Бюллетень № 5 2004 года

20.05.2004

Оригинал документа · Источник публикации

Бюллетень № 5 2004 года

Опубликовано: 20.05.2004

Пленум Верховного Суда Российской Федерации

Плениум Верховного суда Российской Федерации

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 декабря 2003 г. под председательством Председателя
Верховного Суда Российской Федерации В.М.Лебедева состоялся Пленум
Верховного Суда Российской Федерации, на котором был обсужден
проект постановления Пленума "О применении судами норм
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации".
С докладом выступил заместитель Председателя Верховного Суда
Российской Федерации А.Е.Меркушов, который отметил, что в
абсолютном большинстве отзывов, поступивших на разосланный проект,
подчеркивалась необходимость принятия постановления, поскольку в
нем содержатся ответы на многие неясные и спорные вопросы,
возникающие в судебной практике, особенно после известных
дополнений, внесенных в Уголовно-процессуальный кодекс Российской
Федерации в июле 2003 г. Проект постановления был обсужден в
Судебной коллегии по уголовным делам, в Военной коллегии Верховного
Суда Российской Федерации, а также на заседании
Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской
Федерации. В подготовке проекта активное участие приняли
представители Генеральной прокуратуры Российской Федерации.
Замечания и предложения, высказанные судьями Верховного Суда, а
также членами Научно-консультативного совета, учтены в проекте
документа; в нем отражены некоторые решения Конституционного Суда
Российской Федерации, послужившие основой разъяснений по применению
отдельных норм УПК РФ.
Председатель Саратовского областного суда А.И.Галкин в
выступлении отметил, что после вступления в силу
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прошло около
полутора лет. За этот период в процессе применения норм нового
уголовно-процессуального закона накопилось много вопросов,
находящих неоднозначные ответы при разрешении конкретных дел.
Предлагаемый проект постановления Пленума обсуждался судьями
Саратовской области, которые считают, что содержащиеся в нем
разъяснения достаточно актуальны и будут способствовать правильному
и единообразному применению судами норм закона.
Выступающий подчеркнул тот положительный момент, что в проекте
учтена и правовая позиция Конституционного Суда Российской
Федерации, выраженная в его постановлении от 8 декабря 2003 г. по
делу о проверке конституционности положений ст.ст. 125, 219, 227,
229, 236, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с
запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан.
Соглашаясь с основными положениями проекта, А.И.Галкин внес
предложения как о дополнении его рядом разъяснений, так и об
изменении содержания отдельных пунктов.
Заместитель председателя Московского городского суда
Е.Н.Колышницына сказала, что по сравнению с УПК РСФСР
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации имеет некоторые
преимущества. Но вместе с тем в действующем законодательстве
содержится несколько норм, применение которых в судебной практике
вызывает трудности. Предлагаемый проект постановления Пленума очень
своевременен, поскольку в нем на часто возникающие в практике судов
вопросы даны ответы с учетом постановления Конституционного Суда
Российской Федерации, принятого после введения в действие УПК РФ.
Указанное постановление Пленума будет способствовать
формированию судебной практики, предупреждать ошибки в применении
уголовно-процессуального закона и, как следствие, обеспечивать
соблюдение конституционного права на судебную защиту.
Заместитель Министра внутренних дел Российской Федерации -
начальник Следственного комитета В.В.Мозяков отметил, что с
введением в действие с 1 июля 2002 г. Уголовно-процессуального
кодекса Российской Федерации появились новые вопросы как
организационного, так и правового характера и перед органами
предварительного расследования, и перед судами. В течение истекшего
периода выявилась необходимость разъяснения отдельных норм нового
Кодекса с целью единообразного их применения, соблюдения требований
процессуального закона на всех стадиях уголовного судопроизводства.
Рассматриваемый на Пленуме вопрос, подчеркнул он, весьма
актуален как для судебных органов, так и для свыше 50 тысяч
следователей Министерства внутренних дел. Ими расследуется 90
процентов уголовных дел, по которым законом предусмотрено
предварительное следствие.
В.В.Мозяков высказал ряд предложений и замечаний к проекту
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации
С.Г.Кехлеров в заключение поддержал обсуждаемый проект
постановления и изложил вопросы, требующие разъяснения в этом
документе.
В прениях по докладу приняли участие также заместитель
председателя Верховного Суда Республики Мордовия А.Ф.Колыманов,
главный советник Главного государственно-правового управления
Президента Российской Федерации М.С.Палеев, заведующая кафедрой
уголовного процесса Московской государственной юридической
академии, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде
Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор
П.А.Лупинская, Первый заместитель Председателя Верховного
Суда Российской Федерации В.И.Радченко, заместитель председателя
Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации А.Т.Уколов,
судьи Верховного Суда Российской Федерации С.А.Разумов,
А.М.Бризицкий и А.С.Червоткин, заместитель Министра юстиции
Российской Федерации Е.Н.Сидоренко.
В работе Пленума принял участие Полномочный представитель
Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации
А.Г.Лысков. На заседании присутствовали руководители и судьи
ряда республиканских, областных судов, представители
заинтересованных министерств и ведомств, члены
Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской
Федерации.
Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации
"О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации" принято 5 марта 2004 г.

____________

ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 1
ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 5 марта 2004 г.

О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации

В связи с вопросами, возникшими в судебной практике по
применению некоторых норм Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации (далее - УПК РФ), Пленум Верховного Суда
Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:
1. Обратить внимание судов на их обязанность при рассмотрении
уголовных дел и вынесении решений соблюдать установленные главой 2
УПК РФ принципы уголовного судопроизводства, имеющего своим
назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций,
потерпевших от преступлений, а также защиту личности от незаконного
и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и
свобод.
2. Решая вопрос о том, является ли доказательство по
уголовному делу недопустимым по основаниям, указанным в пункте 3
части 2 статьи 75 УПК РФ, суд должен в каждом случае выяснять, в
чем конкретно выразилось допущенное нарушение. В силу части 7
статьи 235 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела по существу суд
по ходатайству стороны вправе повторно рассмотреть вопрос о
признании исключенного доказательства допустимым.
3. Судам надлежит обеспечивать выполнение требований закона об
участии в уголовном судопроизводстве защитника. Его участие
обязательно, если подозреваемый или обвиняемый не отказался от него
в порядке, установленном статьей 52 УПК РФ. При этом участие в
производстве по уголовному делу обвинителя (государственного
обвинителя) не является обязательным условием участия в уголовном
судопроизводстве защитника, поскольку обвиняемый (подсудимый)
вправе в любой момент производства по уголовному делу отказаться от
помощи защитника. В таких случаях суду необходимо выяснить причину
отказа от защитника и установить, не был ли такой отказ
вынужденным, обусловленным, например, соображениями материального
порядка. Отказ от защитника может быть принят судом, если будут
выяснены причины отказа от защитника, а его участие в судебном
заседании фактически обеспечено судом. При принятии отказа от
защитника суду надлежит в определении (постановлении) мотивировать
свое решение.
С учетом изложенного вынесение приговора с соблюдением
процедур, установленных Уголовно-процессуальным кодексом Российской
Федерации, не может рассматриваться как нарушение прав подсудимого
на защиту, если отказ от защитника был заявлен в письменном виде
или отражен в протоколе соответствующего процессуального действия.
Поскольку в соответствии с частью 2 статьи 49 УПК РФ один из
близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого
ходатайствует обвиняемый, может быть допущено судом в качестве
защитника только наряду с адвокатом, принятие отказа от адвоката
влечет за собой и прекращение участия в деле этого лица (за
исключением производства у мирового судьи).
4. В соответствии с законом заключение под стражу в качестве
меры пресечения может быть избрано лишь при невозможности
применения иной, более мягкой, меры пресечения. Для решения вопроса
о содержании под стражей лица, подозреваемого или обвиняемого в
совершении преступления, за которое уголовный закон предусматривает
наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет, суду
надлежит в каждом конкретном случае устанавливать, имеются ли иные
обстоятельства, кроме указанных в части 1 статьи 108 УПК РФ,
свидетельствующие о необходимости изоляции лица от общества. К
таким обстоятельствам могут быть отнесены данные о том, что
подозреваемый, обвиняемый может скрыться от органов
предварительного расследования или суда, фальсифицировать
доказательства, оказать давление на потерпевшего, свидетелей
и т. п.
Рассматривая ходатайство об избрании подозреваемому,
обвиняемому в качестве меры пресечения заключения под стражу, судья
не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности лица в
инкриминируемом ему преступлении.
К ходатайству об избрании меры пресечения в виде заключения
под стражу (часть 3 статьи 108 УПК РФ) следует прилагать копии
постановлений о возбуждении уголовного дела и привлечении лица в
качестве обвиняемого, копии протоколов задержания, допросов
подозреваемого, обвиняемого, а также имеющиеся в деле
доказательства, подтверждающие наличие обстоятельств,
свидетельствующих о необходимости избрания лицу меры пресечения в
виде заключения под стражу (сведения о личности подозреваемого,
обвиняемого, справки о судимости, данные о возможности лица
скрыться от следствия, об угрозах в адрес потерпевших, свидетелей и
т. п.). В тех случаях, когда в уголовном деле защитник не участвует
и об этом не сделана запись в протоколе допроса в качестве
подозреваемого или обвиняемого, к материалам дела прилагается
письменное заявление подозреваемого, обвиняемого об отказе от
защитника.
5. В соответствии с частью 4 статьи 108 УПК РФ постановление
о возбуждении ходатайства об избрании в качестве меры пресечения
заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого
подлежит рассмотрению судьей в течение 8 часов с момента
поступления материалов в суд с участием подозреваемого или
обвиняемого, прокурора, а также защитника, если он участвует в
уголовном деле.
При недоставлении подозреваемого или обвиняемого в указанное
время в судебное заседание для участия в рассмотрении ходатайства
суд принимает решение в соответствии с пунктом 2 части 7 статьи 108
УПК РФ, если истек 48-часовой срок содержания лица под стражей.
Отказ в удовлетворении ходатайства при недоставлении подозреваемого
или обвиняемого (когда, например, он скрылся или заболел) не
препятствует повторному обращению с ходатайством после создания
условий для обеспечения явки подозреваемого, обвиняемого.
6. Если при рассмотрении ходатайства о заключении под стражу в
качестве меры пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого
одной из сторон будет заявлено ходатайство об отложении судебного
заседания для предоставления ею дополнительных доказательств
обоснованности или необоснованности избрания меры пресечения в виде
заключения под стражу, судья при наличии оснований, указанных в
пункте 3 части 7 статьи 108 УПК РФ, выносит постановление о
продлении срока задержания, но не более чем на 72 часа, и указывает
дату и время, до которых продлевается срок задержания. При
непоступлении в установленный срок дополнительных доказательств
судья проводит повторное заседание с участием сторон и на основе
ранее поступивших материалов выносит соответствующее решение об
избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения
в виде заключения под стражу либо об отказе в удовлетворении
ходатайства.
7. В тех случаях, когда при решении вопроса об избрании
подозреваемому или обвиняемому в качестве меры пресечения
заключения под стражу явка в судебное заседание приглашенного им
защитника невозможна (например, в связи с занятостью в другом
судебном процессе), а от защитника, назначенного в порядке части 4
статьи 50 УПК РФ, подозреваемый или обвиняемый отказался, судья,
разъяснив последствия такого отказа, может рассмотреть ходатайство
об избрании подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде
заключения под стражу без участия защитника, за исключением
случаев, указанных в пунктах 2-7 части 1 статьи 51 УПК РФ.
Если же участие защитника в судебном заседании в соответствии
с требованиями статьи 51 УПК РФ является обязательным, а
приглашенный подозреваемым или обвиняемым защитник, будучи
надлежащим образом извещенным о месте и времени судебного заседания
о рассмотрении ходатайства в порядке статьи 108 УПК РФ, в суд не
явился, дознаватель, следователь или прокурор в силу части 4 статьи
50 УПК РФ принимает меры к назначению защитника. В этом случае суд
выносит постановление о продлении срока задержания в соответствии с
пунктом 3 части 7 статьи 108 УПК РФ. После назначения защитника к
указанному в постановлении судьи сроку суд с участием сторон
рассматривает ходатайство по существу.
8. Разъяснить судам, что по смыслу части 7 статьи 236 и части
10 статьи 108 УПК РФ судья вправе в ходе предварительного слушания
по ходатайству стороны или по собственной инициативе решить вопрос
об избрании в отношении лица, обвиняемого в совершении
преступления, в качестве меры пресечения заключения под стражу.
В этом случае в постановлении о назначении судебного заседания
(статья 236 УПК РФ) судье надлежит, руководствуясь частями 1, 2 и 4
статьи 108 УПК РФ, мотивировать решение об избрании подсудимому
указанной меры пресечения.
9. Когда в силу части 3 статьи 247 УПК РФ вопрос об избрании в
отношении подсудимого в качестве меры пресечения заключения под
стражу возникает в ходе судебного разбирательства, то решение об
этом при наличии к тому оснований (статьи 97 и 108 УПК РФ) суд
принимает по ходатайству стороны или по собственной инициативе.
Участие защитника обвиняемого в судебном заседании при решении
этого вопроса является обязательным, если он участвует в деле.
10. Часть 13 статьи 109 УПК РФ допускает рассмотрение судом
ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей в
его отсутствие, если обвиняемый находится на стационарной
судебно-психиатрической экспертизе, а также при иных
обстоятельствах, исключающих возможность его доставления в суд. К
"иным обстоятельствам" могут быть отнесены, в частности, болезнь
обвиняемого, стихийное бедствие, плохие метеоусловия, карантин в
месте содержания под стражей. При подтверждении указанных случаев
соответствующими документами суду надлежит рассмотреть такое
ходатайство в порядке, предусмотренном частью 4 статьи 108 УПК РФ.
При этом участие защитника в судебном заседании является
обязательным.
11. Если при решении вопроса об избрании подозреваемому или
обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу (статья
108 УПК РФ) или о продлении срока содержания под стражей (статья
109 УПК РФ) будет заявлено ходатайство об ознакомлении с
материалами, на основании которых принимается решение, суду
надлежит руководствоваться статьей 45 Конституции Российской
Федерации, гарантирующей государственную защиту прав и свобод
человека и гражданина. Исходя из этого суд не вправе отказать
подозреваемому или обвиняемому, а также их защитникам в
удовлетворении такого ходатайства, поскольку затрагиваются права и
свободы лиц, в отношении которых решается вопрос об избрании меры
пресечения в виде заключения под стражу или о продлении срока
содержания под стражей.
Ознакомление с указанными материалами производится в разумные
сроки, но в пределах установленного законом срока для рассмотрения
судом соответствующего ходатайства об избрании обвиняемому меры
пресечения в виде заключения под стражу либо о продлении срока его
содержания под стражей.
В соответствии с законом рассмотрение ходатайства об избрании
подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под
стражу или о продлении срока содержания под стражей проводится в
открытом судебном заседании, за исключением случаев, указанных в
части 2 статьи 241 УПК РФ.
12. Решение мирового судьи по поступившему с обвинительным
актом или обвинительным заключением уголовному делу о применении к
подсудимому в соответствии с частью 3 статьи 247 УПК РФ меры
пресечения в виде заключения под стражу может быть обжаловано в
апелляционном порядке на основании статьи 354 УПК РФ. При этом
апелляционный суд, руководствуясь частью 11 статьи 108 УПК РФ,
принимает решение по апелляционной жалобе в срок, установленный
этой нормой, т. е. не позднее чем через трое суток со дня ее
поступления.
13. Обвинительное заключение или обвинительный акт в
соответствии с пунктами 5 и 6 части 1 статьи 220 УПК РФ и пунктом 6
части 1 статьи 225 УПК РФ должны включать в себя, в частности,
перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и перечень
доказательств, на которые ссылается сторона защиты. Если по делу
привлечены несколько обвиняемых или обвиняемому вменяется несколько
эпизодов обвинения, то перечень указанных доказательств должен быть
приведен в отдельности по каждому обвиняемому и по каждому эпизоду
обвинения.
Под перечнем доказательств, подтверждающих обвинение, а также
под перечнем доказательств, на которые ссылается сторона защиты,
понимается не только ссылка в обвинительном заключении на источники
доказательств, но и приведение в обвинительном заключении или
обвинительном акте краткого содержания доказательств, поскольку в
силу части 1 статьи 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу
являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор,
следователь, дознаватель в порядке, определенном
Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации,
устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих
доказыванию при производстве по уголовному делу.
14. Под допущенными при составлении обвинительного заключения
или обвинительного акта нарушениями требований
уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения
изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают
возможность принятия судом решения по существу дела на основании
данного заключения или акта. В частности, исключается возможность
вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное
в обвинительном заключении или обвинительном акте, не соответствует
обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве
обвиняемого; когда обвинительное заключение или обвинительный акт
не подписан следователем, дознавателем либо не утвержден
прокурором; когда в обвинительном заключении или обвинительном акте
отсутствуют указание на прошлые судимости обвиняемого, данные о
месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был
установлен по делу, и др.
Если возникает необходимость устранения иных препятствий
рассмотрения уголовного дела, указанных в пунктах 2-5 части 1
статьи 237 УПК РФ, а также в других случаях, когда в досудебном
производстве были допущены существенные нарушения закона, не
устранимые в судебном заседании, а устранение таких нарушений не
связано с восполнением неполноты произведенного дознания или
предварительного следствия, судья в соответствии с частью 1 статьи
237 УПК РФ по собственной инициативе или по ходатайству стороны в
порядке, предусмотренном статьями 234 и 236 УПК РФ, возвращает дело
прокурору для устранения допущенных нарушений. Одновременно с этим
судья в соответствии с частью 3 статьи 237 УПК РФ принимает решение
о мере пресечения в отношении обвиняемого (в том числе о заключении
под стражу) и перечисляет его за прокуратурой.
В тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное
в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению
уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если
он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по
ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело
прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно
не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания
или предварительного следствия.
При вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору
суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии
гарантированных Конституцией Российской Федерации права обвиняемого
на судебную защиту и права потерпевшего на доступ к правосудию и
компенсацию причиненного ущерба исключает возможность постановления
законного и обоснованного приговора.
Следует также иметь в виду, что в таких случаях после
возвращения дела судом прокурор (а также по его указанию
следователь или дознаватель) вправе, исходя из конституционных
норм, провести следственные или иные процессуальные действия,
необходимые для устранения выявленных нарушений, и, руководствуясь
статьями 221 и 226 УПК РФ, составить новое обвинительное заключение
или новый обвинительный акт.
15. Если обвиняемый отказался от получения копии
обвинительного заключения или обвинительного акта (часть 4 статьи
222 и часть 3 статьи 226 УПК РФ) и дело поступило в суд с указанием
прокурором причин, по которым копия обвинительного заключения
(обвинительного акта) не была вручена обвиняемому, суд принимает
одно из решений, указанных в пунктах 1-3 части 1 статьи 227 УПК
РФ. При назначении по такому делу судебного заседания суд проводит
его подготовительную часть с соблюдением правил, предусмотренных
главой 36 УПК РФ, за исключением изложенных в части 2 статьи 265
УПК РФ положений, установивших, что судебное разбирательство может
быть начато не ранее 7 суток со дня вручения обвиняемому копии
обвинительного заключения (обвинительного акта).
Вместе с тем суду в каждом конкретном случае необходимо
выяснять, по каким причинам обвиняемому не вручена копия
обвинительного заключения (обвинительного акта), оформлен ли отказ
в его получении в письменном виде, подтвержден ли документально
факт неявки по вызову и т. п. Если обвиняемый скрылся и его
местонахождение неизвестно, судья принимает решение в соответствии
с частью 2 статьи 238 УПК РФ.
16. Обратить внимание судов на их обязанность соблюдать
содержащиеся в части 2 статьи 255 УПК РФ положения о том, что срок
содержания под стражей, исчисляемый со дня поступления уголовного
дела в суд и до вынесения приговора, не может превышать шесть
месяцев.
Если срок заключения под стражу в качестве меры пресечения,
избранной подсудимому, который обвиняется в совершении тяжкого или
особо тяжкого преступления, истекает, то суд вправе продлить его на
основании части 3 статьи 255 УПК РФ. В определении (постановлении)
должно содержаться обоснование необходимости дальнейшего содержания
подсудимого под стражей и указан срок, на который он продлен.
17. При приостановлении уголовного дела в отношении
обвиняемого на предварительном слушании по основаниям, указанным в
пунктах 2-4 части 1 статьи 238 УПК РФ, суд одновременно с этим
вправе избрать либо изменить или отменить избранную ему меру
пресечения, руководствуясь частью 1 статьи 255 УПК РФ. В этом
случае указанное решение излагается в постановлении о
приостановлении производства по делу.
В тех случаях, когда возникает необходимость продления срока
содержания подсудимого под стражей, судья проводит судебное
заседание по правилам, предусмотренным статьей 109 УПК РФ, и
выносит соответствующее постановление с приведением обоснования
принятого решения.
18. В соответствии с частью 3 статьи 427 УПК РФ суд, получив
уголовное дело с обвинительным заключением или с обвинительным
актом в отношении несовершеннолетнего обвиняемого, совершившего
преступление небольшой или средней тяжести, вправе прекратить дело
и применить к несовершеннолетнему обвиняемому принудительную меру
воспитательного воздействия, если в ходе предварительного
расследования уголовного дела будет установлено, что исправление
несовершеннолетнего обвиняемого может быть достигнуто без
применения наказания.
В таких случаях судом по ходатайству стороны или по
собственной инициативе при наличии оснований для прекращения
уголовного дела проводится предварительное слушание. Если уголовное
дело в отношении несовершеннолетнего обвиняемого было прекращено по
основаниям, указанным в части 1 статьи 427 УПК РФ, то суд в
порядке, предусмотренном частью 2 этой статьи, решает вопрос о
применении к такому лицу принудительных мер воспитательного
воздействия, предусмотренных частью 2 статьи 90 УК РФ.
19. При неявке в судебное заседание потерпевшего или свидетеля
оглашение их показаний, ранее данных ими при производстве
предварительного расследования или судебного разбирательства, в
соответствии с частью 1 статьи 281 УПК РФ допускается только с
согласия сторон. В случаях, предусмотренных частью 2 статьи 281 УПК
РФ, оглашение показаний потерпевшего или свидетеля не требует
согласия сторон.

Если в ходе судебного разбирательства обнаружатся существенные
противоречия в показаниях потерпевшего или свидетеля по сравнению с
ранее данными ими показаниями при производстве предварительного
расследования или в судебном заседании, суд вправе огласить такие
показания лишь по ходатайству стороны (часть 3 статьи 281 УПК РФ).
В этом случае согласия другой стороны не требуется.
20. Если явившиеся в судебное заседание свидетели дают
показания об одних и тех же обстоятельствах совершенного
преступления либо данных, характеризующих личность подсудимого,
семейное положение и т. п., в силу чего одна из сторон заявила
ходатайство о прекращении допроса других свидетелей, вызванных для
дачи показаний о тех же обстоятельствах дела, суд в соответствии с
частью 4 статьи 271 УПК РФ не вправе его удовлетворить, если
сторона, по инициативе которой было заявлено ходатайство об их
допросе, против этого возражает.
21. Обратить внимание судов на то, что в соответствии с частью
4 статьи 354 УПК РФ право обжалования судебного решения
предоставлено не только государственному обвинителю, но и не
принимавшему участия в судебном разбирательстве вышестоящему
прокурору. По смыслу пункта 31 статьи 5 УПК РФ под вышестоящим
прокурором надлежит понимать вышестоящего по должности по отношению
к государственному обвинителю прокурора (его заместителя),
наделенного в соответствии со статьей 36 Федерального закона
"О прокуратуре Российской Федерации" полномочиями по принесению
представлений на судебные решения.
22. Исходя из части 2 статьи 360 УПК РФ суд апелляционной или
кассационной инстанции, проверяя законность, обоснованность и
справедливость судебного решения, может выйти за пределы
апелляционной или кассационной жалобы либо представления, если этим
не будет допущено ухудшение положения осужденного. В этом случае
суд апелляционной или кассационной инстанции принимает
соответственно одно из решений, указанных в пунктах 2 или 4 части 3
статьи 367 УПК РФ либо в пунктах 2, 3 или 4 части 1 статьи 378 УПК
РФ.
23. Если суд кассационной инстанции, проверяя по кассационным
жалобам и представлениям законность, обоснованность и
справедливость приговора и иного судебного решения (статья 373 УПК
РФ), установит, что приговор постановлен судом первой инстанции,
неправомочным его выносить, а также принимать решения в ходе
производства по уголовному делу (пункт 52 статьи 5 УПК РФ), такой
приговор в любом случае подлежит отмене, как вынесенный незаконным
составом суда (пункт 2 части 2 статьи 381 УПК РФ).
24. Судам следует иметь в виду, что оправдательный приговор
может быть отменен судом кассационной инстанции с соблюдением
требований, предусмотренных статьей 385 УПК РФ.
25. В соответствии с частью 4 статьи 377 УПК РФ при
рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке суд вправе по
ходатайству стороны непосредственно исследовать доказательства в
соответствии с требованиями главы 37 УПК РФ. Под таким
исследованием следует понимать проверку имеющихся в уголовном деле
доказательств, получивших оценку суда первой инстанции (оглашение
показаний свидетелей, потерпевшего, заключения эксперта и т. п.). К
дополнительным материалам, представленным в кассационную инстанцию,
следует относить характеристики, справки о наградах, инвалидности,
копии вступивших в законную силу судебных решений, а также другие
документы, если они получены в соответствии с процессуальным
законодательством. Ведение протокола судебного заседания в суде
кассационной инстанции законом не предусмотрено.
26. Разъяснить судам, что по смыслу части 2 статьи 255 УПК РФ
период после вынесения приговора до вступления его в законную силу,
а если приговор обжалован в соответствии со статьей 354 УПК РФ, -
до рассмотрения в апелляционном или кассационном порядке жалобы или
представления в шестимесячный срок содержания осужденного под
стражей не входит.
При отмене кассационной инстанцией приговора с направлением
уголовного дела на новое судебное разбирательство в отношении
подсудимого, содержащегося под стражей, суд первой инстанции
принимает решение о его освобождении из-под стражи в случаях, когда
истек шестимесячный срок содержания под стражей по делу о
преступлении небольшой или средней тяжести.
Если отменен приговор по делу о тяжком или особо тяжком
преступлении с направлением дела на новое судебное разбирательство,
суд первой инстанции должен решить вопрос о мере пресечения, имея в
виду, что по делам этой категории закон при наличии к тому
оснований допускает продление этого срока (часть 3 статьи 255 УПК
РФ). О принятом решении суд уведомляет администрацию следственного
изолятора по месту содержания подсудимого под стражей.
27. По смыслу норм главы 40 УПК РФ изъятия, установленные при
особом порядке принятия судебного решения, позволяют суду не
проводить в общем порядке исследование собранных по делу
доказательств. В остальной части судебное заседание должно
проводиться с соблюдением требований соответствующих статей глав
35, 36, 38 и 39 УПК РФ.
В подготовительной части судебного заседания должно быть
обеспечено участие, наряду с подсудимым и его защитником,
государственного или частного обвинителя. Суду надлежит выяснить у
подсудимого, понятно ли ему обвинение, полностью ли он согласен с
обвинением и гражданским иском, если таковой заявлен, а также
поддерживает ли он свое ходатайство о постановлении приговора без
проведения судебного разбирательства; заявлено ли это ходатайство
добровольно и после консультаций с защитником; осознает ли он
последствия постановления приговора без проведения судебного
разбирательства. Если по делу обвиняется несколько лиц, а
ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного
разбирательства заявил лишь один обвиняемый, такое дело в отношении
всех обвиняемых должно рассматриваться в общем порядке.
28. При рассмотрении дела в особом порядке (раздел Х УПК РФ)
законом предусмотрено постановление лишь обвинительного приговора.
Поэтому в тех случаях, когда судья до вынесения приговора
установит, что по делу есть какие-либо обстоятельства,
препятствующие вынесению обвинительного приговора, либо имеются
основания для изменения квалификации содеянного, прекращения дела
или оправдания подсудимого, он выносит постановление о прекращении
особого порядка судебного разбирательства и назначает рассмотрение
уголовного дела в общем порядке.
Если подсудимый не согласен с некоторыми эпизодами обвинения
или выражает несогласие с основаниями или объемом предъявленного
гражданского иска, его ходатайство о постановлении приговора без
проведения судебного разбирательства удовлетворению не подлежит. В
этих случаях дело должно рассматриваться на общих основаниях.
Имея в виду, что в силу части 5 статьи 316 УПК РФ судья
исследует лишь обстоятельства, характеризующие личность
подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание
(часть 5 статьи 316 УПК РФ), суд не вправе отказать сторонам в
возможности участвовать в прениях, а подсудимому в последнем слове
высказаться по этим вопросам в порядке, предусмотренном статьями
292 и 293 УПК РФ. Назначение подсудимому наказания должно быть
мотивировано в приговоре.
Судам надлежит исходить из того, что закон не предусматривает
возможности применения особого порядка принятия судебного решения в
отношении несовершеннолетнего, поскольку в силу части 2 статьи 420
УПК РФ производство по уголовному делу о преступлении, совершенном
несовершеннолетним, осуществляется в общем порядке, установленном
частями 2 и 3 УПК РФ, с изъятиями, предусмотренными главой 50 этого
Кодекса. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с
законом по делам о преступлениях несовершеннолетних при
производстве судебного разбирательства с участием законного
представителя несовершеннолетнего необходимо установить условия его
жизни и воспитания, уровень психического развития и иные
особенности личности подсудимого, влияние на него старших по
возрасту лиц. При постановлении приговора наряду с вопросами,
указанными в статье 293 УПК РФ, суд обязан решить вопрос о
возможности освобождения подсудимого от наказания.
29. В соответствии с частями 7 и 8 статьи 246 УПК РФ полный
или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе
судебного разбирательства, а также изменение им обвинения в сторону
смягчения предопределяют принятие судом решения в соответствии с
позицией государственного обвинителя, поскольку
уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное
судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности
и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание
перед судом обеспечиваются обвинителем.
Вместе с тем государственный обвинитель в соответствии с
требованиями закона должен изложить суду мотивы полного или
частичного отказа от обвинения равно как и изменения обвинения в
сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания.
Суду надлежит рассмотреть указанные предложения в судебном
заседании с участием сторон обвинения и защиты на основании
исследования материалов дела, касающихся позиции государственного
обвинителя, и итоги обсуждения отразить в протоколе судебного
заседания.
Судебное решение, принятое в связи с полным или частичным
отказом государственного обвинителя от обвинения или в связи с
изменением им обвинения в сторону смягчения, может быть обжаловано
участниками судебного производства или вышестоящим прокурором в
апелляционном или кассационном порядке.
30. В соответствии с частью 1 статьи 402 УПК РФ в порядке
надзора могут быть пересмотрены приговоры, определения,
постановления судов первой инстанции, судебные решения судов
апелляционной и кассационной инстанций, вступившие в законную силу,
если об этом ходатайствуют подозреваемый, обвиняемый, осужденный,
оправданный или их защитники, законный представитель, потерпевший
или его представитель либо прокурор. Поступившие в суд надзорной
инстанции ходатайства других лиц и общественных организаций о
пересмотре в порядке надзора вступивших в законную силу названных
судебных решений рассмотрению не подлежат и возвращаются заявителям
с разъяснениями действующего процессуального законодательства.
31. Разъяснить судам, что в силу статьи 402 УПК РФ вступившие
в законную силу постановления судьи об избрании подозреваемому,
обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу (статья
108 УПК РФ) и о продлении им срока содержания под стражей (часть 8
статьи 109 УПК РФ), а также определения (постановления) суда о
продлении срока содержания подсудимого под стражей (часть 3 статьи
255 УПК РФ) могут быть пересмотрены в порядке надзора.
32. В связи с принятием настоящего постановления признать
утратившими силу постановления Пленума Верховного Суда Российской
Федерации:
от 27 апреля 1993 г. N 3 "О практике судебной проверки
законности и обоснованности ареста или продления срока содержания
под стражей" (в редакции постановления Пленума от 21 декабря
1993 г. N 11, с изменениями и дополнениями, внесенными
постановлением Пленума от 29 сентября 1994 г. N 6);
от 29 сентября 1994 г. N 6 "О выполнении судами постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 апреля 1993 года
N 3 "О практике судебной проверки законности и обоснованности
ареста или продления срока содержания под стражей" (в редакции
постановления Пленума от 25 октября 1996 г. N 10);
от 8 декабря 1999 г. N 84 "О практике применения судами
законодательства, регулирующего направление уголовных дел для
дополнительного расследования".

Председатель Верховного Суда
Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ

Секретарь Пленума, судья Верховного Суда
Российской Федерации В.В.ДЕМИДОВ

Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам

Неправильное применение норм материального и процессуального права повлекло ошибочное разрешение спора о признании недействительной сделки купли-продажи дома. В подтверждение факта заключения договора купли-продажи дома сторона по сделке не вправе ссылать

1. Неправильное применение норм материального
и процессуального права повлекло ошибочное
разрешение спора о признании недействительной
сделки купли-продажи дома. В подтверждение
факта заключения договора купли-продажи дома
сторона по сделке не вправе ссылаться
на свидетельские показания

(Извлечение)

Производственный кооператив (ПК) "Колорит" в октябре 1999 г.
обратился в суд с иском к К. и Л. о признании недействительным
договора купли-продажи домовладения и применении последствий
недействительности сделки, признании права собственности на дом за
производственным кооперативом.
В заявлении ПК "Колорит" сослался на следующие обстоятельства.
В 1990 году ему были выделены средства в размере 12 тыс. рублей на
покупку дома, находящегося рядом с помещением, которое занимал
кооператив, в целях строительства производственной базы и офиса.
К. как работник кооператива должен был оформить договор
купли-продажи на свое имя, поскольку в соответствии с действовавшим
на то время законодательством частное домовладение не могло быть
приобретено юридическим лицом.
13 ноября 1990 г. дом куплен у продавца В., действовавшего в
интересах Ж., и оформлен на имя К. Старый дом и постройки,
расположенные на участке, со временем были снесены и на их месте
силами и за счет средств кооператива "Колорит" возведены новые
постройки. В 1994 году этот дом принят в эксплуатацию. Однако К.
отказался признать право собственности кооператива на возведенный
дом и хозяйственные постройки и стал пользоваться ими как своей
собственностью. Кооператив просил признать договор купли-продажи
жилого дома, заключенный между В. и К., притворной сделкой и
признать право собственности на упомянутое строение за ним.
Решением Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 23 мая
2002 г. иск удовлетворен.
Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского
областного суда 21 августа 2002 г. решение суда оставила без
изменения.
Президиум Волгоградского областного суда 7 марта 2003 г.
протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ об отмене
судебных постановлений оставил без удовлетворения.
В надзорной жалобе К. поставил вопрос об отмене решения
Ворошиловского районного суда г. Волгограда, определения судебной
коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда и
постановления президиума этого же суда и вынесении нового решения
об отказе ПК "Колорит" в иске.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
17 июня 2003 г. судебные решения отменила, дело передала на
новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.
Удовлетворяя иск ПК "Колорит", суд признал договор
купли-продажи дома от 13 ноября 1990 г. притворной сделкой на
основании ст. 170 ГК РФ, применил последствия ее
недействительности, признав право собственности на возведенный дом
за ПК "Колорит".
Однако данная норма материального права применена судом
неправильно.
В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, т. е.
сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом
существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.
Таким образом, по основанию притворности может быть признана
недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение
других правовых последствий и прикрывает иную волю участников
сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки
недостаточно. Стороны должны преследовать общую цель и достичь
соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую
прикрывает юридически оформленная сделка. При этом, как следует из
примененной судом нормы, к прикрываемой сделке, на совершение
которой направлены действия сторон с целью создания соответствующих
правовых последствий, применяются относящиеся к ней правила, в том
числе о форме сделки.
Производственный кооператив "Колорит" не являлся стороной по
договору купли-продажи жилого дома от 13 ноября 1990 г., в связи с
чем правила, содержащиеся в п. 2 ст. 170 ГК РФ, в данном случае не
могут быть применены.
Истец не представил, а суд не сослался в решении на
доказательства того, что покупатель К. имел в виду иную сделку и
достиг соглашения по всем ее существенным условиям, и не привел
допустимых доказательств, свидетельствующих, что К. по заключенному
договору в действительности имел в виду сделку, согласно которой
жилой дом переходит в собственность кооператива "Колорит".
Как установлено в ст. 161 ГК РФ, сделки юридических лиц между
собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме,
за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.
В силу п. 2 ст. 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделок
обязательно в случаях, указанных в законе. То есть договор
купли-продажи жилого дома должен быть заключен в письменной форме.
Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны
права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки на
свидетельские показания (ст. 162 ГК РФ), а несоблюдение
нотариальной формы сделки влечет ее недействительность (ч. 1
ст. 165 ГК РФ).
Правило о соблюдении письменной формы сделки юридических лиц с
гражданами в отношении жилых домов и о лишении права сторон в
случае спора ссылаться в подтверждение сделки на свидетельские
показания содержалось и в ГК РСФСР (ст.ст. 44, 46), действовавшем
на момент продажи дома.
В соответствии со ст. 54 ГПК РСФСР (ст. 60 ГПК РФ)
обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены
определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться
никакими другими средствами доказывания.
В подтверждение факта заключения договора купли-продажи дома
между В. и ПК "Колорит" суд в решении сослался на показания
свидетелей, тогда как в соответствии со ст. 162 ГК РФ несоблюдение
простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора
ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские
показания (ст. 46 ГК РСФСР).
Как видно из материалов дела, покупателем по договору
купли-продажи выступал К.
В данном случае суд первой инстанции не применил правила,
относящиеся к иной сделке, чем та, которую стороны имели в виду, а
фактически изменил состав сторон по договору, произвел замену
одного из участников возникшего правоотношения, что не
предусмотрено п. 2 ст. 170 ГК РФ, которым руководствовался суд.
Письменных доказательств, подтверждающих факт передачи ПК
"Колорит" денег К., истец не представил суду. Ссылка же на
свидетельские показания в подтверждение совершения этой сделки (по
передаче денег) недопустима (ст. 44 ГК РСФСР, п. 1 ст. 162 ГК РФ).
Норма закона, на основании которой допускается прекращение
права собственности у К. и возникновение такого права у ПК
"Колорит" при отсутствии соответствующего договора, в решении суда
не указана.
До вынесения судом решения К. сделал заявление о необходимости
применения исковой давности относительно требований истца об
оспариваний договора купли-продажи. Об оформлении договора на имя
К. истец - производственный кооператив знал в 1990 году, что не
отрицал в суде.
Поскольку к возникшим отношениям п. 2 ст. 170 ГК РФ применен
ошибочно и других оснований ничтожности сделки в решении не
установлено, то положения п. 1 ст. 181 ГК РФ о десятилетнем сроке
исковой давности в данном случае неприменимы.
Суд, придя к выводу о том, что в силу действовавшего до
принятия Гражданского кодекса Российской Федерации законодательства
трехгодичный срок исковой давности по требованию о признании
недействительным договора купли-продажи не истек на 1 января
1995 г., исходил из того, что истцу стало известно о нарушении
его права в ноябре 1994 г., после принятия в эксплуатацию нового
дома, когда, как указал суд в решении, ответчик отказался признать
за кооперативом право собственности на вновь возведенное строение.
Между тем суд не учел, что истец заявлял требование о
признании недействительной сделки в отношении иного объекта -
прежнего строения. Кроме того, суд не дал в решении правовой оценки
и тому факту, что о совершении сделки между продавцом и К.,
которая, по мнению истца, является притворной, кооперативу
"Колорит" было известно 13 ноября 1990 г. Несмотря на это, никаких
претензий относительно совершенной К. сделки истец к нему не
предъявлял на протяжении пяти лет, вплоть до начала 1995 года.
Обстоятельства, которые препятствовали предъявлению
кооперативом требования о признании сделки недействительной в
отношении прежнего строения до 1995 года, в решении суда не
указаны.
Суд не сослался в решении на закон, в силу которого истцом
приобретено право собственности на новое строение, а также не
указал, возникло ли оно у кооператива в связи с применением
последствий притворной сделки либо по иным основаниям. Данное же
обстоятельство имеет существенное значение для определения момента
нарушения прав истца и длительности срока для защиты этого права.
В нарушение норм процессуального закона продавец Ж. была
привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, а не в
качестве ответчика, хотя она является стороной по сделке,
признанной судом притворной.
Как следует из материалов дела, ответчик в судебном заседании
неоднократно ссылался на то, что истец не является правопреемником
кооператива, действовавшего на момент заключения договора между В.
и К.
Однако вопреки требованиям ст. 197 ГПК РСФСР суд доводы
ответчика не опроверг, хотя от установления этого обстоятельства
зависит решение вопроса о праве истца на оспаривание сделки.
Кооператив "Колорит" сослался в исковом заявлении на то, что
он не мог по действовавшему на тот момент законодательству
приобрести в собственность жилой дом, поэтому последний был
оформлен на К. Данный довод истца судом не проверен. В частности,
соответствует ли он положениям Закона СССР от 6 марта 1990 г.
"О собственности в СССР", введенного в действие с 1 июля
1990 г. и действовавшего на момент заключения договора
купли-продажи дома. Норма закона, запрещающая совершать
производственным кооперативам сделки по приобретению в
собственность жилых помещений, в решении суда не указана.
Допущенные судом первой инстанции нарушения закона не учли
судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного
суда и президиум этого же суда, в связи с чем определение судебной
коллегии и постановление президиума также подлежат отмене.

______________

Обязанность уплатить таможенную пошлину за автомобиль не может быть принудительно возложена на покупателя, который на момент его покупки не знал и не мог знать о том, что покупаемый им автомобиль не оплачен таможенной пошлиной (Извлечение)

2. Обязанность уплатить таможенную пошлину
за автомобиль не может быть принудительно
возложена на покупателя, который на момент
его покупки не знал и не мог знать о том,
что покупаемый им автомобиль не оплачен
таможенной пошлиной

(Извлечение)

25 сентября 1997 г. Ю. купила в обществе с ограниченной
ответственностью "Вента" автомобиль "Лэнд Ровер-Дискавери" 1997
года выпуска. Автомобиль раньше принадлежал на праве собственности
Г. 30 сентября 1997 г. истица получила свидетельство о регистрации
транспортного средства.
Впоследствии выяснилось, что при перемещении автомобиля на
таможенную территорию Российской Федерации за него не уплачена
таможенная пошлина. В связи с этим 5 февраля 2001 г. данный
автомобиль у Ю. был изъят и помещен на склад временного хранения
закрытого акционерного общества (ЗАО) "Транспортная фирма "Очаково"
для таможенного оформления, затем он был перемещен на склад ЗАО
"ТЭК Альфа ТЖЧК". Работником центральной акцизной таможни было
возбуждено дело по ч. 1 ст. 279 Тамеженного кодекса Российской
Федерации (ТК РФ) в отношении С. о нарушении таможенных правил.
Постановлением от 4 сентября 2001 г. производство по этому делу
было прекращено в связи с истечением срока наложения взыскания.
Ю. обратилась в суд с иском к центральной акцизной таможне,
ЗАО "ТЭК Альфа ТЖЧК" об истребовании автомобиля, ссылаясь на то,
что она является добросовестным приобретателем автомобиля и его
законным собственником.
Решением Таганского районного суда г. Москвы от 10 июня
2002 г. в иске отказано. Судебная коллегия по гражданским
делам Московского городского суда 10 сентября 2002 г. решение суда
отменила и дело направила на новое судебное рассмотрение. Президиум
Московского городского суда 13 февраля 2003 г. кассационное
определение судебной коллегии отменил и дело направил на новое
рассмотрение в суд второй инстанции. При новом рассмотрении дела в
кассационном порядке судебная коллегия по гражданским делам
Московского городского суда определением от 2 апреля 2003 г.
решение районного суда оставила без изменения.
В надзорной жалобе Ю. просила отменить постановление
президиума Московского городского суда и оставить в силе
определение судебной коллегии по гражданским делам Московского
городского суда от 10 сентября 2002 г. о направлении дела на новое
судебное рассмотрение.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
12 августа 2003 г. постановление президиума и определение
судебной коллегии от 2 апреля 2003 г. отменила и оставила в силе
определение судебной коллегии от 10 сентября 2002 г., указав
следующее.
Отменяя решение суда об отказе Ю. в иске, коллегия указала в
определении от 10 сентября 2002 г. о том, что договор купли-продажи
автомашины не признан недействительным.
Президиум Московского городского суда, отменяя это определение
суда и направляя дело на новое кассационное рассмотрение,
согласился с решением районного суда, признавшего изъятие
автомобиля обоснованным, поскольку он является непосредственным
объектом нарушения таможенных правил.
Однако с такими выводами согласиться нельзя.
В соответствии со ст. 131 ТК РФ никто не вправе пользоваться и
распоряжаться товарами и транспортными средствами, в отношении
которых таможенное оформление не завершено, за исключением случаев,
предусмотренных настоящим Кодексом и нормативными актами
Государственного таможенного комитета Российской Федерации.
Государственный таможенный комитет Российской Федерации вправе
устанавливать условия и налагать ограничения на пользование и
распоряжение товарами и транспортными средствами, в отношении
которых таможенное оформление не завершено.
Согласно ч. 8 ст. 124 ТК РФ при незаконном перемещении товаров
и транспортных средств через таможенную границу Российской
Федерации солидарную ответственность за уплату таможенных платежей
несут лица, незаконно перемещающие товары и транспортные средства,
лица, участвующие в незаконном перемещении, если они знали или
должны были знать о незаконности такого перемещения, а при ввозе -
также лица, которые приобрели в собственность или во владение
незаконно ввезенные товары и транспортные средства, если в момент
приобретения они знали или должны были знать о незаконности ввоза.
По смыслу приведенных правовых норм, уплата таможенных
платежей как необходимое условие таможенного оформления автомобиля
является публично-правовой обязанностью, которая лежит в первую
очередь на декларанте, а также на лицах, незаконно переместивших
автомобиль, лицах, участвующих в незаконном перемещении, если они
знали или должны были знать о незаконности такого перемещения, а
при ввозе - также лица, которые приобрели в собственность или во
владение незаконно ввезенные транспортные средства, если в момент
приобретения они знали или должны были знать о незаконности ввоза.
Обязанность уплатить таможенную пошлину за автомобиль не может быть
принудительно возложена на покупателя, который на момент его
покупки не знал и не должен был знать о том, что покупаемый им
автомобиль не оплачен таможенной пошлиной. А поскольку такой
покупатель не является участником таможенных отношений и на нем не
лежит обязанность по уплате таможенной пошлины, у него нельзя
изымать автомобиль и помещать в зону складирования до уплаты
таможенной пошлины.
Как видно из материалов дела, нет доказательств того, что во
время покупки автомобиля "Лэнд Ровер-Дискавери" Ю. знала о том, что
при перемещении автомобиля на территорию России за него не была
уплачена таможенная пошлина.
Недостаток в таможенном оформлении товаров, если он сводится
лишь к неуплате таможенной пошлины, устраним. Таможенный орган
Российской Федерации вправе в этом случае обратиться в суд о
взыскании таможенных платежей с обязанных к их уплате физических
лиц в судебном порядке (ч. 1 ст. 124 ТК РФ).
Обосновывая вывод о правильности изъятия у Ю. автомобиля,
районный суд, президиум городского суда и судебная коллегия
(определение от 2 апреля 2003 г.) указали также на то, что сделка с
товаром, таможенное оформление которого не завершено, ничтожна.
Данное обоснование в настоящем случае является неправильным.
Автомобиль у Ю. изъят таможенным органом и помещен в зону
складирования не в связи с тем, что совершенная ею сделка с
автомобилем ничтожна, а потому что при его перемещении на
таможенную территорию Российской Федерации не была уплачена
таможенная пошлина. Право собственности Ю. на автомобиль никем не
оспаривалось.
При таких обстоятельствах нельзя признать законными решение
районного суда, а также постановление президиума городского суда от
13 февраля 2003 г. и вынесенное после него определение судебной
коллегии от 2 апреля 2003 г. об оставлении решения районного суда
без изменения.

____________

Признан незаконным и не подлежащим применению со дня вынесения решения суда абз. 2 п. 7 Примерных правил учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в РСФСР (утвержденных постановлением Совета Министров РСФСР

3. Признан незаконным и не подлежащим применению со
дня вынесения решения суда абз. 2 п. 7 Примерных правил
учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий,
и предоставления жилых помещений в РСФСР (утвержденных
постановлением Совета Министров РСФСР от 31 июля 1984 г. N 335;
с последующими изменениями и дополнениями) в части указания
на то, что в правилах учета граждан, нуждающихся в улучшении
жилищных условий, и предоставления жилых помещений
с учетом местных условий устанавливается продолжительность
проживания граждан в общежитиях в случае, указанном
в подп. "д" этого пункта

(Извлечение)

Постановлением Совета Министров РСФСР от 31 июля 1984 г. N 335
утверждены Примерные правила учета граждан, нуждающихся в улучшении
жилищных условий, и предоставления жилых помещении в РСФСР (далее -
Примерные правила).
Д. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании
незаконным последнего абзаца п. 7 Примерных правил,
предусматривающего, что в правилах учета граждан, нуждающихся в
улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений,
утверждаемых Советами Министров автономных республик,
исполнительными комитетами краевых, областных, Московского и
Ленинградского городских Советов народных депутатов, с учетом
местных условий устанавливается продолжительность проживания
граждан в общежитиях и на условиях поднайма либо найма жилых
помещений в случаях, указанных в подп. "д" и "е" настоящего пункта,
а также могут быть предусмотрены дополнительные основания признания
граждан нуждающимися в улучшении жилищных условий.
В обоснование требования заявитель сослался на несоответствие
оспоренного положения нормативного акта федеральному закону и
нарушение своих прав и законных интересов.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ,
рассмотрев дело по первой инстанции, 30 мая 2003 г. в
удовлетворении требования отказала.
В кассационной жалобе Д. поставил вопрос об отмене судебного
решения, ссылаясь на неправильное применение норм материального
закона.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 18 сентября 2003 г.
решение Судебной коллегии отменила по следующим основаниям.
Судебной коллегией было указано, что оспоренное положение
Примерных правил не противоречит федеральному закону, в частности
ст. 29 ЖК РСФСР, так как установленное п. 5 ч. 1 этой статьи
основание признания граждан нуждающимися в улучшении жилищных
условий (граждане, проживающие в общежитиях, за исключением
сезонных и временных работников, лиц, работающих по срочному
трудовому договору, а также граждан, поселившихся в связи с
обучением) воспроизведено в подп. "д" п. 7 Примерных правил.
Предусмотренное же абз. 2 п. 7 Примерных правил положение о
возможности установления в правилах учета граждан, нуждающихся в
улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений с
учетом местных условий продолжительности проживания граждан,
указанных в подп. "д" настоящего пункта, в общежитиях, по мнению
суда первой инстанции, не относится к основаниям признания граждан
нуждающимися в улучшении жилищных условий, а устанавливаемый (во
исполнение оспоренного предписания Примерных правил) субъектом
Российской Федерации срок проживания в общежитии - это лишь условие
возникновения у граждан права на получение жилого помещения, что
вытекает из содержания ст. 28 ЖК РСФСР.
Между тем заявитель не требовал признать незаконным по
настоящему делу подп. "д" п. 7 Примерных правил, соответствующий
п. 5 ст. 29 ЖК РСФСР.
Оспоренный же Д. абз. 2 п. 7 Примерных правил, во-первых,
предусматривает не возможность установления продолжительности
проживания граждан в общежитиях (даже в качестве условия для
признания граждан нуждающимися в улучшении жилищных условий), а
содержит императивную норму, обязательную для исполнения ее всеми
субъектами Российской Федерации. Лишь установление конкретного
срока продолжительности такого проживания граждан в общежитиях
обусловлено необходимостью учета местных условий в конкретных
субъектах Российской Федерации.
Во-вторых, в п. 5 ст. 29 ЖК РСФСР определено конкретное
основание для признания граждан нуждающимися в улучшении жилищных
условий - проживание в общежитиях (за рядом исключений).
Дополнительного условия о введении какого-либо срока проживания в
общежитиях в данной норме нет. В отличие от п. 5 в п. 6 ст. 29 ЖК
РСФСР законодатель обусловил конкретное основание для признания
граждан нуждающимися в улучшении жилищных условий - проживание
граждан на условиях поднайма в домах государственного и
общественного жилищного фонда (а также найма в домах
жилищно-строительных кооперативов либо в домах, принадлежащих
гражданам на праве личной собственности, не имеющих другой жилой
площади) необходимостью учета длительности такого проживания.
Поэтому Кассационная коллегия не может согласиться с выводом
Судебной коллегии о соответствии абз. 2 п. 7 Примерных правил в
части, касающейся граждан, проживающих в общежитиях (за рядом
исключений), ст. 29 ЖК РСФСР.
Таким образом, Примерные правила в оспоренной части изданы
Советом Министров РСФСР с превышением имеющихся у него полномочий
(фактически с подменой полномочий законодателя), а неправомерно
введенное дополнительное условие для признания граждан, проживающих
в общежитиях, нуждающимися в улучшении жилищных условий -
необходимость установления субъектами Российской Федерации
определенного срока проживания таких граждан в общежитиях -
ограничивает права указанных граждан на постановку на учет,
следовательно, и на предоставление жилых помещений.
В обоснование вынесенного решения Судебная коллегия сослалась
также на ст. 28 ЖК РСФСР.
Однако к рассматриваемому вопросу ст. 28 ЖК РСФСР не может
быть применена. В данной норме условием для признания граждан
нуждающимися в улучшении жилищных условий является постоянное
проживание таких граждан в населенном пункте.
Оспоренным же положением Примерных правил подобное условие
введено в отношении конкретных категорий граждан - граждан,
проживающих в общежитиях.
Поскольку абз. 2 п. 7 Примерных правил противоречит норме
федерального закона, ссылка в судебном решении на положения
Конституции Российской Федерации о разграничении предметов ведения
между Российской Федерацией и субъектами Российской Федерации
несостоятельна, так как эти положения Конституции Российской
Федерации не регулируют рассматриваемый по данному делу вопрос,
касающийся разграничения полномочий законодателя и высшего органа
исполнительной власти в Российской Федерации.
Согласно же ст. 115 Конституции Российской Федерации (и
соответствующих статей Федерального конституционного закона
"О Правительстве Российской Федерации") Правительство
Российской Федерации издает постановления и распоряжения на
основании и во исполнение Конституции Российской Федерации,
федеральных законов, нормативных указов Президента Российской
Федерации.
Следовательно, акты Правительства должны соответствовать
Конституции Российской Федерации, федеральным законам и нормативным
указам Президента Российской Федерации.
Указание в ст. 49 ЖК РСФСР на то, что правила учета граждан,
нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых
помещений утверждаются в порядке, определяемом Советом Министров
РСФСР, не исключает содержащегося в Конституции Российской
Федерации и Федеральном конституционном законе требования о
соответствии таких Правил, в частности, федеральному закону.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ решение Судебной
коллегии Верховного Суда РФ отменила, вынесла новое решение,
которым признала незаконным и не подлежащим применению со дня
вынесения настоящего решения абз. 2 п. 7 Примерных правил учета
граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления
жилых помещений в РСФСР (утвержденных постановлением Совета
Министров РСФСР от 31 июля 1984 г. N 335; с последующими
изменениями и дополнениями) в части указания на то, что в правилах
учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и
предоставления жилых помещений с учетом местных условий
устанавливается продолжительность проживания граждан в общежитиях в
случае, указанном в подп. "д" этого пункта.

____________

Признано недействующим с 1 января 2002 г. второе предложение абз. 1 п. 9 Порядка предоставления и финансирования дополнительных выплат лицам, находившимся в Чеченской Республике (утвержденного постановлением Минтруда России от 14 февраля 1995 г. N 10): "П

4. Признано недействующим с 1 января 2002 г.
второе предложение абз. 1 п. 9 Порядка
предоставления и финансирования
дополнительных выплат лицам, находившимся
в Чеченской Республике (утвержденного
постановлением Минтруда России
от 14 февраля 1995 г. N 10): "При этом для лиц, принятых
на работу в Территориальное управление
федеральных органов исполнительной власти
в Чеченской Республике, федеральные
территориальные органы исполнительной власти
на территории Чеченской Республики
и проработавших менее трех полных месяцев,
расчетным периодом является
время фактической работы"

(Извлечение из решения Судебной коллегии Верховного Суда РФ)

С. обратилась в Верховный Суд РФ с заявлением о признании
недействующими абз. 1 и 3 п. 9 Порядка предоставления и
финансирования дополнительных выплат лицам, находившимся в
Чеченской Республике (утвержденного постановлением Минтруда России
от 14 февраля 1995 г. N 10 и зарегистрированного в Минюсте России
17 февраля 1995 г., далее - Порядок).
Заявительница указала, что оспариваемые положения нормативного
правового акта противоречат действующему законодательству
Российской Федерации и нарушают гражданские права и охраняемые
законом интересы граждан, жизни или здоровью которых нанесен вред
при исполнении ими своих обязанностей государственных служащих в
Чеченской Республике, и уточнила:
абз. 1 п. 9 Порядка содержит норму о расчете среднего
заработка для установления размера единовременной материальной
помощи исходя из трех, а не двенадцати месяцев работы работника,
что приводит к снижению размера материальной помощи, подлежащей
выплате членам семьи умершего работника; абз. 3 п. 9 Порядка не
предусматривает возможности индексации дополнительной
единовременной материальной помощи в соответствии с нормами
Гражданского кодекса Российской Федерации.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ,
рассмотрев дело 21 июля 2003 г. по первой инстанции, заявление С.
частично удовлетворила по следующим основаниям.
Согласно ч. 2 ст. 253 ГПК РФ суд признает нормативный правовой
акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или
иного указанного судом времени, если установит, что оспариваемый
нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному
закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую
юридическую силу.
При рассмотрении требований в отношении первого предложения
абз. 1 и абз. 3 п. 9 Порядка таких обстоятельств судом не
установлено.
В п. 1 постановления Правительства Российской Федерации от
12 января 1995 г. N 19 "О дополнительных выплатах лицам,
находившимся в Чеченской Республике" (в ред. от 29 ноября 2000 г.)
указано, что в случае гибели (смерти), увечья (ранения, травмы,
контузии) лиц, замещающих государственные должности федеральной
государственной службы, федеральных территориальных органов
исполнительной власти на территории Чеченской Республики, и лиц,
командированных в Чеченскую Республику, выплачивается
дополнительная единовременная материальная помощь:
членам семей погибших (умерших) - женам (мужьям), детям, не
достигшим 18 лет (учащимся в возрасте до 23 лет), либо старше этого
возраста, если они стали инвалидами до достижения 18 лет, отцам и
матерям - в 100-кратном размере среднемесячной заработной платы в
равных долях каждому члену семьи;
лицам, ставшим вследствие увечья (ранения, травмы, контузии)
инвалидами I и II групп, а также потерявшим возможность дальнейшего
выполнения трудовых обязанностей по специальности, - в 50-кратном
размере среднемесячной заработной платы, а ставшим инвалидами III
группы - в 20-кратном размере среднемесячной заработной платы;
лицам, получившим тяжелое увечье (ранение, травму,
контузию), - в 10-кратном размере среднемесячной заработной платы;
лицам, получившим легкое увечье (ранение, травму, контузию), -
в 5-кратном размере среднемесячной заработной платы.
Единовременная материальная помощь не выплачивается лицам,
подлежащим обязательному государственному личному страхованию в
случаях и порядке, предусмотренных законодательством Российской
Федерации.
Согласно п. 3 постановления Министерству труда Российской
Федерации и Министерству социальной защиты населения Российской
Федерации совместно с заинтересованными органами в 2-недельный срок
надлежит определить порядок предоставления выплат, а Министерству
финансов Российской Федерации - порядок финансирования мероприятий,
предусмотренных данным постановлением.
Таким образом, утверждая оспариваемый Порядок, Минтруд России
действовал в пределах предоставленных ему полномочий.
В абз. 1 п. 9 Порядка указано, что средний заработок для
установления размера дополнительной единовременной материальной
помощи определяется в соответствии с действующим порядком
исчисления среднего заработка. При этом для лиц, принятых на работу
в Территориальное управление федеральных органов исполнительной
власти в Чеченской Республике, федеральные территориальные органы
исполнительной власти на территории Чеченской Республики и
проработавших менее трех полных месяцев, расчетным периодом
является время фактической работы.
Доводы заявительницы и ее представителя в подтверждение
незаконности первого предложения абз. 1 п. 9 Порядка
несостоятельны.
Содержащаяся в нем норма носит бланкетный (отсылочный)
характер, поскольку она непосредственно не устанавливает порядок
исчисления среднего заработка для определения размера
дополнительной единовременной материальной помощи, а отсылает к
действующему порядку исчисления среднего заработка.
Из объяснений представителей Министерства труда и социального
развития Российской Федерации, Министерства финансов Российской
Федерации и Министерства юстиции Российской Федерации следует, что
в настоящее время средний заработок для определения размера
дополнительной единовременной материальной помощи следует исчислять
в соответствии со ст. 139 ТК РФ.
В силу ч. 3 названной статьи Кодекса при любом режиме работы
расчет средней заработной платы работника производится исходя из
фактически начисленной ему заработной платы и фактически
отработанного им времени за 12 месяцев, предшествующих моменту
выплаты.
Поэтому у суда нет оснований считать, что первое предложение
абз. 1 п. 9 Порядка противоречит приведенной норме закона.
В то же время суд полагает, что второе предложение абз. 1 п. 9
Порядка подлежит признанию недействующим со дня введения в действие
Трудового кодекса Российской Федерации.
В ч. 7 ст. 139 Кодекса предусмотрено, что особенности порядка
исчисления средней заработной платы, установленного настоящей
статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом
мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию
социально-трудовых отношений.
Следовательно, со дня введения в действие Трудового кодекса
Российской Федерации Минтруд России не вправе определять
особенности порядка исчисления средней заработной платы работников.
Данное обстоятельство признано в судебном заседании и
представителями Минтруда России.
Согласно п. 10 Порядка выплата дополнительной единовременной
материальной помощи производится сверх выплат по государственному
социальному страхованию и (или) выплат в возмещение вреда,
причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им
обязанностей по трудовому договору (контракту).
Анализ приведенного пункта Порядка в совокупности с нормами
постановления Правительства Российской Федерации от 12 января 1995
г. N 19 "О дополнительных выплатах лицам, находившимся в Чеченской
Республике" свидетельствует о том, что выплата дополнительной
единовременной материальной помощи представляет собой
дополнительную меру социальной защиты лиц, пострадавших в
результате кризиса в Чеченской Республике, правовой базой для
которой является именно указанное постановление Правительства
Российской Федерации, а не глава 59 Гражданского кодекса Российской
Федерации ("Обязательства вследствие причинения вреда").
Поэтому доводы заявительницы о несоответствии абз. 1 п. 9
Порядка ст.ст. 1086, 1089, 1091 ГК РФ, ст. 12 Федерального закона
"Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на
производстве и профессиональных заболеваний" суд находит
необоснованными.
Вышеизложенное в полной мере относится и к абз. 3 п. 9
Порядка, предусматривающего, что при изменении в период между
расчетным периодом и днем выплаты дополнительной единовременной
материальной помощи должностных окладов (тарифных ставок) по
отрасли или в организации исчисленный средний заработок
индексируется на коэффициент этого повышения.
Установив дополнительные выплаты лицам, находившимся в
Чеченской Республике, Правительство Российской Федерации, как
указано выше, уполномочило на определение порядка предоставления
выплат Минтруд России, который вправе был предусмотреть
оспариваемый механизм индексации единовременной материальной помощи
в зависимости от коэффициента повышения должностных окладов
(тарифных ставок).
Таким образом, несостоятелен и довод заявительницы о
противоречии абз. 3 п. 9 Порядка ст. 2 Закона РСФСР от 24 октября
1991 г. N 1799-I "Об индексации денежных доходов и сбережений
граждан в РСФСР".
Судебная коллегия Верховного Суда РФ, рассмотрев дело по
первой инстанции, заявление С. удовлетворила частично: признала
недействующим с 1 января 2002 г. второе предложение абз. 1 п. 9
Порядка предоставления и финансирования дополнительных выплат
лицам, находившимся в Чеченской Республике, утвержденного
постановлением Министерства труда Российской Федерации от
14 февраля 1995 г. N 10, в остальной части заявление С. оставила
без удовлетворения.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 2 октября 2003 г.
решение оставила без изменения.

_____________

Нахождение в охотничьих угодьях с оружием, независимо от наличия на оружии чехла, приравнивается к охоте (Извлечение)

5. Нахождение в охотничьих угодьях с оружием,
независимо от наличия на оружии чехла,
приравнивается к охоте

(Извлечение)

Прокурор Камчатской области обратился в суд с заявлением о
признании противоречащим федеральному законодательству,
недействующим и не подлежащим применению положения Закона
Камчатской области от 3 августа 2001 г. "Об охоте и охотничьем
хозяйстве в Камчатской области", в частности ч. 2 ст. 4,
устанавливающей, что к охоте приравнивается нахождение в охотничьих
угодьях с незачехленным охотничьим оружием, капканами и иными
орудиями охоты, собаками без поводков и намордников, другими
ловчими животными и птицами либо с продукцией охоты.
Решением Камчатского областного суда от 16 апреля 2003 г.
требования прокурора удовлетворены, слова ч. 2 ст. 4 оспариваемого
Закона "с незачехленным охотничьим оружием" признаны
противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не
подлежащими применению со дня вступления решения суда в законную
силу.
В кассационных жалобах представителя губернатора Камчатской
области, Совета народных депутатов Камчатской области поставлен
вопрос об отмене решения суда в части признания противоречащим
федеральному законодательству, недействующим и не подлежащим
применению оспариваемого положения ст. 4 Закона области.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
20 июня 2003 г. оснований для отмены решения суда не нашла, указав
следующее.
В силу ст. 41 Федерального закона от 24 апреля 1995 г. N 52-ФЗ
"О животном мире" отношения в области охоты и охотничьего хозяйства
регулируются на основе настоящего Федерального закона, специальным
федеральным законом и принимаемыми в соответствии с ним другими
федеральными законами, иными нормативными правовыми актами
Российской Федерации.
В соответствии с п. 10 Положения об охоте и охотничьем
хозяйстве РСФСР, утвержденного постановлением Совета Министров
РСФСР от 10 октября I960 г. N 1548 (действующего в настоящее
время), "нахождение в охотничьих угодьях с оружием...
приравнивается к охоте". При этом не конкретизировано, в каком
именно виде должно находиться оружие: зачехленном или ином.
В п. 11 этого же Положения указано, что производство охоты
регулируется правилами, издаваемыми Советами Министров автономных
республик, крайисполкомами, облисполкомами в соответствии с
типовыми правилами охоты, утверждаемыми Главным управлением
охотничьего хозяйства и заповедников при Совете Министров РСФСР.
Согласно ч. 2 п. 1 Типовых правил охоты в РСФСР, утвержденных
приказом Главного управления охотничьего хозяйства и заповедников
при Совете Министров РСФСР от 4 января 1988 г. (в редакции приказов
от 3 мая 1988 г., от 23 мая 1989 г., от 26 апреля 1990 г. и 30 мая
1991 г.), нахождение в охотничьих угодьях с огнестрельным
оружием... или с охотничьим оружием в собранном виде на дорогах
общего пользования приравнивается к производству охоты.
Проанализировав положения федерального законодательства, суд
пришел к правильному выводу о том, что оно приравнивает нахождение
в охотничьих угодьях с огнестрельным оружием к производству охоты,
поэтому норма оспариваемого Закона области в части слов "с
незачехленным охотничьим оружием" как противоречащая федеральному
законодательству обоснованно признана недействующей и не подлежащей
применению.
Доводы представителей Совета народных депутатов и
администрации Камчатской области о том, что названные нормативные
правовые акты Правительства не могут применяться, так как приняты
не на основе Федерального закона от 24 апреля 1995 г. "О животном
мире", обоснованно признаны несостоятельными.
В силу ч. 2 ст. 115 Конституции Российской Федерации
постановления и распоряжения Правительства Российской Федерации
обязательны к исполнению в Российской Федерации.
Указом Президента Российской Федерации от 23 декабря 1993 г.
N 2277 "О преобразовании и реорганизации Совета Министров -
Правительства Российской Федерации" в связи с принятием всенародным
голосованием 12 декабря 1993 г. Конституции Российской Федерации и
необходимостью приведения в соответствие с ее положениями структуры
исполнительной власти Российской Федерации Совет Министров -
Правительство Российской Федерации преобразован в Правительство
Российской Федерации.
В ст. 23 Федерального конституционного закона от 17 декабря
1997 г. N 2-ФКЗ "О Правительстве Российской Федерации" также
содержится указание о том, что постановления и распоряжения
Правительства Российской Федерации обязательны к исполнению в
Российской Федерации.
Исходя из анализа названных правовых норм, как правильно
указал суд в решении, следует, что принятые ранее нормативные
правовые акты Правительства Российской Федерации и действующие на
сегодняшний день обязательны к исполнению на всей территории
Российской Федерации. Поскольку Правительством Российской Федерации
не приняты в соответствии с Федеральным законом "О животном мире"
иные нормативно-правовые акты, вышеназванные нормативно-правовые
акты, регулирующие вопросы охоты и охотничьего хозяйства, применимы
на территории Российской Федерации, и законы субъекта Российской
Федерации, регулирующие эти же вопросы, не должны им противоречить.
Ссылка представителя администрации Камчатской области на
Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии" и
постановление Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 г.
N 814 "О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного
оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации"
ошибочна, поскольку, как правильно указал суд, названное
законодательство регулирует вопросы, касающиеся оборота оружия.
Утверждение в кассационных жалобах о том, что в связи с
отсутствием специального федерального закона, регулирующего
отношения в области охоты и охотничьего хозяйства, и наличием
только постановления Совета Министров РСФСР от 10 октября 1960 г.
N 1548 приоритет имеет закон субъекта Российской Федерации,
основано на неправильном толковании норм материального права.
Вопросы совместного ведения Российской Федерации и субъектов
Российской Федерации регулируются на федеральном уровне не только
законами Российской Федерации, но и иными нормативными актами, в
частности Указами Президента и постановлениями Правительства
Российской Федерации. Поэтому законы субъекта Российской Федерации
по вопросам совместного ведения не должны противоречить и указанным
нормативным актам.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
решение Камчатского областного суда от 16 апреля 2003 г. оставила
без изменения, а кассационные жалобы представителя губернатора
Камчатской области и Совета народных депутатов Камчатской области -
без удовлетворения.

_____________

Наделение органов государственной власти полномочиями на осуществление государственного экологического контроля на объектах хозяйственной и иной деятельности не лишает органы местного самоуправления права на осуществление на тех же объектах, находящихся н

6. Наделение органов государственной власти
полномочиями на осуществление
государственного экологического контроля на
объектах хозяйственной и иной деятельности не
лишает органы местного самоуправления права на
осуществление на тех же объектах, находящихся
на территории муниципального образования,
муниципального экологического контроля

(Извлечение)

Заместитель прокурора Пермской области обратился в суд с
заявлением, в котором просил признать абз. 5 п. 1 ст. 9 Закона
Пермской области от 9 декабря 2002 г. N 502-94 "Об охране
окружающей среды Пермской области" недействующим, указав, что
названная норма Закона Пермской области противоречит федеральному
законодательству.
Решением Пермского областного суда от 18 марта 2003 г.
прокурору в удовлетворении заявления отказано.
Администрация г. Перми в кассационной жалобе, прокурор в
представлении просили об отмене решения суда, ссылаясь на его
незаконность и необоснованность.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
26 мая 2003 г. жалобу и представление удовлетворила по следующим
основаниям.
В силу абз. 5 п. 1 ст. 9 Закона Пермской области "Об охране
окружающей среды Пермской области" органы местного самоуправления в
соответствии с федеральным законодательством осуществляют
муниципальный экологический контроль на объектах, не отнесенных к
объектам федерального государственного экологического контроля и
государственного экологического контроля Пермской области.
Оспаривая приведенные положения областного Закона, прокурор
сослался на неправомерность ограничения определенного федеральным
законом права органов местного самоуправления на осуществление
муниципального экологического контроля на территории муниципального
образования.
Отказывая заявителю в удовлетворении требований, суд указал на
то, что участие органов местного самоуправления в охране окружающей
среды может касаться лишь объектов охраны окружающей среды,
предусмотренных ст. 4 Федерального закона от 10 января 2002 г.
N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" - это земли, недра, почвы,
поверхностные и подземные воды, леса и иная растительность,
животные и т. д., а также объектов хозяйственной и иной
деятельности, не включенных в федеральный и областной перечень
объектов, подлежащих государственному экологическому контролю.
Данный вывод не основан на законе и является ошибочным.
В подп. 29 п. 2 ст. 6 Федерального закона от 28 августа
1995 г. N 154-ФЗ "Об общих принципах организации местного
самоуправления в Российской Федерации" предусмотрено право органа
местного самоуправления на участие в охране окружающей среды на
территории муниципального образования. Суд же подменил понятие
муниципального экологического контроля более широким понятием
участия органов местного самоуправления в охране окружающей среды,
в результате чего неправомерно смешал объекты охраны окружающей
среды с объектами экологического контроля.
Из положений Федерального закона "Об охране окружающей среды"
нельзя сделать вывод о праве органов местного самоуправления на
осуществление муниципального экологического контроля лишь за теми
объектами, которые не подлежат государственному экологическому
контролю. Норма ст. 68, предоставляющая органам местного
самоуправления право на осуществление муниципального экологического
контроля на территории муниципального образования, подобных
ограничений не содержит.
В соответствии с п. 2 ст. 64 названного Федерального закона в
Российской Федерации осуществляется государственный,
производственный, муниципальный и общественный контроль в области
охраны окружающей среды. В силу ст. 3 Закона одним из основных
принципов охраны окружающей среды является независимость такого
контроля.
О независимости каждого из перечисленных выше видов
экологического контроля свидетельствуют, например, положения
ст.ст. 65, 67 и 68 Федерального закона.
Так, согласно пп. 1 и 2 ст. 65 Закона государственный контроль
в области охраны окружающей среды (государственный экологический
контроль) осуществляется федеральными органами исполнительной
власти и органами исполнительной власти субъектов Российской
Федерации (полномочия их приведены в ст.ст. 5 и 6 Закона) и в
порядке, установленном Правительством Российской Федерации, которое
также определяет Перечень объектов, подлежащих федеральному
государственному экологическому контролю.
В п. 2 ст. 67 Закона указано, что субъекты хозяйственной и
иной деятельности (вне зависимости от того, включены они в тот или
иной перечень объектов экологического контроля или нет) обязаны
предоставить сведения об организации производственного
экологического контроля в органы исполнительной власти и органы
местного самоуправления, осуществляющие соответственно
государственный и муниципальный контроль в порядке, установленном
законодательством.
При этом согласно ст. 7 полномочия органов местного
самоуправления в сфере отношений, связанных с охраной окружающей
среды (включая полномочия на осуществление муниципального
экологического контроля), должны определяться в соответствии с
федеральными законами, а порядок проведения данного вида контроля в
силу п. 2 ст. 68 устанавливаться нормативными правовыми актами
органов местного самоуправления.
В силу п. 5 ст. 68 Закона результаты общественного контроля в
области охраны окружающей среды (общественного экологического
контроля), представленные в органы государственной власти
Российской Федерации, органы государственной власти субъектов
Российской Федерации, органы местного самоуправления, подлежат
обязательному рассмотрению в порядке, предусмотренном
законодательством.
Таким образом, возможность осуществления каждого из
предусмотренных Законом видов экологического контроля на объектах
хозяйственной и иной деятельности обусловлена, в частности,
пределами компетенции субъекта контроля, порядком его проведения и
не может зависеть исключительно от степени загрязнения и
негативного воздействия этих объектов на окружающую среду или от их
ведомственной принадлежности.
Приведенные критерии в соответствии со ст.ст. 5 и 6
Федерального закона положены в основу разграничения полномочий
между органами государственной власти Российской Федерации и ее
субъектов в рамках одного вида экологического контроля -
государственного. Подобного разграничения полномочий между
указанными органами государственной власти и органами местного
самоуправления в области муниципального экологического контроля
Закон не содержит. Названные положения не свидетельствуют о том,
что при осуществлении муниципального экологического контроля на
объектах, подлежащих государственному экологическому контролю,
происходит подмена органов государственной власти органами местного
самоуправления, поскольку виды осуществляемых ими функций контроля
не совпадают ни по объему предоставленных им полномочий, ни по
порядку их реализации.
В связи с этим довод суда о том, что органы местного
самоуправления не наделены в установленном законом порядке
государственными полномочиями по осуществлению государственного
экологического контроля, не мог служить поводом к отказу в
удовлетворении заявленных прокурором требований, для правильного
разрешения которых данное обстоятельство правового значения не
имеет. Как указывалось выше, суд ошибочно посчитал, что наделение
органов государственной власти полномочиями на осуществление
государственного экологического контроля на объектах хозяйственной
и иной деятельности лишает органы местного самоуправления
полномочий на осуществление на тех же объектах, находящихся на
территории муниципального образования, муниципального
экологического контроля.
Учитывая, что решение суда постановлено в результате
неправильного применения норм материального права, установления
новых обстоятельств, имеющих значение для дела, и их доказывания не
требуется, Судебная коллегия отменила данное решение и вынесла
новое - об удовлетворении заявления прокурора и признании абз. 5
п. 1 ст. 9 областного Закона недействующим с момента вступления
нового решения в законную силу.

____________

Действующее законодательство не допускает соподчиненности муниципальных образований (Извлечение)

7. Действующее законодательство не допускает
соподчиненности муниципальных образований

(Извлечение)

Согласно п. 2 ст. 2 Закона Владимирской области от 6 мая
2002 г. N 34-03 "О муниципальных образованиях Владимирской области"
г. Покров включен в перечень муниципальных образований районного
бюджетного регулирования.
К. и Б. обратились во Владимирский областной суд с заявлением
о признании этой нормы областного Закона недействующей и не
подлежащей применению, ссылаясь на то, что она противоречит
Бюджетному кодексу Российской Федерации, Федеральным законам
"Об общих принципах организации местного самоуправления в
Российской Федерации" и "О финансовых основах местного
самоуправления в Российской Федерации", нарушает принцип
самостоятельности формирования и исполнения местного бюджета
муниципального образования г. Покров, предусматривает экономическую
и финансовую подчиненность одного муниципального образования
другому.
Решением Владимирского областного суда от 4 сентября 2002 г.
(оставленным без изменения Судебной коллегией по гражданским делам
Верховного Суда РФ 14 ноября 2002 г.) жалоба оставлена без
удовлетворения.
В надзорной жалобе администрации г. Покрова ставился вопрос об
отмене судебных постановлений как незаконных, вынесенных с
существенным нарушением норм материального права.
Определением судьи Верховного Суда РФ от 19 февраля 2003 г.
дело вынесено на рассмотрение Президиума Верховного Суда РФ.
Президиум Верховного Суда РФ 2 апреля 2003 г. судебные
постановления отменил и вынес новое решение об удовлетворении
заявления К. и Б. по следующим основаниям.
Статья 2 Закона Владимирской области "О муниципальных
образованиях Владимирской области" содержит перечень всех
муниципальных образований Владимирской области и предусматривает
три уровня бюджетного регулирования: областное, районное и
городское. Это означает, что бюджеты соответствующих муниципальных
образований формируются в соответствии с законами Владимирской
области для муниципальных образований областного бюджетного
регулирования, а для муниципальных образований районного и
городского бюджетного регулирования - в соответствии с нормативными
правовыми актами окружных, городских и районных муниципальных
образований областного бюджетного регулирования.
Таким образом, оспариваемой нормой областного Закона не
определены собственные финансовые источники для формирования
бюджетов муниципальных образований районного и городского
бюджетного регулирования, а установлена бюджетная и финансовая
подчиненность муниципальных образований районного и городского
бюджетного регулирования муниципальным образованиям областного
бюджетного регулирования.
Выводы судов первой и кассационной инстанций о том, что данная
норма областного Закона не противоречит нормам Конституции
Российской Федерации и федерального законодательства, не могут быть
признаны правильными.
Как указано в п. 4 постановления Конституционного Суда
Российской Федерации от 16 октября 1997 г. по делу о проверке
конституционности п. 3 ст. 49 Федерального закона от 28 августа
1995 г. "Об общих принципах организации местного самоуправления в
Российской Федерации", Конституция Российской Федерации и
Федеральный закон "Об общих принципах организации местного
самоуправления в Российской Федерации" не предусматривают различий
в правовом статусе муниципальных образований. Муниципальные
образования независимо от размеров территории и численности
населения, а также своей структуры и места в системе
территориального устройства пользуются одними и теми же
конституционными правами и гарантиями. Между ними нет отношений
подчиненности, и, следовательно, органы одних муниципальных
образований не вправе применять санкции в отношении органов и
должностных лиц других муниципальных образований.
Эта правовая позиция применима и по настоящему делу, поскольку
финансовая и бюджетная подчиненность муниципального образования
другому муниципальному образованию не может рассматриваться иначе
как нарушение конституционных принципов самостоятельности местного
самоуправления в разрешении вопросов местного значения, равенства
статуса всех муниципальных образований и недопустимости подчинения
одного муниципального образования другому.
В силу норм Конституции Российской Федерации в Российской
Федерации признается и гарантируется самостоятельное в пределах
своих полномочий местное самоуправление (ст. 12); местное
самоуправление в Российской Федерации обеспечивает самостоятельное
решение населением вопросов местного значения, владение,
пользование и распоряжение муниципальной собственностью (ч. 1
ст. 130); органы местного самоуправления самостоятельно управляют
муниципальной собственностью, формируют, утверждают и исполняют
местный бюджет, устанавливают местные налоги и сборы, осуществляют
охрану общественного порядка, а также решают иные вопросы местного
значения (ч. 1 ст. 132).
В соответствии с п. 1 ст. 6 Федерального закона от 28 августа
1995 г. N 154-ФЗ "Об общих принципах организации местного
самоуправления в Российской Федерации" (в ред. от 21 марта 2002 г.)
в ведении муниципальных образований находятся вопросы местного
значения, а также отдельные государственные полномочия, которыми
могут наделяться органы местного самоуправления.
В силу п. 3 ч. 2 данной статьи к вопросам местного значения
относятся местные финансы, формирование, утверждение и исполнение
местного бюджета, установление местных налогов и сборов, решение
других финансовых вопросов местного значения.
Из материалов дела видно, что согласно ст. 2 Устава
муниципального образования г. Покров этот город является
самостоятельным муниципальным образованием на территории
Петушинского района Владимирской области.
В соответствии с п. 3 ст. 6 Федерального закона "Об общих
принципах организации местного самоуправления в Российской
Федерации", если в границах территории муниципального образования
(за исключением города) имеются другие муниципальные образования,
предметы ведения муниципальных образований, объекты муниципальной
собственности, источники доходов местных бюджетов разграничиваются
законом субъекта Российской Федерации, а в отношении
внутригородских муниципальных образований - уставом города.
Аналогичная норма содержится и в п. 7 ст. 7 Федерального
закона от 25 сентября 1997 г. N 126-ФЗ "О финансовых основах
местного самоуправления в Российской Федерации".
Вопреки указанным нормам федерального законодательства Законом
Владимирской области "О муниципальных образованиях Владимирской
области" муниципальные образования на территории Владимирской
области разделены на муниципальные образования областного
бюджетного регулирования, районного бюджетного регулирования и
городского бюджетного регулирования, т. е. фактически одни
муниципальные образования подчинены другим муниципальным
образованиям посредством предоставления последним права
регулирования бюджетов других муниципальных образований.
Кроме того, в оспариваемом областном Законе не предусмотрены
собственные источники доходной части бюджетов муниципальных
образований районного и городского бюджетного регулирования, что
противоречит требованиям ст. 7 Федерального закона "О финансовых
основах местного самоуправления в Российской Федерации".
В случае если в границах территории муниципального образования
(за исключением городов) находятся другие муниципальные
образования, то согласно п. 3 ст. 6 Федерального закона "Об общих
принципах организации местного самоуправления в Российской
Федерации" источники доходов местных бюджетов разграничиваются
законом субъекта Российской Федерации, а не актом представительного
органа соседнего муниципального образования. При этом муниципальным
образованиям должна обеспечиваться экономическая и финансовая
самостоятельность, подчиненность одного муниципального образования
другому не допускается.
Во избежание соподчиненности муниципальных образований приняты
и нормы Бюджетного кодекса Российской Федерации (БК РФ).
Бюджетная система Российской Федерации в силу ст. 10 БК РФ
состоит из бюджетов трех уровней: федерального бюджета, бюджетов
субъектов Российской Федерации и местных бюджетов.
Какого-либо разделения бюджетов муниципальных образований
(местных бюджетов) согласно ст. 14 БК РФ не предусмотрено.
Принцип единства бюджетной системы Российской Федерации
(ст.ст. 28, 29 БК РФ) означает единство правовой базы и единый
порядок финансирования расходов бюджетов всех уровней. Принцип
разграничения доходов и расходов означает закрепление
соответствующих видов доходов (полностью или частично) и полномочий
по осуществлению расходов за органами местного самоуправления
(ст. 30 БК РФ). Принцип самостоятельности бюджета (ст. 31 БК РФ)
означает право органов местного самоуправления на каждом уровне
бюджетной системы Российской Федерации самостоятельно осуществлять
бюджетный процесс за счет собственных источников доходов бюджетов
каждого уровня.
Межбюджетные отношения, как указано в п. 2 ст. 129 БК РФ,
основываются на принципах равенства бюджетных прав муниципальных
образований, равенства местных бюджетов во взаимоотношениях с
бюджетами субъектов Российской Федерации.
Статья 2 Закона Владимирской области "О муниципальных
образованиях Владимирской области" противоречит приведенным нормам
федерального бюджетного законодательства, поскольку устанавливает
неравенство во взаимоотношениях местных бюджетов с бюджетом
субъекта Российской Федерации.
Довод суда о том, что упомянутый Закон Владимирской области не
нарушает прав и свобод заявителей, поскольку граждане не являются
субъектами бюджетных правоотношений, не может быть признан
правильным. К. и Б. в своем заявлении ссылались на нарушение
оспариваемым областным Законом их права на самостоятельное решение
вопросов местного значения. Обращение в суд с таким заявлением
допустимо в соответствии со ст. 133 Конституции Российской
Федерации, гарантирующей органу местного самоуправления право на
судебную защиту, а также ст. 46 Федерального закона "Об общих
принципах организации местного самоуправления в Российской
Федерации".
Представленные суду кассационной инстанции дополнительные
материалы, в частности решение Совета народных депутатов
Петушинского района Владимирской области от 24 мая 2002 г.,
касающееся изменения районного бюджета, подтверждают довод
заявителей о том, что термин "районное бюджетное регулирование"
трактуется органами государственной власти Владимирской области и
органами местного самоуправления Петушинского района как право
регулировать бюджет муниципального образования г. Покров путем
принятия решений представительного органа соседнего районного
муниципального образования.
Президиум Верховного Суда РФ решение Владимирского областного
суда и определение Судебной коллегии по гражданским делам
Верховного Суда РФ отменил, вынес по делу новое решение об
удовлетворении заявления К. и Б. и признании противоречащим
федеральному законодательству, недействующим и не подлежащим
применению с момента вынесения настоящего определения п. 2 ст. 2
Закона Владимирской области от 6 мая 2002 г. N 34-03
"О муниципальных образованиях Владимирской области" в части
отнесения муниципального образования г. Покров к муниципальным
образованиям районного бюджетного регулирования.

_____________

Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам

Неправильное исчисление срока погашения судимости повлекло изменение приговора (Извлечение)

1. Неправильное исчисление срока погашения
судимости повлекло изменение приговора

(Извлечение)

По приговору Московского городского суда от 14 июня 2001 г.
Косоротов (судимый по ст. 17, ч. 3 ст. 144 УК РСФСР и освобожденный
4 мая 1995 г. по отбытии наказания) осужден по п. "ж" ч. 2 ст. 105
УК РФ к лишению свободы сроком на пятнадцать лет в исправительной
колонии особого режима.
Он признан виновным в том, что 17 июля 1999 г. совместно с
Коломейчуком совершил умышленное убийство Кучера.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
приговор оставила без изменения.
Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном
представлении поставил вопрос об исключении указания о признании в
действиях осужденного особо опасного рецидива преступлений и
смягчении ему наказания до четырнадцати лет лишения свободы в
исправительной колонии строгого режима.
Президиум Верховного Суда РФ 19 ноября 2003 г. удовлетворил
надзорное представление, указав следующее.
Московский городской суд признал, что Косоротов, имеющий
судимость, совершил преступление при особо опасном рецидиве
преступлений, и назначил ему наказание с учетом требований ст. 68
УК РФ.
Как видно из материалов дела, Косоротов был судим по ст. 17 и
ч. 3 ст. 144 УК РСФСР за преступление, совершенное им в феврале
1
1992 г., когда согласно ст. 7 УК РСФСР данное преступление тяжким
не являлось. В соответствии с п. "в" ч. 2 ст. 86 УК РФ судимость в
отношении лиц, осужденных за преступление средней тяжести,
погашается по истечении трех лет после отбытия наказания. Поэтому
данная судимость Косоротова, отбывшего наказание 4 мая 1995 г.,
погашена 4 мая 1998 г.
Следовательно, на момент совершения особо тяжкого
преступления, предусмотренного п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, - 17 июля
1999 г. Косоротов не был судим, в связи с этим из судебных решений
подлежат исключению указания о признании в его действиях особо
опасного рецидива преступлений и о назначении наказания с учетом
требований ст. 68 УК РФ.
При таких обстоятельствах осужденному следует снизить
наказание и местом отбывания наказания определить исправительную
колонию строгого режима.
С учетом изложенного Президиум Верховного Суда РФ приговор
Московского городского суда и определение Судебной коллегии по
уголовным делам Верховного Суда РФ в отношении Косоротова изменил:
исключил указания о признании в его действиях особо опасного
рецидива преступлений и о назначении наказания с учетом требований
ст. 68 УК РФ, снизил ему наказание, назначенное по п. "ж" ч. 2
ст. 105 УК РФ, до четырнадцати лет лишения свободы в исправительной
колонии строгого режима, в остальном судебные решения о нем оставил
без изменения.

____________

При решении вопроса о переводе осужденного из тюрьмы в исправительную колонию для дальнейшего отбывания лишения свободы период, в течение которого осужденный содержался в следственном изоляторе, засчитывается в назначенный по приговору срок тюремного закл

2. При решении вопроса о переводе осужденного
из тюрьмы в исправительную колонию для
дальнейшего отбывания лишения свободы период,
в течение которого осужденный содержался
в следственном изоляторе, засчитывается
в назначенный по приговору срок
тюремного заключения

(Извлечение)

По приговору Московского городского суда от 13 ноября 1998 г.
Гладков (ранее судимый 27 ноября 1995 г. по ч. 3 ст. 144 УК РСФСР к
пяти годам лишения свободы с конфискацией имущества) осужден по
пп. "а", "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ к тринадцати годам лишения
свободы с конфискацией имущества, по ч. 2 ст. 209 УК РФ к
четырнадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества, по
ч. 3 ст. 144 УК РСФСР к восьми годам лишения свободы с конфискацией
имущества, по ч. 3 ст. 327 УК РФ к одному году исправительных работ
с удержанием в доход государства 20 процентов заработка, по ст. 15,
пп. "а", "в", "д", "е", "з", "и", "н" ст. 102 УК РСФСР к десяти
годам лишения свободы, по пп. "а", "в", "д", "е", "з", "и", "н"
2
ст. 102 УК РСФСР к смертной казни, пост. 191 УК РСФСР к смертной
казни; на основании ст.ст. 40 и 41 УК РСФСР путем поглощения менее
строгого наказания более строгим ему назначено наказание в виде
смертной казни с конфискацией имущества, при этом поглощено
неотбытое наказание по приговору от 27 ноября 1995 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
15 февраля 2000 г. приговор в части осуждения Гладкова по ч. 3
ст. 327 УК РФ отменила и дело прекратила ввиду истечения срока
давности привлечения к уголовной ответственности; действия Гладкова
по эпизоду убийства Цикозина переквалифицировала с п. "н" ст. 102
УК РСФСР на ст. 103 УК РСФСР, по которой назначила девять лет
лишения свободы; наказание в виде смертной казни по пп. "а", "в",
"д", "е", "з", "и", "н" ст. 102 УК РСФСР заменила лишением свободы
2
на пятнадцать лет, по ст. 191 УК РСФСР - также на пятнадцать лет;
на основании ч. 1 ст. 40 УК РСФСР по совокупности преступлений,
предусмотренных пп. "а", "б", "в" ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 209 УК РФ,
ст. 15, пп. "а", "в", "д", "е", "з", "и", "н" ст. 102, пп. "а",
2
"в", "д", "е", "з", "и", "н" ст. 102, ст. 191 , ч. 3 ст. 144 УК
РСФСР, назначила пятнадцать лет лишения свободы с конфискацией
имущества; на основании ч. 3 ст. 40 УК РСФСР Коллегия применила
поглощение наказания по приговору от 27 ноября 1995 г. вновь
назначенным наказанием и окончательно Гладкову назначила пятнадцать
лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием первых
четырнадцати лет в тюрьме, а остального срока - в исправительной
колонии общего режима; срок наказания исчислила с 19 января
1995 г.; в остальном приговор в отношении него оставила без
изменения.
С учетом внесенных в приговор изменений Гладков признан
виновным в бандитизме, краже чужого имущества, разбоях, убийстве
работника милиции Жиганшина при исполнении им обязанностей по
охране общественного порядка, убийствах Цикозина, Демина,
Сапрыкина, инкассатора Зубко, в покушении на убийство инкассатора
Титова, совершенные в период с июня 1993 г. по январь 1995 г. в
г. Москве.
Президиум Верховного Суда РФ 11 апреля 2001 г. приговор и
определение изменил, зачел Гладкову в срок отбывания наказания
содержание под стражей с 14 февраля 1993 г. по 10 марта 1994 г. по
приговору Замоскворецкого районного народного суда г. Москвы от
27 ноября 1995 г., в остальном судебные решения о нем оставил без
изменения.
Президиум Верховного Суда РФ 19 ноября 2003 г. рассмотрел
уголовное дело в отношении Гладкова в порядке ст.ст. 396, 397 УПК
РФ.
В дополнительном постановлении Президиум Верховного Суда РФ
указал следующее.
Пленум Верховного Суда РФ на основании ст. 126 Конституции
Российской Федерации в п. 10 своего постановления N 14 от 11 апреля
2000 г. "О практике назначения судами видов исправительных
учреждений" разъяснил, что при решении вопроса о переводе
осужденного из тюрьмы в исправительную колонию для дальнейшего
отбывания лишения свободы период, в течение которого осужденный
содержался в следственном изоляторе, засчитывается в назначенный
приговором срок тюремного заключения.
Гладков был заключен под стражу 19 января 1995 г. и по
приговору Московского городского суда от 13 ноября 1998 г.,
вступившему в законную силу 15 февраля 2000 г. (с учетом изменений,
внесенных определением Верховного Суда РФ), осужден по совокупности
преступлений к пятнадцати годам лишения свободы с отбыванием
четырнадцати лет из них в тюрьме. Таким образом, проведя в
следственном изоляторе более пяти лет, Гладков только 22 марта
2000 г. прибыл для отбывания наказания в исправительное учреждение
(тюрьму).
Поэтому Президиум счел необходимым засчитать Гладкову в срок
тюремного заключения время, в течение которого к нему применялась
мера пресечения в виде заключения под стражу, т. е. с 19 января
1995 г. по 22 марта 2000 г. и с 14 февраля 1993 г. по 10 марта
1994 г.

____________

За эксцесс исполнителя другой участник преступления ответственности не подлежит (Извлечение)

3. За эксцесс исполнителя другой участник преступления
ответственности не подлежит

(Извлечение)

Приморским краевым судом 8 мая 2002 г. осуждены Де и Ким по
п. "в" ч. 3 ст. 162, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Они признаны виновными в совершении разбойного нападения на
Михалькову с целью хищения чужого имущества, группой лиц по
предварительному сговору, с применением предметов, используемых в
качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей,
а также в убийстве Михальковой группой лиц по предварительному
сговору, сопряженном с разбоем.
Преступления совершены 17 сентября 2001 г. в г. Находка
Приморского края.
В судебном заседании Де себя виновным не признал.
В кассационных жалобах Де и его адвокат утверждали, что он
(Де) не причастен к преступлению, Ким совершил его один; просили
приговор отменить и направить дело на новое судебное рассмотрение.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
19 июня 2003 г. приговор изменила, указав следующее.
Содержащиеся в кассационных жалобах доводы о непричастности Де
к нападению на Михалькову, как видно из дела, суду были известны,
они тщательно проверялись им и признаны необоснованными, поскольку
опровергаются рассмотренными в судебном заседании и приведенными в
приговоре доказательствами, а именно: показаниями Де на
предварительном следствии и осужденного Кима в той части, в какой
они соответствуют фактическим обстоятельствам дела; показаниями
свидетеля С.; данными о результатах осмотра места происшествия;
заключением судебно-медицинского эксперта.
Суд правильно признал Де соучастником разбойного нападения на
Михалькову.
Однако нельзя согласиться с осуждением его за разбой,
совершенный с причинением тяжкого вреда потерпевшей, и за
умышленное убийство ее при разбойном нападении группой лиц по
предварительному сговору.
Из приговора следует, что суд не установил предварительной
договоренности Кима и Де о причинении здоровью Михальковой тяжкого
вреда.
Согласно материалам дела совместные и согласованные действия
виновных выразились в подготовке к нападению на Михалькову с целью
завладения имуществом и его осуществлении с незаконным
проникновением в жилище, с использованием масок, перчаток и
применением ленты-скотч. При этом Де, как и было обусловлено
предварительным сговором, руками и ногами нанес потерпевшей удары
по туловищу и голове, причинив ее здоровью вред средней тяжести, а
также легкий вред, множественные ссадины, кровоподтеки. Его умыслом
не охватывалось убийство Михальковой.
Осужденный Ким в заявлении о явке с повинной и в показаниях на
предварительном следствии в качестве подозреваемого, признанных
достоверными, утверждал, что убивать потерпевшую они "не
собирались". Сразу после избиения Михальковой Де предложил связать
ее, он (Ким) это сделал при содействии Де. Затем перенесли женщину
на кровать и, поскольку та продолжала кричать, Де закрыл ей рот
тряпкой, а Киму сказал тряпку "примотать" так, чтобы потерпевшая
могла дышать.
В приговоре суд эти показания привел как доказательство
участия Де в причинении смерти Михальковой и, следовательно,
тяжкого вреда ее здоровью.
Между тем приведенные показания оснований для такого вывода не
давали. Из их содержания следует, что действия, связанные с
лишением Михальковой жизни, Ким совершил вне сговора.
Как видно из имеющихся по делу доказательств, в том числе
протокола осмотра места происшествия и фототаблицы к нему, Ким
вопреки договоренности, предвидя и сознательно допуская возможность
смертельного исхода, перекрыл потерпевшей дыхательные пути.
Судебно-медицинский эксперт установил, что причиной смерти
Михальковой являлась механическая асфиксия, к развитию которой
привело искривление хрящей носа в результате давящего действия
ленты-скотч и перекрытие вследствие этого дыхательных путей, а
кроме того, - закрытие просвета дыхательных путей (отверстия носа)
легкой накидкой и лентой-скотч.
При таких обстоятельствах указанные действия Кима следует
расценивать как эксцесс исполнителя, за который другой соучастник
преступления ответственности не подлежит.
Поскольку Де совершил разбойное нападение на Михалькову в
группе лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением
в жилище и с применением предмета, используемого в качестве оружия,
его действия Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда
РФ переквалифицировала с п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ на пп. "а", "в",
"г" ч. 2 ст. 162 УК РФ, приговор в части осуждения Де по пп. "ж",
"з" ч. 2 ст. 105 УК РФ отменила и дело в этой части прекратила на
основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава
преступления; исключила из приговора осуждение Кима по п. "ж" ч. 2
ст. 105 УК РФ.

_______________

Постановление судьи о возвращении уголовного дела прокурору, принятое по результатам предварительного слушания, обжалованию не подлежит (ч. 7 ст. 236 УПК РФ в редакции Федерального закона от 4 июля 2003 г.) (Извлечение)

4. Постановление судьи о возвращении уголовного дела
прокурору, принятое по результатам предварительного слушания,
обжалованию не подлежит (ч. 7 ст. 236 УПК РФ
в редакции Федерального закона
от 4 июля 2003 г.)

(Извлечение)

Согласно обвинительному заключению Добряков обвинялся в том,
что, являясь главой органа местного самоуправления и должностным
лицом, совершил покушение на получение взятки в виде денег через
посредника за способствование в силу своего должностного положения
совершению действий в пользу взяткодателя, группой лиц по
предварительному сговору, в крупном размере (ч. 3 ст. 30, ч. 3 и
пп. "а", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ).
Кроме того, он обвинялся в использовании своих служебных
полномочий вопреки интересам службы, из корыстной
заинтересованности, что повлекло существенное нарушение охраняемых
законом интересов общества (ч. 2 ст. 285 УК РФ).
Чирко и Кокарев обвинялись в соучастии в форме
подстрекательства и пособничества в получении должностным лицом
через посредника взятки в виде денег за действия в пользу
взяткодателя, группой лиц по предварительному сговору, в крупном
размере, а также в соучастии в форме подстрекательства и
пособничества в использовании должностным лицом своих служебных
полномочий вопреки интересам службы, из корыстной
заинтересованности, что повлекло существенное нарушение охраняемых
законом интересов общества (чч. 4, 5 ст. 33, ч. 3 и пп. "а", "г"
ч. 4 ст. 290, чч. 4, 5 ст. 33, ч. 2 ст. 285 УК РФ).
Данное уголовное дело по итогам предварительного слушания
возвращалось прокурору г. Санкт-Петербурга дважды.
Первый раз, 26 сентября 2002 г., - со ссылкой на п. 1 ч. 1
ст. 237 УПК РФ в связи с тем, что обвинительное заключение
было составлено с нарушением требований ст. 205 УПК РСФСР и ст. 220
УПК РФ.
Направляя уголовное дело прокурору 27 марта 2003 г. повторно,
судья Санкт-Петербургского городского суда указал в постановлении,
что новое обвинительное заключение от 11 марта 2003 г. является
точной копией обвинительного заключения от 28 июня 2002 г. и
составлено лицом, не имеющим к тому полномочий, без принятия
уголовного дела к своему производству.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 2 июня
2003 г. постановление судьи оставила без изменения.
Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном
представлении ходатайствовал об отмене постановления судьи от
27 марта 2003 г. и определения суда кассационной инстанции от
2 июня 2003 г. с передачей дела для судебного рассмотрения в тот же
суд, но в ином составе судей, считая, что выводы судьи о
несоответствии обвинительного заключения положениям
уголовно-процессуального закона необоснованны.
Президиум Верховного Суда РФ 12 ноября 2003 г. оставил
надзорное представление без удовлетворения, указав следующее.
Согласно положениям ст. 4 УПК РФ при производстве по
уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон,
действующий во время производства соответствующего процессуального
действия или принятия процессуального решения, если иное не
установлено Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.
На момент рассмотрения дела в суде надзорной инстанции и
принятия решения по представлению заместителя Генерального
прокурора РФ на постановление судьи о возвращении дела прокурору по
результатам предварительного слушания действует ч. 7 ст. 236 УПК РФ
(в редакции от 4 июля 2003 г.). В соответствии с ней постановление
судьи о возвращении уголовного дела прокурору обжалованию не
подлежит, за исключением решений о прекращении уголовного дела и
(или) о назначении судебного заседания в части разрешения вопроса о
мере пресечения.
Следовательно, по смыслу указанной нормы закона на момент
принятия судебного решения по делу в порядке надзора отсутствуют
законные основания для отмены постановления судьи о возвращении
уголовного дела прокурору, принятого по результатам
предварительного слушания и последующего определения суда
кассационной инстанции.
В связи с изложенным надзорное представление оставлено без
удовлетворения.

____________

В обвинительном приговоре наряду с доказательствами, положенными в основу вывода суда, должны содержаться и мотивы, по которым суд отверг доводы подсудимого в свою защиту (Извлечение)

5. В обвинительном приговоре наряду с доказательствами,
положенными в основу вывода суда, должны содержаться и
мотивы, по которым суд отверг доводы подсудимого
в свою защиту

(Извлечение)

По приговору Тверского областного суда от 23 мая 2003 г.
несовершеннолетний Добрыдень осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ.
Он признан виновным в убийстве Соколова в ссоре.
Преступление, как указано в приговоре, совершено при следующих
обстоятельствах.
Поздним вечером 6 ноября 2002 г. в дер. Елизарово Бежецкого
района Тверской области несовершеннолетний Добрыдень, имея при себе
незарегистрированное заряженное патроном 16 калибра охотничье ружье
и патроны к нему, пришел в сарай, где в это время находились
Соколов, Садуллаев и несовершеннолетние Сасин и Травкин.
Не предупредив о том, что ружье заряжено, Добрыдень передал
его Соколову, а тот - Травкину. Последний произвел из него
случайный выстрел в пол сарая, в связи с чем произошла ссора между
Травкиным и Соколовым, с одной стороны, и Добрыденем - с другой.
Спустя незначительное время Добрыдень, взяв свое ружье, вышел
из сарая, где тут же перезарядив его, произвел прицельный выстрел
сквозь стекло окна в голову Соколову, сидевшему в кресле, и
причинил ему телесные повреждения, от которых 9 ноября 2002 г. он
скончался в больнице.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
14 августа 2003 г. приговор отменила, дело направила на новое
судебное рассмотрение в тот же суд, но в ином составе судей.
Кассационная инстанция сослалась в определении на то, что
описательно-мотивировочная часть приговора не соответствует
требованиям ст.ст. 299, 307 УПК РФ. В частности, суд не указал в
приговоре, почему одни доказательства он признал достоверными, а
другие отверг. Суд также не дал оценки показаниям законного
представителя подсудимого - Добрыденя Н., не учел явку с повинной
несовершеннолетнего Добрыденя, не установил время производства
выстрела в Соколова, не привел мотивы убийства последнего, не
указал, на основании чего отверг показания осужденного о
неосторожном характере выстрела.
Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном
представлении поставил вопрос об отмене определения кассационной
инстанции, считая ее выводы не основанными на материалах дела.
Президиум Верховного Суда РФ 12 ноября 2003 г. оставил
надзорное представление без удовлетворения, указав следующее.
Как правильно отмечалось в кассационном определении Судебной
коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ, по смыслу закона в
приговоре должны получить оценку все рассмотренные в судебном
заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по
вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и
противоречащие этим выводам. Суду необходимо указать в приговоре,
почему одни доказательства признаны достоверными, а другие
отвергнуты.
Однако эти требования закона не выполнены.
Признавая Добрыденя виновным в убийстве Соколова, суд сослался
в приговоре на доказательства, исследованные в судебном заседании,
однако при наличии противоречивых доказательств надлежащей оценки
им не дал и не привел основания, по которым он признал доказанным
совершение Добрыденем прицельного выстрела в потерпевшего.
В судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля
законный представитель осужденного Добрыдень Н., который пояснил,
что 6 ноября 2002 г. сын вернулся домой часов в десять или пять
минут одиннадцатого вечера. Он был спокоен и лег спать. Примерно в
одиннадцать часов вечера был шум у соседей, говорили о выстреле в
Соколова.
Таким образом, свидетель по существу заявил суду об алиби у
подсудимого. Эти показания свидетеля имеются в приговоре, но
надлежащей оценки им не дано.
Признавая Добрыденя виновным в убийстве, суд отразил в
приговоре, что поздним вечером 6 ноября 2002 г. между Добрыденем и
потерпевшим Соколовым произошла ссора, а спустя некоторое время
Добрыдень, взяв ружье, вышел из сарая и умышленно, с целью убийства
Соколова произвел в него прицельный выстрел сквозь окно сарая,
попав в голову.
Однако органами предварительного следствия Добрыденю
предъявлено обвинение в том, что выстрел он произвел 6 ноября
2002 г. в двенадцатом часу ночи.
Согласно же сообщению, поступившему из Бежецкой больницы,
вызов скорой медицинской помощи Соколову в дер. Елизарово в связи с
огнестрельным ранением зарегистрирован в 22 час. 34 мин.
Следовательно, время производства выстрела в потерпевшего
судом не установлено.
Не приведены в приговоре и мотивы, в силу которых суд отверг
показания Добрыденя в судебном заседании и на предварительном
следствии о неосторожном характере выстрела. По словам подсудимого,
выйдя из сарая, он хотел произвести выстрел между крышей и фасадом
сарая, но рука упала вниз и выстрел пришелся ниже, чем он
предполагал. От его выстрела Соколов не мог погибнуть.
Далее суд сослался в приговоре как на доказательство
виновности Добрыденя на его явку с повинной. Как видно из заявления
Добрыденя, он выстрелил из ружья в окно сарая, но не знал о том,
что попал в Соколова.
Однако цель и мотив производства выстрела в заявлении о явке с
повинной не указаны.
При таких обстоятельствах доводы, изложенные в надзорном
представлении, неубедительны, а потому надзорное представление
заместителя Генерального прокурора РФ оставлено без удовлетворения,
а кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам
Верховного Суда РФ - без изменения.

______________

Оправдательный приговор, постановленный на основании вердикта присяжных заседателей, подлежит отмене лишь в случаях, предусмотренных ст. 385 УПК РФ (Извлечение)

6. Оправдательный приговор, постановленный на основании
вердикта присяжных заседателей, подлежит отмене лишь в
случаях, предусмотренных ст. 385 УПК РФ

(Извлечение)

Органами предварительного следствия Катышкину и Манджиеву было
предъявлено обвинение в разбое, т. е. нападении в целях хищения
чужого имущества, совершенном с применением насилия, опасного для
жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, а
Манджиеву - неоднократно. Они же обвинялись в убийстве, т. е.
умышленном причинении смерти другому человеку, заведомо для
виновных находящемуся в беспомощном состоянии, группой лиц по
предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление.
По приговору суда присяжных Верховного Суда Республики
Калмыкия от 21 июля 2003 г. за неустановлением события преступления
оправданы Катышкин по пп. "в", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. "а"
ч. 2 ст. 162 УК РФ; Манджиев по пп. "в", "ж", "к" ч. 2 ст. 105
УК РФ, пп. "а", "б" ч. 2 ст. 162 УК РФ.
Прокурор в кассационном представлении поставил вопрос об
отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение,
считая, что состав коллегии присяжных заседателей был незаконный,
поскольку в их число входил бывший сотрудник УФСБ по Республике
Калмыкия; по делу допущены нарушения уголовно-процессуального
закона; в ходе судебного разбирательства представлено достаточно
доказательств в подтверждение разбойного нападения на Жука и
Макарова и убийства последнего.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
9 октября 2003 г. приговор суда присяжных Верховного Суда
Республики Калмыкия оставила без изменения, а кассационное
представление - без удовлетворения, указав следующее.
Как видно из материалов дела, нарушений норм
уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом
не допущено.
Исследованы все существенные для правильного разрешения дела
доказательства.
Председательствующий судья, сохраняя объективность и
беспристрастие, обеспечил в ходе судебного разбирательства
равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по созданию
условий для состязательности и всестороннего и полного исследования
обстоятельств дела.
Напутственное слово, с которым председательствующий обратился
к коллегии присяжных заседателей перед удалением их в совещательную
комнату, соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ.
Обстоятельств, препятствовавших участию кому-либо из присяжных
заседателей в рассмотрении уголовного дела, не имелось.
Прокурору было известно, что кандидат в присяжные заседатели
Г. до ухода на пенсию являлся оперативным сотрудником УФСБ по
Республике Калмыкия, однако он не заявил отвода этому заседателю.
Кроме того, из кассационного представления не видно, каким
образом прежняя работа присяжного заседателя Г. повлияла на
вынесение вердикта коллегии присяжных заседателей.
Поданные прокурором замечания на протокол судебного заседания
рассмотрены председательствующим судьей, и по ним вынесено
мотивированное постановление.
Ссылка прокурора в представлении на то, что в ходе судебного
разбирательства были представлены доказательства в подтверждение
разбойного нападения на Жукова и Макарова и убийства последнего,
неосновательна, поскольку в соответствии со ст.ст. 334 и 339 УПК РФ
вопросы о доказанности деяния, совершении его подсудимым и
виновности являются компетенцией коллегии присяжных заседателей,
поэтому согласно ст.ст. 347 и 348 УПК РФ вердикт коллегии присяжных
заседателей является обязательным и сторонам запрещается ставить
его под сомнение.
Поэтому с учетом изложенного кассационное представление
оставлено без удовлетворения.

_____________

Указатель судебной практики

Указатель судебной правкики

+-----------------------------------------------------------------+
¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦
+-----------------------------------------------------------------¦
¦180.060.010 ¦ ¦
¦180.060.020 ¦ ¦
¦180.060.030 ¦ ¦
¦180.060.040 ¦ ¦
¦180.060.060 ¦ ¦
¦Пост. N 1 ¦ О применении судами норм ¦
¦Пленума ¦ Уголовно-процессуального кодекса Российской ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ Федерации ¦
¦от 5.03.04 ¦ ¦
¦Бюллетень ¦ ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 2 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦050.030.010 ¦ ¦
¦Опред. Касс. ¦ Признан незаконным и не подлежащим применению ¦
¦коллегии ¦ со дня вынесения решения суда абз. 2 п. 7 ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ Примерных правил учета граждан, нуждающихся в ¦
¦от 18.09.03 ¦ улучшении жилищных условий, и предоставления ¦
¦Бюллетень ¦ жилых помещений в РСФСР (утвержденных ¦
¦Верх. Суда ¦ постановлением Совета Министров РСФСР от ¦
¦Российской ¦ 31 июля 1984 г. N 335; с последующими ¦
¦Федерации, ¦ изменениями и дополнениями) в части указания ¦
¦2004, N 5, с. 11 ¦ на то, что в правилах учета граждан, ¦
¦ ¦ нуждающихся в улучшении жилищных условий, и ¦
¦ ¦ предоставления жилых помещений с учетом ¦
¦ ¦ местных условий устанавливается ¦
¦ ¦ продолжительность проживания граждан в ¦
¦ ¦ общежитиях в случае, указанном в подп. "д" ¦
¦ ¦ этого пункта ¦
¦ ¦ ¦
¦030.060.000 ¦ ¦
¦180.040.010 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦ Неправильное применение норм материального и ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ процессуального права повлекло ошибочное ¦
¦от 17.06.03 ¦ разрешение спора о признании недействительной ¦
¦Бюллетень ¦ сделки купли-продажи дома. В подтверждение ¦
¦Верх. Суда ¦ факта заключения договора купли-продажи дома ¦
¦Российской ¦ сторона по сделке не вправе ссылаться на ¦
¦Федерации, ¦ свидетельские показания ¦
¦2004, N 5, с. 8 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦180.040.020 ¦ ¦
¦070.070.020 ¦ ¦
¦060.020.090 ¦ ¦
¦Решение СК ¦ Признано недействующим с 1 января 2002 г. ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ второе предложение абз. 1 п. 9 Порядка ¦
¦от 21.07.03 ¦ предоставления и финансирования ¦
¦Бюллетень ¦ дополнительных выплат лицам, находившимся в ¦
¦Верх. Суда ¦ Чеченской Республике (утвержденного ¦
¦Российской ¦ постановлением Минтруда России от 14 февраля ¦
¦Федерации, ¦ 1995 г. N 10): "При этом для лиц, принятых на ¦
¦2004, N 5, с. 12 ¦ работу в Территориальное управление ¦
¦ ¦ федеральных органов исполнительной власти в ¦
¦ ¦ Чеченской Республике, федеральные ¦
¦ ¦ территориальные органы исполнительной власти ¦
¦ ¦ на территории Чеченской Республики и ¦
¦ ¦ проработавших менее трех полных месяцев, ¦
¦ ¦ расчетным периодом является время фактической ¦
¦ ¦ работы" ¦
¦ ¦ ¦
¦100.170.050 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦ Обязанность уплатить таможенную пошлину за ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ автомобиль не может быть принудительно ¦
¦от 12.08.03 ¦ возложена на покупателя, который на момент ¦
¦Бюллетень ¦ его покупки не знал и не мог знать о том, что ¦
¦Верх. Суда ¦ покупаемый им автомобиль не оплачен ¦
¦Российской ¦ таможенной пошлиной ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 10 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦160.060.040 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦ Нахождение в охотничьих угодьях с оружием, ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ независимо от наличия на оружии чехла, ¦
¦от 20.06.03 ¦ приравнивается к охоте ¦
¦Бюллетень ¦ ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 14 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦110.010.020 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦ Наделение органов государственной власти ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ полномочиями на осуществление ¦
¦от 26.05.03 ¦ государственного экологического контроля на ¦
¦Бюллетень ¦ объектах хозяйственной и иной деятельности не ¦
¦Верх. Суда ¦ лишает органы местного самоуправления права ¦
¦Российской ¦ на осуществление на тех же объектах, ¦
¦Федерации, ¦ находящихся на территории муниципального ¦
¦2004, N 5, с. 15 ¦ образования, муниципального экологического ¦
¦ ¦ контроля ¦
¦ ¦ ¦
¦010.150.000 ¦ ¦
¦080.070.000 ¦ ¦
¦Пост. Презид. ¦ Действующее законодательство не допускает ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ соподчиненности муниципальных образований ¦
¦от 2.04.03 ¦ ¦
¦Бюллетень ¦ ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 17 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦170.010.020 ¦ ¦
¦Пост. Презид. ¦ Неправильное исчисление срока погашения ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ судимости повлекло изменение приговора ¦
¦от 19.11.03 ¦ ¦
¦Бюллетень ¦ ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 19 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦170.010.020 ¦ ¦
¦Пост. Презид. ¦ При решении вопроса о переводе осужденного из ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ тюрьмы в исправительную колонию для ¦
¦от 19.11.03 ¦ дальнейшего отбывания лишения свободы период, ¦
¦Бюллетень ¦ в течение которого осужденный содержался в ¦
¦Верх. Суда ¦ следственном изоляторе, засчитывается в ¦
¦Российской ¦ назначенный по приговору срок тюремного ¦
¦Федерации, ¦ заключения ¦
¦2004, N 5, с. 20 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦170.020.010 ¦ ¦
¦170.020.020 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦ За эксцесс исполнителя другой участник ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ преступления ответственности не подлежит ¦
¦от 19.06.03 ¦ ¦
¦Бюллетень ¦ ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 20 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦180.060.010 ¦ ¦
¦Пост. Презид. ¦ Постановление судьи о возвращении уголовного ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ дела прокурору, принятое по результатам ¦
¦от 12.11.03 ¦ предварительного слушания, обжалованию не ¦
¦Бюллетень ¦ подлежит (ч. 7 ст. 236 УПК РФ в редакции ¦
¦Верх. Суда ¦ Федерального закона от 4 июля 2003 г.) ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 21 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦180.060.030 ¦ ¦
¦Пост. Презид. ¦ В обвинительном приговоре наряду с ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ доказательствами, положенными в основу вывода ¦
¦от 12.11.03 ¦ суда, должны содержаться и мотивы, по которым ¦
¦Бюллетень ¦ суд отверг доводы подсудимого в свою защиту ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 22 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦180.060.090 ¦ ¦
¦180.060.040 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦ Оправдательный приговор, постановленный на ¦
¦Верх. Суда РФ ¦ основании вердикта присяжных заседателей, ¦
¦от 9.10.03 ¦ подлежит отмене лишь в случаях, ¦
¦Бюллетень ¦ предусмотренных ст. 385 УПК РФ ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2004, N 5, с. 23 ¦ ¦
+-----------------------------------------------------------------+