26.07.2015
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 7 2015 года Опубликовано: 26.07.2015 Пленум Верховного Суда Российской Федерации Пленум Верховного Суда Российской Федерации ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 26 мая 2015 г. Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял постановление "О внесении изменений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации". 2 июня 2015 г. Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял постановление "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", проект которого обсуждался на заседании Пленума 26 мая 2015 г. под председательством В.М.Лебедева - Председателя Верховного Суда Российской Федерации. С докладами по этому вопросу выступили судьи Верховного Суда Российской Федерации B.C.Кириллов и И.В.Разумов. B.C.Кириллов отметил, что проект постановления разрабатывался совместно Судебной коллегией по гражданским делам и Судебной коллегией по экономическим спорам. В связи с формированием единого Верховного Суда Российской Федерации при наличии так называемой "пересекающейся" компетенции (пограничных категорий дел) возникла необходимость выработки единых подходов к разрешению споров, связанных с применением законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации. Анализ судебной практики по применению такого законодательства показал, что целый ряд вопросов судами решается по-разному. В связи с подготовкой проекта рабочей группой была проделана значительная работа по изучению, анализу и обобщению практики рассмотрения судами дел, связанных с разрешением данной категории споров, а также выявлению возникших у судов вопросов и проблем в применении и толковании норм материального и процессуального права. Подготовленный текст направлялся для обсуждения в областные и районные суды, в научно-исследовательские организации, образовательные учреждения высшего юридического образования. По ряду спорных вопросов применения норм трудового законодательства были сделаны запросы в Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации, Министерство экономического развития Российской Федерации и Министерство юстиции Российской Федерации и получены соответствующие ответы. Проект постановления обсуждался на заседании Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации. Это позволило выработать согласованные правовые позиции по спорным вопросам. Поступившие в ходе обсуждения на проект постановления замечания и предложения максимально учтены. Структура проекта постановления определена с учетом поступивших из судов вопросов и характера разрешаемых судами споров по данной категории дел. И.В.Разумов обратил внимание на отдельные положения проекта, где предпринята попытка разрешить сложную правовую проблему, которая сейчас стоит как перед судами общей юрисдикции, так и перед арбитражными судами, - разграничение трудовых отношений с участием руководителя организации и отношений корпоративных. Он отметил, что некоторые разъяснения, связанные с этой проблемой, вызвали бурную дискуссию при предварительном обсуждении проекта. Выступивший в прениях заместитель председателя Тульского областного суда М.А.Жубрин подчеркнул, что обсуждаемый проект актуален, несмотря на то, что споры, связанные с применением законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации, не являются преобладающими среди рассматриваемых судами трудовых дел. Он отметил особую социальную значимость данной категории дел, поскольку разрешение трудового спора между работником - руководителем организации, членом коллегиального исполнительного органа организации (в том числе бывшими) и работодателем вызывает повышенный интерес трудового коллектива организации, а в определенных случаях становится предметом общественного обсуждения как на муниципальном и региональном уровнях, так и за пределами региона, в том числе с участием средств массовой информации. Представленный проект постановления Пленума четко разделяет дела, рассмотрение которых относится к компетенции судов общей юрисдикции, и дела, отнесенные федеральным законом к ведению арбитражных судов. Заместитель председателя Пензенского областного суда А.М.Рыженков отметил, что в условиях рыночной экономики, всемерного развития договорного регулирования важной целью трудового законодательства является установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан. Это проявляется в том, что государство устанавливает гарантии для всех работников, определяет процедуру согласия между участниками трудовых отношений, а также порядок разрешения индивидуальных и коллективных споров. Инициатива разработки обсуждаемого проекта принадлежит Верховному Суду Российской Федерации, аналитический мониторинг судебной практики выявил достаточно много вопросов, требующих принятия Пленумом такого постановления, которое разъяснило бы нормативные положения, касающиеся трудовых прав и обязанностей руководителей и членов коллегиальных исполнительных органов организаций и предприятий независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности. Только эффективное правовое регулирование и единообразное применение законодательства может обеспечить разумный баланс интересов сторон при заключении трудовых договоров. С момента принятия последнего акта высшего судебного органа о судебной практике по делам данной категории законодательство претерпело существенные изменения, в связи с чем постановление 2003 года уже не отвечает всем потребностям правоприменителя, который нуждается в выработке более четкого алгоритма действий, соответствующего не только измененному законодательству, но и тенденциям формировавшейся в последние годы судебной практики. Проект постановления предлагает четкую и ясную терминологию, а также системный подход в освещении возникающих в судебной практике проблем, его положения содержат разъяснения по сложным вопросам как процессуального, так и материального права. Важность проекта постановления заключается еще и в том, что Пленумом Верховного Суда Российской Федерации обсуждаются в едином правовом акте вопросы, возникающие в практике как судов общей юрисдикции, так и арбитражных судов. Некоторые разъяснения, предлагаемые разработчиками проекта, обладают универсальностью правовых позиций для всей судебной системы, что создает необходимые условия для правовой определенности и будет способствовать единообразию судебной практики в стране. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации С.Г.Кехлеров в целом поддержал проект постановления, отметив, что у Генеральной прокуратуры Российской Федерации имеется несколько замечаний и предложений, которые будут переданы в редакционную комиссию. В прениях по докладу выступили также Ю.С.Любимов - статс-секретарь - заместитель Министра юстиции Российской Федерации; М.З.Шварц - доцент кафедры гражданского процесса юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета, кандидат юридических наук, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации. В работе Пленума принял участие полномочный представитель Президента Российской Федерации в Совете Федерации Федерального Собрания Российской Федерации А.А.Муравьев. _______________ Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановление N 19 Пленума Верховного Суда Российской Федерации ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 19 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 26 мая 2015 г. О внесении изменений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации В связи с изменением законодательства, а также в целях формирования единообразной судебной практики Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года N 3-ФКЗ "О Верховном Суде Российской Федерации", постановляет внести изменения в следующие постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации: 1. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 года N 26 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ)": 1) в названии постановления слова "(статьи 253, 256 УК РФ)" заменить словами "(часть 2 статьи 253, статьи 256, 258-1 УК РФ)"; 2) преамбулу изложить в следующей редакции: "В целях дальнейшего совершенствования деятельности судов по применению законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258-1 УК РФ) Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, постановляет:"; 3) пункт 4 изложить в следующей редакции: "4. При отнесении ущерба, причиненного незаконной добычей (выловом) водных биологических ресурсов, к крупному (пункт "а" части 1 статьи 256 УК РФ) судам надлежит исходить из количества и стоимости незаконно добытого, поврежденного и уничтоженного, распространенности особей, их отнесения в установленном порядке к специальным категориям, а также учитывать нанесенный их добычей ущерб водным биологическим ресурсам. К такому ущербу следует, в частности, относить: гибель большого числа рыбы, в том числе неполовозрелой (мальков), вылов или уничтожение водных биологических ресурсов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации или Красную книгу субъекта Российской Федерации и (или) охраняемых международными договорами Российской Федерации (за исключением внесенных в Перечень особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, для целей статей 226-1 и 258-1 Уголовного кодекса Российской Федерации, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 31 октября 2013 года N 978), уничтожение мест нереста, зимовальных ям, нагульных площадей, ухудшение качества среды обитания водных биологических ресурсов и нарушение процесса их воспроизводства. Для оценки причиненного ущерба могут привлекаться соответствующие специалисты или эксперты."; 4) дополнить пунктом 10-1 следующего содержания: "10-1. Действия лиц, непосредственно не участвовавших в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов, но содействовавших совершению этого преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств и (или) орудий добычи (вылова), транспортных средств (в том числе транспортных плавающих средств), а также приобретавших, перерабатывавших, транспортировавших, хранивших или сбывавших водные биологические ресурсы, полученные в результате незаконной добычи (вылова), либо продукцию из них по заранее данному обещанию, надлежит квалифицировать по части 5 статьи 33 УК РФ и соответствующей части статьи 256 УК РФ при условии, что им было достоверно известно о незаконности добычи (вылова) водных биологических ресурсов."; 5) дополнить пунктом 10-2 следующего содержания: "10-2. Обратить внимание судов на то, что в случае незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов (их частей и производных), включенных в Перечень особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, для целей статей 226-1 и 258-1 Уголовного кодекса Российской Федерации (утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 31 октября 2013 года N 978), содеянное должно квалифицироваться по соответствующей части статьи 258-1 УК РФ. Незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации и (или) в Красную книгу субъекта Российской Федерации и (или) охраняемых международными договорами Российской Федерации, но не включенных в указанный Перечень, при наличии признаков состава преступления следует квалифицировать по соответствующим частям статьи 256 УК РФ."; 6) дополнить пунктом 10-3 следующего содержания: "10-3. При рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных статьей 258-1 УК РФ, судам следует иметь в виду, что добыча и оборот водных биологических ресурсов (их частей и производных), принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, допускаются только в исключительных случаях, предусмотренных нормами экологического законодательства (например, в целях сохранения водных биологических ресурсов, осуществления мониторинга состояния их популяции, осуществления их искусственного воспроизводства или акклиматизации, обеспечения ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации), на основании разрешений (распорядительных лицензий), полученных в установленном порядке, и с соблюдением предусмотренных в них условий."; 7) дополнить пунктом 10-4 следующего содержания: "10-4. Под частями водных биологических ресурсов в статье 258-1 УК РФ следует понимать не подвергшиеся переработке искусственно отделенные от организмов биологические материалы (ткани, покровы, жидкости, половые продукты и т.д.), под производными водных биологических ресурсов - продукты хозяйственной переработки организмов или их частей (например, пищевые продукты, медицинские препараты и биологические добавки, сувениры)."; 8) в пункте 13: слова "статьями 253 и 256" заменить словами "частью 2 статьи 253, статьями 256, 258-1". 2. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 года N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования": 1) дополнить пунктом 13-1 следующего содержания: "13-1. При рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных пунктом "в" части первой статьи 258 УК РФ и статьей 258-1 УК РФ, судам необходимо иметь в виду, что охота в отношении диких животных, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, оборот таких животных (включая их части и производные), допускаются только в исключительных случаях, предусмотренных нормами экологического законодательства (например, в целях сохранения объектов животного мира, осуществления мониторинга состояния их популяции, регулирования их численности, охраны здоровья населения, устранения угрозы для жизни человека, предохранения от массовых заболеваний сельскохозяйственных и других домашних животных, обеспечения ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации), на основании разрешений (распорядительных лицензий), полученных в установленном порядке, и с соблюдением предусмотренных в них условий."; 2) дополнить пунктом 13-2 следующего содержания: "13-2. Судам следует иметь в виду, что по пункту "в" части 1 статьи 258 УК РФ надлежит квалифицировать незаконную охоту в отношении птиц и зверей, занесенных в Красную книгу Российской Федерации или Красную книгу субъекта Российской Федерации и (или) охраняемых международными договорами Российской Федерации, но не включенных в Перечень особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, для целей статей 226-1 и 258-1 Уголовного кодекса Российской Федерации (утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 31 октября 2013 года N 978). В случае незаконной охоты в отношении птиц и зверей, включенных в указанный Перечень, содеянное должно квалифицироваться по соответствующей части статьи 258-1 УК РФ."; 3) дополнить пунктом 13-3 следующего содержания: "13-3. Под частями диких животных в статье 258-1 УК РФ следует понимать не подвергшиеся обработке искусственно выделенные фрагменты, органы, вещества (например, внутренние органы, кости, желчь, шкура и т.д.), под производными диких животных - продукты их хозяйственной переработки (например, пищевые продукты, медицинские и биологические препараты, меховые изделия, сувениры).". Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.МОМОТОВ Постановление N 21 Пленума Верховного Суда Российской Федерации ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 21 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 2 июня 2015 г. О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации В целях обеспечения единства практики применения судами законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации, а также учитывая возникающие у судов при рассмотрении данной категории дел вопросы, Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. N 3-ФКЗ "О Верховном Суде Российской Федерации", постановляет дать следующие разъяснения: 1. Правовое регулирование труда руководителя организации осуществляется Трудовым кодексом Российской Федерации (далее - ТК РФ), другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть первая статьи 273, статья 274 ТК РФ). Положения главы 43 ТК РФ "Особенности регулирования труда руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" распространяются на руководителей организаций (директоров, генеральных директоров и др., временные единоличные исполнительные органы хозяйственных обществ и др.) независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности за исключением тех случаев, когда руководитель организации является единственным участником (учредителем), членом организации, собственником ее имущества (например, руководитель частного учреждения, которое создано им самим). Положения главы 43 ТК РФ не применяются в случае передачи управления организацией по договору другой организации (управляющей организации) или индивидуальному предпринимателю (управляющему). На членов коллегиального исполнительного органа организации (правления, дирекции хозяйственного общества и т.п.), заключивших трудовой договор с организацией (далее - члены коллегиального исполнительного органа организации), в силу части первой статьи 281 ТК РФ могут распространяться особенности регулирования труда, установленные главой 43 ТК РФ для руководителя организации, если это предусмотрено федеральными законами, учредительными документами организации. 2. При рассмотрении споров, связанных с применением законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации, судам следует исходить из того, что руководителем организации является работник организации, выполняющий в соответствии с заключенным с ним трудовым договором особую трудовую функцию (часть первая статьи 15, часть вторая статьи 57 ТК РФ). Трудовая функция руководителя организации в силу части первой статьи 273 ТК РФ состоит в осуществлении руководства организацией, в том числе выполнении функций ее единоличного исполнительного органа, то есть в совершении от имени организации действий по реализации ее прав и обязанностей, возникающих из гражданских, трудовых, налоговых и иных правоотношений (полномочий собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, правообладателя исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации, прав и обязанностей работодателя в трудовых отношениях с иными работниками организации и т.д.). Положения главы 43 ТК РФ распространяются на руководителей отраслевых (функциональных) или территориальных органов администраций муниципальных образований (например, комитетов, управлений, отделов), которые учреждены в качестве юридического лица в соответствии с частью 3 статьи 41 Федерального закона от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации". Действие норм главы 43 ТК РФ не распространяется на работников, осуществляющих руководство отдельными сферами деятельности организации (например, художественного руководителя театра, осуществляющего руководство творческой и художественной деятельностью театра, научного руководителя научной организации, обеспечивающего формирование приоритетных направлений и (или) тематики научных исследований) или отдельными структурными подразделениями организации, в том числе филиалами, представительствами или иными обособленными структурными подразделениями, без возложения на них функций единоличного исполнительного органа организации. 3. Разрешение трудовых споров между работником - руководителем организации, членом коллегиального исполнительного органа организации (в том числе бывшими) и работодателем в силу пункта 1 части 1 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) и статей 382, 391 ТК РФ относится к компетенции судов общей юрисдикции. В частности, к ним относятся дела: об оспаривании руководителями организаций, членами коллегиальных исполнительных органов организаций решений уполномоченных органов организаций или уполномоченных собственниками лиц (органов) о досрочном прекращении их полномочий, возникших в силу трудового договора; по искам одной стороны трудового договора к другой стороне трудового договора об оспаривании и признании не подлежащими применению условий трудовых договоров с руководителями организаций, членами коллегиальных исполнительных органов организаций, в том числе о размере оплаты труда, выплате выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора; об оспаривании руководителями организаций, членами коллегиальных исполнительных органов организаций применения к ним мер дисциплинарной ответственности. Согласно части 3 статьи 22 ГПК РФ суды общей юрисдикции рассматривают и разрешают указанные дела за исключением дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов (например, статьями 61-1 и 61-8 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено рассмотрение арбитражным судом в деле о банкротстве должника заявлений об оспаривании действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих, в частности, в соответствии с трудовым законодательством, в том числе об оспаривании соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и об оспаривании самих таких выплат). Дела по спорам, указанным в абзацах первом - четвертом пункта 3 настоящего постановления, рассматриваются судами общей юрисдикции в порядке искового производства с применением правил о подсудности дел, установленных статьями 28, 29, 31, 32 ГПК РФ. 4. При рассмотрении дел по искам руководителей организаций, членов коллегиальных исполнительных органов организаций об оспаривании решений уполномоченных органов организаций или уполномоченных собственниками лиц (органов) о досрочном прекращении их полномочий, возникших в силу трудового договора, судья не вправе в качестве меры по обеспечению иска приостановить действие оспариваемого решения и обязать ответчика, а также других лиц не чинить препятствий истцу в выполнении своих прежних обязанностей, поскольку обеспечение иска в силу статьи 139 ГПК РФ допускается, если непринятие мер по обеспечению иска затруднит или сделает невозможным исполнение решения суда, тогда как таких обстоятельств по данным делам не имеется. Вместе с тем не исключается возможность принятия обеспечительных мер по правилам статьи 225-6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) при рассмотрении судом корпоративного спора. 5. В соответствии с частью первой статьи 277 ТК РФ руководитель организации (в том числе бывший) несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. Под прямым действительным ущербом согласно части второй статьи 238 ТК РФ понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" ТК РФ (главы 37 "Общие положения" и 39 "Материальная ответственность работника"). 6. Руководитель организации (в том числе бывший) на основании части второй статьи 277 ТК РФ возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами (например, статьей 53-1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьей 25 Федерального закона от 14 ноября 2002 г. N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", статьей 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статьей 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и др.). Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (статья 15 ГК РФ). 7. Дела о взыскании убытков с руководителя организации (в том числе бывшего) рассматриваются судами общей юрисдикции и арбитражными судами в соответствии с правилами о разграничении компетенции, установленными процессуальным законодательством (часть 3 статьи 22 ГПК РФ, пункт 2 части 1 статьи 33 и пункт 3 статьи 225-1 АПК РФ). 8. При рассмотрении споров лиц, уволенных по пункту 2 статьи 278 ТК РФ, судам следует учитывать, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по данному основанию может быть принято только уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом). Уполномоченные органы юридического лица вправе принимать решение о досрочном прекращении полномочий руководителя организации в том случае, если это отнесено к их компетенции, определяемой в соответствии с федеральным законом и учредительными документами. В отношении руководителя федерального государственного унитарного предприятия такое решение принимается уполномоченным собственником унитарного предприятия органом в порядке, установленном постановлением Правительства Российской Федерации от 16 марта 2000 г. N 234 "О порядке заключения трудовых договоров и аттестации руководителей федеральных государственных унитарных предприятий". 9. Судам необходимо иметь в виду, что пунктом 2 статьи 278 ТК РФ допускается возможность прекращения трудового договора с руководителем организации по решению собственника имущества организации, уполномоченного лица (органа) без указания мотивов принятия решения. По названному основанию с руководителем организации может быть прекращен трудовой договор, заключенный как на неопределенный срок, так и на определенный срок, в том числе когда срочный трудовой договор на основании части четвертой статьи 58 ТК РФ считается заключенным на неопределенный срок. Прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному пунктом 2 статьи 278 ТК РФ, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной статьей 279 ТК РФ. Если судом будет установлено, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по пункту 2 статьи 278 ТК РФ принято работодателем с нарушением принципов недопустимости злоупотребления правом и (или) запрещения дискриминации в сфере труда (статьи 1, 2 и 3 ТК РФ), такое решение может быть признано незаконным. 10. Нарушение работодателем требования статьи 279 ТК РФ, предусматривающей выплату компенсации при прекращении трудового договора с руководителем организации по пункту 2 статьи 278 ТК РФ, само по себе не может служить достаточным основанием для восстановления на работе уволенного руководителя организации. В случае невыплаты руководителю организации при прекращении трудового договора названной компенсации суд с учетом статей 279, 236 и 237 ТК РФ вправе взыскать с работодателя сумму этой компенсации и проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока ее выплаты, а также удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда (статья 394 ТК РФ). 11. При рассмотрении исков руководителей организаций, членов коллегиальных исполнительных органов организаций о взыскании выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора суду необходимо проверить соблюдение требований законодательства и иных нормативных правовых актов при включении в трудовой договор условий о таких выплатах. В случае установления нарушения условиями трудового договора требований законодательства и иных нормативных правовых актов, в том числе общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, законных интересов организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации) суд вправе отказать в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат в связи с прекращением трудового договора или уменьшить их размер. Мотивы, по которым суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат, связанных с прекращением трудового договора, либо о допустимости уменьшения их размера, должны быть отражены в решении суда (часть 4 статьи 198 ГПК РФ). Разъяснения, изложенные в настоящем пункте, применяются арбитражными судами при рассмотрении исков учредителей (участников) юридического лица о признании недействительными решений собраний и (или) органов юридического лица о выплате руководителям организаций, членам коллегиальных исполнительных органов организаций выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора. 12. Судам необходимо иметь в виду, что размер компенсации, предусмотренной статьей 279 ТК РФ при прекращении трудового договора по пункту 2 статьи 278 ТК РФ, определяется трудовым договором, то есть соглашением сторон, а в случае возникновения спора - судом. В случае отсутствия в трудовом договоре условия о выплате указанной компенсации, подлежащего определению сторонами, или при возникновении спора о ее размере размер компенсации определяется судом исходя из целевого назначения данной выплаты, направленной на предоставление защиты от негативных последствий, которые могут наступить для уволенного руководителя организации в результате потери работы, но не ниже его трехкратного среднего месячного заработка (часть первая статьи 279 ТК РФ). При принятии решения о размере компенсации суду следует учитывать фактические обстоятельства дела, например, длительность периода работы уволенного лица в должности руководителя организации, время, остающееся до истечения срока действия трудового договора, трансформацию срочного трудового договора в трудовой договор, заключенный на неопределенный срок (часть четвертая статьи 58 ТК РФ), размер сумм (оплаты труда), которые увольняемый мог бы получить, продолжая работать в должности руководителя организации, дополнительные расходы, которые он может понести в результате прекращения трудового договора. Вместе с тем руководителям государственных корпораций, государственных компаний, хозяйственных обществ, более пятидесяти процентов акций (долей) в уставном капитале которых находится в государственной или муниципальной собственности, руководителям государственных внебюджетных фондов Российской Федерации, государственных или муниципальных учреждений, государственных или муниципальных унитарных предприятий в силу части второй статьи 349-3 ТК РФ компенсация, предусмотренная статьей 279 ТК РФ, выплачивается в размере трехкратного среднего месячного заработка. 13. В связи с принятием настоящего постановления признать утратившим силу постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2003 г. N 17 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел по трудовым спорам с участием акционерных обществ, иных хозяйственных товариществ и обществ". Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.МОМОТОВ Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Единовременное пособие, подлежащее выплате членам семьи и лицам, находившимся на иждивении погибшего при исполнении служебных обязанностей сотрудника органов внутренних дел, определяется в размере, установленном законом на момент его гибели. Определение С 1. Единовременное пособие, подлежащее выплате членам семьи и лицам, находившимся на иждивении погибшего при исполнении служебных обязанностей сотрудника органов внутренних дел, определяется в размере, установленном законом на момент его гибели Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17 ноября 2014 г. N 19-КГ14-15 (Извлечение) И., Ф., А. и Т. (действующая в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей), являющиеся членами семьи сотрудника полиции Г., погибшего при исполнении служебных обязанностей, обратились в суд с иском к главному управлению внутренних дел по субъекту Российской Федерации о взыскании суммы единовременного пособия, выплачиваемого в случае гибели сотрудника органов внутренних дел в период прохождения службы. Истцы полагали, что размер выплаченного им пособия не соответствует размеру пособия, определенного законом на момент выплаты, поскольку согласно ч. 3 ст. 43 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" (в редакции, действовавшей с 1 января 2012 г.) размер единовременного пособия, выплачиваемого членам семьи в равных долях в случае гибели сотрудника полиции в связи с выполнением им служебных обязанностей, составляет 3 млн. рублей. Разрешая спор и удовлетворяя требования истцов о взыскании каждому из них недоплаченной суммы единовременного пособия, суд исходил из того, что при определении размера данной выплаты следует руководствоваться законодательством, действовавшим на день принятия решения о выплате пособия, т.е. ч. 3 ст. 43 Федерального закона "О полиции" (в редакции Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ, вступившей в силу с 1 января 2012 г.), предусматривающей выплату единовременного пособия членам семьи сотрудника полиции и лицам, находившимся на его иждивении, в случае гибели (смерти) сотрудника полиции вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции, в размере 3 млн. рублей в равных долях, поскольку факт гибели Г. при исполнении служебных обязанностей установлен заключением служебной проверки от 25 января 2012 г. и приказ о выплате пособия членам его семьи издан 27 октября 2012 г., т.е. право на получение данного пособия возникло у истцов в 2012 году. Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 17 ноября 2014 г. отменила судебные постановления как вынесенные в нарушение норм материального права, приняла по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, указав следующее. Согласно ч. 3 ст. 43 Федерального закона "О полиции" (в редакции, действовавшей до 1 января 2012 г.) и п. 6 Инструкции о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику органов внутренних дел, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника органов внутренних дел или его близких, утвержденной приказом МВД России от 15 октября 1999 г. N 805 (в редакции, действовавшей на момент гибели Г. - 10 ноября 2011 г.), единовременное пособие в случае гибели (смерти) сотрудника полиции (милиции) вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции, было установлено в размере, равном 120-кратному размеру оклада денежного содержания (десятилетнему денежному содержанию) сотрудника. 19 июля 2011 г. был принят Федеральный закон N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", ст. 19 которого внесены изменения в ч. 3 ст. 43 Федерального закона "О полиции". Согласно новой редакции указанной нормы членам семьи сотрудника полиции и лицам, находившимся на его иждивении, выплачивается единовременное пособие в размере 3 млн. рублей в равных долях в случае гибели (смерти) сотрудника полиции вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции. Федеральный закон от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ вступил в силу с 1 января 2012 г. (ст. 21 Закона). Как следует из содержания ч. 3 ст. 43 Федерального закона "О полиции", юридическим фактом, с которым Закон связывает право членов семьи и лиц, находившихся на иждивении сотрудника, на получение единовременного пособия, является его гибель (смерть) вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции. Поэтому при определении размера указанного пособия подлежит применению редакция Закона, действовавшая на момент смерти Г. Поскольку смерть Г. наступила 10 ноября 2011 г., взыскание судом в пользу истцов исходя из новой редакции ч. 3 ст. 43 Федерального закона "О полиции", действовавшей с 1 января 2012 г., единовременного пособия в твердой денежной сумме в размере 3 млн. рублей в равных долях каждому с зачетом ранее выплаченных сумм является неправомерным. Это судебными инстанциями учтено не было и повлекло за собой вынесение незаконных судебных постановлений. _______________ Работодатель обязан возместить имущественный ущерб и моральный вред, причиненные его работником при исполнении трудовых обязанностей другому лицу. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 29 сентября 2014 г. N 18-КГ14-116 ( 2. Работодатель обязан возместить имущественный ущерб и моральный вред, причиненные его работником при исполнении трудовых обязанностей другому лицу Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 29 сентября 2014 г. N 18-КГ14-116 (Извлечение) К. обратился в суд с иском к ООО "Рубин плюс", А. о возмещении вреда здоровью, имущественного ущерба, иных убытков и компенсации морального вреда, обосновав требования следующим. Он воспользовался услугами такси "Рубин" (ООО "Рубин плюс"). Когда он следовал в качестве пассажира в автомобиле (такси) под управлением водителя А., произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием данного автомобиля. В результате ДТП причинен тяжкий вред здоровью истца, также повреждены принадлежащие ему личные вещи, причинены иные убытки. Лицом, виновным в совершении ДТП, приговором суда признан водитель такси. В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца к участию в деле в качестве соответчика привлечен страховщик. Уточнив исковые требования, истец просил суд взыскать со страховщика в свою пользу в счет возмещения вреда здоровью и имущественного ущерба 110 426 руб. Также истец просил взыскать с ООО "Рубин плюс", работником которого являлся ответчик А., в свою пользу в счет возмещения имущественного ущерба 71 112 руб. и в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП, 500 тыс. рублей, а всего 571 112 руб. Решением районного суда исковые требования К. удовлетворены частично. Суд взыскал со страховщика в пользу истца страховое возмещение в размере 38 837 руб. С А. в счет возмещения материального ущерба взыскано 70 612 руб. и в счет компенсации морального вреда 200 тыс. рублей, а всего 270 612 руб. В удовлетворении исковых требований К. к ООО "Рубин плюс" отказано. Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований истца о возмещении причиненного ему материального ущерба и компенсации морального вреда с ООО "Рубин плюс" как работодателя А., суд первой инстанции, сославшись на положения ст.ст. 1068, 1079 ГК РФ, а также ст. 56 ГПК РФ, пришел к выводу об отсутствии достаточных доказательств, подтверждающих, что на момент ДТП А. состоял с ООО "Рубин плюс" в трудовых отношениях, в связи с чем принял решение о возложении обязанности по возмещению причиненного истцу материального ущерба и морального вреда на ответчика А. Отменяя решение суда в части взыскания материального ущерба в пользу истца с А. и отказывая в удовлетворении иска в данной части, суд апелляционной инстанции признал установленным, что ДТП произошло при исполнении А. трудовых обязанностей в ООО "Рубин плюс", в связи с чем взыскал причиненный истцу материальный ущерб с указанного работодателя. В то же время суд апелляционной инстанции оставил в силе решение суда первой инстанции в части взыскания компенсации морального вреда с ответчика А. и отказа в удовлетворении данного требования к ООО "Рубин плюс", считая обоснованным взыскание компенсации морального вреда именно с причинителя вреда. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 29 сентября 2014 г. признала выводы суда апелляционной инстанции в части разрешения требований о компенсации морального вреда основанными на неправильном применении норм материального и процессуального права, отменила апелляционное определение в этой части и направила дело в этой части на новое апелляционное рассмотрение. В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Пункт 1 ст. 1079 ГК РФ предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих. В частности, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). В силу ст.ст. 1099, 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда и независимо от вины причинителя морального вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ. По смыслу приведенных норм материального права в их взаимосвязи на работодателя возлагается обязанность возместить не только имущественный, но и моральный вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ также указала на допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм процессуального права. Рассматривая апелляционную жалобу представителя истца и придя к выводу о наличии на момент ДТП между А. и ООО "Рубин плюс" фактических трудовых отношений, суд апелляционной инстанции возложил на работодателя ответственность по возмещению причиненного истцу материального ущерба, но в то же время в нарушение требований ч. 1 ст. 327, ч. 1 ст. 327-1, ст.ст. 328 и 330 ГПК РФ не разрешил в соответствии с положениями ст.ст. 1068 и 1079 ГК РФ вопрос о взыскании денежной компенсации морального вреда, не применил нормы материального права, подлежащие применению к возникшим между сторонами отношениям. _________________ Общее имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено или кем из них внесены денежные средства, если иное не установлено брачным договором. Определение Судебной 3. Общее имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено или кем из них внесены денежные средства, если иное не установлено брачным договором Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23 сентября 2014 г. N 4-КГ14-20 (Извлечение) А. обратилась в суд с иском к В. о разделе общего имущества супругов, обосновав требования следующим. Стороны состояли в зарегистрированном браке, от которого имеют несовершеннолетнюю дочь. Брачные отношения с ответчиком были прекращены в августе 2011 г., общее хозяйство не ведется с этого же времени. На основании решения исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка N 2 Балашихинского судебного района Московской области от 27 марта 2012 г. брак с В. расторгнут. В период брака на общие денежные средства сторонами была приобретена квартира, в которой зарегистрированы ответчик и несовершеннолетняя дочь. Право собственности на данную квартиру было зарегистрировано за В. Для ремонта данной квартиры истец и ответчик использовали заемные денежные средства, полученные А. по кредитным договорам. А. также указала, что с момента прекращения брачных отношений и до подачи иска в суд она из личных денежных средств вносила платежи по оплате кредита. Истец просила произвести раздел совместно нажитого имущества в виде квартиры, признав за ней право собственности на 1/2 долю в спорном жилом помещении, а также просила взыскать с ответчика денежные средства в размере 1/2 доли долга по кредитным договорам. В. против иска возражал, предъявил встречный иск к А. о взыскании компенсации в размере 1/2 доли долга, образовавшегося в период брака на кредитной карте В. Решением суда иск удовлетворен частично. Суд разделил имущество, нажитое супругами в период брака, признав за сторонами право собственности на спорную квартиру в равных долях (по 1/2 доле квартиры за каждым). Произведен раздел общих долгов супругов в равных долях по 1/2 доле долга истцу и ответчику. Встречный иск удовлетворен - с А. в пользу В. взыскана компенсация в размере 1/2 доли выплаченной им суммы долга по кредитному договору. Разрешая спор и определяя доли сторон в совместно нажитом во время брака имуществе (квартире) равными, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 34, 39 СК РФ и исходил из того, что спорное имущество приобретено на общие денежные средства во время брака. Отменяя решение суда первой инстанции в части признания за А. права собственности на 1/2 долю спорной квартиры и принимая по делу в этой части новое решение об отказе в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции указал на то, что В. опроверг довод А. о том, что спорная квартира является совместной собственностью супругов. По мнению суда апелляционной инстанции, доводы ответчика о получении денежных средств на приобретение спорной квартиры от своих родителей, продавших трехкомнатную квартиру, в которой был зарегистрирован и ответчик, с целью приобретения раздельного жилья, подтверждены распиской, которая истцом оспорена не была, при этом доказательств наличия у супругов общих денежных средств для покупки квартиры А. представлено не было. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 23 сентября 2014 г. не согласилась с выводами суда апелляционной инстанции по следующим основаниям. Статьей 34 СК РФ предусмотрено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства. Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода. В соответствии с п. 1 ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Из приведенных правовых норм следует, что право на общее имущество, нажитое супругами в период брака, принадлежит обоим супругам независимо от того, кем из них и на имя кого из них приобретено имущество (внесены денежные средства), выдан правоустанавливающий документ. Любой из супругов в случае спора не обязан доказывать факт общности имущества, если оно нажито в период брака, так как в силу закона (п. 1 ст. 34 СК РФ) существует презумпция, что указанное имущество является совместной собственностью супругов. Иное может быть установлено брачным договором супругов (п. 1 ст. 33 СК РФ). Поскольку брачный договор между супругами не заключался, спорная квартира приобретена В. на свое имя в период брака по возмездной сделке, то судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что в силу приведенных положений ст.ст. 34, 39 СК РФ данная квартира является общим имуществом супругов, подлежащим разделу в равных долях. Между тем суд апелляционной инстанции в нарушение требований ст.ст. 56, 59, 60 ГПК РФ о распределении бремени доказывания, а также об относимости и допустимости доказательств возложил бремя доказывания наличия общих денежных средств для покупки спорной квартиры на истца. Приходя к противоположному выводу о том, что квартира приобретена не на совместно нажитые денежные средства супругов, суд апелляционной инстанции принял во внимание копию расписки на сумму 1300 тыс. рублей и расценил ее как полученную В. в дар от своих родителей. Данный вывод суда апелляционной инстанции сделан без учета положений ст.ст. 34, 39 СК РФ, а также ст. 56 ГПК РФ, устанавливающих, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Из материалов дела следует, что принадлежащая матери ответчика квартира (где был зарегистрирован и ответчик) продана по договору купли-продажи за 1 млн. рублей. В то же время родителями В. была приобретена другая квартира по цене, превышающей стоимость проданной квартиры. Доказательства, с объективной достоверностью подтверждающие тот факт, что именно денежные средства, полученные родителями ответчика от продажи принадлежащей им квартиры, были переданы В. в дар для приобретения спорной квартиры, в материалах дела отсутствуют. Имеющаяся в деле копия расписки факт получения В. именно в дар денежных средств на приобретение спорной квартиры по безвозмездной сделке не подтверждает. Иных доказательств ответчик суду не представил. Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что спорная квартира является совместно нажитым имуществом сторон, судом апелляционной инстанции не опровергнут, в связи с чем оснований для отмены решения суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имелось. __________________ Если собственники помещений в многоквартирном доме на общем собрании не приняли решение об установлении размера платы за содержание и ремонт жилого помещения, то такой размер определяется в соответствии с тарифами, установленными органом местного самоупра 4. Если собственники помещений в многоквартирном доме на общем собрании не приняли решение об установлении размера платы за содержание и ремонт жилого помещения, то такой размер определяется в соответствии с тарифами, установленными органом местного самоуправления (ч. 4 ст. 158 ЖК РФ) Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11 ноября 2014 г. N 5-КГ14-92 (Извлечение) Ремонтно-эксплуатационное управление (далее - РЭУ) обратилось в суд с иском к П. и О. о взыскании задолженности по оплате коммунальных платежей, пени, указав, что между сторонами заключен договор, в соответствии с которым ответчики взяли на себя обязательство своевременно и в полном объеме оплачивать расходы на техническое обслуживание данной квартиры и коммунальные платежи. Однако П. и О., являясь владельцами этого жилого помещения, проживая в нем и пользуясь коммунальными услугами, уклоняются от исполнения обязательств по оплате, в связи с чем за период с 11 июля 2011 г. по 10 мая 2012 г. образовалась задолженность, которая ответчиками не погашена. П. и О. обратились в суд со встречным иском к РЭУ о признании тарифа на содержание и ремонт жилых помещений незаконным, полагая, что его размер установлен управляющей организацией самостоятельно без законных на то оснований. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, иск РЭУ удовлетворен, в удовлетворении встречных требований отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила 11 ноября 2014 г. состоявшиеся по делу судебные постановления как вынесенные с нарушением действующего законодательства, указав следующее. Согласно ч. 2 ст. 154 ЖК РФ плата за жилое помещение и коммунальные услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя: 1) плату за содержание и ремонт жилого помещения, включающую в себя плату за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию, текущему и капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме; 2) плату за коммунальные услуги. В соответствии с чч. 2, 3 ст. 161 ЖК РФ собственники помещений в многоквартирном доме обязаны выбрать один из способов управления многоквартирным домом: 1) непосредственное управление собственниками помещений в многоквартирном доме; 2) управление товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом; 3) управление управляющей организацией. Способ управления многоквартирным домом выбирается на общем собрании собственников помещений в многоквартирном доме и может быть выбран и изменен в любое время на основании его решения. Решение общего собрания о выборе способа управления является обязательным для всех собственников помещений в многоквартирном доме. В силу ч. 7 ст. 156 ЖК РФ размер платы за содержание и ремонт жилого помещения в многоквартирном доме, в котором не созданы товарищество собственников жилья либо жилищный кооператив или иной специализированный потребительский кооператив, определяется на общем собрании собственников помещений в таком доме, которое проводится в порядке, установленном ст.ст. 45-48 данного Кодекса. Размер платы за содержание и ремонт жилого помещения в многоквартирном доме определяется с учетом предложений управляющей организации и устанавливается на срок не менее чем один год. Если собственники помещений в многоквартирном доме на их общем собрании не приняли решение об установлении размера платы за содержание и ремонт жилого помещения, такой размер устанавливается согласно ч. 4 ст. 158 ЖК РФ органом местного самоуправления (в субъектах Российской Федерации - городах федерального значения Москве, Санкт-Петербурге и Севастополе - органом государственной власти соответствующего субъекта Российской Федерации). По смыслу приведенных нормативных положений Жилищного кодекса РФ размер платы за содержание и ремонт жилых помещений в многоквартирном доме определяется с учетом предложений выбранной в установленном законом порядке управляющей организации на срок не менее чем один год, на общем собрании собственников помещений в таком доме, если в этом доме не созданы товарищество собственников жилья либо жилищный кооператив или иной специализированный потребительский кооператив. Если такое решение собственниками принято не было, то размер платы устанавливается органом местного самоуправления, а в городах федерального значения - органами государственной власти соответствующего субъекта Российской Федерации. В силу ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. По данному делу юридически значимым и подлежащим установлению с учетом заявленных исковых требований и подлежащих применению норм материального права являлось выяснение следующих вопросов: какой способ управления многоквартирным домом, в котором находится квартира ответчиков, выбран собственниками помещений в этом доме; выбрано ли собственниками помещений данного дома РЭУ в качестве управляющей организации и имеет ли оно право самостоятельно на основании заключенного договора определять тарифы при расчете платы за содержание и ремонт жилых помещений; если в этом доме не созданы товарищество собственников жилья либо жилищный кооператив или иной специализированный потребительский кооператив, проводилось ли в спорный период времени общее собрание собственников помещений, на котором был установлен размер платы за содержание и ремонт жилых помещений; какие тарифы применялись истцом при расчете платы за содержание и ремонт жилых помещений, кем они утверждены, основания их применения и правильность расчетов. От выяснения данных обстоятельств зависело правильное разрешение судом спора по требованиям РЭУ к П. и О. о взыскании задолженности за техническое обслуживание квартиры и коммунальных платежей, а также по требованиям П. и О. к РЭУ о признании тарифа на содержание и ремонт жилых помещений незаконным, обязании произвести перерасчет платы. Однако суд эти обстоятельства при разрешении дела в нарушение требований Гражданского процессуального кодекса РФ не устанавливал, не определил их в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, они не вошли в предмет доказывания по делу и, соответственно, не получили правовой оценки суда. Поэтому взыскание судом с ответчиков задолженности за техническое обслуживание жилых помещений и коммунальные платежи без установления указанных выше юридически значимых обстоятельств является неправомерным. С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила состоявшиеся по делу судебные постановления и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ____________ Приостановление производства по гражданскому делу до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, уголовном или административном производстве, допустимо в том случае, если факты, подлежащие установлению в другом деле в порядке гражданского, уг 5. Приостановление производства по гражданскому делу до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, уголовном или административном производстве, допустимо в том случае, если факты, подлежащие установлению в другом деле в порядке гражданского, уголовного или административного производства, имеют юридическое значение для данного дела Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 27 октября 2014 г. N 21-КГ14-11 (Извлечение) М. обратился в суд с иском к следственному органу о восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула с 14 января 2014 г. по дату вынесения решения суда, компенсации морального вреда в размере 100 тыс. рублей. В обоснование иска указал на то, что при издании приказа об увольнении со службы нарушен порядок привлечения его к дисциплинарной ответственности: он не был извещен о назначении и основаниях проведения служебной проверки, ему не разъяснялись права при ее проведении, не истребовались объяснения по обстоятельствам проступка, с заключением по результатам служебной проверки и приказом об увольнении он не был ознакомлен. Кроме того, считал, что отсутствуют основания для привлечения его к дисциплинарной ответственности. Определением суда производство по делу по иску М. к следственному органу о восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда приостановлено до рассмотрения уголовного дела в отношении М. Приостанавливая производство по делу, суд сослался на положения абз. 5 ст. 215 ГПК РФ и исходил из того, что основанием к увольнению М. послужило предъявление ему обвинения по уголовному делу, в связи с чем оценку действиям истца, которые вменены ему в обвинительном заключении, предстоит дать в рамках этого уголовного дела. При этом, как указал суд, рассмотрение уголовного дела имеет существенное значение для правильного разрешения спора по иску М. к следственному органу о восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и принятым процессуальным решением. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 27 октября 2014 г. признала выводы судов первой и второй инстанций основанными на неправильном применении и толковании норм материального и процессуального права. В силу ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 28 декабря 2010 г. N 403-ФЗ "О Следственном комитете Российской Федерации" Следственный комитет Российской Федерации (далее - Следственный комитет) является федеральным государственным органом, осуществляющим в соответствии с законодательством Российской Федерации полномочия в сфере уголовного судопроизводства. Согласно чч. 1-3 ст. 15 названного Федерального закона служба в Следственном комитете является федеральной государственной службой. Сотрудники Следственного комитета являются федеральными государственными служащими, исполняющими обязанности по замещаемой должности федеральной государственной службы с учетом особенностей, предусмотренных этим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. На сотрудников Следственного комитета распространяется трудовое законодательство с особенностями, предусмотренными данным Федеральным законом. Пунктом 8 ч. 1 ст. 28 Закона указано, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение сотрудником Следственного комитета своих служебных обязанностей и совершение проступков, порочащих честь сотрудника Следственного комитета, к нему применяется дисциплинарное взыскание в виде увольнения из Следственного комитета по соответствующему основанию. В п. 3 ч. 2 ст. 30 Закона установлено, что сотрудник Следственного комитета может быть уволен со службы в Следственном комитете в случае нарушения Присяги сотрудника Следственного комитета и (или) совершения проступка, порочащего честь сотрудника Следственного комитета. В силу абз. 5 ст. 215 ГПК РФ суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, административном или уголовном производстве. Таким образом, приостановление производства по гражданскому делу до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, уголовном или административном производстве, допустимо в том случае, если факты и правоотношения, которые подлежат установлению в другом деле в порядке гражданского, уголовного или административного производства, имеют юридическое значение для данного дела. Между тем обстоятельство, указанное судом в качестве обоснования приостановления производства по делу по иску М. о восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, в соответствии с абз. 5 ст. 215 ГПК РФ не может являться основанием для приостановления производства по данному гражданскому делу. Приостанавливая производство по делу, суд не принял во внимание приведенные выше нормы Федерального закона от 28 декабря 2010 г. N 403-ФЗ, предусматривающие, в частности, требования, предъявляемые к сотрудникам Следственного комитета, а также основания и порядок их увольнения. Основанием для издания приказа об увольнении М. явилось совершение им проступка, порочащего честь сотрудника Следственного комитета. Следовательно, для решения вопроса о законности увольнения М. со службы в Следственном комитете юридически значимым и подлежащим выяснению с учетом содержания спорных правоотношений сторон являлось установление факта совершения истцом дисциплинарного проступка, повлекшего его увольнение. При этом данный факт не является предметом рассмотрения в рамках уголовного судопроизводства, так как в рамках уголовного дела разрешается вопрос о наличии или отсутствии в действиях М. состава уголовно наказуемого деяния. Кроме того, суд, приостанавливая производство по делу, не учел, что в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Таким образом, иные факты, установленные приговором суда, преюдициального значения при разрешении гражданского спора не имеют, а подлежат доказыванию по правилам, предусмотренным ст. 56 ГПК РФ. При таких обстоятельствах Судебная коллегия признала, что оснований для приостановления производства по делу по иску М. к следственному органу о восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда у суда не имелось, в связи с чем оно подлежит рассмотрению по существу в суде первой инстанции. ____________ Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по экономическим спорам Гражданско-правовые требования к исполнителю государственного оборонного заказа не могут быть предъявлены в форме властного предписания контролирующего государственного органа. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 Гражданско-правовые требования к исполнителю государственного оборонного заказа не могут быть предъявлены в форме властного предписания контролирующего государственного органа Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 января 2015 г. N 305-КГ14-16 (Извлечение) Федеральной службой по оборонному заказу (далее - Рособоронзаказ) проведена проверка деятельности общества по вопросу размещения и исполнения государственного оборонного заказа, по результатам которой составлен акт проверки и в целях устранения выявленных нарушений обществу выдано предписание. В соответствии с п. 1 резолютивной части предписания общество должно в согласованном с Минобороны России порядке оформить документы по снижению цены (протоколы скидки) по работам, выполненным по договору оборонного заказа, в размере 23 826 311 руб. Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением к Рособоронзаказу о признании недействительным п. 1 резолютивной части этого предписания. Решением арбитражного суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявления отказано. Суды исходили из того, что оспариваемое предписание выдано уполномоченным государственным органом в пределах его компетенции, является обоснованным в связи с отсутствием документального подтверждения соответствия полученных от госзаказчика средств понесенным обществом (головным исполнителем) затратам в рамках выполнения государственного оборонного заказа и не нарушает прав и охраняемых законом интересов общества в сфере предпринимательской деятельности. Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ 28 января 2015 г. отменила названные судебные акты и удовлетворила заявление общества по следующим основаниям. В соответствии с п. 9 Положения о Федеральной службе по оборонному заказу, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 19 сентября 2011 г. N 1206, а также подп. 7.3.3, 7.6.1 Положения о Федеральной службе по оборонному заказу, утвержденного постановлением Правительства РФ от 19 июня 2012 г. N 604, действовавшими в спорный период, Рособоронзаказ является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю (надзору) в сфере государственного оборонного заказа, а также в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд, которые не относятся к государственному оборонному заказу и сведения о которых составляют государственную тайну. Рособоронзаказ, в частности, наделен полномочиями по осуществлению контроля (надзора) за соблюдением головными исполнителями и исполнителями государственного оборонного заказа требований, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации в сфере государственного оборонного заказа, и вправе выдавать (направлять) государственным заказчикам, головным исполнителям и исполнителям государственного оборонного заказа обязательные для исполнения предписания об устранении нарушения требований, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации в сфере государственного оборонного заказа. Между тем указание Рособоронзаказом в оспариваемом предписании на принятие исполнителем государственного контракта мер по оформлению документов по снижению цены (протоколов скидок) по выполненным по договору работам является гражданско-правовым требованием к исполнителю контракта и не может быть выражено в форме властного предписания государственного органа, неисполнение которого влечет публично-правовые санкции для исполнителя, предусмотренные ст. 19.5 КоАП РФ. Соответствующее требование, исходя из его характера и целевой направленности, касающееся помимо прочего взыскания денежных средств с исполнителя государственного оборонного заказа, ненадлежащего исполнения государственного контракта, регулируемое нормами гражданского законодательства, в частности - главами 30 и 37 ГК РФ, с учетом особенностей, установленных законодателем для исполнения государственных контрактов на закупку продукции или выполнение подрядных работ для государственных нужд, в том числе оборонного заказа, подлежит разрешению в претензионном порядке либо в порядке искового судопроизводства. Таким образом, выводы судов о том, что оспариваемое предписание государственного органа является правомерным и не нарушает прав и охраняемых законом интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, ошибочны. ____________ Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по административным делам Приказ Следственного комитета РФ от 30 сентября 2011 г. N 140 "Об утверждении Инструкции о проведении служебных проверок в системе Следственного комитета Российской Федерации" признан недействующим со дня вступления решения суда в законную силу. Решение В 1. Приказ Следственного комитета РФ от 30 сентября 2011 г. N 140 "Об утверждении Инструкции о проведении служебных проверок в системе Следственного комитета Российской Федерации" признан недействующим со дня вступления решения суда в законную силу Решение Верховного Суда РФ от 15 октября 2014 г. N АКПИ14-1000 (Извлечение) Приказом Следственного комитета РФ от 30 сентября 2011 г. N 140 утверждена Инструкция о проведении служебных проверок в системе Следственного комитета Российской Федерации (далее - приказ). С. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующим данного приказа, ссылаясь на то, что он содержит положения, затрагивающие права, свободы и законные интересы граждан, противоречит требованиям, предъявляемым законом к ведомственным нормативным правовым актам; не зарегистрирован в Минюсте России и официально не опубликован. Верховный Суд РФ 15 октября 2014 г. заявленные требования удовлетворил, указав следующее. Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 329-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции", который вступил в силу с 3 декабря 2011 г., внесены изменения в Федеральный закон от 28 декабря 2010 г. N 403-ФЗ "О Следственном комитете Российской Федерации". Статья 10 Федерального закона "О Следственном комитете Российской Федерации" дополнена ч. 4, предусматривающей, что нормативные правовые акты Следственного комитета РФ, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающие правовой статус организаций или имеющие межведомственный характер, подлежат государственной регистрации и опубликованию в порядке, установленном для государственной регистрации и опубликования нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти. Федеральный закон "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции" в ст. 25 установил, что нормативные правовые акты Следственного комитета РФ, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающие правовой статус организаций или имеющие межведомственный характер, принятые до дня вступления в силу данного Федерального закона, подлежат направлению на государственную регистрацию в федеральный орган исполнительной власти в области юстиции. В судебном заседании было установлено, что Следственный комитет РФ направил копию приказа в Минюст России для решения вопроса о необходимости государственной регистрации. По результатам рассмотрения Минюст России предложил Следственному комитету РФ доработать нормативный правовой акт. В соответствии с пп. 8, 10 Указа Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. N 763 "О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти" нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающие правовой статус организаций или имеющие межведомственный характер, прошедшие государственную регистрацию в Минюсте России, подлежат обязательному официальному опубликованию, кроме актов или отдельных их положений, содержащих сведения, составляющие государственную тайну, или сведения конфиденциального характера. Нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, кроме актов и отдельных их положений, содержащих сведения, составляющие государственную тайну, или сведения конфиденциального характера, не прошедшие государственную регистрацию, а также зарегистрированные, но не опубликованные в установленном порядке, не влекут правовых последствий как не вступившие в силу и не могут служить основанием для регулирования соответствующих правоотношений, применения санкций к гражданам, должностным лицам и организациям за невыполнение содержащихся в них предписаний. На указанные акты нельзя ссылаться при разрешении споров. Постановлением Правительства РФ от 13 августа 1997 г. N 1009 "Об утверждении Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации" установлено, что государственной регистрации подлежат нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающие правовой статус организаций, имеющие межведомственный характер, независимо от срока их действия, в том числе акты, содержащие сведения, составляющие государственную тайну, или сведения конфиденциального характера (п. 10). Государственная регистрация нормативных правовых актов осуществляется Минюстом России, которое ведет Государственный реестр нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти. Приказ в нарушение требований федерального законодателя применяется. Поскольку Следственным комитетом РФ не были соблюдены правила введения в действие оспариваемого нормативного правового акта, установленные Федеральным законом "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции", Указом Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. N 763 и постановлением Правительства РФ от 13 августа 1997 г. N 1009, оспариваемый нормативный правовой акт признан недействующим. ____________ Абзац 2 п. 3.1.5 Порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах Российской Федерации, утвержденного приказом Минкультуры России от 3 июня 2013 г. N 635, в части, ограничивающей права пользователей заказывать и получать 2. Абзац 2 п. 3.1.5 Порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах Российской Федерации, утвержденного приказом Минкультуры России от 3 июня 2013 г. N 635, в части, ограничивающей права пользователей заказывать и получать архивное дело объемом более 500 листов из архивных фондов личного происхождения, признан недействующим со дня вступления решения суда в законную силу Решение Верховного Суда РФ от 24 сентября 2014 г. N АКПИ14-926, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 20 января 2015 г. N АПЛ14-628 (Извлечение) Приказом Минкультуры России от 3 июня 2013 г. N 635 утвержден Порядок использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах Российской Федерации (далее - Порядок). Согласно абз. 2 п. 3.1.5 Порядка пользователь вправе заказывать единовременно в течение рабочего дня и получать не позднее чем через 2 рабочих дня со дня оформления заказа до 20 дел общим объемом не более 1500 листов из архивных фондов государственных органов, органов местного самоуправления и организаций или не более 500 листов из архивных фондов личного происхождения. Решением Верховного Суда РФ от 21 апреля 2014 г. N АКПИ14-176 абз. 2 п. 3.1.5 признан недействующим в части, ограничивающей права пользователей заказывать и получать архивное дело объемом более 1500 листов из архивных фондов. Г. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующим абз. 2 п. 3.1.5 Порядка в части, ограничивающей права пользователей заказывать и получать архивное дело объемом более 500 листов из архивных фондов личного происхождения. В суде заявитель пояснил, что на хранении в федеральных государственных архивах имеются дела из фондов личного происхождения, объем которых превышает 500 листов. Следуя п. 3.1.5 Порядка, архивы обязаны отказать в выдаче пользователю в читальный зал даже одного дела, объем которого превышает 500 листов. Верховный Суд РФ 24 сентября 2014 г. заявленные требования удовлетворил, указав следующее. Регулируя отношения в сфере организации хранения, комплектования, учета и использования документов Архивного фонда РФ и других архивных документов, Федеральный закон от 22 октября 2004 г. N 125-ФЗ "Об архивном деле в Российской Федерации" в ч. 5 ст. 26 предусматривает, что порядок использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах определяется специально уполномоченным Правительством РФ органом исполнительной власти. Постановлением Правительства РФ от 20 июля 2011 г. N 590 утверждено Положение о Министерстве культуры Российской Федерации, согласно п. 1 которого Минкультуры России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере культуры, искусства, культурного наследия, кинематографии, архивного дела. Порядок регламентирует организацию работы пользователей с документами Архивного фонда РФ, другими архивными документами, не содержащими сведения, составляющие государственную тайну, и справочно-поисковыми средствами к ним в читальных залах государственных и муниципальных архивов. В соответствии с п. 7 Положения при осуществлении правового регулирования в установленной сфере деятельности Минкультуры России не вправе устанавливать не предусмотренные федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства РФ функции и полномочия федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, а также не вправе устанавливать ограничения на осуществление прав и свобод граждан, прав негосударственных коммерческих и некоммерческих организаций. Пунктом 3.1.5 Порядка установлена норма, определяющая порядок выдачи дел, согласно которой пользователь архивными документами единовременно может заказать до 20 дел общим объемом не более 500 листов из архивных фондов личного происхождения. ГОСТ Р 7.0.8-2013 "СИБИД. Делопроизводство и архивное дело. Термины и определения", утвержденный приказом Росстандарта от 17 октября 2013 г. N 1185-ст, определяет дело как совокупность документов или документ, относящиеся к одному вопросу или участку деятельности, помещенные в одну обложку. Из представленных заявителем данных следует, что в архивах имеются на хранении дела, объемы которых превышают 500 листов из архивных фондов личного происхождения. Оспариваемые положения нормативного правового акта вызывают неоднозначное толкование, поскольку из буквального содержания абз. 2 п. 3.1.5 Порядка следует, что пользователь не сможет заказать и единовременно получить для ознакомления архивное дело объемом более 500 листов из архивных фондов личного происхождения. Это ограничивает право пользователя на доступ к открытым документам архивов и противоречит ст. 24 Федерального закона "Об архивном деле в Российской Федерации", предусматривающей, что пользователь архивными документами имеет право свободно искать и получать для изучения архивные документы. В соответствии со ст. 8 Федерального закона "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" не может быть ограничен доступ к информации, накапливаемой в открытых фондах библиотек, музеев и архивов. Ранее действовавшим приказом Федеральной архивной службы России от 6 июля 1998 г. N 51 были утверждены Правила работы пользователей в читальных залах государственных архивов Российской Федерации, которые в п. 4.4 предусматривали выдачу единовременно для пользования 5 описей, 10-20 дел или 10-20 единиц хранения кинодокументов, фотодокументов временем звучания не более 3 часов. Получение пользователем архивных дел в зависимости от их количества листов данный нормативный правовой акт не устанавливал. Ссылки Минкультуры России на целесообразность установления ограничения выдачи архивных фондов личного происхождения объемом не более 500 листов в отношении фондов личного происхождения исходя из возможностей обслуживания пользователей в читальных залах сотрудниками архивов, площадей читальных залов, ценностью и уникальностью выдаваемых документов не могут служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку не основаны на законодательстве об архивном деле. Верховный Суд РФ абз. 2 п. 3.1.5 Порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах Российской Федерации, утвержденного приказом Минкультуры России от 3 июня 2013 г. N 635, в части, ограничивающей права пользователей заказывать и получать архивное дело объемом более 500 листов из архивных фондов личного происхождения, признал недействующим со дня вступления решения суда в законную силу. ____________ Подпункт 24.2 Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по контролю за оборотом гражданского, служебного и наградного оружия, боеприпасов, патронов к оружию, сохранностью и технически 3. Подпункт 24.2 Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по контролю за оборотом гражданского, служебного и наградного оружия, боеприпасов, патронов к оружию, сохранностью и техническим состоянием боевого ручного стрелкового и служебного оружия, находящегося во временном пользовании у граждан и организаций, а также за соблюдением гражданами и организациями законодательства Российской Федерации в области оборота оружия, утвержденного приказом МВД России от 29 июня 2012 г. N 646, в части проведения проверок в отношении юридических лиц, осуществляющих хранение или хранение и использование оружия и патронов, с периодичностью не реже одного раза в квартал признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 27 августа 2014 г. N АКПИ14-804, вступившее в законную силу ____________ Подпункт 2 п. 6.5 Порядка проведения открытых торгов в электронной форме при продаже имущества (предприятия) должников в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, утвержденного приказом Минэкономразвития России от 15 февраля 2010 г. N 54, в части, 4. Подпункт 2 п. 6.5 Порядка проведения открытых торгов в электронной форме при продаже имущества (предприятия) должников в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, утвержденного приказом Минэкономразвития России от 15 февраля 2010 г. N 54, в части, обязывающей оператора электронной площадки во время проведения открытых торгов отклонить предложение о цене имущества (предприятия) должника в момент его поступления, направив уведомление об отказе в приеме предложения, в случае если представленное предложение о цене имущества (предприятия) должника содержит предложение о цене, увеличенное на сумму, кратную "шагу" аукциона, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 22 августа 2014 г. N АКПИ14-778, вступившее в законную силу ____________ Абзац 5 п. 24 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним, утвержденного приказом МВД России от 7 августа 2013 г. N 605 5. Абзац 5 п. 24 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним, утвержденного приказом МВД России от 7 августа 2013 г. N 605, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 24 июля 2014 г. N АКПИ14-655, вступившее в законную силу ____________ Пункт 191 Инструкции о надзоре за осужденными, содержащимися в исправительных колониях, утвержденной приказом Минюста России от 13 июля 2006 г. N 252-дсн, признан не противоречащим федеральному законодательству. Решение Верховного Суда РФ от 2 сентября 20 6. Пункт 191 Инструкции о надзоре за осужденными, содержащимися в исправительных колониях, утвержденной приказом Минюста России от 13 июля 2006 г. N 252-дсп, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 2 сентября 2014 г. N АКПИ14-865, вступившее в законную силу ____________ Пункт 2 перечня заболеваний, при наличии которых лицо не может усыновить (удочерить) ребенка, принять его под опеку (попечительство), взять в приемную или патронатную семью, утвержденного постановлением Правительства РФ от 14 февраля 2013 г. N 117, в част 7. Пункт 2 перечня заболеваний, при наличии которых лицо не может усыновить (удочерить) ребенка, принять его под опеку (попечительство), взять в приемную или патронатную семью, утвержденного постановлением Правительства РФ от 14 февраля 2013 г. N 117, в части включения в указанный перечень заболеваний гепатит С и ВИЧ-инфекция признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 23 сентября 2014 г. N АКПИ14-890, вступившее в законную силу ____________ Постановления Президиума, решения и определения Судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Уголовной ответственности за деяния, предусмотренные примечанием к ст. 131 УК РФ, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 20 УК РФ подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления четырнадцати лет. Определение Судебной коллегии по уголовным делам 1. Уголовной ответственности за деяния, предусмотренные примечанием к ст. 131 УК РФ, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 20 УК РФ подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления четырнадцати лет Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 ноября 2014 г. N 83-АПУ14-15 (Извлечение) По приговору Брянского областного суда от 12 сентября 2014 г. Ш. оправдан по обвинению в совершении двух преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ, за отсутствием в его деяниях состава преступления. За Ш. признано право на реабилитацию. Ш. обвинялся в том, что он дважды с 4 по 7 августа 2013 г. в целях удовлетворения своей половой потребности без применения насилия, используя беспомощное состояние заведомо для него не достигшего двенадцатилетнего возраста и половой зрелости П. (2006 года рождения), совершил в отношении него действия сексуального характера. В апелляционном представлении государственный обвинитель просил приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение, поскольку суд, оправдывая Ш., ошибочно исходил из позиции его ответственности за инкриминированные ему деяния, отвечающие требованиям к субъекту преступления, предусмотренного ст. 135 УК РФ. Указывал, что в случае, если развратные действия были совершены хотя и без применения насилия или угрозы его применения, но в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, такие деяния в соответствии с примечанием к ст. 131 УК РФ признаются насильственными действиями сексуального характера и подлежат квалификации по п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 26 ноября 2014 г. оправдательный приговор отменила и передала уголовное дело на новое судебное разбирательство, указав следующее. Суд первой инстанции признал установленным, что Ш. в отношении П. совершил деяния, которые по признакам объективной стороны являются развратными действиями. Вместе с тем суд указал, что положениями ст. 135 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за совершение развратных действий без применения насилия лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, в отношении лица, не достигшего шестнадцатилетнего возраста, с квалифицирующими признаками, перечисленными в чч. 2-5 данной статьи. Со ссылкой на примечание к ст. 131 УК РФ суд пришел к выводу о том, что совершенные Ш. деяния в отношении не достигшего двенадцатилетнего возраста П. могут рассматриваться как преступление, предусмотренное п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ, только в том случае, если эти деяния подпадают под признаки преступления, предусмотренного ст. 135 УК РФ. Однако, поскольку Ш. не достиг восемнадцатилетнего возраста, он не является субъектом преступления, предусмотренного ст. 135 УК РФ, в связи с чем его деяния не могут быть квалифицированы по п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ. Исходя из этой позиции суд оправдал Ш. за отсутствием в его деяниях состава преступления, предусмотренного п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ. Принимая указанное решение, суд первой инстанции не учел, что согласно диспозиции ст. 135 УК РФ по ч. 1 данной статьи наступает уголовная ответственность за развратные действия в отношении лица, не достигшего шестнадцатилетнего возраста, а по ч. 2 - в отношении лица, достигшего двенадцатилетнего возраста, но не достигшего четырнадцатилетнего возраста. Субъектом этих преступлений, т.е. совершения развратных действий без применения насилия, является лицо, достигшее ко времени совершения преступления восемнадцатилетнего возраста. В то же время в ст. 135 УК РФ не предусмотрена уголовная ответственность за совершение развратных действий в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, что, однако, не подразумевает отсутствие в уголовном законе такой ответственности. Согласно примечанию к ст. 131 УК РФ потерпевший, не достигший двенадцатилетнего возраста, признается находившимся в беспомощном состоянии, поскольку он в силу возраста не мог понимать характер и значение совершаемых с ним действий. Как следует из диспозиций ст.ст. 131 и 132 УК РФ, уголовная ответственность по указанным нормам наступает как за половое сношение и насильственные действия сексуального характера с применением насилия или угрозой его применения к потерпевшему или другим лицам, так и за совершение этих действий с использованием беспомощного состояния потерпевшего. Судом не было учтено, что в случае, если половое сношение, мужеложство, лесбиянство или развратные действия были совершены хотя и без применения насилия либо угрозы его применения, но в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, т.е. находящегося в беспомощном состоянии, такие деяния в соответствии с примечанием к ст. 131 УК РФ подлежат квалификации соответственно по п. "б" ч. 4 ст. 131 УК РФ или п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ. Таким образом, половое сношение и иные действия сексуального характера, а также развратные действия, совершенные с лицом, находящимся в силу возраста в беспомощном состоянии, законодателем признаются соответственно изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера, а уголовной ответственности за такие деяния согласно положениям ч. 2 ст. 20 УК РФ подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления четырнадцатилетнего возраста. Поскольку в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции допущены нарушения уголовного закона, оправдательный приговор отменен, а уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства. ____________ Вопрос о законности постановления о выдаче лица другому государству для уголовного преследования подлежит разрешению судом после завершения процедуры обжалования отказа в предоставлении данному лицу статуса беженца. Определение Судебной коллегии по уголов 2. Вопрос о законности постановления о выдаче лица другому государству для уголовного преследования подлежит разрешению судом после завершения процедуры обжалования отказа в предоставлении данному лицу статуса беженца Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 ноября 2014 г. N 11-АПУ14-50 (Извлечение) Правоохранительными органами Республики Узбекистан С. являющийся гражданином этого государства, обвинялся в соучастии в хищении путем присвоения и растраты по ст. 28, пп. "а", "в", "и" ч. 3 ст. 167 УК Республики Узбекистан, мошенничестве по пп. "а", "в" ч. 3 ст. 168 УК Республики Узбекистан, изготовлении, подделке официальных документов и их использовании по п. "б" ч. 2, ч. 3 ст. 228 УК Республики Узбекистан. 10 июля 2014 г. заместителем Генерального прокурора РФ было вынесено постановление о выдаче С. правоохранительным органам Республики Узбекистан для привлечения его к уголовной ответственности по указанным выше статьям Уголовного кодекса Республики Узбекистан. Верховный Суд Республики Татарстан 24 сентября 2014 г. жалобу С., в которой он просил об отмене постановления заместителя Генерального прокурора РФ, оставил без удовлетворения. В апелляционной жалобе С. и адвокат в защиту его интересов просили постановление суда и решение о выдаче отменить, поскольку суд был не вправе разрешать вопрос о законности постановления о выдаче С. до завершения процедуры обжалования отказа в предоставлении ему статуса беженца. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 18 ноября 2014 г. постановление суда отменила и материал передала на новое судебное разбирательство по следующим основаниям. Согласно п. 2 ч. 1 ст. 464 УПК РФ выдача лица не допускается, если лицу, в отношении которого поступил запрос иностранного государства о выдаче, предоставлено убежище в Российской Федерации по указанным в законе основаниям. 26 декабря 2013 г. С. обратился в Управление Федеральной миграционной службы по Республике Татарстан с ходатайством о предоставлении ему статуса беженца. Решением от 20 марта 2014 г. по итогам рассмотрения указанного ходатайства гражданину Республики Узбекистан С. в признании беженцем на территории Российской Федерации отказано. По результатам рассмотрения жалобы С. на названное решение Федеральной миграционной службой 27 июня 2014 г. оно признано правомерным и в удовлетворении жалобы отказано. 10 июля 2014 г. заместитель Генерального прокурора РФ вынес постановление, которым удовлетворил запросы Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан о выдаче С. для привлечения к уголовной ответственности за соучастие в хищении путем присвоения и растраты по ст. 28, пп. "а", "в", "и" ч. 3 ст. 167 УК Республики Узбекистан, мошенничество по пп. "а", "в" ч. 3 ст. 168 УК Республики Узбекистан, изготовление, подделку официальных документов и их использование по п. "б" ч. 2, ч. 3 ст. 228 УК Республики Узбекистан. Отказывая С. и его защитнику в удовлетворении жалоб на это постановление, суд сослался на ст. 463 УПК РФ, указав, что вопрос о законности и обоснованности решения о выдаче разрешается исходя из обстоятельств, существовавших на момент принятия такого решения. Обжалование С. решения Федеральной миграционной службы не является основанием для признания постановления о выдаче незаконным и необоснованным, поскольку не обусловливает в дальнейшем фактическую передачу до окончания процедуры обжалования. Таким образом, до завершения процедуры обжалования решения Федеральной миграционной службы от 27 июня 2014 г. фактическая передача (выдача) С. властям Республики Узбекистан не может быть осуществлена. Между тем в постановлении заместителя Генерального прокурора РФ о выдаче С. Республике Узбекистан для привлечения к уголовной ответственности не содержится указаний о том, что до завершения процедуры обжалования решения Федеральной миграционной службы фактическая передача (выдача) С. властям Республики Узбекистан не может быть осуществлена. Более того, в постановлении указано, что препятствий к его выдаче, предусмотренных международными договорами и законодательством Российской Федерации, не установлено, и дано поручение Федеральной службе исполнения наказаний организовать передачу С. представителям компетентных органов Республики Узбекистан после вступления в законную силу решения о его выдаче. Принимая решение о законности постановления о выдаче С. суд первой инстанции не учел, что по смыслу ст. 463 УПК РФ вопрос о законности и обоснованности решения о выдаче разрешается исходя из обстоятельств, существовавших на момент принятия такого решения. В связи с этим обращение лица в компетентные органы с ходатайством о предоставлении ему временного или политического убежища, статуса беженца после принятия решения о выдаче не должно повлечь за собой отложение рассмотрения жалобы на решение о выдаче, поскольку признание судом такого решения законным и обоснованным не обусловливает в дальнейшем фактическую передачу лица запрашивающему государству до разрешения соответствующего ходатайства либо до окончания процедуры обжалования при наличии отказа в удовлетворении такого ходатайства (ст. 14 Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г., ст. 33 Конвенции о статусе беженцев, ст.ст. 3 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). В данном же случае С. обратился в компетентные органы с ходатайством о предоставлении ему статуса беженца до принятия решения о его выдаче. Суду первой инстанции было известно, что решение Управления Федеральной миграционной службы по Республике Татарстан С. обжаловал в судебном порядке, а его жалоба 25 августа 2014 г. направлена в Басманный районный суд г. Москвы. Согласно Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый, чьи права и свободы, признанные в Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве. В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, а решения органов государственной власти и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. В противном случае, как это следует из решения суда, надлежит признать, что жалоба на постановление о выдаче подлежит судебному рассмотрению независимо от того, обжаловало в обычном порядке это лицо решение компетентных органов об отказе в предоставлении ему статуса беженца или нет, что из требований закона не вытекает. При таких условиях постановление суда от 24 сентября 2014 г. не может быть признано законным. При новом судебном разбирательстве суду надлежит установить, использовал ли С. в полной мере свое право на судебное обжалование решения об отказе в признании беженцем, завершена ли процедура судебного обжалования решения Управления Федеральной миграционной службы по Республике Татарстан, а если нет, то не препятствует ли это рассмотрению судом первой инстанции его жалобы на постановление заместителя Генерального прокурора РФ о выдаче в случае, если С. обращался в компетентные органы с ходатайством о предоставлении статуса беженца до принятия решения о выдаче и процедура обжалования до настоящего времени не завершена, и принять решение исходя из фактически установленных обстоятельств. Поскольку в данном случае суд принял решение по существу без проверки и оценки обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела, это препятствует суду апелляционной инстанции отменить постановление суда первой инстанции и вынести новое решение вместо суда первой инстанции. ____________ Суд кассационной инстанции установил, что обвинение, с которым согласился подсудимый, не подтверждено доказательствами, собранными по делу, отменил обвинительный приговор, постановленный в порядке главы 40 УПК РФ, а дело направил на новое рассмотрение. Оп 3. Суд кассационной инстанции установил, что обвинение, с которым согласился подсудимый, не подтверждено доказательствами, собранными по делу, отменил обвинительный приговор, постановленный в порядке главы 40 УПК РФ, а дело направил на новое рассмотрение Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 октября 2014 г. N 31-УДП14-4 (Извлечение) По приговору Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 7 июня 2012 г., постановленному в особом порядке судебного разбирательства, Г. осужден по ч. 3 ст. 109 УК РФ на один год шесть месяцев лишения свободы. Судами кассационной и надзорной инстанций приговор оставлен без изменения. Постановлением Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 12 апреля 2013 г. Г. от отбывания оставшейся части наказания освобожден условно-досрочно на девять месяцев тринадцать дней. Г. признан виновным в том, что, являясь слесарем-сантехником ОАО "Ж", при установке 6 ноября 2009 г. счетчика горячей воды и кран-фильтра в квартире потерпевших ненадлежащим образом исполняя свои профессиональные обязанности, не убедившись в надлежащем качестве кран-фильтра, не заделал неплотности вокруг проходящего перекрытия трубопровода и не обеспечил установку его дополнительного крепления, что впоследствии, 19 января 2012 г., привело к разрушению муфты указанного крана, поступлению горячей воды под давлением в квартиру и смерти проживавших там потерпевших Н. и М. от термических ожогов. В кассационном представлении заместитель Генерального прокурора РФ просил состоявшиеся судебные решения отменить и уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение, так как имевшиеся в материалах уголовного дела доказательства не давали суду оснований для рассмотрения уголовного дела по правилам главы 40 УПК РФ. В кассационной жалобе Г. вину не признал, указав в частности, что судом не дана оценка тому, правильно или нет эксплуатировалось установленное оборудование собственниками квартиры. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 29 октября 2014 г. кассационное представление удовлетворила по следующим основаниям. По смыслу ч. 7 ст. 316 УПК РФ для постановления обвинительного приговора при согласии подсудимого с предъявленным обвинением суд должен убедиться, что такое обвинение подтверждено собранными доказательствами. Однако данное требование уголовно-процессуального закона судом не выполнено. Несмотря на то что сам Г. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании свою вину признал и пояснил, что должен был укрепить трубопровод, достаточных доказательств предъявленного ему обвинения в материалах уголовного дела не имелось. Как усматривается из этих материалов, в ходе проведенной по делу металловедческой судебной экспертизы точная причина аварии не установлена. По мнению эксперта, поломка кран-фильтра могла быть обусловлена как ненадлежащим монтажом водопроводной трубы, так и несоответствием материала, из которого он был изготовлен, требованиям государственного стандарта. В строительных нормах и правилах отсутствует указание на обязанность слесаря-сантехника, коим являлся осужденный Г., произвести дополнительное укрепление трубопровода. Данные нормы и правила регламентируют этапы строительства и реконструкции домов, но не их эксплуатацию. Труба, которую осужденный якобы должен был закрепить, находится за пределами общего имущества дома. Указания на необходимость укрепления трубопроводов, ответственность за надлежащее содержание которых лежит на собственниках квартир, а также проверку соответствия арматуры требованиям государственных стандартов не содержит и должностная инструкция слесаря-сантехника. Суд не учел и прошедший с момента установки водоразборной арматуры длительный срок (2 года 2 месяца), в течение которого нельзя исключить постороннего вмешательства и случайного механического воздействия самих потерпевших на незакрепленную трубу. Согласно государственному стандарту гарантийный срок на кран составляет два года. Таким образом, принятие судом без достаточных оснований решения о проведении судебного заседания в особом порядке и, как следствие этого, постановление обвинительного приговора без исследования и оценки собранных доказательств противоречит принципу законности. Допущенные нарушения уголовно-процессуального закона существенно ограничили права и законные интересы осужденного, которые не могут быть восстановлены без отмены судебного акта, что свидетельствует об их фундаментальном, принципиальном характере, повлиявшем на исход дела. При таких обстоятельствах Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ состоявшиеся в отношении Г. судебные решения отменила и уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение. ____________ Основанием для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершенное преступление, послужило в том числе наличие у виновного органического расстройства личности, в силу которого он не мог в полной мере осознавать фактический характер и обще 4. Основанием для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершенное преступление, послужило в том числе наличие у виновного органического расстройства личности, в силу которого он не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 сентября 2014 г. N 66-АПУ14-52 (Извлечение) По приговору Иркутского областного суда от 9 июля 2014 г. Ш. осужден по п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к четырем годам лишения свободы, с ограничением свободы на один год, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ ему назначено пять лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на один год, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре. На основании ч. 2 ст. 22, п. "в" ч. 1 и ч. 2 ст. 97, ч. 2 ст. 99 УК РФ назначены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях, в соответствии со ст. 100 и ч. 1 ст. 104 УК РФ - по месту отбывания лишения свободы. Ш. признан виновным в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении потерпевшей (2001 года рождения), не достигшей четырнадцатилетнего возраста. В апелляционной жалобе законный представитель малолетней потерпевшей просила изменить приговор и усилить наказание, считая его чрезмерно мягким. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 23 сентября 2014 г. апелляционную жалобу оставила без удовлетворения, указав следующее. Выводы суда о виновности Ш. в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами. Наказание назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств дела и данных о личности осужденного. Как следует из материалов дела и об этом правильно указано в приговоре, Ш. свою вину в содеянном признал, написал заявление о явке с повинной и активно способствовал раскрытию преступления. Согласно заключению стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы у него выявлены признаки органического расстройства личности раннего генеза, что лишало его возможности в момент совершения преступления в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также не может в полной мере осознавать характер своих действий и руководить ими. В соответствии со ст. 22 УК РФ Ш. подлежит уголовной ответственности, однако указанные обстоятельства существенно уменьшают степень общественной опасности совершенного им преступления и подлежат обязательному учету при назначении наказания. В связи с этим суд обоснованно применил положения ст. 64 УК РФ при назначении Ш. наказания в виде лишения свободы. Оснований считать, что данное наказание является чрезмерно мягким, не имеется. ____________ Процессуальные издержки обоснованно взысканы с осужденного. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12 августа 2014 г. N 93-АПУ14-9 (Извлечение) 5. Процессуальные издержки обоснованно взысканы с осужденного Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12 августа 2014 г. N 93-АПУ14-9 (Извлечение) Определением Магаданского областного суда от 16 мая 2014 г. процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату за оказание им юридической помощи по назначению суда, взысканы в доход федерального бюджета с осужденного Е. в сумме 117 тыс. рублей. В апелляционной жалобе осужденный просил определение отменить, отнести расходы на оплату адвоката за счет средств федерального бюджета, поясняя, что отказ от услуг адвоката был обусловлен признанием им вины, а не в связи с его имущественной несостоятельностью. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 12 августа 2014 г. определение оставила без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, указав следующее. Решение суда первой инстанции о взыскании процессуальных издержек с осужденного Е. является законным и обоснованным. Оснований для освобождения Е. от взыскания процессуальных издержек или уменьшения размера такого взыскания, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, суд не установил; осужденный трудоспособен, находится в молодом возрасте и не имеет иждивенцев. По смыслу закона заявление подсудимого об отказе от помощи назначенного адвоката по причине своей имущественной несостоятельности не является отказом от защитника. В этом случае участие защитника обязательно, а процессуальные издержки могут быть взысканы с осужденного. Именно такие обстоятельства установлены по данному делу в отношении Е. Как усматривается из письменного заявления подсудимого и протокола судебного заседания, Е. отказался от адвоката в связи с тяжелым материальным положением и невозможностью возмещать затраты на оплату его труда. Указанные мотивы не влекут освобождение осужденного от взыскания процессуальных издержек по основаниям, предусмотренным ч. 4 ст. 132 УПК РФ. ____________ Обзоры и обобщения Обзор судебной практики по делам, связанным со взысканием алиментов на несовершеннолетних детей, а также на нетрудоспособных совершеннолетних детей ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ, СВЯЗАННЫМ СО ВЗЫСКАНИЕМ АЛИМЕНТОВ НА НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ДЕТЕЙ, А ТАКЖЕ НА НЕТРУДОСПОСОБНЫХ СОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ДЕТЕЙ Верховным Судом РФ проведено обобщение практики рассмотрения судами в 2013-2014 годах дел о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей, а также на нетрудоспособных совершеннолетних детей. Право детей на особую заботу и помощь со стороны их родителей провозглашено Всеобщей декларацией прав человека, а также Конвенцией о правах ребенка. В ст. 27 Конвенции о правах ребенка установлено, что государства-участники признают право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития ребенка. Родитель(и) или другие лица, воспитывающие ребенка, несут основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для развития ребенка. Государства-участники принимают все необходимые меры для обеспечения восстановления содержания ребенка родителями или другими лицами, несущими финансовую ответственность за ребенка, как внутри государства-участника, так и из-за рубежа. Конституцией Российской Федерации (ст. 38) закреплено, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей. Основополагающим нормативным правовым актом, регулирующим вопросы содержания несовершеннолетних детей и нетрудоспособных совершеннолетних детей, является Семейный кодекс Российской Федерации (далее - СК РФ), в котором закреплено право каждого ребенка на заботу и получение содержания от своих родителей (ст.ст. 54, 60), а также установлена корреспондирующая этому праву обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (ст. 80) и нетрудоспособных, нуждающихся в помощи совершеннолетних детей (ст. 85 СК РФ). Вместе с тем до настоящего времени сохраняется проблема, связанная с выплатой алиментов на несовершеннолетних детей родителем, проживающим отдельно от детей. Такие родители зачастую предоставляют содержание своим детям нерегулярно или не в достаточном размере либо вовсе отказываются от предоставления содержания в добровольном порядке. В Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 1 июня 2012 г. N 761, обращено внимание на необходимость разработки мер по обеспечению регулярности выплат алиментов, достаточных для содержания детей, что позволит сократить долю детей, не получающих алименты в полном объеме. Кроме того, в Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы определены меры, направленные на создание дружественного к ребенку правосудия, основными принципами и элементами которого являются, в частности, незамедлительное принятие решений; направленность на обеспечение потребностей, прав и интересов ребенка; уважение личности и достоинства ребенка, его частной и семейной жизни; признание ключевой роли семьи для выживания, защиты прав и развития ребенка; активное использование в судебном процессе данных о детях, условиях их жизни и воспитания, полученных судом в установленном законом порядке; усиление охранительной функции суда по отношению к ребенку. Пунктом 2 ст. 80 СК РФ установлено, что в случае, если родители не предоставляют содержание своим несовершеннолетним детям, средства на содержание несовершеннолетних детей (алименты) взыскиваются с родителей в судебном порядке. Анализ судебной практики показал, что суды в большинстве случаев правильно определяют законодательство, подлежащее применению при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов, учитывают разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, содержащиеся в постановлении от 25 октября 1996 г. N 9 "О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов" и в других постановлениях (например, от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", от 20 апреля 2006 г. N 8 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей"), а также учитывают правовые позиции Конституционного Суда РФ. I. Статистические данные по делам о взыскании алиментов на детей Дела о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей занимают значительное место в деятельности судов общей юрисдикции по рассмотрению всех категорий гражданских дел, вытекающих из семейных отношений. При этом подавляющее большинство этих дел рассматривается мировыми судьями в порядке приказного производства (глава 11 ГПК РФ). Данные судебной статистики свидетельствуют о том, что на протяжении последних трех лет количество дел о взыскании алиментов на детей возрастает. Так, если в 2012 году судами и мировыми судьями окончено производством 318 763 дела, то в 2013 году - 323 601 дело, а в 2014 году - 328 714 дел (из них судами Республики Крым и города федерального значения Севастополя окочено производством 2823 дела). Вместе с тем по сравнению с 2010 годом, когда было окончено производством 342 432 дела о взыскании алиментов на детей, в 2014 году количество таких дел (без учета дел, рассмотренных судами Республики Крым и города федерального значения Севастополя) уменьшилось на 4,8% (окончено производством 325 891 дело). В 2012 году с вынесением решения или судебного приказа окончено 308 402 дела о взыскании алиментов на детей (307 133 дела рассмотрено мировыми судьями), в 2013 году - 313 189 дел (312 067 дел рассмотрено мировыми судьями). В 2014 году число дел о взыскании алиментов на детей, рассмотренных с вынесением решения или судебного приказа, составило 317 799 (из них 2489 дел рассмотрено судами Республики Крым и города федерального значения Севастополя). Из 317 799 дел мировыми судьями рассмотрено 314 343 дела. Процент удовлетворения требований о взыскании алиментов на детей с 2012 по 2014 год остается стабильным и составляет 99% от числа этих дел, оконченных с вынесением решения (судебного приказа). Так, в 2012 году было удовлетворено 306 002 заявления (из них по 234 550 выдан судебный приказ), в 2013 году удовлетворено 310 830 заявлений (из них по 234 815 выдан судебный приказ). В 2014 году с удовлетворением требования окончено 315 250 дел, из которых 2393 рассмотрены судами Республики Крым и города федерального значения Севастополя, по 231 182 делам выдан судебный приказ. Данные судебной статистики свидетельствуют также о том, что с 2012 по 2014 год по абсолютному большинству дел, связанных со взысканием алиментов на детей, судами соблюдались сроки их рассмотрения. Нарушение сроков рассмотрения дел данной категории в указанный период имело место менее чем по 1% дел от числа оконченных производством. II. Принятие заявления по делам о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей и на нетрудоспособных совершеннолетних детей 1. Принятие заявления о вынесении судебного приказа Большинство требований о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей рассматривалось мировыми судьями в порядке приказного производства, регулируемого главой 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ). При разрешении вопроса о возможности принятия заявления о вынесении судебного приказа мировые судьи учитывали нормы действующего Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ст.ст. 122-125), а также разъяснения, данные в абз. 1 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. N 9 "О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов" (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. N 9), согласно которым судья вправе выдать судебный приказ по требованию о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей при условии, если это требование не связано с установлением отцовства, оспариванием отцовства (материнства) или необходимостью привлечения других заинтересованных лиц. На основании судебного приказа не могут быть взысканы алименты на несовершеннолетних детей в твердой денежной сумме, поскольку решение этого вопроса сопряжено с необходимостью проверки наличия либо отсутствия обстоятельств, с которыми закон связывает возможность такого взыскания (пп. 1 и 3 ст. 83, п. 4 ст. 143 СК РФ). Наиболее распространенными основаниями для возвращения заявлений о выдаче судебного приказа являлись непредставление заявителем документов, подтверждающих заявленное требование, а также несоблюдение требований к форме и содержанию заявления о вынесении судебного приказа, установленных ст. 124 ГПК РФ (до вступления в силу Федерального закона от 23 июня 2014 г. N 161-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" наличие указанных обстоятельств служило основанием для отказа в принятии заявления). Чаще всего мировые судьи отказывали в принятии заявления о выдаче судебного приказа в связи с предъявлением требований, не предусмотренных ст. 122 ГПК РФ, наличием вступившего в законную силу решения суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям, наличием спора о праве. В частности, мировые судьи правильно отказывали в принятии заявления о вынесении судебного приказа о взыскании алиментов в случае, если должник выплачивал алименты по решению суда на других лиц, и разъясняли взыскателю право на разрешение спора в порядке искового производства. Например, мировой судья Приозерского района Ленинградской области обоснованно отказал в принятии заявления Ю. о выдаче судебного приказа о взыскании с Д. алиментов на несовершеннолетнего ребенка в размере 1/3 части его заработной платы и иного дохода, поскольку заявитель указала, что должник уплачивает алименты на другого несовершеннолетнего ребенка. С учетом данного обстоятельства для разрешения требования Ю. о взыскании алиментов необходимо было привлечь к участию в деле лицо, в пользу которого должник выплачивал средства на содержание ребенка. В другом случае отказ мирового судьи в принятии заявления о выдаче судебного приказа о взыскании алиментов был обусловлен тем, что взыскатель просила взыскать алименты на двух детей не в размере 1/3 части заработка лица, обязанного уплачивать алименты, как это определено п. 1 ст. 81 СК РФ, а в размере 1/2 части его заработка. Такое требование, как правильно пришел к выводу мировой судья, может быть разрешено в исковом порядке. Имели место случаи отказа в принятии заявления о выдаче судебного приказа о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка в связи с тем, что взыскатель просил взыскать алименты за период до обращения в суд, а не с момента обращения в суд. В указанном случае судьи правильно исходили из того, что данное требование не может быть рассмотрено в порядке приказного производства, поскольку в соответствии с п. 2 ст. 107 СК РФ алименты за прошедший период могут быть взысканы в пределах трехлетнего срока с момента обращения в суд при условии установления судом обстоятельств того, что до обращения в суд принимались меры к получению средств на содержание, но алименты не были получены вследствие уклонения лица, обязанного уплачивать алименты, от их уплаты. В ряде случаев мировые судьи ошибочно полагали, что заявленное требование о взыскании алиментов подлежит рассмотрению в порядке приказного производства, что влекло за собой необоснованную выдачу судебного приказа. Так, судебным приказом мирового судьи Октябрьского района г. Иваново с С. в пользу Н. были взысканы алименты на несовершеннолетнего ребенка в размере 1/4 части всех видов заработка и (или) иного дохода ежемесячно. Постановлением президиума Ивановского областного суда данный судебный приказ отменен, дело направлено в тот же суд на новое рассмотрение. Президиум Ивановского областного суда обоснованно пришел к выводу о том, что при наличии в материалах дела доказательств об уплате С. алиментов по исполнительному листу на ребенка от первого брака судебный приказ не мог быть выдан, поскольку в указанном случае возникает необходимость привлечения к участию в деле лица, в пользу которого в соответствии с решением суда должник уже выплачивает алименты, так как новое судебное постановление может повлечь снижение размера взысканных алиментов. Аналогичная ошибка была допущена мировым судьей Индустриального района г. Барнаула Алтайского края, который оставил без внимания то обстоятельство, что в заявлении о выдаче судебного приказа о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка взыскатель указала о наличии у должника У. обязательств перед другими взыскателями, в частности на то, что у взыскателя имеется еще один ребенок, на содержание которого ежемесячно производится удержание из заработной платы должника. Постановлением президиума Алтайского краевого суда судебный приказ мирового судьи о взыскании с У. алиментов правильно был отменен, взыскателю отказано в принятии заявления о выдаче судебного приказа и разъяснено право на предъявление заявленного требования в порядке искового производства. Кроме того, несмотря на разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, данное в п. 11 постановления от 25 октября 1996 г. N 9, о невозможности взыскания алиментов на несовершеннолетних детей в твердой денежной сумме на основании судебного приказа, в судебной практике имелись случаи необоснованного рассмотрения таких требований в порядке приказного производства. 2. Принятие искового заявления о взыскании алиментов Как показало изучение судебной практики, исковые заявления о взыскании алиментов на детей чаще всего возвращались в связи с невыполнением истцом в установленный срок указаний судьи, перечисленных в определении об оставлении искового заявления без движения (ст. 136 ГПК РФ). Кроме того, исковые заявления возвращались заявителям в связи с неподсудностью дела данному суду (п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ), подачей заявления лицом, не имеющим полномочий на его подписание и предъявление в суд (п. 4 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ), а также в связи с поступлением от истца до вынесения определения суда о принятии искового заявления к производству суда заявления о возвращении искового заявления (п. 6 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ). Наиболее распространенными основаниями для отказа в принятии искового заявления, касающегося взыскания алиментов на детей, являлись предъявление иска в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица гражданином, которому такое право не предоставлено (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ), а также наличие вступившего в законную силу решения суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям (п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ). Случаи, когда судьи необоснованно отказывали в принятии заявления по спору о взыскании алиментов либо необоснованно возвращали его заявителю, носили единичный характер. Например, Асбестовский городской суд Свердловской области отменил определение мирового судьи, которым на основании п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ (имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям) было отказано в принятии искового заявления о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка. Как правильно указал суд апелляционной инстанции, отказывая в принятии искового заявления, мировой судья не учел, что правоотношения по воспитанию детей, как и иные семейные правоотношения, носят длящийся характер, поэтому применение правил о тождественности исков и отказ в связи с этим в принятии заявления допустимы не во всех случаях. В соответствии с ч. 3 ст. 209 ГПК РФ, если после вступления в законную силу решения суда, на основании которого с ответчика взыскиваются периодические платежи, изменяются обстоятельства, влияющие на определение размера платежей или их продолжительность, каждая сторона путем предъявления нового иска вправе требовать изменения размера и сроков платежей. В силу п. 1 ст. 119 СК РФ по требованию любой из сторон суд вправе изменить установленный размер алиментов, если после установления в судебном порядке размера алиментов изменилось материальное или семейное положение одной из сторон. Суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что иск предъявлен по иным основаниям, чем разрешенный судом ранее. После вынесения решения, которым ответчик был лишен родительских прав и с него взысканы алименты на дочь в долевом отношении к заработку, изменились обстоятельства, а именно ответчик сменил место работы и скрывает свой действительный доход. С учетом данных обстоятельств заявитель просила взыскать алименты в твердой денежной сумме. В другом случае определением мирового судьи исковое заявление о взыскании алиментов на несовершеннолетнего сына было возвращено истцу на основании ст. 135 ГПК РФ в связи с отсутствием нарушенного права истца и спора о праве. Апелляционным определением Октябрьского районного суда г. Барнаула Алтайского края определение мирового судьи отменено, исковой материал направлен мировому судье. Суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что среди оснований для возвращения истцу поданного искового заявления отсутствует такое основание, как отсутствие спора о праве. Обращаясь в суд с иском, истец указал, какое, по его мнению, право нарушено и подлежит судебной защите. Решение же вопроса о наличии либо отсутствии нарушенного права истца возможно лишь по результатам рассмотрения гражданского дела путем принятия судебного решения, а не на стадии принятия иска к производству. 3. Родовая подсудность При определении родовой подсудности споров, связанных со взысканием алиментов на детей, судьи руководствовались положениями пп. 1 и 4 ч. 1 ст. 23 ГПК РФ, согласно которым (во взаимосвязи с положениями ст. 24 ГПК РФ) дела по спорам о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей, а также на нетрудоспособных совершеннолетних детей, об изменении размера алиментов, о взыскании дополнительных расходов, о взыскании неустойки в связи с несвоевременной уплатой алиментов, в том числе в размере, превышающем пятьдесят тысяч рублей, подсудны мировому судье. Если требования о взыскании алиментов заявлялись истцом одновременно с требованиями о лишении родительских прав, об ограничении в родительских правах, об установлении отцовства, об определении места жительства ребенка, суды с учетом положений ч. 3 ст. 23 ГПК РФ исходили из того, что спор относится к подсудности районного суда. Вместе с тем в ряде случаев имели место ошибки в определении родовой подсудности спора. Так, например, мировым судьей Красночикойского района Забайкальского края дело о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка в твердой денежной сумме было направлено в Красночикойский районный суд для разрешения заявления в порядке ст. 203 ГПК РФ, так как спор о взыскании алиментов в долях от заработка ранее был разрешен данным районным судом. При этом мировым судьей не были учтены разъяснения, содержащиеся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. N 9, в соответствии с которыми требование заинтересованной стороны о взыскании алиментов в твердой денежной сумме либо одновременно в долях и в твердой денежной сумме вместо производимого на основании решения суда (судебного приказа) взыскания алиментов в долевом отношении к заработку (доходу) родителя рассматривается судом в порядке искового производства, а не по правилам, предусмотренным ст. 203 ГПК РФ, поскольку в данном случае должен быть решен вопрос об изменении размера алиментов, а не об изменении способа и порядка исполнения решения суда. Районным судом дело было возвращено мировому судье. В ряде случаев вопрос о подсудности спора разрешался судом без учета положений ч. 1 ст. 151, ч. 3 ст. 23 ГПК РФ, из которых следует, что истец вправе соединить в одном заявлении несколько исковых требований, связанных между собой, и при предъявлении истцом нескольких связанных между собой требований, если часть из них подсудна районному суду, а другая часть - мировому судье, все требования подлежат рассмотрению в районном суде. Например, определением судьи Центрального районного суда г. Читы исковое заявление о расторжении брака, взыскании алиментов, определении места жительства ребенка и разделе имущества в части требований о расторжении брака и взыскании алиментов возвращено, а в остальной части оставлено без движения. При этом судья исходил из того, что требования о расторжении брака и взыскании алиментов относятся к подсудности мирового судьи, однако судьей не были учтены положения указанных выше норм. Определением судебной коллегии Забайкальского краевого суда данное определение судьи было обоснованно отменено. 4. Территориальная подсудность При определении территориальной подсудности дел о взыскании алиментов на детей судьи учитывали, что в соответствии с ч. 3 ст. 29 ГПК РФ иски о взыскании алиментов могут быть предъявлены истцом также в суд по месту его жительства. Положения указанной процессуальной нормы применялись судьями и в случае заявления истцами требований об увеличении размера алиментов, о взыскании неустойки в связи с несвоевременной уплатой алиментов. Вместе с тем при предъявлении лицом, уплачивающим алименты, требований об уменьшении размера алиментов, об освобождении от уплаты алиментов судьи правильно исходили из того, что к данным требованиям положения ч. 3 ст. 29 ГПК РФ о возможности обращения с иском в суд по месту жительства истца не применяются, а подлежат применению общие правила подсудности, установленные ст. 28 ГПК РФ, - по месту жительства ответчика. Такой подход согласуется с разъяснениями, содержащимися в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. N 9, согласно которым иски лиц, с которых взыскиваются алименты на детей и других членов семьи, об изменении размера алиментов в соответствии со ст. 28 ГПК РФ подсудны суду по месту жительства ответчика (взыскателя). В отдельных случаях при решении вопроса о территориальной подсудности дела имели место нарушения норм процессуального права. Например, определением мирового судьи Дзержинского района г. Новосибирска исковое заявление об изменении размера алиментов было возвращено заявителю в связи с неподсудностью дела данному мировому судье. Возвращая заявление, мировой судья указал, что алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка уже взысканы судебным приказом, выданным мировым судьей судебного участка Смоленского района Алтайского края, поэтому с таким требованием истцу следует обратиться в суд по общим правилам подсудности, определенным ст. 28 ГПК РФ. Дзержинский районный суд г. Новосибирска обоснованно отменил определение мирового судьи, исходя при этом из следующего. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, предусматривая возможность предъявления иска о взыскании алиментов по выбору истца, не ограничивает это право истца только случаем первоначального обращения с таким иском. В требованиях о взыскании алиментов в ином размере, чем это ранее определено судебным решением, истец также выступает как взыскатель алиментов и, следовательно, имеет право предъявить такой иск как по месту жительства ответчика, так и по месту своего жительства. Общее правило о предъявлении иска по месту жительства ответчика действует лишь в том случае, когда иск об изменении размера алиментов заявлен лицом, обязанным уплачивать алименты (например, по причине изменения его материального положения). В другом случае мировой судья Нефтеюганского района на основании п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ вынес определение о возвращении искового заявления о взыскании алиментов в твердой денежной сумме со ссылкой на то, что данный спор в силу ст. 28 ГПК РФ должен быть рассмотрен по месту жительства ответчика, который проживает в Свердловской области. Постановлением президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры определение мирового судьи и апелляционное определение районного суда, которым оно было оставлено без изменения, отменены, материал о взыскании алиментов в твердой денежной сумме направлен мировому судье для рассмотрения по существу. Отменяя судебные постановления, президиум суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры правильно указал, что истец обратилась к мировому судье с соблюдением правил подсудности, в ч. 3 ст. 29 ГПК РФ предусмотрено, что иски о взыскании алиментов и об установлении отцовства могут быть предъявлены истцом также в суд по месту его жительства. Судья Краснокаменского городского суда Забайкальского края, возвращая исковое заявление о лишении родительских прав и изменении размера алиментов, также ошибочно исходил из того, что эти требования подлежат рассмотрению по общим правилам подсудности (ст. 28 ГПК РФ), т.е. по месту жительства ответчика. Отменяя определение судьи, апелляционная инстанция правильно указала, что ч. 3 ст. 29 ГПК РФ предусматривает возможность предъявления исков об установлении отцовства и взыскании алиментов по месту жительства истца и из содержания этой нормы не следует возможность предъявления требования по правилам альтернативной подсудности только в случае одновременного заявления требований об установлении отцовства и взыскании алиментов. Данная норма направлена на защиту процессуальных интересов лиц, проживающих совместно с ребенком, и самого несовершеннолетнего, обеспечивая их право участвовать в судебном заседании. Истец, заявляя требование о взыскании алиментов в ином размере, чем это было ранее определено судебным решением, выступает как взыскатель алиментов и, следовательно, имеет право предъявить иск как по месту жительства ответчика, так и по своему месту жительства. III. Рассмотрение судами дел о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей 1. Взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителей (ст. 81 СК РФ) Обобщение судебной практики показало, что суды в основном правильно определяли размер алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителей, подлежащих взысканию с родителей на несовершеннолетних детей. При разрешении таких требований суды исходили из положений п. 1 ст. 81 СК РФ, согласно которым при отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четверти, на двух детей - одной трети, на трех и более детей - половины заработка и (или) иного дохода родителей. В тех случаях, когда заявители просили взыскать алименты на несовершеннолетнего ребенка в размере, превышающем установленный п. 1 ст. 81 СК РФ, суды учитывали положения п. 2 ст. 81 СК РФ о том, что размер долей, предусмотренный п. 1 данной нормы, может быть уменьшен или увеличен судом с учетом материального или семейного положения сторон и иных заслуживающих внимания обстоятельств. При отсутствии доказательств наличия таких обстоятельств суды принимали решения о взыскании алиментов в размере соответствующей доли заработка, установленной законом (п. 1 ст. 81 Кодекса). Так, мировой судья Центрального района г. Калининграда при рассмотрении дела по иску С. о взыскании алиментов на несовершеннолетнюю дочь принял правильное решение о взыскании алиментов в соответствии с п. 1 ст. 81 СК РФ - в размере одной четвертой части заработка и (или) иного дохода ответчика ежемесячно, отказав в удовлетворении иска в части взыскания алиментов в размере 1/3 доли всех видов заработка ответчика, поскольку при рассмотрении дела истец не ссылалась ни на свое материальное или семейное положение, ни на какие-либо иные заслуживающие внимание обстоятельства, дающие основания для взыскания алиментов на одного ребенка в размере, превышающем установленный законом (п. 1 ст. 81 СК РФ), и соответствующих доказательств суду не представила. Вместе с тем в ряде случаев суды без достаточных к тому оснований отступали от размера долей, указанных в п. 1 ст. 81 СК РФ. Например, решением мирового судьи г. Нальчика Кабардино-Балкарской Республики с ответчика были взысканы алименты на двух детей в размере 1/5 доли всех видов заработка. Суд свое решение мотивировал высоким (более 45 тыс. рублей) заработком ответчика, лежащим на нем обязательством по возврату полученного кредита, а также наличием и у истца обязанности по содержанию детей. Апелляционным определением Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики решение мирового судьи изменено, с ответчика взысканы алименты в размере 1/3 части всех видов заработка. При принятии решения суд апелляционной инстанции правильно пришел к выводу о том, что наличие у ответчика заработка, превышающего 45 тыс. рублей в месяц, и кредитных обязательств, а также равная обязанность родителей по содержанию детей не могут служить достаточными основаниями для изменения предусмотренного п. 1 ст. 81 СК РФ размера алиментов. Материальное и семейное положение ответчика позволяет ему выплачивать алименты в размере 1/3 части всех видов его заработка, и взыскание алиментов в указанном размере обеспечит сохранение детям прежнего уровня их материальной обеспеченности. В другом случае мировым судьей Волгоградской области выдан судебный приказ о взыскании с К. в пользу Н. алиментов на несовершеннолетнюю дочь в размере 1/2 части всех видов дохода. Между тем, как указал Волгоградский областной суд в справке по материалам обобщения судебной практики по делам о взыскании алиментов на детей, из заявления Н. следует, что у нее с должником имеется единственный общий несовершеннолетний ребенок, каких-либо иных алиментных обязательств в отношении несовершеннолетних детей должник не имеет. Обоснованность выдачи судебного приказа мировым судьей о взыскании с К. алиментов на одного ребенка в размере 1/2 части заработка, а не в размере 1/4 части заработка, как это определено в п. 1 ст. 81 СК РФ, доказательствами не подтверждена. По одному из дел мировой судья удовлетворил исковые требования о взыскании алиментов на двух несовершеннолетних детей и взыскал с ответчика алименты на одного ребенка в размере 1/3 части всех видов заработка, а также в размере 1/3 части всех видов заработка на другого ребенка с последующей индексацией пропорционально увеличению установленного прожиточного минимума до достижения детьми совершеннолетия. Между тем при вынесении такого решения судья не учел, что в соответствии с п. 1 ст. 81 СК РФ алименты в размере одной трети заработка и (или) иного дохода родителя подлежат взысканию не на каждого ребенка, а на двух несовершеннолетних детей. Кроме того, семейным законодательством (ст. 117 СК РФ) индексация размера алиментов пропорционально росту величины прожиточного минимума установлена только для случаев взыскания алиментов в твердой денежной сумме, а не в долевом отношении к заработку. Выявлены нарушения судами п. 3 ст. 83 СК РФ, согласно которому, если при каждом из родителей остаются дети, размер алиментов с одного из родителей в пользу другого, менее обеспеченного, определяется в твердой денежной сумме, взыскиваемой ежемесячно и определяемой судом в соответствии с п. 2 данной статьи. Например, решением Облученского районного суда Еврейской автономной области изменено решение мирового судьи в части взыскания с ответчика алиментов в долевом отношении к заработку, размер алиментов установлен в твердой денежной сумме. Суд апелляционной инстанции указал, что суд первой инстанции правильно определил юридически значимые по делу обстоятельства и пришел к обоснованному выводу о том, что с ответчика в пользу истца Г. подлежат взысканию алименты на одного несовершеннолетнего ребенка, проживающего вместе с Г., а не на двух детей, как просила истец. Между тем, установив, что другой ребенок остался проживать с ответчиком, суд первой инстанции не применил положения п. 3 ст. 83 СК РФ. В силу прямого указания данной нормы в названном случае алименты в пользу Г. подлежали взысканию в твердой денежной сумме, а не в долевом отношении к заработку. По одному из дел суд без достаточных к тому оснований применил положения абз. 2 п. 2 ст. 60 СК РФ о праве суда по требованию родителя, обязанного уплачивать алименты, принять решение о перечислении не более пятидесяти процентов сумм алиментов, подлежащих выплате, на счета, открытые на имя несовершеннолетних детей в банках. Так, согласно справке Приморского краевого суда по материалам обобщения судебной практики, решением мирового судьи с Б. взысканы алименты на двух сыновей в размере 1/3 части заработка и (или) иного дохода ежемесячно. Ответчик, ссылаясь на то, что его заработная плата составляет около 140 тыс. рублей и размер алиментов на каждого ребенка будет превышать 10 тыс. рублей, заявил ходатайство о перечислении 50% сумм алиментов на личные счета детей, открытые в отделении Сберегательного банка Российской Федерации. Мировой судья, несмотря на возражения истца, данное ходатайство удовлетворил, при этом решение в этой части не мотивировал. Между тем получение лицом, обязанным уплачивать алименты, высокого заработка не может служить безусловным основанием для удовлетворения его требования о перечислении 50% сумм алиментов на счет, открытый на имя ребенка в банке. Согласно правовой позиции Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2012 года (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 20 июня 2012 г.), принятие судом решения о перечислении не более 50% сумм алиментов, подлежащих выплате, на счета, открытые на имя несовершеннолетних в банках, возможно, в частности, в случае ненадлежащего исполнения родителем, получающим алименты, обязанности по расходованию соответствующих выплат на содержание, воспитание и образование ребенка и сохранения при таком способе исполнения решения суда уровня материального обеспечения ребенка, достаточного для его полноценного развития (питание, образование, воспитание и т.д.). Данная правовая позиция мировым судьей не была учтена. Обобщение судебной практики показало, что если при рассмотрении дела о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка было установлено, что ответчик уплачивает алименты на основании судебного приказа или решения суда на других несовершеннолетних детей и в пользу другого взыскателя, размер подлежащих взысканию алиментов на этого ребенка в большинстве случаев определялся судом исходя из установленного законом размера алиментов, приходящегося на всех детей ответчика (т.е. с учетом детей, на которых он уплачивает алименты на основании судебного приказа или решения суда, и ребенка, на которого взыскиваются алименты). Например, при рассмотрении требования Т. к Б. о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка в размере 1/4 части заработка и (или) иного дохода мировой судья Ленинского района г. Владивостока, установив, что у ответчика имеются алиментные обязательства перед другим взыскателем по содержанию несовершеннолетнего ребенка, взыскал с ответчика алименты в размере 1/6 части всех видов заработка ежемесячно. В другом случае мировой судья Березовского района Красноярского края при рассмотрении иска П. к Б. о взыскании алиментов на ребенка также исходил из того, что требования П. о взыскании алиментов в размере 1/4 части заработка и (или) иного дохода ответчика не подлежат удовлетворению, поскольку Б. на основании решения суда выплачивает алименты в пользу другого взыскателя на содержание троих детей в размере 1/2 части всех видов заработка. С учетом данного обстоятельства, принципа равной обеспеченности детей и равного размера алиментов на содержание каждого ребенка мировой судья взыскал алименты в размере 1/8 части всех видов заработка ответчика. При рассмотрении заявления К. о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка мировой судья Ленинского района г. Владивостока учел, что ответчик на основании судебных решений уплачивает алименты в пользу этого же взыскателя на сына в размере 1/6 части заработка и на дочь в размере 1/6 части заработка, а также уплачивает алименты в пользу другого взыскателя на дочь в размере 1/6 части заработка, и взыскал алименты на четвертого ребенка в размере 1/8 части всех видов заработка и (или) иного дохода ответчика. Вместе с тем в ходе обобщения судебной практики выявлены случаи, когда суды необоснованно определяли размер алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка без учета того обстоятельства, что у родителя, с которого подлежат взысканию алименты, имеются иные обязательства по выплате алиментов на основании судебного приказа или решения суда. Например, решением Краснокаменского городского суда Забайкальского края по иску комитета по управлению образованием администрации муниципального района "Город Краснокаменск и Краснокаменский район" к Л. о лишении его родительских прав и взыскании алиментов с ответчика взысканы алименты на несовершеннолетнюю дочь в размере 1/4 части заработка и (или) иного дохода. Судом апелляционной инстанции решение в части размера взысканных алиментов изменено, размер алиментов снижен до 1/6 части заработка и (или) иного дохода ответчика, так как судом первой инстанции не был учтен факт взыскания с ответчика на основании судебного приказа алиментов в пользу М. на его вторую дочь. При рассмотрении дела о взыскании с П. алиментов на несовершеннолетнюю дочь мировым судьей г. Кисловодска Ставропольского края сделан вывод о том, что ответчиком не представлено доказательств выплаты им алиментов на ребенка от первого брака. Решением мирового судьи с ответчика взысканы алименты в размере 1/4 части всех видов заработка. Вместе с тем, как установил суд апелляционной инстанции, в деле имеется копия исполнительного листа и справка о заработной плате ответчика, выданная войсковой частью, согласно которой он выплачивает алименты на ребенка от первого брака, однако данным доказательствам суд оценки не дал. Учитывая это, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необоснованности решения мирового судьи. Апелляционная жалоба ответчика была удовлетворена, решение суда изменено: размер алиментов уменьшен до 1/6 части всех видов заработка и иного дохода ответчика. Полагаем правильной практику тех судов, которые устанавливали размер алиментов с учетом алиментов, взысканных с должника на основании решения суда (судебного приказа) на других несовершеннолетних детей. 2. Содержание судебного приказа и резолютивной части решения суда о взыскании алиментов на двух и более детей в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя Обобщение судебной практики показало, что при удовлетворении требования о взыскании алиментов на двух и более несовершеннолетних детей в долевом отношении к заработку должника суды по-разному излагают резолютивную часть решения. Одни суды, указав в резолютивной части решения (и, соответственно, в исполнительном листе) либо в судебном приказе единый размер алиментов, подлежащий взысканию на всех детей, на основании п. 1 ст. 81 СК РФ определяют последующее изменение этого размера, а также периоды взыскания алиментов в новом размере по мере достижения каждым из детей совершеннолетия. Другие же суды, установив размер алиментов, приходящийся на детей в соответствии с п. 1 ст. 81 СК РФ на день вынесения решения, определяют общий для всех детей период взыскания алиментов в этом размере - до достижения ими совершеннолетия. Однако такой подход не учитывает, что дети, на которых взыскиваются алименты, достигают совершеннолетия в разное время и достижение одним из детей 18 лет в соответствии с п. 1 ст. 81 СК РФ влечет изменение размера алиментов, определенных судебным постановлением. Указанная ситуация приводила к тому, что после достижения совершеннолетия кем-либо из детей работодатель должника нередко продолжал удерживать алименты в прежнем размере. В таких случаях должники обращались в суд с исками об уменьшении размера алиментов, о прекращении взыскания алиментов на совершеннолетнего ребенка либо об изменении порядка взыскания алиментов и иными требованиями. Судебный приказ или судебное решение не должны вызывать каких-либо неясностей при их исполнении, поэтому в целях исключения возможных споров в ходе исполнения судебных постановлений о взыскании алиментов на двух и более детей в долевом отношении к заработку должника судам следует указывать в резолютивной части решения либо в судебном приказе условие о том, что по достижении одним из детей совершеннолетия алименты на других детей подлежат взысканию в ином размере, который определяется судом в соответствии с требованиями п. 1 ст. 81 СК РФ. 3. Взыскание алиментов на несовершеннолетних детей в твердой денежной сумме или одновременно в долях и в твердой денежной сумме (ст. 83 СК РФ) При разрешении требований о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей в твердой денежной сумме или одновременно в долях и в твердой денежной сумме суды в целом правильно применяли положения ст. 83 СК РФ и исходили из того, что суд вправе определить размер алиментов в твердой денежной сумме или одновременно в долях и в твердой денежной сумме в случаях: если родитель, обязанный уплачивать алименты, имеет нерегулярный, меняющийся заработок и (или) иной доход, либо если этот родитель получает заработок и (или) иной доход полностью или частично в натуре или в иностранной валюте, либо если у него отсутствует заработок и (или) иной доход, а также в других случаях, если взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя невозможно, затруднительно или существенно нарушает интересы одной из сторон. При определении размера алиментов на несовершеннолетних детей в твердой денежной сумме или одновременно в долях и твердой денежной сумме основным критерием для суда являлось максимально возможное сохранение ребенку прежнего уровня его обеспеченности. При этом суды учитывали имущественное положение семьи до момента прекращения родителями ребенка совместного проживания либо до момента прекращения одним из родителей выплаты средств на содержание ребенка в добровольном порядке (по соглашению сторон) при раздельном проживании родителей. В этих случаях за основу принимался размер выплачиваемой родителем на содержание ребенка денежной суммы. Судами также выяснялось и учитывалось то обстоятельство, посещает ли ребенок детские дошкольные или иные учреждения дополнительного развития (образования), например, занимается музыкой, рисованием, спортом, танцами и другими занятиями, и в случае, если такие занятия требовали дополнительной оплаты, размер алиментов взыскивался с родителя в таком размере, чтобы ребенок мог сохранить прежний уровень жизни и продолжить обучение, посещение кружков, дополнительных занятий. При рассмотрении дел суды выясняли размер заработка и (или) иного дохода родителя, обязанного выплачивать алименты, проверяли наличие у него имущества, на которое может быть обращено взыскание по алиментным платежам, в частности, из управления Росреестра по соответствующему субъекту Российской Федерации запрашивались сведения о наличии у должника в собственности недвижимого имущества, из органов ГИБДД - о наличии зарегистрированных за ним транспортных средств, из налоговых органов - сведения о размере полученного дохода, а также по ходатайству истца - сведения о наличии счетов и денежных вкладов и имеющихся на них денежных средствах в кредитных учреждениях. Наиболее часто алименты в твердой денежной сумме взыскивались с лиц, ведущих предпринимательскую деятельность. В указанных случаях суды исходили из того, что доход носит нерегулярный, меняющийся характер, в связи с чем установить точный доход ответчика затруднительно. Например, мировым судьей Краснокаменского района Забайкальского края удовлетворены требования истца о взыскании с ответчика алиментов на двух детей в твердой денежной сумме в размере 12 600 руб. исходя из прожиточного минимума на каждого ребенка. Возражения ответчика в виде представленной суду налоговой декларации по единому налогу на вмененный доход не были приняты судом во внимание, так как вмененный доход в соответствии со ст. 346-27 НК РФ является потенциально возможным доходом, используется для расчета величины единого налога по установленной ставке и не отражает реальные доходы лица от занятия предпринимательской деятельностью. С учетом того, что ответчик не представил суду доказательств невозможности ввиду его материального положения уплачивать алименты на детей в заявленном размере, требования были удовлетворены. При определении размера алиментов суд исходил из необходимости сохранения детям прежнего уровня их обеспеченности, а также принял во внимание оказание ответчиком материальной помощи отцу, являющемуся инвалидом II группы. Другой распространенной причиной, служившей основанием для взыскания алиментов в твердой денежной сумме, являлось отсутствие у ответчика постоянной работы. При наличии у ответчика на время рассмотрения дела той или иной работы суды оценивали характер этой работы на предмет определения того, является ли такая работа постоянной либо она носит срочный характер. Так, при рассмотрении мировым судьей г. Лангепаса Ханты-Мансийского автономного округа - Югры дела о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка ответчик возражал против взыскания алиментов в твердой денежной сумме, просил установить алименты в долевом отношении к заработку, ссылаясь на наличие у него работы по договору подряда. Суд, проанализировав представленный договор, пришел к выводу о том, что характер подрядных отношений носит срочный характер и не может расцениваться как постоянная работа. Решением мирового судьи алименты на ребенка определены в размере 0,67 величины прожиточного минимума для детей в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре, что соответствовало 6 тыс. рублей. В тех случаях, когда истец обращался с требованием о взыскании с ответчика алиментов на несовершеннолетнего ребенка в твердой денежной сумме, а в ходе судебного разбирательства устанавливалось наличие у ответчика постоянного, регулярного заработка (источника дохода), суды, как правило, определяли размер алиментов только в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу. Например, Центральный районный суд г. Читы при рассмотрении дела о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка не нашел оснований для удовлетворения требования истца о взыскании алиментов в твердой денежной сумме в размере 15 тыс. рублей. Поскольку ответчик имел постоянное место работы, стабильный заработок, суд взыскал алименты в размере 1/6 части всех видов его заработка и (или) иного дохода ежемесячно (с учетом имеющихся у ответчика других алиментных обязательств). Апелляционным определением решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Вместе с тем судам необходимо иметь в виду, что наличие у ответчика постоянной работы не может служить безусловным основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с такого лица алиментов в твердой денежной сумме. Так, мировой судья г. Санкт-Петербурга отказал в удовлетворении требования Г. о взыскании с Р. алиментов на несовершеннолетнего ребенка в твердой денежной сумме и взыскал алименты в размере 1/4 части заработка и (или) иного дохода ответчика. При этом судья исходил из того, что ответчик имеет постоянную работу и получает ежемесячную заработную плату в размере 4 тыс. рублей. С данным выводом мирового судьи согласился и суд апелляционной инстанции. Постановлением президиума Санкт-Петербургского городского суда решение мирового судьи и определение суда апелляционной инстанции в части взыскания с Р. алиментов в долевом отношении к заработку были отменены, в пользу Г. на несовершеннолетнего ребенка взысканы алименты в размере 5802 руб. ежемесячно, что соответствовало одному прожиточному минимуму для детей в г. Санкт-Петербурге. Принимая такое решение, президиум Санкт-Петербургского городского суда пришел к правильному выводу о том, что при разрешении спора суды первой и второй инстанций не применили в полном объеме закон, подлежащий применению, а именно ст. 83 СК РФ, позволяющую взыскать алименты в твердой денежной сумме, в частности, в том случае, когда взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя существенно нарушает интересы одной из сторон. Как установил президиум Санкт-Петербургского городского суда, представленные ответчиком сведения о его ежемесячном доходе в размере 4 тыс. рублей не соответствовали его действительным расходам, поскольку он ежемесячно исполнял обязательства по кредитному договору и выплачивал банку суммы, значительно превышающие размер его заработной платы, а также нес иные расходы. С учетом данных обстоятельств, а также принимая во внимание, что после расторжения брака ответчик оказывал истцу материальную помощь на содержание ребенка в размере не менее 6 тыс. рублей ежемесячно, президиум Санкт-Петербургского городского суда, руководствуясь принципом максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня жизни, пришел к выводу о взыскании с ответчика алиментов в твердой денежной сумме. В другом случае решением мирового судьи Дзержинского района г. Ярославля, оставленным без изменения апелляционным определением Дзержинского районного суда г. Ярославля, также было отказано в удовлетворении иска о взыскании алиментов на ребенка в твердой денежной сумме, алименты взысканы в долевом отношении к заработку в соответствии со ст. 81 СК РФ. Постановлением президиума Ярославского областного суда указанные судебные постановления отменены, дело направлено на новое рассмотрение. При этом президиум Ярославского областного суда исходил из следующего. В обоснование заявленных требований о взыскании алиментов в твердой денежной сумме истец Л. ссылалась на то, что ответчик, работая заместителем директора по строительству в обществе с ограниченной ответственностью и имея заработок в размере 14 500 руб. в месяц, только в счет погашения обязательств по кредитному договору ежемесячно вносит платеж в размере около 18 тыс. рублей, текущей задолженности перед банком не имеет, при этом ответчиком представлена в банк справка о доходах за год в размере более 43 тыс. рублей в месяц. Мировой судья и суд апелляционной инстанции пришли к выводу о том, что указанные обстоятельства не свидетельствуют о сокрытии ответчиком своих доходов, поскольку денежные средства в размере ежемесячного платежа по кредитному договору ответчику предоставляются организацией на условиях беспроцентного займа. Действительно, на это обстоятельство, как указал президиум областного суда, ответчик ссылался в своих объяснениях, однако каких-либо доказательств им представлено не было, хотя в силу ст. 56 ГПК РФ именно на ответчике лежала обязанность представить доказательства в обоснование своих возражений. Таким образом, судебные инстанции фактически освободили ответчика от доказывания своих возражений относительно доходов, возложив при этом на истца обязанность опровергнуть указанные объяснения ответчика, что нельзя признать обоснованным. В ряде случаев суды без достаточных на то оснований принимали решение о взыскании с ответчика алиментов в твердой денежной сумме. Например, решением мирового судьи с Н. в пользу С. взысканы алименты на двух несовершеннолетних детей в твердой денежной сумме в размере установленной величины прожиточного минимума для детей в Ставропольском крае, а именно 6477 руб. в пользу каждого ребенка с последующей индексацией. Определением суда апелляционной инстанции решение мирового судьи в части взыскания алиментов на детей в твердой денежной сумме отменено, алименты на детей взысканы в долевом отношении к заработку ответчика - в размере 1/3 части всех доходов Н. Принимая такое решение, суд апелляционной инстанции исходил из того, что оснований для взыскания алиментов в твердой денежной сумме не имеется. Ответчик является инвалидом II группы бессрочно, получает пенсию по инвалидности, иного дохода не имеет, более того, взысканная с него мировым судьей сумма на содержание детей значительно превышает его ежемесячный доход в виде пенсии по инвалидности. Как показало обобщение судебной практики, решения о взыскании алиментов одновременно в долях и в твердой денежной сумме выносились судами редко. При этом алименты взыскивались подобным образом, как правило, с лиц, которые имели постоянное место работы, однако размер получаемой ими заработной платы был небольшим либо лицо имело в том числе и другие источники доходов, а также в случаях, если взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя было невозможно, затруднительно или существенно нарушало интересы одной из сторон. При разрешении исковых требований о взыскании алиментов одновременно в долях и в твердой денежной сумме суды руководствовались необходимостью сохранения и поддержания несовершеннолетним прежнего уровня жизни, принимали во внимание материальное положение сторон и другие обстоятельства. Так, решением мирового судьи Заволжского района г. Ульяновска частично удовлетворен иск И. и в ее пользу с ответчика на несовершеннолетнюю дочь взысканы алименты одновременно в долях (в размере 1/4 части всех видов заработка ответчика) и в твердой денежной сумме в размере 3 тыс. рублей, что составляло 0,46 величины прожиточного минимума, установленного для детей в Ульяновской области. Несмотря на возражения ответчика, полагавшего, что алименты должны быть взысканы с него только в долевом отношении к заработку, так как его заработная плата составляет 10 тыс. рублей, он имеет долг по кредиту и долг по возмещению ущерба от дорожно-транспортного происшествия, судья пришел к правильному выводу о необходимости взыскания алиментов также и в твердой денежной сумме, поскольку заработок ответчика ниже уровня прожиточного минимума для трудоспособного населения и, кроме того, ответчик признал, что помимо заработной платы он имеет также дополнительный доход. Учитывая данные обстоятельства, а также исходя из того, что содержание ребенка должно быть не ниже того уровня, который ребенок получал ранее, судья определил размер алиментов одновременно в долях и в твердой денежной сумме. В другом случае мировой судья Волгоградской области, удовлетворив частично требования С. и взыскав с ответчика алименты на двух детей одновременно в долевом отношении к его заработку и в твердой денежной сумме, исходил из того, что кроме установленного дохода ответчик имеет дополнительный доход, значительно превышающий его установленный доход (на имя ответчика в банке открыты валютный счет, а также рублевый счет, на который поступают платежи на значительные суммы, ответчик является собственником дорогостоящего имущества), и поэтому взыскание алиментов только в долях к заработку ответчика нарушит право детей на сохранение прежнего уровня их обеспечения. При рассмотрении указанной категории дел возник вопрос о том, вправе ли суд принять решение о взыскании алиментов в твердой денежной сумме или одновременно в долях и в твердой денежной сумме, если заявлено требование о взыскании алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя. В ходе судебного разбирательства установлено, что истец является инвалидом II группы и страдает тяжелым хроническим заболеванием, требующим неоднократного обследования и лечения, в том числе в медицинском учреждении, расположенном в г. Москве, в связи с чем он несет расходы на лечение и проезд к месту лечения. При этом истец обучается в колледже на дневном отделении на платной основе с ежегодной оплатой около 30 тыс. рублей, и источником его дохода является пенсия по инвалидности. С учетом указанных обстоятельств судья пришел к выводу о том, что истец нуждается в материальной помощи и имеет право на получение содержания от своего родителя в указанном выше размере. Определяя размер алиментов, суд учел также материальное и семейное положение ответчика. В судебной практике имели место случаи, когда суды взыскивали алименты на совершеннолетних трудоспособных детей, обучающихся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, ошибочно полагая, что такие лица до достижения ими возраста 23 лет также имеют право на получение алиментов от своих родителей. Например, апелляционным определением Междуреченского городского суда Кемеровской области отменено решение мирового судьи г. Междуреченска, которым был удовлетворен иск, предъявленный совершеннолетним ребенком к своему отцу, о взыскании алиментов, и принято решение об отказе в иске. При рассмотрении дела установлено, что истец обучается в 11 классе гимназии, проживает с матерью и находится на ее иждивении. Отец оказывает материальную помощь нерегулярно. Судья, сославшись на положения подп. 1 п. 2 ст. 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", согласно которым нетрудоспособными признаются не только инвалиды, но и лица, обучающиеся по дневной форме обучения в возрасте до 23 лет, а также приняв во внимание материальное положение сторон, взыскал алименты в размере одного прожиточного минимума, установленного для детей в Кемеровской области. Суд апелляционной инстанции обоснованно отменил решение мирового судьи. В названной норме Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" содержится перечень лиц, относящихся к нетрудоспособным членам семьи умершего кормильца. Однако, как правильно указал суд апелляционной инстанции, положения данной нормы Закона, на которую ссылался суд первой инстанции при взыскании с ответчика алиментов, не регулируют семейно-правовые отношения между совершеннолетними детьми и родителями. Семейным кодексом РФ (ст.ст. 80, 85, 86) закреплены обязанность родителей по содержанию своих несовершеннолетних детей и совершеннолетних нетрудоспособных детей, нуждающихся в помощи, а также право суда привлекать родителей к участию в дополнительных расходах на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних нуждающихся детей при наличии исключительных обстоятельств (тяжелая болезнь, увечье, необходимость оплаты постороннего ухода и другие обстоятельства). Вместе с тем действующим семейным законодательством не предусмотрена обязанность родителей содержать совершеннолетних трудоспособных детей, в том числе и обучающихся по очной форме в организациях, осуществляющих образовательную деятельность. V. Взыскание алиментов на несовершеннолетних детей или на нетрудоспособных совершеннолетних детей с их братьев или сестер, дедушек или бабушек (ст.ст. 93-94 СК РФ) Согласно ст. 93 СК РФ несовершеннолетние нуждающиеся в помощи братья и сестры в случае невозможности получения содержания от своих родителей имеют право на получение в судебном порядке алиментов от своих трудоспособных совершеннолетних братьев и сестер, обладающих необходимыми для этого средствами. Такое же право предоставляется нетрудоспособным нуждающимся в помощи совершеннолетним братьям и сестрам, если они не могут получить содержание от своих трудоспособных совершеннолетних детей, супругов (бывших супругов) или от родителей. Алиментная обязанность дедушки и бабушки по содержанию внуков аналогична алиментной обязанности трудоспособных совершеннолетних братьев и сестер по содержанию своих несовершеннолетних и нетрудоспособных совершеннолетних братьев и сестер (ст. 94 СК РФ). Обобщение судебной практики показало, что требования к братьям и сестрам, к бабушкам и дедушкам о взыскании алиментов на несовершеннолетних (нетрудоспособных совершеннолетних) братьев и сестер или соответственно внуков предъявляются крайне редко и судебная практика по указанной категории дел незначительна. Дела о взыскании алиментов с братьев, сестер, бабушек и дедушек рассматривались судами в порядке искового производства, что является правильным. Разрешение этих требований в приказном порядке недопустимо, поскольку истец должен доказать, что у ребенка нет возможности получать содержание от родителей, он нуждается в материальной помощи, а указанная категория родственников обладает необходимыми для этого средствами. Исходя из требований п. 2 ст. 98 СК РФ размер алиментов устанавливался судом в твердой денежной сумме с учетом материального и семейного положения плательщика и получателя алиментов и других заслуживающих внимания интересов сторон. Наиболее частым поводом для обращения в суд с требованием о взыскании алиментов с братьев и сестер, дедушки и бабушки ребенка являлось неисполнение родителем ребенка решения о взыскании алиментов. Например, мировым судьей Сухоложского района Свердловской области рассмотрено дело по иску матери несовершеннолетнего ребенка к его дедушке и бабушке о взыскании алиментов на ребенка. В обоснование своего требования истец указала, что сын ответчиков - отец ребенка свою обязанность по содержанию дочери не выполняет, имеет большую задолженность по алиментам, привлекался к уголовной ответственности за злостное уклонение от уплаты алиментов, однако не трудоустроился, на учете в центре занятости в качестве безработного не состоит, ответчики же обладают достаточными средствами для содержания внучки. Заочным решением мирового судьи, оставленным без изменения апелляционным определением Сухоложского городского суда, требования истца оставлены без удовлетворения. Мировой судья, применив при разрешении спора положения пп. 1 и 2 ст. 80, п. 1 ст. 81, ст. 94 СК РФ и установив, что несовершеннолетняя имеет обоих родителей, которые трудоспособны и в состоянии ее содержать, отец несовершеннолетней обязан по решению суда уплачивать алименты, пришел к выводу о том, что предусмотренных ст. 94 СК РФ оснований для возложения обязанности по содержанию ребенка на бабушку и дедушку не имеется. Такой подход является правильным, поскольку по смыслу указанных выше норм закона в их системной взаимосвязи алиментные обязательства дедушки и бабушки относятся к алиментным обязательствам второй очереди и возникают только в случае невозможности (то есть по уважительной, не зависящей от родителей причине, ввиду отсутствия объективной возможности содержать своих детей) получения внуками содержания от своих родителей. То обстоятельство, что ответчики обладают достаточными средствами, чтобы содержать внучку, без установления обстоятельства невозможности получения содержания от родителей в силу положений ст. 94 СК РФ не является основанием для возложения на ответчиков такой обязанности. Решением мирового судьи Железнодорожного района г. Пензы также было отказано в удовлетворении исковых требований матери ребенка к бабушке ребенка о взыскании алиментов на внука. Суд, установив, что отец ребенка имеет постоянную работу и уплачивает на него алименты, мать ребенка также имеет возможность трудоустроиться, однако этого не делает по неуважительным причинам, пришел к правильному выводу о том, что предусмотренных законом (ст. 94 СК РФ) оснований для взыскания алиментов с бабушки ребенка не имеется, поскольку несовершеннолетний имеет возможность получать содержание от своих родителей. По другому делу решением мирового судьи Ленинского района г. Махачкалы обоснованно взысканы алименты на несовершеннолетнего ребенка, являющегося инвалидом, с его бабушки. В ходе судебного разбирательства установлено, что истец кроме данного ребенка имеет еще двоих детей, которые находятся на ее содержании, отец детей осужден к лишению свободы на длительный срок и не может оказать материальную помощь ни ей, ни малолетнему ребенку-инвалиду, нуждающемуся в такой помощи. Определением суда апелляционной инстанции данное решение мирового судьи оставлено без изменения. VI. Применение судами положений п. 2 ст. 107 СК РФ Согласно п. 2 ст. 107 СК РФ алименты присуждаются с момента обращения в суд. При этом закон допускает возможность взыскания алиментов за прошедший период в пределах трехлетнего срока с момента обращения в суд при условии, если будет установлено, что до обращения в суд управомоченным лицом принимались меры к получению средств на содержание ребенка, но алименты не были получены вследствие уклонения лица, обязанного уплачивать алименты, от их уплаты. Обобщение судебной практики показало, что в большинстве случаев суды и мировые судьи отказывали во взыскании алиментов за период до обращения в суд по мотиву отсутствия доказательств, подтверждающих тот факт, что истцом до обращения в суд принимались меры к получению средств на содержание ребенка, но алименты не были получены вследствие уклонения лица, обязанного уплачивать алименты. Например, решением мирового судьи Ленинского района г. Иваново, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, отказано в удовлетворении требования о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка за период до обращения в суд, поскольку истцом не было представлено доказательств того, что ответчик уклонялся от оказания материальной помощи на содержание ребенка. Напротив, судом было установлено, что ответчик путем почтовых переводов перечислял истцу денежные средства на содержание ребенка, однако от их получения истец отказалась. По другому делу ответчик, возражая против требования истца о взыскании алиментов за прошлое время в пределах трехлетнего срока, утверждал, что с момента распада семьи он содержал детей, перечислял средства на банковскую карту истца, в подтверждение чего им были представлены соответствующие доказательства. Учитывая это, суд обоснованно отказал в удовлетворении иска в части взыскания алиментов за период, предшествующий обращению в суд. Решение о взыскании алиментов за период до обращения в суд принималось судами только в случаях, когда было установлено, что истцами по данным требованиям принимались меры к получению средств на содержание ребенка, но алименты не были получены вследствие уклонения лица, обязанного уплачивать алименты, от их уплаты. В подтверждение этого обстоятельства суды и мировые судьи принимали во внимание обращение истца к ответчику с требованием об уплате алиментов, в частности направление заказных писем с уведомлением, содержащих требование о выплате алиментов на несовершеннолетнего ребенка, обращение с указанным требованием посредством электронной почты, обращение истца к мировому судье с заявлением о выдаче судебного приказа о взыскании алиментов на несовершеннолетнего ребенка (если впоследствии судебный приказ был отменен), обращение в правоохранительные органы с заявлением о розыске ответчика, признание иска ответчиком и другие обстоятельства. В случае, когда требование о взыскании алиментов за прошедший период заявлялось одновременно с требованием об установлении отцовства, при удовлетворении иска об установлении отцовства алименты на несовершеннолетнего ребенка взыскивались судами в соответствии с п. 2 ст. 107 СК РФ - с момента обращения в суд с иском об установлении отцовства и взыскании алиментов. При этом суды исходили из разъяснений, содержащихся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. N 9, согласно которым возможность взыскания средств на содержание ребенка за прошлое время в случае удовлетворения иска об установлении отцовства исключается, поскольку до удовлетворения иска об установлении отцовства ответчик в установленном порядке не был признан отцом ребенка. Так, Новозыбковский районный суд Брянской области, рассмотрев гражданское дело по иску Ш. к К. об установлении отцовства и взыскании алиментов, в том числе о взыскании алиментов за предшествующий обращению в суд трехгодичный период, установив отцовство К. и взыскав с него алименты в пользу Ш. в размере 1/4 части всех видов заработка начиная с даты предъявления иска, обоснованно отказал во взыскании алиментов за предшествующий трехгодичный период. VII. Применение судами положений ст. 108 СК РФ о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей до вынесения судом решения суда о взыскании алиментов На основании ст. 108 СК РФ по делу о взыскании алиментов суд вправе вынести постановление о взыскании алиментов до вступления решения суда о взыскании алиментов в законную силу; при взыскании алиментов на несовершеннолетних детей - до вынесения судом решения о взыскании алиментов. Размер взыскиваемых алиментов определяется судом исходя из материального и семейного положения сторон. Размер алиментов, взыскиваемых на несовершеннолетних детей, определяется в соответствии со ст. 81 СК РФ. Указанная норма представляет собой особую гарантию обеспечения несовершеннолетних и нетрудоспособных совершеннолетних детей, нуждающихся в помощи, необходимыми средствами на период рассмотрения спора. Обобщение судебной практики показало, что чаще всего суды принимали решение о временном взыскании с ответчика алиментов на несовершеннолетних детей до окончательного рассмотрения дела в случаях приостановления производства по делу в связи с направлением судебного поручения, розыском ответчика, а также в связи с неоднократным отложением судебного разбирательства ввиду неявки ответчика и отсутствия сведений о его надлежащем извещении, отложением разбирательства дела вследствие необходимости истребования дополнительных доказательств. Например, в целях защиты интересов несовершеннолетнего ребенка определением мирового судьи г. Элисты Республики Калмыкия с ответчика О. в порядке ст. 108 СК РФ взысканы алименты на ребенка в размере 1/4 части заработка и (или) иного дохода. Такое решение принято судьей с учетом того обстоятельства, что рассмотрение дела неоднократно откладывалось ввиду неявки ответчика и отсутствия сведений о его надлежащем извещении. Судебные повестки, направленные О. заказным письмом с уведомлением, были возвращены органом связи за истечением срока хранения. Впоследствии определением мирового судьи в соответствии с ч. 1 ст. 120 ГПК РФ в связи с неизвестностью места пребывания должника по требованию о взыскании алиментов О. был объявлен в розыск. После рассмотрения дела по существу решением мирового судьи с О. взысканы алименты в размере 1/4 части заработка и (или) иного дохода. В другом случае мировой судья Палехского района Ивановской области взыскал в пользу истца Л. алименты на несовершеннолетнего ребенка в размере 1/4 части заработка и (или) иного дохода ответчика ежемесячно до окончательного рассмотрения гражданского дела в связи с тем, что производство по делу было приостановлено по причине направления судебного поручения. Постановления о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей до вынесения судом решения о взыскании алиментов выносились судами также в случае, когда истцом одновременно предъявлялись два требования - о расторжении брака и о взыскании алиментов на ребенка и суд в соответствии с п. 2 ст. 22 СК РФ предоставлял сторонам срок на примирение. Принимая такое решение, суды учитывали разъяснение, данное в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", о том, что при отложении разбирательства дела о расторжении брака и взыскании алиментов на детей в связи с назначением срока для примирения супругов следует выяснять, участвует ли ответчик в содержании детей. Если суд установит, что ответчик не выполняет эту обязанность, он вправе в соответствии со ст. 108 СК РФ вынести постановление о временном взыскании с ответчика алиментов до окончательного рассмотрения дела о расторжении брака и взыскании алиментов. Вместе с тем в судебной практике имели место случаи необоснованного удовлетворения ходатайства о взыскании алиментов на ребенка до вынесения судом решения по заявленному иску. Так, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда отменено определение Анжеро-Судженского городского суда о временном взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка до окончательного рассмотрения дела по иску А. к М. об установлении отцовства и взыскании алиментов. Отменяя определение городского суда, судебная коллегия правильно указала, что исходя из анализа ст. 108 СК РФ возможность взыскания алиментов на несовершеннолетних детей до разрешения спора по существу предусмотрена при взыскании алиментов с их родителей, однако стороны в браке не состоят, ответчик отцом ребенка в свидетельстве о его рождении не указан и иск об установлении своего отцовства в отношении ребенка не признает. Таким образом, ответчик на момент вынесения оспариваемого определения отцом ребенка истца не является и не признан таковым, в связи с чем у него отсутствует законная обязанность по содержанию ребенка истца. VIII. Изменение установленного судом размера алиментов и освобождение от уплаты алиментов (ст. 119 СК РФ) При разрешении судом требований об изменении размера алиментов или об освобождении от уплаты алиментов суды в целом правильно применяли положения п. 1 ст. 119 СК РФ, учитывая при этом разъяснения, содержащиеся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. N 9, согласно которым при определении размера алиментов, взыскиваемых с родителя на несовершеннолетних детей (п. 2 ст. 81 СК РФ), изменении размера алиментов либо освобождении от их уплаты (п. 1 ст. 119 СК РФ) суд принимает во внимание материальное и семейное положение сторон, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства или интересы сторон (например, нетрудоспособность членов семьи, которым по закону сторона обязана доставлять содержание, наступление инвалидности либо наличие заболевания, препятствующего продолжению прежней работы, поступление ребенка на работу либо занятие им предпринимательской деятельностью). Если алименты на детей были присуждены в долях к заработку и (или) иному доходу ответчика, размер платежей при удовлетворении иска о снижении (увеличении) размера алиментов также должен быть определен в долях, а не в твердой денежной сумме, за исключением взыскания алиментов в случаях, предусмотренных ст. 83 СК РФ. Требование об увеличении размера алиментов на несовершеннолетних детей предъявлялось взыскателем алиментов (как правило, матерью ребенка). Требование об уменьшении размера алиментов предъявлялось лицом, выплачивающим алименты по судебному акту (должником), в большинстве случаев - отцом ребенка. Наиболее распространенным обстоятельством, с которым плательщики алиментов связывали свое требование об уменьшении размера алиментов, являлось рождение у них других детей (от других браков), на которых также взысканы алименты в судебном порядке. В указанных случаях наличие судебного постановления о взыскании алиментов на другого несовершеннолетнего ребенка некоторыми судами расценивалось в качестве безусловного основания для снижения размера алиментов, взысканных в пользу ответчика. Суды при этом устанавливали иной размер алиментов, приходящийся на долю ребенка, и определяли его по правилам п. 1 ст. 81 СК РФ. Например, по одному из дел мировой судья, установив, что истец на основании судебных приказов выплачивает алименты в пользу ответчиков на содержание двух детей по 1/4 доли заработка на каждого ребенка, что в совокупности превышает размер алиментов на двух детей, предусмотренный п. 1 ст. 81 СК РФ, удовлетворил его исковые требования и уменьшил размер алиментов на каждого из детей до 1/6 доли заработка. При этом, принимая такое решение, судья не исследовал иные обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора. Вместе с тем другие суды по аналогичным делам исследовали вопросы о том, действительно ли материальное и (или) семейное положение должника изменилось настолько, что он не имеет возможности предоставлять несовершеннолетним детям содержание в прежнем размере, а также как скажется такое изменение на материальном положении детей. Так, решением мирового судьи Первореченского района г. Владивостока обоснованно отказано в удовлетворении иска А. к С. о снижении размера алиментов. В ходе судебного разбирательства установлено, что в 2007 году с истца в пользу С. на содержание несовершеннолетнего сына взысканы алименты в размере 1/4 доли заработка, а в 2012 году с истца в пользу Е. взысканы алименты на содержание его второго несовершеннолетнего сына в размере 1/6 доли заработка. Судья не принял в качестве основания для уменьшения размера алиментов довод истца о том, что его второй ребенок находится в худшем материальном положении, чем старший сын, поскольку в судебном заседании установлено, что истец и Е. проживают одной семьей, имеют общий бюджет, вместе содержат сына, исполнительный лист о взыскании алиментов в пользу Е. для исполнения не предъявлялся, место работы истца не изменилось, при этом его заработок увеличился. В то же время доходы С. значительно ниже, чем у истца, поэтому уменьшение алиментов на старшего сына может существенно нарушить его интересы и ему не будет сохранен прежний уровень содержания. По другому делу решением мирового судьи Железнодорожного района г. Орла также отказано в удовлетворении иска о снижении размера алиментов на несовершеннолетнего сына. Обращаясь с данным иском, истец указал на то, что решением мирового судьи с него в пользу ответчика на несовершеннолетнего сына взысканы алименты в твердой денежной сумме, а по решению Одинцовского городского суда Московской области им также уплачиваются алименты на дочь от первого брака в размере 1/4 части всех видов заработка. При этом в обоснование своего иска истец ссылался на изменение своего материального положения (получение заработной платы в размере 10 тыс. рублей в месяц, нахождение на его иждивении престарелой матери), а также на то обстоятельство, что его дочь от первого брака находится в менее выгодном материальном положении по сравнению со вторым ребенком. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, судья исходил из того, что на момент рассмотрения спора размер алиментов в твердой денежной сумме, уплачиваемый истцом на сына, был ниже величины прожиточного минимума, установленного для детей в Орловской области. Получение истцом дохода в указанном им размере, по мнению судьи, не являлось основанием для снижения размера алиментов, поскольку доказательств невозможности получения истцом более высокого дохода (наличия заболевания, инвалидности) истец суду не представил. Доводы о нахождении на иждивении истца престарелой матери судом также были отклонены, так как пенсия, получаемая его матерью, превышала величину прожиточного минимума для лиц данной категории. Судья правильно указал, что изменение материального положения родителей само по себе не может ограничить право ребенка на необходимое и достойное содержание и не является безусловным основанием для снижения размера алиментов, поскольку необходимо установить, что такое изменение не позволяет лицу, обязанному уплачивать алименты, поддерживать выплату алиментов в прежнем размере. При этом сохранение прежнего размера алиментов на одного ребенка не свидетельствует об ущемлении прав другого ребенка на его содержание либо на нарушение прав лица, обязанного уплачивать алименты в прежнем размере. В большинстве случаев наличие на иждивении плательщика алиментов других детей, в отношении которых вопрос о взыскании алиментов в судебном порядке не разрешался, не являлось для судов безусловным основанием для изменения размера алиментов, что следует признать правильным. Например, мировым судьей Дятьковского района Брянской области отказано в удовлетворении иска П. об уменьшении размера алиментов на несовершеннолетнего ребенка с 1/4 до 1/6 части всех видов заработка истца. Обращаясь с указанным иском, истец ссылался на рождение ребенка от второго брака. Поскольку в ходе судебного разбирательства было установлено, что с учетом взыскиваемых алиментов уровень обеспеченности семьи истца (на каждого члена семьи) превышает размер выплачиваемых алиментов на ребенка от первого брака, мировой судья обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для уменьшения размера алиментов. В ряде случаев плательщики алиментов обращались с требованием о снижении размера алиментов, ссылаясь на образовавшуюся задолженность по алиментам. Указанное обстоятельство судами правильно не расценивалось в качестве безусловного основания для изменения (снижения) размера взысканных алиментов. Так, решением мирового судьи Республики Башкортостан отказано в удовлетворении иска Т. об изменении размера алиментов, взыскиваемых с него на несовершеннолетнего ребенка в размере 1/4 части его заработка и (или) иного дохода, до 1 тыс. рублей. В обоснование иска Т. ссылался на наличие задолженности по алиментам, образовавшейся из-за невозможности устроиться на работу ввиду потери документов. Отказывая в иске, мировой судья правильно исходил из того, что оснований для снижения размера алиментов не имеется, поскольку на время рассмотрения спора в суде истец был трудоустроен и получал стабильную заработную плату, взысканий по другим исполнительным документам у истца не было, размер алиментов на несовершеннолетнего ребенка соответствовал установленному п. 1 ст. 81 СК РФ размеру алиментов. В судебной практике встречались случаи, когда суды необоснованно удовлетворяли требование о снижении размера алиментов. Например, решением мирового судьи Советского округа г. Липецка, оставленным без изменения апелляционным определением Советского районного суда г. Липецка, были удовлетворены требования истца об уменьшении размера алиментов, уплачиваемых им на несовершеннолетнего ребенка, в связи с ухудшением состояния здоровья истца и несением им дополнительных материальных затрат (наличие кредита, оплата съемного жилья). Президиум Липецкого областного суда с выводами мирового судьи и суда апелляционной инстанции не согласился и исходил из того, что ухудшение состояния здоровья, не препятствующее продолжению работы на прежнем месте, не является достаточным основанием для изменения размера алиментов. Истец имеет постоянное место работы - закрытое акционерное общество, занимает должность коммерческого директора. Доказательств того, что он несет дополнительные расходы на лечение, истец суду не представил. Что касается наличия кредитных обязательств, а также несения расходов на жилье, то данные обстоятельства сами по себе не свидетельствуют об ухудшении материального положения истца. Президиум Липецкого областного суда правильно отменил вышеуказанные судебные постановления и вынес новое решение, которым отказал в удовлетворении иска о снижении размера алиментов. В другом случае мировой судья г. Читы, удовлетворив требования С. о снижении размера алиментов до 1/6 части заработка и иных доходов, исходил из изменившегося материального и семейного положения истца - заключения второго брака и рождения ребенка. Центральный районный суд г. Читы, отменяя в апелляционном порядке решение мирового судьи и отказывая в удовлетворении требований о снижении размера алиментов, правильно указал, что мировой судья не принял во внимание, что распределение бремени доказывания по искам о взыскании алиментов носит общий, предусмотренный ст. 56 ГПК РФ, характер. На лицо, которое заявило требование об изменении размера взыскиваемых алиментов, возлагается обязанность доказать обстоятельства, наличие которых является основанием для уменьшения взыскания. Между тем истец, обосновывая свои требования рождением второго ребенка, доказательств, подтверждающих недостаточное материальное обеспечение семьи, суду не представил. Не привел истец и иных заслуживающих внимание обстоятельств для снижения размера алиментов. Разрешая спор, мировой судья также не проверил, не окажется ли совместный ребенок сторон в случае снижения размера алиментов менее обеспеченным, чем сын истца от второго брака. Имели место случаи, когда плательщики алиментов просили изменить взыскание алиментов, определенных судом в твердой денежной сумме, на взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу. Разрешая такие споры, суды, в частности, исследовали вопросы о том, какие обстоятельства служили основанием для установления размера алиментов в твердой денежной сумме, изменились ли эти обстоятельства при предъявлении указанных требований, как скажется изменение размера алиментов на материальном положении ребенка. Например, решением мирового судьи Алтайского района Алтайского края отказано в удовлетворении требований З. о взыскании алиментов в долевом отношении к заработку вместо производимого взыскания алиментов на ребенка в размере 2200 руб. ежемесячно. В судебном заседании нашел свое подтверждение довод истца о том, что он трудоустроился, однако, как было установлено, истец принят на работу с испытательным сроком, который еще не окончен. Доказательств того, что истец имеет иное постоянное место работы и получает стабильную заработную плату либо имеет иной постоянный доход, суду представлено не было. Учитывая названные обстоятельства, мировой судья пришел к выводу о том, что истец не имеет регулярного заработка или иного дохода. Кроме того, отказывая в иске, мировой судья исходил также из необходимости сохранения прежнего уровня обеспечения дочери истца, который она имела до подачи данного иска. Апелляционным определением Алтайского районного суда Алтайского края решение мирового судьи оставлено без изменения. По другому делу мировой судья г. Элисты Республики Калмыкия также отказал в удовлетворении иска Е., который просил изменить установленный размер алиментов на содержание ребенка с 1/2 части прожиточного минимума для детей до 1/3 части его заработка (дохода) в связи с существенным изменением его материального положения. Принимая такое решение, мировой судья исходил из того, что на момент обращения Е. с указанным иском его обязательства по содержанию сына от первого брака прекратились в связи с достижением ребенком совершеннолетия. Кроме того, одним из оснований для взыскания алиментов в долевом отношении к заработку в силу ст.ст. 81, 83 СК РФ является наличие постоянной работы и регулярного заработка, однако в судебном заседании было установлено, что Е. не работает, получает пособие по безработице. При этом казенным учреждением Республики Калмыкия "Центр занятости населения города Элисты" зафиксирован отказ Е. от подходящей работы. С учетом установленного мировой судья пришел правильно к выводу об отсутствии правовых оснований для изменения размера взыскиваемых с истца алиментов. В ряде случаев суды, отказывая в удовлетворении иска об изменении размера алиментов, полагали, что если алименты были присуждены в твердой денежной сумме, то они не могут быть изменены на алименты в долевом отношении к заработку. Данная позиция является ошибочной, поскольку изменение размера алиментов в порядке, установленном ст. 119 СК РФ, допустимо и в случае, если алименты были присуждены в твердой денежной сумме. Однако в указанном случае истец должен доказать изменение (отсутствие) обстоятельств, послуживших основанием для взыскания алиментов в твердой денежной сумме (ст. 83 СК РФ). Наиболее распространенным обстоятельством, служившим основанием для обращения получателя алиментов в суд с иском об увеличении размера взыскиваемых алиментов в случае, если плательщик алиментов уплачивал алименты на двух и более детей в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу, являлось достижение одним из детей совершеннолетия. Как правило, такие иски удовлетворялись судами. Например, мировым судьей Суражского района Брянской области рассмотрено гражданское дело по иску Щ. к С. об увеличении размера алиментов, взыскиваемых на несовершеннолетнего ребенка, с 1/6 до 1/4 части всех видов заработка ответчика. Истец мотивировала свои требования тем, что решением мирового судьи с ответчика взысканы алименты на содержание двоих несовершеннолетних детей по 1/6 части всех видов заработка, в настоящее время один из детей достиг совершеннолетия, алиментные обязательства в отношении него прекратились, в связи с чем размер алиментов, взыскиваемых на другого ребенка должен быть увеличен с 1/6 до 1/4 части всех видов заработка плательщика алиментов. Иск был удовлетворен, решение не обжаловалось. Кроме того, имели место случаи, когда получатели алиментов в целях увеличения размера алиментов обращались с иском в суд о взыскании алиментов в твердой денежной сумме вместо производимого на основании решения суда (либо судебного приказа) взыскания алиментов в долевом отношении к заработку. В обоснование таких требований истцы ссылались на то, что взыскание алиментов в долевом отношении к заработку более не отвечает интересам ребенка, поскольку составляет незначительную сумму, нередко не достигающую даже размера прожиточного минимума на детей, установленного в соответствующем субъекте Российской Федерации, что не позволяет содержать ребенка и обеспечивать его жизненные потребности. Разрешая такие споры, суды проверяли, действительно ли изменилось материальное, семейное положение сторон, имеются ли иные заслуживающие внимание обстоятельства, являющиеся основанием для изменения размера взыскиваемых алиментов. Например, решением Центрального районного суда г. Калининграда изменен размер алиментов, взысканных в долях: алименты установлены в твердой денежной сумме в размере 7 тыс. рублей, что составляло 1,14 доли величины прожиточного минимума для детей в Калининградской области. Обращаясь с данным иском в суд, истец ссылалась на то, что доход, из которого исчислены алименты, не соответствует действительному материальному положению ответчика. Кроме того, перечисляемые ответчиком на дочь алименты в размере 1/4 части всех видов его заработка и (или) иного дохода не превышают 1500 руб., что не соответствует прежнему уровню обеспечения дочери. Согласно сведениям межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы но г. Калининграду доход ответчика составил 6500 руб. в месяц. Между тем судом установлено, что ответчик, являясь индивидуальным предпринимателем, арендует нежилое помещение, которое используется им для розничной торговли, при этом ежемесячный размер арендной платы значительно превышает размер его дохода. Кроме того, ответчиком получены значительные денежные средства от продажи 1/2 доли принадлежащего ему на праве собственности земельного участка. Самим ответчиком также не оспаривалось, что ежемесячно он несет расходы, превышающие размер его дохода. С учетом указанных обстоятельств суд обоснованно пришел к выводу о том, что установленный доход ответчика не соответствует его действительному материальному положению. Изменяя размер алиментов, суд также исходил из необходимости сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения. С таким решением суда первой инстанции согласился и суд апелляционной инстанции. Обобщение судебной практики показало, что при рассмотрении дел об увеличении либо об уменьшении размера алиментов в связи с изменением материального или семейного положения сторон после установления в судебном порядке размера алиментов некоторые суды ошибочно руководствовались п. 2 ст. 81 СК РФ. В данном случае необходимо руководствоваться ст. 119 СК РФ, поскольку именно этой нормой определены основания для изменения или освобождения от уплаты алиментов, размер которых установлен в судебном порядке. Что же касается п. 2 ст. 81 СК РФ, то он регулирует возможность уменьшения или увеличения размера долей, установленных п. 1 ст. 81 СК РФ, при первоначальном определении судом размера алиментов, взыскиваемых на несовершеннолетних в судебном порядке. IX. Освобождение от уплаты задолженности по алиментам или об уменьшении этой задолженности (ст. 114 СК РФ) В силу п. 1 ст. 114 СК РФ освобождение от уплаты задолженности по алиментам или уменьшение этой задолженности при уплате алиментов по соглашению сторон возможно по взаимному согласию сторон, за исключением случаев уплаты алиментов на несовершеннолетних детей. Согласно п. 2 указанной статьи Кодекса суд вправе по иску лица, обязанного уплачивать алименты, освободить его полностью или частично от уплаты задолженности по алиментам, если установит, что неуплата алиментов имела место в связи с болезнью этого лица или по другим уважительным причинам и его материальное и семейное положение не дает возможности погасить образовавшуюся задолженность по алиментам. При разрешении дел по искам об освобождении от уплаты задолженности по алиментам или об уменьшении такой задолженности суды учитывали положения указанной нормы и принимали решение, исходя из конкретных обстоятельств дела. В большинстве случаев суды отказывали в удовлетворении требований в связи с недоказанностью истцами наличия обстоятельств, предусмотренных п. 2 ст. 114 СК РФ. Принимая решение об удовлетворении иска, к уважительным причинам неуплаты алиментов суды, в частности, относили прохождение срочной военной службы лицом, обязанным уплачивать алименты, а также нетрудоспособность плательщика алиментов. При этом суды освобождали такое лицо полностью или частично от уплаты задолженности по алиментам при условии, если тяжелое материальное и семейное положение препятствовало ему погасить образовавшуюся задолженность. Например, решением мирового судьи Каларского района Забайкальского края истец частично освобожден от уплаты задолженности по алиментам на несовершеннолетнюю дочь. При этом судья исходил из факта получения истцом тяжелой травмы, длительной нетрудоспособности и отсутствия в связи с этим возможности выплачивать алименты в период лечения. Приняв во внимание представленные доказательства (документы о тяжести заболевания истца, о сроке реабилитации, о состоянии на учете в Центре занятости), суд апелляционной инстанции согласился с выводом мирового судьи о частичном уменьшении размера задолженности. По ряду дел суды необоснованно освобождали должников от уплаты задолженности по алиментам, признавая в качестве уважительной причины неуплаты алиментов отбывание наказания должниками в местах лишения свободы, без исследования иных юридически значимых для разрешения данного вопроса обстоятельств. Полагаем правильной практику тех судов, которые исходят из того, что наличие задолженности, образовавшейся в период отбытия должником по алиментам наказания в местах лишения свободы, не является безусловным основанием для его освобождения полностью или в части от уплаты задолженности по алиментам. В указанном случае суду необходимо исследовать иные обстоятельства, в частности привлекался ли такой плательщик алиментов в период отбытия наказания к оплачиваемому труду, не отказывался ли он от работы без уважительных причин, принимал ли он меры к погашению задолженности после отбытия наказания, а также не имеется ли объективных причин, делающих невозможным погашение им задолженности после освобождения из мест лишения свободы (например, наступление инвалидности, препятствующей трудовой деятельности, и т.д.). В качестве примера можно привести дело по иску Т. об освобождении от уплаты задолженности по алиментам, рассмотренное мировым судьей Советского района г. Орла. При рассмотрении данного дела судья принял во внимание, что истец не представил доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, по которым он не работал в местах отбытия наказания. Кроме того, судья также учел, что истец трудоспособен, инвалидности не имеет, после освобождения из мест лишения свободы на учете как безработный не состоит, занимается ремонтом автомашин и имеет ежемесячный доход. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, судья обоснованно мотивировал свои выводы тем, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие одновременно двух условий, необходимых для освобождения его от уплаты задолженности по алиментам согласно п. 2 ст. 114 СК РФ (неуплата алиментов имела место в связи с болезнью этого лица или по другим уважительным причинам и его материальное и семейное положение не дает возможности погасить образовавшуюся задолженность по алиментам). В некоторых случаях плательщики алиментов просили освободить их от уплаты задолженности по алиментам, ссылаясь на то, что фактически задолженности по алиментам не имеется, поскольку она начислена за период, когда дети проживали вместе с ними и находились на их иждивении, в силу чего в указанный период они не обязаны были уплачивать алименты на этих детей. В указанной ситуации суды, в частности, проверяли, за какой период образовалась задолженность, с какого момента ребенок стал проживать совместно с данным родителем, а также какими обстоятельствами было обусловлено такое проживание. Например, при рассмотрении мировым судьей г. Муравленко Ямало-Ненецкого автономного округа дела по иску Д. к Г. об освобождении от уплаты задолженности по алиментам было установлено, что вступившим в законную силу решением Муравленковского городского суда место жительства ребенка определено с его отцом Д. После вынесения указанного решения ребенок стал проживать с истцом и находился на полном его обеспечении. Поскольку истец не обратился своевременно в суд с заявлением о прекращении взыскания с него алиментов в пользу Г., а самостоятельно прекратил выплаты, у него образовалась задолженность по алиментам. Учитывая названные обстоятельства, мировой судья принял правильное решение об освобождении Д. от уплаты указанной задолженности по алиментам. Решение мирового судьи ответчиком не обжаловалось. Между тем имели место случаи, когда суды необоснованно освобождали плательщика алиментов от уплаты задолженности по алиментам по мотиву проживания ребенка вместе с ним. Так, мировым судьей г. Великие Луки Псковской области М. был частично освобожден от уплаты задолженности по алиментам на несовершеннолетнего сына за период с 1 июня по 31 августа 2011 г. К уважительной причине для частичного освобождения от уплаты задолженности по алиментам мировой судья отнес факт проживания несовершеннолетнего ребенка в указанный период с отцом и неучастие матери в содержании ребенка в тот же период. Апелляционным определением Великолукского городского суда решение в этой части отменено с принятием нового решения. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что временное нахождение сына с отцом в период летних каникул не является основанием для освобождения должника от задолженности по алиментам. Полагаем, что такой вывод суда апелляционной инстанции является правильным. Обобщение судебной практики показало, что вопрос об освобождении от уплаты задолженности по алиментам в тех случаях, когда из актовой записи о рождении ребенка исключались сведения об отце ребенка, уплачивающем алименты на этого ребенка, разрешались судами по-разному. Некоторые суды полагали, что в указанном случае должник подлежит безусловному освобождению не только от уплаты алиментов, но и от уплаты задолженности по алиментам, поскольку установлен факт того, что он не является отцом ребенка. Другие суды разрешали этот вопрос с учетом конкретных обстоятельств дела. Например, в одном случае суд, установив, что в отношении истца имеется вступившее в законную силу решение суда, согласно которому он не является отцом ребенка, освободил его от уплаты задолженности по алиментам на этого ребенка с учетом того, что о вынесении в 2005 году судебного приказа о взыскании алиментов и о наличии задолженности по уплате алиментов истец не знал длительное время (до апреля 2012 г.). Кроме того, суд принял во внимание материальное и семейное положение истца (постоянной работы не имеет, вступил в новый брак и на его иждивении находятся двое несовершеннолетних детей). В другом случае суд также освободил истца от уплаты задолженности по алиментам, при этом принял во внимание, что в период образования задолженности он тяжело болел, регулярно проходил амбулаторное и стационарное лечение, впоследствии ему была установлена инвалидность. Полагаем, что при разрешении данных споров следует руководствоваться следующим. Статьей 13 ГПК РФ закреплено правило об обязательности судебных постановлений. В соответствии с чч. 2 и 3 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации; неисполнение судебного постановления, а равно иное проявление неуважения к суду влечет за собой ответственность, предусмотренную федеральным законом. Следовательно, судебное постановление (судебный приказ, решение суда) о взыскании алиментов должно было исполняться лицом, обязанным уплачивать алименты, надлежащим образом до вступления в силу решения суда об исключении его отцовства в отношении ребенка. Вместе с тем, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела (причины образования задолженности, материальное и семейное положение должника, наличие либо отсутствие со стороны взыскателя алиментов - матери ребенка недобросовестных действий, например введение в заблуждение истца в отношении его отцовства, сообщение ею ложных сведений, представление подложных документов, послуживших основанием для записи лица в качестве отца ребенка), суд вправе на основании п. 2 ст. 114 СК РФ принять решение об освобождении должника от уплаты задолженности по алиментам. X. Ответственность за несвоевременную уплату алиментов (ст. 115 СК РФ) В соответствии со ст. 115 СК РФ при образовании задолженности по вине лица, обязанного уплачивать алименты по соглашению об уплате алиментов, виновное лицо несет ответственность в порядке, предусмотренном этим соглашением. При образовании задолженности по вине лица, обязанного уплачивать алименты по решению суда, виновное лицо уплачивает получателю алиментов неустойку в размере одной второй процента от суммы невыплаченных алиментов за каждый день просрочки. Получатель алиментов вправе также взыскать с виновного в несвоевременной уплате алиментов лица, обязанного уплачивать алименты, все причиненные просрочкой исполнения алиментных обязательств убытки в части, не покрытой неустойкой. При разрешении споров, связанных со взысканием с плательщика алиментов неустойки на основании ст. 115 СК РФ, суды учитывали разъяснения, содержащиеся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. N 9, о том, что предусмотренная п. 2 ст. 115 СК РФ ответственность лица, обязанного уплачивать алименты по решению суда, за несвоевременную уплату алиментов (уплата неустойки, возмещение убытков) наступает в случае образования задолженности по вине плательщика алиментов. Такая ответственность не может быть возложена на плательщика, если задолженность по алиментам образовалась по вине других лиц, в частности в связи с несвоевременной выплатой заработной платы, задержкой или неправильным перечислением алиментных сумм банками и т.п. Разрешая споры, суды проверяли, имелась ли у ответчика задолженность по уплате алиментов, выясняли причины неисполнения или ненадлежащего исполнения обязанности по уплате алиментов, а также наличие либо отсутствие его вины в неуплате или несвоевременной уплате алиментов. При отсутствии вины плательщика алиментов суды отказывали в удовлетворении иска о взыскании неустойки. Например, при рассмотрении мировым судьей Камчатского края дела по иску А. к Министерству обороны Российской Федерации и к С. о взыскании неустойки за несвоевременную уплату алиментов было установлено, что алименты на ребенка не были уплачены своевременно вследствие утраты исполнительного листа работодателем С., обязанным ежемесячно удерживать алименты из денежного довольствия истца. Учитывая отсутствие вины С. в несвоевременной выплате алиментов, судья обоснованно отказал в иске М. к С. о взыскании неустойки. Этим же решением мирового судьи обоснованно отказано и в удовлетворении требования М. к Министерству обороны Российской Федерации о взыскании неустойки, поскольку неустойка, предусмотренная п. 2 ст. 115 СК РФ, является специальной мерой семейно-правовой ответственности и может быть взыскана лишь с лица, обязанного уплачивать алименты. В некоторых случаях должники ссылались на отсутствие своей вины в неуплате алиментов ввиду отбывания наказания в местах лишения свободы. При разрешении таких споров суды, так же как и при рассмотрении дел об освобождении от уплаты задолженности по алиментам, проверяли, имел ли осужденный возможность в указанный период трудиться. Так, мировой судья Калининградской области взыскал с Б. в пользу взыскателя А. неустойку за период с 19 октября 2010 г. по 11 октября 2013 г. за несвоевременную уплату алиментов на несовершеннолетнего сына. Суд отклонил доводы ответчика о том, что причина образования задолженности является уважительной, поскольку он отбывал наказание в местах лишения свободы по приговору суда и в связи с этим не мог работать и выплачивать алименты. Как установлено судом, ответчик в период отбывания наказания привлекался к оплачиваемому труду, однако без уважительных причин от работы отказался. Сам Б. при рассмотрении дела пояснил, что он решил не работать, а получить образование. С учетом установленного суд правильно пришел к выводу о виновном неисполнении ответчиком обязанностей по уплате алиментов. Решение суда в апелляционном порядке не обжаловалось. Как показало обобщение судебной практики, при рассмотрении данной категории дел ответчики нередко ссылались на явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств по своевременной уплате алиментов и просили суд уменьшить размер неустойки, применив положения ст. 333 ГК РФ. По абсолютному большинству дел суды такую позицию признавали несостоятельной и исходили из того, что уменьшение размера неустойки за несвоевременную уплату алиментов, взысканных судом, на основании ст. 333 ГК РФ не допускается. При этом суды учитывали соответствующие разъяснения, содержащиеся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2012 года, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 26 декабря 2012 г., о том, что особенности алиментных обязательств исключают возможность применения ст. 333 ГК РФ к возникающей в соответствии с п. 2 ст. 115 СК РФ ответственности должника за их ненадлежащее исполнение. Неустойка, установленная п. 2 ст. 115 СК РФ, является специальной мерой семейно-правовой ответственности, гарантирующей осуществление прав нуждающихся членов семьи на получение содержания, и взыскивается в виде фиксированного размера взимаемых за каждый день просрочки процентов. Уменьшение неустойки положениями ст. 115 СК РФ не предусмотрено. По ряду дел суды необоснованно удовлетворяли требование о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств по своевременной уплате алиментов. Такие судебные постановления отменялись вышестоящими судами в случае их обжалования. В связи с этим следует отметить, что, удовлетворяя названные иски, суды зачастую неправильно исчисляют размер неустойки. Так, согласно справке Пензенского областного суда при проведении данным областным судом обобщения судебной практики по делам, связанным со взысканием алиментов на детей, было установлено, что судами области исчисление неустойки нередко производится путем умножения общей суммы алиментной задолженности на одну вторую процента и на общее количество дней просрочки. В этом случае сумма неустойки, как правило, превышает сумму долга по алиментам, на которую начисляется неустойка. По мнению Пензенского областного суда, указанный расчет нельзя признать правильным, с чем следует согласиться. При исчислении неустойки необходимо учитывать, что обязанность по уплате алиментов носит ежемесячный характер, и следовательно, неустойку за неуплату алиментов необходимо определять по каждому просроченному месячному платежу, исходя из суммы этого платежа и количества дней его просрочки, определяемого на день вынесения решения суда о взыскании неустойки. В ходе обобщения судебной практики выявлены случаи, когда истцы наряду с требованием о взыскании неустойки за невыплату алиментов, заявляли также требование о компенсации морального вреда. Суды правильно отказывали в компенсации морального вреда на том основании, что действующим Семейным кодексом Российской Федерации не предусмотрена компенсация морального вреда за невыплату алиментов. XI. Споры, связанные с изменением или с расторжением соглашения об уплате алиментов на несовершеннолетних детей, а также о признании его недействительным (ст.ст. 101, 102 СК РФ) Изучение судебной практики показало, что споры об изменении или о расторжении соглашений об уплате алиментов на несовершеннолетних детей либо о признании их недействительными составляют незначительную часть от всего количества дел, касающихся взыскания алиментов на детей. Требования об изменении или о расторжении соглашения об уплате алиментов заявлялись как плательщиками алиментов, так и получателями алиментов. В обоснование своих требований плательщики алиментов, как правило, указывали на изменение материального и семейного положения: вступление в брак и рождение детей, нахождение новой супруги в отпуске по уходу за ребенком, увольнение с работы, снижение заработной платы. Наиболее часто основаниями для обращения получателей алиментов с требованиями об изменении соглашения или о расторжении соглашения являлось изменение материального положения плательщика алиментов в лучшую сторону либо нерегулярность производимых им выплат, недостаточность установленной соглашением суммы алиментов. Разрешая указанные требования, суды учитывали положения ст. 101 СК РФ. Вопрос о том, действительно ли имеет место существенное изменение материального или семейного положения сторон (п. 4 ст. 101 СК РФ), в силу которого допустимо изменение или расторжение соглашения об уплате алиментов на несовершеннолетних детей, разрешался судами с учетом обстоятельств, аналогичных тем, которые принимались судами во внимание при применении ст. 119 СК РФ. Споры об изменении соглашения об уплате алиментов, как правило, касались установления иного размера алиментов, способа и порядка их уплаты и в целом разрешались судами правильно. Так, решением мирового судьи Октябрьского района г. Барнаула, оставленным без изменения апелляционным определением Октябрьского районного суда г. Барнаула Алтайского края, обоснованно отказано в удовлетворении иска Ч. об изменении соглашения об уплате алиментов путем установления в нем условия о перечислении 50% сумм алиментов на счет, открытый на имя несовершеннолетнего в банке, поскольку доводы истца о том, что ответчик использует перечисленные им суммы алиментов не в интересах ребенка, в ходе судебного разбирательства своего подтверждения не нашли. При этом судом правильно принято во внимание то обстоятельство, что размер алиментов, выплачиваемый истцом по соглашению с ответчиком, не является значительным. В судебной практике имели место случаи, когда суды необоснованно отказывали в удовлетворении исков об изменении соглашения об уплате алиментов. Например, апелляционным определением Шарьинского районного суда Костромской области отменено решение мирового судьи г. Шарьи Костромской области об отказе в удовлетворении иска Р. об изменении соглашения об уплате алиментов и принято новое решение, которым исковые требования Р. удовлетворены частично: ежемесячный размер подлежащих уплате алиментов на несовершеннолетних детей определен в сумме 15 тыс. рублей вместо 40 тыс. рублей, установленных соглашением. Суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для изменения соглашения об уплате алиментов, поскольку с момента заключения сторонами алиментного соглашения у истца изменилось материальное положение в связи с прекращением им предпринимательской деятельности. Вместе с тем, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд апелляционной инстанции поставил под сомнение довод истца о том, что единственным источником его дохода является заработная плата в незначительном размере (5300 руб.), и отказал в иске в части взыскания алиментов на детей в размере 1/3 части его заработка. Размер алиментов в твердой денежной сумме определен судом апелляционной инстанции с учетом материального положения истца. При разрешении судами дел о признании соглашения об уплате алиментов на несовершеннолетних детей недействительным суды учитывали, что в соответствии с положениями п. 1 ст. 101 СК РФ в указанном случае подлежат применению нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие признание недействительными гражданско-правовых сделок. Кроме того, суды применяли положения ст. 102 СК РФ, в которой предусмотрено специальное основание для признания недействительным соглашения об уплате алиментов. Так, решением Ковдорского районного суда, оставленным без изменения апелляционным определением Мурманского областного суда, удовлетворен иск О. к С. о признании соглашения об уплате алиментов недействительным, поскольку установленный соглашением размер алиментов был ниже размера алиментов, который истец могла бы получить при взыскании алиментов в судебном порядке. Данное обстоятельство в силу прямого указания закона (ст. 102, п. 2 ст. 103 СК РФ) является основанием для признания соглашения недействительным. В другом случае мировым судьей Центрального района г. Новосибирска отказано в удовлетворении требования Ф. о признании соглашения об уплате алиментов на несовершеннолетнего ребенка недействительным. При этом судья исходил из того, что оснований для признания соглашения недействительным не установлено. Обстоятельства, на которых истец основывал свои требования (нахождение на его иждивении еще одного несовершеннолетнего ребенка, а также супруги, которая находится в отпуске по уходу за ребенком), существовали на момент заключения соглашения и не могут являться основаниями для признания соглашения об уплате алиментов недействительным. Кроме того, ответчиком были представлены документы, свидетельствующие о том, что материальное и семейное положение истца как на момент заключения соглашения, так и впоследствии является стабильным и позволяет выплачивать алименты в установленном соглашением размере. С исками о признании соглашения об уплате алиментов недействительным обращались также кредиторы плательщика алиментов. Такие обращения, как правило, основывались на том, что заключенное соглашение в соответствии со ст. 170 ГК РФ является мнимой сделкой. В случаях установления обстоятельств, свидетельствующих о мнимом характере заключенного соглашения, суды удовлетворяли требования о признании соглашения недействительным. Например, Альметьевским городским судом Республики Татарстан удовлетворен иск банка к З., Р. о признании недействительным соглашения об уплате алиментов. Как установлено в ходе судебного разбирательства, решением этого же суда с ответчика З. в пользу истца в возмещение ущерба взыскано более 56 млн. рублей, возбуждено исполнительное производство. После вынесения данного решения ответчики расторгли в судебном порядке брак, а также заключили соглашение об уплате алиментов на ребенка, по условиям которого З. обязалась ежемесячно перечислять Р. алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка, оставшегося проживать с ним, в размере 70% ежемесячного дохода. Установив, что фактически ответчики и их несовершеннолетний ребенок проживают совместно, и принимая во внимание другие обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что соглашение об уплате алиментов является мнимой сделкой, совершенной с целью исключить возможность обращения взыскания на заработную плату, получаемую З. По другому делу Курчатовским районным судом г. Челябинска также признаны недействительными соглашения об уплате алиментов на трех детей. Данный вывод суда основан на том, что, несмотря на имеющийся долг по кредитному договору (более 600 млн. рублей), ответчики заключили соглашение об уплате алиментов на детей в твердых денежных суммах в значительных размерах (на каждого из трех детей по 300 тыс. рублей ежемесячно). При этом, как установил суд, фактически эти соглашения не могли быть исполнены, поскольку общая сумма алиментов, подлежащая выплате по ним, превышала заработную плату плательщика алиментов. Суд пришел к выводу о том, что данные соглашения являются мнимыми и привели к нарушению прав истца - банка, так как с учетом приоритетного исполнения алиментных обязательств (ст. 111 Федерального закона "Об исполнительном производстве") создали препятствия к исполнению решения суда о взыскании суммы долга по кредитному договору. При разрешении споров, связанных с уплатой алиментов по соглашению, суды не всегда учитывали, что п. 1 ст. 100 СК РФ установлены обязательные требования к форме соглашения об уплате алиментов (такое соглашение заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению), что приводило к вынесению необоснованного решения. Например, решением мирового судьи Кировского района Ленинградской области был удовлетворен иск Г. о расторжении соглашения об уплате алиментов, оформленного в форме обязательства о выплате им ежемесячно на содержание дочери твердой денежной суммы. Определением суда апелляционной инстанции указанное решение мирового судьи отменено и принято новое решение об отказе в удовлетворении иска, поскольку, как установил суд апелляционной инстанции, соглашение между сторонами по правилам ст.ст. 99 и 100 СК РФ заключено не было. XII. Вынесение судами частных определений (ст. 226 ГПК РФ) Обобщение судебной практики показало, что по ряду дел в случае выявления нарушения законности судьи, руководствуясь ст. 226 ГПК РФ, реагировали на данные нарушения путем вынесения частных определений. Частные определения выносились: в адрес органов опеки и попечительства (в связи с несвоевременным принятием мер по защите прав и интересов несовершеннолетнего ребенка; длительным непредставлением органом опеки и попечительства заключения по делу, а впоследствии представлением немотивированного заключения); в адрес администраций школ и образовательных учреждений среднего профессионального образования (в связи с несвоевременным информированием органов опеки и попечительства о детях, оставшихся без попечения родителей); в адрес органов полиции (в целях принятия мер к устранению недостатков в работе инспекций по делам несовершеннолетних, выявленных при рассмотрении дел о лишении родительских прав и взыскании алиментов); в адрес руководителей государственных инспекций труда в субъектах Российской Федерации (в связи с установленными нарушениями работодателем в отношении работников, являющихся плательщиками алиментов, норм Трудового кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 24 июля 2009 г. N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования", Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования", Налогового кодекса Российской Федерации); в адрес руководителей службы судебных приставов-исполнителей (в связи с бездействием в осуществлении обязанностей по исполнению требований исполнительного документа о взыскании алиментов; отсутствием контроля и надлежащей организации ведения исполнительных производств; незаконным прекращением исполнительного производства; утерей судебного приказа о взыскании алиментов; длительным неисполнением запроса мирового судьи о предоставлении сведений о размере задолженности по алиментам либо неправильным представлением расчета задолженности по алиментам); в адрес других органов, организаций и должностных лиц. Полагаем необходимым обратить внимание судей на то, что факты нарушения законности, выявленные при разрешении дел, связанных со взысканием алиментов на детей, не должны оставаться без соответствующего реагирования (ст. 226 ГПК РФ). (Обзор утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13 мая 2015 г.) _____________