Бюллетень № 8 2005 года

25.08.2005

Оригинал документа · Источник публикации

Бюллетень № 8 2005 года

Опубликовано: 25.08.2005

Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам

Доказательства, представленные истцом в качестве подтверждения его права на досрочное назначение трудовой пенсии, признаны судом достаточными для признания за ним такого права Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14 я

1. Доказательства, представленные истцом
в качестве подтверждения его права на досрочное
назначение трудовой пенсии, признаны судом
достаточными для признания за ним такого права

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 14 января 2005 г. N 9-Г04-35

(Извлечение)

С. обратился в суд с заявлением к государственному учреждению
- управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Приокском
районе г. Нижнего Новгорода о признании права на льготную пенсию на
основании подп. 6 п. 1 ст. 27 Федерального закона "О трудовых
пенсиях в Российской Федерации", ссылаясь на то, что достиг
требуемого возраста 55 лет, имеет страховой стаж более 25 лет, стаж
работы на геологоразведочных полевых и изыскательских полевых
работах 13 лет 5 месяцев, однако ответчик необоснованно не включил
в льготный стаж работы в полевых условиях следующие периоды:
март - май 1981 г., апрель - июнь 1982 г., сентябрь - ноябрь
1982 г., июль 1984 г., октябрь 1984 г. - октябрь 1987 г.; в
подтверждение он представил справку ОАО "НижегородТИСИЗ". В связи с
этим просил обязать ответчика включить вышеперечисленные периоды в
льготный трудовой стаж, назначить ему трудовую пенсию с 3 октября
2002 г., выплатив образовавшуюся задолженность с учетом индексации,
взыскать компенсацию морального вреда и расходы по оплате услуг
представителя.
Решением Нижегородского областного суда от 24 ноября 2004 г.
иск удовлетворен частично: за С. признано право на досрочную
трудовую пенсию с 3 октября 2002 г., в его пользу взыскана
задолженность по пенсии с учетом индексации в размере 43 669 руб.
15 коп. и расходы по оплате услуг представителя в сумме 6 тыс.
рублей, во взыскании компенсации морального вреда отказано.
В кассационной жалобе управление Пенсионного фонда Российской
Федерации в Приокском районе г. Нижнего Новгорода просило отменить
решение суда как необоснованное и постановленное с нарушением норм
процессуального права и вынести новое решение, не передавая дело на
новое рассмотрение в суд первой инстанции. Представитель управления
полагал, что суд необоснованно включил в специальный стаж для
назначения досрочной пенсии период работы С. с октября 1984 г. по
октябрь 1987 г., так как его работа в полевых условиях в этот
период не подтверждена достоверными доказательствами.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
14 января 2005 г. в удовлетворении жалобы отказала, указав
следующее.
В соответствии с подп. 6 п. 1 ст. 27 Федерального закона от
17 декабря 2001 г. "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"
трудовая пенсия мужчинам по старости назначается ранее достижения
установленного этим Законом возраста по достижении 55-летнего
возраста, если они проработали не менее 12 лет 6 месяцев на полевых
геолого-разведочных, поисковых, топографо-геодезических,
геофизических, гидрографических, гидрологических, лесоустроительных
и изыскательских работах и имеют страховой стаж не менее 25 лет.
Согласно п. 7 Правил исчисления периодов работы, дающей право
на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии
со статьями 27 и 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в
Российской Федерации" (утвержденных постановлением Правительства
Российской Федерации от 11 июля 2002 г. N 516), при досрочном
назначении трудовой пенсии по старости в связи с полевыми
геолого-разведочными, поисковыми, топографо-геодезическими,
геофизическими, гидрографическими, гидрологическими,
лесоустроительными и изыскательскими работами в экспедициях,
партиях, отрядах, на участках и в бригадах периоды упомянутых работ
непосредственно в полевых условиях учитываются в следующем порядке:
работа от 6 месяцев до одного года - как один год; работа менее 6
месяцев - по фактической продолжительности.
Удовлетворяя заявленные требования С. частично, суд исходил из
того, что его трудовой стаж, дающий право на досрочное назначение
пенсии, составляет 12 лет 11 месяцев 7 дней. Поскольку его работа в
указанный период проходила в полевых условиях, он имеет право на
досрочное назначение пенсии с момента обращения с заявлением, а
именно с 3 октября 2002 г. В связи с тем, что управление
Пенсионного фонда Российской Федерации в Приокском районе
г. Нижнего Новгорода неправомерно отказало С. в назначении льготной
трудовой пенсии, в его пользу подлежит взысканию образовавшаяся за
названный период задолженность, размер которой согласно расчету
ответчика составляет 43 669 руб. 15 коп.
Вывод суда основан на всестороннем, полном и объективном
исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка
которым дана судом по правилам ст. 67 ГПК РФ, и соответствует
нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.
При этом суд обоснованно посчитал, что представленные истцом
письменные документы о его работе в спорный период в полевых
условиях и показания свидетелей подтверждают наличие необходимого
трудового стажа для назначения досрочной трудовой пенсии.
Довод ответчика в кассационной жалобе о том, что
представленных истцом документов недостаточно для назначения
досрочной трудовой пенсии, поскольку его работа в полевых условиях
с октября 1984 г. по октябрь 1987 г. не подтверждена
соответствующими приказами и платежными ведомостями, в данном
случае не может служить основанием для отмены решения. Установлено,
что эти документы уничтожены в связи с истечением срока хранения,
поэтому указанное обстоятельство как не зависящее от истца не
лишает его права на назначение льготной пенсии.
Вместе с тем в соответствии со ст. 67 ГПК РФ никакие
доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд
оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого
доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную
связь доказательств в их совокупности.
В силу п. 9 ст. 30 Федерального закона "О трудовых пенсиях в
Российской Федерации" при оценке пенсионных прав застрахованных лиц
по состоянию на 1 января 2002 г. применяется порядок исчисления и
подтверждения трудового стажа, в том числе стажа на соответствующих
видах работ, который был установлен для назначения и перерасчета
государственных пенсий и действовал до вступления в силу этого
Федерального закона.
Согласно ст. 96 Закона Российской Федерации от 20 ноября
1990 г. "О государственных пенсиях в Российской Федерации"
(действовавшего в период трудовой деятельности заявителя в особых
условиях) трудовой стаж подтверждался на основании документов,
выдаваемых в установленном порядке организациями.
При оценке пенсионных прав истца суд исходил из приведенных
норм и пришел к выводу о том, что представленные доказательства в
их совокупности с достоверностью свидетельствуют о том, что работа
истца в период с октября 1984 г. по октябрь 1987 г. проходила в
полевых условиях и указанный период подлежит включению в трудовой
стаж для назначения льготной пенсии.
С учетом изложенного решение следует признать законным, а
доводы кассационной жалобы - несостоятельными.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
решение Нижегородского областного суда оставила без изменения,
кассационную жалобу государственного учреждения - управление
Пенсионного фонда Российской Федерации в Приокском районе
г. Нижнего Новгорода - без удовлетворения.

____________

При отложении разбирательства дела дата нового судебного заседания назначается с учетом времени, необходимого для истребования доказательств Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 января 2005 г. N 53-Г04-63 (Извлечен

2. При отложении разбирательства дела дата
нового судебного заседания назначается с учетом
времени, необходимого для истребования
доказательств

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 18 января 2005 г. N 53-Г04-63

(Извлечение)

Гражданка США Л. обратилась в Красноярский краевой суд с
заявлением об усыновлении граждан Российской Федерации сестры и
брата - Кристины, 29 апреля 1992 года рождения, и Антона,
17 сентября 1995 года рождения (воспитанников социального приюта
для детей и подростков), обосновав заявление следующим. В 2004 году
она принимала участие в программе зимнего отдыха детей-сирот из
России, которая проводилась в г. Тампа штата Флорида, США. В
течение двух недель Кристина и Антон гостили у нее, за время
общения она привязалась к ним, полюбила их и приняла решение об их
усыновлении. По мнению Л., она отвечает требованиям, предъявляемым
к усыновителям, и с учетом ее материального положения в состоянии
обеспечить детям достойное воспитание и содержание.
Представитель органа опеки и попечительства и директор
социального приюта для детей и подростков не возражали против
усыновления детей гражданкой Л.
Решением Красноярского краевого суда от 27 октября 2004 г. в
удовлетворении заявления отказано.
В кассационной жалобе Л. и ее представитель просили решение
суда отменить и вынести новое решение об удовлетворении заявления,
ссылаясь на то, что суд неправильно определил обстоятельства,
имеющие значение для дела, и что выводы суда, изложенные в решении,
не соответствуют обстоятельствам дела.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
18 января 2005 г. решение суда отменила, указав следующее.
В силу ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и
другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им
представить дополнительные доказательства. В случае если
представление необходимых доказательств для этих лиц
затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в
собирании и истребовании доказательств.
Отказывая в удовлетворении заявления об усыновлении, суд
исходил из того, что Л. не представила доказательств в
подтверждение возможности обеспечить детям надлежащие условия для
их полноценного физического, психического и духовного развития.
Как усматривается из материалов дела, в судебном заседании
12 октября 2004 г. возникла необходимость в представлении Л.
дополнительных документов, подтверждающих, в том числе, ее
материальное положение и жилищные условия, в связи с чем судебное
разбирательство было отложено. При этом суд в нарушение ч. 2
ст. 169 ГПК РФ не назначил дату нового судебного заседания. Решение
же было им постановлено 27 октября 2004 г., т. е. через две недели
с момента отложения разбирательства дела.
Согласно ч. 2 ст. 169 ГПК РФ при отложении разбирательства
дела дата нового судебного заседания назначается с учетом времени,
необходимого для истребования доказательств, о чем явившимся лицам
объявляется под расписку.
В рассматриваемом случае эти требования закона не выполнены. С
учетом места проживания Л. (в государстве, расположенном на другом
континенте) предоставленного ей времени для собирания
дополнительных доказательств было явно недостаточно. В протоколе
судебного заседания зафиксировано ее заявление о том, что она может
представить документы, касающиеся ее материального положения и
жилищных условий, но для этого требуется больше времени. Суду
следовало поставить на обсуждение вопрос о необходимости дать
заявительнице разумный срок для предъявления дополнительных
документов.
Адвокат заявительницы Л. при кассационном рассмотрении дела
ходатайствовал о приобщении документов, касающихся материального
положения и жилищных условий Л., в дополнение к имеющимся в
материалах дела, в отношении которых у суда возникли сомнения в их
достоверности.
В соответствии со ст. 358 ГПК РФ и с учетом вышеуказанных
обстоятельств Судебная коллегия сочла возможным удовлетворить
ходатайство.
Дополнительные доказательства подлежат проверке и оценке судом
первой инстанции по правилам ст. 67 ГПК РФ. В случае возникновения
сомнения в их достоверности суд вправе предложить заявительнице
представить в подтверждение другие документы и предоставить ей
разумный срок.
При таких обстоятельствах судебное решение как постановленное
с нарушением норм процессуального права признано незаконным и
отменено с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой
инстанции. Вынести новое решение по данному делу не представляется
возможным, поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения не
могут быть устранены судом кассационной инстанции.

____________

Суд не вправе возбудить дело по заявлению общественной организации о защите прав других лиц, если по закону эта общественная организация не имеет права на такое обращение Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17 декабр

3. Суд не вправе возбудить дело по заявлению
общественной организации о защите прав других
лиц, если по закону эта общественная
организация не имеет права на такое обращение

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 17 декабря 2004 г. N 82-Г04-17

(Извлечение)

В соответствии с постановлением Курганской областной Думы от
7 сентября 2004 г. N 3650, на основании ст. 10 Федерального закона
от 12 июня 2002 г. "Об основных гарантиях избирательных прав и
права на участие в референдуме граждан Российской Федерации",
ст. 95 Устава Курганской области, ст. 5 Закона Курганской области
"О выборах губернатора Курганской области" назначены выборы
губернатора Курганской области на 28 ноября 2004 г.
Решением Избирательной комиссии Курганской области от
1 декабря 2004 г. "О результатах выборов губернатора Курганской
области 28 ноября 2004 г. и назначении повторного голосования"
(опубликованном в общественно-политической газете "Новый мир"
2 декабря 2004 г.) подведены итоги выборов губернатора Курганской
области, они признаны состоявшимися и действительными, назначена
дата повторного голосования на 5 декабря 2004 г. (п. 3).
Курганское областное общественное движение "За честные выборы"
в интересах кандидатов и других участников избирательного процесса
обратилось в суд с заявлением о признании незаконным названного
решения Избирательной комиссии Курганской области в части
назначения даты повторного голосования на 5 декабря 2004 г. и
отмене п. 3 решения Избирательной комиссии.
В обоснование своих требований заявитель указал, что
проведение повторного голосования через три дня после официального
опубликования результатов первого тура по выборам губернатора
Курганской области нарушает избирательные права кандидатов, иных
субъектов избирательного процесса, установленные федеральным
законодательством, противоречит требованиям избирательного
законодательства, регулирующего такие правоотношения.
4 декабря 2004 г. Курганским областным судом заявление
удовлетворено: отменен п. 3 решения Избирательной комиссии от
1 декабря 2004 г. о назначении даты повторных выборов губернатора
Курганской области на 5 декабря 2004 г.; решение приведено к
немедленному исполнению.
Кандидат на должность губернатора Б., Избирательная комиссия
Курганской области подали кассационную жалобу, в которой просили
решение отменить и производство по делу прекратить, полагая, что
суд неправильно применил материальный закон, допустил существенные
нарушения норм процессуального права.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
17 декабря 2004 г. решение отменила, производство по делу
прекратила по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 1 ст. 4 ГПК РФ суд возбуждает гражданское
дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод
и законных интересов.
Следовательно, заявитель, выступая от своего имени, вправе
обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства лишь за
защитой своих нарушенных или оспариваемых прав.
Согласно ч. 1 ст. 46 ГПК РФ в случаях, предусмотренных
законом, органы государственной власти, органы местного
самоуправления, организации или граждане вправе обратиться в суд с
заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц по
их просьбе либо в защиту прав, свобод и законных интересов
неопределенного круга лиц.
В силу ч. 1 ст. 246 ГПК РФ указанные положения применимы к
делам, возникающим из публичных правоотношений.
Как видно из Устава упомянутого выше областного движения,
Курганское областное общественное движение "За честные выборы"
является региональным неполитическим общественным объединением в
форме общественного движения, зарегистрированным в качестве
юридического лица. В заявлении в суд им указано, что заявление
подано в защиту избирательных прав субъектов избирательного
процесса.
Судом первой инстанции сделан правильный вывод об отсутствии у
заявителя в данном случае права на обращение в суд, так как он не
обладает полномочиями на обращение в суд от имени этих лиц.
Вместе с тем суд посчитал, что поскольку в силу ч. 3 ст. 246
ГПК РФ при рассмотрении и разрешении дел, возникающих из публичных
правоотношений, суд не связан основаниями и доводами заявленных
требований, он вправе в порядке нормоконтроля проверить законность
оспариваемого решения избирательной комиссии.
Однако этот вывод ошибочен. Отсутствие у заявителя права на
обращение в суд является основанием для отказа в принятии заявления
по п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, а в случае принятия заявления к
производству суда производство по делу подлежит прекращению в
соответствии с абз. 2 ст. 220 ГПК РФ. При этом ссылка суда первой
инстанции на ст. 246 ГПК РФ необоснованна, так как суд по своей
инициативе не вправе возбудить гражданское дело, в том числе и по
делам, возникающим из публичных правоотношений.
В судебном заседании представитель общественного движения
пояснил, что заявление об отмене решения Избирательной комиссии
Курганской области подано в интересах неопределенного круга лиц -
избирателей Курганской области, включая участников названного
общественного движения, активные избирательные права которых, по
мнению заявителя, нарушены оспариваемым решением Избирательной
комиссии.
Суд также пришел к ошибочному выводу о том, что заявитель как
общественное объединение вправе на основании ст. 259 ГПК РФ, ст. 75
Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и
права на участие в референдуме граждан Российской Федерации"
обратиться в суд за защитой избирательных прав неопределенного
круга лиц.
Как видно из материалов дела, Курганское областное
общественное движение "За честные выборы" действует на основании
Федерального закона от 19 мая 1995 г. "Об общественных
объединениях" и своего Устава.
Согласно ст. 27 указанного Закона для осуществления уставных
целей общественное объединение, являющееся юридическим лицом, имеет
право представлять и защищать свои права, законные интересы своих
членов и участников, а также других граждан в органах
государственной власти, органах местного самоуправления и
общественных объединениях.
В Уставе одной из целей движения указано содействие
становлению гражданского общества и правового демократического
общества, в частности содействие соблюдению законодательства на
выборах и референдумах. К задачам движения относятся содействие
деятельности демократических организаций и граждан, направленной на
участие в выборах и референдумах, помощь в решении кадровых и
технических вопросов при выдвижении ими кандидатов в члены
избирательных комиссий и подготовке квалифицированных наблюдателей,
сборе и анализе информации, необходимой при проведении выборов и
референдумов, а также подготовка законодательных и иных предложений
по совершенствованию законодательства о выборах и референдумах и
процесса проведения голосования.
При этом общественное объединение не наделено Уставом правом
участвовать в выборах, выдвигать кандидатов, обращаться в суд за
защитой неопределенного круга лиц.
Таким образом, права обращаться в суд с заявлением в защиту
прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц данному
общественному движению не предоставлено ни Федеральным законом, ни
Уставом движения. Не является заявитель также и участником
избирательного процесса.
Ссылки суда на ст. 259 ГПК РФ и ч. 10 ст. 75 Федерального
закона от 12 июня 2002 г. необоснованны. Действительно, в силу
упомянутых норм правом на обжалование решений и действий,
нарушающих избирательные права граждан, обладают, в числе прочих,
иные общественные объединения. Однако субъекты, перечисленные в
этих нормах (включая общественные объединения), не вправе
обращаться в суд с заявлением по поводу любых нарушений
избирательного законодательства, а только за защитой своих
нарушенных прав или в случае, если право обращаться за защитой
избирательных прав неопределенного круга лиц предусмотрено
федеральным законом (ст.ст. 45, 46 ГПК РФ).
Не представлено также заявителем суду доказательств того, что
участники данного общественного движения обращались с просьбой о
защите их избирательных прав.
Следовательно, судом рассмотрено дело по заявлению, поданному
в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга
лиц, лицом, которому Гражданским процессуальным кодексом Российской
Федерации или другими федеральными законами такого права не
предоставлено. Поэтому решение суда отменено и производство по делу
прекращено на основании абз. 2 ст. 220 ГПК РФ.

____________

Положения нормативного правового акта субъекта Российской Федерации, устанавливающие дополнительные гарантии в области трудовых отношений для депутатов законодательного органа субъекта Российской Федерации, признаны противоречащими трудовому законодательс

4. Положения нормативного правового акта
субъекта Российской Федерации,
устанавливающие дополнительные гарантии
в области трудовых отношений для депутатов
законодательного органа субъекта Российской
Федерации, признаны противоречащими
трудовому законодательству

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 15 декабря 2004 г. N 46-В04-23

(Извлечение)

Законом Самарской области от 7 октября 2003 г. N 72-ГД внесены
дополнения в Закон Самарской области от 7 февраля 2003 г. N 4-ГД
"О статусе депутата Самарской Губернской Думы": его ст. 19
дополнена пп. 5 и 6, в соответствии с которыми депутат Думы в
течение срока своих полномочий не может быть по инициативе
работодателя уволен с работы в учреждении, организации, предприятии
всех форм собственности без согласия Думы (п. 5); в течение срока
полномочий депутата Думы не допускается перевод его на другую
работу по инициативе работодателя без согласия Думы (п. 6).
Прокурор Самарской области обратился в суд с заявлением, в
котором просил признать противоречащими федеральному закону и
недействующими Закон Самарской области "О внесении дополнений в
Закон Самарской области "О статусе депутата Самарской Губернской
Думы" и пп. 5 и 6 ст. 19 Закона Самарской области "О статусе
депутата Самарской Губернской Думы" (в действующей редакции).
По мнению прокурора, данные нормы противоречат трудовому
законодательству, поскольку вопросы, возникающие в сфере трудовых
отношений и связанных с ними отношений, относятся к ведению
Российской Федерации и у субъекта Российской Федерации не имеется
полномочий по осуществлению правового регулирования порядка
заключения, изменения и расторжения трудового договора.
Решением Самарского областного суда от 27 августа 2004 г.
заявление удовлетворено.
Председатель Самарской Губернской Думы подал кассационную
жалобу, в которой просил отменить решение суда первой инстанции
полностью и прекратить производство по делу, полагая, что суд
неправильно применил материальный закон, не учел, что статус
депутата регулируется Федеральным законом "Об общих принципах
организации законодательных (представительных) и исполнительных
органов государственной власти субъектов Российской Федерации".
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
15 декабря 2004 г. в удовлетворении жалобы отказала, указав
следующее.
Удовлетворяя требования прокурора, суд исходил из того, что
оспариваемые нормы Закона Самарской области противоречат ст.ст. 72,
74, 81 ТК РФ, органы государственной власти Самарской области
превысили свои полномочия в сфере регулирования трудовых отношений
и, введя дополнительные ограничения в возможности уволить по
инициативе работодателя и перевести на другую работу избранных
депутатов законодательного органа субъекта Российской Федерации,
вторглись в компетенцию федеральных органов государственной власти.
Решение суда соответствует обстоятельствам дела и требованиям
закона.
В силу ч. 1 ст. 6 ТК РФ к ведению федеральных органов
государственной власти в сфере трудовых отношений и иных
непосредственно связанных с ними отношений относится принятие
обязательных для применения на всей территории Российской Федерации
федеральных законов и иных нормативных правовых актов,
устанавливающих, помимо прочего, обеспечиваемый государством
уровень трудовых прав, свобод и гарантий работникам (включая
дополнительные гарантии отдельным категориям работников), порядок
заключения, изменения и расторжения трудовых договоров.
При этом Трудовой кодекс Российской Федерации не
предусматривает преимуществ для работников из числа депутатов Думы
при расторжении и изменении трудового договора.
Указание в кассационной жалобе на то, что оспариваемый Закон
области соответствует ст. 172 ТК РФ, нельзя признать правильным.
Данная норма касается гарантий работникам, освобожденным от работы
вследствие избрания их на выборные должности в государственных
органах, органах местного самоуправления, которые определяются
законами, регулирующими статус и порядок деятельности названных
лиц.
Такие гарантии могут быть установлены законодательными
органами субъекта Российской Федерации, но лишь в пределах их
компетенции, приведенной в ч. 2 ст. 6 ТК РФ.
Обсуждая доводы представителей губернатора Самарской области и
Самарской Губернской Думы, аналогичные изложенным в кассационной
жалобе, суд правильно указал, что органы государственной власти
субъекта Российской Федерации не обладают полномочиями регулировать
трудовые отношения в области расторжения и изменения трудового
договора. Гарантии защиты трудовых прав депутатов могут
предоставляться субъектом Российской Федерации в пределах,
определенных федеральным законодательством, и принимаемые им
специальные законы не должны расширять либо ограничивать их.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
решение Самарского областного суда оставила без изменения, а
кассационную жалобу Самарской Губернской Думы - без удовлетворения.

____________

Положения нормативного правового акта субъекта Российской Федерации, регулирующего порядок производства охоты на территории субъекта Российской Федерации, признаны соответствующими федеральному законодательству Определение Судебной коллегии по гражданск

5. Положения нормативного правового акта
субъекта Российской Федерации, регулирующего
порядок производства охоты на территории
субъекта Российской Федерации, признаны
соответствующими федеральному
законодательству

Определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 8 декабря 2004 г. N 51-Г04-26

(Извлечение)

М. обратился в суд с заявлением о признании противоречащими
федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими
применению с момента опубликования пп. 1.7, 1.8, 1.9, 1.15, 2.4,
2.5, 3.3, 6.1, 6.2, 6.3, 6.6, 7.1, 7.8, 8.1, 8.2, 9.1, 9.2 и
раздела 5 Правил охоты на территории Алтайского края (утвержденных
постановлением администрации Алтайского края от 1 ноября 2002 г.
N 570; далее - Правила).
В обоснование требований заявитель сослался на следующее.
Пунктами 1.7 и 1.8 не предусмотрен членский охотничий билет,
выдаваемый общественной организацией охотников и рыболовов как
документ, предоставляющий право на охоту, что противоречит
требованиям постановления Совета Министров - Правительства
Российской Федерации от 26 июля 1993 г. N 728 "О любительской и
спортивной охоте в Российской Федерации" и создает заявителю как
члену Алтайской краевой общественной организации охотников и
рыболовов (АКОООР) препятствия в производстве охоты.
Пунктом 1.8 предписано проставление в охотбилете отметки о
сдаче охотминимума специальной комиссии, тогда как вышеназванное
Постановление предоставляет это право общественной организации,
выдавшей членский охотничий билет.
В пп. 1.9, 8.1 и 9.1 Правил установлено требование производить
охоту на все виды охотничьих животных по именным разовым лицензиям,
что при охоте на нелицензированные виды животных понуждает
совершать действия, не предусмотренные законом, и уплачивать
дополнительные денежные средства за выдачу бланка лицензии.
Пункты 1.15 и 2.5 Правил противоречат ст.ст. 35, 40
Федерального закона "О животном мире", постановлению Совета
Министров РСФСР от 25 июня 1959 г. N 1097 "О мерах по улучшению
ведения охотничьего хозяйства РСФСР", содержащиеся в них положения
не предусмотрены в Типовых правилах охоты в РСФСР, а также
ограничивают право заявителя на охоту на нелицензированные виды
охотничьих животных путем введения норм добычи, дней, закрытых для
охоты, и порядка проведения охоты.
В п. 2.4 Правил не содержится нормы, которая есть в ч. 2 п. 14
Типовых правил охоты в РСФСР, что делает возможным привлечение к
административной ответственности без достаточных на то оснований.
Согласно п. 3.3 Правил запрещено нахождение в охотничьих
угодьях с охотничьим оружием с нарезным стволом без лицензии на
добычу диких копытных животных, бурого медведя или без специального
разрешения, выдаваемого начальником Алтайкрайохотуправления. Таких
требований не содержится ни в одной другой правовой норме, это
ведет к ограничению прав при производстве промысловой охоты на
пушных зверей.
В разделе 5 существенно сокращены сроки натаски и нагонки
собак, а также порядок натаски и нагонки по сравнению с Типовыми
правилами охоты в РСФСР, что препятствует должной подготовке собаки
к сезону охоты, снижая коэффициент ее успешности.
Раздел 6 значительно сокращает сроки охоты на копытных и
содержит незаконные требования производить охоту только в
присутствии контролирующего лица - работника
Алтайкрайохотуправления, что ограничивает свободу действий при
проведении охоты и возлагает ничем не предусмотренные
обязательства.
Разделы 8 и 9 в противоречие Типовым правилам сокращают
предельные сроки охоты на пушных зверей и пернатую дичь и
определяют, что порядок охоты, а также дневные и сезонные нормы
добычи устанавливаются приказами Алтайкрайохотуправления.
Решением Алтайского краевого суда от 16 сентября 2004 г. М.
отказано в удовлетворении его требований.
В кассационной жалобе М. ставился вопрос об отмене решения
суда ввиду неправильного толкования норм материального права.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
8 декабря 2004 г. в удовлетворении жалобы отказала по следующим
основаниям.
Постановлением Совета Министров - Правительства Российской
Федерации от 26 июля 1993 г. N 728 "О любительской и спортивной
охоте в Российской Федерации" установлено, что удостоверением на
право осуществления охоты служат охотничьи билеты, выдаваемые
государственными органами управления охотничьим хозяйством, или
членские охотничьи билеты, выдаваемые общественными охотничьими
организациями, с отметкой этих организаций о сдаче испытаний по
правилам охоты, технике безопасности на охоте, обращению с
охотничьим оружием и об уплате государственной пошлины, и путевка
(лицензия), выдаваемая в установленном порядке.
Таким образом, судом сделан правильный вывод о том, что
отсутствие в п. 1.7 Правил охоты указания на членский охотничий
билет не свидетельствует о противоречии пункта федеральному
законодательству.
Приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации
от 24 декабря 1993 г. N 315 "О предоставлении права на охоту"
начальникам государственных органов управления охотничьим
хозяйством республик в составе Российской Федерации, краев,
областей и автономных образований приказано создать специальные
комиссии для проведения испытаний по правилам охоты, технике
безопасности на охоте и обращению с охотничьим оружием.
Следовательно, указание об отметке специальной комиссии о
сдаче испытаний по Правилам охоты не противоречит федеральному
законодательству.
Согласно ст. 35 Федерального закона "О животном мире"
пользование животным миром осуществляется гражданами на основании
именных разовых лицензий на добычу определенного количества
объектов животного мира в определенном месте или на конкретный
срок.
В соответствии со ст.ст. 5, 33, 34, 37 названного Закона
приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от
4 января 2001 г. N 3 утверждено Положение о порядке выдачи именных
разовых лицензий на использование объектов животного мира,
отнесенных к объектам охоты, где перечислены виды лицензий на
изъятие из среды обитания охотничьих животных и групп их видов.
Суд правильно указал, что требование оспариваемых пп. 1.9, 8.1
и 9.1 производить охоту на основании именных разовых лицензий
соответствует федеральному законодательству, поскольку основано на
его положениях.
Противоречий пп. 1.15, 2.5 Правил действующему
законодательству судом также не установлено, так как в силу норм
ст. 35 Федерального закона "О животном мире" пользование животным
миром осуществляется с соблюдением федеральных и территориальных
стандартов, правил, лимитов и нормативов, разрабатываемых в
соответствии с настоящим Федеральным законом, иными законами и
другими нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также
законами и другими нормативными актами субъектов Российской
Федерации.
Алтайкрайохотуправление является территориальным органом
Министерства сельского хозяйства и продовольствия Российской
Федерации, входит в единую систему органов государственного
управления охотничьим хозяйством Российской Федерации,
следовательно, нарушений вышеназванными пунктами компетенции
Алтайкрайохотуправления не имеется.
Суд правильно признал, что отсутствие содержащегося в ч. 2
п. 14 Типовых правил положения в п. 2.4 Правил охоты на территории
Алтайского края не свидетельствует о противоречии этого пункта
федеральному законодательству и не может повлечь признание
оспариваемого пункта недействующим, поскольку не противоречит
аналогичным положениям ч. 1 п. 14 Типовых правил.
Установление в Правилах охоты на территории Алтайского края, в
том числе в п. 3.3, правил, сроков и перечня разрешенных к
применению орудий и способов добывания объектов животного мира не
противоречит федеральному законодательству, а именно ст. 40
Федерального закона "О животном мире", постановлению Правительства
Российской Федерации от 18 июля 1996 г. N 852 "О правилах, сроках и
перечнях разрешенных к применению орудий и способов добывания
объектов животного мира".
Определенные Типовыми правилами сроки натаски и нагонки
охотничьих собак на дичь совпадают со сроками охоты на нее. Таким
образом, установление в разделе 5 Правил охоты на территории
Алтайского края сроков натаски и нагонки собак в пределах сроков
охоты на дичь не противоречит федеральному законодательству и
произведено в рамках полномочий, предоставленных исполнительному
органу субъекта Российской Федерации.
Разделом 6 Правил предусмотрено, что добыча диких копытных
животных регламентируется специальной инструкцией и производится
под контролем работников Алтайкрайохотуправления.
Заявитель указал, что охота на данных животных согласно
требованиям Правил может осуществляться только в присутствии
контролирующего лица.
Суд на основании анализа действующего законодательства, в
частности пп. 34, 40 Типовых правил, Инструкции о порядке добычи
диких копытных животных по разрешениям (лицензиям) на территории
РСФСР (утверждена и введена в действие приказом Главохоты РСФСР от
22 августа 1984 г. N 316), Инструкции о порядке добычи бурых
медведей по разрешениям (лицензиям) на территории РСФСР (утверждена
приказом Главохоты РСФСР 23 февраля 1981 г.), пришел к правильному
выводу о неверном толковании М. названных пунктов.
Перечень видов пушных зверей, разрешенных к добыче, конкретные
сроки, порядок охоты, дневные и сезонные нормы их добычи
устанавливаются приказом Алтайкрайохотуправления, что соответствует
законодательству.
Управление по охране, контролю и регулированию использования
охотничьих животных Алтайского края (Алтайкрайохотуправление)
согласно Положению о нем является территориальным органом
Министерства сельского хозяйства и продовольствия Российской
Федерации (Охотдепартамента) по охране, контролю и регулированию
использования объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты,
и среды их обитания и входит в единую систему органов
государственного управления охотничьим хозяйством Российской
Федерации.
В компетенцию Алтайкрайохотуправления входит установление
перечня видов пушных зверей, разрешенных к добыче, и конкретных
сроков охоты на них и на пернатую дичь.
При таких обстоятельствах вывод суда об отказе в
удовлетворении заявленных требований сделан правильно.
Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают
выводов суда.
Согласование проекта Правил охоты на территории Алтайского
края проведено с Департаментом по охране и развитию охотничьих
ресурсов Минсельхоза России, что нельзя не расценить как экспертное
заключение, поскольку названный орган является структурным
подразделением Минсельхоза России с возложением на него
соответствующих функций.
Доводы о том, что путевка - самостоятельное удостоверение на
право охоты и документ, выполняющий функции договора на
использование объектов животного мира, несостоятельны, так как
согласно п. 12 Типовых правил путевка является документом,
подтверждающим право на охоту, лишь при наличии охотничьего билета.
Порядок выдачи именных разовых лицензий на использование
объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты, определен
Положением о порядке выдачи именных разовых лицензий на
использование объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты
(утвержденным приказом Минсельхоза России от 4 января 2001 г. N 3).
В соответствии со ст. 52 Федерального закона "О животном мире"
пользователи объектами животного мира, получающие в установленном
порядке лицензию (разрешение) на пользование объектами животного
мира на территории Российской Федерации, уплачивают сборы за
пользование объектами животного мира в размерах и порядке, которые
установлены законодательством Российской Федерации о налогах и
сборах.
3
Ссылку заявителя на ст. 333 НК РФ, определяющую ставку сбора
за каждый объект животного мира, изъятие которого из среды его
обитания осуществляется на основании лицензии на пользование
объектами животного мира, и не включающую в перечень объектов,
подлежащих обложению данным сбором, все виды охотничьих животных,
предусмотренных в Положении, утвержденном приказом Минсельхоза
России от 4 января 2001 г. N 3, нельзя признать обоснованной.
Суд правильно признал, что данное обстоятельство не
свидетельствует о том, что изъятие вышеназванных животных из среды
обитания должно осуществляться без выдачи именных разовых лицензий.
Налоговый кодекс Российской Федерации регулирует отношения в сфере
налогов и сборов, взимаемых в федеральный бюджет, общие принципы
налогообложения и сборов в Российской Федерации, а не отношения в
области лицензирования.
Более того, в пп. 8.4 и 11.3 оспариваемых Правил оговорен
перечень охотничьих животных, на добычу которых не требуется
лицензия.
Необоснованность иных доводов отражена в судебном решении,
которое Судебная коллегия признает правильным.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
решение Алтайского краевого суда от 16 сентября 2004 г. оставила
без изменения, а кассационную жалобу М. - без удовлетворения.

____________

Признаны недействующими и не подлежащими применению со дня вынесения решения п. 22 в части слов "(за исключением увольнения за виновные действия)" и подп. "б", "и", "к" п. 27 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, раб

6. Признаны недействующими и не подлежащими
применению со дня вынесения решения п. 22
в части слов "(за исключением увольнения
за виновные действия)" и подп. "б", "и", "к"
п. 27 Инструкции о порядке предоставления
социальных гарантий и компенсаций лицам,
работающим в районах Крайнего Севера
и в местностях, приравненных к районам
Крайнего Севера, в соответствии с действующими
нормативными актами (утвержденной
приказом Министерства труда РСФСР
от 22 ноября 1990 г. N 2, действующей
в редакции от 11 июля 1991 г.)

Определение Кассационной коллегии
Верховного Суда РФ от 23 декабря 2004 г.
N КАС04-596

(Извлечение)

Пунктом 22 Инструкции о порядке предоставления социальных
гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера
и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в
соответствии с действующими нормативными актами (утвержденной
приказом Министерства труда РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 2 во
исполнение постановления Совета Министров РСФСР от 22 октября
1990 г. N 458) предусмотрено, что за работниками предприятий,
организаций и учреждений, уволившимися с прежней работы (за
исключением увольнения за виновные действия), сохраняется
непрерывный стаж работы, дающий право на получение надбавки к
заработной плате за работу, если перерыв в работе не превышает
сроков, установленных действующим законодательством.
В соответствии с п. 27 этой же Инструкции непрерывный трудовой
стаж не сохраняется при поступлении на работу после прекращения
трудового договора по следующим основаниям: систематическое
неисполнение без уважительных причин обязанностей, возложенных
трудовым договором или правилами внутреннего трудового распорядка
(подп. "б"); увольнение в качестве дисциплинарного взыскания,
налагаемого в порядке подчиненности или в соответствии с уставом о
дисциплине (подп. "и"); совершение работником других виновных
действий, за которые законодательством предусмотрено увольнение с
работы (подп. "к").
М. обратилась в Верховный Суд РФ с заявлением о признании
недействующими п. 22 Инструкции в части, исключающей сохранение
непрерывного стажа работы при увольнении за виновные действия, и
подп. "б", "и", "к" п. 27 Инструкции, сославшись на то, что
указанные нормы противоречат федеральному законодательству и
нарушают гарантированное ст. 37 Конституции Российской Федерации
право каждого на вознаграждение за труд без какой-либо
дискриминации, являются основаниями для неправомерного лишения
работников северных надбавок, входящих в систему оплаты труда, чем
ставят их в неравные условия с другими такими же работниками и
фактически закрепляют возможность бесплатного труда.
Решением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного
Суда РФ от 12 октября 2004 г. в удовлетворении заявления отказано.
В кассационной жалобе М. просила решение суда отменить как не
основанное на законе и вынести новое решение об удовлетворении
заявленного ею требования.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 23 декабря 2004 г.
решение отменила по таким основаниям.
Отказывая в удовлетворении требования, суд первой инстанции
исходил из следующего. Советом Министров - Правительством
Российской Федерации в постановлении от 7 октября 1993 г. N 1012
"О порядке установления и исчисления трудового стажа для получения
процентной надбавки к заработной плате лицам, работающим в районах
Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и в остальных
районах Севера" (принятом во исполнение полномочия, возложенного
непосредственно законом, и действующем на основании ст. 423 ТК РФ
впредь до введения в действие соответствующего федерального закона)
предусмотрено, что трудовой стаж, дающий право на получение
процентных надбавок к месячной заработной плате лицам, работающим в
районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и в
остальных районах Севера, где установлены районный коэффициент и
процентная надбавка к заработной плате, суммируется независимо от
сроков перерыва в работе и мотивов прекращения трудовых отношений,
за исключением увольнения за виновные действия.
Оспоренные положения Инструкции фактически повторяют
определенный Правительством Российской Федерации порядок исчисления
трудового стажа, дающего право на получение процентных надбавок к
месячной заработной плате, и каких-либо новых правил не
устанавливают.
С таким выводом согласиться нельзя.
В соответствии со ст.ст. 146, 148 ТК РФ оплата труда на
работах в местностях с особыми климатическими условиями
производится в порядке и размерах не ниже установленных законами и
иными нормативными правовыми актами.
Статьей 315 этого Кодекса предусмотрено, что оплата труда в
районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях
осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных
надбавок к заработной плате.
В силу ст. 317 ТК РФ лицам, работающим в районах Крайнего
Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная
надбавка к заработной плате за стаж работы в данных местностях.
Размер процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты
устанавливаются федеральным законом.
Из приведенных норм следует, что процентная надбавка к
заработной плате является составной частью оплаты труда и по своему
характеру относится не к стимулирующим выплатам за достижение
определенных результатов, а к гарантиям и компенсациям,
предоставляемым за работу в особых климатических условиях. Право на
процентную надбавку поставлено в зависимость непосредственно от
стажа работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним
местностях.
При этом ни Трудовой кодекс Российской Федерации, ни Закон
Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. N 4520-I
"О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и
проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним
местностях" не связывают предоставление гарантий и компенсаций с
причинами расторжения трудового договора, не предусматривают
оснований, по которым может быть прекращено или ограничено
возникшее у работника право на процентную надбавку к заработной
плате в соответствии со стажем его работы в особых климатических
условиях.
Оспоренные положения Инструкции подменяют установленное
законодательными актами понятие "стаж работы" на "непрерывный стаж
работы", предусматривая увольнение за виновные действия в качестве
основания, прерывающего такой стаж, что влечет за собой прекращение
права на процентную надбавку, имеющегося у работника с учетом его
стажа работы в особых климатических условиях. Тем самым право на
процентную надбавку поставлено в зависимость не от стажа работы в
особых условиях, а от причины расторжения трудового договора.
По существу, эти положения Инструкции ограничивают право
работника на вознаграждение за труд, допускают снижение
установленного на основании закона размера оплаты труда на величину
имевшейся у работника процентной надбавки, исключая в противоречие
с вышеназванными законодательными актами возможность учета стажа
работы в особых климатических условиях за период, предшествующий
увольнению за виновные действия. То есть имеет место установление в
отношении работника, подвергнутого дисциплинарному взысканию за
виновные действия, дополнительной не предусмотренной законом
ответственности в виде лишения его права на процентную надбавку к
заработной плате за стаж работы в особых климатических условиях.
Вследствие применения такой ответственности работник при
оплате труда ставится в неравные условия с другими работниками,
имеющими равный с ним стаж работы в таких же условиях, что не
соответствует требованиям ст. 132 ТК РФ, запрещающей какую-либо
дискриминацию при установлении и изменении размеров заработной
платы и других условий труда.
Оспариваемые нормативные положения, принятые без учета
предназначения процентной надбавки, отнесенной федеральным законом
к гарантиям и компенсациям, и в противоречие с правовым
регулированием, осуществляемым законодательными актами, не могут
быть признаны законными и подлежат признанию недействующими.
Не может служить основанием к отказу в удовлетворении
заявленного требования и нормативное положение, аналогичное
оспоренному, содержащееся в постановлении Совета Министров -
Правительства Российской Федерации от 7 октября 1993 г. N 1012.
Согласно ст. 314 ТК РФ порядок установления и исчисления
трудового стажа, необходимого для получения гарантий и компенсаций,
определяется Правительством Российской Федерации в соответствии с
федеральным законом.
Ранее принятые правовые нормы, которыми размер процентной
надбавки связан с причиной увольнения, а не со стажем работы в
районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях,
противоречат вышеприведенным нормам Трудового кодекса Российской
Федерации.
В силу ч. 1 ст. 423 ТК РФ впредь до приведения законов и иных
нормативных правовых актов, действующих на территории Российской
Федерации, в соответствие с указанным Кодексом законы и иные
правовые акты Российской Федерации применяются постольку, поскольку
они не противоречат Кодексу.
На основании этой нормы, а также ч. 2 ст. 11 ГПК РФ по
настоящему делу подлежат применению непосредственно нормы
федерального закона.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ решение Судебной
коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 12 октября
2004 г. отменила, вынесла новое решение, которым признала
недействующими и не подлежащими применению со дня вынесения данного
решения п. 22 в части слов "(за исключением увольнения за виновные
действия)" и подп. "б", "и", "к" п. 27 Инструкции о порядке
предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим
в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам
Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами
(утвержденной приказом Министерства труда РСФСР от 22 ноября
1990 г. N 2; действующей в редакции от 11 июля 1991 г.).

_____________

Положение абз. 3 подп. "б" п. 63 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 7 мая 2003 г. N 263, признано не противоречащим федеральному з

7. Положение абз. 3 подп. "б" п. 63 Правил
обязательного страхования гражданской
ответственности владельцев транспортных
средств, утвержденных постановлением
Правительства Российской Федерации от 7 мая
2003 г. N 263, признано не противоречащим
федеральному законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 25 ноября 2003 г. N ГКПИ03-1266

(Извлечение)

Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 мая
2003 г. N 263 утверждены Правила обязательного страхования
гражданской ответственности владельцев транспортных средств.
Согласно подп. "б" ст. 63 указанных Правил размер страховой
выплаты в случае причинения вреда имуществу потерпевшего
определяется:
в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере
расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в
котором оно находилось до наступления страхового случая
(восстановительных расходов).
Восстановительные расходы оплачиваются исходя из средних,
сложившихся в соответствующем регионе, цен.
При определении размера восстановительных расходов учитывается
износ частей, узлов, агрегатов и деталей, используемых при
восстановительных работах.
Общество с ограниченной ответственностью (ООО) "Строймаш"
обратилось в суд с требованием о признании недействующим и не
подлежащим применению абз. 3 подп. "б" п. 63 названных Правил,
полагая, что изложенным в нем положением нарушается его право на
возмещение убытков в полном объеме при получении страхового
возмещения, а это противоречит ст. 15 ГК РФ и п. 2 ст. 12
Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном
страховании гражданской ответственности владельцев транспортных
средств" (с последующими изменениями).
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ,
рассмотрев дело 25 ноября 2003 г. по первой инстанции, оставила без
удовлетворения требование заявителя, указав следующее.
Данный нормативный акт принят Правительством Российской
Федерации в соответствии со ст.ст. 114 и 115 Конституции Российской
Федерации, ст.ст. 12-23 Федерального конституционного закона от
17 декабря 1997 г. N 2-ФКЗ "О Правительстве Российской Федерации"
(с изменениями от 31 декабря 1997 г.), а также со ст. 5
Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской
ответственности владельцев транспортных средств", согласно которой
правила обязательного страхования утверждаются Правительством
Российской Федерации.
Согласно ст. 3 Федерального закона "Об обязательном
страховании гражданской ответственности владельцев транспортных
средств" одним из основных принципов обязательного страхования
гражданской ответственности является гарантия возмещения вреда,
причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим
Федеральным законом.
В соответствии с пп. 2 и 7 ст. 12 Закона для определения
размера страховой выплаты, причитающейся в счет возмещения вреда
имуществу потерпевшего, проводится независимая экспертиза
поврежденного имущества или его остатков. Правила проведения
экспертизы и порядок профессиональной аттестации экспертов
утверждаются Правительством Российской Федерации или в
установленном им порядке.
Таким образом, Правительство Российской Федерации было вправе
установить Правила обязательного страхования ответственности
владельцев транспортных средств и решить вопросы, связанные в том
числе с определением размера возмещения вреда имуществу.
Заявитель, предлагая производить возмещение вреда имуществу
без учета его износа, мотивировал свою позицию ссылкой на ст. 15 ГК
РФ и п. 2 ст. 12 Федерального закона "Об обязательном страховании
гражданской ответственности владельцев транспортных средств".
Однако в абз. 1 п. 2 ст. 12 названного Закона указывается на
обязанность потерпевшего, имеющего намерение воспользоваться своим
правом на страховую выплату, представить поврежденное имущество
страховщику для организации независимой экспертизы в целях
определения обстоятельств причинения вреда и размера убытков.
Следовательно, данной нормой Закона не устанавливается порядок
определения размера убытков.
Несостоятелен и довод заявителя, полагающего, что оспариваемые
положения нормативного правового акта о необходимости учета износа
поврежденного имущества потерпевшего противоречат понятию убытков.
При причинении реального ущерба в виде повреждения или утраты
имущества под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право
нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления
нарушенного права (ст. 15 ГК РФ).
Приведенные в оспариваемом нормативном правовом акте положения
о необходимости учета износа деталей полностью соответствуют
требованиям ст. 15 ГК РФ, поскольку позволяют потерпевшему
восстановить свое нарушенное право в полном объеме путем приведения
имущества в прежнее состояние и исключают возможность
неосновательного обогащения с его стороны.
В силу ч. 1 ст. 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый
нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или
другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую
силу, принимает решение об отказе в удовлетворении соответствующего
заявления.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
заявление ООО "Строймаш" о признании недействующим и не подлежащим
применению абз. 3 подп. "б" п. 63 Правил обязательного страхования
гражданской ответственности владельцев транспортных средств,
утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от
7 мая 2003 г. N 263, оставила без удовлетворения.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 26 февраля 2004 г.
решение оставила без изменения.

______________

Приказ Министерства транспорта Российской Федерации от 22 июня 1998 г. N 75, которым были утверждены Квалификационные требования к специалистам юридических лиц и индивидуальным предпринимателям, осуществляющим перевозки пассажиров и грузов автомобильным т

8. Приказ Министерства транспорта
Российской Федерации от 22 июня 1998 г. N 75,
которым были утверждены Квалификационные
требования к специалистам юридических лиц
и индивидуальным предпринимателям,
осуществляющим перевозки пассажиров
и грузов автомобильным транспортом,
признан не противоречащим федеральному
законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 11 января 2005 г. N ГКПИ04-1568

(Извлечение)

К. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании
недействующим приказа Министерства транспорта Российской Федерации
от 22 июня 1998 г. N 75 (далее - Приказ), указав, что оспариваемый
акт в части содержащегося в нем требования о необходимости
предоставления соискателем лицензии на перевозку пассажиров и
грузов диплома о высшем образовании по специальности "Автомобили и
автомобильное хозяйство" противоречит Положению о лицензировании
перевозок пассажиров и грузов автомобильным транспортом,
утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от
10 июня 2002 г. N 402, федеральным законам и Конституции Российской
Федерации, ограничивает его права на свободное использование своих
способностей и имущества для предпринимательской и иной не
запрещенной законом экономической деятельности. Кроме того, счел
данный приказ не подлежащим применению и в связи с тем, что принят
он Минтрансом России с превышением своих полномочий и в нарушение
требований ст. 15 Конституции Российской Федерации не был
опубликован официально для всеобщего сведения.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ,
рассмотрев дело 11 января 2005 г. по первой инстанции, в
удовлетворении заявления отказала по следующим основаниям.
Как установлено судом, в целях формирования единой политики и
совершенствования нормативной правовой базы по вопросам
квалификации специалистов юридических лиц и индивидуальных
предпринимателей, осуществляющих перевозочную деятельность на
автомобильном транспорте, приказом Министерства транспорта
Российской Федерации от 22 июня 1998 г. N 75 были утверждены
Квалификационные требования к специалистам юридических лиц и
индивидуальным предпринимателям, осуществляющим перевозки
пассажиров и грузов автомобильным транспортом, согласно абз. 2
раздела 1 которых профессиональная компетентность названных выше
лиц в организации и осуществлении лицензируемых видов перевозок
автомобильным транспортом в пределах Российской Федерации
подтверждается наличием диплома о высшем или среднем специальном
образовании автомобильного профиля по указанным специальностям или
удостоверением о прохождении курса обучения и сдаче
квалификационного экзамена по дополнительной образовательной
программе "Квалификационная подготовка по организации перевозок
автомобильным транспортом в пределах Российской Федерации".
Приказ Минтранса России от 22 июня 1998 г. N 75 в
установленном порядке прошел процедуру государственной регистрации
в Министерстве юстиции Российской Федерации и 17 августа того же
года был опубликован для всеобщего сведения в Бюллетене нормативных
актов федеральных органов исполнительной власти, который согласно
п. 9 Указа Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. N 763
"О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента
Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и
нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной
власти" является официальным источником опубликования нормативных
актов федеральных органов исполнительной власти.
Оспариваемый Приказ в полной мере соответствует федеральному
законодательству о лицензировании и безопасности дорожного движения
и устанавливает требования к квалификации перевозчика, к которым, в
частности, относятся соответствующее образование и необходимая для
перевозки пассажиров и грузов подготовка.
В Положении о лицензировании перевозок пассажиров и грузов
автомобильным транспортом (утвержденном постановлением
Правительства Российской Федерации от 10 июня 2002 г. N 402) также
предусмотрено, что соответствие индивидуального предпринимателя и
работников юридического лица квалификационным требованиям,
предъявляемым при осуществлении определенных перевозок
автомобильным транспортом, является одним из лицензионных
требований и условий при осуществлении перевозок пассажиров и
грузов автомобильным транспортом.
Эти утверждения обоснованы.
Содержание оспариваемых положений Приказа свидетельствует об
их соответствии требованиям действующего законодательства
Российской Федерации.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что
указанных в п. 2 ст. 253 ГПК РФ оснований для признания
недействующими оспариваемых положений названного выше правового
акта и всего его в целом не имеется.
Довод заявителя о том, что Приказ не был доведен до всеобщего
сведения и в связи с этим не подлежит применению, не может быть
принят во внимание. Как уже отмечалось выше, данный правовой акт
опубликован в Бюллетене нормативных актов федеральных органов
исполнительной власти, публикация в котором приравнена к
официальному опубликованию.
Оспариваемый Приказ принят Минтрансом России в пределах
полномочий, предоставленных ему подп. 37 п. 7 Положения о
Министерстве транспорта Российской Федерации (утвержденного
постановлением Правительства Российской Федерации от 26 апреля
1997 г. N 501), в силу которого Минтрансу России предоставлено
право разрабатывать и утверждать квалификационные требования для
отдельных категорий работников транспортного комплекса.
Довод заявителя о том, что утвержденные Приказом
Квалификационные требования неправомерно возлагают обязанность по
представлению не предусмотренных законом дополнительных документов
для получения лицензии, опровергается содержанием ст. 9
Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 128-ФЗ "О лицензировании
отдельных видов деятельности". Как следует из этой статьи Закона, в
положениях о лицензировании конкретных видов деятельности может
быть закреплено условие о предоставлении иных документов для
получения лицензии, необходимость предоставления которых
предусмотрена соответствующими федеральными законами, а также иными
нормативными правовыми актами, принятие которых предусмотрено
законом.
Принятие нормативного акта - Положения о лицензировании
перевозок пассажиров и грузов автомобильным транспортом установлено
вышеназванным Законом. В данном Положении есть предписание о
необходимости предоставления соискателем лицензии документов,
свидетельствующих о его квалификации в области перевозок пассажиров
и грузов, что и нашло отражение в Квалификационных требованиях.
Указание заявителя на то, что к документам, свидетельствующим
о квалификации перевозчика, относятся лишь водительское
удостоверение и медицинская справка о состоянии здоровья, дающая
право на управление транспортным средством, не может быть принято
во внимание. Названные документы подтверждают наличие специального
права на управление транспортным средством той или иной категории,
но не квалификацию перевозчика в области перевозок пассажиров и
грузов. Документами же в подтверждение требуемой квалификации в
этой области (что следует из Положения) являются диплом о высшем
образовании или удостоверение о прохождении курса обучения и сдаче
экзамена по дополнительной образовательной программе
"Квалификационная подготовка по организации перевозок автомобильным
транспортом в пределах Российской Федерации".
Заявитель в целях реализации права на свободное использование
своих способностей и имущества для предпринимательской деятельности
не лишен возможности сдать квалификационный экзамен и получить
соответствующее удостоверение, необходимое для получения лицензии
на занятие деятельностью в области перевозок пассажиров и грузов.
Не является основанием к удовлетворению заявления также и то
обстоятельство, что впоследствии постановления Правительства
Российской Федерации, в соответствии с которыми принят оспариваемый
Приказ, были отменены, поскольку последующее постановление
Правительства Российской Федерации от 10 июня 2002 г. N 402
содержит аналогичные требования по этому вопросу, что и предыдущие
постановления.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
заявление К. о признании недействующим приказа Министерства
транспорта Российской Федерации от 22 июня 1998 г. N 75
"Об утверждении квалификационных требований к специалистам
юридических лиц и индивидуальным предпринимателям, осуществляющим
перевозки пассажиров и грузов автомобильным транспортом" оставила
без удовлетворения.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 29 марта 2005 г.
решение оставила без изменения.

____________

Примечание к п. 12 Положения о порядке заключения, изменения и расторжения договоров о стационарном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 17 мая 2

9. Примечание к п. 12 Положения о порядке
заключения, изменения и расторжения договоров
о стационарном обслуживании граждан пожилого
возраста и инвалидов, утвержденного
постановлением Министерства труда
и социального развития Российской Федерации
от 17 мая 2002 г. N 35, а также п. 4.5
Примерного договора о стационарном
обслуживании граждан пожилого возраста
и инвалидов (приложение N 2 к названному
постановлению) признаны не противоречащими
федеральному законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 9 ноября 2004 г. N ГКПИ04-1305

(Извлечение)

С. в интересах М. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением, в
котором просил признать недействующими примечания к п. 12 Положения
о порядке заключения, изменения и расторжения договоров о
стационарном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов
(утвержденного постановлением Министерства труда и социального
развития Российской Федерации от 17 мая 2002 г. N 35) в той части,
в которой, по его мнению, предусмотрено включение в состав платы за
стационарное обслуживание расходов по содержанию служебных и
производственных помещений, а также п. 4.5 Примерного договора о
стационарном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов
(приложение N 2 к названному Постановлению), сославшись на то, что
оспариваемые пункты Положения и Примерного договора противоречат
постановлению Правительства Российской Федерации от 17 апреля
2002 г. N 244 "О плате за стационарное обслуживание граждан
пожилого возраста и инвалидов" и Федеральному закону от 2 августа
1995 г. N 122-ФЗ "О социальном обслуживании граждан пожилого
возраста и инвалидов".
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ,
рассмотрев дело 9 ноября 2004 г. по первой инстанции, в
удовлетворении заявления отказала по следующим основаниям.
Как установлено судом, на основании п. 2 постановления
Правительства Российской Федерации "О плате за стационарное
обслуживание граждан пожилого возраста и инвалидов" постановлением
Министерства труда и социального развития Российской Федерации от
17 мая 2002 г. было утверждено Положение о порядке заключения,
изменения и расторжения договоров о стационарном обслуживании
граждан пожилого возраста и инвалидов, в силу примечания к п. 12
которого в состав затрат учреждения на содержание помещения
включаются расходы, указанные в разделе 110710 приказа Министерства
финансов Российской Федерации от 25 мая 1999 г. N 38н
"Об утверждении Указаний о порядке применения бюджетной
классификации Российской Федерации" (в настоящее время действует
аналогичный приказ Минфина России от 11 декабря 2002 г. N 127н).
Согласно п. 4.5 Примерного договора о стационарном
обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов (приложение N 2
к Постановлению Минтруда России) в случае систематического
невнесения Заказчиком в установленный настоящим Договором срок
платы за стационарное обслуживание, а также за нарушение условий
проживания в Учреждении Исполнитель вправе решать вопрос об
отчислении Заказчика из Учреждения с возмещением Исполнителю
понесенных затрат.
По утверждению представителей заинтересованных лиц - Минздрава
России и Минюста России, оспариваемые положения вышеназванного
правового акта не предусматривают платы Заказчиков за содержание
Учреждением служебных и производственных помещений, и права
Исполнителя на расторжение договора о стационарном обслуживании во
внесудебном порядке, а поэтому они не могут быть признаны
недействующими по приведенным в заявлении мотивам.
Эти утверждения представителей заинтересованных лиц
соответствуют содержанию упомянутых правовых актов.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что
предусмотренных п. 2 ст. 253 ГПК РФ оснований для признания
недействующими оспариваемых положений правового акта нет.
Довод заявителя о том, что примечание к п. 12 Положения,
отсылающее к приказу Минфина России, в противоречие названному выше
Постановлению Правительства Российской Федерации фактически
включает в состав затрат Заказчика не только затраты по содержанию
жилого помещения, но и затраты по содержанию служебных и
производственных помещений Учреждения, не может быть признан
обоснованным, поскольку этого из данного примечания не следует.
В частности, в самом п. 12 Положения перечислены составляющие
раздела договора "Предмет договора": основания принятия граждан на
стационарное обслуживание, сведения о составе затрат учреждения на
приобретение продуктов питания и мягкого инвентаря, а также о
содержании предоставляемых жилых помещений.
Следовательно, в составе платы за стационарное обслуживание
учитываются только расходы учреждения по оплате жилых помещений и
речь о включении в состав этой платы расходов по содержанию
служебных и производственных помещений в названном пункте не идет.
Что касается примечания к данному пункту Положения, то из него
также не следует, что на граждан, принятых на стационарное
обслуживание, возлагается обязанность по оплате расходов по
содержанию служебных и производственных помещений учреждения.
То обстоятельство, что граждане, находящиеся на стационарном
обслуживании, несут расходы лишь по содержанию жилого помещения,
подтвердили в судебном заседании и представители заинтересованных
лиц.
Это подтверждается также и письмом Минтруда России от
15 ноября 2002 г. N 7639-ГК, предусматривающим, что в соответствии
с Федеральным перечнем гарантированных государством социальных
услуг, предоставляемых гражданам пожилого возраста и инвалидам
государственными и муниципальными учреждениями социального
обслуживания, утвержденным постановлением Правительства Российской
Федерации от 25 ноября 1995 г. N 1151, не допускается включение в
расчет платы за стационарное обслуживание затрат на содержание не
только занимаемой указанными гражданами общей площади жилых
помещений, но и в целом общей площади помещений учреждения.
Не может суд согласиться и с утверждением заявителя о
противоречии п. 4.5 Примерного договора, определяющего право
Исполнителя решать вопрос об отчислении Заказчика из Учреждения,
Федеральному закону "О социальном обслуживании граждан пожилого
возраста и инвалидов".
Как пояснили в судебном заседании представители Министерства
здравоохранения и социального развития Российской Федерации,
названный пункт Примерного договора не наделяет администрацию
учреждения правом отчислять находящихся в учреждении граждан, а
лишь предоставляет ей право решать данный вопрос в установленном
законом порядке. Упомянутым Федеральным законом предусмотрен
судебный порядок отчисления граждан из указанных учреждений, а
поэтому администрацией этих учреждений данный вопрос и разрешается
в таком порядке.
Объяснения представителей заинтересованного лица фактически
подтверждаются и содержанием оспариваемого пункта Примерного
договора, из которого не следует того, что администрация учреждения
вправе сама отчислять граждан из данных учреждений.
С учетом приведенных выше обстоятельств у суда не имеется
оснований для удовлетворения заявленного требования.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
заявление С. в интересах М. о признании недействующими примечания к
п. 12 Положения о порядке заключения, изменения и расторжения
договоров о стационарном обслуживании граждан пожилого возраста и
инвалидов (утвержденного постановлением Министерства труда и
социального развития Российской Федерации от 17 мая 2002 г. N 35) в
той части, в которой, по его мнению, предусмотрено включение в
состав платы за стационарное обслуживание расходов по содержанию
служебных и производственных помещений, а также п. 4.5 Примерного
договора о стационарном обслуживании граждан пожилого возраста и
инвалидов (приложение N 2 к названному постановлению Минтруда
России) оставила без удовлетворения.
Решение вступило в законную силу.

____________

Положение о премировании работников органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации по итогам работы за квартал, утвержденное Генеральным прокурором Российской Федерации 17 марта 1997 г., признано не противоречащим федеральному законодательству Ре

10. Положение о премировании работников
органов и учреждений прокуратуры Российской
Федерации по итогам работы за квартал,
утвержденное Генеральным прокурором
Российской Федерации 17 марта 1997 г.,
признано не противоречащим федеральному
законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 11 февраля 2005 г. N ГКПИ04-1479

(Извлечение)

М. обратилась в Верховный Суд РФ с заявлением о признании
незаконным Положения о премировании работников органов и учреждений
прокуратуры Российской Федерации по итогам работы за квартал,
утвержденного Генеральным прокурором Российской Федерации 17 марта
1997 г. Как указала заявительница, оспариваемый нормативный
правовой акт не прошел государственную регистрацию и обнародование,
кроме того, абз. 2 п. 4, п. 5, п. 6, абз. 2 п. 8 Положения не
соответствуют федеральному законодательству и нарушают права
прокурорских работников на гарантированное вознаграждение за труд.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ,
рассмотрев дело 11 февраля 2005 г. по первой инстанции, оставила
заявление без удовлетворения, указав следующее.
Согласно ст. 129 Конституции Российской Федерации полномочия,
организация и порядок деятельности прокуратуры Российской Федерации
как единой централизованной системы с подчинением нижестоящих
прокуроров вышестоящим и Генеральному прокурору Российской
Федерации устанавливаются федеральным законом.
Федеральный закон от 17 января 1992 г. "О прокуратуре
Российской Федерации" определяет правовые основы деятельности
прокуратуры Российской Федерации.
Согласно п. 1 ст. 40 Закона служба в органах и учреждениях
прокуратуры представляет собой вид федеральной государственной
службы. Прокурорские работники являются государственными служащими
государственной службы Российской Федерации, исполняющими
обязанности по государственной должности федеральной
государственной службы.
В соответствии с п. 1 ст. 17 Закона Генеральный прокурор
Российской Федерации руководит системой прокуратуры Российской
Федерации, издает обязательные для исполнения всеми работниками
органов и учреждений прокуратуры приказы, указания, распоряжения,
положения и инструкции, регулирующие вопросы организации
деятельности системы прокуратуры Российской Федерации и порядок
реализации мер материального и социального обеспечения указанных
работников.
Во исполнение ст. 44 названного Федерального закона
Генеральный прокурор Российской Федерации 17 марта 1997 г. утвердил
Положение о премировании работников органов и учреждений
прокуратуры Российской Федерации по итогам работы за квартал.
Указом Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. N 763
"О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента
Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и
нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной
власти" введена государственная регистрация нормативных правовых
актов федеральных органов исполнительной власти, затрагивающих
права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающие
правовой статус организаций или имеющие межведомственный характер,
с последующим их официальным опубликованием.
Прокуратура Российской Федерации не входит в систему
федеральных органов исполнительной власти, и ее нормативные
правовые акты не подлежат государственной регистрации.
Как пояснил в суде представитель Генеральной прокуратуры
Российской Федерации, оспариваемое Положение о премировании было
доведено до сведения прокурорских работников, а также опубликовано
в 2003 году в систематизированном сборнике нормативных правовых
актов и рекомендаций "Государственная служба в прокуратуре
Российской Федерации".
С учетом изложенного доводы М. о незаконности Положения о
премировании работников органов и учреждений прокуратуры Российской
Федерации по итогам работы за квартал, как не прошедшего
государственную регистрацию и обнародование, необоснованны.
Оплата труда прокурорских работников производится в виде
денежного содержания, которое является основным средством их
материального обеспечения и стимулирования профессиональной
служебной деятельности по занимаемой должности.
Денежное содержание прокурорских работников согласно п. 1
ст. 44 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации"
состоит из должностного оклада; доплат за классный чин, выслугу
лет, особые условия службы (в размере 50 процентов должностного
оклада); доплат за сложность, напряженность и высокие достижения в
труде (в размере до 50 процентов должностного оклада); процентных
надбавок за ученую степень и ученое звание по специальности,
соответствующей должностным обязанностям, почетное звание
"Заслуженный юрист Российской Федерации"; денежного поощрения
(премии) по итогам работы за квартал и год; иных выплат,
предусмотренных законами и другими нормативными актами. При этом
денежное поощрение (премия) прокурорских работников по итогам
работы за квартал и год, а также оплата труда других работников
определяются по нормам, установленным для работников органов
исполнительной власти.
Вопросы премирования работников органов исполнительной власти
установлены указами Президента Российской Федерации.
Так, Указом Президента Российской Федерации от 9 апреля
1997 г. N 310 "О денежном содержании федеральных государственных
служащих" введено денежное содержание для федеральных
государственных служащих аппарата Генеральной прокуратуры
Российской Федерации, Указом Президента Российской Федерации от
6 марта 1998 г. N 265 "О денежном содержании федеральных
государственных служащих территориальных органов федеральных
органов исполнительной власти, представительств Российской
Федерации, представительств федеральных органов исполнительной
власти и представительств государственных органов при федеральных
органах исполнительной власти за рубежом, дипломатических
представительств и консульских учреждений Российской Федерации,
аппаратов федеральных судов и органов прокуратуры Российской
Федерации" - денежное содержание для федеральных государственных
служащих прокуратуры субъекта Российской Федерации, прокуратуры
города (района) и определено, что условия выплаты премий
устанавливаются руководителями федеральных органов государственной
власти. При утверждении фондов оплаты труда работников федеральных
государственных органов сверх сумм средств, направляемых для
выплаты должностных окладов федеральным государственным служащим,
предусматриваются также средства на выплату премий по результатам
работы - в размере трех должностных окладов.
Из содержания этих нормативных актов следует, что выплата
премии обусловлена результатами работы служащего.
Премия - это денежная сумма, выплачиваемая работнику в
качестве поощрения за достижения в работе, и относится к
дополнительным (стимулирующим) выплатам.
При таких обстоятельствах суд считает несостоятельными доводы
заявителя о том, что премия прокурорских работников по итогам
работы за квартал и год не может быть уменьшена, так как ее выплата
обусловлена результатами работы.
Абзацем 2 п. 4 Положения предусмотрено, что руководители
структурных подразделений в пределах премиального фонда, в том
числе приходящегося на вакантные должности, вносят предложения о
конкретных размерах премии каждому работнику, мотивируя повышение
либо понижение ее размера.
Данная норма Положения определяет обязанности должностных лиц
прокуратуры, которые должны внести предложения о конкретных
размерах премии каждому работнику, мотивируя повышение либо
понижение ее размера, что соответствует правовой природе премии как
денежного поощрения и обеспечивает охрану законных прав
прокурорских работников на материальное обеспечение.
Пунктом 5 Положения установлено, что премирование производится
с учетом личного вклада в решение задач, стоящих перед органами
прокуратуры, в выполнение порученной работы, соблюдение трудовой
дисциплины и правил внутреннего трудового распорядка и
максимальными размерами не ограничивается.
В этом пункте Положения предусмотрены показатели, с учетом
которых производится премирование, и они не противоречат
действующему законодательству.
Согласно п. 6 Положения за упущения по службе, нарушение
трудовой дисциплины размер премии может быть снижен либо, с учетом
тяжести допущенных нарушений, работник может быть полностью лишен
премии.
Лишение премии по итогам работы за квартал или снижение ее
размера с указанием причин должно быть оформлено приказом
руководителя прокуратуры, института, наделенного правом принятия
решения о премировании, и производится только за тот период, в
котором имело место нарушение.
Лишение премии или ее снижение не может рассматриваться как
нарушение прав прокурорских работников на получение денежного
содержания, поскольку премия относится к стимулирующим выплатам и
является денежным поощрением по результатам работы.
Работникам, уволенным за нарушение трудовой дисциплины, премия
не выплачивается за тот квартал, в котором совершен проступок,
повлекший увольнение (абз. 2 п. 8 Положения).
В названной норме Положения устанавливается порядок выплаты
премии, определенный представителем нанимателя в соответствии с
требованиями Федерального закона "О прокуратуре Российской
Федерации".
Доводы заявителя о том, что Положение противоречит нормам
международного права, несостоятельны.
Конвенция о защите заработной платы 1949 года не применяется к
отношениям по материальному обеспечению прокурорских работников,
поскольку регулирует отношения по выплате заработной платы
предпринимателем трудящемуся.
В силу п. 2 ст. 40 Федерального закона "О прокуратуре
Российской Федерации" трудовые отношения работников органов и
учреждений прокуратуры регулируются законодательством Российской
Федерации о труде и законодательством Российской Федерации о
государственной службе с учетом особенностей, предусмотренных этим
Федеральным законом.
К полномочиям Генерального прокурора Российской Федерации по
руководству системой прокуратуры Российской Федерации Законом
отнесено регулирование порядка реализации мер материального
обеспечения прокурорских работников, включающее установление
положений о премировании. Утверждение Генеральным прокурором
Российской Федерации Положения о премировании работников органов и
учреждений прокуратуры Российской Федерации по итогам работы за
квартал не противоречит нормам Трудового кодекса Российской
Федерации.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 29 марта 2005 г.
решение оставила без изменения.

____________

Пункты 12.1 и 12.4 Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде (утвержденной приказом Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 29 апреля 2003 г. N 36), а также пп. 16.1 и 16.4 Временной инструкции по делопроизвод

11. Пункты 12.1 и 12.4 Инструкции по судебному
делопроизводству в районном суде (утвержденной
приказом Генерального директора Судебного
департамента при Верховном Суде РФ
от 29 апреля 2003 г. N 36), а также
пп. 16.1 и 16.4 Временной инструкции
по делопроизводству в верховных судах
республик, краевых и областных судах,
судах городов федерального значения,
судах автономной области и автономных округов
(утвержденной приказом Генерального директора
Судебного департамента при Верховном Суде РФ
от 28 декабря 1999 г. N 169) в части порядка
ознакомления с материалами судебных дел,
рассматриваемых (рассмотренных) в открытом
судебном заседании, и получения копий судебных
решений и других документов из этих дел
любыми заинтересованными лицами
и журналистами признаны не противоречащими
федеральному законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 2 ноября 2004 г. N ГКПИ04-1313

(Извлечение)

Н. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением, в котором просил
признать недействующими пп. 12.1 и 12.4 Инструкции по судебному
делопроизводству в районном суде (утвержденной приказом
Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде РФ
от 29 апреля 2003 г. N 36), а также пп. 16.1 и 16.4 Временной
инструкции по делопроизводству в верховных судах республик, краевых
и областных судах, судах городов федерального значения, судах
автономной области и автономных округов (утвержденной приказом
Генерального директора Судебного департамента от 28 декабря 1999 г.
N 169) в той части, в которой они ограничивают, как он считает,
права любых заинтересованных лиц и журналистов на беспрепятственное
ознакомление с материалами судебных дел, рассматриваемых
(рассмотренных) в открытом судебном заседании, и на получение копий
судебных решений и других документов из этих дел. При этом он
ссылался на то, что оспариваемые пункты Инструкции и Временной
инструкции в названной части не соответствуют законодательству
Российской Федерации.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ,
рассмотрев дело 2 ноября 2004 г. по первой инстанции, в
удовлетворении заявления отказала по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 2 ст. 253 ГПК РФ суд, установив, что
оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит
федеральному либо другому нормативному правовому акту, имеющим
большую юридическую силу, признает данный правовой акт
недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного
указанного судом времени.
Согласно п. 12.1 Инструкции судебные дела выдаются для
ознакомления в помещении суда при предъявлении:
а) обвиняемыми, подсудимыми, осужденными, оправданными,
потерпевшими, сторонами по делу, третьими лицами и их законными
представителями по уголовным и гражданским делам - документа,
удостоверяющего личность;
б) адвокатами, выступающими по делам в суде первой и
апелляционной инстанций, а также адвокатами, знакомящимися с
делами, оконченными производством, - ордера юридической
консультации и удостоверения личности;
в) другими лицами, выступающими по гражданским делам,
гражданскими истцами, ответчиками и их представителями,
выступающими по уголовным делам, делам об административных
правонарушениях, - доверенности на ведение дела и документа,
удостоверяющего личность;
г) судьями и другими ответственными работниками вышестоящих
судов, прокурорами, работниками системы Судебного департамента при
Верховном Суде Российской Федерации - удостоверения личности;
д) общественными обвинителями и защитниками - документов,
удостоверяющих личность и полномочия.
Абзацем 1 п. 12.4 той же Инструкции предусмотрено, что
отдельные документы из судебных дел, а также заверенные копии этих
документов и письменные справки по делам выдаются уполномоченным
работником отдела делопроизводства суда и архивариусом обвиняемым,
подсудимым, осужденным, оправданным, потерпевшим, сторонам по
гражданскому делу и их представителям по письменному заявлению с
разрешения председателя суда или его заместителя, а по
нерассмотренным делам - председательствующего по делу судьи с
оплатой в надлежащих случаях государственной пошлины. Эти заявления
приобщаются к делу.
Пунктами 16.1 и 16.4 Временной инструкции предусмотрен
аналогичный, что и указанными пунктами названной выше Инструкции,
порядок ознакомления с судебными делами и круг лиц, которые могут
быть ознакомлены с ними и которым могут быть выданы копии судебных
документов из рассмотренных дел.
По утверждению представителей Судебного департамента,
предусмотренный в оспариваемых пунктах Инструкции и Временной
инструкции круг лиц, имеющих право знакомиться с материалами
судебных дел и получать копии процессуальных и иных документов,
фактически повторяет круг лиц, перечисленный в нормах Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации и
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которым
предоставлены такие права.
Положения названных Инструкций не препятствуют журналистам
получать необходимую информацию и копии судебных решений по
рассмотренным делам в пределах и порядке, предусмотренном Законом
Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. "О средствах массовой
информации", следовательно, они охраняемых законом прав заявителя
не нарушают.
Эти утверждения представителей Судебного департамента
обоснованны.
Анализ содержания оспариваемых пунктов упомянутых Инструкций
свидетельствует об их соответствии действующему законодательству
Российской Федерации.
Предусмотренных п. 2 ст. 253 ГПК РФ оснований для признания
этих пунктов Инструкции и Временной инструкции недействующими не
имеется.
Довод заявителя о том, что названные пункты Инструкций
незаконно ограничивают права всех граждан на ознакомление с
рассмотренными судебными делами и на получение из них копий
судебных решений и других документов, необоснован.
В частности, согласно ст. 35 ГПК РФ имеют право знакомиться с
материалами дела, делать выписки из них и снимать копии только
лица, участвующие в деле.
Лицами, участвующими в деле, в силу ст. 34 ГПК РФ являются
стороны, третьи лица, прокурор, лица, обращающиеся в суд за защитой
прав, свобод и законных интересов других лиц или вступающие в
процесс в целях дачи заключения по основаниям, предусмотренным
ст.ст. 4, 46 и 47 настоящего Кодекса, заявители и другие
заинтересованные лица по делам особого производства и по делам,
возникающим из публичных правоотношений.
Таким образом, законодателем установлен исчерпывающий состав
лиц, участвующих в деле, и только этим лицам предоставлены
названные процессуальные права.
Аналогично определен круг таких лиц и Уголовно-процессуальным
кодексом Российской Федерации.
Суд не может согласиться с утверждением Н. в той части, что
любое заинтересованное лицо (гражданин) наряду с лицами,
участвующими в деле, вправе знакомиться с материалами судебных дел
и получать копии судебных документов, поскольку круг лиц,
обладающих указанными процессуальными правами, как отмечалось выше,
определен законом и не может быть произвольно расширен.
Вопросы, связанные с получением журналистами необходимой
информации, регулируются Законом Российской Федерации "О средствах
массовой информации" и Федеральным законом "Об информации,
информатизации и защите информации". В пределах и порядке,
предусмотренных названными Законами, журналисты, в том числе и
заявитель, вправе получать соответствующую информацию по судебным
делам.
Довод Н. о том, что существующий порядок ознакомления с
материалами судебных дел не обеспечивает беспрепятственного
получения необходимой информации и осложняет ее получение, также не
может служить основанием к удовлетворению заявленного требования,
как и то указанное им обстоятельство, что отдельные работники судов
препятствуют журналистам в получении вышеназванной информации. В
этих случаях заявитель не лишен возможности обратиться за защитой
своего права непосредственно к председателю суда либо с заявлением
об обжаловании таких действий в соответствующий районный суд.
Не противоречат оспариваемые положения Инструкций нормам
международного права, так как им не затрагиваются основные принципы
осуществления правосудия (открытость, публичность), а лишь
регулируются вопросы делопроизводства в судах и подтверждаются
установленные процессуальным законодательством права лиц,
участвующих в деле, на ознакомление с материалами судебных дел и
получение судебных документов при предоставлении ими
соответствующих документов, удостоверяющих личность.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
заявление Н. о признании недействующими пп. 12.1 и 12.4 Инструкции
по судебному делопроизводству в районном суде (утвержденной
приказом Генерального директора Судебного департамента при
Верховном Суде РФ от 29 апреля 2003 г. N 36), а также пп. 16.1 и
16.4 Временной инструкции по делопроизводству в верховных судах
республик, краевых и областных судах, судах городов федерального
значения, судах автономной области и автономных округов
(утвержденной приказом Генерального директора Судебного
департамента от 28 декабря 1999 г. N 169) в части порядка
ознакомления с материалами судебных дел, рассматриваемых
(рассмотренных) в открытом судебном заседании, и получения копий
судебных решений и других документов из этих дел любыми
заинтересованными лицами и журналистами оставила без
удовлетворения.
Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 13 января 2005 г.
решение оставила без изменения.

____________

Положения п. 1 (в части определения понятия "нормативы водоотведения или нормативы сброса") и п. 61 Правил пользования системами коммунального водоснабжения и канализации в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерац

12. Положения п. 1 (в части определения понятия
"нормативы водоотведения или нормативы
сброса") и п. 61 Правил пользования системами
коммунального водоснабжения и канализации
в Российской Федерации, утвержденных
постановлением Правительства Российской
Федерации от 12 февраля 1999 г. N 167,
признаны не противоречащими федеральному
законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 19 января 2005 г. N ГКПИ04-1514,
оставленное без изменения определением
Кассационной коллегии Верховного Суда РФ
от 24 марта 2005 г. N КАС05-83

____________

Абзац 2 п. 5.1 Положения о раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг, утвержденного постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 2 июля 2003 г. N 03-32/пс, в соответствии с которым обязанность осуществлять раскрытие информац

13. Абзац 2 п. 5.1 Положения о раскрытии
информации эмитентами эмиссионных ценных
бумаг, утвержденного постановлением
Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг
от 2 июля 2003 г. N 03-32/пс, в соответствии
с которым обязанность осуществлять раскрытие
информации в форме ежеквартального отчета
в порядке, предусмотренном Положением,
распространяется на эмитентов, в отношении
ценных бумаг которых осуществлена регистрация
хотя бы одного проспекта ценных бумаг, признан
не противоречащим федеральному законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 18 ноября 2004 г. N ГКПИ04-1296,
вступившее в законную силу

____________

Абзац 10 п. 2 параграфа 3 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений (утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 30 июля 2001 г. N 224 и согласованных с Генеральной прокуратурой Российской Федерации), в соответствии с

14. Абзац 10 п. 2 параграфа 3 Правил
внутреннего распорядка исправительных
учреждений (утвержденных приказом
Министерства юстиции Российской Федерации
от 30 июля 2001 г. N 224 и согласованных
с Генеральной прокуратурой Российской
Федерации), в соответствии с которым
осужденные обязаны носить одежду
установленного образца с нагрудными
и нарукавными знаками (приложение N 2),
за исключением осужденных, содержащихся
в колониях-поселениях, признан
не противоречащим федеральному законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 10 ноября 2004 г. N ГКПИ04-1361,
вступившее в законную силу

____________

Предложение второе п. 2 Порядка предоставления налоговыми органами информации взыскателю (утвержденного приказом Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 23 января 2003 г. N БГ-3-28/23), в соответствии с которым к заявлению (о предоставлен

15. Предложение второе п. 2 Порядка
предоставления налоговыми органами
информации взыскателю (утвержденного
приказом Министерства Российской Федерации
по налогам и сборам от 23 января 2003 г.
N БГ-3-28/23), в соответствии с которым
к заявлению (о предоставлении информации),
направляемому взыскателем в налоговый орган
по месту учета должника-организации,
прилагается копия исполнительного листа,
заверенная в установленном порядке, признано
не противоречащим федеральному законодательству

Решение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 5 ноября 2004 г. N ГКПИ04-1319,
вступившее в законную силу

____________

Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам

Нарушение права осужденного на защиту повлекло отмену кассационного определения Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 26 января 2005 г. N 931п04пр (Извлечение)

1. Нарушение права осужденного на защиту
повлекло отмену кассационного определения
Постановление Президиума Верховного Суда РФ
от 26 января 2005 г. N 931п04пр

(Извлечение)

По приговору Санкт-Петербургского городского суда от
21 августа 2001 г. осуждены: Меркулов по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ,
пп. "в", "г" ч. 3 ст. 162 УК РФ, Мякишев по пп. "а", "б", "в" ч. 2
ст. 162 УК РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
определением от 18 февраля 2002 г. приговор изменила, исключила у
Меркулова квалифицирующий признак совершения разбоя - "группой лиц
по предварительному сговору", действия Мякишева переквалифицировала
с пп. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 162 УК РФ на пп. "а", "б", "в" ч. 2
ст. 158 УК РФ.
Постановлением судьи Кольского районного суда Мурманской
области от 15 июня 2004 г. признано считать Меркулова осужденным по
п. "з" ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального
закона от 8 декабря 2003 г.).
В надзорном представлении заместитель Генерального прокурора
РФ поставил вопрос об отмене определения кассационной инстанции в
отношении Меркулова и направлении дела на новое кассационное
рассмотрение, считая, что Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда РФ нарушила право осужденного на защиту.
Президиум Верховного Суда РФ 26 января 2005 г. надзорное
представление удовлетворил, указав следующее.
Как видно из материалов дела, находившийся под стражей
Меркулов 23 и 27 января 2002 г. направил ходатайства об обеспечении
участия защитника при кассационном разбирательстве его дела,
которые поступили в Верховный Суд РФ соответственно 29 и 31 января
2002 г. Свою просьбу осужденный обосновывал тем, что защищавший его
адвокат отказался оказать ему содействие (помощь) в написании
кассационной жалобы, в связи с чем он был лишен квалифицированной
юридической помощи.
Однако Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
рассмотрела уголовное дело без участия адвоката и вопреки
требованиям ст. 377 УПК РФ не вынесла по ходатайствам какого-либо
решения (определения), хотя по другим вопросам (частным жалобам)
соответствующие определения были вынесены.
Лишение или ограничение осужденного возможности
воспользоваться квалифицированной юридической помощью при
кассационном разбирательстве дела является нарушением его права на
защиту и могло повлиять на вынесение законного, обоснованного и
справедливого решения.
Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного
Суда РФ отменено, дело в отношении Меркулова и Мякишева передано на
новое кассационное рассмотрение.

____________

Судебные решения признаны не соответствующими требованиям уголовно-процессуального закона Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 17 ноября 2004 г. N 733п04пр (Извлечение)

2. Судебные решения признаны
не соответствующими требованиям
уголовно-процессуального закона

Постановление Президиума Верховного Суда РФ
от 17 ноября 2004 г. N 733п04пр

(Извлечение)

Генеральный прокурор РФ обратился в Новгородский областной суд
с представлением, в котором просил дать заключение о наличии в
действиях председателя Новгородского районного суда И. признаков
преступлений, предусмотренных ст. 292 УК РФ и ч. 1 ст. 305 УК РФ.
В обоснование представления указано, что при рассмотрении
гражданского дела по иску ОАО "Квант" и Кабаева к Бардакову и Чепко
о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда
председатель Новгородского районного суда И., в производстве
которого находилось это дело, 10 января 2003 г. вынес заведомо
незаконное определение о приостановлении производства по делу без
проведения судебного заседания и участия в заседании
заинтересованных лиц - истцов и ответчиков. С целью сокрытия факта
вынесения заведомо неправосудного определения, судья И. дал
указание секретарю судебного заседания Ч. изготовить протокол
судебного заседания от 10 января 2003 г. с участием в заседании
истца Кабаева и ответчика Бардакова. Такой протокол был изготовлен,
а затем подписан судьей И. и секретарем Ч.
При изложенных обстоятельствах в действиях судьи усматривались
признаки преступлений, предусмотренных ст. 292 УК РФ (служебный
подлог, т. е. внесение должностным лицом в официальные документы
заведомо ложных сведений из личной заинтересованности) и ч. 1
ст. 305 УК РФ (вынесение заведомо неправосудного судебного акта).
Коллегия из трех судей Новгородского областного суда,
рассмотрев представление 13 февраля 2004 г., дала заключение об
отсутствии в действиях председателя Новгородского районного суда И.
признаков преступлений, предусмотренных ст. 292, ч. 1 ст. 305
УК РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
15 апреля 2004 г. отклонила надзорное представление заместителя
Генерального прокурора РФ и оставила без изменения заключение
судебной коллегии Новгородского областного суда.
Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном
представлении просил отменить заключение судебной коллегии и
кассационное определение, сославшись на то, что судья вынес
заведомо неправосудное определение о приостановлении производства
по делу без проведения судебного заседания и для сокрытия этого
факта подписал вместе с секретарем изготовленный по его
распоряжению протокол судебного заседания. Отказывая в
удовлетворении представления, суд не учел, что мотив действий судьи
значения не имеет.
Президиум Верховного Суда РФ 17 ноября 2004 г. надзорное
представление удовлетворил по следующим основаниям.
Коллегия из трех судей Новгородского областного суда в
заключении по существу признала факт вынесения председателем
Новгородского районного суда И. определения о приостановлении
производства по гражданскому делу без проведения судебного
заседания и без участия в нем заинтересованных лиц - истцов и
ответчиков, а также факт изготовления секретарем судебного
заседания Ч. по указанию И. протокола судебного заседания якобы с
участием истца и ответчика. Но при этом судебная коллегия указала,
что необходимыми условиями для признания в действиях судьи
признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 305 УК
РФ, являются заведомость и неправосудность судебного акта,
постановленного с существенным нарушением как материального, так и
процессуального законов, влияющим на разрешение дела по существу и
препятствующим доступу граждан к правосудию за защитой своих
личных, имущественных и других прав. По мнению судебной коллегии из
трех судей, к такому акту это определение отнести нельзя, поскольку
отдельные нарушения закона, допущенные при постановлении
определения о приостановлении дела как промежуточного судебного
акта, не могут быть признаны существенными, а действия судьи -
общественно опасными. Кроме того, Генеральным прокурором РФ не
указано, в чем заключалась личная заинтересованность судьи И. при
внесении заведомо ложных сведений в официальный документ. Проверка
по фактам вынесения заведомо неправосудного акта и служебного
подлога проводилась прокуратурой Новгородской области с
существенным нарушением норм Закона Российской Федерации от 26 июня
1992 г. "О статусе судей в Российской Федерации" и
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Однако такие выводы коллегии из трех судей Новгородского
областного суда сделаны без анализа и учета фактических
обстоятельств данного дела.
Согласно закону уголовная ответственность по ч. 1 ст. 305 УК
РФ наступает в случае вынесения судьей заведомо неправосудных
приговора, решения или иного судебного акта. Другие признаки в
диспозиции закона не указаны.
Признавая допущенные судьей И. нарушения несущественными,
коллегия из трех судей оставила без оценки то обстоятельство, что,
вынося определение о приостановлении производства по делу, судья
продлил действие обеспечительных мер, необоснованно избранных им
же, и тем самым существенно нарушил права ответчика на участие в
управлении ОАО "Квант".
Указав в заключении на наличие отдельных нарушений, допущенных
при постановлении судьей определения, но не считая их
существенными, судебная коллегия не дала оценки тому
обстоятельству, что судья в тексте определения сослался на
пояснения истцов и ответчиков, якобы данные ими в судебном
заседании 10 января 2003 г., которое в действительности не
проводилось.
Коллегия из трех судей оставила без оценки также тот факт, что
И. отдал распоряжение секретарю составить протокол фактически не
проводившегося судебного заседания от 10 января 2003 г. уже после
того, как он вынес определение о приостановлении производства по
делу.
Выводы коллегии из трех судей и кассационной инстанции о том,
что определение судьи не относится к судебным документам,
предусмотренным ч. 1 ст. 305 УК РФ, как и вывод судебной коллегии
из трех судей о том, что в представлении Генерального прокурора РФ
должны быть указаны все признаки совершенного лицом преступления,
не основаны на законе.
Президиум Верховного Суда РФ заключение судебной коллегии
Новгородского областного суда и кассационное определение Судебной
коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ в отношении И.
отменил и материалы дела передал на новое судебное рассмотрение.

____________

Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ в соответствии с п. 2 ст. 403 УПК РФ могут быть пересмотрены судебные решения, перечисленные в п. 1 ст. 403 УПК РФ, лишь в том случае, если они были предметом рассмотрения в президиумах верховного с

3. Судебной коллегией по уголовным делам
Верховного Суда РФ в соответствии с п. 2
ст. 403 УПК РФ могут быть пересмотрены
судебные решения, перечисленные в п. 1 ст. 403
УПК РФ, лишь в том случае, если они были
предметом рассмотрения в президиумах
верховного суда республики, краевого
или областного суда, суда города федерального
значения, суда автономной области
и суда автономного округа

Определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 29 июня 2004 г. N 7-Д04-14

(Извлечение)

Фрунзенским районным судом г. Иваново 16 мая 2002 г. Климкович
осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ, по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 285 УК РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного
суда 20 июня 2002 г. приговор в отношении Климковича изменила, его
действия переквалифицировала с ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 285 УК РФ на
ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 285 УК РФ.
С учетом внесенных изменений Климкович признан виновным в
незаконном приобретении, хранении без цели сбыта наркотических
средств в особо крупном размере, а также в покушении на
злоупотребление должностными полномочиями.
В надзорной жалобе адвокат осужденного оспаривал
обоснованность осуждения Климковича по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 285
УК РФ.
Судья Ивановского областного суда 27 мая 2003 г. в
удовлетворении надзорной жалобы адвокату осужденного отказал, с чем
25 июля 2003 г. согласился исполняющий обязанности председателя
Ивановского областного суда.
Судьей Верховного Суда РФ 15 апреля 2004 г. по жалобе адвоката
осужденного возбуждено надзорное производство, дело передано на
рассмотрение в президиум Ивановского областного суда.
Президиум Ивановского областного суда 30 апреля 2004 г., не
рассматривая по существу надзорную жалобу адвоката осужденного по
возбужденному надзорному производству, направил ее вместе с
уголовным делом на рассмотрение в Судебную коллегию по уголовным
делам Верховного Суда РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
29 июня 2004 г. постановление президиума отменила, указав
следующее.
Направляя жалобу адвоката осужденного по возбужденному
надзорному производству вместе с делом на рассмотрение в Судебную
коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ, президиум
Ивановского областного суда указал, что приговор и кассационное
определение в отношении Климковича обжаловались в порядке надзора в
Ивановский областной суд и по ним было вынесено постановление судьи
об отказе в возбуждении надзорного производства, поддержанное
председателем областного суда, следовательно, судебные решения в
отношении Климковича обжаловались в президиум Ивановского
областного суда, а повторное внесение надзорных жалоб в суд
надзорной инстанции в силу ч. 1 ст. 412 УПК РФ не допускается.
Кроме того, по мнению президиума Ивановского областного суда, при
решении вопроса о возбуждении надзорного производства по
результатам изучения надзорной жалобы или представления последние
передаются на рассмотрение в тот же суд надзорной инстанции.
Данное решение президиума областного суда ошибочно.
Согласно ст. 408 УПК РФ решение суда надзорной инстанции
принимается только по результатам рассмотрения уголовного дела.
В данном случае президиум областного суда как судебная
инстанция вправе принять одно из решений, предусмотренных ст. 408
УПК РФ, которое может быть обжаловано в Судебную коллегию по
уголовным делам Верховного Суда РФ.
Судья же и председатель областного и соответствующих ему судов
такими полномочиями не обладают, поскольку могут рассматривать лишь
надзорные жалобы, а не дела.
Следовательно, в соответствии с п. 2 ст. 403 УПК РФ Судебной
коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ могут быть
пересмотрены судебные решения, перечисленные в п. 1 ст. 403 УПК РФ,
лишь в том случае, если они были предметом рассмотрения в
президиумах верховного суда республики, краевого или областного
суда, суда города федерального значения, суда автономной области и
суда автономного округа.
Ссылка президиума областного суда на то, что после возбуждения
надзорного производства надзорные жалобы или представления
передаются на рассмотрение в тот же суд надзорной инстанции, не
соответствует требованиям ст. 406 УПК РФ, поскольку такого указания
в данной статье не имеется.
Как изложено в п. 2 ч. 3 ст. 406 УПК РФ, после изучения
надзорных жалобы или представления при решении вопроса о
возбуждении надзорного производства судья выносит постановление о
возбуждении надзорного производства и передаче надзорных жалобы или
представления на рассмотрение суда надзорной инстанции вместе с
уголовным делом, а не в тот же суд надзорной инстанции, как это
указано в постановлении президиума Ивановского областного суда.
Таким образом, судья Верховного Суда РФ, Председатель
Верховного Суда РФ и его заместители, возбудив надзорное
производство в порядке ст. 406 УПК РФ, обязаны передать надзорные
жалобы или представления на рассмотрение суда надзорной инстанции в
соответствии со ст. 403 УПК РФ, в данном случае на рассмотрение
президиума Ивановского областного суда.
Утверждение в постановлении президиума областного суда о
нарушении требования ч. 1 ст. 412 УПК РФ необоснованно. В части
первой данной статьи указывается: "Внесение повторных надзорных
жалоб или представлений в суд надзорной инстанции, ранее оставивший
их без удовлетворения, не допускается".
Президиум Ивановского областного суда как надзорная инстанция
жалобу адвоката не рассматривал, передал ее на рассмотрение в
Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ и тем самым
лишил осужденного Климковича конституционного права на рассмотрение
его жалобы в одной из судебных инстанций.
Поскольку по существу дела постановление президиума не
состоялось, а жалоба адвоката осужденного осталась нерассмотренной,
дело в отношении Климковича направлено на рассмотрение президиума
Ивановского областного суда.

____________

Судья не вправе отказать подсудимому или его защитнику в постановке перед присяжными заседателями вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его ответственнос

4. Судья не вправе отказать подсудимому или его
защитнику в постановке перед присяжными
заседателями вопросов о наличии
по уголовному делу фактических обстоятельств,
исключающих ответственность подсудимого
за содеянное или влекущих за собой его
ответственность за менее тяжкое преступление

Определение Судебной коллегии
по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 8 июля 2004 г. N 32-О04-37СП

(Извлечение)

Судом присяжных Саратовского областного суда 29 апреля 2004 г.
Асеев осужден по ст. 317, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 222 УК РФ.
Он признан виновным в посягательстве на жизнь сотрудника
правоохранительного органа Шапкарина в целях воспрепятствования
законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению
общественной безопасности, в применении насилия, не опасного для
жизни или здоровья, в отношении представителя власти Мусатова в
связи с исполнением им должностных обязанностей; в незаконном
приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и
боеприпасов.
28 сентября 2003 г. около 22 час. 40 мин. для проверки
информации, поступившей от Б., во двор дома в г. Саратове на
специально оборудованном, с опознавательными знаками автомобиле УАЗ
прибыли находившиеся в форменной одежде, при исполнении своих
служебных обязанностей сотрудники милиции Мусатов и Шапкарин. Они
прошли в подъезд дома, где, представившись и предъявив свои
служебные удостоверения находившемуся на лестничной площадке
третьего этажа Асееву, попросили его предъявить документы,
удостоверяющие личность, и пояснить цель его нахождения в данном
месте. Асеев отказался выполнить это требование, стал вести себя
вызывающе, оскорблял сотрудников милиции, а также, желая избежать
своего задержания, отталкивал их от себя и пытался скрыться.
Пресекая действия Асеева, Мусатов и Шапкарин для его
задержания применили к нему физическую силу, боевые приемы борьбы и
специальные средства, повалили его на пол лестничной площадки. В
ответ Асеев нанес им удары руками и ногами по различным частям
тела, причинив физическую боль, а затем достал пистолет с
глушителем, из которого с близкого расстояния произвел два выстрела
в сторону Шапкарина, в результате чего была повреждена форменная
одежда Шапкарина.
В кассационной жалобе адвокат просил приговор отменить, дело
направить на новое судебное рассмотрение, поскольку, по его мнению,
председательствующий судья в нарушение требований ст. 338 УПК РФ
отказал защите в постановке вопроса о наличии фактического
обстоятельства, исключающего ответственность подсудимого либо
влекущего за собой его ответственность за менее тяжкое
преступление.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 8 июля
2004 г. приговор отменила, дело направила на новое судебное
рассмотрение, указав следующее.
Как следует из протокола судебного заседания, защитник при
обсуждении сформулированных председательствующим вопросов,
подлежащих разрешению присяжными заседателями, предложил поставить
альтернативный вопрос о наличии фактического обстоятельства,
исключающего ответственность подсудимого за содеянное или влекущего
за собой его ответственность за менее тяжкое преступление:
"Доказано ли, что Асеев произвел два выстрела в левый рукав
форменной одежды сотрудника милиции Шапкарина, в результате чего
была повреждена его форменная одежда?"
Согласно ч. 2 ст. 338 УПК РФ судья не вправе отказать
подсудимому или его защитнику в постановке вопросов о наличии по
уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих
ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его
ответственность за менее тяжкое преступление.
Председательствующий судья это требование закона не выполнил.

____________

Неясность, противоречивость вердикта присяжных заседателей и признание по приговору лиц виновными в совершении деяний, вопрос о которых перед присяжными заседателями не ставился, повлекли отмену обвинительного приговора Определение Судебной коллегии по

5. Неясность, противоречивость вердикта
присяжных заседателей и признание по приговору
лиц виновными в совершении деяний,
вопрос о которых перед присяжными
заседателями не ставился, повлекли отмену
обвинительного приговора

Определение Судебной коллегии по уголовным
делам Верховного Суда РФ от 2 июня 2004 г.
N 18-О04-31СП

(Извлечение)

Краснодарским краевым судом с участием присяжных заседателей
15 декабря 2003 г. Аболихин осужден по пп. "а", "ж", "к" ч. 2
ст. 105, ч. 3 ст. 213, ч. 2 ст. 222 УК РФ, оправдан по ч. 1 ст. 222
УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления, Мосеев
осужден по пп. "а", "ж", "к" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 213, ч. 2
ст. 222, ч. 1 ст. 222 УК РФ.
Признаны виновными: Аболихин в незаконном ношении оружия и
боеприпасов, хулиганстве, совершенном с применением оружия, и
убийстве совместно с Мосеевым Топоркова и Кайдашева с целью скрыть
другое преступление; Мосеев в незаконных приобретении, хранении,
ношении и передаче огнестрельного оружия и боеприпасов, хулиганстве
и убийстве Топоркова и Кайдашева совместно с Аболихиным.
В кассационной жалобе адвокат осужденного Мосеева просил
приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение,
ссылаясь на то, что вердикт коллегии присяжных заседателей неясный
и противоречивый, на вопрос о виновности Мосеева по ст. 213 УК РФ
присяжные заседатели фактически не ответили.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 2 июня
2004 г. обвинительный приговор суда присяжных отменила, дело
направила на новое судебное рассмотрение, указав следующее.
Согласно ст. 339 УПК РФ перед присяжными заседателями по
каждому из деяний, в совершении которых обвиняется подсудимый,
ставятся три основных вопроса:
1) доказано ли, что деяние имело место;
2) доказано ли, что это деяние совершил подсудимый;
3) виновен ли подсудимый в совершении этого деяния.
В соответствии со ст. 343 УПК РФ при вынесении вердикта ответы
на поставленные перед присяжными заседателями вопросы должны
представлять собой утверждение или отрицание с обязательным
пояснительным словом или словосочетанием, раскрывающим или
уточняющим смысл ответа ("Да, виновен", "Нет, невиновен").
Как видно из вердикта коллегии присяжных заседателей,
присяжные фактически не ответили на вопрос о виновности Мосеева в
совершении хулиганства, а продублировали ответ на вопрос о
доказанности совершения им деяния.
В силу ст. 345 УПК РФ такой вердикт следовало признать
неясным, а коллегию присяжных возвратить в совещательную комнату
для внесения уточнений в вопросный лист, однако данные требования
закона, о чем обоснованно указано в кассационной жалобе, суд в
полной мере не выполнил.
Кроме того, вердикт коллегии присяжных заседателей содержал
противоречия, возникшие из-за неправильной постановки вопросов,
ответы на которые были взаимоисключающими.
Отвечая на вопросы по эпизоду убийства Топоркова и Кайдашева,
присяжные заседатели признали, что преступление имело место, и
сочли доказанным, что этих лиц убили как Аболихин, так и Мосеев,
действуя самостоятельно, а также признали это убийство совершенным
ими совместно и по предварительной договоренности между собой.
Согласно п. 3 ст. 351 УПК РФ в описательно-мотивировочной
части обвинительного приговора должно содержаться описание
преступного деяния, в совершении которого подсудимый признан
виновным.
Данное требование закона судом не выполнено.
В вопросном листе председательствующий не поставил вопросы о
том, какие действия совершил каждый из осужденных при убийстве
потерпевших, в приговоре же действия Аболихина и Мосеева
конкретизированы и указано, что убийство потерпевших совершено по
предложению Мосеева, при этом Аболихин наносил им удары ножом в
сердце, Мосеев - другие удары ножом, который они передавали друг
другу.
Такие выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют
вердикту присяжных заседателей.
В связи с допущенными нарушениями требований
уголовно-процессуального закона, наличием неясного и
противоречивого вердикта и признанием по приговору Аболихина и
Мосеева виновными в совершении деяний, вопрос о которых перед
присяжными заседателями не ставился, Судебная коллегия не может
признать приговор законным и обоснованным.
Обвинительный приговор отменен, а дело направлено на новое
судебное рассмотрение.

____________

Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2004 год

Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2004 год

ОБЗОР КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЗА 2004 ГОД

Количество уголовных дел, поступивших на рассмотрение в
кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам
Верховного Суда РФ в 2004 году, по сравнению с количеством дел за
аналогичный период 2003 года, сократилось на 8,2%.
В 2004 году Судебная коллегия по уголовным делам Верховного
Суда РФ в кассационном порядке рассмотрела 5123 дела в отношении
8953 человек по жалобам и представлениям на решения
республиканских, краевых, областных и окружных судов, а также судов
Москвы и Санкт-Петербурга, что на 14,2% меньше, чем за 2003 год.
По кассационным жалобам и представлениям прокурора на
приговоры и определения о прекращении дела и о применении мер
медицинского характера к невменяемым рассмотрено 4307 дел в
отношении 7880 человек.
По жалобам и представлениям на иные определения, вынесенные на
стадии судебного производства, в порядке судебного контроля, в
порядке исполнения приговора рассмотрено 816 дел на 1073 лица, что
на 12,4% меньше, чем в 2003 году.
Отменены приговоры в отношении 461 человека (5,9%),
изменены - в отношении 948 (12%).
В отношении 4665 человек приговоры оставлены без изменения.
По 1798 лицам вынесены другие кассационные определения с
удовлетворением жалобы или представления без отмены или изменения
приговора в части квалификации или меры наказания, из них в
отношении 1302 человек приговоры приведены в соответствие с новыми
законами.
Судебная коллегия отменила обвинительные приговоры в отношении
304 человек - 3,9% всех осужденных, обжаловавших приговоры.
С направлением дел на новое судебное рассмотрение отменены в
полном объеме приговоры в отношении 237 лиц, обжаловавших приговор.
В отношении 36 человек обвинительные приговоры отменены ввиду
мягкости наказания.
Отменены приговоры в отношении 12 осужденных с прекращением
дела по реабилитирующим основаниям и в отношении 14 лиц - по иным
основаниям.
Оправдательные приговоры отменены в отношении 151 человека -
это 45,8% всех оправданных, приговоры в отношении которых были
обжалованы в Верховный Суд РФ.
Изменены приговоры в кассационном порядке в отношении 948
человек - 12,0%.
Судебная коллегия рассмотрела в кассационном порядке 549 дел в
отношении 1017 человек, приговоры по которым вынесены судами с
участием присяжных заседателей. Отменены обвинительные приговоры в
отношении 67 осужденных и оправдательные приговоры в отношении 84
человек. Приговоры, вынесенные 83 лицам, изменены.
За отчетный период рассмотрены жалобы и представления на
определения о возвращении дел прокурору в отношении 99 человек, из
них в отношении 53 человек (53,5%) определения отменены.

Отмена приговоров с прекращением уголовных
дел или направлением дел на новое судебное
разбирательство

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не
может быть основан на предположениях и постановляется лишь при
условии, что в ходе судебного разбирательства виновность
подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью
исследованных судом доказательств.
Согласно приговору Воронежского областного суда Панков и
Попадинец признаны виновными в том, что 11 января 2003 г. в ходе
возникшего при употреблении спиртных напитков конфликта из
неприязни причинили Никулину множественные телесные повреждения,
действуя совместно и с прямым умыслом, направленным на причинение
тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть
потерпевшего.
В приговоре суд сослался на отсутствие достоверных
доказательств направленности умысла на причинение смерти другому
человеку и необходимость толкования всех сомнений в виновности
Панкова и Попадинца в их пользу.
Однако такой вывод суд сделал без должной оценки заключения
судебно-медицинского эксперта о характере и локализации телесных
повреждений, без учета способа и орудий преступления.
Из материалов дела видно, что телесные повреждения Никулину
причинены руками, ногами, сковородой и ножом.
Согласно данным медицинского эксперта по голове потерпевшему
нанесено не менее 20 ударов, в грудь и в живот - по одному, по
конечностям - не менее 30, а также - ножом два удара в грудь и
четыре удара в другие части тела.
Смерть Никулина наступила на месте преступления от причиненных
осужденными телесных повреждений, что ими и не оспаривалось.
Таким образом, вывод об отсутствии у Панкова и Попадинца
умысла на причинение смерти потерпевшему сделан судом без
надлежащей оценки совокупности имеющихся в деле доказательств, в
связи с чем приговор отменен, дело направлено на новое судебное
рассмотрение.
По приговору Тульского областного суда Чуев признан виновным в
убийстве Киселева из корыстных побуждений, а также в пособничестве
в убийстве Киселевой из корыстных побуждений.
Судом установлено, что Чуев, получив от Киселевых доверенность
на продажу их квартиры, договорился с Гадюченко (также осужденным
за это преступление) об убийстве потерпевших и завладении
вырученными от продажи квартиры деньгами. Во исполнение преступного
замысла Чуев веревкой сдавил шею Киселева, от чего наступила его
смерть. Аналогичным способом Гадюченко задушил Киселеву. После
этого Чуев и Гадюченко захоронили трупы.
Признавая Чуева виновным в пособничестве в убийстве Киселевой,
суд не указал, в чем конкретно оно выразилось, не усматривалось это
и из установленных судом обстоятельств дела.
Указанное нарушение уголовно-процессуального закона повлекло
отмену приговора в части осуждения Чуева по ст. 17, пп. "а", "з"
ст. 102 УК РСФСР и прекращение уголовного дела за непричастностью
его к совершению этого преступления.
Кировским областным судом Баюнов и Чигарских признаны
виновными в убийстве Ивонина группой лиц, сопряженном с разбоем.
В обоснование доказанности вины Баюнова в качестве
соисполнителя по данному эпизоду обвинения суд сослался на
показания самого осужденного, данные в ходе предварительного
следствия, а именно: "Удавку на шее водителя я держал и в тот
момент, когда Чигарских стал наносить удары".
Однако таких показаний в указанном судом протоколе допроса не
содержится. Напротив, из протокола видно, что нанесение Чигарских
ударов ножом потерпевшему для Баюнова явилось неожиданным, поэтому
он сразу "отпустил удавку", так как намерений лишить жизни Ивонина
у него не было.
Других доказательств участия Баюнова в убийстве Ивонина в
материалах дела не имелось, к тому же, как установил суд,
предварительный сговор на убийство между осужденными отсутствовал.
Поэтому приговор в части осуждения Баюнова по пп. "ж", "з"
ч. 2 ст. 105 УК РФ отменен, а дело прекращено за непричастностью
его к совершению преступления.
По приговору Нижегородского областного суда Сухарев признан
виновным в умышленном причинении Савченко и Безпалову тяжкого вреда
здоровью, повлекшего по неосторожности их смерть.
Обосновывая квалификацию содеянного по ч. 4 ст. 111 УК РФ, суд
указал в приговоре, что действия осужденного были направлены на
причинение потерпевшим тяжкого вреда здоровью, смерть же последних
наступила в больнице спустя несколько дней после получения телесных
повреждений.
Суд также сослался на то, что об отсутствии умысла на убийство
свидетельствуют и действия Сухарева после причинения потерпевшим
телесных повреждений: будучи убежденным, что они оба живы, и при
наличии умысла на умышленное лишение жизни, имея реальную
возможность довести его до конца, он этого не сделал, напротив,
обратился к Маслову с просьбой вызвать медицинскую "скорую помощь".
Между тем, делая такой вывод, суд не дал оценки способу и
орудию преступления (удары нанесены металлической гантелью по
головам потерпевших), а также характеру полученных повреждений, а
именно: по травмам в виде переломов костей свода и основания
черепа.
Не оценены и показания свидетеля Волковой, согласно которым
Сухарев угрожал Савченко и Безпалову убийством, а после нанесения
ударов заявил, что убил их.
Судебная коллегия признала необходимым, чтобы при новом
судебном разбирательстве областной суд, решая вопрос о
направленности умысла Сухарева, учел все обстоятельства содеянного,
в частности способ и орудие преступления, количество, характер и
локализацию телесных повреждений у потерпевших, предшествовавшее
преступлению и последующее поведение Сухарева.
Согласно ст. 305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части
оправдательного приговора должны быть изложены основания оправдания
подсудимого и доказательства, их подтверждающие; мотивы, по которым
суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.
Кемеровский областной суд, оправдывая Кулагина по обвинению в
покушении на убийство двух лиц, совершенном общеопасным способом,
по найму, указал, что его вина не доказана ни в ходе
предварительного следствия, ни в судебном заседании; не установлено
каких-либо доказательств, свидетельствующих об умысле на убийство.
Однако, как видно из приговора, в описательно-мотивировочной
части суд признал, что Кулагин произвел два выстрела из пистолета
"ТТ" в потерпевших Пучкова и Елистратова, пугая их, при этом ранил
Лешихина, случайно оказавшегося рядом.
Кулагин не оспаривал, что стрелял в общественном месте,
потерпевшие и свидетели подтвердили его показания. Объективно
данные сведения подтверждены выводами судебно-медицинского эксперта
о причинении Лешихину огнестрельного ранения.
Не оценены показания Кулагина о том, что он действительно
стрелял в потерпевших, желая их попугать, исполняя полученный по
телефону "заказ".
Не отражены в приговоре и не получили оценки суда иные данные,
имеющие существенное значение по делу: производство выстрелов с
близкого расстояния в группу людей в парке в день массовых гуляний,
причинение огнестрельного ранения одному из потерпевших, попадание
пули в квартиру жилого дома.
Несмотря на эти обстоятельства, суд не указал в приговоре, по
каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие,
поэтому приговор признан незаконным и необоснованным.
Верховным Судом Республики Бурятия Назаров, Бельгаев и
Мирошниченко признаны невиновными и оправданы по обвинению в
убийстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору.
Органы предварительного расследования в обоснование виновности
названных лиц в убийстве Котова ссылались на показания Мирошниченко
и Бельгаева, на акты судебно-медицинской, биологической и
криминалистических экспертиз, показания ряда свидетелей.
Суд в приговоре указал, что показания Мирошниченко и Бельгаева
получены с нарушением закона, даны под физическим и психологическим
давлением со стороны сотрудников милиции.
Однако этот вывод не согласуется с решением о проверке доводов
Мирошниченко и Бельгаева о применении к ним незаконных методов
ведения следствия, которое имеется в материалах дела и никем не
отменено.
Протокол следственного эксперимента, содержащий показания
Мирошниченко о том, что он вместе с Бельгаевым и Назаровым избивал
потерпевшего, исключен из числа доказательств, поскольку в качестве
специалиста в нем участвовал следователь, возбудивший уголовное
дело и производивший ряд следственных действий.
В то же время следователь утверждал, что в ходе следственного
эксперимента лишь производил видеосъемку.
Согласно ст. 58 УПК РФ специалистом является лицо, обладающее
специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных
действиях в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом
Российской Федерации, для содействия в обнаружении, закреплении и
изъятии предметов и документов, применении технических средств в
исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов
эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов,
входящих в его профессиональную компетенцию.
По данным фактам суд не указал, возможно ли в таком случае
признать следователя специалистом, а видеосъемку считать
"применением технического средства в исследовании материалов
уголовного дела".
Поскольку все доказательства по делу не проанализированы и
полной, всесторонней, объективной оценки суда не получили, приговор
отменен.

Нарушения уголовно-процессуального закона,
повлекшие отмену приговоров

В соответствии с ч. 1 ст. 381 УПК РФ основаниями отмены
судебного решения судом кассационной инстанции являются такие
нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения
или ограничения гарантированных Уголовно-процессуальным кодексом
Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства,
несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или
могли повлиять на постановление законного, обоснованного и
справедливого приговора.
Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ
отменен приговор Волгоградского областного суда в отношении
Исрапилова, Бицадзе, Гаджиева и Кахаева, осужденных за совершение
тяжких и особо тяжких преступлений.
В соответствии со ст. 18 УПК РФ участникам уголовного
судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком,
на котором ведется производство по уголовному делу, должно быть
разъяснено и обеспечено право делать заявления, давать объяснения и
показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с
материалами уголовного дела, выступать в суде на родном языке, а
также бесплатно пользоваться помощью переводчика.
Согласно ч. 3 ст. 18 УПК РФ следственные документы, подлежащие
обязательному вручению обвиняемому, должны быть переведены на его
родной язык.
Органы следствия признали, что обвиняемый Гаджиев недостаточно
владеет русским языком, поэтому все основные следственные действия,
в том числе ознакомление с материалами уголовного дела, были
проведены с участием переводчика.
Но прокурор не вручил Гаджиеву копию обвинительного заключения
в переводе на азербайджанский язык.
Судебная коллегия признала, что перевод существа обвинения на
азербайджанский язык в начале судебного заседания не может заменить
необходимость вручения обвиняемому копии обвинительного заключения
на родном языке, как того требует закон, поэтому приговор отменила.
Воронежским областным судом Селихина признана виновной в
убийстве своей свекрови, заведомо находившейся в беспомощном
состоянии.
В приговоре указано, что в судебном заседании Селихина
виновной себя признала полностью и дала подробные показания об
обстоятельствах совершения убийства.
Однако это не соответствует протоколу судебного заседания, из
которого видно, что в последнем слове, изложенном в письменном
виде, Селихина заявила о своей невиновности.
Как видно из протокола судебного заседания, из-за плохого
состояния здоровья Селихина с последним словом не выступала, а ее
письменное сообщение оглашено защитником.
В соответствии со ст. 294 УПК РФ, если подсудимый в последнем
слове сообщит о новых обстоятельствах, имеющих значение для
правильного разрешения уголовного дела, суд вправе возобновить
судебное следствие.
По настоящему делу суд, несмотря на заявление подсудимой о
непричастности к преступлению, судебное следствие не возобновил, не
проверил это сообщение и не дал ему оценки в приговоре, т. е. не
учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы
суда, что в силу п. 2 ст. 380 УПК РФ явилось основанием к отмене
приговора.
Приговор Кемеровского областного суда в отношении Каверзина,
Пирогова и Фролова, осужденных за разбойное нападение, убийство и
кражу чужого имущества, отменен ввиду нарушения права подсудимых на
защиту.
В соответствии с ч. 6 ст. 49, п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ одно и
то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или
обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам
другого. Оказание помощи лицу, интересы которого противоречат
интересам защищаемого подозреваемого или обвиняемого, является
основанием для отвода защитника.
Как следует из материалов дела, на предварительном следствии
обвинение Каверзину и Пирогову предъявлено в присутствии защитника,
подлежащего отводу, поскольку тот представлял интересы обвиняемых
при ознакомлении с материалами дела в порядке ст. 217 УПК РФ.
Установив нарушение закона, суд не учел, что в силу п. 3 ч. 1
ст. 72 УПК РФ адвокат подлежал отводу как в части защиты Пирогова,
так и в части защиты Каверзина. Доказательства, полученные с
участием этого защитника, с момента, когда интересы обвиняемых
стали противоречить друг другу, не могли быть признаны допустимыми
и поэтому являлись препятствием для рассмотрения дела судом первой
инстанции и постановления приговора.
В соответствии со ст. 382 УПК РФ применение не той статьи или
не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного
кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению, следует
считать неправильным применением уголовного закона, что согласно
п. 3 ч. 1 ст. 379 УПК РФ является основанием отмены приговора.
По приговору Верховного Суда Чеченской Республики Угурчиев
признан виновным в покушении на жизнь сотрудника
правоохранительного органа.
Органами предварительного расследования Угурчиеву было
предъявлено обвинение по ст. 317 УК РФ, т. е. в посягательстве на
жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях
воспрепятствования его законной деятельности по охране
общественного порядка и обеспечению общественной безопасности либо
из мести за такую деятельность.
Суд, признав совершение осужденным преступления при
обстоятельствах, установленных предварительным следствием,
квалифицировал действия Угурчиева по ч. 3 ст. 30 и ст. 317 УК РФ
как покушение на жизнь работника правоохранительного органа, при
этом сослался на то, что умысел осужденного, установившего две
боевые гранаты в салоне автомашины сотрудника ОМОНа, был направлен
на убийство последнего, но преступление не было доведено до конца
по независящим от воли осужденного обстоятельствам.
Принимая такое решение, суд не учел, что в соответствии с
действующим законодательством под посягательством на жизнь
сотрудников правоохранительных органов понимается как убийство этих
лиц, так и покушение на их убийство.
Среди допущенных судами существенных нарушений
уголовно-процессуального закона были и такие, которые явились
результатом невнимательности и небрежности при постановлении
приговора.
Приговор Верховного Суда Республики Бурятия в части осуждения
Чойдонова за публичное оскорбление представителя власти отменен, а
дело прекращено, поскольку, признав его виновным в совершении
указанного преступления по ст. 319 УК РФ, суд наказание не
назначил.

Нарушения закона при рассмотрении уголовных
дел судами с участием присяжных заседателей

В соответствии с ч. 3 ст. 328 УПК РФ при формировании коллегии
присяжных заседателей кандидаты в присяжные заседатели обязаны
правдиво отвечать на задаваемые им вопросы и представить
необходимую информацию о себе и об отношениях с другими участниками
уголовного судопроизводства.
Верховным Судом Республики Коми Шумилов осужден по ч. 2
ст. 109 УК РФ.
Как видно из материалов дела, в состав коллегии присяжных
заседателей была включена и участвовала в вынесении вердикта Б.,
родственник которой ранее был осужден за совершение преступлений.
Однако о названном факте при формировании коллегии присяжных
заседателей она не сообщила, хотя вопрос об этом перед кандидатами
в присяжные заседатели ставился.
Данное обстоятельство повлияло на избрание беспристрастной,
объективной коллегии присяжных заседателей и повлекло за собой
отмену приговора.
На основании вердикта присяжных заседателей Верховного Суда
Республики Марий Эл Спиридонов оправдан по ч. 1 ст. 111 УК РФ за
отсутствием состава преступления, по ч. 1 ст. 105 УК РФ - за
непричастностью к совершению преступления.
Из материалов уголовного дела видно, что при формировании
коллегии кандидат в присяжные заседатели И. скрыла факт знакомства
с подсудимым и его матерью.
Войдя в состав коллегии присяжных заседателей, она
впоследствии была избрана старшиной.
Указанное нарушение уголовно-процессуального закона повлекло
отмену приговора, поскольку участники процесса, и в их числе
сторона обвинения, были лишены права на избрание беспристрастной и
объективной коллегии присяжных заседателей, в частности, не смогли
заявить отвод по основаниям, предусмотренным ст.ст. 61, 62 и чч. 7,
10 ст. 328 УПК РФ, а также безмотивный отвод в соответствии с
чч. 13, 14 этой же статьи.
В соответствии с пп. 2, 3 ч. 3 ст. 340 УПК РФ в напутственном
слове председательствующий сообщает содержание уголовного закона,
предусматривающего ответственность за совершение деяния, в котором
обвиняется подсудимый; напоминает об исследованных в суде
доказательствах, как уличающих подсудимого, так и оправдывающих
его, не выражая при этом своего отношения к этим доказательствам и
не делая выводов из них.
На основании вердикта коллегии присяжных заседателей
Московский областной суд признал Киселева, Жирнова и Галютина
виновными в покушении на убийство, совершенном группой лиц.
Как следует из материалов уголовного дела,
председательствующий не разъяснил присяжным заседателям, что
покушение на убийство может быть совершено только с прямым умыслом,
когда виновное лицо желает наступления смерти другого человека.
Несмотря на отсутствие возражений на напутственное слово
судьи, неразъяснение присяжным заседателям этого положения
уголовного закона могло повлиять на ответы присяжных заседателей
на вопрос о виновности Жирнова и Галютина в покушении на убийство
Миляева. В отношении них присяжные заседатели признали доказанным
только нанесение ими ударов Миляеву ногами и руками без
договоренности с Киселевым, наносившим удары ножом.
Согласно ст. 240 УПК РФ в судебном разбирательстве все
доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному
исследованию. Суд заслушивает показания подсудимого, потерпевшего,
свидетелей, заключение эксперта, осматривает вещественные
доказательства, оглашает протоколы и иные документы, производит
другие судебные действия по исследованию доказательств.
Ярославским областным судом в соответствии с вердиктом
коллегии присяжных заседателей Новиков по обвинению в приготовлении
к убийству Веденеева по найму оправдан за отсутствием события
преступления.
Как следует из обвинительного заключения, Новиков предложил
совершить убийство Веденеева своему знакомому Мартемьянову за
5 тыс. долларов США, за отказ от совершения преступления угрожал
последнему расправой над ним и его родственниками.
Мартемьянов, не желая совершать преступление, сообщил
Веденееву о преступных намерениях Новикова и заявил в
правоохранительные органы.
Как видно из материалов дела, не все представленные
доказательства исследованы в судебном заседании.
Так, вещественными доказательствами по делу были признаны
аудиокассеты - носители информации устной речи Новикова и
Мартемьянова, они исследовались при производстве фоноскопической
экспертизы.
Эти аудиокассеты из числа доказательств не исключались и
признаны судом допустимыми доказательствами. Однако вопреки
требованиям закона в судебном заседании они не прослушивались,
содержащиеся в них записи по существу не исследовались.
После обсуждения вопроса о прослушивании записей на
аудиокассетах председательствующий вынес постановление об оглашении
заключений фоноскопических экспертиз и об отказе в прослушивании
аудиокассет, "поскольку они содержат большое количество нецензурных
выражений".
Между тем в законе не содержатся основания, исключающие
возможность непосредственного исследования доказательств,
признанных допустимыми.
Отказ от прослушивания аудиокассет, т. е. от исследования
приобщенных к материалам дела доказательств, повлиял на вынесение
присяжными заседателями справедливого вердикта, что повлекло отмену
приговора.
В соответствии с ч. 2 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор,
постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных
заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо
жалобе потерпевшего или его представителя лишь при наличии таких
нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право
прокурора, потерпевшего или его представителя на представление
доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед
присяжными заседателями вопросов и ответов на них.
В связи с вынесением коллегией присяжных заседателей
оправдательного вердикта Волгоградским областным судом постановлен
оправдательный приговор в отношении Турищева, Беспалова, Бусарева и
Чернова.
Как видно из протокола судебного заседания, адвокаты и
подсудимые в процессе судебного следствия и в прениях поставили под
сомнение доказательства, представленные стороной обвинения, заявляя
о незаконных методах их получения.
Так, подсудимый Беспалов, объясняя изменение своих показаний,
данных на следствии, сослался на то, что его вывозили на пытки, он
этого очень боялся.
Подсудимый Бусарев заявил об оказании на него давления в ходе
расследования.
Адвокат Б. в прениях сделал заявление о том, что "в обществе
наслышаны о незаконных методах ведения следствия, применяемых
милицией для получения признательных показаний".
В прениях адвокаты неоднократно ссылались на доказательства,
которые в судебном заседании не исследовались.
В частности, адвокат А. в своей речи сослался на показания
Сучкова и Лапина, хотя названные свидетели в суде не допрашивались.
Адвокат Б., обосновывая алиби Беспалова, привел показания ряда
свидетелей, однако показания этих лиц присяжным заседателям не были
известны.
Согласно протоколу судебного заседания председательствующий
около 15 раз прерывал выступления представителей стороны защиты по
данным основаниям, указывая им на недопустимость нарушения
уголовно-процессуального закона, но в то же время в некоторых
случаях не разъяснял присяжным заседателям, что они не должны
учитывать упомянутые заявления подсудимых и адвокатов при вынесении
вердикта.

Указанные нарушения уголовно-процессуального закона при
рассмотрении дела повлияли на содержание поставленных перед
присяжными заседателями вопросов и ответов на них, повлекли за
собой отмену приговора.
Согласно ст. 345 УПК РФ после подписания вопросного листа с
внесенными в него ответами на поставленные вопросы присяжные
заседатели возвращаются в зал судебного заседания. Старшина
присяжных заседателей передает председательствующему вопросный лист
с внесенными в него ответами. При отсутствии замечаний
председательствующий возвращает вопросный лист старшине присяжных
заседателей для провозглашения. Найдя вердикт неясным или
противоречивым, председательствующий указывает на его неясность или
противоречивость коллегии присяжных заседателей и предлагает им
возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в
вопросный лист. Председательствующий вправе также после
выслушивания мнений сторон внести в вопросный лист дополнительные
вопросы.
Рязанским областным судом с участием присяжных заседателей
Соляниченко признан виновным в покушении на убийство Наумова, а
Повернов - в умышленном убийстве Наумова группой лиц по
предварительному сговору.
Согласно предъявленному обвинению Повернов и Соляниченко,
реализуя договоренность на убийство Наумова, набросили ему на шею
полотенце и стали тянуть за концы с целью удушения. Не добившись
нужного им результата, Повернов кухонным ножом ударил потерпевшего
в область сердца, от чего тот скончался.
На поставленный перед присяжными заседателями вопрос о
доказанности совершения вышеназванных действий Поверновым присяжные
заседатели первоначально ответили: "Нет, не доказано", однако после
дополнительного разъяснения председательствующим порядка
голосования исправили ответ на этот вопрос и указали: "Да,
доказано".
Одновременно на оборотной стороне вопросного листа присяжные
заседатели изложили "особое мнение", из которого следует, что они
не установили, кем из подсудимых нанесен удар ножом потерпевшему, в
результате чего наступила его смерть.
Несмотря на то что председательствующий возвратил присяжных
заседателей в совещательную комнату, обратив внимание на
недопустимость изложения "особого мнения", эту запись путем
зачеркивания либо оговорок они не аннулировали.
Поскольку "особое мнение" присяжных заседателей, изложенное в
вопросном листе, не совпадает с ответом на вопрос о доказанности
действий Повернова, связанных с причинением смерти Наумову путем
нанесения потерпевшему удара ножом в область сердца, вердикт
признан неясным, а приговор отменен.
В соответствии с ч. 7 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного
следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию
только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность
которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их
полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.
Данное требование закона не было выполнено Липецким областным
судом при рассмотрении уголовного дела в отношении Осьмухина,
оправданного по п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ за непричастностью к
совершению преступления.
Осьмухин органами предварительного следствия обвинялся в том,
что из неприязни, желая убить Дашкова, выстрелил в него из
охотничьего ружья, но промахнулся и попал в Малютина.
Вердиктом присяжных заседателей установлено, что факт
совершения убийства Малютина в результате выстрела из ружья и ряд
других обстоятельств, указанных в обвинительном заключении, не
доказаны.
Как видно из протокола судебного заседания, адвокаты Осьмухина
при допросах свидетелей в присутствии присяжных заседателей
выясняли законность проведения следственных действий, в результате
которых собраны доказательства по делу.
В частности, свидетелю Фомичеву адвокаты задали более 30
вопросов подобного содержания, а председательствующий сделал
замечание о недопустимости таких действий один раз, при этом
присяжным заседателям не разъяснил, что данные высказывания
адвокатов не должны ими учитываться при вынесении вердикта.
После оглашения в судебном заседании показаний свидетеля
Дашкова, полученных в ходе предварительного расследования, адвокат
поставил под сомнение их допустимость, заявив присяжным
заседателям, что все подписи свидетеля в протоколе допроса
отличаются друг от друга.
Председательствующий в данном случае не сделал замечание
адвокату о недопустимости обсуждения этого вопроса в присутствии
присяжных, не разъяснил, что они не должны придавать значения этим
заявлениям адвоката.
В прениях адвокат высказал сомнение, являются ли допустимыми
доказательствами показания свидетелей Левиной и Заноз, поскольку в
судебном заседании они показания изменили, а показания свидетеля
Плюхина на предварительном следствии, по его мнению, получены в
результате незаконных методов ведения следствия.
Однако председательствующий не прервал выступление адвоката,
не разъяснил присяжным заседателям положения закона о том, что
данные обстоятельства при вынесении вердикта не должны учитываться.
Перечисленные нарушения уголовно-процессуального закона при
рассмотрении дела повлияли на содержание поставленных перед
присяжными заседателями вопросов и ответов на них, повлекли отмену
приговора.
По приговору Верховного Суда Республики Бурятия с участием
присяжных заседателей Афанасьев был оправдан за непричастностью к
убийству двух лиц и совершению кражи чужого имущества.
Согласно требованиям закона в ходе судебного разбирательства в
присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те
фактические доказательства уголовного дела, доказанность которых
устанавливается присяжными заседателями. В нарушение закона в ходе
допроса свидетеля Аскольской стороной защиты выяснялись данные о
личности свидетеля Меркушевой. Но несмотря на это
председательствующий, как видно из протокола судебного заседания,
замечание стороне защиты не сделал.
Кроме того, в последнем слове Афанасьев неоднократно указывал
на то, что ранее в отношении него был постановлен оправдательный
приговор. В нарушение требований ч. 3 ст. 336 УПК РФ
председательствующий не разъяснил присяжным заседателям, что данное
утверждение не может приниматься во внимание и вердикт может быть
основан только на тех доказательствах, которые непосредственно
исследовались в судебном заседании.
Допущенные нарушения закона повлияли на содержание ответов на
поставленные перед присяжными заседателями вопросы и повлекли
отмену приговора.

Изменение приговоров

Достаточно большое количество приговоров изменено по делам об
убийствах, что в основном обусловлено вступившим в силу 8 декабря
2003 г. Федеральным законом "О внесении изменений и дополнений в
Уголовный кодекс Российской Федерации".
По п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицируется убийство лица или
его близких, совершенное с целью воспрепятствовать правомерному
осуществлению данным лицом своей служебной деятельности или
выполнению общественного долга либо по мотиву мести за такую
деятельность.
По приговору Иркутского областного суда Леконцев и Журавлев
признаны виновными в хищении чужого имущества и убийстве
Коваленко - сторожа школы, совершенном группой лиц по
предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление, в
связи с осуществлением лицом служебной деятельности.
Материалами дела установлено, что потерпевший отлучался с
места работы после употребления спиртных напитков с Леконцевым и
Журавлевым, что и позволило им беспрепятственно совершить кражи.
Коваленко был убит с целью сокрытия краж. Каких-либо действий,
препятствующих совершению преступлений, он не предпринимал.
При таких данных из приговора исключено указание об осуждении
виновных по п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ, постановлено считать их
осужденными по пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
По смыслу закона беспомощное состояние, в котором заведомо для
виновного находилось лицо, в отношении которого совершено
преступление, может определяться его возрастом (малолетний,
престарелый), состоянием здоровья, увечностью и другими
обстоятельствами, не дающими жертве возможности оказать
сопротивление преступнику или уклониться от посягательства.
По приговору Мурманского областного суда Беличенко и Шматов
признаны виновными в краже, умышленном уничтожении и повреждении
чужого имущества путем поджога с причинением значительного ущерба,
в убийстве Мартьяновых, заведомо для виновных находившихся в
беспомощном состоянии, общеопасным способом, группой лиц по
предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление.
Суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, дал
неправильную юридическую оценку содеянному по эпизоду убийства.
В приговоре указано, что, имея прямой умысел на убийство
Мартьяновых, умышленное уничтожение и повреждение их имущества,
Беличенко и Шматов, осознавая общественную опасность избранного ими
способа, подожгли вещи на полу комнаты и в шкафу. Понимая, что
потерпевшие могут покинуть квартиру, они решили причинить им
телесные повреждения, с тем чтобы привести их в беспомощное
состояние. С этой целью Шматов и Беличенко нанесли удары
Мартьяновым, причинив им телесные повреждения и приведя потерпевших
в бессознательное состояние, после чего покинули квартиру.
Суд установил, что осужденные путем поджога вещей и причинения
потерпевшим телесных повреждений реализовали умысел на убийство.
Поскольку потерпевшие были приведены в беспомощное состояние
преступными действиями Беличенко и Шматова, из приговора исключено
их осуждение по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Понятие особой жестокости связано как со способом убийства,
так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении
виновным особой жестокости.
По приговору Верховного Суда Чувашской Республики Гуляев
признан виновным в умышленном причинении смерти другому человеку с
особой жестокостью, совершенном группой лиц.
По смыслу закона признак особой жестокости наличествует, в
частности, в случаях, когда перед лишением жизни или в процессе
совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязание или
совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено
способом, который заведомо для виновного связан с причинением
потерпевшему особых страданий.
По настоящему делу вывод о совершении преступления с особой
жестокостью сделан со ссылкой на способ лишения жизни Самариной и
большим количеством нанесенных ей ударов. При этом суд не
конкретизировал, в чем выразились действия Гуляева, направленные на
причинение потерпевшей особых мучений и страданий; объективных
доказательств, свидетельствующих об этом, не имелось и в материалах
дела. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, все
колото-резаные ранения потерпевшей причинены в короткий промежуток
времени, определить их последовательность не представилось
возможным.
При таких данных из приговора исключено осуждение Гуляева по
п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Согласно ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении
преступления, назначается справедливое наказание в пределах,
предусмотренных соответствующей статьей Особенной части Уголовного
кодекса РФ, с учетом положений Общей части Уголовного кодекса
Российской Федерации.
В соответствии со ст. 62 УК РФ при явке с повинной, активном
способствовании раскрытию преступления, изобличению других
соучастников преступления и розыску имущества, добытого в
результате преступления, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок
или размер наказания не могут превышать трех четвертей
максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания,
предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного
кодекса Российской Федерации.
По приговору Верховного Суда Республики Марий Эл Винокуров
признан виновным в убийстве из мести Крупиной, Захватаева и в
покушении на убийство Шалаевой.
За совершение указанных преступлений Винокуров осужден по
п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на семнадцать
лет, по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ - на восемь лет, по
совокупности преступлений назначено восемнадцать лет лишения
свободы.
Как видно из материалов дела, осужденный, скрывшись с места
преступления, через сутки сообщил о содеянном брату, а затем
сотрудникам милиции.
Признав эти действия виновного активным способствованием
раскрытию преступления, в результате чего Шалаевой была
своевременно оказана медицинская помощь, т. е. обстоятельством,
смягчающим наказание, суд, тем не менее, при отсутствии отягчающих
обстоятельств в нарушение закона назначил Винокурову по п. "а" ч. 2
ст. 105 УК РФ семнадцать лет лишения свободы, хотя срок наказания
не мог превышать пятнадцати лет.
Нередки случаи неправильного назначения наказания по
совокупности преступлений и совокупности приговоров.
По приговору Верховного Суда Республики Бурятия от 26 декабря
2003 г. Наталину назначено наказание по совокупности преступлений,
в соответствии с ч. 7 ст. 79 УК РФ отменено условно-досрочное
освобождение по приговору от 29 сентября 2000 г. и в силу ст. 70 УК
РФ окончательное наказание определено по совокупности приговоров.
Из материалов дела усматривалось, что 8 апреля 1999 г. Наталин
был осужден за кражу к двум годам шести месяцам лишения свободы
условно с испытательным сроком два года; 29 сентября 2000 г. - по
ч. 1 ст. 112 УК РФ к трем годам лишения свободы с отменой условного
осуждения на основании ст. 74 УК РФ и в соответствии со ст. 70 УК
РФ по совокупности приговоров - к трем годам одному месяцу лишения
свободы, а 7 февраля 2002 г. условно-досрочно освобожден на один
год четыре месяца семь дней.
Принимая решение об отмене условного осуждения и назначении
наказания по совокупности приговоров, суд не учел, что в
соответствии с п. 1 постановления Государственной Думы Федерального
Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 г. "Об объявлении
амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне
1941-1945 годов" Наталин подлежал освобождению от наказания по
приговору от 8 апреля 1999 г. Как следствие, по приговору от
29 сентября 2000 г. ему надлежало отбывать наказание в виде лишения
свободы три года. При таких данных срок условно-досрочного
освобождения составлял один год три месяца семь дней и на момент
совершения преступления по приговору Верховного Суда Республики
Бурятия истек.
С учетом этих обстоятельств из приговора от 26 декабря 2003 г.
исключены указания об отмене условно-досрочного освобождения
Наталина и назначении ему наказания по правилам ст. 70 УК РФ.
Калининградским областным судом Фролов осужден по пп. "а", "к"
ч. 2 ст. 105 УК РФ к девятнадцати годам лишения свободы, на
основании ст. 70 УК РФ частично присоединено неотбытое наказание по
приговору от 7 октября 2002 г. и окончательно определено к
отбыванию наказание в виде лишения свободы двадцать лет.
Назначая осужденному наказание по совокупности приговоров, суд
вопреки положениям ч. 5 ст. 74 УК РФ не отменил условное наказание
по приговору от 7 октября 2002 г., в связи с чем из приговора
исключено указание о назначении наказания по правилам ст. 70 УК РФ.

Нарушения по делам, связанным с уголовной
ответственностью несовершеннолетних

По приговору Верховного Суда Республики Башкортостан
Бондаренко, 1986 года рождения, осужден к восьми годам лишения
свободы за разбойное нападение и за убийство; на основании ч. 3
ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных пп. "ж",
"з" ч. 2 ст. 105 и п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ, ему назначено девять
лет лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной
колонии.
В соответствии с ч. 6 ст. 88 УК РФ в редакции Федерального
закона от 8 декабря 2003 г. несовершеннолетним при совершении ими
особо тяжких преступлений наказание в виде лишения свободы
назначается на срок не свыше 10 лет.
Согласно ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств,
предусмотренных пп. "и", "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии
отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут
превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее
строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей
Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.
Как видно из материалов дела, Бондаренко совершил преступления
в несовершеннолетнем возрасте, сделал заявление о явке с повинной,
обстоятельства, отягчающие наказание, отсутствуют.
При таких данных наказание осужденному за каждое преступление
не могло превышать семи лет шести месяцев лишения свободы, в связи
с чем приговор изменен, а наказание смягчено в соответствии с
требованиями закона.
По приговору Свердловского областного суда Хибатуллин и братья
Кузьмины Роман и Алексей признаны виновными в нанесении побоев
Попову, в его убийстве группой лиц по предварительному сговору, с
целью скрыть другое преступление.
Признавая Кузьмина Романа виновным в нанесении побоев, суд не
учел, что в соответствии со ст. 94 УК РФ сроки давности,
предусмотренные ст.ст. 78 и 83 УК РФ, при освобождении
несовершеннолетних от уголовной ответственности сокращаются
наполовину.
Поскольку преступление, предусмотренное ст. 116 УК РФ,
совершено Кузьминым Романом 1 апреля 2003 г. в несовершеннолетнем
возрасте, а на момент рассмотрения дела в кассационном порядке (15
апреля 2004 г.) истекли сроки давности привлечения его к уголовной
ответственности, приговор в части осуждения за указанное
преступление отменен с прекращением дела на основании п. 3 ч. 1
ст. 24 УПК РФ.
По приговору Смоленского областного суда Абрамов признан
виновным в совершении хулиганства группой лиц с применением насилия
к потерпевшему.
Постановлением судьи в связи с изменениями, внесенными в
Уголовный кодекс Российской Федерации Федеральным законом от
8 декабря 2003 г., Абрамов от назначенного наказания освобожден.
В соответствии с указанным Федеральным законом действия, за
которые был осужден Абрамов, а именно насилие в отношении
потерпевшего без применения каких-либо предметов, состава
хулиганства не образуют.
Судом установлено, что осужденный нанес потерпевшему побои,
уголовная ответственность за эти действия по ст. 116 УК РФ
наступает в соответствии с ч. 1 ст. 20 УК РФ с 16 лет. В момент
совершения инкриминируемого деяния Абрамову исполнилось полных 14
лет.
Таким образом, в действиях Абрамова, как не достигшего
возраста привлечения к уголовной ответственности, отсутствует
состав преступления, поэтому приговор и постановление судьи
отменены, а дело прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Отмена определений и постановлений
о возвращении уголовного дела прокурору

Согласно чч. 1, 2 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны
или по собственной инициативе возвращает дело прокурору для
устранения в течение 5 суток препятствий его рассмотрения судом в
случаях, если обвинительное заключение или обвинительный акт
составлены с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом
приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения
или акта.
В частности, исключается возможность вынесения судебного
решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном
заключении или обвинительном акте, не соответствует обвинению,
изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого;
когда обвинительное заключение или обвинительный акт не подписаны
следователем, дознавателем либо не утверждены прокурором; когда в
обвинительном заключении или обвинительном акте отсутствуют
указание на прошлые судимости обвиняемого, данные о месте его
нахождения и сведения о потерпевшем.
При этом устранение таких нарушений не связано с восполнением
неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.
Постановлением Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики
уголовное дело в отношении Евлоева, обвиняемого в совершении
преступления, предусмотренного пп. "а", "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ, а
также Медарова, обвиняемого по п. "а" ч. 2 ст. 105, пп. "а", "г"
ч. 2 ст. 158 УК РФ, возвращено для устранения препятствий его
рассмотрения судом прокурору Карачаево-Черкесской Республики.
Основанием к возвращению дела прокурору послужило ходатайство
потерпевшей Разовой об отмене постановления следователя о
прекращении уголовного дела в отношении Евлоева по пп. "а", "д",
"ж", "з", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ и о предъявлении нового обвинения
обоим подсудимым.
Как усматривается из материалов уголовного дела, обвинение,
изложенное в обвинительном заключении, соответствует обвинению,
приведенному в постановлении о привлечении Евлоева и Медарова в
качестве обвиняемых, обвинительное заключение подписано
следователем и утверждено прокурором, в нем содержатся данные о
месте нахождения обвиняемых и потерпевшей.
Указанное не оспаривается самим судом в постановлении о
возвращении дела прокурору.
Вместе с тем из постановления не видно, какие препятствия
исключают возможность постановления судом приговора по настоящему
делу.
Одновременно из постановления суда понятно, что дело
возвращено прокурору для проведения процессуальных действий: отмены
постановления следователя о прекращении уголовного дела в отношении
Евлоева и предъявления ему и Медарову нового обвинения.
При таких данных постановление признано незаконным и отменено.
Краснодарским краевым судом уголовное дело в отношении
Сайкиной, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных
ч. 1 ст. 30, ч. 4 ст. 33 и п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, возвращено
прокурору края для устранения нарушения требований ст. 220 УПК РФ.
Суд, возвращая дело прокурору, отметил в постановлении, что
органы следствия, указав в обвинительном заключении на совершение
преступления "летом 2003 года", не конкретизировали время
совершения преступного деяния, что не отвечает требованиям закона и
исключает возможность постановления приговора.
Вместе с тем из постановления не ясно, почему суд указанное в
обвинительном заключении время совершения преступления признал
неконкретизированным и почему данное обстоятельство исключает
возможность постановления приговора.
Кроме того, возвращая дело прокурору, суд не учел, что для
установления более точного времени совершения преступления
необходимо выполнение следственных действий, что противоречит
требованиям ч. 4 ст. 237 УПК РФ, согласно которой производство
каких-либо следственных или иных процессуальных действий, не
предусмотренных данной статьей, по уголовному делу, возвращенному
прокурору, не допускается.
Более того, в соответствии с ч. 5 ст. 237 УПК РФ
доказательства, полученные по истечении процессуальных сроков,
установленных частью второй этой статьи, либо при производстве
процессуальных действий, не предусмотренных указанной статьей,
признаются недопустимыми.
С учетом этих данных постановление суда отменено.

Отмена иных постановлений и определений суда

Постановление Томского областного суда о продлении срока
содержания под стражей Ковалева, обвиняемого в совершении особо
тяжких преступлений, отменено ввиду нарушения права обвиняемого на
защиту.
Так, из заявления адвоката Б., защищавшего интересы Ковалева в
ходе предварительного расследования, усматривалось, что он не мог
принять участие в рассмотрении ходатайства о продлении срока
содержания под стражей подзащитного.
Как следует из протокола судебного заседания, в удовлетворении
заявленного обвиняемым ходатайства об участии в деле другого
защитника отказано, что противоречит требованиям закона.
В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 51 УПК РФ участие защитника в
уголовном судопроизводстве обязательно, если лицо обвиняется в
совершении преступления, за которое может быть назначено наказание
в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет либо
пожизненное лишение свободы.
В силу п. 56 ст. 5 УПК РФ под уголовным судопроизводством
понимается как судебное, так и досудебное производство по
уголовному делу.
По аналогичным основаниям отменено постановление судьи
Смоленского областного суда о продлении срока содержания под
стражей обвиняемого Гниленкова, поскольку его законные ходатайства
о проведении судебного разбирательства с участием адвоката либо о
предоставлении другого защитника безмотивно отклонены.
Омским областным судом 18 сентября 2003 г. по уголовному делу
в отношении Кодатко и Кожухова был постановлен обвинительный
приговор.
13 октября 2003 г. заместитель прокурора области обратился в
суд с ходатайством о восстановлении срока кассационного обжалования
приговора, ссылаясь на несвоевременность вручения копии приговора
государственному обвинителю.
Постановлением в восстановлении срока отказано, поскольку, как
считал судья, ссылка в ходатайстве на неосведомленность в существе
дела не является уважительной причиной, так как в судебном
заседании государственный обвинитель участвовал и ему было известно
о результатах рассмотрения дела, его позицию поддержал суд при
постановлении приговора.
В соответствии со ст. 312 УПК РФ копии приговора в течение
пяти суток с момента его провозглашения должны быть вручены
осужденному, его защитнику и государственному обвинителю.
Из материалов дела видно, что копия приговора была направлена
прокурору 1 октября, поступила в прокуратуру Омской области
5 октября, т. е. по истечении срока кассационного обжалования.
Согласно ч. 2 ст. 357 УПК РФ пропущенный срок обжалования
восстанавливается в случае, если копии обжалуемого судебного
решения лицам, указанным в чч. 4 и 5 ст. 354 УПК РФ (в их числе -
государственный обвинитель), были вручены по истечении пяти суток
со дня его провозглашения.
Ссылка на участие в деле государственного обвинителя, его
осведомленность о результатах судебного разбирательства не может
быть признана надлежащим основанием для отказа в восстановлении
срока на кассационное обжалование.
Из-за нарушения требований ч. 2 ст. 357 УПК РФ, обязывающей

восстанавливать пропущенный срок на кассационное обжалование
судебных решений лицам, имеющим право на принесение кассационных
жалоб или представлений, отменены постановления судей Верховного
Суда Республики Коми, Санкт-Петербургского городского и
Ленинградского областного судов соответственно по жалобам Копасова,
Булдакова и Гужкова.
Анализ допущенных судами ошибок свидетельствует о
необходимости дальнейшего постоянного и глубокого изучения
действующего законодательства, регулярного обращения к обобщениям
судебной практики, повышения профессионального уровня и
ответственности при отправлении правосудия.

Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда Российской Федерации

Указатель судебной практики

Указатель судебной практики

+-----------------------------------------------------------------+
¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦
+-----------------------------------------------------------------¦
¦070.060.070 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦Доказательства, представленные истцом в качестве¦
¦Верх. Суда РФ ¦подтверждения его права на досрочное назначение¦
¦от 14.01.05 ¦трудовой пенсии, признаны судом достаточными для¦
¦Бюллетень ¦признания за ним такого права ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 1 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦040.060.020 ¦ ¦
¦040.090.000 ¦ ¦
¦180.040.010 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦При отложении разбирательства дела дата нового¦
¦Верх. Суда РФ ¦судебного заседания назначается с учетом¦
¦от 18.01.05 ¦времени, необходимого для истребования¦
¦Бюллетень ¦доказательств ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 2 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦010.170.010 ¦ ¦
¦010.080.020 ¦ ¦
¦180.040.010 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦Суд не вправе возбудить дело по заявлению¦
¦Верх. Суда РФ ¦общественной организации о защите прав других¦
¦от 17.12.04 ¦лиц, если по закону эта общественная организация¦
¦Бюллетень ¦не имеет права на такое обращение ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 3 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦010.110.030 ¦ ¦
¦060.020.110 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦Положения нормативного правового акта субъекта¦
¦Верх. Суда РФ ¦Российской Федерации, устанавливающие¦
¦от 15.12.04 ¦дополнительные гарантии в области трудовых¦
¦Бюллетень ¦отношений для депутатов законодательного органа¦
¦Верх. Суда ¦субъекта Российской Федерации, признаны¦
¦Российской ¦противоречащими трудовому законодательству ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 5 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦110.060.020 ¦ ¦
¦110.060.010 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦Положения нормативного правового акта субъекта¦
¦Верх. Суда РФ ¦Российской Федерации, регулирующего порядок¦
¦от 8.12.04 ¦производства охоты на территории субъекта¦
¦Бюллетень ¦Российской Федерации, признаны соответствующими¦
¦Верх. Суда ¦федеральному законодательству ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 6 ¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦060.020.180 ¦ ¦
¦Опред. ¦Признаны недействующими и не подлежащими¦
¦касс. коллегии ¦применению со дня вынесения решения п. 22 в¦
¦Верх. Суда РФ ¦части слов "(за исключением увольнения за¦
¦от 23.12.04 ¦виновные действия)" и подп. "б", "и", "к" п. 27¦
¦Бюллетень ¦Инструкции о порядке предоставления социальных¦
¦Верх. Суда ¦гарантий и компенсаций лицам, работающим в¦
¦Российской ¦районах Крайнего Севера и в местностях,¦
¦Федерации, ¦приравненных к районам Крайнего Севера, в¦
¦2005, N 8, с. 8 ¦соответствии с действующими нормативными актами¦
¦ ¦(утвержденной приказом Министерства труда РСФСР¦
¦ ¦от 22 ноября 1990 г. N 2, действующей в редакции¦
¦ ¦от 11 июля 1991 г.) ¦
¦ ¦ ¦
¦030.120.160 ¦ ¦
¦030.120.220 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Положение абз. 3 подп. "б" п. 63 Правил¦
¦Верх. Суда РФ ¦обязательного страхования гражданской¦
¦от 25.11.03 ¦ответственности владельцев транспортных средств,¦
¦Бюллетень ¦утвержденных постановлением Правительства¦
¦Верх. Суда ¦Российской Федерации от 7 мая 2003 г. N 263,¦
¦Российской ¦признано не противоречащим федеральному¦
¦Федерации, ¦законодательству ¦
¦2005, N 8, с. 10¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦020.030.070 ¦ ¦
¦030.120.110 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Приказ Министерства транспорта Российской¦
¦Верх. Суда РФ ¦Федерации от 22 июня 1998 г. N 75, которым были¦
¦от 11.01.05 ¦утверждены Квалификационные требования к¦
¦Бюллетень ¦специалистам юридических лиц и индивидуальным¦
¦Верх. Суда ¦предпринимателям, осуществляющим перевозки¦
¦Российской ¦пассажиров и грузов автомобильным транспортом,¦
¦Федерации, ¦признан не противоречащим федеральному¦
¦2005, N 8, с. 11¦законодательству ¦
¦ ¦ ¦
¦070.080.060 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Примечание к п. 12 Положения о порядке¦
¦Верх. Суда РФ ¦заключения, изменения и расторжения договоров о¦
¦от 9.11.04 ¦стационарном обслуживании граждан пожилого¦
¦Бюллетень ¦возраста и инвалидов, утвержденного¦
¦Верх. Суда ¦постановлением Министерства труда и социального¦
¦Российской ¦развития Российской Федерации от 17 мая 2002 г.¦
¦Федерации, ¦Примерного договора о стационарном обслуживании¦
¦2005, N 8, с. 13¦граждан пожилого возраста и инвалидов¦
¦N 35, а также ¦(приложение N 2 к названному постановлению)¦
¦п. 4.5 ¦признаны не противоречащими федеральному¦
¦ ¦законодательству ¦
¦ ¦ ¦
¦190.010.060 ¦ ¦
¦020.020.010 ¦ ¦
¦060.020.180 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Положение о премировании работников органов и¦
¦Верх. Суда РФ ¦учреждений прокуратуры Российской Федерации по¦
¦от 11.02.05 ¦итогам работы за квартал, утвержденное¦
¦Бюллетень ¦Генеральным прокурором Российской Федерации¦
¦Верх. Суда ¦17 марта 1997 г., признано не противоречащим¦
¦Российской ¦федеральному законодательству ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 14¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦180.020.050 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Пункты 12.1 и 12.4 Инструкции по судебному¦
¦Верх. Суда РФ ¦делопроизводству в районном суде (утвержденной¦
¦от2.11.04 ¦приказом Генерального директора Судебного¦
¦Бюллетень ¦департамента при Верховном Суде РФ от 29 апреля¦
¦Верх. Суда ¦2003 г. N 36), а также пп. 16.1 и 16.4 Временной¦
¦Российской ¦инструкции по делопроизводству в верховных судах¦
¦Федерации, ¦республик, краевых и областных судах, судах¦
¦2005, N 8, с. 16¦городов федерального значения, судах автономной¦
¦ ¦области и автономных округов (утвержденной¦
¦ ¦приказом Генерального директора Судебного¦
¦ ¦департамента при Верховном Суде РФ от 28 декабря¦
¦ ¦1999 г. N 169) в части порядка ознакомления с¦
¦ ¦материалами судебных дел, рассматриваемых¦
¦ ¦(рассмотренных) в открытом судебном заседании, и¦
¦ ¦получения копий судебных решений и других¦
¦ ¦документов из этих дел любыми заинтересованными¦
¦ ¦лицами и журналистами признаны не¦
¦ ¦противоречащими федеральному законодательству ¦
¦ ¦ ¦
¦050.040.070 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Положения п. 1 (в части определения понятия¦
¦Верх. Суда РФ ¦"нормативы водоотведения или нормативы сброса")¦
¦от 19.01.05 ¦и п. 61 Правил пользования системами¦
¦Бюллетень ¦коммунального водоснабжения и канализации в¦
¦Верх. Суда ¦Российской Федерации, утвержденных¦
¦Российской ¦постановлением Правительства Российской¦
¦Федерации, ¦Федерации от 12 февраля 1999 г. N 167, признаны¦
¦2005, N 8, с. 18¦не противоречащими федеральному законодательству¦
¦ ¦ ¦
¦030.050.050 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Абзац 2 п. 5.1 Положения о раскрытии информации¦
¦Верх. Суда РФ ¦эмитентами эмиссионных ценных бумаг,¦
¦от 18.11.04 ¦утвержденного постановлением Федеральной¦
¦Бюллетень ¦комиссии по рынку ценных бумаг от 2 июля 2003 г.¦
¦Верх. Суда ¦N 03-32/пс, в соответствии с которым обязанность¦
¦Российской ¦осуществлять раскрытие информации в форме¦
¦Федерации, ¦ежеквартального отчета в порядке,¦
¦2005, N 8, с. 18¦предусмотренном Положением, распространяется на¦
¦ ¦эмитентов, в отношении ценных бумаг которых¦
¦ ¦осуществлена регистрация хотя бы одного¦
¦ ¦проспекта ценных бумаг, признан не¦
¦ ¦противоречащим федеральному законодательству ¦
¦ ¦ ¦
¦180.060.050 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Абзац 10 п. 2 параграфа 3 Правил внутреннего¦
¦Верх. Суда РФ ¦распорядка исправительных учреждений¦
¦от 10.11.04 ¦(утвержденных приказом Министерства юстиции¦
¦Бюллетень ¦Российской Федерации от 30 июля 2001 г. N 224 и¦
¦Верх. Суда ¦согласованных с Генеральной прокуратурой¦
¦Российской ¦Российской Федерации), в соответствии с которым¦
¦Федерации, ¦осужденные обязаны носить одежду установленного¦
¦2005, N 8, с. 18¦образца с нагрудными и нарукавными знаками¦
¦ ¦(приложение N 2), за исключением осужденных,¦
¦ ¦содержащихся в колониях-поселениях, признан не¦
¦ ¦противоречащим федеральному законодательству ¦
¦ ¦ ¦
¦180.040.050 ¦ ¦
¦120.030.080 ¦ ¦
¦Решение СК ¦Предложение второе п. 2 Порядка предоставления¦
¦Верх. Суда РФ ¦налоговыми органами информации взыскателю¦
¦от 5.11.04 ¦(утвержденного приказом Министерства Российской¦
¦Бюллетень ¦Федерации по налогам и сборам от 23 января¦
¦Верх. Суда ¦2003 г. N БГ-3-28/23), в соответствии с которым¦
¦Российской ¦к заявлению (о предоставлении информации),¦
¦Федерации, ¦направляемому взыскателем в налоговый орган по¦
¦2005, N 8, с. 18¦месту учета должника-организации, прилагается¦
¦ ¦копия исполнительного листа, заверенная в¦
¦ ¦установленном порядке, признано не¦
¦ ¦противоречащим федеральному законодательству ¦
¦ ¦ ¦
¦170.020.010 ¦ ¦
¦170.020.020 ¦ ¦
¦180.060.040 ¦ ¦
¦Пост. Презид. ¦Нарушение права осужденного на защиту повлекло¦
¦Верх. Суда РФ ¦отмену кассационного определения ¦
¦от 26.01.05 ¦ ¦
¦Бюллетень ¦ ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 18¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦170.020.040 ¦ ¦
¦Пост. Презид. ¦Судебные решения признаны не соответствующими¦
¦Верх. Суда РФ ¦требованиям уголовно-процессуального закона ¦
¦от 17.11.04 ¦ ¦
¦Бюллетень ¦ ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 19¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦180.060.060 ¦ ¦
¦170.020.030 ¦ ¦
¦170.020.040 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦Судебной коллегией по уголовным делам Верховного¦
¦Верх. Суда РФ ¦Суда РФ в соответствии с п. 2 ст. 403 УПК РФ¦
¦от 29.06.04 ¦могут быть пересмотрены судебные решения,¦
¦Бюллетень ¦перечисленные в п. 1 ст. 403 УПК РФ, лишь в том¦
¦Верх. Суда ¦случае, если они были предметом рассмотрения в¦
¦Российской ¦президиумах верховного суда республики, краевого¦
¦Федерации, ¦или областного суда, суда города федерального¦
¦2005, N 8, с. 20¦значения, суда автономной области и суда¦
¦ ¦автономного округа ¦
¦ ¦ ¦
¦170.020.030 ¦ ¦
¦170.020.040 ¦ ¦
¦180.060.030 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦Судья не вправе отказать подсудимому или его¦
¦Верх. Суда РФ ¦защитнику в постановке перед присяжными¦
¦от 8.07.04 ¦заседателями вопросов о наличии по уголовному¦
¦Бюллетень ¦делу фактических обстоятельств, исключающих¦
¦Верх. Суда ¦ответственность подсудимого за содеянное или¦
¦Российской ¦влекущих за собой его ответственность за менее¦
¦Федерации, ¦тяжкое преступление ¦
¦2005, N 8, с. 21¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦170.020.010 ¦ ¦
¦170.020.030 ¦ ¦
¦180.060.030 ¦ ¦
¦Опред. СК ¦Неясность, противоречивость вердикта присяжных¦
¦Верх. Суда РФ ¦заседателей и признание по приговору лиц¦
¦от 2.06.04 ¦виновными в совершении деяний, вопрос о которых¦
¦Бюллетень ¦перед присяжными заседателями не ставился,¦
¦Верх. Суда ¦повлекли отмену обвинительного приговора ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 22¦ ¦
¦ ¦ ¦
¦180.060.030 ¦ ¦
¦170.010.010 ¦ ¦
¦170.020.010 ¦ ¦
¦180.060.010 ¦ ¦
¦180.060.040 ¦ ¦
¦180.060.020 ¦ ¦
¦170.010.020 ¦ ¦
¦170.010.030 ¦ ¦
¦170.010.040 ¦ ¦
¦170.020.020 ¦ ¦
¦180.060.010 ¦ ¦
¦Обзор касс. ¦Обзор кассационной практики Судебной коллегии по¦
¦практики ¦уголовным делам Верховного Суда Российской¦
¦Бюллетень ¦Федерации за 2004 год ¦
¦Верх. Суда ¦ ¦
¦Российской ¦ ¦
¦Федерации, ¦ ¦
¦2005, N 8, с. 23¦ ¦
+-----------------------------------------------------------------+