
рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.
Арбитражным судом разрешен экономический спор, возникший между
юридическими лицами. Наличие у акционерного общества задолженности
по ссуде не означает, что такая задолженность образовалась в
результате незаконных действий генерального директора.
Постановлением арбитражного суда не установлены факты,
свидетельствующие о нарушении закона непосредственно генеральным
директором акционерного общества и о том, что такое нарушение
привело к названным в статье последствиям.
Перечисленные обстоятельства являются юридически значимыми по
делу, без их установления нельзя сделать вывод о соответствии
действительности сведений, распространенных в отношении М. В
нарушение ч. 2 ст. 50 ГПК РСФСР суд не поставил на обсуждение
указанные обстоятельства, не предложил ответчикам представить
доказательства и не привел их в решении, как это предусмотрено ч. 4
ст. 197 ГПК РСФСР.

Определение N 41В-99-31

2. Последствия прекращения производства по делу в связи с
отказом от иска, предусмотренные ст. 220 ГПК РСФСР, касаются лишь
истца, а не ответчика по делу. Ответчик не может быть лишен права
на обращение впоследствии в суд с аналогичным иском к истцу.
Определением суда (оставленным без изменения последующими
судебными инстанциями) производство по делу по иску Ф. к К. о
разделе совместно нажитого имущества прекращено на основании п. 3
ст. 219 ГПК РСФСР в связи с тем, что имеется определение суда о
прекращении производства по делу по аналогичному иску К. к Ф. и
последний не вправе обращаться в суд с данным иском, поскольку К.
отказался от иска.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила судебные постановления и направила дело для рассмотрения в
суд первой инстанции, указав следующее.
Статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому
гарантировано право на судебную защиту его прав и свобод и право
каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не
запрещенными законом (ч. 2 ст. 45 Конституции Российской
Федерации), поэтому Ф. правомерно обратился в суд за защитой своих
имущественных прав.
Вывод судебных инстанций со ссылкой на п. 3 ст. 219 ГПК РСФСР
о невозможности обращения Ф. в суд с упомянутым иском, так как уже
ранее вынесено определение о прекращении производства по делу по
аналогичному иску К. к нему, нельзя признать правильным.
Согласно ч. 3 ст. 165 ГПК РСФСР до принятия отказа истца от
иска или утверждения мирового соглашения суд разъясняет истцу или
сторонам последствия предусмотренных ст. 220 ГПК РСФСР
соответствующих процессуальных действий: невозможность вторичного
обращения в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете
и по тем же основаниям. Как следует из этой нормы закона,
последствия отказа от иска разъясняются только истцу, а не
сторонам, в связи с чем предусмотренные ст. 220 ГПК РСФСР
последствия прекращения производства по делу ввиду отказа от иска
касаются лишь истца, а не ответчика.
По данному делу о разделе совместно нажитого имущества истец -
Ф., а не К., как в предыдущем деле, поэтому ссылка на п. 3 ст. 219
ГПК РСФСР ошибочна.

Определение N 5В00пр-41

3. Наличие судебных решений о признании недействительными
отдельных актов либо неправомерными действий органа местного
самоуправления, выборного должностного лица местного самоуправления
само по себе не является достаточным основанием для дачи судом
заключения о несоответствии их деятельности действующему
законодательству и последующего прекращения их полномочий органом
государственной власти субъекта Российской Федерации.
Давая заключение о несоответствии деятельности председателя
администрации города К. действующему законодательству, областной
суд сослался на решения судов, которыми, в частности, признаны
незаконными увольнения М., Г., Б. и других.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила решение и направила дело на новое рассмотрение в тот же
суд, указав следующее.
Досрочное прекращение законодательным (представительным)
органом государственной власти субъекта Российской Федерации
полномочий выборного должностного лица местного самоуправления за
нарушение Конституции Российской Федерации и основанных на ней
нормативных правовых актов допустимо, если этого требует защита
прав граждан от возможных злоупотреблений своими полномочиями со
стороны органов местного самоуправления, выборных должностных лиц
местного самоуправления и при условии, что досрочное прекращение
полномочий как разновидность ответственности соразмерно степени
совершенного нарушения и значимости защищаемых интересов.
Только при соблюдении перечисленных положений гражданам будет
обеспечиваться защита их прав от возможных злоупотреблений своими
полномочиями со стороны избранных ими органов и должностных лиц
местного самоуправления и вместе с тем гарантироваться
муниципальным образованиям защита от необоснованного вмешательства
в их деятельность со стороны органов государственной власти.
Поэтому при рассмотрении этого дела о даче заключения суду
следовало поставить на обсуждение установленные судом нарушения
нормативных правовых актов, на основе которых законодательным
(представительным) органом государственной власти субъекта
Российской Федерации возбуждена процедура досрочного прекращения
полномочий председателя администрации города К., проанализировать и
оценить, в какой мере каждое из нарушений повлияло на права и
законные интересы населения муниципального образования и на какие
именно, насколько массовый характер носило нарушение прав и свобод
граждан, не свидетельствует ли совокупность установленных нарушений
о возможном злоупотреблении своими полномочиями со стороны
представительного органа или председателя администрации города К.,
требующем вмешательства органа государственной власти в целях
защиты прав и свобод граждан, либо нарушения обусловлены иными
причинами (например, сложностью или неясностью правоотношений, на
регулирование которых были направлены впоследствии отмененные судом
акты местного самоуправления) и устранены состоявшимися судебными
решениями.
Между тем суд не дал оценки нарушениям закона со стороны
председателя администрации города К., степени их распространения и
последствиям, к которым они привели. Не установил и вины,
являющейся необходимым условием ответственности за совершенное
правонарушение, в том числе и ответственности, предусмотренной п. 3
ст. 49 Федерального закона от 28 августа 1995 г. "Об общих
принципах организации местного самоуправления в Российской
Федерации" (с изменениями и дополнениями).

Определение N 92Г-00-1

4. Решение о выселении признано незаконным.
Удовлетворяя иск акционерного общества о расторжении с Л.
договора имущественного найма и освобождении помещения в силу
ст. 610 ГК РФ, суд исходил из того, что дом (сборно-разборное
каркасно-щитовое строение), в котором проживает ответчик, в число
жилых не включен, а находится на балансе акционерного общества,
квартира Л. в этом доме была передана по договору имущественного
найма (аренды), ответчик уволился с работы. Последующие судебные
инстанции оставили решение без изменения.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила судебные постановления и направила дело на новое
рассмотрение в тот же суд по следующим основаниям.
Согласно ст. 50 ЖК РСФСР пользование жилыми помещениями в
домах государственного и общественного жилищного фонда
осуществляется в соответствии с договором найма жилого помещения и
правилами пользования жилыми помещениями. Жилые помещения в домах
государственного и общественного жилищного фонда, а также в домах
жилищно-строительных кооперативов представляются гражданам в
бессрочное пользование (ч. 2 ст. 10 ЖК РСФСР).
Таким образом, в силу закона, действовавшего на момент
предоставления квартиры Л. (1989 год), жилое помещение могло быть
передано ему в пользование бессрочно по договору жилищного найма, а
не аренды, и при рассмотрении дела по требованию об освобождении
такого помещения необходимо руководствоваться нормами жилищного, а
не гражданского законодательства.
Факт отсутствия регистрации дома как жилого в соответствующих
органах не свидетельствует о том, что этот дом таковым не является.
Согласно техническому паспорту упомянутый дом жилой, имеет
центральное отопление и электроосвещение, состоит из двух квартир,
в каждой из которых имеются несколько жилых комнат, кухня, коридор,
ванная. Ответчик вносил ежемесячно квартплату, имел постоянную
прописку в квартире, о которой возник спор. Однако этим
обстоятельствам суд оценки не дал.

Определение N 70В99-2

5. Отмена решения в надзорном порядке осуществлена в нарушение
требований ст. 330 ГПК РСФСР.
Президиум областного суда отменил решение суда об
удовлетворении жалобы П. на постановление органов ГИБДД о
привлечении его к административной ответственности и вынес новое
решение, которым в удовлетворении жалобы отказал.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила постановление президиума областного суда и оставила без
изменения решение суда по следующим основаниям.
В силу п. 5 ст. 329 ГПК РСФСР суд, рассмотрев дело в порядке
надзора, своим определением или постановлением вправе отменить либо
изменить решение суда первой, кассационной или надзорной инстанций
и вынести новое решение, не передавая дела на новое рассмотрение,
если допущена ошибка в применении и толковании норм материального
права.
По данному делу надзорная инстанция не указала, в чем
заключалось неправильное применение и толкование судом первой
инстанции норм материального права или какое им допущено нарушение
норм процессуального права, являющиеся в силу ст. 330 ГПК РСФСР
основанием к отмене судебных постановлений в надзорном порядке.
В постановлении президиума областного суда отмечено, что вывод
суда об отсутствии вины П. в совершении правонарушения,
предусмотренного ч. 1 ст. 118 КоАП РСФСР, опровергается имеющимися
в деле доказательствами, которым при этом дана иная, чем судом
первой инстанции, оценка, хотя законом такое право надзорной
инстанции не предоставлено.

Определение N 47Вп00-1

6. Суд, рассмотрев дело в порядке надзора, своим
постановлением вправе отменить решение первой и кассационной
инстанций и вынести новое решение, не передавая дело на новое
рассмотрение, если допущена ошибка в применении и толковании норм
материального права (п. 5 ст. 329 ГПК РСФСР).
Президиум областного суда отменил решение суда об
удовлетворении жалобы Ш. и признании недействительными итогов
голосования по избирательному участку по выборам депутатов
представительного (законодательного) органа государственной власти
субъекта Российской Федерации и вынес новое решение об отказе Ш. в
удовлетворении жалобы.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила постановление президиума областного суда и направила дело
на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.
Отмену судебного решения президиум мотивировал тем, что вывод
суда первой инстанции о существенном влиянии на достоверность
результатов голосования тех нарушений, которые были допущены
избирательной комиссией при проведении выборов, необоснован.
Отметив таким образом недоказанность обстоятельств, которые суд
первой инстанции считал доказанными, президиум неправильно
определил это процессуальное нарушение как ошибку в применении норм
материального права, а потому ошибочно признал возможным вынести
новое решение, не передавая дело на новое рассмотрение.
Дело следовало передать на новое рассмотрение, так как суд
первой инстанции, признавая жалобу Ш. обоснованной, не установил,
что допущенные участковой избирательной комиссией нарушения
являются нарушениями прав или свобод Ш. либо создали препятствия к
осуществлению им его прав и свобод, как это определено в ст. 2397
ГПК РСФСР.

Определение N 43В99-11

7. Согласно п. 4 ст. 27 Федерального закона от 6 октября
1999 г. "Об общих принципах организации законодательных
(представительных) и исполнительных органов государственной власти
субъектов Российской Федерации", вступившего в силу 19 октября
1999 г., законы субъекта Российской Федерации, правовые акты
законодательного (представительного) органа государственной власти
субъекта Российской Федерации, правовые акты органов исполнительной
власти субъекта Российской Федерации и правовые акты их должностных
лиц, нарушающие права и свободы человека и гражданина, права
общественных объединений и органов местного самоуправления, могут
быть обжалованы в судебном порядке.
Общественная организация обратилась в суд с заявлением о
признании закона края противоречащим федеральному закону.
Судья краевого суда 29 ноября 1999 г. в принятии заявления
отказал со ссылкой на неподведомственность дела суду.
При этом суд учел, что 16 июня 1998 г. было принято
постановление Конституционного Суда Российской Федерации "По делу о
толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции
Российской Федерации", согласно п. 3 резолютивной части которого
полномочия судов общей юрисдикции и арбитражных судов по
осуществлению вне связи с рассмотрением конкретного дела проверки
соответствия названных нормативных актов ниже уровня федерального
закона иному, имеющему большую юридическую силу акту, кроме
Конституции Российской Федерации, могут быть установлены
федеральным конституционным законом. Иначе суды не вправе
признавать незаконными и в связи с этим утрачивающими юридическую
силу акты ниже уровня федерального закона, перечисленные в ст. 125
(пп. "а" и "б" ч. 2) Конституции Российской Федерации.
Между тем с 19 октября 1999 г. действует Федеральный закон
"Об общих принципах организации законодательных (представительных)
и исполнительных органов государственной власти субъектов
Российской Федерации", в соответствии с п. 4 ст. 27 которого законы
субъекта Российской Федерации, правовые акты законодательного
(представительного) органа государственной власти субъекта
Российской Федерации, правовые акты органов исполнительной власти
субъекта Российской Федерации и правовые акты их должностных лиц,
нарушающие права и свободы человека и гражданина, права
общественных объединений и органов местного самоуправления, могут
быть обжалованы в судебном порядке.
При таких данных оснований для отказа в принятии заявления
общественной организации к производству краевого суда не имелось.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
определение судьи краевого суда отменила и заявление общественной
организации направила в тот же суд для рассмотрения по существу.

Определение N 58Г99-13

8. Законы субъектов Российской Федерации, а также иные
правовые акты законодательных (представительных) и исполнительных

органов государственной власти субъектов Российской Федерации
обжалуются в краевые, областные и соответствующие им суды.
Определением областного суда обществу с ограниченной
ответственностью отказано в принятии заявления о признании
противоречащим федеральному закону постановления правительства
г. Москвы "Об утверждении размера оплаты за право долгосрочного
размещения средств наружной рекламы в городе Москве" по тем
основаниям, что заявление подлежит рассмотрению в межмуниципальном
(районном) суде.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила определение и направила заявление на рассмотрение в тот же
суд по следующим основаниям.
Действительно, в п. 4 ст. 27 Федерального закона от 6 октября
1999 г. "Об общих принципах организации законодательных
(представительных) и исполнительных органов государственной власти
субъектов Российской Федерации", вступившего в силу 19 октября
1999 г., не указано, в какие суды общей юрисдикции подлежат
обжалованию законы субъектов Российской Федерации, а также иные
правовые акты законодательных (представительных) и исполнительных
органов государственной власти субъектов Российской Федерации.
Однако этот вопрос возможно решить, изучив другие статьи
названного Федерального закона. Так, по смыслу п. 2 ст. 9 и п. 2
ст. 19 упомянутого Закона противоречие федеральным законам законов
субъектов Российской Федерации, а также принятых законодательными
(представительными) или исполнительными органами государственной
власти субъектов Российской Федерации иных нормативных актов
устанавливается соответствующими судами. Такими судами могут быть
равные, в смысле разделения властей, законодательным
(представительным) и исполнительным органам государственной власти
субъектов Российской Федерации суды субъектов Российской Федерации:
Верховные суды республик, краевые суды, областные суды, суды
гг. Москвы и Санкт-Петербурга, суд автономной области, суды
автономных округов.

Определение 5ГОО-16

Ответы на вопросы

1. Вопрос: Подлежит ли взысканию с наследников лица,
причинившего моральный вред, компенсация морального вреда по иску
родственников погибшего гражданина, смерть которого наступила по
вине наследодателя - причинителя вреда?
Ответ: Если гражданину причинен моральный вред (физические или
нравственные страдания), то в соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ на
причинителя вреда судом может быть возложена обязанность по выплате
денежной компенсации указанного вреда.
Согласно действующему гражданскому законодательству в порядке
наследования переходят как права, так и обязанности наследодателя.
Поэтому если причинитель морального вреда, обязанный
компенсировать упомянутый вред в денежной форме, умер, то его
обязанность по выплате денежной компенсации за причиненный
моральный вред, как имущественная обязанность, переходит к его
наследникам. Наследники должны выплатить данную компенсацию в
пределах действительной стоимости перешедшего к ним наследственного
имущества (ст. 553 ГК РСФСР, 1964 г.).
При этом претензия к наследникам причинителя вреда о выплате
компенсации морального вреда должна быть предъявлена в течение
шести месяцев со дня открытия наследства (ст. 554 ГК РСФСР,
1964 г.).
2. Вопрос: Переходит ли к наследникам право требовать
взыскания компенсации морального вреда в случае смерти истца,
которому непосредственно причинен моральный вред?
Ответ: Согласно ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда
производится в случае причинения гражданину морального вреда
действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо
посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные
блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.
Право требовать взыскания компенсации морального вреда связано
с личностью потерпевшего и носит личный характер. Поэтому данное
право не входит в состав наследственного имущества и не может
переходить по наследству. Если гражданин, предъявивший требование о
взыскании компенсации морального вреда, умер до вынесения судом
решения, производство по делу подлежит прекращению на основании
п. 8 ст. 219 ГПК РСФСР.
В том случае, когда истцу присуждена компенсация морального
вреда, но он умер, не успев получить ее, взысканная сумма
компенсации входит в состав наследства и может быть получена его
наследниками.
3. Вопрос: Подлежит ли рассмотрению районным судом требование
налоговой полиции о конфискации продукции у юридического лица и
(или) индивидуального предпринимателя, совершивших административное
правонарушение, предусмотренное ст. 8 Федерального закона от 8 июля
1999 г. "Об административной ответственности юридических лиц
(организаций) и индивидуальных предпринимателей за правонарушения в
области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и
спиртосодержащей продукции"?
Ответ: Согласно ст. 8 упомянутого Федерального закона
совершение юридическим лицом и (или) индивидуальным
предпринимателем правонарушений, перечисленных в этой статье,
влечет наложение административного штрафа в размере от двухсот до
пятисот минимальных размеров оплаты труда с конфискацией
алкогольной и спиртосодержащей продукции в соответствующих таре и
(или) упаковке или без таковой.
Дела об административных правонарушениях, предусмотренных
ст. 8 данного Закона, рассматривают руководители органов налоговой
полиции, органов внутренних дел (п. 2 ст. 13 Закона).
В силу п. 3 ст. 13 названного Закона наложение
административного взыскания в виде конфискации у нарушителя
этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции
в соответствующих таре и (или) упаковке, а также оборудования и
сырья, находившихся у него на законных основаниях, относится к
компетенции районных судов (мировых судей).
Следовательно, требование органа налоговой полиции о
конфискации упомянутой продукции у юридического лица, совершившего
перечисленные административные правонарушения, подлежит
рассмотрению районным судом (мировым судьей).
4. Вопрос: Если указанное выше требование подлежит
рассмотрению районным судом, вправе ли суд проверить факт
совершения административного правонарушения и отказать в
конфискации по мотивам отсутствия основания для ее применения,
несмотря на наличие постановления органа налоговой полиции
(должностного лица) о наложении штрафа за административное
правонарушение, которое не обжаловано?
Ответ: Дело по требованию органа налоговой полиции о
конфискации имущества (продукции) у юридического лица и (или)
индивидуального предпринимателя за совершение упомянутого
административного правонарушения рассматривается районным судом с
соблюдением положений КоАП РСФСР, регулирующих производство по
делам об административных правонарушениях.
Согласно ст. 225 КоАП РСФСР одной из задач производства по
делам об административных правонарушениях является своевременное,
всестороннее, полное и объективное выяснение обстоятельств каждого
дела, разрешение его в точном соответствии с законодательством.
Исходя из этих положений, районный суд, рассматривая дело по
требованию органа налоговой полиции о применении конфискации
продукции (имущества) у нарушителя правил оборота алкогольной и
спиртосодержащей продукции, должен установить все обстоятельства,
от которых зависит законное и обоснованное разрешение дела,
несмотря на наличие постановления органа налоговой полиции о
наложении штрафа за соответствующее административное правонарушение
на данное лицо.
Придя к выводу об отсутствии основания для применения
конфискации, суд отказывает в удовлетворении требования органа
налоговой полиции и выносит постановление о прекращении дела
производством (ст. 262 КоАП РСФСР).
5. Вопрос: Имеют ли право на льготы, установленные Федеральным
законом "О ветеранах", лица, ранее осужденные за совершенные
преступления в период службы на территории Афганистана в 1979-1989
годах, в отношении которых впоследствии была применена амнистия на
основании постановления Верховного Совета СССР от 28 ноября 1989 г.
N 842-I "Об амнистии совершивших преступления бывших военнослужащих
контингента советских войск в Афганистане"?
Ответ: В соответствии с постановлением Верховного Совета СССР
от 28 ноября 1989 г. N 842-I "Об амнистии совершивших преступления
бывших военнослужащих контингента советских войск в Афганистане"
бывшие военнослужащие освобождаются от уголовной ответственности за
преступления, совершенные ими во время прохождения воинской службы
в Афганистане, и от отбывания наказания за эти преступления. С них
снимается также судимость.
В силу п. 11 постановления Президиума Верховного Совета СССР
от 11 декабря 1989 г. "О порядке применения постановления
Верховного Совета СССР "Об амнистии совершивших преступления бывших
военнослужащих контингента советских войск в Афганистане" на лиц,
освобожденных от уголовной ответственности и наказания в
соответствии с данным постановлением об амнистии, предусмотренные
законодательством льготы для бывших военнослужащих контингента
советских войск в Афганистане не распространяются.
Льготы для военнослужащих, проходивших службу на территории
Афганистана, были установлены постановлением Центрального Комитета
КПСС и Совета Министров СССР от 17 января 1983 г. N 59-27
"О льготах военнослужащим, рабочим и служащим, находящимся в
составе ограниченного контингента советских войск на территории
Демократической Республики Афганистан, и их семьям".
Федеральный закон от 12 января 1995 г. N 5-ФЗ "О ветеранах" (в
ред. Федерального закона от 2 января 2000 г.) устанавливает льготы,
в том числе и для ветеранов боевых действий, которыми, в частности,
являются бывшие военнослужащие контингента советских войск в
Афганистане. Данным Законом не предусмотрено лишение прав на
получение льгот лицами, совершившими преступление на территории
Афганистана в период прохождения военной службы, в отношении
которых впоследствии было принято постановление Верховного Совета
СССР от 28 ноября 1989 г.
Согласно п. 4 ст. 11 упомянутого Федерального закона
федеральные законы и иные нормативные правовые акты, законы и иные
нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации,
ограничивающие права и льготы, предусмотренные для ветеранов этим
Федеральным законом, являются недействительными.
В соответствии с п. 2 постановления Верховного Совета РСФСР от
12 декабря 1991 г. N 2014-I "О ратификации Соглашения о создании
Содружества Независимых Государств" на территории РСФСР до принятия
соответствующих законодательных актов РСФСР нормы бывшего Союза ССР
применяются в части, не противоречащей Конституции РСФСР,
законодательству РСФСР и Соглашению.
Положения п. 11 постановления Президиума Верховного Совета
СССР от 11 декабря 1989 г., лишающие права на льготы определенную
категорию бывших военнослужащих, амнистированных за совершенные
преступления на территории Афганистана в период 1979-1989 годов,
противоречат Федеральному закону от 12 января 1995 г.
"О ветеранах".
Таким образом, следует прийти к выводу, что бывшие
военнослужащие контингента советских войск в Афганистане,
совершившие преступления на территории Афганистана, в отношении
которых впоследствии было применено постановление Верховного Совета
СССР "Об амнистии совершивших преступления бывших военнослужащих
контингента советских войск в Афганистане", имеют право на льготы,
предусмотренные Федеральным законом "О ветеранах".
6. Вопрос: Может ли субъект Российской Федерации ограничить
право граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие
катастрофы на Чернобыльской АЭС, выехавших добровольно на новое
место жительства из зоны проживания с правом на отселение, на
внеочередное обеспечение благоустроенной жилой площадью на новом
месте проживания (ставить таких граждан на учет как нуждающихся в
улучшении жилищных условий только при условии проживания в данном
населенном пункте 10 лет)?
Ответ: В силу п. 11 ст. 13, п. 7 ст. 17, ст. 22 Закона
Российской Федерации от 15 мая 1991 г. "О социальной защите
граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на
Чернобыльской АЭС" (в ред. Федерального закона от 5 июля 1999 г.)
граждане, выехавшие добровольно на новое место жительства из зоны
проживания с правом на отселение в 1986 году и в последующие годы,
имеют право на одноразовое внеочередное обеспечение благоустроенной
жилой площадью в домах государственного и общественного жилого
фонда.
Согласно ч. 2 ст. 22 Примерных правил учета граждан,
нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых
помещений в РСФСР, утвержденных постановлением Совета Министров
РСФСР от 31 июля 1984 г. N 335 (в ред. от 28 февраля 1996 г.) и
ст. 33 Жилищного кодекса РСФСР (в ред. от 28 марта 1998 г.)
граждане, имеющие право на внеочередное предоставление жилых
помещений, включаются в отдельные списки на предоставление жилой
площади.
В соответствии с ч. 1 ст. 5 указанного выше Закона
финансирование расходов, связанных с его реализацией,
осуществляется из федерального бюджета.
Упомянутый Закон является специальным законом прямого
действия, непосредственно регулирующим весь спектр правоотношений,
связанных с катастрофой на Чернобыльской АЭС, расходы на его
реализацию предусмотрены в федеральном бюджете.
Поэтому следует сделать вывод, что граждане, подвергшиеся
воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС,
выехавшие добровольно на новое место жительства из зоны проживания
с правом на отселение, должны включаться в месте нового проживания
в отдельные списки граждан, имеющих право на внеочередное
предоставление жилья, общий же порядок постановки на учет
нуждающихся граждан, предусматривающий проживание в данном
населенном пункте не менее 10 лет, на них не распространяется.
7. Вопрос: Правомерен ли отказ гражданину в бесплатном
закреплении в собственность земельного участка в случае
приобретения им после 1991 года жилого дома, который расположен на
участке, полученном в пожизненное наследуемое владение и
пользование прежним собственником дома до 1 января 1991 г.?
Ответ: Граждане, получившие участки в пожизненное наследуемое
владение или бессрочное (постоянное) пользование либо взявшие их в
аренду, кроме аренды у физического лица, имеют право на
предоставление и выкуп этих участков в собственность в соответствии
с действующим законодательством (абз. 3 п. 3 Указа Президента
Российской Федерации от 27 октября 1993 г. N 1767 "О регулировании
земельных отношений и развитии аграрной реформы в России" (в ред.
от 25 января 1999 г.).
В соответствии с ч. 4 ст. 1 Закона Российской Федерации от
23 декабря 1992 г. N 4196-I "О праве граждан Российской Федерации
на получение в частную собственность и на продажу земельных
участков для ведения личного подсобного и дачного хозяйства,
садоводства и индивидуального жилищного строительства" граждане,
имеющие на момент вступления в силу этого Закона земельные участки,
размеры которых превышают предельные нормы, во всех случаях
сохраняют право пожизненного наследуемого владения или пользования
частью земельного участка, превышающей установленные нормы. При
этом гражданам предоставляется право приобретать данную часть
земельного участка в частную собственность по договорной цене у
местного Совета народных депутатов.
Согласно Указу Президента Российской Федерации от 7 марта
1996 г. N 337 "О реализации конституционных прав граждан на землю"
земельные участки, полученные гражданами до 1 января 1991 г. и
находящиеся в их пожизненном наследуемом владении и пользовании,
сохраняются за гражданами в полном размере. Запрещается обязывать
граждан, имеющих указанные земельные участки, выкупать их или брать
в аренду.
При переходе права собственности на строение, сооружение или
при передаче их другим предприятиям, учреждениям, организациям и
гражданам вместе с этими объектами переходит и право пользования
земельными участками. При этом им выдается новый документ,
удостоверяющий право на землю (ст. 37 Земельного кодекса РСФСР).
В соответствии с п. 3 ст. 552 ГК РФ продажа недвижимости,
находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на
праве собственности, допускается без согласия собственника этого
участка, если это не противоречит условиям пользования таким
участком, установленным законом или договором. При продаже такой
недвижимости покупатель приобретает право пользования
соответствующей частью земельного участка на тех же условиях, что и
продавец недвижимости.
Таким образом, следует сделать вывод, что при приобретении
гражданином недвижимости, находящейся на земельном участке, который
был предоставлен прежнему владельцу в пожизненное наследуемое
владение, к покупателю переходит закрепленное действующим
законодательством право переоформить этот земельный участок в
собственность бесплатно в пределах установленных законодательными
актами субъекта Российской Федерации предельных норм. Участок,
превышающий установленную норму, должен переходить к покупателю на
том же праве, на котором он находился у прежнего владельца, либо по
желанию покупателя переходить в собственность по договорной цене в
установленном законодательными актами субъекта Российской Федерации
порядке.
8. Вопрос: Правомерно ли требование к гражданам, имеющим право
собственности на жилой дом, возникшее до вступления в силу
Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ "О государственной
регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", о
государственной регистрации их прав на это имущество в случае
возведения в установленном порядке пристройки, надстройки к дому
или его реконструкции с возведением на месте снесенного старого
строения нового?
Ответ: В соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона от
21 июля 1997 г. "О государственной регистрации прав на недвижимое
имущество и сделок с ним" государственная регистрация прав на
недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и
подтверждения государством возникновения, ограничения
(обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое
имущество. Государственная регистрация является единственным
доказательством существования зарегистрированного права.
Согласно п. 1 ст. 6 упомянутого Федерального закона права на
недвижимое имущество, возникшие до момента вступления его в силу,
признаются юридически действительными при отсутствии их
государственной регистрации, введенной этим Законом.
Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их
обладателей.
Государственная регистрация возникших после введения в
действие указанного Федерального закона ограничения (обременения)
или иной сделки с объектом недвижимого имущества требует
государственной регистрации прав на данный объект, возникших до
введения в действие этого Федерального закона (п. 2 ст. 6).
При сносе жилого дома, находящегося у гражданина в
собственности, и постройке на его месте нового строения либо при
возведении пристройки к жилому дому (или надстройки) изменяется
объект права собственности гражданина, отличающийся размерами,
планировкой, площадью и т. д. Следовательно, при производстве
гражданином перечисленных изменений право на новое строение,
являющееся уже новым объектом собственности, подлежит регистрации в
соответствии с Федеральным законом от 21 июля 1997 г. и требование
органов, в полномочия которых входит указанная регистрация,
произвести ее правомерно.
9. Вопрос: Применимы ли положения ст. 34 КЗоТ РФ при
разрешении спора о законности увольнения с военной службы в связи с
проведением организационно-штатных мероприятий
военнослужащих-женщин, в семье которых двое или более иждивенцев и
нет других работников с самостоятельным заработком либо
воспитывающих детей без отца?
Ответ: Согласно п. 9 ст. 10 Федерального закона от 27 мая
1998 г. "О статусе военнослужащих" военнослужащие-женщины
пользуются льготами, гарантиями и компенсациями в соответствии с
федеральными законами и иными нормативными правовыми актами об
охране семьи, материнства и детства.
Положения ч. 2 ст. 34 КЗоТ РФ, устанавливающие, что при равной
производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении
на работе отдается, в частности, семейным работникам при наличии
двух или более иждивенцев, лицам, в семье которых нет других
работников с самостоятельным заработком, направлены на охрану семьи
и детства.
Военнослужащая, на иждивении которой находятся двое или более
членов семьи либо которая воспитывает ребенка (детей) без отца,
имеет право, исходя из норм п. 9 ст. 10 Федерального закона
"О статусе военнослужащих", на гарантии, предусмотренные ч. 2
ст. 34 КЗоТ РФ в виде оставления на военной службе в случае
осуществления организационно-штатных мероприятий.
10. Вопрос: Вправе ли иностранная страховая компания
(страховщик), выплатившая иностранному гражданину страховое
возмещение в связи с кражей у него автомобиля, который затем был
переправлен через границу и продан гражданину Российской Федерации,
истребовать у него как у добросовестного приобретателя купленный им
автомобиль, если по закону государства страховщика к последнему в
указанном случае перешло право собственности на автомобиль?
Ответ: Согласно ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно
приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем
приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный
приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от
приобретателя в случае, когда имущество было, в частности, похищено
у него.
Если по закону иностранного государства, в котором
осуществляет свою деятельность страховая компания, к страховщику
перешло право собственности на автомобиль, в связи с хищением
которого его собственнику выплачено страховое возмещение,
страховщик вправе на основании ст. 302 ГК РФ истребовать автомобиль
от добросовестного приобретателя.
Переход к иностранному страховщику права собственности на
застрахованное имущество и права истребования его от
добросовестного приобретателя в названном случае соответствует и
положениям ст. 965 ГК РФ. В силу п. 1 ст. 965 ГК РФ, если договором
имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику,
выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной
суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель)
имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате
страхования. Как следует из названия ст. 965 ГК РФ, такой переход
происходит в виде суброгации, т. е. путем перемены лиц в
обязательстве, в том числе в обязательстве о возврате
первоначальному собственнику похищенного у него имущества.

(Обзор подготовлен отделом работы с законодательством
Верховного Суда Российской Федерации и 28 июня 2000 г. утвержден
постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации)

____________

Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 1999 год

Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 1999 год

ОБЗОР КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЗА 1999 ГОД

Кассационное рассмотрение дел - одно из самых эффективных
средств выявления и устранения судебных ошибок, допускаемых
нижестоящими судами.
В течение 1999 года Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда РФ (далее Коллегия) рассмотрела 6252 дела на 10 096
человек.
По кассационным жалобам и протестам рассмотрено 5495 дел в
отношении 9145 человек - на 1,2% меньше, чем в 1998 году. По
частным жалобам и протестам рассмотрено 757 дел на 1850 лиц, что на
4,5% меньше, чем в предыдущем году.
Отменено приговоров в отношении 619 лиц, изменены приговоры в
отношении 952 лиц.
Как показало обобщение судебной практики, большинство
уголовных дел было рассмотрено судами в соответствии с нормами
уголовного и уголовно-процессуального закона.
Однако при постановлении приговоров все еще допускались
существенные ошибки, вызванные отступлением от требований закона,
обязывающего суд всесторонне, полно и объективно исследовать
обстоятельства дела; поверхностной оценкой доказательств, имеющих
существенное значение для правильного разрешения дела; существенным
нарушением уголовно-процессуального закона.
В большинстве случаев при кассационном рассмотрении дел
установлена тесная связь и взаимообусловленность нарушений
уголовно-процессуальных и уголовно-правовых норм.
Так, неполнота предварительного и судебного следствия зачастую
приводит к неправильной квалификации преступления, неустановлению
формы вины и мотива преступления, необоснованному определению
наказания, что влечет отмену либо изменение приговоров.

Отмена приговора с направлением дела на новое расследование
или новое судебное рассмотрение

Практика рассмотрения дел в кассационном порядке показывает,
что причинами отмены приговоров с направлением дел на новое
расследование или новое судебное рассмотрение являются нарушения
требований ст.ст. 20, 68 УПК РСФСР о полном, всестороннем и
объективном исследовании обстоятельств дела, положений ст.ст. 314,
315 УПК РСФСР, регламентирующих порядок составления приговоров,
существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые
выражались, в частности, в нарушении права на защиту,
неисследованности алиби, данных о личности обвиняемых и иных
обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.
Вопреки требованиям ст. 68 УПК РСФСР суды не всегда
устанавливают обстоятельства, относящиеся к событию преступления, в
частности место, время и способ совершения преступления.
Так, по делу Храмцова, осужденного Свердловским областным
судом по ч. 2 ст. 290, п. "б" ч. 4 ст. 290 УК РФ за получение
взяток, по одному из эпизодов преступления суд указал в приговоре
иное место получения взятки, чем то, что значилось в постановлении
о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении, и
это лишило обвиняемого возможности должным образом защищаться от
предъявленного обвинения.
Несмотря на важность мотива как части субъективной стороны
состава преступления, суды зачастую не уделяют должного внимания
этому обстоятельству и не принимают надлежащих мер к его
установлению.
Приговор Смоленского областного суда в отношении Терентьева и
Курнышева, осужденных по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство
Ермолаева, отменен, поскольку, привлекая Терентьева и Курнышева в
качестве обвиняемых по делу, органы предварительного следствия
вопреки требованиям ст.ст. 68, 144, 205 УПК РСФСР не указали в
соответствующих процессуальных документах мотив убийства, а суд
первой инстанции не прореагировал на данное нарушение закона.
Судом не всегда исследуются обстоятельства, характеризующие
поведение потерпевшего, связанные с событием преступления, с тем,
чтобы дать оценку его правомерности и мотивам действий виновного
лица.
Пермским областным судом Логинов был осужден по пп. "а", "д"
ч. 2 ст. 105 УК РФ за умышленное убийство трех лиц.
Как видно из материалов дела, выводы суда о мотивах
совершенного убийства противоречивы.
В начале описательной части приговора суд указал, что убийство
Логинов совершил из мести, а в конце - сделал вывод о
неправомерности поведения потерпевших, выразившегося во вторжении в
чужую квартиру и в угрозах хозяйке квартиры и Логинову.
Согласно приговору характер противоправных действий
потерпевших в отношении осужденного вынудил его схватить нож и
нанести им удары. Эти обстоятельства могут свидетельствовать о
возникновении сильного душевного волнения у Логинова, но судом они
не исследованы.
Не всегда надлежаще исследуется механизм причинения телесных
повреждений потерпевшим, хотя это обстоятельство, имеющее значение
для юридической квалификации действий виновного, необходимо
выяснять для установления причинной связи между действиями
осужденного и наступившими последствиями.
Приговор Московского городского суда по делу К., осужденной за
покушение на убийство новорожденной дочери своей сестры, отменен в
связи с тем, что в основу приговора суд положил противоречивые
показания потерпевшей С. - матери ребенка о способе причинения
телесных повреждений, однако для проверки ее показаний и
правильного установления механизма образования телесных повреждений
необходимо было назначить дополнительную судебно-медицинскую
экспертизу.
Выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные
противоречия.
Как видно из дела, на теле ребенка не обнаружено каких-либо
телесных повреждений, тем не менее, по мнению суда, это
обстоятельство не может служить доказательством того, "что удара
ногой не имело места".
В то же время суд в приговоре признал первоначальные показания
осужденной более достоверными, но как в этих показаниях, так и в
других К. не говорила о нанесении ребенку удара ногой.
Таким образом, вывод суда о способе причинения телесных
повреждений не основан на исследованных в судебном заседании
доказательствах.
Невыполнение судами требований ст.ст. 20, 68 УПК РСФСР о
полном, всестороннем и объективном исследовании обстоятельств дела
негативно сказывается на соблюдении судами положений ст.ст. 314 и
315 УПК РСФСР о содержании приговора.
В связи с этим в приговорах иногда отсутствуют описание
преступного деяния, характера вины, мотивы, по которым суд отверг
или принял те или иные доказательства, мотивы изменения обвинения,
обоснование выводов о квалификации содеянного.
Из числа приговоров, отмененных с направлением дела на новое
судебное рассмотрение, немало - ввиду нарушений судами положений
ст.ст. 301-315 УПК РСФСР и постановления Пленума Верховного Суда
РФ от 29 апреля 1996 г. "О судебном приговоре", в которых четко
определены требования, предъявляемые к содержанию приговора.
Архангельским областным судом Жидков и Трофимов осуждены за
убийство по предварительному сговору группой лиц с целью сокрытия
преступления. Тем не менее в приговоре не указано, когда, где и при
каких обстоятельствах осужденные вступили в сговор на убийство.
Вывод суда о совершении преступления Жидковым и Трофимовым не
подтвержден доказательствами, поскольку они в приговоре не
приведены.
Изложение фактических обстоятельств в приговоре отличается от
изложения их в определении, вынесенном по этому же делу в отношении
П., освобожденного от уголовной ответственности.
Не всегда соответствует требованиям закона и вводная часть
приговора, где излагается наименование суда, рассматривавшего дело.
Дело в отношении Куликова, осужденного по пп. "б", "в" ч. 4
ст. 290 УК РФ, находилось в производстве Верховного суда Республики
Саха (Якутия) и рассмотрено им по первой инстанции, хотя во вводной
части приговора значатся Удачнинский городской суд и
председательствующий судья этого суда.
В приговоре не приведено описание преступного деяния,
совершенного Куликовым, не указано, за выполнение или невыполнение
каких действий получена взятка.
Приговор основан на показаниях свидетелей, не допрошенных в
суде, вопрос об оглашении их показаний в связи с невозможностью их
явки в суд не обсуждался, показания свидетелей, данные ими на
предварительном следствии, по существу, не исследовались.
Протокол судебного заседания составлен небрежно, показания
свидетелей изложены поверхностно и неполно, в связи с чем проверить
обоснованность приговора невозможно.
Дело направлено на новое судебное рассмотрение.
Приговор Брянского областного суда в отношении Башанова и
Самофалова, осужденных за похищение Н. по предварительному сговору
группой лиц, покушение на изнасилование и ряд других преступлений,
отменен, поскольку действия осужденных не конкретизированы.
Показания осужденных, изложенные в приговоре, не соответствуют
их показаниям в протоколе судебного заседания. Наличие
предварительного сговора в приговоре не мотивировано. Не указано, в
какой момент состоялся предварительный сговор.
Судом Ханты-Мансийского автономного округа Мазитов оправдан по
ст.ст. 316, 325 УК РФ (укрывательство преступлений, похищение или
повреждение документов, штампов, печатей).
Как следует из приговора, в его описательной части суд не
изложил сущность обвинения Мазитова, указав лишь, что его вина
установлена в предъявленном обвинении полностью. В то же время в
резолютивной части приговора суд пришел к выводу о невиновности
Мазитова.
После принятия постановления Конституционного Суда Российской
Федерации от 20 апреля 1999 г. N 7-П "По делу о проверке
конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой статьи 232,
части четвертой статьи 248 и части первой статьи 258
Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запросами
Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного
суда города Нижний Новгород" в деятельности судов возник вопрос,
связанный с составлением приговоров: нужно ли мотивировать
невиновность подсудимого при отказе прокурора от обвинения.
Органами следствия Мартюшев обвинялся наряду с другими
преступлениями и в умышленном убийстве.
В судебном заседании государственный обвинитель просил
переквалифицировать действия виновного со ст. 30, п. "и" ч. 2
ст. 105 УК РФ на ч. 3 ст. 213 УК РФ и с пп. "б", "е", "и", "н" ч. 2
ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ. Пермский областной суд с этим
согласился и указал, что в силу постановления Конституционного Суда
Российской Федерации от 20 апреля 1999 г. N 7-П при отказе
прокурора от обвинения суд не обязан обосновывать недоказанность
предъявленного обвинения.
Кассационная инстанция сочла, что суд не дал оценку тому
обстоятельству, что другой участник процесса - потерпевшая Мальцева
в прениях возражала против позиции обвинителя, и вопреки
требованиям ст. 314 УПК РСФСР не мотивировал и не обосновал в
приговоре свои выводы о переквалификации действий Мартюшева.
Вышеуказанные нарушения норм уголовно-процессуального закона,
касающиеся содержания приговора, тесно связаны и с качеством
составления протокола судебного заседания.
В кассационных определениях за 1999 год нередко обращалось
внимание на то, что качество составления протокола судебного
заседания как важного процессуального документа, отражающего ход
судебного разбирательства, не соответствует предъявляемым
требованиям. Иногда в протоколах не приводятся доказательства,
положенные в основу приговора, показания допрошенных на
предварительном следствии лиц не соответствуют их показаниям в
приговоре, отсутствуют ссылки на оглашенные в порядке ст. 286 УПК
РСФСР показания потерпевших и свидетелей.
По упоминавшемуся выше делу Терентьева и Курнышева, осужденных
Смоленским областным судом за убийство, суд обосновал обвинительный
приговор показаниями осужденных в ходе следствия, протоколами
опознания и заключениями судебно-медицинских экспертиз.
Но, как видно из протокола судебного заседания, перечисленные
доказательства судом не исследовались.
Несмотря на то, что ст. 240 УПК РСФСР обязывает суд
непосредственно исследовать доказательства по делу, а ст. 286 УПК
РСФСР - оглашать показания неявившихся в суд лиц или принимать меры
к обеспечению явки в суд свидетелей и потерпевших, эти требования
закона в ряде случаев нарушались.
Приговор Московского городского суда по делу Белинского,
Кузнецова и братьев Оболонских, осужденных по пп. "а", "е", "и"
ст. 102 УК РСФСР и пп. "а", "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ, отменен,
поскольку судом нарушены требования ст.ст. 240, 286 УПК РСФСР.
Органы следствия впервые узнали о причастности Белинского и
Оболонского к нападению на инкассатора от X., который сообщил об
этом администрации ИТУ, где отбывал наказание, и затем неоднократно
допрашивался в качестве свидетеля. Был допрошен в качестве
свидетеля обвинения и Лысь. Суд сослался в приговоре на показания
этих лиц как на одно из основных доказательств. Но данные свидетели
в судебном заседании допрошены не были, и суд не принял никаких мер
к их вызову.
Магаданским областным судом Попов осужден за убийство
Бондарева и покушение на убийство Зорикова, а также за незаконное
приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов.
В основу обвинения положены показания потерпевшего Юрикова и
пяти свидетелей. Однако никто из этих лиц в суде не допрошен.
Признав причины неявки свидетелей в судебное заседание
(отдаленность проживания от г. Магадана и недостаток средств для
оплаты проезда, отпуск, а также отсутствие данных о месте
жительства свидетеля в связи с расселением дома) уважительными, суд
огласил их показания. Между тем неявки в судебное заседание
потерпевшего и свидетелей можно было избежать, если бы суд в
порядке подготовки к судебному заседанию заблаговременно разъяснил
свидетелям порядок возмещения расходов на проезд в суд, принял меры
по обеспечению принудительной явки свидетелей, истребовал данные о
месте регистрации свидетеля Званной после расселения ее дома, решил
вопрос о возможности рассмотрения дела по месту совершения
преступления или по месту жительства свидетелей.
Основанием к отмене приговора являлись и существенные
нарушения уголовно-процессуального закона, предусмотренные ст. 345
УПК РСФСР.
Приговор Верховного суда Чувашской Республики в отношении
Иванова, осужденного по п. "в", ч. 2 ст. 105 УК РФ, был отменен
ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, так
как обвинение в суде первой инстанции поддерживал следователь,
проводивший расследование этого дела.
При определенных условиях нарушением права обвиняемого на
защиту признается возложение функций защитника на адвоката-стажера.
Не всегда суды принимают во внимание, что адвокат-стажер не
может участвовать в качестве защитника в судебных процессах.
Поэтому приговор Верховного суда Республики Башкортостан в
отношении Рябова и Вершинина, осужденных по пп. "д", "ж" ч. 2
ст. 105 УК РФ, отменен и направлен на новое расследование в связи с
тем, что с момента задержания до вынесения приговора защиту
интересов Рябова вопреки требованиям ст. 47 УПК РСФСР осуществлял
И., являвшийся не адвокатом, а стажером коллегии адвокатов.
Встречаются факты, когда в резолютивной части приговора не
указан примененный уголовный закон либо он указан неправильно.
В приговоре Иркутского областного суда в отношении Шайдурова,
осужденного по ст. 30, ч. 2 ст. 105 УК РФ, в нарушение ст. 315 УПК
РСФСР в его резолютивной части не указаны пункты ч. 2 ст. 105 УК
РФ.
Приморский краевой суд, отметив в описательной части
приговора, что Долгов совершил незаконное приобретение, ношение и
хранение боеприпасов, квалифицировал эти его действия по ч. 1
ст. 221 УК РФ, предусматривающей ответственность за хищение или
вымогательство радиоактивных материалов. В резолютивной части
приговора Долгов признан виновным по ч. 1 ст. 221 УК РФ, а
наказание ему назначено по ч. 1 ст. 222 УК РФ.
Процессуальные нарушения признаются существенными, если
обвиняемый не ознакомлен со всеми материалами дела.
Приговор Хабаровского краевого суда, по которому Горбунов
осужден по п. "в" ч. 3 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ за
разбойное нападение и убийство Неустроева, отменен, и дело
направлено на новое расследование, поскольку из протокола
предъявления обвиняемому и защитнику материалов дела видно, что
Горбунов ознакомлен с делом не в полном объеме. Суд также не
ознакомил его с делом.
Необеспечение защитой несовершеннолетнего - существенное
нарушение уголовно-процессуального закона.
Пермским областным судом несовершеннолетний Д. осужден за
действия сексуального характера с насилием и угрозой его применения
в отношении малолетней.
По данному делу следователь не принял мер к обеспечению
несовершеннолетнего обвиняемого защитником, как это предусмотрено
ст. 49 УПК РСФСР. Все основные следственные действия: повторный
допрос в качестве обвиняемого, опознание Д. потерпевшей, очная
ставка между ними, изъятие и осмотр одежды подозреваемого,
назначение судебно-медицинской экспертизы были проведены без
участия защитника.
Существенным нарушением уголовно-процессуального закона
признано нарушение принципа состязательности сторон.
Свердловским областным судом К. оправдан по ч. 3 ст. 148 УК
РСФСР (вымогательство) за недоказанностью совершения преступления.
Кассационная инстанция, рассмотрев дело по жалобе потерпевших
в части оправдания подсудимого и оставив оправдательный приговор
без изменения, указала следующее.
Как видно из материалов дела, государственный обвинитель
отказался от обвинения по ч. 3 ст. 148 УК РСФСР. Потерпевший Шихов,
согласно его собственноручному заявлению, от участия в судебном
заседании сознательно уклонился. Участвовавшая в процессе
потерпевшая Литвинцева от предоставленной возможности выступить в
судебных прениях отказалась.
При таких обстоятельствах суд в соответствии с постановлением
Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 1999 г.
N 7-П не вправе был выносить обвинительный приговор, в связи с чем
позиция суда первой инстанции признана правильной.
Рассмотрение дела незаконным составом суда является
существенным нарушением закона и влечет отмену приговора.
Коллегия отменила приговор Рязанского областного суда, по
которому Шляхин осужден за получение взятки неоднократно (п. "б"
ч. 4 ст. 290 УК РФ).
По данному делу в нарушение ст. 60 УПК РСФСР
председательствовал судья, который участвовал в проверке законности
и обоснованности ареста Шляхина, в связи с чем не мог принимать
участие в рассмотрении данного дела.
Приговор суда присяжных Ставропольского краевого суда в
отношении Смирнова и Медведева, осужденных по ч. 1 ст. 285 УК РФ и
оправданных по пп. "а", "в" ч. 4 ст. 290 УК РФ, отменен ввиду того,
что в рассмотрении данного дела участвовали три присяжных
заседателя по истечении срока своих полномочий.
Одним из оснований отмены приговора по делу Куликова,
рассмотренному Верховным судом Республики Саха (Якутия), явилось
то, что по данному делу в нарушение ст.ст. 261, 60-62 УПК РСФСР не
рассмотрен заявленный адвокатом в подготовительной части судебного
заседания отвод председательствующему в связи с заявлением
последнего о доказанности вины Куликова.
Несоблюдение процессуальных прав участников процесса в ряде
случаев также явилось существенным нарушением
уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора.
По жалобе потерпевшего приговор суда присяжных Саратовского
областного суда в отношении Володина и Котенко, оправданных по ч. 3
ст. 173, ст. 15, ч. 3 ст. 173, ч. 1 ст. 171 УК РСФСР, отменен, так
как по делу нарушены положения ст. 429 УПК РСФСР о состязательности
в суде присяжных.
В судебном заседании потерпевший Клячко заявлял ходатайство о
прослушивании трех аудиозаписей, но председательствующий, нарушая
принцип состязательности и ущемляя права потерпевшего, не разрешил
его ходатайство, сославшись на то, что оно может заявляться лишь с
разрешения председательствующего и с учетом мнения сторон.
Не всегда тщательно исследуются направленность и содержание
умысла.
Наиболее часто эти упущения встречаются при рассмотрении дел о
преступлениях против жизни и здоровья, в частности, когда речь идет
о разграничении покушения на убийство и умышленного причинения
тяжкого вреда здоровью.
Отменяя приговор Псковского областного суда, по которому
Спирин осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью,
опасного для жизни человека, из хулиганских побуждений и за
хулиганство, Коллегия указала, что суд без достаточного
исследования обстоятельств дела сделал вывод об отсутствии у
осужденного прямого умысла на убийство, в частности, не учел, что
Спирин использовал в качестве орудия преступления боевую гранату с
зоной поражения около 25 м в радиусе, был осведомлен о поражающих
свойствах взорванной им гранаты, знал правила обращения с ней и
имел опыт ее применения. Суд также не принял во внимание показаний
Спирина на предварительном следствии о том, что он хотел бросить
гранату в торговцев арбузами, а швырнул ее в непосредственной
близости от потерпевшего, и что граната была заранее подготовлена к
взрыву.
Воронежским областным судом осужден Строков по ч. 4 ст. 111 УК
РФ за умышленное причинение Мищенко тяжкого вреда здоровью,
опасного для жизни, повлекшего по неосторожности его смерть.
Кассационная инстанция указала, что согласно предъявленному
обвинению Строков избивал лежавшего на диване потерпевшего
кулаками, затем на полу ногами, обутыми в ботинки, затем снятым
ботинком. Смерть Мищенко наступила от сочетанной тупой травмы
головы, груди, шеи. Всего потерпевшему было нанесено не менее 19
ударов в жизненно важные части тела.
Без какой-либо оценки приведенных доказательств суд пришел к
выводу об отсутствии у Строкова прямого или косвенного умысла на
убийство, исходя лишь из его заявления о том, что убивать он никого
не хотел, полагал, что потерпевший "оклемается", и не принимал
дополнительных мер к лишению его жизни.
Между тем из приговора не видно, в силу каких установленных
судом обстоятельств Строкову необходимо было проверить, жив ли
потерпевший, и принять дополнительные меры к лишению его жизни,
если смерть Мищенко наступила в течение нескольких минут. Не
оценены судом характер и локализация телесных повреждений и их
количество,
Изменяя приговор Оренбургского областного суда в отношении
Колоскова, осужденного по ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 112 УК РФ,
Коллегия указала, что из дела не усматривается умысел Колоскова на
убийство Юдина.
Как утверждал осужденный, убивать потерпевших он не хотел. В
описательной части приговора суд отметил, что после нанесения
телесных повреждений потерпевшим Колосков принимал непосредственное
участие в оказании помощи одному из них.
Действия Колоскова переквалифицированы на ч. 4 ст. 111 УК РФ
(умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни
человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего).
Президиум Верховного Суда РФ отменил судебные решения по делу
Михайлова, осужденного Верховным судом Чувашской Республики по ч. 4
ст. 111 УК РФ за причинение тяжкого вреда здоровью 67-летней
Башмаковой, повлекшего по неосторожности ее смерть. Президиум
указал, что осужденный осознавал характер своих действий, нанося
потерпевшей удары кулаками и ногами в голову и грудь (т. е. в
жизненно важные части тела), суд же допустил существенное
противоречие, признав, что по отношению к Башмаковой вина Михайлова
носила неосторожный характер.
Довод суда о том, что, поскольку Михайлов не угрожал убийством
Башмаковой, совершенные им действия не могут быть признаны
умышленными, необоснован, так как не учтено, что умышленным может
быть признано преступление, совершенное не только с прямым, но и
косвенным умыслом.
Отметив, что по отношению к последствиям у осужденного имеется
неосторожная форма вины, суд вопреки требованиям ст. 26 УК РФ не
определил, в чем выразились легкомыслие или небрежность Михайлова
при совершении им преступления.
Суд не вправе вынести обвинительный приговор, если не
проверены и не опровергнуты все доводы в защиту обвиняемых. В связи
с этим ряд приговоров был отменен из-за неисследованности алиби
обвиняемых, выдвинутых ими версий о совершении преступлений другими
лицами, неудовлетворения ходатайств о допросе лиц, которые, по
мнению обвиняемых, могли подтвердить их невиновность.
Приговор Верховного суда Республики Коми, по которому
Хайдарова осуждена по ч. 2 ст. 297 УК РФ за неуважение к суду,
выразившееся в оскорблении судьи, отменен, поскольку суд не
исследовал обстоятельства, оправдывающие обвиняемую.
Так, Хайдарова показала, что она не допускала оскорблений в
адрес судьи и это могут подтвердить народные заседатели П. и Ф. Суд
по ходатайству прокурора вынес определение об их допросе, но не
выполнил своего решения и, не проверив доводы Хайдаровой в ее
защиту, постановил обвинительный приговор.
Самарским областным судом осуждена Литвинкова по пп. "д", "з"
ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ за разбойное нападение на
Корягину и ее умышленное убийство.
Отменяя приговор, Коллегия сослалась на то, что не исследованы
показания Литвинковой об участии в убийстве Мамоновой, которая
находилась вместе с ней в квартире, где было совершено убийство.
В судебном заседании Мамонова не допрошена, так как ее
местонахождение суду не было известно. Судя по рапортам сотрудников
милиции, она покинула место постоянного проживания. Но ввиду того,
что (как утверждала Литвинкова) в убийстве виновна Мамонова, а
последняя допрошена на следствии один раз поверхностно и
односторонне, необходимо принять меры к установлению ее
местонахождения, выяснить, почему они с Литвинковой менялись
одеждой и обувью.
Псковский областной суд, признав Надсонова виновным в
разбойном нападении и убийстве, сопряженном с разбоем, оставил без
внимания и проверки его утверждения о том, что в день совершения
преступления он находился в другом городе. Более того, свидетель
Михайлов, ранее изобличавший Надсонова в совершении преступлений, в
суде свои показания изменил, стал утверждать, что тот не мог

совершить преступление, поскольку был с ним в другом месте, и
называл конкретных лиц и конкретные населенные пункты. Однако суд
алиби Надсонова не проверил, а показания Михайлова в приговоре не
привел и не оценил.
При оценке заключений экспертов должно неукоснительно
соблюдаться положение ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР о допустимости
доказательств. Несоблюдение этих требований зачастую ведет к отмене
приговора.
Так, был отменен приговор Псковского областного суда по делу
Виноградова, Степанова и Максимова в части их осуждения по пп. "а",
"б" ч. 2 ст. 131, пп. "а", "б" ч. 2 ст. 132 УК РФ (за изнасилование
и совершение насильственных действий сексуального характера) и дело
направлено на новое судебное рассмотрение.
Отменяя приговор, Коллегия указала, что необходимо обсудить
доводы жалоб о допустимости в качестве доказательства заключения
судебно-медицинских экспертов от 27 октября 1998 г. о характере и
степени тяжести вреда, причиненного здоровью Я. Как следует из
дела, эти эксперты до возбуждения дела дали ответы на разрешенные
ими при производстве экспертизы вопросы, требующие познаний в
области медицины, выступив тем самым в роли специалистов.
Между тем согласно п. 3а ч. 1 ст. 67 УПК РСФСР эксперт не
может принимать участие в производстве по делу, если он участвовал
в деле в качестве специалиста, за исключением случаев участия
врача - специалиста в области судебной медицины, в наружном осмотре
трупа.
Основанием к отмене приговора являлись также противоречивые
выводы в приговоре, касающиеся как обстоятельств дела, так и
применения норм закона.
Приговор Амурского областного суда в отношении Сухомлинова в
части его осуждения по ст. 30, пп. "а", "в", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ
отменен, поскольку, признавая подсудимого виновным в покушении на
убийство Чаусовой и своего малолетнего сына, суд в приговоре
указал, что Сухомлинов предвидел возможность наступления смерти
потерпевших и сознательно допускал это. Таким образом, в
соответствии с ч. 3 ст. 25 УК РФ суд констатировал наличие у
виновного косвенного умысла, в то же время в описательной части
приговора признал, что Сухомлинов решил убить Чаусову и сына, т. е.
действовал с прямым умыслом.
Оренбургским областным судом оправданы Ходаков по п. "б" ч. 3
ст. 131, п. "б" ч. 3 ст. 132, пп. "в", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ
и Кузнецов по п. "б" ч. 3 ст. 131, п. "б" ч. 3 ст. 132, пп. "в",
"ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ за отсутствием состава преступления.
Судом допущены противоречия между описательной и резолютивной
частями приговора. В описательной части суд сослался на отсутствие
доказательств вины подсудимых, тогда как в резолютивной части
указал об их оправдании за отсутствием состава преступления.
Неполное выяснение существенных обстоятельств, характеризующих
личность обвиняемого, и отсутствие на них ссылки в приговоре также
являются нарушением ст.ст. 68, 314 УПК РСФСР.
К этим обстоятельствам необходимо отнести и данные о
психическом состоянии обвиняемого, которые в ряде случаев должны
выясняться при экспертном исследовании.
Верховным судом Карачаево-Черкесской Республики Пономарев
осужден за хулиганство, совершенное группой лиц, умышленное
причинение средней тяжести вреда здоровью из хулиганских
побуждений, умышленное убийство Жукова из хулиганских побуждений.
Пономарев вину не признал.
Коллегия приговор отменила, сославшись на то, что психическое
состояние Пономарева должным образом не исследовано, хотя данные о
здоровье его и матери, лечащейся у психиатра, вызывали
необходимость его обследования.
Суд отклонил ходатайство защиты о проведении стационарной
судебно-психиатрической экспертизы со ссылкой на акт амбулаторной
экспертизы.
Но этот акт не подписан врачом-докладчиком, нет данных о
предупреждении его об ответственности по ст. 307 УК РФ, что не дает
возможности для его использования в качестве доказательства.
Невыяснение таких данных о личности обвиняемых, как возраст,
может повлечь отмену приговора с прекращением производства по делу.
Приговор Верховного суда Республики Коми, по которому Тилоев в
числе других преступлений осужден по ч. 1 ст. 213 УК РФ, отменен,
так как осужденный на момент совершения преступления не являлся
субъектом данного преступления, ибо не достиг 16-летнего возраста.
Суды в нарушение требований ст. 352 УПК РСФСР не всегда
выполняли указания кассационной инстанции при повторном
рассмотрении дела, что являлось основанием для повторной отмены
приговора.
Отменяя приговор Новгородского областного суда по делу
Кузнецова, осужденного по пп. "в", "з" ч. 2 ст. 105 и п. "в" ч. 3
ст. 162 УК РФ, Коллегия сослалась на то, что не выяснены
обстоятельства, которые могли иметь существенное значение при
постановлении приговора, в частности, не проверено, принадлежала ли
потерпевшей 100-рублевая купюра, изъятая у Кузнецова при
задержании.
При повторном рассмотрении дела суд сослался на
доказательства, приведенные в отмененном приговоре, не выяснив
поставленных кассационной инстанцией вопросов.
Дважды был отменен приговор Калининградского областного суда
по делу Ш., осужденного за убийство своих родителей Р. и У. в
состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения,
вызванного длительной психотравмирующей ситуацией, созданной
противоправным и аморальным поведением потерпевших.
Как указала кассационная инстанция, судом не оценены некоторые
показания Ш. о преступлении, не дано оценки обстоятельствам, при
которых осужденный наносил потерпевшим ножевые ранения, не
исследованы и не оценены противоречивые акты
судебно-психологических экспертиз о наличии физиологического
аффекта у Ш.
При новом рассмотрении дела Калининградский областной суд
повторно признал Ш. виновным по ч. 2 ст. 107 УК РФ, установив
факты, аналогичные тем, на которые была ссылка в отмененном
приговоре.
Коллегия, рассмотрев дело по кассационному протесту, вновь
отменила приговор и направила дело на новое судебное рассмотрение
по тем основаниям, что при его вторичном рассмотрении не были
выполнены все указания кассационной инстанции, в частности о
необходимости оценки доказательств, касающихся обстоятельств
содеянного. В приговоре часть таких доказательств оценки не
получила, не приведены показания некоторых лиц, которые могут иметь
существенное значение для установления душевного состояния
осужденного при совершении вмененного ему преступления.
Соответствие показаний Ш. об обстоятельствах содеянного другим
доказательствам судом не выяснено.
Кроме того, в нарушение указания суда, рассматривавшего дело в
кассационном порядке, суд первой инстанции не дал оценки
результатам психологической экспертизы в совокупности с другими
доказательствами.
Судами допускались ошибки, связанные с возмещением судебных
издержек.
Челябинский областной суд взыскал с Рязановых и Шалякина,
осужденных по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, расходы на проведение
экспертизы в пользу Челябинского областного бюро
судебно-медицинской экспертизы. Аналогичным образом поступили и
суды других регионов.
Все приговоры в части взыскания расходов на проведение
судебно-медицинских экспертиз были отменены.
Как правильно указала Коллегия, в соответствии со ст. 106 УПК
РСФСР эксперт имеет право на вознаграждение, кроме тех случаев,
когда эти обязанности выполнялись в порядке служебного задания.
Возмещение расходов производится из средств органов дознания,
предварительного следствия и суда.
По данным делам судебно-медицинские экспертизы проводились
сотрудниками государственного учреждения в порядке служебного
задания. Органы следствия расходы им не возмещали.

Отмена приговоров с прекращением
производства по делу

Отменены приговоры и прекращены производства по делам за
деяния, которые в силу малозначительности не представляли
общественной опасности и поэтому не влекли уголовной
ответственности; приговоры, в которых виновность подсудимых в
совершении преступлений не доказана. Отменялись приговоры и в связи
с положением об обратной силе закона, устраняющего преступность
деяния, а также при наличии оснований, предусмотренных в ст. 259
УПК РСФСР.
Пермским областным судом Скляр осужден по п. "в" ч. 3 ст. 158
УК РФ и другим статьям УК РФ.
Отменив приговор, Коллегия сослалась на то, что в соответствии
со ст. 49 КоАП РСФСР (в редакции от 1 марта 1999 г.) мелкое хищение
чужого имущества влечет административную, а не уголовную
ответственность.
Хищение признается мелким, если сумма похищенного не превышает
одного минимального размера оплаты труда, который на 29 июня
1998 г. составлял 83 руб. 49 коп. Скляр совершил хищение на сумму
75 руб., поэтому в его действиях отсутствуют признаки этого состава
преступления.
Суды не всегда учитывают сроки давности привлечения к
уголовной ответственности.
Приговор Верховного суда Чувашской республики в отношении
Падышева, осужденного по ст. 316 УК РФ, был отменен на основании
п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ за истечением срока давности, поскольку
со дня совершения преступления прошло более двух лет.
В соответствии со ст. 27 УПК РСФСР дела о преступлениях,
предусмотренных ст. 115 УК РФ (умышленное причинение легкого вреда
здоровью), возбуждаются не иначе как по жалобе потерпевшего, а в
исключительных случаях - прокурором. Однако Челябинский областной
суд, признав Александрова виновным по ст. 115 УК РФ, не принял во
внимание, что дело возбуждено до подачи заявления потерпевшей не
прокурором, а следователем.
В связи с необоснованным возбуждением дела по ст. 115 УК РФ не
уполномоченным на то лицом приговор в отношении Александрова был
отменен.
Несколько приговоров в отношении лиц, осужденных по ст. 222 УК
РФ, отменены с прекращением производства по делу ввиду применения
примечания к ст. 222 УК РФ о том, что в случае добровольной выдачи
оружия или боеприпасов лицо освобождается от уголовной
ответственности, если в его действиях не содержится иного состава
преступления.
Суды не всегда правильно трактуют понятие добровольности
выдачи оружия и иногда считают, что поскольку органам следствия
было известно о наличии оружия и ими были приняты меры к отысканию
орудия убийства, то выдача его не может считаться добровольной.
Однако Президиум Верховного Суда РФ в постановлении по делу
Диски признал такую позицию не соответствующей требованиям закона.
Приговор Санкт-Петербургского городского суда в части
осуждения Родионова по ст. 222 УК РФ отменен с прекращением
производства по делу.
Как видно из дела, Родионов, явившись после совершенного
преступления в органы милиции по вызову, на первом же допросе,
когда органам милиции еще не было известно о месте нахождения
оружия, добровольно сообщил, что после убийства пистолет спрятал
под лестницей во дворе одного из домов, который он может показать.
После допроса Родионова пистолет в указанном им месте был изъят.
При таких обстоятельствах, когда осужденный имел реальную
возможность хранить оружие, но добровольно сообщил о месте его
нахождения, его действия следует расценивать как добровольную сдачу
оружия.
По приговору Верховного суда Удмуртской Республики Быстрых в
числе других преступлений осужден по ст. 222 УК РФ.
Приговор в части осуждения за незаконное приобретение и
ношение обреза охотничьего ружья отменен, и дело прекращено на
основании ч. 2 ст. 7 УПК РСФСР.
Как следует из дела, Быстрых задержан в порядке ст. 122 УПК
РСФСР 17 января 1997 г. по подозрению в совершении группой лиц
убийства Бусоргина и Джопуа, и в тот же день в доме, где он
проживал, был произведен обыск. 6 февраля 1997 г. Быстрых написал
заявление, в котором признался не только в том, что по просьбе
Малыхина принес в помещение АЗС полученный от него автомат, но
также и в незаконном хранении обреза в доме своей бабушки. 7
февраля на основании постановления следователя в указанном Быстрых
месте был изъят обрез охотничьего ружья, что свидетельствует о
добровольной выдаче оружия.
Приговор Московского городского суда в части осуждения
Лымарева по ч. 1 ст. 228 УК РФ за незаконное приобретение и
хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере
отменен с прекращением производства по делу за недоказанностью
вины.
Лымарев на следствии и в суде категорически отрицал наличие у
него наркотических средств, утверждал, что автомобилем, откуда
данные средства якобы были изъяты, управлял по доверенности, факта
изъятия наркотиков не видел, сам наркотики не употреблял.
Как видно из приговора, наркотическое средство весом 175 г
обнаружено в автомашине, а при личном обыске в отделении милиции у
Лымарева изъято 157 мг наркотического средства. Между тем имеющиеся
в деле документы свидетельствуют о том, что в указанное в протоколе
время личного досмотра Лымареву в другом месте оказывалась
медицинская помощь (это отмечено в карте "скорой помощи").
Проведя по делу судебно-криминалистическую экспертизу,
эксперты признали наркотическими другие вещества, а не те, которые
перечислены в протоколах осмотра автомашины и личного обыска.
Как на одно из доказательств вины Лымарева суд сослался на
заключение экспертов, проводивших судебно-наркологическую
экспертизу. Но из акта экспертизы видно, что специалиста-нарколога
в составе экспертной комиссии не было, подписей экспертов в том,
что их предупредили об ответственности за дачу заведомо ложного
заключения, не имеется.
Точный вес героина, входящего в состав изъятой смеси героина и
наполнителя, не являющегося наркотическим средством, не установлен.
Эти данные свидетельствуют о том, что доказательства вины
Лымарева спорны и противоречивы, а возникшие сомнения неустранимы.
В соответствии с ч. 3 ст. 49 Конституции Российской Федерации
неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу
обвиняемого.
Приговор в части осуждения Арабова и Юнусова по ч. 1 ст. 222
УК РФ отменен с прекращением производства за отсутствием состава
преступления, поскольку в материалах дела нет достаточных
доказательств о том, что предметы, примененные при разбое, являются
огнестрельным оружием. Они не изъяты, баллистическая экспертиза по
ним не проводилась, в связи с чем нельзя сделать вывод, что
указанные предметы - огнестрельное оружие.

Отмена оправдательных приговоров

В 1999 году были отменены оправдательные приговоры в отношении
96 лиц, или 40,3% от числа оправданных, дела в отношении которых по
жалобам или протестам были рассмотрены в кассационном порядке.
Анализ кассационных определений, по которым отменены
оправдательные приговоры, позволяет выделить основной недостаток
этих приговоров: не в полном объеме исследуются доказательства
обвинения, представленные органами предварительного следствия
(вызываются и допрашиваются не все лица, перечисленные в списке при
обвинительном заключении); ряд доказательств признается
недопустимым на основании ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР без их
всестороннего исследования, оценка им в приговоре не дается; в
нарушение требований ст. 314 УПК РСФСР в приговоре не
приводятся мотивы, по которым отвергаются доказательства обвинения;
в основу оправдательного приговора положены доказательства крайне
избирательно, без оценки их в совокупности.
Оправдательный приговор Верховного суда Республики Дагестан в
отношении Бейсултанова и Тагирова, обвинявшихся в совершении
мошенничества, отменен, поскольку в описательной его части нет
ссылок на обстоятельства, установленные судом, не приведены
доказательства, послужившие основанием для оправдания,
доказательства обвинения не исследованы и не приведены в
приговоре, не указаны мотивы, по которым суд отверг обвинение.
Также отменен приговор Московского городского суда, по
которому Шехоян был оправдан по пп. "а", "з", "е", "и" ст. 102,
ст. 15, пп. "а", "з", "е", "и", "н" ст. 102 УК РСФСР и ч. 2 ст. 222
УК РФ за недоказанностью его участия в совершении преступлений.
В нарушение ст. 314 УПК РСФСР в описательной части
оправдательного приговора суд не указал мотивы, объясняющие, почему
он отверг доказательства, на которых основано обвинение.
Так, исключив в соответствии с ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР из числа
доказательств показания Шехояна в качестве подозреваемого и его
показания при выходе на место происшествия, в которых он признавал
свою вину, суд сослался на то, что не было обеспечено участие
адвоката, а согласие подозреваемого давать показания без него
носило вынужденный характер.
Но суд не привел объективных данных о вынужденности отказа от
услуг адвоката, не дал оценки тому обстоятельству, что требования
ст. 51 Конституции Российской Федерации Шехояну были разъяснены, он
подписался под заявлением о желании давать показания без адвоката.
К тому же во время следственного эксперимента использовалась
киносъемка. Заявление Шехояна о даче показаний якобы под физическим
насилием проверено прокуратурой. Суд не допрашивал понятых,
участвовавших в следственном эксперименте, не смотрел видеозапись,
не исследовал объективность результатов проверки заявления о
незаконных методах ведения следствия и, таким образом, сделал
преждевременный вывод о недопустимости первоначальных показаний
Шехояна как доказательств по делу. Отвергая показания потерпевших и
свидетелей, суд не выяснил причины имеющихся в них противоречий. Не
сочтя акт судебно-баллистической экспертизы доказательством, суд в
том же приговоре, противореча себе, указал, что акт подтверждает
событие преступления.

Изменение приговоров

Приговоры в части юридической квалификации действий виновных
изменялись в связи с тем, что судами поверхностно исследовались
объективная и субъективная стороны преступления, а также
неправильно применялись нормы уголовного закона.
Поскольку наибольшую часть рассмотренных в кассационном
порядке дел составили дела об умышленных убийствах, изменения,
вносимые в приговор, в основном были связаны с этой категорией дел.
При их рассмотрении судами первой инстанции не всегда
учитывались разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума
Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. "О судебной практике по
делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)".
Возникали проблемы при квалификации убийства, совершенного
неоднократно.
В соответствии с ч. 3 ст. 16 УК РФ в случаях, когда
неоднократность преступления предусмотрена в качестве
обстоятельства, влекущего за собой назначение более строгого
наказания, совершенные преступления квалифицируются по
соответствующей части статьи УК РФ, предусматривающей наказание за
неоднократность преступления.
В связи с этим положением закона из приговора Челябинского
областного суда в отношении Сибирева было исключено осуждение его
по ч. 1 ст. 105 УК РФ.
Сибирев признан виновным в убийстве Шумова и убийстве
Копыловой с целью сокрытия другого преступления.
Его действия по эпизоду убийства Шумова судом первой инстанции
квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ, а по эпизоду убийства
Копыловой - по пп. "к", "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Коллегия указала, что его действия должны быть квалифицированы
как убийство, совершенное неоднократно, с целью сокрытия другого
преступления, а квалификация по ч. 1 ст. 105 УК РФ является
излишней.
Одним из квалифицирующих признаков ч. 2 ст. 105 УК РФ является
убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном
состоянии.
Как видно из материалов судебной практики, суды в основном
правильно применяют эту норму закона. К лицам, заведомо для
виновного находящимся в беспомощном состоянии, относятся малолетние
дети, престарелые, инвалиды и т. п.
В то же время в кассационном порядке были изменены приговоры,
в которых суды без достаточных оснований сделали выводы о
нахождении потерпевшего в беспомощном состоянии.
Так, изменен приговор Челябинского областного суда в отношении
Бабиной, осужденной по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство
Мехралиева.
Суд первой инстанции сослался на то, что Мехралиев находился в
тяжелой степени алкогольного опьянения и был лишен возможности
оказать эффективное сопротивление Бабиной. Однако этот факт в
данном случае не свидетельствует о нахождении потерпевшего в
беспомощном состоянии.
Как видно из дела, незадолго до случившегося Мехралиев, Бабина
и другие лица совместно распивали спиртные напитки. Затем Мехралиев
стал оскорблять и избивать присутствующих. Выйдя на лестничную
площадку, Гончаров ударил Мехралиева и стащил его на другой этаж.
Тут же Бабина подошла к лежащему Мехралиеву и из мести за
оскорбление и нанесенные побои несколько раз пнула его в голову, а
затем принесла нож и нанесла им ряд ударов потерпевшему.
При таких обстоятельствах у суда не было достаточных оснований
полагать, что Мехралиев, незадолго до случившегося оскорблявший и
избивавший присутствующих в квартире лиц, заведомо для виновной
находился в беспомощном состоянии.
Действия Бабиной переквалифицированы на ч. 1 ст. 105 УК РФ.
Некоторые разногласия в судебной практике вызывал вопрос о
том, можно ли считать сон беспомощным состоянием потерпевшего в
момент его убийства.
Анализ кассационных определений свидетельствует о том, что сон
потерпевшего не рассматривается судами как его беспомощное
состояние.
По смыслу закона квалификация убийства по п. "к" ч. 2 ст. 105
УК РФ по признаку совершения убийства с целью облегчить совершение
другого преступления исключает возможность квалификации этого же
убийства, помимо указанного пункта, по какому-либо другому пункту
ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив
убийства.
Но это не всегда учитывалось судами.
Так, по делу Семенова, Золотаревой и Заболотских, осужденных
Верховным судом Удмуртской Республики, из приговора исключено их
осуждение по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку материалами дела
установлено, что убийство Абашева совершено из корыстных
побуждений.
Допускались судами и ошибки, связанные с квалификацией
убийства по предварительному сговору.
Суды при рассмотрении таких дел не всегда учитывают, что как
убийство по предварительному сговору можно квалифицировать лишь
такое убийство, когда в процессе лишения жизни потерпевшего
участвовали двое и (или) более лиц, если договоренность об убийстве
состоялась до начала осуществления объективной стороны преступления
и если умысел всех соисполнителей был направлен на убийство.
Ленинградским областным судом осуждены Приданов по п. "н"
ст. 102 УК РСФСР и Литвинов по пп. "а", "н" ст. 102 УК РСФСР.
Суд правильно установил, что непосредственным и единственным
исполнителем лишения жизни Неймана был Приданов, а Литвинов лишь
вырыл заранее яму, привел вместе с Придановым потерпевшего к месту
убийства, после чего труп Неймана затащил в яму.
В связи с этим Литвинов являлся лишь пособником Приданова в
убийстве и его действия не образуют соисполнительства убийства.
Не всегда обоснованно вменяется в вину квалифицирующий признак
"особая жестокость", поскольку суды не исследуют должным образом
наличие умысла на совершение убийства с особой жестокостью.
По делу Зубкова, осужденного Волгоградским областным судом по
пп. "д", "з", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство Аникеевой,
Коллегия указала: из материалов дела видно, что ранения, повлекшие
смерть потерпевшей, причинены ей в короткий промежуток времени, не
установлены действия, свидетельствующие о желании Зубкова причинить
ей особые мучения и страдания.
Осуждение Зубкова по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ из приговора
исключено.
Не всегда обоснованно вменяется в вину хулиганство как мотив
убийства.
Московским городским судом Матросов осужден по пп. "б", "в"
ст. 102 УК РСФСР за убийство Ефимова из хулиганских побуждений в
связи с выполнением им общественного долга.
Вместе с тем по делу установлено и признано в приговоре, что в
связи с конфликтом, возникшим у Матросова с продавцом магазина,
была вызвана охрана торгового комплекса, в том числе Ефимов. Он
сделал Матросову замечание и с контролерами выдворил его на улицу.
Там Матросов тремя ударами ножа убил его.
При таких данных п. "б" ст. 102 УК РСФСР вменен в вину
излишне.
Изменены приговоры, по которым необоснованно не признано, что
убийство совершено в состоянии аффекта.
Коллегия изменила приговор Пермского областного суда в
отношении Е., осужденного по ч. 1 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2
ст. 105 УК РФ за убийство своей жены и покушение на убийство Г., не
согласившись с такой юридической оценкой действий Е.
Как видно из дела, Е., придя домой, увидел жену и Г.,
совершавших половой акт, и решил убить обоих. Он сходил на кухню, а
вернувшись в комнату, ударом ножа в грудь убил жену, затем нанес
несколько ударов ножом в различные части тела Г., причинив тяжкий
вред здоровью.
Отвергая доводы Е. о том, что поведение потерпевших сильно
взволновало его, "у него помутился разум и он не помнит своих
действий", суд указал, что его действия носили осмысленный и
последовательный характер, что исключает состояние аффекта.
Однако, по мнению Коллегии, эта трактовка неправильна.
Внезапно возникшее сильное душевное волнение в связи с указанным
противоправным (аморальным) поведением потерпевших налицо.
Убийство и покушение на убийство (спровоцированные аморальным
поведением жены, выразившемся в очевидном факте супружеской измены)
Коллегия признала совершенными Е. в состоянии аффекта и
квалифицировала по ч. 1 ст. 107, ст. 30, ч. 2 ст. 107 УК РФ.
Изучены дела о взяточничестве. Главный вопрос по этой
категории дел состоял в определении статуса взяткополучателя как
должностного лица.
Так, Ставропольским краевым судом Шильков оправдан по пп. "б",
"в" ч. 4 ст. 290 УК РФ за недоказанностью его участия в совершении
преступлений и за отсутствием состава преступления.
Шильков - врач-терапевт поликлиники по совместительству и
бригадир медицинской водительской комиссии при этой поликлинике,
злоупотребляя своим служебным положением и действуя из корыстных
побуждений, в течение 1997-1998 гг. при приеме граждан, проходивших

медицинскую комиссию, вымогал и получал взятки за выдачу
медицинских справок о профессиональной пригодности.
Отменяя приговор, Коллегия сослалась на то, что, оправдывая
Шилькова по ст. 290 УК РФ на том основании, что он не является
должностным лицом, суд недостаточно полно исследовал
доказательства.
Как видно из материалов дела, на основании нормативных
документов были укомплектованы хозрасчетные бригады из числа
работников поликлиники по принципу добровольности. Бригадиром одной
из таких хозрасчетных бригад (водительской комиссии) приказом
главного врача поликлиники был назначен врач-терапевт Шильков,
работавший по совместительству заместителем заведующего городским
здравотделом.
Согласно должностной инструкции на председателя (бригадира)
хозрасчетной водительской комиссии возложено непосредственное
руководство деятельностью медицинского персонала и он нес полную
ответственность за своевременность и качество медицинского
обследования лиц, проходящих медицинское освидетельствование, давал
заключение о допуске к работе по занимаемой должности, осуществлял
контроль за ведением документации, организацией труда и
расстановкой кадров.
Этим обстоятельствам суд не дал должной оценки, не приняв во
внимание и то, что бригадир хозрасчетной водительской комиссии
Шильков в период инкриминируемых ему преступлений занимал также
должность заместителя заведующего городским здравотделом.
При новом рассмотрении дела Шильков осужден за инкриминируемые
ему деяния и признан должностным лицом с учетом изложенных данных.
Изменение приговоров и смягчение по ним наказания в
большинстве случаев связано с неправильным применением судами
положения ст.ст. 61, 62 УК РФ, касающегося явки с повинной.
Ярославским областным судом Козин осужден по пп. "в", "д" ч. 2
ст. 105 УК РФ к десяти годам лишения свободы.
Коллегия приговор изменила, указав, что Козин, вызванный в
милицию, добровольно рассказал о совершенном преступлении, явившись
с повинной, в то время как в органах милиции о совершении им
убийства данных не имелось.
Заявление о явке с повинной оглашено, но не учтено при
назначении наказания.
Несовершеннолетний возраст Козина областным судом
необоснованно не признан смягчающим вину обстоятельством. Коллегией
наказание ему смягчено до семи лет и шести месяцев лишения свободы.
Нижегородским областным судом Крутков осужден по ч. 1 ст. 105
УК РФ к 13 годам лишения свободы за убийство Тимина.
Суд при обсуждении вопроса о назначении наказания Круткову не
признал смягчающим обстоятельством его явку с повинной, так как
добровольного волеизъявления, по мнению суда, в ней не выражено, а
учел, что он давал противоречивые показания.
Но Крутков лишь первоначально пояснял, что о смерти
потерпевшего узнал от матери. После возбуждения дела он написал
заявление о явке с повинной, рассказав об обстоятельствах дела, и в
последующих его показаниях противоречий не было. Доказательства,
установленные по делу, соответствуют показаниям Круткова, поэтому
явку с повинной как обстоятельство, смягчающее наказание, Коллегия
учла и применила п. "и" ч. 1 ст. 61 и ст. 62 УК РФ, а наказание
смягчила до 11 лет лишения свободы.
По делу Артемова, осужденного Брянским областным судом по
п. "а" ст. 102 УК РСФСР, суд не признал явку Артемова с повинной
смягчающим обстоятельством в связи с последующим изменением
поведения.
Это решение, как сочла Коллегия, не соответствует требованиям
закона, так как закон не предусматривает дополнительных условий для
признания явки с повинной.
Наказание Артемову было смягчено.
Невыполнение требований ст. 254 УПК РСФСР влечет изменение
приговора.
В нарушение ст. 254 УПК РСФСР Вологодский областной суд, выйдя
за пределы предъявленного обвинения, вменил Силину в вину
квалифицирующий признак ст. 158 УК РФ - "причинение значительного
ущерба", хотя он следствием не вменялся.
Действия Силина Коллегия переквалифицировала с п. "г" ч. 2
ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ.
Качественное рассмотрение дел в кассационном порядке
способствует устранению допускаемых ошибок при постановлении судами
приговоров, обеспечивает повышение уровня правосудия.

Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда Российской Федерации

Указатель судебной практики

Указатель судебной практики

+-----------------------------------------------------------------+
¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦
+-----------------------------------------------------------------¦
¦ 180.060.030 ¦ ¦
¦ Опред. кассац. ¦ Решение об изменении меры пресечения - ¦
¦ палаты ¦ подписка о невыезде - на другую - заключение ¦
¦ от 18.11.99 ¦ под стражу, принятое судом присяжных в ¦
¦ Бюллетень ¦ отсутствие защитника подсудимого, признано ¦
¦ Верх. Суда ¦ существенным нарушением ¦
¦ Российской ¦ уголовно-процессуального закона (ст. 426 УПК ¦
¦ Федерации, ¦ РСФСР) ¦
¦ 2000, N 8, с. 20 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 180.060.030 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Принятие судом отказа подсудимого от ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ адвоката, участие которого в судебном ¦
¦ от 8.07.99 ¦ заседании не обеспечено, а также ¦
¦ Бюллетень ¦ невыполнение судом требований ст. 264 УПК ¦
¦ Верх. Суда ¦ РСФСР является нарушением права на защиту ¦
¦ Российской, ¦ ¦
¦ 2000, N 8, с. 21 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 020.060.010 ¦ ¦
¦ Пост. ¦ Административную ответственность за ¦
¦ заместителя ¦ нарушение законодательства об обороте ¦
¦ Пред. Верх. ¦ алкогольной продукции несут предприниматели ¦
¦ Суда РФ ¦ (изготовители, продавцы), а не покупатели ¦
¦ от 30.11.99 ¦ ¦
¦ Бюллетень ¦ ¦
¦ Верх. Суда ¦ ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, ¦ ¦
¦ 2000, N 8, с. 22 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 050.030.020 ¦ ¦
¦ 050.030.070 ¦ ¦
¦ 050.040.090 ¦ ¦
¦ 050.050.000 ¦ ¦
¦ Обзор суд. ¦ О расторжении договора социального найма ¦
¦ практики ¦ жилого помещения в связи с невнесением ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ нанимателем платы за жилье и коммунальные ¦
¦ Бюллетень ¦ услуги в течение шести месяцев ¦
¦ Верх. Суда ¦ ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, ¦ ¦
¦ 2000, N 8, с. 22 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 080.100.020 ¦ ¦
¦ Решение ¦ Абзацы 4, 5 п. 35 инструкции Государственной ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ налоговой службы Российской Федерации от 11 ¦
¦ от 14.07.99 ¦ октября 1995 г. N 39 "О порядке исчисления и ¦
¦ Бюллетень ¦ уплаты налога на добавленную стоимость" (в ¦
¦ Верх. Суда ¦ ред. дополнений, внесенных приказом ¦
¦ Российской ¦ Госналогслужбы России от 29 декабря 1997 г. ¦
¦ Федерации, ¦ N АП-3-03/252) Верховным Судом Российской ¦
¦ 2000, N 9, с. 1 ¦ Федерации признаны недействующими ¦
¦ ¦ (незаконными) ¦
¦ ¦ ¦
¦ 080.110.040 ¦ ¦
¦ Решение ¦ Указание Банка России от 25 декабря 1997 г. ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ N 101-У "О введении инструкции "О порядке ¦
¦ от 2.12.99 ¦ формирования и использования резерва на ¦
¦ Бюллетень ¦ возможные потери по ссудам" и об учете при ¦
¦ Верх. Суда ¦ налогообложении величины резерва на ¦
¦ Российской ¦ возможные потери по ссудам" признано ¦
¦ Федерации, ¦ Верховным Судом Российской Федерации ¦
¦ 2000, N 9, с. 3 ¦ недействительным ¦
¦ ¦ ¦
¦ 070.060.000 ¦ ¦
¦ Решение ¦ Пункт 6 распоряжения Правительства ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ Российской Федерации от 1 декабря 1998 г. ¦
¦ от 13.01.2000 ¦ N 1698-р "О мерах по реализации совместного ¦
¦ Бюллетень ¦ заявления Председателя Правительства ¦
¦ Верх. Суда ¦ Российской Федерации и Президента Чеченской ¦
¦ Российской ¦ Республики от 29 октября 1998 г." в части ¦
¦ Федерации, ¦ решения вопроса о погашении задолженности по ¦
¦ 2000, N 9, с. 5 ¦ пенсионному обеспечению за счет страховых ¦
¦ ¦ взносов, уплачиваемых на территории ¦
¦ ¦ Чеченской Республики проживающим там ¦
¦ ¦ гражданам и получающим пенсии, указанные в ¦
¦ ¦ ст. 1 Федерального закона от 28 октября ¦
¦ ¦ 1998 г. "О порядке финансирования ¦
¦ ¦ государственных пенсий, выплата которых по ¦
¦ ¦ законодательству Российской Федерации ¦
¦ ¦ осуществляется за счет средств федерального ¦
¦ ¦ бюджета", признан Верховным Судом Российской ¦
¦ ¦ Федерации незаконным и не подлежащим ¦
¦ ¦ применению. Указанный пункт распоряжения ¦
¦ ¦ Правительства по вопросу выплаты ¦
¦ ¦ задолженности по пенсионному обеспечению ¦
¦ ¦ гражданам, проживающим в Чеченской ¦
¦ ¦ Республике и получающим иные пенсии, признан ¦
¦ ¦ законным ¦
¦ ¦ ¦
¦ 170.010.000 ¦ ¦
¦ 170.020.010 ¦ ¦
¦ Опред. СК ¦ Не является преступлением действие ¦
¦ Верх. Суда РФ ¦ (бездействие), хотя формально и содержащее ¦
¦ от 13.04.99 ¦ признаки какого-либо деяния, ¦
¦ Бюллетень ¦ предусмотренного Особенной частью Уголовного ¦
¦ Верх. Суда ¦ кодекса Российской Федерации, но в силу ¦
¦ Российской ¦ малозначительности не представляющее ¦
¦ Федерации, ¦ общественной опасности ¦
¦ 2000, N 9, с. 7 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 170.020.040 ¦ ¦
¦ 180.040.040 ¦ ¦
¦ 170.020.010 ¦ ¦
¦ 020.050.000 ¦ ¦
¦ 180.060.030 ¦ ¦
¦ 010.140.000 ¦ ¦
¦ 180.060.010 ¦ ¦
¦ 030.140.000 ¦ ¦
¦ 180.060.090 ¦ ¦
¦ 020.060.050 ¦ ¦
¦ 030.050.060 ¦ ¦
¦ 070.090.000 ¦ ¦
¦ 180.010.010 ¦ ¦
¦ 050.030.000 ¦ ¦
¦ 180.040.020 ¦ ¦
¦ 110.020.080 ¦ ¦
¦ 010.150.000 ¦ ¦
¦ 030.050.040 ¦ ¦
¦ 050.030.070 ¦ ¦
¦ 150.100.060 ¦ ¦
¦ 030.120.010 ¦ ¦
¦ Обзор суд. ¦ Обзор судебной практики Верховного Суда ¦
¦ практики ¦ Российской Федерации за I квартал 2000 года ¦
¦ Бюллетень ¦ ¦
¦ Верх. Суда ¦ ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, ¦ ¦
¦ 2000, N 9, с. 7 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦ 180.060.040 ¦ ¦
¦ Обзор суд. ¦ Обзор кассационной практики Судебной ¦
¦ практики ¦ коллегии по уголовным делам Верховного Суда ¦
¦ Бюллетень ¦ Российской Федерации за 1999 год ¦
¦ Верх. Суда ¦ ¦
¦ Российской ¦ ¦
¦ Федерации, ¦ ¦
¦ 2000, N 9, с. 15 ¦ ¦
+-----------------------------------------------------------------+