28.09.2007
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 9 2007 года Опубликовано: 28.09.2007 Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам На правоотношения, возникшие из заключения договора о долевом участии в инвестировании реконструкции жилого дома с целью приобретения в нем соответствующего жилого помещения в собственность, распространяется Закон Российской Федерации "О защите прав потре 1. На правоотношения, возникшие из заключения договора о долевом участии в инвестировании реконструкции жилого дома с целью приобретения в нем соответствующего жилого помещения в собственность, распространяется Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 12 декабря 2006 г. N 78-В06-52 (Извлечение) Х. обратился в суд с иском к ООО "Компания "Град-Инвест" о взыскании неустойки, штрафа и компенсации морального вреда, сославшись на следующее. 22 марта 2001 г. он заключил с названным обществом договор о долевом участии в инвестировании реконструкции жилого дома, по условиям которого Х. должен был оплатить другой стороне стоимость реконструкции четырехкомнатной квартиры в указанном доме в размере, эквивалентном 52 200 долларов США, а ООО "Компания "Град-Инвест" - передать ему эту квартиру в течение 60 дней после приемки дома государственной комиссией. При этом срок окончания строительства и представления дома для приемки государственной комиссией определен не позднее III квартала 2001 г. Свои обязательства по договору Х. выполнил полностью, однако дом сдан государственной комиссии только 30 октября 2002 г., а квартира передана Х. лишь 3 марта 2003 г., т. е. со значительным нарушением установленного в договоре срока. Решением Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28 февраля 2005 г. в иске отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда 13 июля 2005 г. решение суда об отказе в иске о взыскании неустойки отменила и вынесла новое решение, согласно которому в пользу Х. с ООО "Компания "Гранд-Инвест" взыскана предусмотренная договором неустойка за нарушение сроков исполнения обязательства с применением ст. 333 ГК РФ в размере 50 тыс. рублей. В остальной части решение суда оставлено без изменения. Президиум Санкт-Петербургского городского суда 17 мая 2006 г. судебные постановления оставил без изменения, а надзорную жалобу Х. - без удовлетворения. В надзорной жалобе заявитель просил судебные постановления в части отказа во взыскании законной неустойки, штрафа и компенсации морального вреда отменить и дело в этой части направить на новое рассмотрение в тот же районный суд. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 12 декабря 2006 г. частично удовлетворила жалобу, указав следующее. В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. При рассмотрении данного дела судом первой инстанции были допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся в следующем. В соответствии со ст. 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Согласно п. 6 ст. 13 того же Закона при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Суд первой инстанции при рассмотрении дела исходил из того, что на правоотношения сторон предписания Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" не распространяются, а потому при разрешении спора руководствовался нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и положениями заключенного между Х. и ООО "Компания "Град-Инвест" договора. Между тем в силу п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" законодательство о защите прав потребителей регулирует отношения между гражданином, имеющим намерение заказать или приобрести либо заказывающим, приобретающим или использующим товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, с одной стороны, и организацией либо индивидуальным предпринимателем, производящими товары для реализации потребителям, реализующими товары потребителям по договору купли-продажи, выполняющими работы и оказывающими услуги потребителям по возмездному договору, - с другой стороны. Из материалов дела видно, что целью заключения с ответчиком договора о долевом участии в инвестировании реконструкции жилого дома являлось приобретение в данном доме конкретной квартиры для личных нужд заявителя. Это следует, в частности, из пп. 1.1 и 1.4 указанного договора, согласно которым Х. привлекается в качестве дольщика по инвестированию реконструкции дома с целью приобретения в нем соответствующего жилого помещения в собственность. Таким образом, истец, инвестировавший денежные средства на приобретение жилого помещения (квартиры), выступает в качестве потребителя оказываемых ООО "Компания "Град-Инвест" услуг, так как фактически приобретает квартиру для личных нужд. Инвестиционная деятельность представляет собой вложение инвестиций и осуществление практических действий в целях получения прибыли или достижения иного положительного социального эффекта; данная деятельность - один из видов предпринимательской деятельности. Квартира же объектом предпринимательской деятельности в целях извлечения прибыли не являлась. Поэтому отказ районного суда в удовлетворении требований истца о взыскании штрафа и денежной компенсации морального вреда по тому основанию, что на возникшие правоотношения Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" не распространяется, основан на неправильном толковании норм материального права, что привело к неправильному разрешению дела. Судами кассационной и надзорной инстанций также были допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся в следующем. Согласно п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ нарушение или неправильное применение норм материального права является основанием для отмены решения суда в кассационном порядке. Нормы материального права считаются нарушенными или неправильно примененными в случае, если суд неправильно истолковал закон (ст. 363 ГПК РФ). В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" нарушение норм материального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам ст. 363 ГПК РФ. Существенность этих нарушений оценивается и признается судом надзорной инстанции по каждому делу с учетом его конкретных обстоятельств и значимости последствий этих нарушений для лица, в отношении которого они допущены. Судебная коллегия по гражданским делам и президиум Санкт-Петербургского городского суда, оставляя без изменения решение суда в указанной части, необоснованно не приняли во внимание разъяснения, содержащиеся в приведенных выше постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, и неверно истолковали нормы материального права, что привело к неправильному разрешению дела и нарушению прав истца. Таким образом, названные судебные постановления в указанной части нельзя признать законными, и они подлежат отмене. Что касается взыскания в пользу Х. неустойки в размере 50 тыс. рублей, то в этой части оснований для отмены судебных постановлений судов кассационной и надзорной инстанций не имеется, поскольку в силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Следовательно, стороны вправе были предусмотреть в договоре о долевом участии в инвестировании реконструкции жилого дома выплату неустойки за просрочку исполнения обязательства в ином, чем предусмотрено Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей", размере. Сумму взысканной в его пользу неустойки заявитель в надзорной жалобе не оспаривает. Однако требование о взыскании как законной, так и договорной неустойки необоснованно. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ исключила из судебных постановлений указание на то, что на спорные правоотношения не распространяются нормы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей". Решение Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга, определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда, постановление президиума Санкт-Петербургского городского суда об отказе в иске о взыскании денежной компенсации морального вреда и штрафа отменила; дело в этой части передала в суд первой инстанции на новое рассмотрение. ___________ По делам о возмещении расходов на содержание детей, находящихся под опекой, ответчиком является субъект Российской Федерации, которого представляет соответствующий финансовый орган Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 2. По делам о возмещении расходов на содержание детей, находящихся под опекой, ответчиком является субъект Российской Федерации, которого представляет соответствующий финансовый орган Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21 апреля 2006 г. N 58-В05-111 (Извлечение) Е. обратилась в суд с иском к администрации г. Хабаровска, финансовому департаменту администрации г. Хабаровска, правительству Хабаровского края, министерству финансов Хабаровского края, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании задолженности по выплате опекунского пособия, ссылаясь на следующее. Распоряжением администрации Индустриального района г. Хабаровска от 8 октября 1991 г. ее опекуном была назначена А. С января 2004 г. прекращены денежные выплаты на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря в связи с достижением Е. совершеннолетия. В обоснование заявленных требований истица указывала, что с июня 2001 г. выплата опекунского пособия производилась согласно постановлению главы администрации Хабаровского края от 5 июня 2001 г. N 224 и распоряжению мэра г. Хабаровска в размере ниже, чем установлен федеральным законодательством, - 1300 руб. ежемесячно. Между тем расчет опекунского пособия, по ее мнению, должен производиться в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июня 1992 г. N 409 "О неотложных мерах по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" ежеквартально в зависимости от фактического роста стоимости натурального набора продуктов и предметов обихода. В связи с нарушением норм указанного постановления Правительства Российской Федерации сумма задолженности с учетом инфляции за период с 1 января 1998 г. по 30 июня 2001 г. составляет 74 843 руб. 50 коп., а с 1 июля 2001 г. по 31 марта 2003 г. - 127 476 руб. 70 коп. Решением Центрального районного суда г. Хабаровска от 5 августа 2004 г. исковые требования Е. удовлетворены частично: с министерства финансов Хабаровского края за счет средств бюджета Хабаровского края взысканы денежные средства в пользу Е. в размере 107 624 руб. 65 коп.; с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации взысканы денежные средства в пользу Е. в размере 107 624 руб. 65 коп. Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда 16 ноября 2004 г. указанное решение отменила, в удовлетворении исковых требований Е. отказала. Президиум Хабаровского краевого суда 8 сентября 2005 г. определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда оставил без изменения. В надзорной жалобе Е. просила отменить определение судебной коллегии, постановление президиума и оставить в силе решение Центрального районного суда г. Хабаровска. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 21 апреля 2006 г. отменила все судебные постановления, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. При рассмотрении данного дела существенное нарушение норм материального и процессуального права допущено судами первой, второй и надзорной инстанций. Удовлетворяя исковые требования Е., суд первой инстанции исходил из того, что в силу ст. 10 Федерального закона от 21 декабри 1996 г. N 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" (в редакции, действовавшей на момент рассмотрения дела) детям, оставшимся без попечения родителей, наряду с опекунами (попечителями) также предоставлено право на обращение в суд за защитой своих прав и законных интересов. Кроме того, суд, учитывая, что в соответствии со ст. 72 Конституции Российской Федерации вопросы социальной защиты граждан относятся к предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, пришел к выводу о возложении расходов по содержанию детей, находящихся под опекой, на Министерство финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации и министерство финансов Хабаровского края за счет казны Хабаровского края в равных долях. В силу п. 5 ст. 150 Семейного кодекса Российской Федерации (в ред. от 22 августа 2004 г.) обязанности по опеке и попечительству в отношении ребенка, находящегося под опекой (попечительством), исполняются опекуном (попечителем) безвозмездно. На содержание ребенка опекуну (попечителю) ежемесячно выплачиваются денежные средства в порядке и размере, установленных законами субъекта Российской Федерации. Отменяя данное решение, суд кассационной инстанции руководствовался приведенной нормой Закона и указал, что денежные средства на содержание ребенка выплачиваются опекуну (попечителю), а не лицам, находящимся под опекой. Кроме того, такие выплаты представляют собой государственную помощь, предоставляемую опекунам в целях обеспечения надлежащего исполнения ими обязанности по содержанию несовершеннолетнего опекаемого ребенка. Таким образом, суд кассационной инстанции пришел к выводу (и с ним согласился суд надзорной инстанции) о том, что право на получение пособия в установленном законодательством размере принадлежит опекунам и при ненадлежащей выплате нарушается право именно опекуна. Однако данный вывод основан на ошибочном толковании норм материального права. В соответствии с п. 1 ст. 148 СК РФ дети, находящиеся под опекой (попечительством), имеют право, в числе прочего, на причитающиеся им алименты, пенсии, пособия и другие социальные выплаты. К выплатам, указанным в приведенной норме, относятся и денежные средства, предоставляемые государством на содержание несовершеннолетнего ребенка, находящегося под опекой (попечительством). Однако в силу отсутствия у опекаемого (подопечного) полной дееспособности вышеназванной нормой Семейного кодекса Российской Федерации обязанность по получению ежемесячного пособия на содержание опекаемого (подопечного) возложена на опекуна (попечителя). При этом стороной материального правоотношения, возникающего между опекаемым (подопечным) и государством в лице соответствующих органов, опекун (попечитель) не является, в связи с чем при ненадлежащей выплате указанного пособия нарушенным следует признавать право именно несовершеннолетнего ребенка, находящегося под опекой (попечительством). Таким образом, у детей, находящихся под опекой, право на причитающееся, но не полученное в надлежащем размере ежемесячное пособие может быть восстановлено путем предъявления иска, и следовательно, вывод суда первой инстанции о том, что право на обращение в суд за защитой своих прав и законных интересов предоставлено как детям, оставшимся без попечения родителей, так и опекунам (попечителям) следует признать правильным. Учитывая изложенное, отказ в удовлетворении заявленных Е. требований по мотиву отсутствия у нее права на обращение в суд неправомерен. Рассмотрение надзорной жалобы (представления прокурора) по существу состоит в изучении указанных доводов в жалобе или представлении, копий судебных постановлений и соотнесении их с основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора, названными в ст. 387 ГПК РФ. В данном случае Судебной коллегией проверены не только обжалуемые судебные постановления, но и решение Центрального районного суда г. Хабаровска от 5 августа 2004 г. в полном объеме. В связи с этим следует указать на то, что выводы суда первой инстанции по существу рассмотренных требований основаны на неправильном применении норм материального права. Так, возлагая расходы по содержанию детей, находящихся под опекой, на Министерство финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации и министерство финансов Хабаровского края за счет казны Хабаровского края в равных долях, суд не учел доводы Министерства финансов Российской Федерации о том, что в целях оказания финансовой помощи субъектам Российской Федерации из федерального бюджета были перечислены дополнительные финансовые ресурсы для финансирования мероприятий по выплате опекунских пособий. Более того, в силу ст.ст. 1, 152 Бюджетного кодекса Российской Федерации гражданин не является субъектом бюджетных правоотношений, а потому право опекуна на выплату пособия по содержанию несовершеннолетнего ребенка, находящегося под опекой, не может быть поставлено в зависимость от распределения денежных средств, предусмотренных на реализацию мероприятий по выплате опекунских пособий в разные уровни бюджетной системы Российской Федерации. Таким образом, выплата опекунских пособий должна производиться именно за счет средств бюджета Хабаровского края, что согласуется с новой редакцией ст. 5 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. N 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей", в соответствии с которой предусмотренные названным Федеральным законом дополнительные гарантии для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (за исключением детей, обучающихся в федеральных государственных образовательных учреждениях), являются расходными обязательствами субъектов Российской Федерации. С учетом изложенного обжалуемые судебные постановления нельзя признать законными. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Центрального районного суда г. Хабаровска, определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда и постановление президиума Хабаровского краевого суда отменила, дело направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ___________ Периоды работы медсестрой детских яслей подлежат зачету в стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения Определение Судебной коллегии по гражд 3. Периоды работы медсестрой детских яслей подлежат зачету в стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 13 января 2006 г. N 78-В05-57 (Извлечение) А. обратилась в суд с иском к государственному учреждению - управлению Пенсионного фонда Российской Федерации по Кировскому району г. Санкт-Петербурга о досрочном назначении пенсии по старости. В обоснование своих требований она указала, что решением комиссии по назначению пенсий от 11 февраля 2003 г. ей было необоснованно отказано в досрочном назначении пенсии как работнику, осуществлявшему лечебную и иную деятельность по охране здоровья, в связи с отсутствием у нее необходимого 30-летнего трудового стажа. При этом незаконно не были включены в указанный стаж периоды работы медицинской сестрой детских яслей с 28 марта 1973 г. по 2 июня 1976 г., с 23 мая 1977 г. по 29 августа 1977 г., с 24 марта 1978 г. по 27 августа 1979 г., поскольку данные организации не относятся к медицинским учреждениям. Решением Кировского районного суда г. Санкт-Петербурга от 4 февраля 2004 г. в удовлетворении исковых требований отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда 31 марта 2004 г. упомянутое решение отменила и постановила новое решение, которым требования истицы удовлетворила в полном объеме. Президиум Санкт-Петербургского городского суда 24 ноября 2004 г. определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда отменил, оставил в силе решение суда первой инстанции. В надзорной жалобе А. просила отменить постановление президиума городского суда и решение районного суда, полагая, что судебные инстанции неверно применили нормы материального права и не включили в стаж работы для назначения пенсии периоды ее работы медицинской сестрой в детских яслях. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 13 января 2006 г. в удовлетворении надзорной жалобы отказала, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. В силу ст. 7 и подп. 11 п. 1 ст. 28 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (с последующими изменениями) право на трудовую пенсию по старости имеют женщины, достигшие возраста 55 лет; ранее достижения указанного возраста трудовая пенсия по старости назначается лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и в поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста. Согласно п. 3 ст. 28 названного Федерального закона списки соответствующих работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых назначается трудовая пенсия по старости в соответствии с подп. 7-13 п. 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы утверждаются Правительством Российской Федерации. Такой список должностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости, утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781. Президиум Санкт-Петербургского городского суда в своем постановлении при отказе в назначении пенсии А. исходил из того, что комиссия по назначению пенсии правильно не включила в стаж работы для назначения пенсии периоды ее работы медсестрой детских яслей с 28 марта 1973 г. по 2 июня 1976 г., с 23 мая 1977 г. по 29 августа 1977 г. и с 24 марта 1978 г. по 27 августа 1979 г., так как работа в детских яслях не предусмотрена Списком должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 11 пункта 1 статьи 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781. Данный вывод о невозможности зачета указанных периодов работы А. в трудовой стаж для досрочного назначения пенсии является ошибочным. Истица просила о зачете тех периодов работы, когда действовали утвержденные постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 г. N 1397 Положение о порядке исчисления стажа для назначения пенсий за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения и Перечень учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет, предусматривавшие включение ей в стаж, предоставляющий право назначения льготной пенсии по старости периодов работы медицинской сестрой в детских яслях, а поэтому с учетом положений ч. 2 ст. 6, ч. 4 ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст.ст. 18, 19 и ч. 1 ст. 55 Конституции Российской Федерации, предполагающих правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимых для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли предвидеть последствия своего поведения, указанный период работы А. медицинской сестрой подлежал включению в стаж работы по специальности при досрочном назначении пенсии. Вместе с тем президиум Санкт-Петербургского городского суда при отмене определения судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 31 марта 2004 г. пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для назначения пенсии А. Как указано выше, для назначения пенсии А. необходим 30-летний стаж работы, однако установленный ей специальный стаж - 23 года 11 месяцев 14 дней, даже при удовлетворении заявленных ею в суде требований о зачете времени работы медсестрой в детских яслях, необходимый 30-летний трудовой стаж не составляет. Из этого следует, что суд надзорной инстанции без достаточных оснований исключил из стажа, необходимого для досрочного назначения пенсии, периоды работы А. медсестрой в детских яслях, но при этом правильно отказал истице в досрочном назначении пенсии в связи с отсутствием у нее необходимого 30-летнего трудового стажа. ____________ Пункт 10.2 Правил международных воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов, утвержденных Министерством гражданской авиации СССР 3 января 1986 г. N 1/И, признан частично недействующим со дня вступления решения суда в законную силу Решение Судебной ко 4. Пункт 10.2 Правил международных воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов, утвержденных Министерством гражданской авиации СССР 3 января 1986 г. N 1/И, признан частично недействующим со дня вступления решения суда в законную силу Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17 мая 2006 г. ГКПИ06-498 (Извлечение) Н. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующими пп. 1.4, 10.1.2 и 10.2 Правил международных воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов, утвержденных Министерством гражданской авиации СССР 3 января 1986 г. N 1/И. Как указывал заявитель, оспариваемые положения нормативного правового акта противоречат Гражданскому кодексу Российской Федерации, Воздушному кодексу Российской Федерации, Закону Российской Федерации "О защите прав потребителей" и нарушают права граждан. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев 17 мая 2006 г. дело по первой инстанции, удовлетворила заявленные требования частично, указав следующее. Правила международных воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов утверждены Министерством гражданской авиации СССР 3 января 1986 г. в соответствии со ст. 131 Воздушного кодекса СССР (утратил силу в связи с введением в действие Воздушного кодекса Российской Федерации (ВК РФ). В Воздушном кодексе Российской Федерации, введенном в действие с 1 апреля 1997 г., в ст. 102 определено, что перевозчики при выполнении воздушных перевозок обязаны соблюдать общие правила воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов и требования к обслуживанию пассажиров, грузоотправителей, грузополучателей, устанавливаемые федеральными авиационными правилами. Согласно п. 3 ст. 136 ВК РФ впредь до приведения законов и иных нормативных правовых актов, регулирующих отношения в области авиации и действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с данным Кодексом законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, а также акты законодательства Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, применяются постольку, поскольку они не противоречат Воздушному кодексу Российской Федерации. Как видно из объяснений представителей Минтранса России, в настоящее время эти правила не установлены и применяются Правила международных воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов, утвержденные Министерством гражданской авиации СССР. В силу п. 1.4 Правил они применяются к международным перевозкам, выполняемым чартерными рейсами Аэрофлота во исполнение договора фрахтования (чартера) воздушных судов, заключенного Аэрофлотом или от его имени с фрахтователем, поскольку иное не установлено таким договором либо специальными правилами чартерных перевозок. Ответственность фрахтовщика перед пассажирами, отправителями и получателями должна в любом случае определяться названными Правилами. Согласие пассажира следовать чартерным рейсом или согласие отправителя отправлять груз чартерным рейсом рассматривается как их согласие со всеми условиями договора фрахтования (чартера) воздушных судов, относящимися к условиям перевозки, независимо от того, заключен этот договор непосредственно с пассажиром, отправителем или с иным лицом. Из содержания данного пункта следует, что Правила международных воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов являются обязательными для перевозчиков при выполнении воздушных перевозок пассажиров как на регулярных рейсах, так и рейсах чартерных. Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" предоставляет потребителю право на получение информации по перевозке. Положения абз. 3 п. 1.4 Правил о том, что согласие пассажира следовать чартерным рейсом или согласие отправителя отправлять груз чартерным рейсом рассматривается как их согласие со всеми условиями договора фрахтования (чартера) воздушных судов, относящимися к условиям перевозки, независимо от того, заключен этот договор непосредственно с пассажиром, отправителем или с иным лицом, не запрещают пассажиру получить информацию об условиях осуществления рейса воздушного судна, выполняемого в соответствии с договором фрахтования воздушного судна, и, следовательно, не могут рассматриваться как нарушающие права граждан. В п. 2 ст. 784 ГК РФ предусматривается, что общие условия перевозки определяются транспортными уставами и кодексами, иными законами и издаваемыми в соответствии с ними правилами. В силу ст. 103 ВК РФ по договору воздушной перевозки пассажира перевозчик обязуется перевезти пассажира воздушного судна в пункт назначения с предоставлением ему места на воздушном судне, совершающем рейс, указанный в билете, а в случае воздушной перевозки пассажиром багажа также этот багаж доставить в пункт назначения и выдать пассажиру или управомоченному на получение багажа лицу. Срок доставки пассажира и багажа определяется установленными перевозчиком правилами воздушных перевозок. Пассажир воздушного судна обязуется оплатить воздушную перевозку, а при наличии у него багажа сверх установленной перевозчиком нормы бесплатного провоза багажа и провоз этого багажа. Пункт 10.1.2 Правил регламентирует деятельность перевозчика по соблюдению расписания и не регулирует вопросы ответственности перевозчика за просрочку доставки пассажира. Так, в п. 10.1.2 Правил предусмотрено, что расписание может быть изменено без предупреждения. Аэрофлот может, если того требуют обстоятельства, изменить маршрут, пропустить пункт посадки, указанный в билете или в расписании. Аэрофлот может без предупреждения заменить тип воздушного судна, указанный в расписании. Представитель Минтранса России объясняла, что расписание включает в себя рейс, дату убытия и прибытия, его регулярность. Предусмотренная в п. 10.1.2 возможность изменения расписания без предупреждения относится к организации осуществления воздушной перевозки и не может рассматриваться как условие договора, которое требуется согласовывать с пассажиром. Установленная данным пунктом Правил возможность изменения перевозчиком маршрута, пропуска пункта посадки, указанного в билете или в расписании, допускается, если того требуют обстоятельства. Продавая билет на определенный рейс, перевозчик берет на себя обязательство доставить пассажира в пункт назначения в соответствии с расписанием при отсутствии обстоятельств непреодолимой силы, устранения неисправности воздушного судна, угрожающей жизни или здоровью пассажиров, либо иных обстоятельств, не зависящих от перевозчика. Положения п. 10.2 Правил регулируют права и обязанности перевозчика при отмене и переносе рейса. Так, согласно п. 10.2 Правил, если того требуют обстоятельства, Аэрофлот может без предупреждения отменить, прервать, перенести, задержать выполнение любого своего рейса. В этих случаях по согласованию с пассажиром Аэрофлот, принимая во внимание уважительные причины и интересы пассажира, должен выполнить перевозку такого пассажира другим своим рейсом, или передать его для перевозки иностранному перевозчику, или организовать перевозку другим видом транспорта, или произвести возврат сумм в соответствии с правилами применения тарифов Аэрофлота. Никакой другой обязанности в этих случаях Аэрофлот перед пассажиром не несет. Из содержания названного пункта видно, какие действия, если того требуют обстоятельства, должен совершить перевозчик, выполняя перевозку пассажиров при отмене или переносе рейса. В этих случаях по согласованию с пассажиром перевозчик должен выполнить перевозку пассажира другим своим рейсом, или передать его для перевозки иностранному перевозчику, или организовать перевозку другим видом транспорта, или произвести возврат сумм. Данные положения Правил не противоречат ни требованиям Гражданского кодекса Российской Федерации, ни положениям Воздушного кодекса Российской Федерации и направлены на надлежащее исполнение перевозчиком обязательства по перевозке пассажира в пункт назначения. Перевозчик, осуществляющий международную воздушную перевозку пассажиров, обязан обеспечить безопасность полета воздушного судна. В этих целях Воздушный кодекс Российской Федерации предоставляет право командиру воздушного судна принимать окончательные решения о взлете, полете и посадке воздушного судна, а также о прекращении полета и возвращении на аэродром или о вынужденной посадке в случае явной угрозы безопасности полета воздушного судна в целях спасения жизни людей, предотвращения нанесения ущерба окружающей среде. Такие решения могут быть приняты в связи с отступлением от плана полета, от указаний соответствующего органа единой системы организации воздушного движения и задания на полет, с обязательным уведомлением соответствующего органа обслуживания воздушного движения (управления полетами) и по возможности согласно установленным правилам полетов. Положения пп. 10.1.2 и 10.2 Правил не допускают одностороннего отказа перевозчика от исполнения обязательства, возникшего из договора воздушной перевозки пассажира. Что касается последнего предложения п. 10.2 Правил, то оно не соответствует действующему законодательству. Вопрос об ответственности перевозчика за просрочку доставки пассажира разрешен Воздушным кодексом Российской Федерации. В ст. 120 ВК РФ определено, что за просрочку доставки пассажира, багажа или груза в пункт назначения перевозчик уплачивает штраф в размере двадцати пяти процентов установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда за каждый час просрочки, но не более чем пятьдесят процентов провозной платы, если не докажет, что просрочка имела место вследствие непреодолимой силы, устранения неисправности воздушного судна, угрожающей жизни или здоровью пассажиров воздушного судна, либо иных обстоятельств, не зависящих от перевозчика. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ заявление Н. удовлетворила частично: признала недействующим последнее предложение п. 10.2 Правил международных воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов, утвержденных Министерством гражданской авиации СССР 3 января 1986 г. N 1/И, со дня вступления решения суда в законную силу; в остальной части заявленные требования оставила без удовлетворения. Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 8 августа 2006 г. оставила решение суда без изменения. ____________ Параграф 23 Правил перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом в РСФСР, утвержденных приказом Министерства автомобильного транспорта РСФСР от 24 декабря 1987 г. N 176, частично признан недействующим со дня вступления решения суда в законную си 5. Параграф 23 Правил перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом в РСФСР, утвержденных приказом Министерства автомобильного транспорта РСФСР от 24 декабря 1987 г. N 176, частично признан недействующим со дня вступления решения суда в законную силу Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21 марта 2006 г. N ГКПИ06-211 (Извлечение) Г. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующим абз. 2 параграфа 23 Правил перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом в РСФСР, утвержденных приказом Министерства автомобильного транспорта РСФСР от 24 декабря 1987 г. N 176 (далее - Правила), в части слов "возврат билетов, приобретенных пассажирами на пригородные маршруты в кассах текущей продажи, не производится", сославшись на то, что оспариваемые положения параграфа 23 Правил противоречат ст.ст. 16 и 32 Федерального закона "О защите прав потребителей", а также п. 1 ст. 1 ГК РФ и нарушают его права и имущественные интересы. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев 21 марта 2006 г. дело по первой инстанции, удовлетворила заявление Г. по следующим основаниям. В соответствии с ч. 2 ст. 253 ГПК РФ суд, установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, признает данный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени. Приказом Министерства автомобильного транспорта РСФСР от 24 декабря 1987 г. N 176 были утверждены Правила перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом в РСФСР, согласно абз. 2 параграфа 23 которых возврат билетов, приобретенных пассажирами на пригородные маршруты в кассах текущей продажи, не производится. Билеты, реализованные кассами предварительной продажи, могут быть возвращены пассажиром в порядке, предусмотренном параграфами 46-53 названных Правил. По утверждению заявителя, различный подход к решению вопроса о возможности возврата билетов на проезд в автобусах пригородных маршрутов в зависимости от того, в какой кассе они приобретены (в кассе текущей продажи или кассе предварительной продажи), без законных оснований определяет разные условия договора перевозки и ставит пассажиров этих маршрутов в неравное положение, что не соответствует требованиям законодательства Российской Федерации. В силу ст. 784 ГК РФ перевозка грузов, пассажиров и багажа осуществляется на основании договора перевозки. Общие условия перевозки определяются транспортными уставами и кодексами, иными законами и издаваемыми в соответствии с ними правилами. Условия перевозки грузов, пассажиров и багажа отдельными видами транспорта, а также ответственность сторон по этим перевозкам определяются соглашением сторон, если данным Кодексом, транспортными уставами и кодексами, иными законами и издаваемыми в соответствии с ними правилами не установлено иное. Из содержания ст. 789 ГК РФ следует, что договор перевозки транспортом общего пользования является публичным договором. Общие условия перевозки пассажиров и багажа автомобильным транспортом общего пользования определены Уставом автомобильного транспорта РСФСР (утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 8 января 1969 г. N 12) и Правилами, положение которых оспаривается. Как указано в подп. "е" и "ж" п. 81 названного Устава, пассажир имеет право при опоздании на автобус в течение 3 часов, а вследствие болезни или несчастного случая - в течение 3 суток с момента отправления автобуса, на который был приобретен билет, возобновить проездные документы с доплатой 25 процентов стоимости билета или получить обратно в порядке, предусмотренном Правилами перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом в РСФСР, стоимость проезда за вычетом 25 процентов стоимости билета; при возврате билета в кассу автовокзала (автостанции) не позднее чем за 2 часа до отправления автобуса получить полную стоимость проезда за вычетом уплаченного им сбора за предварительную продажу, а при возврате билета позднее этого срока, но до отхода автобуса, получить стоимость проезда за вычетом 15 процентов его стоимости и уплаченного им сбора за предварительную продажу. Из содержащегося в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснения следует, что на правоотношения, вытекающие из договора перевозки, распространяются положения Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей". Учитывая, что договор перевозки транспортом общего пользования является публичным договором, то цена товаров, работ и услуг, а также иные условия такого договора устанавливаются одинаковыми для всех потребителей, за исключением случаев, когда законом и иными правовыми актами допускается предоставление льгот для отдельных категорий потребителей (п. 2 ст. 426 ГК РФ). Оспариваемое положение параграфа 23 Правил, устанавливая неодинаковые условия возврата проездных билетов, приобретенных в кассе текущей продажи, при расторжении пассажирами по тем или иным причинам договора перевозки ставит их в неравное положение с теми пассажирами, кто приобрел такие же билеты в кассе предварительной продажи, что противоречит требованиям ст. 426 ГК РФ. Не соответствует названное предписание Правил и Уставу автомобильного транспорта РСФСР, в котором не содержится каких-либо указаний о том, что проездные билеты, приобретенные пассажирами в кассе текущей продажи, возврату не подлежат (пп. 81 и 82 Устава). Следовательно, абз. 2 параграфа 23 Правил в оспариваемой части противоречит приведенным выше нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениям Устава автомобильного транспорта РСФСР и подлежит признанию в этой части недействующим. Довод представителей заинтересованных лиц о том, что оспариваемое положение Правил не противоречит Уставу автомобильного транспорта РСФСР, так как в соответствии с его пп. 81, 82 возврат проездных билетов в кассу автовокзала (автостанции) возможен только в случае их приобретения пассажирами в кассе предварительной продажи, не обоснован. При этом ссылка представителей на то, что в каждом случае возврата билетов в кассу автовокзала названными пунктами Устава предусматривается получение стоимости проезда за вычетом уплаченного пассажиром сбора за предварительную продажу, а при определенных обстоятельствах - и с выплатой такого сбора, не может свидетельствовать о том, что приобретенные пассажирами проездные билеты в кассе текущей продажи не подлежат возврату, поскольку данные пункты Устава предполагают возможность возврата этих билетов в кассу во всех указанных в Уставе случаях, в том числе и при приобретении их в кассе предварительной продажи с удержанием сбора за предварительную продажу либо без его удержания. Право пассажира вернуть билет в кассу до отправления автобуса в рейс и получить обратно стоимость проезда, независимо от того, в какой кассе приобретен билет, в случаях ненадлежащего исполнения договора перевозки по вине перевозчика (опоздания отправления автобуса против расписания более чем на один час, предоставления пассажиру места в автобусе менее высокого класса, чем тот, на который ему продан билет, непредоставления пассажиру указанного в билете места) следует и из смысла п. 82 Устава. В противном случае невозможность возврата билета в кассу пассажиром, приобретшим его в кассе текущей продажи, при этих же обстоятельствах ставило бы его без законных оснований в неравное положение с пассажирами, приобретшими билет в кассе предварительной продажи. Утверждение представителей заинтересованного лица о том, что оспариваемое положение Правил не исключает возможности получения пассажиром стоимости проезда при расторжении договора перевозки в предусмотренном Правилами порядке, также не может быть признано обоснованным, поскольку данное положение Правил в противоречие Уставу устанавливает неодинаковые условия и права пассажиров по расторжению данного договора. В связи с этим нельзя согласиться и с тем, что при возврате билетов работники касс текущей продажи вынуждены будут столкнуться с несвойственной им функцией по определению фактически понесенных транспортной организацией расходов, связанных с исполнением обязательств по договору перевозки, поскольку эти функции другие работники касс (предварительной продажи) при таких же обстоятельствах в соответствии с Правилами и Уставом обязаны выполнять и их выполняют. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ заявление Г. удовлетворила: признала абз. 2 параграфа 23 Правил перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом в РСФСР, утвержденных приказом Министерства автомобильного транспорта РСФСР от 24 декабря 1987 г. N 176, в части слов "возврат билетов, приобретенных пассажирами на пригородные маршруты в кассах текущей продажи, не производится" недействующим со дня вступления решения суда в законную силу. Решение вступило в законную силу. ____________ Пункт 25 Положения об аттестации экспертов в государственных судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 23 декабря 2004 г. N 196, признан недействующим Опр 6. Пункт 25 Положения об аттестации экспертов в государственных судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 23 декабря 2004 г. N 196, признан недействующим Определение Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 25 июля 2006 г. N КАС06-266 (Извлечение) Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 23 декабря 2004 г. N 196 утверждено Положение об аттестации экспертов в государственных судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции Российской Федерации (далее - Положение). М. обратилась в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующим п. 25 данного Положения, предусматривающего, что вопрос о внеочередной аттестации работника судебно-экспертного учреждения на право самостоятельного производства судебной экспертизы рассматривается Центральной или зональной экспертно-квалификационными комиссиями, проводившими предыдущую аттестацию работника: по мотивированному представлению руководителя СЭУ; по мотивированному представлению Управления судебно-экспертных учреждений Минюста России; Центральной экспертно-квалификационной комиссией самостоятельно в случае нарушений аттестованным работником требований и норм действующего законодательства и ведомственных нормативных актов, регулирующих экспертную деятельность, которые могут повлечь за собой нанесение ущерба правам и законным интересам граждан; в случае несоответствия эксперта заявленной квалификации при прохождении внеочередной аттестации на право самостоятельного производства судебной экспертизы свидетельство о присвоении права самостоятельного производства судебной экспертизы утрачивает силу и подлежит возврату в экспертно-квалификационную комиссию. В обоснование заявленного требования М. ссылалась на то, что оспариваемая норма Положения не соответствует федеральному закону и нарушает права и законные интересы самой заявительницы. Решением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 мая 2005 г. в удовлетворении требований отказано. В кассационной жалобе М. просила отменить судебное решение в связи с неправильным применением норм материального права. Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 25 июля 2006 г. решение отменила по следующим основаниям. Отказ в признании недействующим п. 25 Положения Судебная коллегия мотивировала тем, что оспариваемая норма соответствует ст. 13 Федерального закона от 31 мая 2001 г. "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", в которой законодатель делегировал федеральным органам исполнительной власти право по изданию нормативных правовых актов, определяющих порядок проведения аттестации работников судебно-экспертных учреждений, в том числе и порядок проведения внеочередной аттестации. Однако с выводом суда о делегировании законодателем (ст. 13 названного Федерального закона) федеральным органам исполнительной власти (в данном случае - Министерству юстиции Российской Федерации) права по установлению порядка проведения внеочередной аттестации согласиться нельзя. В ст. 13 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" предусмотрено обязательное проведение экспертно-квалификационными комиссиями аттестации экспертов на право самостоятельного производства судебной экспертизы, а федеральным органам исполнительной власти действительно предоставлено право устанавливать нормативными правовыми актами порядок определения уровня профессиональной подготовки экспертов и порядок их аттестации. Проведение же внеочередной аттестации экспертов этим Федеральным законом (и каким-либо другим законом) вообще не предусмотрено. Более того, приведенной ст. 13 Федерального закона периодичность пересмотра экспертно-квалификационными комиссиями уровня профессиональной подготовки экспертов установлена и составляет пять лет. Таким образом, именно п. 25 Положения введено проведение в отношении экспертов внеочередной аттестации, результаты которой имеют для экспертов важное значение, поскольку согласно этому же пункту Положения в случае несоответствия эксперта заявленной квалификации при прохождении внеочередной аттестации на право самостоятельного производства судебной экспертизы свидетельство о присвоении права самостоятельного производства судебной экспертизы утрачивает силу и подлежит возврату в экспертно-квалификационную комиссию. Поэтому закрепленное в п. 25 Положения проведение внеочередной аттестации экспертов в случаях и при условиях, предусмотренных этим же пунктом, по существу является дополнительным ограничением права экспертов на осуществление самостоятельного производства судебной экспертизы в период между очередными пересмотрами уровня их профессиональной подготовки, проводимыми каждые пять лет. При этом последствия внеочередной аттестации экспертов такие же, как и при очередной аттестации. Следовательно, введение дополнительной обязанности пройти внеочередную аттестацию ограничивает предусмотренное ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации и ст. 2 ТК РФ право работника свободно распоряжаться своими способностями к труду, осуществлять выбранный им вид деятельности. При данных обстоятельствах вывод суда о соответствии п. 25 Положения упомянутому Федеральному закону является ошибочным. Указанный пункт нормативного правового акта явно противоречит требованиям ст. 13 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и ограничивает право эксперта на самостоятельное производство судебной экспертизы в пятилетние периоды между очередными пересмотрами уровня его профессиональной подготовки без прохождения внеочередных аттестаций. Поэтому ошибочен вывод суда и о том, что п. 25 Положения не нарушает предусмотренных законом прав М. В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом. Поскольку такое ограничение (проведение внеочередных аттестаций экспертов на право самостоятельного производства судебной экспертизы) не установлено в Федеральном законе, п. 25 Положения, определяющий возможность проведения внеочередной аттестации экспертов и порядок ее проведения, принят Министерством юстиции Российской Федерации с явным превышением полномочий, делегированных ему ст. 13 названного выше Закона, и его применение приведет к нарушению прав и законных интересов заявительницы. Кассационная коллегия Верховного Суда РФ решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила, вынесла новое решение, которым признала незаконным (недействующим) п. 25 Положения об аттестации экспертов в государственных судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 23 декабря 2004 г. N 196. ___________ Пункт 1.4 (в части), пп. 3.1, 3.2, 3.3 и 3.4 Положения о порядке выдачи именных разовых лицензий на использование объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты, утвержденного приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 4 январ 7. Пункт 1.4 (в части), пп. 3.1, 3.2, 3.3 и 3.4 Положения о порядке выдачи именных разовых лицензий на использование объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты, утвержденного приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 4 января 2001 г. N 3, признаны недействующими со дня вступления решения суда в законную силу Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30 января 2006 г. N ГКПИ05-1461 (Извлечение) С. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующими пп. 1.4 (в части), 3.1, 3.2, 3.3 и 3.4 Положения о порядке выдачи именных разовых лицензий на использование объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты, утвержденного приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 4 января 2001 г. N 3 (далее - Положение), сославшись на то, что оспариваемые пункты Положения противоречат Федеральному закону "О животном мире" и Налоговому кодексу Российской Федерации. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев 30 января 2006 г. дело по первой инстанции, заявление удовлетворила по следующим основаниям. В соответствии с ч. 2 ст. 253 ГПК РФ суд, установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, признает данный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени. Как установлено судом, заявителем оспариваются предписания пп. 1.4, 3.1, 3.2, 3.3 и 3.4 названного выше Положения, регулирующие порядок выдачи именных разовых лицензий на использование объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты. В соответствии с п. 1.4 Положения по лицензиям, выдаваемым на изъятие из среды обитания особей определенного вида охотничьих животных или группы их видов в определенном месте на конкретный срок с соблюдением лимитов изъятия этих животных, установленных территориальными органами Министерства сельского хозяйства Российской Федерации, осуществляется добыча харзы, норок, лисицы, песца, енотовидной собаки, енота-полоскуна, диких кошек, горностая, солонгоя, колонка, хорей, корсака, белок, ондатры, зайцев, дикого кролика, гусей, казарок, глухарей, тетеревов, фазанов, кавказского улара, рябчика, куропаток, кеклика, уток, пастушков, куликов, перепелов, голубей, саджи. В пп. 3.1, 3.2, 3.3 и 3.4 Положения предусматриваются взимание сбора за выдачу лицензии, порядок определения его размера, зачисления его на счета территориальных охотуправлений, выдавших лицензии, порядок выдачи лицензий и взимания сбора за их выдачу. По утверждению заявителя, п. 1.4 Положения в части необходимости получения лицензии формы В на добывание лисицы, песца, енотовидной собаки, горностая, солонгоя, колонка, хорей, корсака, белок, ондатры, зайцев, дикого кролика, гусей, казарок, рябчика, куропаток, кеклика, уток, перепелов, голубей противоречит ч. 2 ст. 35 Федерального закона от 24 апреля 1995 г. N 52-ФЗ "О животном мире" и п. 1 ст. 333-3 НК РФ, не предусматривающим уплату сбора и получение лицензии на добычу перечисленных выше животных и птиц. Не предусматривает Налоговый кодекс Российской Федерации и взимание сбора за выдачу таких лицензий на пользование указанными объектами животного мира. Согласно подп. 7 п. 1 ст. 6 НК РФ нормативный правовой акт о налогах и сборах признается не соответствующим данному Кодексу, если такой акт изменяет установленные этим Кодексом основания, условия, последовательность или порядок действий участников отношений, регулируемых законодательством о налогах и сборах, иных лиц, обязанности которых установлены Кодексом. Из содержания п. 1 ст. 333-3 НК РФ следует, что в отличие от оспариваемых пунктов Положения данная норма Кодекса не предусматривает взимание сбора за пользование указанными в заявлении объектами животного мира, отнесенными к объектам охоты. В силу п. 1 ст. 333-5 НК РФ плательщики сбора за пользование объектами животного мира сумму сбора за пользование этими объектами уплачивают при получении лицензии на пользование объектами животного мира. При этом данная норма Закона не устанавливает взимания какой-либо платы за выдачу именных разовых лицензий, как это следует из оспариваемых пунктов Положения. В соответствии с подп. 74 п. 1 ст. 333-33 НК РФ взимание сбора (государственной пошлины) предусматривается только за выдачу долгосрочной лицензии на пользование объектами животного мира, отнесенными к объектам охоты. Из приведенных выше норм Налогового кодекса Российской Федерации следует, что налоговое законодательство Российской Федерации не устанавливает взимание сбора за пользование объектами животного мира, указанными С. в заявлении, и взимание сбора (госпошлины) за выдачу именных разовых лицензий. Следовательно, оспариваемые предписания Положения в силу приведенного выше подп. 7 п. 1 ст. 6 НК РФ подлежат признанию не соответствующими Кодексу. Довод представителя Минсельхоза России о том, что оспариваемые пункты Положения не противоречат требованиям Федерального закона "О животном мире" и налоговому законодательству, ничем не обоснован и опровергается содержанием приведенных выше норм Налогового кодекса Российской Федерации. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ заявление С. удовлетворила: признала п. 1.4 в части содержащегося в нем указания о необходимости добывания по именным разовым лицензиям формы В лисицы, песца, енотовидной собаки, горностая, солонгоя, колонка, хорей, корсака, белок, ондатры, зайцев, дикого кролика, гусей, казарок, рябчика, куропаток, кеклика, уток, перепелов, голубей, а также пп. 3.1, 3.2, 3.3 и 3.4 Положения о порядке выдачи именных разовых лицензий на использование объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты, утвержденного приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 4 января 2001 г. N 3, недействующими со дня вступления данного решения в законную силу. Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 30 марта 2006 г. решение оставила без изменения. _____________ Пункты 6 и 9 Правил задержания транспортного средства, помещения его на стоянку, хранения, а также запрещения эксплуатации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 18 декабря 2003 г. N 759, предусматривающие исчисление срока хран 8. Пункты 6 и 9 Правил задержания транспортного средства, помещения его на стоянку, хранения, а также запрещения эксплуатации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 18 декабря 2003 г. N 759, предусматривающие исчисление срока хранения транспортного средства с момента его помещения на специализированную стоянку, порядок взимания платы за транспортировку и хранение, а также условия хранения и выдачи транспортного средства владельцу, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15 мая 2006 г. N ГКПИ06-240, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 25 июля 2006 г. N КАС06-260 _____________ Абзацы 1, 2, 3 и 5 п. 7, абз. 1 и 2 п. 12 и п. 15 Положения о паспорте гражданина Российской Федерации (утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 8 июля 1997 г. N 828), устанавливающие, что паспорт гражданина действует от 14 лет - 9. Абзацы 1, 2, 3 и 5 п. 7, абз. 1 и 2 п. 12 и п. 15 Положения о паспорте гражданина Российской Федерации (утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 8 июля 1997 г. N 828), устанавливающие, что паспорт гражданина действует от 14 лет - до достижения 20-летнего возраста, от 20 лет - до достижения 45-летнего возраста (абз. 1, 2, 3 п. 7); по достижении гражданином (за исключением военнослужащих, проходящих службу по призыву) 20-летнего и 45-летнего возраста паспорт подлежит замене (абз. 5 п. 7); замена паспорта производится при достижении возраста, предусмотренного п. 7 данного Положения (абз. 1, 2 п. 12); документы и личные фотографии для получения или замены паспорта должны быть сданы гражданином не позднее 30 дней после наступления обстоятельств, указанных в пп. 1, 7 или 12 этого Положения (п. 15), признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 июля 2006 г. N ГКПИ06-474, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 3 октября 2006 г. N КАС06-360 _____________ Абзац 13 п. 40 Правил пожарной безопасности в Российской Федерации (ППБ 01-03), утвержденных приказом Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от 18 июня 2003 г. N 3 10. Абзац 13 п. 40 Правил пожарной безопасности в Российской Федерации (ППБ 01-03), утвержденных приказом Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от 18 июня 2003 г. N 313, согласно которому в зданиях, сооружениях организаций запрещается устанавливать дополнительные двери или изменять направление открывания дверей (в отступление от проекта) из квартир в общий коридор (на площадку лестничной клетки), если это препятствует свободной эвакуации людей или ухудшает условия эвакуации из соседних квартир, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11 августа 2006 г. N ГКПИ06-657, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 12 октября 2006 г. N КАС06-377 _____________ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Суд ошибочно квалифицировал действия виновных по ч. 4 ст. 222 УК РФ как незаконный сбыт газового оружия Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2006 г. N 541-П06ПР (Извлечение) 1. Суд ошибочно квалифицировал действия виновных по ч. 4 ст. 222 УК РФ как незаконный сбыт газового оружия Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2006 г. N 541-П06ПР (Извлечение) По приговору Саратовского областного суда от 29 июня 2000 г. (с учетом последующих изменений) Зуев осужден по пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162, пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 158, ч. 4 ст. 222 УК РФ. По этому же приговору осуждены: Кудобаев по ч. 3 ст. 33 и пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), пп. "а", "б", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), ч. 4 ст. 222 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.); Черномордин по чч. 4, 5 ст. 33 и п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), ч. 4 ст. 222 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.). Они признаны виновными в следующем. Летом 1998 года в г. Саратове Зуев незаконно, т. е. без соответствующего разрешения, приобрел у не установленного следствием лица газовый пистолет и газовый револьвер иностранного производства (признаны газовым оружием). Газовое оружие Зуев, Кудобаев и Черномордин использовали при совершении разбойных нападений на граждан, незаконно приобретая и сбывая оружие друг другу, и незаконно носили его в моменты нападений на граждан 7 апреля, 6 мая, 19 мая 1999 г. С учетом изменений, внесенных в приговор, Зуев и Черномордин осуждены за разбойные нападения, совершенные группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, за кражу чужого имущества, совершенную группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину, за незаконный сбыт газового оружия. Кудобаев осужден за организацию и участие в разбойных нападениях, совершенных группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, за покушение на кражу чужого имущества с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, за незаконный сбыт газового оружия. По делу также осужден Разин, в отношении которого надзорное производство не возбуждено. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 октября 2000 г. оставила приговор без изменения. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 7 сентября 2004 г. исключено из приговора указание на осуждение Зуева по ч. 4 ст. 222 УК РФ за незаконное приобретение и ношение газового оружия. В остальной части приговор и последующие решения оставлены без изменения. Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении поставил вопрос об отмене судебных решений в части осуждения Зуева, Кудобаева и Черномордина по ч. 4 ст. 222 УК РФ и прекращении производства по делу в этой части за отсутствием состава преступления. Президиум Верховного Суда РФ 8 ноября 2006 г. удовлетворил надзорное представление по следующим основаниям. Согласно положениям ч. 1 ст. 409, п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, является основанием для отмены или изменения состоявшихся по делу судебных решений. Признавая осужденных Зуева, Кудобаева и Черномордина виновными в сбыте газового оружия, суд исходил из того, что они при совершении разбойных нападений передавали газовый пистолет и газовый револьвер друг другу. По смыслу уголовного закона под незаконным сбытом газового оружия (ч. 4 ст. 222 УК РФ) понимается его безвозвратное (в отличие от незаконной передачи) отчуждение в собственность иных лиц в результате совершения какой-либо противоправной сделки (возмездной или безвозмездной), т. е. продажи, дарения, обмена и т. п. Таких обстоятельств судом не установлено. Суд выяснил, что газовое оружие Зуев, Кудобаев и Черномордин передавали друг другу для совершения разбойных нападений. При этом собственником оружия продолжал оставаться Зуев. Предоставление им газовых пистолета и револьвера Кудобаеву и Черномордину для временного использования, возврат этими лицами газового оружия Зуеву для хранения, т. е. передача газового оружия, не является сбытом, о котором упоминается в ст. 222 УК РФ, и не влечет уголовной ответственности. На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ состоявшиеся по делу судебные решения в части осуждения Зуева, Кудобаева и Черномордина по ч. 4 ст. 222 УК РФ отменил, а уголовное дело в этой части прекратил на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. ____________ Действия лица ошибочно расценены судом как вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2006 г. N 521-П06 (Извлечение) 2. Действия лица ошибочно расценены судом как вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2006 г. N 521-П06 (Извлечение) По приговору Хабаровского краевого суда от 17 июля 2000 г. Яковец осужден по пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 3 ст. 162, ч. 4 ст. 150 УК РФ. По данному делу также осуждены Плохих, Яковец Ю. и Ящук, в отношении которых надзорное производство не возбуждено. Яковец признан виновным в разбойном нападении, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, в убийстве лица с целью сокрытия другого преступления, группой лиц по предварительному сговору, в вовлечении в преступную группу несовершеннолетней (Ящук) и в совершении совместно с ней особо тяжкого преступления. 13 ноября 1999 г. в ходе совместного распития спиртных напитков Яковец Ю. предложила Яковцу и Плохих завладеть шубой, в которую был одет ранее незнакомый им Блест. Согласившись, они втроем напали на Блеста. Яковец нанес потерпевшему удары стеклянной банкой по голове, а затем кулаками не менее десяти раз, от которых тот упал на пол. Затем Яковец, Яковец Ю. и Плохих стали бить потерпевшего кулаками и ногами. Плохих и Яковец Ю. прыгали на грудь и живот потерпевшего, а Яковец, сев на ноги Блесту, продолжал наносить ему удары кулаками по голове. В результате потерпевшему были причинены телесные повреждения, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью. Воспользовавшись тем, что Блест перестал двигаться и потерял сознание, Яковец Ю. сняла с потерпевшего ботинки и шубу. Видя, что потерпевший находится без сознания, не может самостоятельно двигаться и совершать другие активные действия, все трое с целью скрыть разбой решили вынести его на улицу, где он, по их мнению, должен был замерзнуть и умереть от переохлаждения. Находившуюся в то время в доме несовершеннолетнюю Ящук они попросили помочь вытащить избитого Блеста на улицу. Яковец, Яковец Ю., Плохих вынесли его на улицу, где продолжали избиение, а затем оставили. Ящук в это время наблюдала за окружающей обстановкой с целью предупреждения о появлении прохожих и работников милиции. Смерть потерпевшего Блеста наступила от общего переохлаждения организма. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 16 февраля 2001 г. изменила приговор: смягчила назначенное Яковцу по совокупности преступлений наказание. Осужденный Яковец в надзорной жалобе просил об отмене судебных решений в части осуждения его по ч. 4 ст. 150 УК РФ с прекращением уголовного дела в этой части за отсутствием в его действиях состава преступления, поскольку он никаких действий по вовлечению несовершеннолетней Ящук в преступления не совершал, никакие конкретные действия по вовлечению несовершеннолетней ему в вину не вменялись. Президиум Верховного Суда РФ 8 ноября 2006 г. удовлетворил надзорную жалобу, указав следующее. Несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, согласно положениям ч. 1 ст. 409, п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ является основанием для отмены или изменения судебных решений. По смыслу уголовного закона (ст. 150 УК РФ) вовлечением в совершение преступления признаются действия взрослого лица, которые направлены на возбуждение желания несовершеннолетнего совершить активные противоправные действия. Такие действия могут быть совершены несовершеннолетним под воздействием обещаний, обмана, угроз или иным способом. Признав Яковца виновным в вовлечении несовершеннолетней Ящук в преступную группу для совершения особо тяжкого преступления, суд указал в приговоре, что тот вместе с другими осужденными по данному делу просил несовершеннолетнюю Ящук помочь в убийстве Блеста. Однако при этом суд сослался на показания Ящук, утверждавшей, что ее позвала и просила помочь вынести потерпевшего из дома лишь Яковец Ю. Осужденный Яковец последовательно отрицал свою причастность к вовлечению несовершеннолетней в преступление, утверждая, что ни с какими просьбами о помощи в совершении преступления к Ящук он не обращался. В опровержение указанных доводов Яковца суд не привел никаких доказательств. Таким образом, вывод суда о причастности Яковца к вовлечению несовершеннолетней Ящук в совершение преступления не подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании. На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ отменил судебные решения в части осуждения Яковца по ч. 4 ст. 150 УК РФ с прекращением дела в этой части на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. _____________ Судебные решения отменены как вынесенные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, предусматривающего порядок рассмотрения заявления о совершенном преступлении Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 9 ноября 3. Судебные решения отменены как вынесенные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, предусматривающего порядок рассмотрения заявления о совершенном преступлении Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 9 ноября 2006 г. N 31-Д06-30 (Извлечение) Лукин 14 января 2003 г. обратился в Ленинский районный суд г. Чебоксары с жалобой о признании ответа от 17 декабря 2002 г. за подписью прокурора Чувашской Республики незаконным и просил обязать прокуратуру Республики устранить нарушения закона, поскольку полагал, что по его заявлениям о привлечении к уголовной ответственности сотрудника МВД Чувашской Республики Е., работников прокуратуры г. Чебоксары С. и А., заместителя прокурора и начальника отдела прокуратуры Чувашской Республики, сотрудников налоговой полиции Т. и А., судьи Ленинского района г. Чебоксары С. должны были быть приняты процессуальные решения. Судья Ленинского районного суда г. Чебоксары 21 февраля 2003 г. действия прокурора Чувашской Республики по жалобе Лукина признал незаконными и обязал прокурора устранить допущенные нарушения. Президиум Верховного Суда Чувашской Республики 30 мая 2003 г. удовлетворил представление заместителя прокурора Чувашской Республики и отменил постановление судьи Ленинского районного суда г. Чебоксары по жалобе Лукина на действия (бездействие) прокурора Чувашской Республики. В надзорной жалобе Лукин просил отменить постановление президиума в связи с тем, что его обращения в прокуратуру Республики о привлечении конкретных должностных лиц к уголовной ответственности были рассмотрены без проведения каких-либо проверок, с нарушением требований закона, без вынесения процессуальных документов. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 9 ноября 2006 г. постановление президиума Верховного Суда Чувашской Республики от 30 мая 2003 г. отменила, а постановление судьи Ленинского районного суда г. Чебоксары от 21 февраля 2003 г., как основанное на требованиях уголовно-процессуального закона, оставила без изменения по следующим основаниям. В соответствии со ст.ст. 140-145 УПК РФ по результатам рассмотрения заявления о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь или прокурор принимает одно из следующих решений: 1) о возбуждении уголовного дела; 2) об отказе в возбуждении уголовного дела; 3) о передаче сообщения по подследственности. Между тем процессуальных решений по заявлениям Лукина не принималось, проверка не проводилась и действия прокуратуры, выразившиеся в даче письменных ответов заявителю, не соответствовали закону. Президиум Верховного Суда Чувашской Республики, рассмотрев дело по надзорному представлению заместителя прокурора Чувашской Республики, постановление судьи Ленинского районного суда отменил и производство по делу прекратил, указав, что жалоба Лукина не подлежала принятию к производству, поскольку оспариваемый заявителем ответ прокуратуры не относится к процессуальным документам, нарушающим его конституционные права и охраняемые законом интересы. Дача прокуратурой мотивированных ответов предусмотрена ст. 10 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-I "О прокуратуре Российской Федерации" при рассмотрении и разрешении заявлений, жалоб и иных обращений, поэтому ответ прокурора не препятствует и не затрудняет доступа заявителя к правосудию. Такое решение президиума Верховного Суда Чувашской Республики противоречит требованиям уголовно-процессуального закона. В соответствии со ст. 125 УПК РФ постановления дознавателя, следователя, прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные их решения и действия (бездействие), которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту производства предварительного расследования. Лукин в своих жалобах просил о привлечении к уголовной ответственности должностных лиц именно в связи с их бездействием и невынесением одного из предусмотренных ст. 145 УПК РФ процессуальных документов. Ссылка в постановлении президиума на ст. 10 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" ошибочна, поскольку в ч. 2 ст. 10 указанного Закона установлено, что поступающие заявления и жалобы рассматриваются в порядке и в сроки, предусмотренные федеральным законодательством. В ст.ст. 124, 144 и 145 УПК РФ определены порядок и сроки рассмотрения жалоб и сообщений о преступлении и виды решений, принимаемых по результатам рассмотрения жалоб и сообщений о преступлении. По результатам рассмотрения жалобы прокурор выносит постановление о полном или частичном удовлетворении жалобы либо об отказе в ее удовлетворении, а по результатам рассмотрения сообщения о преступлении - постановление о возбуждении уголовного дела, либо об отказе в возбуждении уголовного дела, либо о передаче сообщения по подследственности. _____________ Окончательное наказание по совокупности преступлений назначается с учетом того, что за каждое из них в соответствии с законом может быть назначено максимальное наказание меньше, чем предусмотрено Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации О 4. Окончательное наказание по совокупности преступлений назначается с учетом того, что за каждое из них в соответствии с законом может быть назначено максимальное наказание меньше, чем предусмотрено Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 г. N 77-Д06-15 (Извлечение) По приговору Данковского городского суда Липецкой области от 17 февраля 2005 г. Семенов осужден к лишению свободы: по п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту кражи 13 ноября 2004 г.) на два года; по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту кражи 15 декабря 2004 г.) на два года шесть месяцев. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено четыре года лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Он признан виновным в краже, совершенной 13 ноября 2004 г. с незаконным проникновением в помещение, а также краже, совершенной 15 декабря 2004 г. по предварительному сговору с осужденным по этому же делу Егоровым, с незаконным проникновением в помещение. В кассационном порядке дело не рассматривалось. Постановлением президиума Липецкого областного суда от 15 декабря 2005 г. приговор изменен: во вводной части приговора уточнена дата осуждения Семенова за ранее совершенные преступления; по совокупности преступлений ему назначено наказание на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ в виде четырех лет лишения свободы. В остальной части приговор оставлен без изменения. В надзорной жалобе Семенов, не оспаривая фактических обстоятельств совершенных им преступлений, просил изменить состоявшиеся в отношении него судебные решения и смягчить наказание. При этом он сослался на то, что суд в нарушение постановлений Пленума Верховного Суда РФ не применил требования ст. 62 УК РФ, не указал в приговоре о назначении наказания с применением этого закона и при назначении наказания не учел требования ст. 316 УПК РФ, а президиум областного суда, изменив приговор в части назначения наказания, указав о применении ч. 2 ст. 69 УК РФ вместо ч. 3 ст. 69 УК РФ, наказание не снизил. Судебная коллегия Верховного Суда РФ 6 февраля 2007 г. приговор и постановление президиума изменила по следующим основаниям. Ссылка Семенова на то, что суд не применил положения ст. 62 УК РФ и не указал в приговоре о назначении наказания с применением этого закона в нарушение требований постановлений Пленума Верховного Суда РФ, не свидетельствует о назначении ему неправильного наказания по данным основаниям, поскольку за каждое из преступлений суд назначил наказание, не превышающее пределов, установленных ст. 62 УК РФ. Однако максимальное наказание за преступление, предусмотренное пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158, п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ, составляет пять лет лишения свободы. Каждое и з них в соответствии со ст. 15 УК РФ относится к преступлениям средней тяжести. Согласно материалам уголовного дела приговор в отношении Семенова постановлен в особом порядке судебного разбирательства. В силу ч. 7 ст. 316 УПК РФ, если судья придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами, то он постановляет обвинительный приговор и назначает подсудимому наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Следовательно, с учетом этих требований Закона наказание за каждое из преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 158 УК РФ, не могло превышать три года четыре месяца лишения свободы. В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом признана, в частности, явка Семенова с повинной, а также установлено отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. В соответствии со ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных, в частности, п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не мог превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. Таким образом, с учетом требований ч. 7 ст. 316 УПК РФ и ст. 62 УК РФ максимальное наказание, которое могло быть назначено Семенову за каждое из совершенных преступлений, составляет два года шесть месяцев лишения свободы. Как видно из приговора, за кражу, совершенную 15 декабря 2004 г., суд первой инстанции назначил Семенову два года шесть месяцев лишения свободы, т. е. максимально возможное наказание. Между тем суд в качестве смягчающих наказание обстоятельств признал также полное признание Семеновым вины и плохое состояние здоровья (туберкулез легких), но фактически эти обстоятельства не учел при назначении наказания по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ, в связи с чем назначенное за это преступление наказание нельзя признать справедливым и оно подлежит смягчению. Кроме того, суд надзорной инстанции, изменяя приговор и назначая Семенову наказание по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний в виде четырех лет лишения свободы, т. е. такое же наказание, которое назначено ему по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, не учел, что по ч. 2 ст. 69 УК РФ наказание назначается по иным, менее строгим правилам, чем это предусмотрено ч. 3 ст. 69 УК РФ. В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, если преступления, совершенные по совокупности, являются преступлениями небольшой и средней тяжести, то окончательное наказание не может превышать более чем наполовину максимальный срок или размер наказания, предусмотренного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений. При этом учитывается также то, что окончательное наказание за совершение в данном случае двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 158 УК РФ и входящих в совокупность, назначается с условием, что за каждое из них в соответствии с законом может быть назначено максимальное наказание меньше, чем это предусмотрено Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации. В связи с этим по совокупности преступлений Семенову необходимо назначить более мягкое наказание, чем оно назначено судами первой и надзорной инстанций. Судебная коллегия надзорную жалобу осужденного Семенова удовлетворила, приговор Данковского городского суда Липецкой области и постановление президиума Липецкого областного суда в отношении Семенова изменила: смягчила назначенное ему наказание по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ до двух лет четырех месяцев лишения свободы, а на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных по п. "а" ч. 2 ст. 158, пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ, окончательно назначила три года четыре месяца лишения свободы в исправительной колонии общего режима; в остальном судебные решения по делу оставила без изменения. _____________ Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2006 год Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2006 год ОБЗОР КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЗА 2006 ГОД В 2006 году в Верховном Суде РФ в кассационном порядке рассмотрено 4622 уголовных дела (в 2005 году - 4295 дел) в отношении 7774 лиц по жалобам и представлениям на судебные решения республиканских, краевых, областных и равных им судов (судов уровня субъекта Российской Федерации). Тенденция к сокращению количества дел, рассмотренных в кассационном порядке, наметившаяся в 2005 году, сменилась незначительным его увеличением. Поступление кассационных дел за истекший год по сравнению с предыдущим возросло на 7,4%, а количество рассмотренных - на 7,6%. Это объясняется дальнейшим ростом количества жалоб и представлений на определения, вынесенные на стадии судебного производства, в порядке судебного контроля, в порядке исполнения приговора и т. п. В 2006 году рассмотрено 1306 таких дел на 1845 человек - на 28,5% больше, чем в 2005 году. По кассационным жалобам и представлениям на приговоры, определения о прекращении дел и о применении мер медицинского характера к невменяемым рассмотрено 3316 дел в отношении 5928 человек. Число таких дел увеличилось незначительно - на 1,1%. В структуре кассационных уголовных дел дела о преступлениях против жизни и здоровья составляют 62,2% (в том числе дела об умышленных убийствах - 60,6%, о причинении тяжкого вреда здоровью - 1,1%), против собственности - 12,8% (в том числе о разбое - 5,9%), против общественной безопасности - 9,1% (в том числе о бандитизме - 4,6%, об организации преступного сообщества - 2,5%), против государственной власти - 4,1% (в том числе о получении и даче взятки - 3,1%), против половой неприкосновенности - 2,3%, против правосудия - 2,2%, о незаконных действиях с наркотиками - 2,1%, против порядка управления - 1,6%, против свободы, чести и достоинства - 1,2% (в том числе о похищении человека - 0,9%). В 2006 году при рассмотрении судами дел в кассационном порядке отменены приговоры в отношении 520 человек (включая приговоры, отмененные с прекращением дела в связи со смертью осужденного, и определения о применении мер медицинского характера), изменены - в отношении 818 осужденных. В отношении 4253 человек приговоры оставлены без изменения, в отношении 337 человек вынесены другие кассационные определения с удовлетворением жалобы или представления, но без отмены или изменения приговора в части квалификации или меры наказания (отмена и изменение приговора по менее тяжкому обвинению, исключение эпизода и т. п.). Отменены приговоры, а также определения о прекращении дела и о применении мер медицинского характера к лицам, признанным невменяемыми, в отношении 506 лиц - это 8,5% от числа всех лиц, приговоры в отношении которых рассмотрены в кассационном порядке (не включено 14 лиц, в отношении которых дела прекращены в связи со смертью). В отношении 467 человек приговоры и определения о прекращении дела отменены полностью, а в отношении 34 - частично с оставлением менее тяжкого обвинения. Большая часть дел, рассмотренных с отменой приговоров, направлена на новое судебное рассмотрение (в отношении 8% лиц). В отношении 11 осужденных приговоры отменены с направлением дел на новое судебное рассмотрение ввиду мягкости наказания. С прекращением дела отменены приговоры в отношении 27 осужденных, в том числе в отношении 8 - с прекращением дела по всем статьям обвинения и в отношении 19 - с оставлением в силе менее тяжкого обвинения. За отсутствием состава преступления с прекращением дел по реабилитирующим основаниям отменены приговоры в отношении 26 осужденных (в отношении 8 лиц - полностью и в отношении 18 - частично). Кроме того, в отношении 14 лиц приговоры отменены с прекращением дела в связи со смертью осужденного. В 2006 году отменены оправдательные приговоры в отношении 123 человек, что составляет 41,7% от всех оправданных, приговоры в отношении которых рассмотрены в кассационном порядке. Обвинительные приговоры судов уровня субъекта Российской Федерации отменены в отношении 383 осужденных, что составляет 6,8% от числа осужденных, дела в отношении которых рассмотрены в кассационном порядке. Определения суда первой инстанции о прекращении производства по делу рассмотрены в отношении 15 человек, из них 40% (в отношении 6 человек) - с отменой определения. В кассационном порядке рассмотрены дела в отношении 20 лиц, признанных невменяемыми, в том числе 25% (в отношении 5 человек) - с отменой определения. Основаниями отмены и изменения приговоров в 2006 году были: - неправильное применение уголовного закона (35,9%), - нарушение уголовно-процессуального законодательства (25,1%), - несоответствие назначенного по приговору наказания тяжести совершенного преступления, личности осужденного (несправедливость приговора) (20,8%), - несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела (18,2%). Изменены приговоры в кассационном порядке в отношении 818 человек (13,8%). Квалификация преступлений изменена в отношении 163 осужденных, причем в отношении 127 из них - со снижением меры наказания. Снижена мера наказания без изменения квалификации в отношении 655 осужденных. Таким образом, удельный вес лиц, в отношении которых приговоры отменены и изменены, возрос с 15,1% в 2003 году до 17,9% в 2004 году, затем до 20,4% в 2005 году, а в 2006 году составил 22,3% от числа лиц по рассмотренным делам. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ рассмотрено 514 дел в отношении 1006 лиц (813 осужденных, 193 оправданных) по жалобам и представлениям на приговоры, вынесенные судами первой инстанции с участием присяжных заседателей. В отношении 9 лиц рассмотрены кассационные жалобы на определения о возвращении дела прокурору и другие определения, постановленные в порядке судебного контроля и в ходе судебного разбирательства. Следует отметить, что удельный вес отмененных приговоров, постановленных с участием присяжных заседателей, остается высоким. Всего отменены приговоры в отношении 165 человек - 16,4% от числа лиц, в отношении которых обвинительные и оправдательные приговоры рассмотрены в кассационном порядке (отменены обвинительные приговоры в отношении 78 осужденных и оправдательные приговоры в отношении 87 человек). Число отмененных обвинительных приговоров, вынесенных с участием присяжных заседателей, составило 10,1%, без участия присяжных - 6,4%. Число отмененных оправдательных приговоров, вынесенных с участием присяжных заседателей, составило 45,1%, без участия присяжных - 35,3%. По удовлетворенным жалобам и представлениям на обвинительные приговоры в отношении 78 человек дела направлены на новое судебное рассмотрение, в том числе в отношении 5 человек - в связи с несоответствием приговора вердикту присяжных заседателей. Кроме того, в отношении 4 человек дела прекращены в связи со смертью осужденных. В 2006 году по жалобам и представлениям на определения, вынесенные на стадии судебного производства, в порядке судебного контроля, в порядке исполнения приговора и т. п., рассмотрено 1306 дел на 1846 человек - на 28,5% больше, чем в 2005 году. Удовлетворены жалобы и представления в отношении 471 человека (25,5%). Из них рассмотрены: - заключения о наличии признаков преступления в действиях депутата или судьи в отношении 81 человека, в том числе 17 с удовлетворением жалобы или представления (21%); - о возвращении дела прокурору в отношении 473 человек, в том числе отменены 282 определения (59,6%); - о продлении срока содержания под стражей в отношении 749 человек, в том числе в отношении 42 человек (5,6%) с удовлетворением жалобы или представления; - об экстрадиции в отношении 84 человек, в том числе в отношении 10 человек (11,9%) с удовлетворением жалобы или представления. С нарушением сроков, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, рассмотрено 79,1% кассационных дел. Отмена приговора и прекращение дела за отсутствием состава преступления По приговору Мурманского областного суда от 2 мая 2006 г. были осуждены Росляков В. по п. "б" ч. 3 ст. 111, ч. 1 ст. 112, ст. 316 УК РФ, Росляков А. - по ст. 316 УК РФ, Ахметов - по ч. 1 ст. 105 УК РФ. В кассационном представлении прокурор просил об отмене приговора и прекращении дела в части осуждения Рослякова В. по ст. 316 УК РФ за отсутствием состава преступления. Установлено, что Росляков В. не менее двух раз ударил Никитина бейсбольной битой по голове, чем причинил ему вред здоровью средней тяжести, убийство же Никитина совершил Ахметов. Таким образом, Росляков В., сбрасывая труп Никитина в воду, укрывал не только преступление, совершенное Ахметовым, - убийство, но и содеянное им лично - причинение Никитину вреда здоровью средней тяжести. Определением Судебной коллегии приговор в отношении Рослякова В. в части осуждения его по ст. 316 УК РФ отменен, дело в этой части прекращено по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в действиях состава преступления. По приговору Костромского областного суда от 26 апреля 2006 г. М. была осуждена по ч. 2 ст. 303 УК РФ. Она была признана виновной в фальсификации доказательств по уголовному делу. В кассационной жалобе М. просила об отмене приговора и прекращении дела за отсутствием состава преступления. Судебная коллегия установила следующее. По смыслу ст. 303 УК РФ под фальсификацией доказательств понимается искусственное создание или уничтожение доказательств в пользу обвиняемого или потерпевшего. Такими действиями могут быть признаны уничтожение или сокрытие улик, предъявление ложных вещественных доказательств. Как следует из содержания ст. 73 УПК РФ, наряду с иными обстоятельствами при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию мотивы совершения преступления. Органы следствия, предъявляя М. обвинение по ч. 2 ст. 303 УК РФ, исходили из того, что она действовала умышленно, из личной заинтересованности, выразившейся в стремлении избежать дисциплинарной ответственности, иных неблагоприятных последствий в служебной деятельности. Признавая ее виновной и не приводя в приговоре каких-либо обоснований несогласия с мотивом преступления, вмененным М. органами следствия, суд, в нарушение требований ст. 307 УПК РФ, не указал в приговоре мотив совершенного преступления. Кроме того, описывая преступное деяние, совершенное М., суд в приговоре не указал и цель, которую преследовала М., составив протокол допроса потерпевшей Кокаревой без проведения допроса последней путем внесения в протокол обстоятельств из ее объяснения. Согласно приговору суд признал, что подпись от имени потерпевшей в протоколе допроса выполнена не М. (как было указано в обвинении вопреки выводам судебно-почерковедческой экспертизы), а "другим лицом". При этом суд не выяснил, при каких обстоятельствах и с какой целью "другое лицо" исполнило подпись потерпевшей в протоколе допроса и какова в этом была роль М. Установив, что М. не исполняла подпись за потерпевшую в протоколе допроса, суд не указал в приговоре, в чем именно заключалась фальсификация ею доказательств. Субъективная сторона фальсификации доказательств предусматривает прямой умысел. Из обстоятельств, приведенных судом в приговоре, следует, что умысел М. на совершение преступления вообще не был установлен. Таким образом, неустановление судом мотива и цели совершения преступления, а также умысла М. на совершение преступления, неустановление обстоятельств, при которых подпись потерпевшей в протоколе допроса выполнена другим лицом, и роли М. в этом свидетельствует о неполном исследовании материалов дела, которое повлияло на обоснованность принятого судом решения. Приговор отменен, дело прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в действиях М. состава преступления. По приговору Верховного Суда Республики Дагестан от 27 марта 2006 г. осуждены Велиханов Р., Пирсаидов, Агаев по ч. 4 ст. 111, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ. В кассационных жалобах осужденные и их адвокаты оспаривали обоснованность осуждения, ссылаясь на недостаточность доказательств их вины. Проверив материалы дела, Судебная коллегия установила, что приговор в части осуждения Агаева по ч. 4 ст. 111 УК РФ подлежит отмене по следующим основаниям. В соответствии сч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. Признавая Агаева виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Велиханова А., повлекшего по неосторожности смерть последнего, суд сослался на показания Пирсаидова и Велиханова Р. на предварительном следствии. Однако этими показаниями в совокупности с другими доказательствами бесспорно подтверждается лишь участие Агаева в разбойном нападении на Велиханова А. Сведения, сообщенные указанными лицами, о применении Агаевым насилия к потерпевшему содержат противоречия, не выясненные судом. Какие-либо иные доказательства, подтверждающие участие названного лица в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, в судебном заседании не установлены. В приговоре имеется ссылка на заключение эксперта, согласно которому на куртке Агаева и в подногтевом содержимом имеется кровь, которая могла произойти как от потерпевшего, так и от самого Агаева. Сославшись на этот акт экспертизы, суд тем не менее не сделал вывод о том, кому принадлежит кровь. Установлено, что Агаев наносил потерпевшему удары ногами по голове. Однако кровь обнаружена на куртке Агаева, а на тех предметах, которые в случае нанесения им ударов были бы в контакте с потерпевшим (туфли, носки, брюки), следов крови не обнаружено. Сам Агаев в ходе следствия и в суде отрицал свое участие в избиении Велиханова А. Доводы осужденного не опровергнуты доказательствами, приведенными судом в приговоре. Одних показаний Пирсаидова на предварительном следствии (которые к тому же противоречат иным доказательствам) недостаточно для решения вопроса о виновности Агаева в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Приговор в этой части был отменен, дело прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления. Кроме того, поскольку Агаев не принимал непосредственного участия в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, его действия переквалифицированы с п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на ч. 3 ст. 162 УК РФ. Отмена приговора в части и прекращение дела за истечением срока давности По приговору Курганского областного суда от 11 января 2006 г. Рожин осужден по пп. "б", "в" ч. 3 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 222 УК РФ. В кассационной жалобе он просил об отмене приговора, утверждая, что не совершал преступлений. Проверив материалы дела, Судебная коллегия установила, что Рожин совершил преступления в сентябре 1999 г., его виновность полностью установлена и подтверждается собранными по делу доказательствами. Вместе с тем за незаконное ношение и хранение огнестрельного оружия Рожин был осужден необоснованно, так как срок давности привлечения к уголовной ответственности за это преступление, предусмотренный п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ, к моменту постановления приговора истек. Приговор в этой части был отменен, дело прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. По приговору Липецкого областного суда от 24 апреля 2006 г. были осуждены Шамиев по пп. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, Маковейчук по п. "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 1 ст. 222 УК РФ. В кассационных жалобах Маковейчук и его защитник, ссылаясь на нарушения уголовно-процессуального закона и неисследованность обстоятельств дела, просили отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение. Судебная коллегия пришла к выводу о законности постановленного приговора, однако в части осуждения Маковейчука по ч. 1 ст. 222 УК РФ сочла приговор подлежащим отмене по следующим основаниям. В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Согласно приговору Маковейчук приобрел огнестрельное оружие и боеприпасы в неустановленном месте и в неустановленное время. При этом судом не учтено, что неустановление точного времени приобретения оружия и боеприпасов препятствует решению вопроса о сроке давности уголовного преследования. Кроме того, суд при описании деяния, связанного с незаконным оборотом оружия, не привел в приговоре обстоятельств, касающихся перевозки Маковейчуком огнестрельного оружия и боеприпасов. Указание на осуждение Маковейчука по ч. 1 ст. 222 УК РФ было исключено из приговора со смягчением наказания, назначенного по совокупности преступлений. Отмена оправдательного приговора и других судебных решений Постановлением судьи Самарского областного суда от 6 июня 2006 г. уголовное дело в отношении Тишкова, обвиняемого по ч. 1 ст. 228 УК РФ, было прекращено за отсутствием состава преступления. В кассационном представлении прокурор просил об отмене указанного постановления и направлении дела на новое рассмотрение ввиду неправильного исчисления размера наркотического вещества. Из заключения эксперта следует, что общая масса вещества, не относящегося к широко распространенным наркотическим средствам, конкретное наименование которого определить не представилось возможным ввиду малого его количества и отсутствия образцов сравнения, составила 1,530 г с содержанием чистого героина в смеси 0,013 г. Однако по смыслу закона если наркотическое средство входит в состав смеси, содержащей одно наркотическое средство, то его размер определяется весом всей смеси. Суд вынес решение, не обсудив данный вопрос, в связи с чем постановление судьи отменено, дело передано на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе суда. Отмена приговора с направлением дел на новое судебное рассмотрение в связи с неправильной квалификацией содеянного По приговору Кемеровского областного суда от 11 июля 2006 г. по ч. 4 ст. 111 УК РФ осуждены: Крючков, Кичигин и Чухлеб к девяти годам лишения свободы, Трифонова - к шести годам лишения свободы. В кассационном представлении прокурор просил об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушения процессуального закона и чрезмерной мягкости наказания. Судебная коллегия, рассмотрев материалы дела, указала следующее. Согласно постановлению о предъявлении обвинения виновные, нанося потерпевшему множественные (более пятидесяти) удары по голове и грудной клетке кулаками, ногами, молотком, а Трифонова - и ножом, действовали с умыслом на лишение потерпевшего жизни. Суд же в приговоре указал, что осужденные не имели умысла на убийство, наносили потерпевшему удары руками и ногами по лицу, туловищу, конечностям, не используя при этом каких-либо предметов, к наступлению смерти относились безразлично. Между тем в соответствии с описательно-мотивировочной частью приговора Крючков нанес потерпевшему восемь ударов молотком в область туловища, Трифонова нанесла два удара ножом в различные части тела, один - в грудь. Суд счел, что умысел на убийство отсутствует, поскольку удары молотком наносились с небольшой силой и не в места расположения жизненно важных органов. Однако этот вывод находится в противоречии с материалами судебно-медицинской экспертизы и с показаниями осужденных о локализации нанесенных ударов, на которые имеется ссылка в приговоре. Вывод суда о самостоятельном умысле Трифоновой, нанесшей удар ножом в грудь потерпевшему, противоречит показаниям самой Трифоновой о том, что она наблюдала за действиями осужденных, избивавших потерпевшего, и в продолжение их действий нанесла ему несколько ударов ножом, в том числе в грудную клетку. Судебная коллегия приговор отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства, указав, что в случае признания осужденных виновными в совершении более тяжкого преступления им может быть назначено более строгое наказание. По приговору Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 21 июля 2006 г. Узденов признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 115 УК РФ, освобожден от наказания и уголовной ответственности на основании п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ. В кассационном представлении указано, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, неправильно применен уголовный закон. Узденову вменялось в вину совершение убийства Кобелькова группой лиц по предварительному сговору, с особой жестокостью, из хулиганских побуждений. В обоснование этого органы предварительного следствия в обвинительном заключении привели соответствующие доказательства, в том числе показания самого Узденова и свидетеля Шамановой, заключения экспертов. Однако суд пришел к выводу, что действия Узденова должны быть квалифицированы по ч. 2 ст. 115 УК РФ как умышленное причинение легкого вреда здоровью, совершенное из хулиганских побуждений. При этом суд признал установленным и указал в приговоре, что подсудимый действовал совместно с другими лицами. После того как они с целью убийства насильно привели Кобелькова в безлюдное место, Узденов по их требованию нанес потерпевшему несколько ударов кулаками и ногами по голове и туловищу, присутствовал при избиении Кобелькова названными лицами, а затем также бросил в потерпевшего камень, попав ему в область шеи. Суд признал достоверными показания подсудимого и свидетеля Шамановой о том, что Узденов помогал вести потерпевшего в переулок, участвовал в избиении, в том числе наносил удары ногами по голове и телу. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, которое приведено судом в приговоре, смерть Кобелькова наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы. Судебная коллегия указала, что изложенные в приговоре выводы суда о виновности Узденова только в умышленном причинении легкого вреда здоровью потерпевшего из хулиганских побуждений противоречат фактическим обстоятельствам, им же установленным, а также материалам дела, что является основанием для отмены приговора. Приговор отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства. Отмена приговора в связи с нарушением уголовно-процессуального закона По приговору Кемеровского областного суда от 10 ноября 2005 г. осуждены Чухонцев по п. "г" ч. 2 ст. 164 УК РФ, Тищенко - по п. "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ. В кассационном представлении прокурор просил об отмене приговора ввиду нарушений ст. 307 УПК РФ. Судебная коллегия удовлетворила представление, указав следующее. Из обвинительного заключения видно, что в ходе нападения на потерпевшего Матвеева Чухонцев и Тищенко причинили ему различные телесные повреждения (подробное их описание содержится в заключении), в том числе травму туловища, а также черепно-мозговую травму, не находящиеся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти и квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, что явилось основанием для соответствующей юридической квалификации действий виновных органами следствия. При описании преступного деяния в приговоре суд не уточнил, какие же телесные повреждения Чухонцев и Тищенко причинили потерпевшему (не указано ни одного телесного повреждения, есть ссылка лишь на степень тяжести причиненных телесных повреждений). По этим основаниям выводы суда о юридической квалификации действий осужденных нельзя признать обоснованными и мотивированными. Кроме того, исходя из позиции государственного обвинителя в суде было вынесено отдельное постановление о прекращении уголовного дела по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ в отношении Чухонцева за его непричастностью к совершению данного преступления. В то же время в приговоре вина Тищенко и Чухонцева в разбойном нападении на потерпевшего Матвеева и в его умышленном убийстве подтверждена определенными доказательствами. Это противоречит тому, что суд уже признал установленным при описании преступного деяния. Суд не в полной мере учел требования ст. 60 УК РФ. Сославшись на явку с повинной Тищенко в обоснование его вины, суд не дал никакой оценки данному обстоятельству при назначении наказания, так же как и явке с повинной Чухонцева. При назначении наказания Тищенко по совокупности приговоров суд не принял во внимание то обстоятельство, что Тищенко по предыдущему приговору был осужден по пп. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года. Однако преступление, совершенное им до достижения 16-летнего возраста, относится к преступлениям средней тяжести, и согласно ч. 6 ст. 88 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.) ему не могло быть назначено наказание в виде лишения свободы. Судебная коллегия отменила приговор, дело направила на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства. По приговору Суда Еврейской автономной области от 5 декабря 2005 г. осуждены Девальд, Шишкин и Сидоров по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ. В кассационных жалобах Девальд утверждал, что убийство совершил один, в связи с чем просил переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 105 УК РФ, в жалобах в интересах Шишкина и Сидорова оспаривалась обоснованность осуждения указанных лиц, поскольку выводы суда не соответствуют материалам дела. Судебная коллегия в определении указала, что судом первой инстанции допущено нарушение требования ст. 307 УПК РФ, выразившееся в следующем. Суд положил в основу выводов о виновности всех осужденных показания подозреваемого Шишкина, однако при этом не учел доводы защиты о недопустимости данного доказательства. Ходатайство о признании протокола допроса недопустимым доказательством было заявлено стороной защиты, но разрешения по существу не получило. Суд оставил его без удовлетворения по мотиву преждевременности, что противоречит требованиям ст. 121 УПК РФ, предусматривающей рассмотрение и разрешение ходатайства непосредственно после его заявления. В дальнейшем суд к рассмотрению этого ходатайства не вернулся, а в приговоре, признавая протокол допроса допустимым, сослался лишь на то, что допрос проведен с участием защитника. Таким образом, доводы защиты о нарушении процедуры допроса путем стеснения предусмотренных уголовно-процессуальным законом прав законного представителя остались без рассмотрения и оценки суда. Следовательно, вывод суда о допустимости этого доказательства нельзя признать обоснованным. Нарушение судом предусмотренных ст. 88 УПК РФ правил оценки доказательств могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора. Кроме того, согласно протоколу судебного заседания "нож, пропавший у Архиповых в день совершения преступления, потерпевшей опознан". Однако данное утверждение суда не соответствует действительности, так как сведения о том, что нож предъявлялся потерпевшей для опознания или что в судебном заседании оглашались какие-либо документы предварительного следствия об опознании, отсутствуют. Приговор был отменен, дело направлено на новое судебное разбирательство в тот же суд. По постановлению судьи Артемовского городского суда Приморского края от 6 апреля 2004 г. приговор Уссурийского городского суда Приморского края от 18 января 2002 г. в отношении Кривинского был приведен в соответствие с изменениями, внесенными в Уголовный кодекс Российской Федерации Федеральным законом от 8 декабря 2003 г., действия осужденного были переквалифицированы с пп. "а", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 162 УК РФ, исключено дополнительное наказание в виде конфискации имущества. Президиумом Приморского краевого суда 3 декабря 2004 г. постановление судьи изменено: постановлено "считать Кривинского осужденным по ч. 2 ст. 162 УК РФ в редакции от 8 декабря 2003 г. Местом отбывания наказания определить ему исправительную колонию общего режима"; в остальном постановление судьи оставлено без изменения. В надзорной жалобе осужденный Кривинский просил изменить судебные решения и смягчить ему наказание. Он ссылался на то, что судами первой и надзорной инстанций не рассмотрен вопрос о смягчении ему меры наказания, о чем он просил в своем ходатайстве и надзорной жалобе. Кроме того, в описательно-мотивировочной части постановления президиума краевого суда указано, что судья Артемовского городского суда при приведении приговора в соответствие с новым уголовным законом смягчил назначенное ему наказание за содеянное и по совокупности приговоров, тогда как такое решение судья на самом деле не принимал, а наказание по совокупности приговоров Кривинскому не назначалось, поскольку он осужден впервые. Проверив материалы дела, Судебная коллегия жалобу удовлетворила по следующим основаниям. В силу ст. 7 УПК РФ судебные постановления должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Любое судебное решение, в том числе и о пересмотре приговора исходя из требований ст. 10 УК РФ, должно содержать обоснование принятого судом решения, а в случае отклонения ходатайства заявителя - также мотивы, по которым доводы заявителя судьей признаны несостоятельными. Согласно ч. 3 ст. 408 УПК РФ постановление суда надзорной инстанции должно содержать краткое изложение доводов лица, подавшего жалобу, а также мотивы принятого судом решения. Однако приведенные нормы закона судьей первой инстанции при приведении приговора в соответствие с новым уголовным законом и судом надзорной инстанции были нарушены. Установлено, что осужденный Кривинский в своем ходатайстве в Артемовский городской суд просил о пересмотре приговора, приведении его в соответствие с новым уголовным законом и о смягчении наказания, так как санкция нового уголовного закона от 8 декабря 2003 г. за содеянное предусматривает наказание в виде лишения свободы от пяти до десяти лет, тогда как старый уголовный закон за то же деяние предусматривал наказание от семи до двенадцати лет лишения свободы. Аналогичные доводы он приводил и в надзорной жалобе, поданной в президиум Приморского краевого суда. Однако, как видно из содержания обжалуемых заявителем судебных постановлений, указанные доводы не были предметом рассмотрения ни судьи городского суда, ни президиума краевого суда. Какие-либо решения о мере наказания Кривинскому названные судебные инстанции не принимали. В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 20 апреля 2006 г. N 4-П, содержащееся в ч. 2 ст. 10 УК РФ предписание о смягчении назначенного по приговору суда наказания в пределах, предусмотренных новым уголовным законом, предполагает применение общих начал назначения наказания, в силу которых в такого рода случаях смягчение наказания будет осуществляться в пределах, определяемых всей совокупностью норм Уголовного кодекса Российской Федерации - не только Особенной его части, но и Общей. Кроме того, в мотивировочной части постановления президиума краевого суда указано, что судья Артемовского городского суда "снизил назначенное Кривинскому наказание за содеянное и по совокупности приговоров". Однако из постановления судьи это не следует. Как видно из материалов дела, Кривинскому не назначалось наказание по совокупности приговоров, а при приведении приговора в соответствие с новым уголовным законом наказание ему не смягчалось. Судебная коллегия отменила постановления судьи Артемовского городского суда и президиума Приморского краевого суда и направила дело на новое судебное разбирательство в порядке ст. 399 УПК РФ в Артемовский городской суд. По приговору Верховного Суда Республики Ингушетия от 23 ноября 2005 г. Г. осужден по ч. 3 ст. 303 УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к трем годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года, с лишением на два года права занимать должности в системе правоохранительных органов за умышленную фальсификацию процессуальных документов по расследуемому уголовному делу о тяжком преступлении, а именно протоколов допроса свидетелей. В кассационной жалобе осужденный просил об отмене приговора, утверждал, что в его действиях отсутствует состав преступления, в деле отсутствуют доказательства его вины. Судебная коллегия, проверив материалы дела, указала следующее. Суд первой инстанции нарушил требования ст. 307 УПК РФ. Как следует из обвинительного заключения, в подтверждение вины Г. органы следствия сослались на показания потерпевших и ряда свидетелей. Суд же ограничился допросом четырех потерпевших из восьми, из двенадцати свидетелей ни одного не допросил, при этом в приговоре сослался на показания свидетелей как на данные ими в судебном заседании. Должных мер по обеспечению явки потерпевших и свидетелей в судебное заседание не принято. Таким образом, суд нарушил требования ст. 240 УПК РФ, согласно которой приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. Кроме того, не было дано оценки существенным противоречиям в показаниях ряда свидетелей, суд не указал в приговоре, какие из показаний свидетелей он отвергает, а какие принимает. Признано установленным, что в протоколах допросов свидетелей, составленных Г., содержатся "ложные показания". Однако ряд свидетелей, допрошенных в ходе предварительного следствия, заявили о соответствии действительности содержания протоколов их допросов. В приговоре не дано оценки данному обстоятельству и не приведены доказательства, на которых основан вывод суда о том, что показания этих лиц, зафиксированные в названных выше протоколах допросов, являются ложными. Суд также не исследовал должным образом такие доказательства, как заключения основной и дополнительной почерковедческих экспертиз, не вызвал эксперта-криминалиста для выяснения противоречий, имеющихся в заключениях, не исследовал доводы осужденного, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела. Приговор был отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей, при этом кассационная инстанция указала, что суду надлежит полно, всесторонне и объективно исследовать обстоятельства дела, тщательно проверить все доводы осужденного, выяснить причины противоречий, оценить их и в зависимости от полученных результатов решить вопрос о виновности или невиновности Г. Отмена приговора в связи с нарушением уголовно-процессуального закона судами с участием присяжных заседателей По приговору Кемеровского областного суда от 19 мая 2006 г. осуждены Гапеев и Полеводов по ч. 1 ст. 116, пп. "д", "ж" ч. 2 ст. 105, пп. "д", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Шалимов - по п. "в" ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 112, ч. 1 ст. 116, пп. "д", "ж" ч. 2 ст. 105, пп. "д", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Судебная коллегия указала, что судом были нарушены положения ч. 1 ст. 338, чч. 1 и 3 ст. 339 УПК РФ. Так, согласно закону при рассмотрении уголовных дел, связанных с убийством, установление мотива совершения преступления является обязательным, это одно из фактических обстоятельств дела, доказанность которых подлежит разрешению присяжными заседателями. Впоследствии установленный ими мотив должен быть обязательно указан в приговоре. Как следует из обвинительного заключения, осужденным было предъявлено обвинение в совершении ряда преступлений, в том числе убийства Безносова, совершенного на почве личных неприязненных отношений, возникших в ходе ссоры. Однако данные фактические обстоятельства не были указаны в основных вопросах и соответственно не были разрешены присяжными заседателями. При обсуждении проекта вопросного листа защитники подсудимых просили о постановке частных вопросов об обстоятельствах, связанных с разрешением требований ст.ст. 39, 40 УК РФ. Однако в вопросный лист вопреки положениям ч. 3 ст. 339 УПК РФ они не были включены. Фактически вопросный лист был составлен только с учетом позиции государственного обвинителя, что свидетельствует о невыполнении судом требований ст. 15 УПК РФ об осуществлении уголовного судопроизводства на основе состязательности сторон. Приговор был отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд, но в ином составе суда. По приговору Читинского областного суда от 29 мая 2006 г. Иванов был осужден по ч. 3 ст. 30, п. "з" ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. "к" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 161 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69, п. "в" ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ. Он просил отменить приговор, ссылаясь на то, что судебное рассмотрение дела прошло с обвинительным уклоном, свидетели и потерпевший подтвердили его невиновность. Судебная коллегия указала, что при рассмотрении дела суд допустил нарушения уголовно-процессуального закона. Так, согласно ч. 1 ст. 334, ч. 7 ст. 335 УПК РФ в присутствии присяжных заседателей исследуются только те фактические обстоятельства уголовного дела, которые определены в пп. 1, 2, 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, остальные вопросы председательствующий разрешает единолично, в отсутствии присяжных заседателей. Однако из протокола судебного заседания усматривается, что в присутствии присяжных заседателей были допрошены в качестве свидетелей сотрудники милиции, рассказавшие, о чем сообщил подсудимый при задержании, какие предметы были изъяты при обыске, как выглядели вещественные доказательства, а также ответившие на другие вопросы, связанные с проведением следственных действий. Сотрудникам милиции в суде на обозрение представляли изъятые предметы, выясняли, опознают ли они их. Большое внимание было уделено тому, нарушен ли порядок собирания доказательств. Вопреки требованиям ст. 193 УПК РФ в суде было проведено опознание подсудимого потерпевшей Батеевой. В присутствии присяжных заседателей исследовались постановления о назначении различных экспертиз, заключение судебно-психиатрической экспертизы, которое наравне с другими обстоятельствами учитывается при решении вопроса о вменяемости подсудимого, тогда как данный вопрос не подлежит разрешению присяжными заседателями. Вопросный лист был составлен с нарушением нормы ч. 5 ст. 339 УПК РФ, предусматривающей, что не подлежат разрешению присяжными заседателями вопросы, требующие юридической оценки. Между тем перед присяжными был поставлен вопрос о доказанности совершения подсудимым определенных действий с целью лишения жизни потерпевших. Данный вопрос разрешается председательствующим при постановлении приговора исходя из тех фактических обстоятельств дела, которые признаны установленными коллегией присяжных заседателей. Приговор был отменен с направлением дела на новое судебное рассмотрение в ином составе суда, в ходе которого, как указала Судебная коллегия, необходимо соблюсти требования уголовно-процессуального закона и принять решение по существу дела. По приговору Астраханского областного суда от 18 июля 2006 г. Селявкин был оправдан по пп. "е", "з" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 222 УК РФ на основании п. 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ. В кассационном представлении государственный обвинитель, ссылаясь на незаконность и необоснованность приговора, указал на существенные нарушения норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в частности ст.ст. 335, 336 УПК РФ. В силу ч. 5 ст. 335 УПК РФ решение вопроса о недопустимости доказательств является исключительной компетенцией председательствующего судьи. Если в ходе судебного разбирательства возникает вопрос процессуального характера либо вопрос, по иным причинам не подлежащий разрешению присяжными заседателями, то он в силу ч. 6 ст. 335 УПК РФ рассматривается в отсутствие присяжных. Как видно из материалов дела, подсудимый и сторона защиты, несмотря на замечания председательствующего, неоднократно доводили до сведения присяжных информацию, которая находится вне их компетенции, ставили вопросы процессуального характера, заявляли о применении к Селявкину на предварительном следствии недозволенных методов; подсудимый указывал, что в материалах дела отсутствуют некоторые его показания. Также в присутствии присяжных проводились прения сторон, касающиеся вопросов допустимости и достоверности доказательств. В нарушение требований ч. 3 ст. 336 УПК РФ адвокаты в своей речи ссылались на ряд материалов дела, которые не были предметом исследования в судебном заседании. Несмотря на то что председательствующий судья прерывал выступления указанных лиц в связи с нарушениями ими закона, просил присяжных не принимать во внимание доведенную до их сведения информацию, систематическое обсуждение в присутствии присяжных заседателей вопросов, которые находятся за пределами их компетенции, свидетельствует о том, что присяжные не были ограждены от воздействия стороны защиты, что в итоге могло повлиять на вынесение вердикта. Приговор был отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение в ином составе суда. По приговору Магаданского областного суда от 27 декабря 2005 г. Ярин был оправдан по ч. 3 ст. 321 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления. Государственный обвинитель в кассационном представлении просил отменить приговор, указав, что вердикт присяжных заседателей был вынесен незаконным составом, кроме того, вопросный лист был неправильно составлен, в результате чего присяжные заседатели не поняли сути вопросов и дали противоречивые ответы. При рассмотрении дел в кассационной инстанции установлено, что при формировании коллегии присяжных заседателей в соответствии со ст. 328 УПК РФ председательствующий разъяснил кандидатам их обязанность правдиво отвечать на задаваемые вопросы, а также представлять необходимую информацию (в том числе и данные о наличии судимости, о привлечении к уголовной и административной ответственности) о себе и близких родственниках. Однако трое кандидатов в присяжные заседатели не выполнили указанные обязанности. Кроме того, стало известно, что присяжная М. привлекалась к уголовной ответственности за причинение телесных повреждений и оскорбление, на момент формирования коллегии присяжных заседателей уголовное дело в отношении ее находилось в производстве мирового судьи. Она скрыла от суда информацию о том, что в течение года пять раз привлекалась к административной ответственности, в том числе за распитие спиртных напитков в общественном месте. Кандидаты в присяжные заседатели З. и Д. также скрыли информацию о привлечении их к административной ответственности по ст. 19.15 КоАП РФ, хотя этот вопрос у них выяснялся государственным обвинителем. Данные обстоятельства являются основанием для предположения о том, что названные присяжные заседатели предвзято относились к правосудию, имели реальную возможность повлиять на принятие вердикта, в то время как сокрытие ими указанной информации о себе лишило государственного обвинителя права заявить им отвод. Наряду с этим установлено, что председательствующий судья в нарушение требований закона в присутствии присяжных заседателей обсуждал вопрос о принудительном приводе свидетелей в судебное заседание. Судебная коллегия отменила приговор, дело направила на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства. Незаконное приостановление дела Определением Волгоградского областного суда от 23 января 2006 г. производство по уголовному делу в отношении Пороло, Быкодерова и Никитчука было приостановлено до выписки подсудимого Никитчука из лечебного учреждения. В кассационной жалобе подсудимый Пороло просил отменить определение, указывая, что он находится под стражей более восьми лет, при этом виновным себя не признает, дело может быть рассмотрено в отсутствие Никитчука. Согласно ч. 3 ст. 253 УПК РФ в случае тяжелой болезни подсудимого, исключающей возможность его явки, суд приостанавливает производство в отношении этого подсудимого до его выздоровления и продолжает судебное разбирательство в отношении остальных подсудимых. Все производство по делу приостанавливается, если раздельное судебное разбирательство препятствует рассмотрению уголовного дела. Производство по делу приостановлено в связи с заболеванием туберкулезом подсудимого Никитчука до выписки его из лечебного учреждения. В то же время из определения не видно, по каким причинам суд не мог приостановить производство по делу в отношении одного подсудимого и продолжить его рассмотрение в отношении других. В определении не приведены конкретные обстоятельства, препятствующие раздельному судебному разбирательству по уголовному делу. Кроме того, вопрос о приостановлении производства по делу рассмотрен судом в отсутствие адвоката подсудимого Пороло, что является нарушением права последнего на защиту. Судебная коллегия указала, что при таких обстоятельствах определение суда нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем оно отменено, а материал направлен на новое судебное рассмотрение в тот же суд. Отмена приговора и иных судебных решений ввиду нарушения права на защиту Постановлением судьи Московского областного суда от 13 сентября 2006 г. уголовное дело в отношении Алимова, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. "в", "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ, назначено к рассмотрению в судебном заседании. В кассационном представлении был поставлен вопрос об отмене названного постановления. Как следует из обвинительного заключения, Алимов обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. "в", "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ, судья же при назначении судебного заседания отметил в постановлении, что Алимову вменяется в вину преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, пп. "д", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Допущенное судьей несоответствие при указании квалификации вменяемого подсудимому преступления является основанием для отмены постановления судьи, так как закон не допускает произвольного изменения формулировки обвинения, поскольку это влечет за собой нарушение права обвиняемого на защиту. Постановление судьи отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд со стадии выполнения подготовительных действий к судебному заседанию. По приговору Нижегородского областного суда от 15 февраля 2006 г. Вартанян осужден по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 33, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. В кассационных жалобах осужденный и его адвокат просили отменить приговор за отсутствием в действиях Вартаняна состава преступления, прокурор в представлении ставил вопрос об отмене приговора ввиду нарушения права осужденного на защиту. В ходе предварительного следствия было установлено, что Вартанян - армянин по национальности - недостаточно владеет русским языком. В целях обеспечения его права на защиту в полном объеме постановлением следователя прокуратуры был назначен переводчик. С его участием были проведены все основные следственные действия, в том числе предъявление обвинения и ознакомление с материалами уголовного дела. Переводчик был допущен и при рассмотрении уголовного дела в суде. Однако при проверке материалов уголовного дела было установлено, что обвинительное заключение Вартаняну было вручено только на русском языке. Между тем согласно ст. 18 УПК РФ судебные и следственные документы, подлежащие обязательному вручению подозреваемому, обвиняемому, а также другим участникам уголовного судопроизводства, должны быть переведены на родной язык участника уголовного судопроизводства или на язык, которым он владеет. В соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ после подписания следователем обвинительного заключения уголовное дело немедленно направляется прокурору, а в случаях, предусмотренных ст. 18 УПК РФ, следователь обеспечивает перевод обвинительного заключения. Поскольку приговор в отношении Вартаняна был постановлен с нарушением требований уголовно-процессуального закона, допущенным органами следствия в ходе предварительного расследования, он был отменен с направлением дела на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания в тот же суд, но в ином составе суда. Постановлением заместителя председателя Верховного Суда Республики Мордовия от 8 июня 2006 г. по итогам предварительного слушания по делу Терешкина, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, изменена территориальная подсудность уголовного дела и дело направлено для рассмотрения в Пролетарский районный суд г. Саранска. В кассационной жалобе обвиняемый просил отменить постановление, ссылаясь на нарушение его права на защиту. Согласно ч. 3 ст. 35 УК РФ вопрос об изменении территориальной подсудности уголовного дела разрешается в порядке, установленном чч. 3, 4 и 6 ст. 125 УПК РФ, с участием всех лиц, чьи интересы непосредственно затрагиваются этим решением. В данном случае суд, несмотря на ходатайство подсудимого Терешкина о проведении слушания в присутствии адвоката, определил рассмотрение этого вопроса в его отсутствие, сославшись на то обстоятельство, что неявка своевременно извещенных участников процесса не препятствует рассмотрению дела по существу. Однако из содержания ч. 3 ст. 125 УПК РФ следует, что такое решение вопроса возможно лишь тогда, когда указанные выше лица не настаивают на рассмотрении дела с их участием. Из протокола судебного заседания и жалобы подсудимого видно, что Терешкин просил обеспечить участие в деле его защитника, с которым у него имелось соглашение, пояснив, что сам он юридически неграмотен и без участия адвоката не может правильно понять и уяснить вопросы, разрешаемые судом. Также судом не выяснен по существу вопрос, по какой причине адвокат не мог принять участие в рассмотрении этого дела. Кроме того, в постановлении не разрешен вопрос о мере пресечения в отношении Терешкина, на что также есть ссылка в жалобе. Постановление отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд. По приговору Суда Ханты-Мансийского автономного округа от 22 ноября 2005 г. осуждены: Гурьев по ч. 3 ст. 223, ч. 3 ст. 222, п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ по трем эпизодам; Конев по ч. 1 ст. 209, ч. 3 ст. 223, ч. 3 ст. 222, п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ по трем эпизодам, ч. 3 ст. 30, пп. "е", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ; Урубеков по ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 223, ч. 3 ст. 222, п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ по двум эпизодам, ч. 5 ст. 33, п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ; Бузина по ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 222, ч. 3 ст. 223, п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ по трем эпизодам. В кассационных жалобах осужденные и их адвокаты просили об отмене приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на необоснованное отклонение ряда их ходатайств, в том числе об исключении недопустимых доказательств, нарушении процессуального законодательства. В кассационном представлении прокурор просил отменить приговор в отношении Урубекова на том основании, что наказание по ч. 3 ст. 222, ч. 3 ст. 223 УК РФ ему назначено ниже низшего предела без указания о применении ст. 64 УК РФ в мотивировочной и резолютивной частях приговора. Судебная коллегия приговор отменила по следующим основаниям. В ходе судебного следствия подсудимый Конев заявил ходатайство о роспуске коллегии присяжных заседателей ввиду того, что один из них в присутствии адвоката высказал свое мнение о виновности подсудимых. Заявленный отвод относился не к кандидату в присяжные заседатели и не к тенденциозности всей коллегии присяжных заседателей, поскольку этот вопрос мог быть решен судьей без удаления в совещательную комнату, а к отдельному присяжному заседателю, принявшему присягу, который в стадии судебного следствия до удаления в совещательную комнату для вынесения вердикта, по мнению подсудимого, проявил необъективность. После отвода одному из присяжных был заявлен отвод и председательствующему. Председательствующий не выяснил обстоятельства, на которые сослался подсудимый, и без удаления в совещательную комнату принял решение об отказе в удовлетворении заявленного ходатайства, мотивированное тем, что оно не соответствует нормам Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и не подлежит рассмотрению в данном судебном заседании. Такое решение не соответствует требованиям ч. 2 ст. 61, ч. 3 ст. 330, ч. 2 ст. 256 УПК РФ. Кроме того, в силу ст. 235, ч. 5 ст. 335 УПК РФ судья по ходатайству сторон либо по собственной инициативе как на предварительном слушании, так и в судебном разбирательстве исключает из перечня предъявляемых доказательств доказательства, недопустимость которых выявилась в ходе указанных стадий судебного процесса. Эти требования закона также не выполнены председательствующим в полной мере. Так, в присутствии присяжных заседателей в судебном заседании были исследованы протоколы допросов подозреваемого Конева, протокол проверки показаний Конева на месте. Данные следственные действия проведены с участием адвоката Табуевой, которая одновременно защищала и интересы обвиняемого Гурьева. Ввиду существенных противоречий в интересах Гурьева и Конева постановлением следователя защитник Табуева отведена от участия в уголовном деле. Между тем Табуевой вновь была поручена защита интересов Урубекова и Гурьева, она приняла участие в защите интересов обоих обвиняемых на предварительном слушании, а интересов Гурьева - и в суде с участием присяжных заседателей. Таким образом, адвокат, ранее защищавшая Конева, несмотря на то что его интересы противоречили интересам другого обвиняемого - Гурьева, стала осуществлять защиту последнего. В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого. При наличии обстоятельств, исключающих участие защитника в производстве по уголовному делу, председательствующим не были приняты меры к обеспечению подсудимого надлежащим адвокатом, при этом председательствующий допустил к исследованию доказательства, полученные при участии адвоката, подлежащего отводу. Отвод, заявленный председательствующему, был рассмотрен на месте, так же как и мотивированное письменное ходатайство адвоката о прекращении дела в отношении Урубекова. Председательствующий без согласия стороны защиты допустил оглашение показаний свидетелей, потерпевших, не явившихся в судебное заседание, при отсутствии данных о причине их неявки, указанных в ч. 2 ст. 281 УПК РФ. Таким образом, вердикт присяжных был постановлен с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, в связи с чем приговор отменен, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания. Отмена постановлений о возвращении дела прокурору ввиду необоснованности Постановлением Алтайского краевого суда уголовное дело в отношении К., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 3 ст. 228-1, ч. 1 ст. 30, п. "б" ч. 3 ст. 228-1, ч. 3 ст. 234 УК РФ, возвращено прокурору Алтайского края. К., работавшему в должности младшего оперуполномоченного Федеральной службы госнаркоконтроля по Заринскому району, было предъявлено обвинение в незаконном сбыте наркотических средств в крупном размере, с использованием своего должностного положения, в приготовлении к данному преступлению, а также в незаконных приобретении и хранении в целях сбыта сильнодействующих и ядовитых веществ, в крупном размере. Возвращая дело прокурору, суд указал, что из материалов дела необходимо выделить копию должностной инструкции К., имеющей гриф "секретно", протоколы допросов лиц, работающих на конфиденциальной основе, не имеющих отношения к предъявленному К. обвинению, исключить их из списка лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, рассекретить материалы дела, после чего направить дело по подсудности. В кассационном представлении государственный обвинитель просил об отмене постановления и направлении дела на новое судебное рассмотрение. Судебная коллегия постановление отменила по следующим основаниям. В соответствии со ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения. Органами предварительного расследования обвинительное заключение составлено в соответствии со ст. 220 УПК РФ, в нем указаны доказательства, в том числе и те, на которые ссылается сторона защиты. Суд дал оценку доказательствам преждевременно, так как они не исследовались в судебном заседании. Постановление отменено, дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания. Постановлением Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 25 августа 2006 г. уголовное дело в отношении Ж., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 222 УК РФ, возвращено прокурору Кабардино-Балкарской Республики для устранения допущенных нарушений закона. Как указано в постановлении, структура и содержание обвинительного заключения не отвечают требованиям, предусмотренным ч. 1 ст. 220 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или принятия иного решения, и суд не может выйти за рамки обвинения, сформулированного в обвинительном заключении. Кроме того, при выполнении требований ст. 217 УПК РФ обвиняемый заявил о своем желании воспользоваться правом, предусмотренным п. 1 ст. 217 УПК РФ (без указания части этой статьи). В кассационном представлении государственный обвинитель ссылался на то, что суд фактически вернул дело для дополнительного расследования - проведения ряда следственных действий, направленных на восполнение неполноты предварительного расследования, и при этом допустил оценку доказательств. Проверив материалы дела, кассационная инстанция указала следующее. Согласно ч. 1 ст. 237 УПК РФ необходимость возвращения дела прокурору возникает, если на стадии досудебного производства были допущены существенные, неустранимые в судебном заседании нарушения закона, устранение которых не связано с восполнением неполноты предварительного следствия. Из материалов дела видно, что обвинение, изложенное в обвинительном заключении, соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого. Выполнение указаний суда об установлении конкретных данных (в частности, о том, где и при каких обстоятельствах Ж. вступил в банду, когда, с кем и какое оружие перевозил на своей автомашине; об определении вида оружия и боеприпасов, его количества, источников их появления; о разграничении и квалификации действий обвиняемого по каждому эпизоду) невозможно без проведения следственных и иных процессуальных действий, не предусмотренных ст. 237 УПК РФ. Выраженное в постановлении мнение суда о том, что в обвинительном заключении должна быть ссылка на процессуальные решения органа следствия в отношении других лиц - членов банды и формулировка обвинительного заключения должна соответствовать сведениям, изложенным Ж. в показаниях на предварительном следствии, является ошибочным, не основанным на нормах ст. 220 УПК РФ. Справка, приложенная к обвинительному заключению, содержит все необходимые сведения. При выполнении требований ст. 217 УПК РФ обвиняемый и его защитник заявили о своем желании воспользоваться правом, предусмотренным п. 1 ст. 217 УПК РФ. Эта запись не вызывает сомнений, поскольку в протоколе имеется ссылка на то, что обвиняемому разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ, - ходатайствовать о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей. Постановление судьи было отменено, дело направлено в тот же суд на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания. Постановлением Кемеровского областного суда уголовное дело в отношении Б., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105, ч. 4 ст. 150, ч. 1 ст. 167 УК РФ, В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, и К., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст. 316, ч. 1 ст. 167 УК РФ, направлено прокурору Кемеровской области для устранения препятствий его рассмотрения судом. В постановлении указано, что подсудимым Б. и В. предъявлено неконкретное обвинение, носящее предположительный характер "о причине наступления смерти" одного из потерпевших, не установлена причинно-следственная связь между деяниями подсудимых и наступившими последствиями. В кассационном представлении прокурор просил об отмене постановления ввиду его необоснованности. Проверив материалы дела, Судебная коллегия Верховного Суда РФ пришла к выводу о том, что органами предварительного следствия не было допущено нарушений, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора. Как установлено судом, предъявляя обвинение Б. и В., органы предварительного следствия сослались на доказательства, добытые в период расследования дела, в том числе на выводы судебно-медицинского эксперта о наличии телесных повреждений у потерпевшего Х. и причине его смерти, которая установлена экспертом с учетом обстоятельств дела. Утверждение суда о том, что данное обвинение является неконкретным, носящим предположительный характер "относительно причины смерти потерпевшего" и наличия причинно-следственной связи между действиями обвиняемых и наступившими последствиями, противоречит содержанию указанного процессуального документа. Постановление отменено, дело направлено на новое судебное разбирательство со стадии назначения судебного заседания. Постановлением судьи Магаданского областного суда уголовное дело в отношении Б. и других, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 321 УК РФ, и К. и других, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 321 УК РФ, возвращено прокурору Магаданской области для устранения нарушений уголовно-процессуального законодательства. В кассационном представлении ставился вопрос об отмене указанного постановления в связи с тем, что вывод суда о необходимости решения следователем вопроса о выделении в отдельное производство уголовного дела в отношении К. и других, заявивших ходатайства о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, противоречит требованиям ч. 5 ст. 217, ст. 33 УПК РФ; ссылка судьи на то, что некоторые обвиняемые не ознакомлены с материалами дела, противоречит имеющимся данным. Проверив материалы дела, Судебная коллегия установила следующее. Дело неоднократно возвращалось прокурорами для производства дополнительного расследования ввиду того, что некоторые обвиняемые не были в полном объеме ознакомлены с материалами дела. Однако в действительности обвиняемые отказывались знакомиться с материалами дела, о чем свидетельствуют многочисленные рапорты следователя прокуратуры. В связи с этим последним было принято решение о прерывании указанного следственного действия. Кроме того, судом было оставлено без внимания то обстоятельство, что в материалах дела имеется заявление обвиняемого К. о том, что между ним и другими обвиняемыми была достигнута договоренность о затягивании ознакомления с делом. При таких данных суду следовало без возвращения дела прокурору установить определенный срок для ознакомления обвиняемых с материалами дела, при этом наличие неотмененных постановлений судьи не является препятствием к принятию такого решения судом, в производстве которого находится уголовное дело. Кроме того, вопрос о выделении дела в отдельное производство решается лишь в том случае, если один или несколько обвиняемых отказываются от суда с участием присяжных заседателей. По рассматриваемому делу таких оснований не имеется. Не является основанием для возвращения дела прокурору и указанное судом обстоятельство, что следователь не уведомил потерпевших о возобновлении следствия и о его окончании. Из материалов дела видно, что первоначально все потерпевшие были уведомлены об окончании следственных действий и им разъяснялось право на ознакомление с материалами дела, но потерпевшие не изъявляли желания участвовать в производстве названного процессуального действия. Следственные действия, произведенные впоследствии, производились по ходатайству одного из обвиняемых, при этом права ни одного из потерпевших не нарушались. В соответствии с требованиями ч. 2 ст. 219 УПК РФ об окончании дополнительных следственных действий, произведенных по ходатайству участника производства по уголовному делу, уведомляются те потерпевшие, которые ранее заявляли ходатайство об ознакомлении с материалами дела. Таким образом, обстоятельств, препятствующих рассмотрению данного дела судом, не имеется. Постановление было отменено, дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания. Отмена судебных решений по иным основаниям Постановлением судьи Саратовского областного суда от 19 октября 2005 г. обращение осужденного Базарного с просьбой о передаче его для дальнейшего отбывания наказания в Республике Казахстан, гражданином которой он является, оставлено без удовлетворения. В кассационной жалобе осужденный просил об отмене постановления. Проверив материалы дела, Судебная коллегия указала следующее. Данное обращение осужденного подлежало рассмотрению в соответствии с требованиями ст.ст. 470, 472 УПК РФ. Суд, оставляя без удовлетворения обращение Базарного о передаче его для отбывания наказания в Республике Казахстан, сослался на отсутствие между Российской Федерацией и Республикой Казахстан действующих международных соглашений и письменного соглашения о передаче лиц, осужденных к лишению свободы, для отбывания наказания в государстве, гражданами которого они являются. Однако такой вывод суда противоречит положениям ст. 471 УПК РФ, содержащей перечень случаев, в которых может быть отказано в подобной передаче. Кроме того, ч. 2 ст. 470 УПК РФ предоставляет суду право отложить рассмотрение вопроса о передаче осужденного и запросить недостающие сведения либо без рассмотрения направить обращение осужденного в компетентный орган Российской Федерации для сбора необходимой информации в соответствии с положениями международного договора Российской Федерации, а также для предварительного согласования вопроса о передаче осужденного с компетентным органом иностранного государства. Суд этим правом не воспользовался, в связи с чем указанное постановление отменено и материалы с обращением осужденного были направлены в тот же суд на новое судебное рассмотрение в ином составе. Отмена судебных решений в части возмещения ущерба или судебных издержек Постановлением Московского городского суда постановлено взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в счет возмещения вреда в результате необоснованной конфискации квартиры в пользу С. 393 309 руб. 26 коп., в пользу Х. - 224 042 руб. 35 коп. В кассационной жалобе Х. и С. просили об отмене указанного решения и выплате ущерба в полном объеме, а не в размере 1/2 стоимости квартиры, как было определено судом. Проверив материалы дела, Судебная коллегия указала следующее. Суд произвел возмещение стоимости квартиры по балансовой стоимости, определенной территориальным бюро технической инвентаризации, что не отражает реальной стоимости квартиры. При этом суд не дал оценки отчетам о стоимости квартиры, составленным независимыми оценщиками. Согласно ст. 1070 ГК РФ и ст. 135 УПК РФ возмещение вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, производится в полном объеме по рыночным ценам, существующим на момент его возмещения. Постановление Московского городского суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд. По приговору Архангельского областного суда от 20 января 2006 г. осуждены: Кожин по п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 3 ст. 30, пп. "г", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Крылов по п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ. Постановлено взыскать с Кожина и Крылова различные суммы в возмещение материального ущерба и в счет компенсации потерпевшим морального вреда, а также взыскать в федеральный бюджет с Кожина процессуальные издержки, связанные с производством судебно-медицинских экспертиз, в сумме 5889 руб. и издержки, связанные с оплатой услуг адвоката на предварительном следствии, в сумме 4012 руб., с Крылова - в федеральный бюджет процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвоката по оказанию юридической помощи на предварительном следствии, в сумме 15 300 руб. В кассационных жалобах Кожин просил об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение ввиду необоснованности осуждения его по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, Крылов просил о переквалификации его действий на п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ и о смягчении назначенного наказания. Проверив материалы дела, Судебная коллегия пришла к выводу, что постановленный приговор является законным и обоснованным, вина осужденных доказана, их действия получили правильную юридическую оценку. Вместе с тем в кассационном определении указано, что суд первой инстанции, взыскивая с осужденного Кожина в федеральный бюджет процессуальные издержки, складывающиеся из сумм, израсходованных на производство судебно-медицинских экспертиз (5889 руб.), не обосновал свое решение в этой части. Не было уточнено, на какие именно судебно-медицинские экспертизы были израсходованы эти средства, из чего складывались расходы при производстве экспертиз. В материалах дела также не имеется данных об этом. Неясно, включены ли в эти расходы вознаграждения экспертам и проводились ли ими экспертизы в порядке служебного задания. Между тем согласно положениям п. 4 ч. 2 ст. 131 УПК РФ вознаграждение, выплачиваемое эксперту за исполнение им в порядке служебного задания своих обязанностей в ходе уголовного судопроизводства, к процессуальным издержкам не относится. По изложенным основаниям приговор в отношении Кожина в части взыскания с него в федеральный бюджет процессуальных издержек в сумме 5889 руб. был отменен, дело в этой части направлено на новое судебное рассмотрение. В остальной части приговор оставлен без изменения. Изменение приговора По приговору суда Таймырского (Долгано-Ненецкого) автономного округа от 29 мая 2006 г. Петриченко был осужден по п. "в" ч. 3 ст. 126 УК РФ к тринадцати годам лишения свободы. В кассационных жалобах осужденный оспаривал правильность квалификации своих действий, утверждая, что умысла на похищение человека у него не было, и просил переквалифицировать его действия на ст. 109 УК РФ, предусматривающую ответственность за причинение смерти по неосторожности. Проверив материалы дела, Судебная коллегия установила следующее. Петриченко вместе со своей знакомой Гришиной и ее малолетним сыном пришел к матери Петриченко. После распития спиртных напитков Гришина уснула, а Петриченко взял ее сына на руки и вышел из квартиры, заперев дверь на ключ и лишив тем самым мать мальчика возможности догнать его. В подъезде своего дома, поднимаясь по лестнице, Петриченко споткнулся и упал на ребенка, придавив его массой своего тела, чем причинил ему смерть по неосторожности. Правильно установив действия Петриченко, суд дал им ошибочную юридическую оценку. По смыслу закона под похищением человека следует понимать противоправные умышленные действия, сопряженные с тайным или открытым захватом (завладением) живого человека, перемещением его с постоянного или временного места пребывания в другое место с последующим удержанием его в неволе. Как следует из материалов дела, после изъятия и перемещения малолетнего Гришина у Петриченко отсутствовал умысел, а также цель последующего удержания его в другом месте в неволе. Не установлено таких умысла и цели и приговором суда. Кассационная инстанция указала, что при таких обстоятельствах действия Петриченко подлежат переквалификации. Приговор изменен, действия осужденного переквалифицированы с п. "в" ч. 3 ст. 126 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ, по которой назначено два года лишения свободы в колонии-поселении. По приговору Мурманского областного суда от 28 декабря 2005 г. Сафонов осужден по пп. "а", "в", "з", "к" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к двадцати четырем годам лишения свободы. В кассационной жалобе осужденный указал, что у него не было умысла на грабеж и убийство, все произошло спонтанно, и просил смягчить назначенное наказание. Проверив материалы дела, Судебная коллегия указала следующее. Действия Сафонова по пп. "а", "в", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицированы правильно. Вместе с тем по смыслу закона квалификация по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ совершенного виновным убийства с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства, помимо указанного пункта, по какому-либо другому пункту ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив убийства. Поскольку судом установлено, что убийство Мишиных и Неспанова совершено Сафоновым в процессе разбойного нападения с целью хищения принадлежащего потерпевшим имущества, оно не может одновременно квалифицироваться по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Кроме того, признав Сафонова виновным по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, суд назначил ему наказание по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ. Однако ч. 3 ст. 162 УК РФ (не имеющая пунктов) предусматривает ответственность за совершение разбоя с проникновением в жилище, помещение или иное хранилище либо в крупном размере. Поскольку такие обстоятельства не вменялись в вину Сафонову, его действия в этой части также подлежат переквалификации. Определением Судебной коллегии из приговора исключено указание на осуждение Сафонова по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, действия осужденного переквалифицированы с п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 162 УК РФ, по которой назначено семь лет шесть месяцев лишения свободы. По совокупности преступлений Сафонову назначено двадцать два года лишения свободы. По приговору Верховного Суда Республики Дагестан от 16 ноября 2005 г. Лугуев был осужден по ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 325, п. "в" ч. 4 ст. 162, пп. "з", "к" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162, пп. "з", "к" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162, пп. "а", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ к пожизненному лишению свободы. В кассационных жалобах осужденный и его адвокат оспаривали обоснованность приговора, ссылаясь на нарушения уголовно-процессуального закона. Проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия указала, что приговор подлежит изменению по следующим основаниям. Установлено, что в процессе разбойных нападений на потерпевших Лугуев завладел их имуществом: Джамалова - на сумму 94 450 руб., Гасанова - на сумму 78 800 руб. и Алиевых - на сумму 8568 руб. Эти действия суд квалифицировал по признаку хищения в крупном размере. Однако эти выводы суда противоречат требованиям закона, согласно которому крупным размером признается стоимость имущества, превышающая 250 тыс. рублей. Стоимость похищенного осужденным имущества ниже указанной суммы. Кроме того, суд необоснованно квалифицировал действия Лугуева по эпизодам убийства Джамалова и Гасанова по пп. "з", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ и необоснованно применил ст. 70 УК РФ при окончательном назначении наказания, так как установлено, что Лугуев совершил преступления после отбытия наказания по предыдущему приговору (с учетом внесенных изменений, связанных с приведением приговора в соответствие с Федеральным законом от 8 декабря 2003 г.). Определением суда кассационной инстанции приговор изменен: исключено указание об осуждении Лугуева по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, из приговора в части осуждения по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ исключен квалифицирующий признак разбоя "совершенный в крупном размере", исключено указание на совершение Лугуевым преступлений в период неотбытой части наказания после условно-досрочного освобождения, а также на применение ст. 70 УК РФ при окончательном назначении наказания. По приговору Алтайского краевого суда от 10 июля 2006 г. Гончиков осужден по ч. 5 ст. 33, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к восьми годам лишения свободы. В кассационной жалобе осужденный и адвокат просили о переквалификации действий Гончикова на ст. 316 УК РФ (заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления), прокурор в кассационном представлении ставил вопрос об исключении квалифицирующего признака, предусмотренного п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как преступление совершено Гончиковым не из корыстных побуждений. Проверив материалы дела, Судебная коллегия указала следующее. Вывод суда о том, что Гончикову было известно об умысле Гришиной и Каменко на убийство Абрамова и он помог им его скрыть, не основан на материалах дела. Органами предварительного расследования и судом не добыто достоверных доказательств, подтверждающих виновность Гончикова в том, что он заранее обещал скрыть убийство Абрамова, совершенное Гришиной и Каменко, таких доказательств не приведено и в приговоре. В суде Гончиков показал, что не знал заранее об умысле осужденных на убийство, помог им вытащить Абрамова из автомобиля и оттащить в лесополосу, в этот момент понял, что потерпевший мертв. Какого-либо участия как в предварительном сговоре на убийство, так и в самом убийстве он не принимал. Показания Гончикова судом в приговоре не опровергнуты, выводы о пособничестве в убийстве основаны на предположениях, в связи с чем Судебная коллегия приговор изменила, переквалифицировала действия Гончикова с ч. 5 ст. 33, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 316 УК РФ, назначив по ней один год шесть месяцев лишения свободы в колонии-поселении. По приговору Московского областного суда от 6 декабря 2005 г. Кузьмин, Барменкова, Гвоздкова осуждены по пп. "д", "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Кузьмин - к десяти годам лишения свободы, Барменкова и Гвоздкова - к пяти годам лишения свободы. В кассационных жалобах Кузьмин и его адвокат просили исключить из приговора осуждение Кузьмина по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как умысла на причинение особых страданий потерпевшему у осужденного не было. Проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия указала следующее. По смыслу закона особая жестокость выражается в том, что перед лишением жизни или в процессе совершения убийства виновное лицо заведомо причиняет потерпевшему особые мучения и страдания. Между тем данных о том, что виновные намеревались причинить Барменкову особые мучения и страдания, в деле не имеется. 16 уколов шприцем и заливание потерпевшему в рот воды свидетельствует только об умысле осужденных лишить его жизни. При уколах шприцем осужденные не издевались над потерпевшим, как посчитал суд, а пытались лишить его жизни путем введения воздуха в вену, полагая, что это самый быстрый способ лишения человека жизни и потерпевший не будет мучиться. Осужденные Кузьмин и Барменкова также отрицали наличие у них цели причинить мучения Барменкову, поясняя, что они хотели, чтобы все произошло быстро. При таких обстоятельствах оснований считать, что в процессе лишения жизни Барменкова осужденные заведомо причиняли ему особые мучения и страдания, не имеется. Приговор был изменен: исключено указание об осуждении названных лиц по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ, в остальной части приговор оставлен без изменения. По приговору Приморского краевого суда от 10 апреля 2006 г. Зимовец осужден по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к тринадцати годам лишения свободы. В кассационных жалобах он и его адвокат оспаривали обоснованность осуждения, утверждая, что судом не собрано достаточных доказательств его вины. Проверив материалы дела, Судебная коллегия пришла к выводу, что вина Зимовца в совершении умышленного убийства Паршина установлена, подтверждена исследованными в суде доказательствами, однако его действия подлежат переквалификации. Как видно из материалов дела, Зимовец был выдан Украиной Российской Федерации для уголовного преследования по ч. 1 ст. 105 УК РФ за совершенное на территории России умышленное убийство Паршина. Основанием для выдачи послужил запрос, в котором указано, что Зимовец обвиняется в совершении убийства, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. В соответствии с требованиями ст. 461 УПК РФ лицо, выданное иностранным государством, не может быть осуждено без согласия этого государства за преступление, не указанное в запросе о выдаче. Таким образом, осуждение Зимовца за совершение более тяжкого преступления, чем указано в имеющемся в деле запросе о выдаче, является незаконным, нарушающим пределы уголовной ответственности лица, выданного Российской Федерации. Кроме того, судом первой инстанции неправильно исчислен срок отбывания осужденным наказания. Установлено, что Зимовец содержался под стражей с 3 июля 2005 г. по постановлению соответствующего суда Украины в связи с необходимостью доставки его в компетентные органы Российской Федерации по данному делу. При таких обстоятельствах срок его содержания под стражей на территории иностранного государства в связи с выдачей его Российской Федерации этапированием в следственный изолятор по месту производства предварительного расследования в силу требований п. 4 ч. 10 ст. 109 УПК РФ должен быть зачтен в срок отбывания наказания. Приговор был изменен, действия Зимовца переквалифицированы с п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 105 УК РФ, по которой назначено десять лет лишения свободы; в срок отбывания наказания зачтен срок, проведенный осужденным под стражей на территории Украины. По приговору Томского областного суда от 16 июня 2005 г. осуждены: Прусских по п. "к" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 3 ст. 69, ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ к десяти годам лишения свободы; Туркасов по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к семи годам лишения свободы. В кассационных жалобах осужденный Прусских оспаривал приговор, утверждая, что выводы суда не соответствуют материалам дел. Судебная коллегия, проверив материалы дела, нашла приговор законным и обоснованным, но в то же время указала следующее. Прусских вердиктом коллегии присяжных заседателей признан заслуживающим снисхождения. При таких обстоятельствах в соответствии со ст. 65 УК РФ срок или размер наказания, назначенного такому лицу, не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Поскольку Прусских совершил преступление в несовершеннолетнем возрасте, максимальное наказание не могло превышать двух третей от десяти лет лишения свободы. Кроме того, при назначении Прусских наказания суд необоснованно сослался на такое обстоятельство, как совершение преступления, повлекшего "необратимые последствия для потерпевшего и его семьи", что не предусмотрено ст. 63 УК РФ. Приговор изменен, ссылка на указанное обстоятельство исключена из приговора, наказание, назначенное Прусских, смягчено до шести лет восьми месяцев лишения свободы. Проведенный обзор кассационной практики показал, что основными причинами отмены и изменения судебных решений являются неправильное применение судами первой инстанции уголовного закона и нарушение норм уголовно-процессуального закона, в том числе касающихся сроков рассмотрения дел. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации Указатель судебной практики Указатель судебной практики +-----------------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------------------¦ ¦030.100.030 ¦ ¦ ¦030.100.050 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦На правоотношения, возникшие из заключения¦ ¦Верх. Суда РФ ¦договора о долевом участии в инвестировании¦ ¦от 12.12.06 ¦реконструкции жилого дома с целью приобретения в¦ ¦Бюллетень ¦нем соответствующего жилого помещения в¦ ¦Верх. Суда ¦собственность, распространяется Закон Российской¦ ¦Российской ¦Федерации "О защите прав потребителей" ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 1 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦040.060.030 ¦ ¦ ¦080.070.060 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦По делам о возмещении расходов на содержание¦ ¦Верх. Суда РФ ¦детей, находящихся под опекой, ответчиком¦ ¦от 21.04.06 ¦является субъект Российской Федерации, которого¦ ¦Бюллетень ¦представляет соответствующий финансовый орган ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 3 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦070.060.070 ¦ ¦ ¦070.060.090 ¦ ¦ ¦070.060.120 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Периоды работы медсестрой детских яслей подлежат¦ ¦Верх. Суда РФ ¦зачету в стаж работы, дающий право на досрочное¦ ¦от 13.01.06 ¦назначение трудовой пенсии по старости лицам,¦ ¦Бюллетень ¦осуществлявшим лечебную и иную деятельность по¦ ¦Верх. Суда ¦охране здоровья населения ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 4 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦200.130.030 ¦ ¦ ¦030.120.110 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Пункт 10.2 Правил международных воздушных¦ ¦Верх. Суда РФ ¦перевозок пассажиров, багажа и грузов,¦ ¦от 17.05.06 ¦утвержденных Министерством гражданской авиации¦ ¦Бюллетень ¦СССР 3 января 1986 г. N 1/И, признан частично¦ ¦Верх. Суда ¦недействующим со дня вступления решения суда в¦ ¦Российской ¦законную силу ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 6 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦090.070.120 ¦ ¦ ¦030.120.110 ¦ ¦ ¦090.070.110 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Параграф 23 Правил перевозок пассажиров и багажа¦ ¦Верх. Суда РФ ¦автомобильным транспортом в РСФСР, утвержденных¦ ¦от 21.03.06 ¦приказом Министерства автомобильного транспорта¦ ¦Бюллетень ¦РСФСР от 24 декабря 1987 г. N 176, частично¦ ¦Верх. Суда ¦признан недействующим со дня вступления решения¦ ¦Российской ¦суда в законную силу ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 8 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦060.020.150 ¦ ¦ ¦020.020.010 ¦ ¦ ¦060.020.180 ¦ ¦ ¦Опред. Касс. ¦Пункт 25 Положения об аттестации экспертов в¦ ¦коллегии ¦государственных судебно-экспертных учреждениях¦ ¦от 25.07.06 ¦Министерства юстиции Российской Федерации,¦ ¦Бюллетень ¦утвержденного приказом Министерства юстиции¦ ¦Верх. Суда ¦Российской Федерации от 23 декабря 2004 г.¦ ¦Российской ¦N 196, признан недействующим ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 9 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦020.030.070 ¦ ¦ ¦110.060.080 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Пункт 1.4 (в части), пп. 3.1, 3.2, 3.3 и 3.4¦ ¦Верх. Суда РФ ¦Положения о порядке выдачи именных разовых¦ ¦от 30.01.06 ¦лицензий на использование объектов животного¦ ¦Бюллетень ¦мира, отнесенных к объектам охоты, утвержденного¦ ¦Верх. Суда ¦приказом Министерства сельского хозяйства¦ ¦Российской ¦Российской Федерации от 4 января 2001 г. N 3,¦ ¦Федерации, ¦признаны недействующими со дня вступления¦ ¦2006, N 9, с. 11¦решения суда в законную силу ¦ ¦ ¦ ¦ ¦090.070.130 ¦ ¦ ¦160.040.020 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Пункты 6 и 9 Правил задержания транспортного¦ ¦Верх. Суда РФ ¦средства, помещения его на стоянку, хранения, а¦ ¦от 15.05.06 ¦также запрещения эксплуатации, утвержденных¦ ¦Бюллетень ¦постановлением Правительства Российской¦ ¦Верх. Суда ¦Федерации от 18 декабря 2003 г. N 759,¦ ¦Российской ¦предусматривающие исчисление срока хранения¦ ¦Федерации, ¦транспортного средства с момента его помещения¦ ¦2006, N 9, с. 12¦на специализированную стоянку, порядок взимания¦ ¦ ¦платы за транспортировку и хранение, а также¦ ¦ ¦условия хранения и выдачи транспортного средства¦ ¦ ¦владельцу, признаны не противоречащими¦ ¦ ¦федеральному законодательству ¦ ¦ ¦ ¦ ¦010.050.010 ¦ ¦ ¦160.050.020 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Абзацы 1, 2, 3 и 5 п. 7, абз. 1 и 2 п. 12 и¦ ¦Верх. Суда РФ ¦п. 15 Положения о паспорте гражданина Российской¦ ¦от 18.07.06 ¦Федерации (утвержденного постановлением¦ ¦Бюллетень ¦Правительства Российской Федерации от 8 июля¦ ¦Верх. Суда ¦1997 г. N 828), устанавливающие, что паспорт¦ ¦Российской ¦гражданина действует от 14 лет - до достижения¦ ¦Федерации, ¦20-летнего возраста, от 20 лет - до достижения¦ ¦2006, N 9, с. 12¦45-летнего возраста (абз. 1, 2, 3 п. 7); по¦ ¦ ¦достижении гражданином (за исключением¦ ¦ ¦военнослужащих, проходящих службу по призыву)¦ ¦ ¦20-летнего и 45-летнего возраста паспорт¦ ¦ ¦подлежит замене (абз. 5 п. 7); замена паспорта¦ ¦ ¦производится при достижении возраста,¦ ¦ ¦предусмотренного п. 7 данного Положения (абз. 1,¦ ¦ ¦2 п. 12); документы и личные фотографии для¦ ¦ ¦получения или замены паспорта должны быть сданы¦ ¦ ¦гражданином не позднее 30 дней после наступления¦ ¦ ¦обстоятельств, указанных в пп. 1, 7 или 12 этого¦ ¦ ¦Положения (п. 15), признаны не противоречащими¦ ¦ ¦федеральному законодательству ¦ ¦ ¦ ¦ ¦160.040.050 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Абзац 13 п. 40 Правил пожарной безопасности в¦ ¦Верх. Суда РФ ¦Российской Федерации (ППБ 01-03), утвержденных¦ ¦от 11.08.06 ¦приказом Министерства Российской Федерации по¦ ¦Бюллетень ¦делам гражданской обороны, чрезвычайным¦ ¦Верх. Суда ¦ситуациям и ликвидации последствий стихийных¦ ¦Российской ¦бедствий от 18 июня 2003 г. N 313, согласно¦ ¦Федерации, ¦которому в зданиях, сооружениях организаций¦ ¦2006, N 9, с. 12¦запрещается устанавливать дополнительные двери¦ ¦ ¦или изменять направление открывания дверей (в¦ ¦ ¦отступление от проекта) из квартир в общий¦ ¦ ¦коридор (на площадку лестничной клетки), если¦ ¦ ¦это препятствует свободной эвакуации людей или¦ ¦ ¦ухудшает условия эвакуации из соседних квартир,¦ ¦ ¦признан не противоречащим федеральному¦ ¦ ¦законодательству ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.030 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Суд ошибочно квалифицировал действия виновных по¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ч. 4 ст. 222 УК РФ как незаконный сбыт газового¦ ¦от 8.11.06 ¦оружия ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 12¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Действия лица ошибочно расценены судом как¦ ¦Верх. Суда РФ ¦вовлечение несовершеннолетнего в совершение¦ ¦от 8.11.06 ¦преступления ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 13¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.020 ¦ ¦ ¦190.010.010 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Судебные решения отменены как вынесенные с¦ ¦Верх. Суда РФ ¦нарушением требований уголовно-процессуального¦ ¦от 9.11.06 ¦закона, предусматривающего порядок рассмотрения¦ ¦Бюллетень ¦заявления о совершенном преступлении ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 14¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦180.060.060 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Окончательное наказание по совокупности¦ ¦Верх. Суда РФ ¦преступлений назначается с учетом того, что за¦ ¦от 6.02.07 ¦каждое из них в соответствии с законом может¦ ¦Бюллетень ¦быть назначено максимальное наказание меньше,¦ ¦Верх. Суда ¦чем предусмотрено Особенной частью Уголовного¦ ¦Российской ¦кодекса Российской Федерации ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 15¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.040.030 ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦170.010.040 ¦ ¦ ¦170.020.040 ¦ ¦ ¦180.060.020 ¦ ¦ ¦180.060.070 ¦ ¦ ¦030.120.220 ¦ ¦ ¦180.060.090 ¦ ¦ ¦190.010.010 ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦Обзор касс. ¦Обзор кассационной практики Судебной коллегии по¦ ¦практики ¦уголовным делам Верховного Суда Российской¦ ¦Бюллетень ¦Федерации за 2006 год ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 9, с. 16¦ ¦ +-----------------------------------------------------------------+