25.11.2004
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 11 2004 года Опубликовано: 25.11.2004 Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Признан соответствующим федеральному законодательству абз. 2 п. 2.4 Инструкции о порядке выдачи документов, удостоверяющих временную нетрудоспособность граждан (утвержденной 19 октября 1994 г. приказом Министерства здравоохранения и медицинской промышленн 1. Признан соответствующим федеральному законодательству абз. 2 п. 2.4 Инструкции о порядке выдачи документов, удостоверяющих временную нетрудоспособность граждан (утвержденной 19 октября 1994 г. приказом Министерства здравоохранения и медицинской промышленности Российской Федерации N 206 и постановлением Фонда социального страхования Российской Федерации N 21), в силу которого в исключительных случаях листок нетрудоспособности может быть выдан по решению клинико-экспертной комиссии и за прошедший период Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19 февраля 2004 г. N ГКПИ 03-1585 (Извлечение) М. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании незаконным и недействующим абз. 2 п. 2.4 Инструкции о порядке выдачи документов, удостоверяющих временную нетрудоспособность граждан (утвержденной 19 октября 1994 г. приказом Министерства здравоохранения и медицинской промышленности (Минздравмедпром России) N 206 и постановлением Фонда социального страхования Российской Федерации (ФСС России) N 21; далее - Инструкция), сославшись на то, что оспариваемый в указанной части пункт Инструкции нарушает его права на получение медико-социальной помощи в связи с заболеванием, а также без законных оснований препятствует выдаче листка нетрудоспособности за прошедшие дни. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев 19 февраля 2004 г. дело по первой инстанции, в удовлетворении заявления отказала по следующим основаниям. В соответствии со ст. 20 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан при заболевании, утрате трудоспособности и в иных случаях граждане имеют право на медико-социальную помощь, которая включает профилактическую, лечебно-диагностическую, реабилитационную, протезно-ортопедическую и зубопротезную помощь, а также меры социального характера по уходу за больными, нетрудоспособными и инвалидами, включая выплату пособия по временной нетрудоспособности. Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 февраля 1994 г. N 101 решение вопросов о порядке выдачи документов, удостоверяющих временную нетрудоспособность граждан, о порядке осуществления контроля за организацией экспертизы временной нетрудоспособности и соблюдении правил выдачи документов, удостоверяющих временную нетрудоспособность граждан, в лечебно-профилактических учреждениях отнесено к компетенции Министерства здравоохранения и Фонда социального страхования Российской Федерации. Во исполнение названного постановления Правительства приказом Минздравмедпрома России от 19 октября 1994 г. N 206 и постановлением ФСС России N 21 от того же числа была утверждена упомянутая Инструкция. В силу ч. 2 ст. 253 ГПК РФ суд, установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, признает данный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени. По утверждению представителя Минздравмедпрома России Инструкция принята Минздравмедпромом России и ФСС России на основании поручения Правительства Российской Федерации, т. е. в пределах своей компетенции, и ее положения Основам законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан не противоречат. Выдача листка нетрудоспособности за прошедший период может быть оправдана только исключительными обстоятельствами. Введенные в Инструкцию ограничения направлены против злоупотребления как со стороны медицинских работников, так и граждан. Анализ содержания оспариваемого пункта Инструкции также свидетельствует о его соответствии действующему по этому вопросу законодательству Российской Федерации. Предусмотренных законом оснований для признания абз. 2 п. 2.4 Инструкции недействующим не имеется. Довод заявителя о том, что положения оспариваемого пункта Инструкции противоречат ст.ст. 17 и 49 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, не может быть принят во внимание, поскольку названные нормы Закона вопросы выдачи листков нетрудоспособности за прошедшее время непосредственно не регулируют, а лишь устанавливают права граждан на охрану здоровья и получение листка нетрудоспособности в случае наступления временной нетрудоспособности. Порядок же выдачи такого документа в соответствии с указанным выше постановлением Правительства Российской Федерации установлен оспариваемой Инструкцией. По общему правилу, определенному абз. 1 п. 2.4 Инструкции, листок нетрудоспособности выдается в день установления нетрудоспособности, включая праздничные и выходные дни. В абз. 2 п. 2.4 этой же Инструкции предусмотрено, что в исключительных случаях листок нетрудоспособности может быть выдан по решению клинико-экспертной комиссии и за прошедший период. Признание данного абзаца Инструкции недействующим, о чем просит заявитель, фактически во всех случаях лишит граждан права на получение листка нетрудоспособности за прошедший период, что не соответствует интересам как самого заявителя, так и других граждан. Не может служить основанием к удовлетворению требования М. и ссылка его на отсутствие перечня исключительных случаев, при которых выдается листок нетрудоспособности за прошедший период. Признание таких случаев исключительными может зависеть, как считал суд, от конкретных обстоятельств, и решение об отнесении их к таковым может быть принято лишь соответствующим компетентным органом, а именно клинико-экспертной комиссией, что требованиям закона не противоречит. Утверждение заявителя о том, что оспариваемым абзацем Инструкции нарушается его право на получение медико-социальной помощи, необоснованно, поскольку данный абзац Инструкции регулирует лишь вопрос о выдаче листка нетрудоспособности за прошедший период и ни в коей мере не препятствует получению заявителем предусмотренной законом медико-социальной помощи. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ заявление М. о признании незаконным и недействующим абз. 2 п. 2.4 Инструкции о порядке выдачи документов, удостоверяющих временную нетрудоспособность граждан (утвержденной приказом Министерства здравоохранения и медицинской промышленности Российской Федерации от 19 октября 1994 г. N 206 и постановлением Фонда социального страхования Российской Федерации N 21 от того же числа) оставила без удовлетворения. Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 27 мая 2004 г. решение оставила без изменения. _____________ Инструкция о порядке применения Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, утвержденная постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС 2. Инструкция о порядке применения Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, утвержденная постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 21 ноября 1975 г. N 273/П-20, признана частично недействующей с 1 февраля 2002 г. Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15 апреля 2004 г. N ГКПИ 04-481 (Извлечение) Муниципальное унитарное предприятие (МУП) "Челябгортранс" обратилось в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующими абз. 2, 3 п. 8, предложений 3, 4, 5 п. 9 и абз. 2, 3, 4 примера к п. 9, п. 10 и абз. 2 п. 12 Инструкции о порядке применения Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, утвержденной постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 21 ноября 1975 г. N 273/П-20. Как указал заявитель, оспариваемые положения нормативного правового акта противоречат действующему трудовому законодательству и нарушают права работодателей. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев 15 апреля 2004 г. дело по первой инстанции, заявление удовлетворила частично, указав следующее. В соответствии со ст. 251 ГПК РФ организация, считающая, что принятым и опубликованным в установленном порядке нормативным правовым актом органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица нарушаются ее права и свободы, гарантированные Конституцией Российской Федерации, законами и другими нормативными правовыми актами, а также прокурор в пределах своей компетенции вправе обратиться в суд с заявлением о признании этого акта противоречащим закону полностью или в части. Государственный комитет Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы и Президиум Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов постановлением от 21 ноября 1975 г. N 273/П-20 утвердили Инструкцию о порядке применения Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день. Согласно ч. 2 ст. 117 ТК РФ перечни производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, а также минимальная продолжительность этого отпуска и условия его предоставления утверждаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Как пояснил в суде представитель Минтруда России, до принятия соответствующего постановления Правительства предоставление дополнительного оплачиваемого отпуска за работу с вредными условиями труда осуществляется в соответствии со Списком производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, утвержденным постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 г. N 298/П-22, и Инструкцией о порядке применения указанного Списка, утвержденной постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 21 ноября 1975 г. N 273/П-20. В силу ч. 1 ст. 423 ТК РФ впредь до приведения законов и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с настоящим Кодексом законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также законодательные акты бывшего Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и порядке, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации, постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 г. N 2014-I "О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств", применяются постольку, поскольку они не противоречат настоящему Кодексу. Абзацем 3 п. 8 Инструкции предусмотрено, что в стаж работы, дающий право на получение дополнительного отпуска названным работникам, также включаются: а) период временной нетрудоспособности; б) время отпуска по беременности и родам, время выполнения женщинами легких работ в связи с беременностью, а также время выполнения женщинами других работ, на которые они были переведены в связи с кормлением ребенка грудью или наличием детей в возрасте до одного года; в) время выполнения государственных и общественных обязанностей. В силу ч. 3 ст. 121 ТК РФ в стаж работы, дающий право на ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, включается только фактически отработанное в соответствующих условиях время. Следовательно, доводы МУП "Челябгортранс" о том, что периоды времени, указанные в абз. 3 п. 8 Инструкции, не могут включаться в специальный стаж, являются обоснованными. В п. 9 (предложения 3, 4, 5) Инструкции определено следующее. Если рабочий, инженерно-технический работник или служащий в рабочем году проработал в производствах, цехах, профессиях и должностях, предусмотренных в Списке, менее 11 месяцев, то ему дополнительный отпуск предоставляется пропорционально проработанному времени. Рабочим, инженерно-техническим работникам и служащим, постоянно занятым в производствах, цехах и на участках с вредными условиями труда, дополнительный отпуск может быть предоставлен полностью и до истечения 11 месяцев, если ежегодный (основной) отпуск предоставляется авансом. В тех случаях, когда у работника право на ежегодный (основной) и дополнительный отпуск возникает в различное время, эти отпуска предоставляются ему одновременно и полностью. В качестве примера к п. 9 Инструкции в абз. 3, 4 указано следующее. Рабочий в ноябре 1973 г. поступил на работу в производство с вредными условиями труда, где установлен дополнительный отпуск продолжительностью 12 рабочих дней. В октябре 1974 г. ему был предоставлен отпуск общей продолжительностью 24 рабочих дня. При составлении графиков отпусков на 1975 год этому рабочему предусмотрели отпуск (за второй рабочий год) в июне 1975 г. Поскольку в данном случае ежегодный (основной) отпуск предоставлен авансом, то и дополнительный отпуск также должен быть предоставлен авансом и полностью. Рабочий принят в отдел снабжения в августе 1974 г. В феврале 1975 г. его перевели на работу с вредными условиями труда, где всем рабочим предоставляется дополнительный отпуск продолжительностью 12 рабочих дней. При уходе в июле 1975 г. в отпуск (за первый рабочий год) этому рабочему наряду с ежегодным (основным) отпуском должен быть предоставлен и дополнительный отпуск в полном размере. В этом случае стаж работы на последующие отпуска будет исчисляться раздельно. С учетом нормы ч. 3 ст. 121 ТК РФ содержащееся в предложении 5 п. 9 Инструкции указание о том, что в тех случаях, когда у работника право на ежегодный (основной) и дополнительный отпуск возникает в различное время, то эти отпуска предоставляются ему полностью, не соответствует требованиям Трудового кодекса Российской Федерации. Не соответствует Кодексу и указание в абз. 3 примера к п. 9 Инструкции о том, что в приведенном случае дополнительный отпуск также должен быть предоставлен полностью. В абз. 4 примера к п. 9 Инструкции не соответствует ч. 3 ст. 121 ТК РФ указание в третьем предложении о том, что при уходе в отпуск рабочему наряду с ежегодным (основным) отпуском должен быть предоставлен дополнительный отпуск в полном размере. В связи с тем, что Трудовой кодекс Российской Федерации введен в действие с 1 февраля 2002 г., судом названные положения нормативного правового акта признаются недействующими с этой даты. В остальной обжалуемой части Инструкция признана не противоречащей действующему законодательству. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ заявление муниципального унитарного предприятия "Челябгортранс" удовлетворила частично: признала недействующими с 1 февраля 2002 г. абз. 3 п. 8 Инструкции о порядке применения Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день (утвержденной постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 21 ноября 1975 г. N 273/П-20); предложение 5 п. 9 Инструкции в части слов "и полностью"; абз. 3 примера к п. 9 Инструкции в части слов "и полностью"; абз. 4 примера к п. 9 Инструкции в части слов "в полном размере"; в остальном требования оставила без удовлетворения. Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 8 июля 2004 г. решение оставила без изменения. ____________ Решение суда о ликвидации общественной организации признано правильным Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21 мая 2004 г. N 49-Г04-48 (Извлечение) 3. Решение суда о ликвидации общественной организации признано правильным Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21 мая 2004 г. N 49-Г04-48 (Извлечение) Прокурор Республики Башкортостан обратился в суд с заявлением о ликвидации общественной организации Центр "Дианетика" Республики Башкортостан, ссылаясь на то, что образовательная и медицинская деятельность данной общественной организации проводится в нарушение норм Конституции Российской Федерации и действующего законодательства, поскольку осуществляется без соответствующих лицензий и представляет угрозу здоровью людей, нарушает права и свободы человека. Решением Верховного Суда Республики Башкортостан от 9 февраля 2004 г. заявление прокурора удовлетворено. В кассационной жалобе общественной организации Центр "Дианетика" Республики Башкортостан был поставлен вопрос об отмене решения суда как вынесенного с нарушением норм материального и процессуального права и принятии нового решения об отказе в удовлетворении заявления прокурора. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 21 мая 2004 г. в удовлетворении жалобы отказала по следующим основаниям. В силу абз. 2 п. 2 ст. 61 ГК РФ юридическое лицо может быть ликвидировано по решению суда в случае осуществления деятельности без надлежащего разрешения (лицензии) либо деятельности, запрещенной законом, либо с иными неоднократными или грубыми нарушениями закона или иных правовых актов. Согласно ст. 44 Федерального закона от 19 мая 1995 г. N 82-ФЗ "Об общественных объединениях" основаниями ликвидации общественного объединения или запрета его деятельности по решению суда являются: нарушение общественным объединением прав и свобод человека и гражданина; неоднократные или грубые нарушения общественным объединением Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов или иных нормативных правовых актов либо систематическое осуществление общественным объединением деятельности, противоречащей его уставным целям. Заявление в суд о ликвидации межрегионального, регионального и местного общественных объединений по указанным в данной статье основаниям вносится прокурором соответствующего субъекта Российской Федерации в порядке, предусмотренном Законом Российской Федерации "О прокуратуре Российской Федерации". Как следует из содержания пп. 2.1-2.3 Устава Центра "Дианетика" Республики Башкортостан, основной целью деятельности данной общественной организации является внедрение и популяризация прикладной философии и методологии духовного и нравственного оздоровления людей, общества в целом, разработанной американским ученым Л.Роном Хаббардом. Задачами Центра являются: создание в Республике Башкортостан новой системы образования в соответствии с современными представлениями о природе интеллектуальной деятельности, способствующей формированию свободного гражданского сознания; популяризация трудов Л.Рона Хаббарда; создание реабилитационных центров для лиц, освободившихся из мест лишения свободы, подростков с девиантным (отклоняющимся) поведением, безработных, пенсионеров. Для выполнения поставленных задач Центр осуществляет следующие виды деятельности: применение хаббардовской технологии преподавания, улучшающей способности учащихся и студентов к восприятию и получению знаний на практике и облегчающей их социальную адаптацию после окончания учебного заведения; использование дианетического метода при преподавании менеджмента; научно-исследовательская, просветительская деятельность в области гуманитарных наук и просвещения; организация семинаров, симпозиумов, выставок; подготовка специалистов в области дианетики. В ст. 10 Закона Российской Федерации от 10 июля 1992 г. N 3266-I "Об образовании" указано, что образовательные программы осваиваются в образовательном учреждении, в форме семейного образования, самообразования, экстерната. Пунктом 4 ч. 1 ст. 11 этого же Закона установлено, что учредителями образовательного учреждения могут быть общественные и религиозные организации (объединения), зарегистрированные на территории Российской Федерации. 1 Согласно ст. 11 Закона разрешается создание негосударственных образовательных учреждений в организационно-правовых формах, предусмотренных гражданским законодательством Российской Федерации для некоммерческих организаций. В силу пп. 6 и 7 ст. 33 названного Закона право на ведение образовательной деятельности и льготы, определенные законодательством Российской Федерации, возникают у образовательного учреждения с момента выдачи ему лицензии (разрешения). Судом было установлено, что в нарушение приведенных норм Закона общественная организация Центр "Дианетика" Республики Башкортостан, руководствуясь уставными целями и задачами, осуществляет образовательную деятельность, не создав соответствующего образовательного учреждения и не имея необходимой лицензии. Фактическое осуществление ответчиком образовательной деятельности подтверждается имеющимися в деле доказательствами. Как видно из материалов дела, в отношении директора общественной организации Центр "Дианетика" Республики Башкортостан 26 июня 2001 г. Управлением ФСНП РФ (Федеральной службы налоговой полиции Российской Федерации) по Республике Башкортостан было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. "б" ч. 2 ст. 171 УК РФ (осуществление предпринимательской деятельности без лицензии, сопряженное с извлечением дохода в особо крупном размере), которое впоследствии прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. В то же время на предварительном следствии установлено, что Центр "Дианетика" Республики Башкортостан, фактически осуществляя образовательную деятельность, не занимается ни одним из видов предпринимательской деятельности, перечисленных в ст. 47 Закона Российской Федерации "Об образовании". В ходе следствия по данному делу назначалась экспертиза деятельности Центра, производство которой было поручено сотрудникам Башкирского института развития образования Министерства народного образования Республики Башкортостан. В экспертном заключении от 21 сентября 2001 г. сделан вывод о том, что деятельность Центра по обучению курсам Л.Р.Хаббарда является образовательной и подлежит лицензированию в установленном законом порядке. В частности, в экспертном заключении указано, что: 1) программы курсов Л.Р.Хаббарда переходят из жанра (разряда) "духовно-просветительских, гуманитарных" в разряд образовательных, идентифицируясь как дополнительные общеобразовательные программы, выходящие за рамки государственных стандартов общего образования и, наряду с другими программами дополнительного образования, широкой культурной ориентации, направленные на удовлетворение специфических образовательных потребностей граждан в данной сфере; 2) деятельность названного Центра по обучению курсам Л.Р.Хаббарда выходит за рамки общественной организации, являясь по сути образовательной, так как включает все составляющие полноценного учебного процесса. Ссылка заявителя в кассационной жалобе на то, что заключение экспертизы, проведенной в рамках расследования Управлением ФСНП РФ по Республике Башкортостан уголовного дела, - недопустимое доказательство, необоснованна. Суд был вправе, исходя из содержания ст. 59 ГПК РФ, при рассмотрении гражданского дела принять во внимание заключение данной экспертизы, результаты которой ответчиком и другими лицами не были оспорены, и дать ему оценку без назначения повторной экспертизы. Выводы экспертов суд правомерно нашел объективными, так как они не противоречат другим собранным по делу доказательствам и не были опровергнуты в ходе судебного разбирательства ответчиком. Также судом обоснованно отнесены к доказательствам: письменные материалы, показания свидетелей и другие данные, приведенные в судебном решении. Доказательства, представленные ответчиком в обоснование своих доводов о том, что курсы по изучению дианетики не относятся к образовательной деятельности по программам дошкольного, общего, дополнительного и профессионального образования (письма должностных лиц различных органов исполнительной власти и органов местного самоуправления), суд проверил и обоснованно пришел к выводу, что они не опровергают фактическое осуществление Центром "Дианетика" Республики Башкортостан образовательной деятельности с нарушением требований закона. Должностные лица, подписавшие упомянутые письма, не являются экспертами и не относятся к компетентным должностным лицам, уполномоченным на выдачу лицензии на ведение образовательной деятельности. В кассационной жалобе заявитель ссылался на неправильное применение судом норм Закона Российской Федерации "Об образовании", в соответствии с которыми, по мнению заявителя, деятельность Центра не может быть признана образовательной как не сопровождавшаяся констатацией достижения гражданином (обучающимся) установленных государством образовательных уровней (образовательных цензов), а также как не завершавшаяся подтверждением получения образовательного ценза соответствующим документом. Этот довод является несостоятельным, поскольку определение образования, приведенное в названном Законе, на котором основывает свои возражения заявитель, дано для целей, предусмотренных данным Законом, и, следовательно, носит ограниченный, а не универсальный характер. Поэтому оно не может применяться для толкования понятия образования, осуществляемого вне рамок и с нарушением требований Закона Российской Федерации "Об образовании". Представленное в судебном решении понимание образования соответствует правовой позиции Европейского Суда по правам человека, согласно которой образование рассматривается как непрерывный процесс обучения. В подтверждение следует привести решение Европейского Суда по правам человека по делу Кэмпбелл и Козанс против Соединенного Королевства (Eur. Court. H.R.Campbell and Cosans v. the United Kingdom, Judgment of 25 February 1982. Series A. No 48). В связи с изложенным вывод суда о том, что общественная организация Центр "Дианетика" Республики Башкортостан осуществляет образовательную деятельность в нарушение вышеуказанных норм Закона, является правильным. Кроме того, заявитель в жалобе ссылался на допущенные судом нарушения ряда норм Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Однако приводимые в связи с этим доводы нельзя признать обоснованными, так как они не нашли подтверждения в материалах дела. Принятое судом решение о ликвидации Центра "Дианетика" Республики Башкортостан согласуется с практикой принятия решений в подобных случаях в Европейском сообществе (см: Eur. Comission. H.R. Application 3798/68 Church of X v. the United Kingdom, Decision of 17 December 1968 Yearbook. 1969. No XII. P. 306; Eur. Court. H.R. Belgian Linguistic Case, Judgment of 23 July 1968. Series A. No 6). Учитывая, что право на образование закреплено в ст. 2 Протокола N 1 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно разъяснениям, данным в пп. 9 и 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", правовая позиция Европейского Суда и Европейской комиссии по правам человека в отношении правомочий национальных властей в области образования может быть использована в настоящем деле. Довод кассационной жалобы о том, что суд необоснованно признал деятельность ответчика медицинской, не может быть принят во внимание как не подтвержденный материалами дела. В ст. 17 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" медицинская деятельность включена в перечень видов деятельности, на осуществление которой требуется лицензия. Судом на основании заключения экспертов от 24 сентября 2001 г., заключения судебно-психологической экспертизы групповых феноменов Центров дианетики и Церкви сайентологии, показаний специалистов и свидетелей установлено, что Центром "Дианетика" Республики Башкортостан фактически осуществлялась медицинская деятельность. Дианетика и используемые в ней понятия близки по своему содержанию к психотерапии, психиатрии и предусматривают определенную психокоррекционную работу. Медицинская деятельность проводилась Центром "Дианетика" Республики Башкортостан с применением процедуры "одитинга", представляющей собой неквалифицированное вторжение в сферу сознания человека. При этом должность врача-консультанта в штатном расписании Центра отсутствовала, т. е. медицинская деятельность фактически осуществлялась без участия специалистов. Использование процедуры "одитинга", направленной на введение человека в состояние "транса", может привести к обострению скрытой психиатрической патологии и по своей сути является психологическим и психотерапевтическим воздействием. Однако в соответствии с приказом Минздравмедпрома России от 13 июня 1996 г. N 245 "Об упорядочении применения методов психологического и психотерапевтического воздействия" такие методы воздействия могут применяться и допускаются только при наличии лицензии на данный вид деятельности при условии тщательного отбора пациентов на индивидуальном приеме. Учитывая изложенное, суд правомерно пришел к выводу, что в деятельности Центра "Дианетика" Республики Башкортостан использовались технологии дианетических методов в форме "одитинга", которые включали в себя мероприятия медицинского характера, т. е. указанный Центр, не имея соответствующей лицензии, занимался медицинской деятельностью. При этом сотрудники данного Центра не имели медицинского образования. Ссылка заявителя в кассационной жалобе на то, что заключения названных выше экспертиз являются недопустимыми доказательствами, поскольку не назначались в порядке ст. 79 ГПК РФ, судом первой инстанции уже была проверена и по мотивам, изложенным в судебном решении, признана необоснованной. С такой оценкой Судебная коллегия согласна. Не нашло подтверждения и указание в жалобе заявителя на неправомерную ссылку суда на приказ Минздравмедпрома России от 19 июня 1996 г. N 254 "Об отмене "Методических рекомендаций "Программа детоксикация" (которым запрещается пропаганда и использование методов детоксикации, иных вытекающих из учения Л.Р.Хаббарда методов сайентологии и дианетики в практике здравоохранения) в связи с его "изъятием и уничтожением из перечня действующих приказов здравоохранения Российской Федерации". Данный приказ не признан утратившим силу. Согласно ч. 2 п. 3 ст. 49 ГК РФ право юридического лица осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение лицензии, возникает с момента получения такой лицензии или в определенный в ней срок и прекращается по истечении срока ее действия, если иное не установлено законом или иными правовыми актами. Общественная организация Центр "Дианетика" Республики Башкортостан в нарушение данной нормы, а также вышеприведенных требований Закона Российской Федерации "Об образовании" и Федерального закона "О лицензировании отдельных видов деятельности" без получения необходимых разрешений осуществляла образовательную и медицинскую деятельность, что правильно расценено судом как неоднократное и грубое нарушение закона, являющееся достаточным основанием для решения о ликвидации этой общественной организации. При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, а поэтому оснований к отмене решения суда по доводам кассационной жалобы не имеется. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Верховного Суда Республики Башкортостан от 9 февраля 2004 г. оставила без изменения, а кассационную жалобу общественной организации Центр "Дианетика" Республики Башкортостан - без удовлетворения. _____________ Судебные решения по делу по иску о признании недействительным свидетельства о праве собственности и о применении последствий недействительности ничтожной сделки отменены как постановленные с нарушением норм материального права Определение Судебной коллег 4. Судебные решения по делу по иску о признании недействительным свидетельства о праве собственности и о применении последствий недействительности ничтожной сделки отменены как постановленные с нарушением норм материального права Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 2 апреля 2004 г. N 32-В03-9 (Извлечение) В. обратился в суд с иском к Л. и комитету по земельным ресурсам и землеустройству Саратовского района Саратовской области о признании недействительными свидетельств о праве собственности на землю, о применении последствий недействительности ничтожной сделки, сославшись на следующее. 4 марта 1995 г. умер А. 18 сентября 1995 г. его сыновья В. и Г. получили свидетельства о праве на наследство по закону на дом и земельный участок размером 2600 кв. м по 1/3 части каждый (наследницей по закону являлась также их сестра). 24 ноября 1995 г. комитетом по земельным ресурсам и землеустройству Саратовского района всем наследникам были выданы свидетельства о праве собственности, каждому на 870 кв. м указанного земельного участка. 19 декабря 1996 г. В. продал своему брату Г. 1/3 часть дома и земельный участок размером 870 кв. м. 29 апреля 1997 г. Г. умер, и 11 ноября 1997 г. его жена Л. получила свидетельство о праве на наследство по закону на 2/3 части дома и земельный участок размером 1740 кв. м. По мнению истца, выданные наследникам Г. свидетельства о праве собственности на землю незаконны, так как он, его брат и сестра земельный участок не делили и порядок пользования им не определяли, в связи с этим договор купли-продажи от 19 декабря 1996 г. в части земельного участка и выданное ответчице свидетельство о праве на наследство по закону недействительны. Л., согласившись с иском частично, предъявила встречное требование о признании за ней права собственности на 2/3 части земельного участка, о котором возник спор, указав, что именно в таком размере он принадлежал ее мужу Г. и перешел к ней как к наследнице по закону. Решением Волжского районного суда г. Саратова от 12 марта 2001 г. к договору от 19 декабря 1996 г. были применены последствия недействительности ничтожной сделки в части купли-продажи земельного участка, стороны были возвращены в первоначальное положение; признаны недействительными: свидетельства о праве собственности на землю от 24 ноября 1995 г. и соответствующие записи в Едином государственном реестре регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, а также свидетельство о праве на наследство по закону от 11 ноября 1997 г. в части наследования земельного участка. В удовлетворении встречного иска было отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда 4 мая 2001 г. решение суда в части возвращения сторон в первоначальное положение отменила и дело в этой части направила на новое рассмотрение в тот же районный суд. Указание в резолютивной части решения о признании недействительными записей в Едином государственном реестре заменено на указание о признании недействительными записей в комитете по земельным ресурсам и землеустройству. Резолютивная часть решения дополнена: за Л. признано право собственности на 1/3 часть земельного участка. Решением Волжского районного суда г. Саратова от 31 августа 2001 г. с В. в пользу Л. было взыскано 3 тыс. рублей. Дополнительным решением того же суда от 17 октября 2001 г. Л. отказано в вынесении дополнительного решения по вопросу о применении срока исковой давности. Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда 5 декабря 2001 г. резолютивную часть решения суда от 31 августа 2001 г. дополнила указанием на то, что В. является собственником 1/3 части земельного участка на основании свидетельства от 18 сентября 1995 г. о праве на наследство по закону, в остальной части решение и дополнительное решение оставила без изменения. Постановлением президиума Саратовского областного суда от 18 марта 2002 г. был отклонен принесенный в соответствии с ранее действовавшим процессуальным законодательством протест прокурора Саратовской области и судебные постановления оставлены без изменения. В надзорной жалобе Л. поставила вопрос об отмене судебных постановлений как вынесенных с существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Судебная коллегия: по гражданским делам Верховного Суда РФ 2 апреля 2004 г. жалобу удовлетворила по следующим основаниям. Согласно ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. При рассмотрении дела судом были допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся в следующем. Разрешая дело, суд исходил из того, что земельный участок размером 2600 кв. м перешел по наследству к детям умершего А. - В., Г. и С. и находился в их долевой собственности. Раздел данного земельного участка либо выдел доли из общего имущества в соответствии со ст. 252 ГК РФ участниками долевой собственности не производился. Комитет по земельным ресурсам и землеустройству Саратовского района, выдав В. и Г. свидетельства о праве собственности каждому на 870 кв. м земельного участка, фактически произвел раздел земельного участка без согласия его сособственников, что является нарушением требований закона. По мнению суда, договор купли-продажи от 19 декабря 1996 г., заключенный В. на основании данного свидетельства, - это ничтожная сделка, а ответчица по первоначальному иску после смерти мужа - Л. не могла унаследовать земельный участок размером 1740 кв. м. Такой вывод основан на неправильном толковании и применении норм материального права. В соответствии с ч. 2 ст. 246 ГК РФ участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных ст. 250 Кодекса. В. (так же, как и Г.) - собственник 1/3 части земельного участка на основании свидетельства от 18 сентября 1995 г. о праве на наследство по закону после смерти их отца, которое никем не оспорено. Суд не учел, что в силу ч. 2 ст. 246 ГК РФ истец по первоначальному иску вправе был распорядиться как всей своей долей наследства, так и частью земельного участка, по своему усмотрению, в том числе продать ее Г., что им и было сделано с соблюдением требований закона. Суд не принял во внимание то, что указание в договоре купли-продажи от 19 декабря 1996 г. 870 кв. м, а не 1/3 части земельного участка, не свидетельствует о недействительности сделки, поскольку 870 кв. м фактически и составляют 1/3 принадлежавшего А. (отцу мужа заявительницы и В.) земельного участка размером 2600 кв. м. Вывод суда о ничтожности заключенного между В. и Г. договора купли-продажи земельного участка является неправильным. Сделка может быть признана ничтожной по основаниям, предусмотренным в законе. В. мог предъявить требование о признании недействительной оспоримой сделки, а не о применении последствий недействительности ничтожной сделки. Кроме того, Л. в суде заявила, что В. без уважительных причин пропустил установленный законом (ст. 181 ГК РФ) срок исковой давности для обращения в суд со своим требованием, поскольку договор заключен в 1996 году, а в суд истец обратился только в 2000 году. Это заявление имело юридическое значение, но суд его не рассмотрел, а в дополнительном решении от 17 октября 2001 г. фактически отказал ответчице в рассмотрении заявления по существу, хотя при доказанности отсутствия у истца уважительных причин пропуска срока исковой давности названное обстоятельство могло повлечь за собой отказ в иске. Все состоявшиеся по делу судебные постановления подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и проверить все юридически значимые для дела обстоятельства, включая причины пропуска истцом срока исковой давности по требованию об оспаривании сделок и их последствий. ____________ Установленные судом первой инстанции меры по обеспечению иска признаны не отвечающими целям, указанным в ст. 139 ГПК РФ Определение Президиума Верховного Суда РФ от 11 февраля 2004 г. N 74пв03 (Извлечение) 5. Установленные судом первой инстанции меры по обеспечению иска признаны не отвечающими целям, указанным в ст. 139 ГПК РФ Определение Президиума Верховного Суда РФ от 11 февраля 2004 г. N 74пв03 (Извлечение) 19 марта 2003 г. М. обратилась в Абаканский городской суд Республики Хакасия с иском к П. о переводе прав и обязанностей покупателя 3903 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО "Москворечье" с П. на нее (М.), сославшись на то, что ее право акционера ЗАО "Москворечье" на преимущественное приобретение указанных акций было нарушено в результате отчуждения Ф. - акционером того же ЗАО данных ценных бумаг в пользу П. Кроме искового заявления, М. подала в суд заявление о принятии мер по обеспечению предъявленного иска путем наложения ареста на названные акции ЗАО, принадлежащие Ф., запрета счетной комиссии данного закрытого акционерного общества (а также любым иным лицам, исполняющим ее функции) учитывать эти акции при совершении определенных действий. Определениями судьи Абаканского городского суда от 19 марта 2003 г. заявления М. были приняты к производству суда и намечены меры по подготовке дела к судебному разбирательству. 21 марта 2003 г. заявление М. о принятии мер по обеспечению иска определением суда удовлетворено полностью. Определением суда от 30 апреля 2003 г. исковое заявление М. о переводе прав и обязанностей покупателя 3903 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО "Москворечье" с П. на М. оставлено без рассмотрения в связи с повторной неявкой в суд сторон, не просивших о разбирательстве дела в их отсутствие. В кассационном порядке дело не рассматривалось. В представлении заместителя Председателя Верховного Суда РФ, внесенном в Президиум Верховного Суда РФ в порядке, предусмотренном ст. 389 ГПК РФ, в целях обеспечения единства судебной практики и законности, поставлен вопрос об отмене определения от 21 марта 2003 г. о принятии мер по обеспечению иска М. как вынесенного с существенным нарушением норм процессуального права. Президиум Верховного Суда РФ 11 февраля 2004 г. представление удовлетворил по следующим основаниям. При рассмотрении заявления М. о принятии мер по обеспечению предъявленного иска и рассмотрении дела по существу судьей были существенно нарушены нормы процессуального права о назначении дела к судебному разбирательству, извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела. В соответствии со ст. 139 ГПК РФ по заявлению лиц, участвующих в деле, судья или суд может принять меры по обеспечению иска. Обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда. В ст. 140 ГПК РФ приведен примерный перечень мер по обеспечению иска и предусмотрено, что в необходимых случаях судья или суд может принять иные меры по обеспечению иска, которые отвечают целям, указанным в ст. 139 Кодекса. Согласно ч. 3 той же статьи меры по обеспечению иска должны быть соразмерны заявленному истцом требованию. Из материалов дела видно, что установленные судом по заявлению М. меры по обеспечению иска явно не отвечали целям, предусмотренным в ст. 139 ГПК РФ, и явно несоразмерны заявленному требованию, так как в результате принятия их была парализована деятельность ЗАО "Москворечье", хотя к участию в деле оно не привлекалось. Запрет счетной комиссии ЗАО "Москворечье", а также любым иным лицам, исполняющим функции счетной комиссии на общих собраниях акционеров этого акционерного общества, совершать указанные в определении суда действия фактически направлен на воспрепятствование проведению общих собраний акционеров и принятию на нем решений по вопросам деятельности общества. Между тем в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2001 г. N 12 "О вопросе, возникшем при применении Федерального закона "Об акционерных обществах" разъяснено, что при рассмотрении дел об обжаловании решений органов управления акционерного общества судья или суд не вправе запрещать проведение общего собрания акционеров, поскольку это противоречит ст. 31 Конституции Российской Федерации, гарантирующей гражданам Российской Федерации право собираться мирно, без оружия, проводить собрания и демонстрации, шествия и пикетирования, а также нарушает право акционеров, не обжалующих решений органов управления акционерного общества, на участие в общем собрании акционеров, предоставленное им Федеральным законом "Об акционерных обществах" (ст.ст. 31, 32). То обстоятельство, что целью обращения М. в суд было не рассмотрение ее требований о переводе прав и обязанностей покупателя акций, а именно установление в судебном порядке мер по обеспечению иска, свидетельствуют последующие действия заявительницы, дважды не явившейся в суд на рассмотрение своего иска. При таких обстоятельствах принятие судом мер по обеспечению иска М. законными быть признаны не могут. Президиум Верховного Суда РФ определение судьи Абаканского городского суда от 21 марта 2003 г. о принятии мер по обеспечению иска М. отменил. ____________ Дело по спору о ликвидации внебюджетного государственного фонда субъекта Российской Федерации подведомственно суду общей юрисдикции Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 февраля 2004 г. N 63-Г04-2 (Извлечение) 6. Дело по спору о ликвидации внебюджетного государственного фонда субъекта Российской Федерации подведомственно суду общей юрисдикции Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 февраля 2004 г. N 63-Г04-2 (Извлечение) Комитет по управлению государственным имуществом Ненецкого автономного округа обратился в суд Ненецкого автономного округа с исковым заявлением о ликвидации внебюджетного государственного фонда поддержки и развития малочисленных народов Севера Ненецкого автономного округа. Определением судьи от 17 ноября 2003 г. в принятии заявления отказано в связи с тем, что данное заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства. В частной жалобе Комитет по управлению государственным имуществом Ненецкого автономного округа просил об отмене определения как вынесенного с нарушением норм процессуального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 24 февраля 2004 г. жалобу удовлетворила по следующим основаниям. Отказывая в принятии искового заявления, судья руководствовался ч. 1 ст. 134 ГПК РФ и указал, что заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку оно рассматривается в ином судебном порядке. При этом он сослался на п. 2 ч. 1 ст. 33 АПК РФ, в силу которого споры о создании, реорганизации и ликвидации организаций подлежат рассмотрению арбитражными судами. С таким выводом согласиться нельзя. В соответствии с ч. 1 ст. 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Принимая во внимание общую компетенцию арбитражных судов по рассмотрению дел, связанных с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, им подведомственны споры о создании, реорганизации и ликвидации, об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации коммерческих организаций, а также иных организаций, деятельность которых связана с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Дела по спорам о создании, реорганизации и ликвидации, об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации других организаций (некоммерческих организаций, в том числе общественных объединений и организаций, политических партий, общественных фондов, религиозных объединений и др.), не имеющих в качестве основной цели своей деятельности извлечение прибыли, подлежат рассмотрению судами общей юрисдикции. Такая позиция изложена в п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 9 декабря 2002 г. N 11 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации". Поскольку Комитет по управлению государственным имуществом Ненецкого автономного округа обратился в суд с иском о ликвидации внебюджетного государственного фонда поддержки и развития малочисленных народов Севера Ненецкого автономного округа, не имеющего в качестве основной цели своей деятельности извлечение прибыли (что следует из Положения об указанном фонде), то отказ в принятии заявления как противоречащий ст. 134 ГПК РФ является незаконным и, следовательно, определение подлежит отмене. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение судьи суда Ненецкого автономного округа отменила, передала вопрос на новое рассмотрение в тот же суд. ____________ Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Действия лиц по изготовлению и реализации фальсифицированных лекарственных средств под видом подлинных обоснованно квалифицированы по пп. "а", "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 октября 2003 г 1. Действия лиц по изготовлению и реализации фальсифицированных лекарственных средств под видом подлинных обоснованно квалифицированы по пп. "а", "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 октября 2003 г. N 15-003-32 (Извлечение) Верховным Судом Республики Мордовия 10 июня 2003 г. осуждены: Сименюк, Герасимов и Горбунов по пп. "а", "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 159 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 159 УК РФ; кроме того, Герасимов - по чч. 4, 5 ст. 33, ч. 3 ст. 158 УК РФ (в ред. Федерального закона от 5 ноября 2002 г.); Аметов - по чч. 4, 5 ст. 33, ч. 3 ст. 158 УК РФ (в ред. Федерального закона от 5 ноября 2002 г.), п. "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ. Они же признаны виновными по ч. 1 ст. 180 УК РФ (незаконное использование чужого товарного знака) с освобождением от наказания ввиду истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности. Герасимов и Аметов признаны виновными в подстрекательстве и пособничестве в совершении кражи чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, Аметов, кроме того, - в мошенничестве путем обмана группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, неоднократно; Герасимов, Сименюк и Горбунов - в мошенничестве организованной группой, в крупном размере; покушении на мошенничество организованной группой, неоднократно; приготовлении к совершению мошенничества, организованной группой, неоднократно. По этому же делу осуждены Емелькин, Киреев и др. (всего 12 чел.). Преступления совершены ими в период с декабря 1998 г. по март 2000 г. в г. Саранске и Лямбирском районе Республики Мордовия. В кассационной жалобе осужденный Сименюк просил смягчить наказание, а адвокат в его защиту - отменить приговор в отношении этого осужденного и дело прекратить, считая, что Сименюк выполнял работу по маркировке лекарств, не имея корыстного мотива, не зная о фальсификации этих лекарств и не сознавая, что своими действиями совершает преступление. По мнению защитника, вывод суда о том, что преступления совершены организованной устойчивой преступной группой, не подтвержден материалами дела, так как не установлен умысел осужденных на совместное совершение преступления. Адвокат осужденного Аметова также просил приговор отменить и дело прекратить, утверждая, что Аметов никогда не подстрекал к мошенничеству и не организовывал совершения этого преступления, к выводу о виновности Аметова в мошенничестве в крупном размере суд пришел на основании показаний других осужденных, оговоривших его на предварительном следствии. Аметов не знал, что приобретал не продукцию завода, а поддельные медикаменты, умысла на использование чужого товарного знака у него не было. Адвокаты осужденных Герасимова и Горбунова в кассационных жалобах указали, что их подзащитные никаких преступлений не совершали, и просили дело прекратить за отсутствием состава преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 31 октября 2003 г. приговор оставила без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения, указав следующее. В декабре 1998 г. Герасимов и лицо, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в с. Берсеневские Выселки Лямбирского района Республики Мордовия арендовали жилой дом, где установили оборудование для расфасовки и маркировки антибиотиков для инъекций, и с целью изготовления и реализации фальсифицированных лекарственных средств под видом подлинных, якобы изготовленных на ОАО "Биохимик", создали организованную преступную группу. К производству поддельных лекарств они привлекли Горбунова и других лиц, осуществлявших доставку к месту производства членов преступной группы, изготавливавших сфальсифицированные лекарства, и обеспечение производства исходными материалами и реализацию этих лекарств. В декабре 1999 г. для производства названных лекарств и совершения мошенничества пригласили Сименюка. На этот период было изготовлено 42 тыс. флаконов таких лекарственных средств. С целью обмана покупателей лекарства маркировали как "цефазолина натриевая соль" производства ОАО "Биохимик" г. Саранска и реализовали партиями 22 тыс. и 20 тыс. флаконов Поликарпову, передав ему фальшивые документы. В течение февраля 2000 г. изготовлено 10 тыс. флаконов "ампицилина натриевая соль" и реализовано гражданину Узбекистана как продукция ОАО "Биохимик". В марте 2000 г. произведено 16 200 флаконов "ампицилина натриевая соль" и 11 тыс. флаконов "ампиос натрия", а затем поддельное лекарство, маркированное как продукция ОАО "Биохимик", было продано Волгиной. В том же месяце 2000 года выпущено 12 999 флаконов "циклофосфана", 34 845 флаконов "ампицилина натриевая соль" и маркировано как продукция ОАО "Биохимик", но реализация не удалась по не зависящим от членов организованной группы обстоятельствам, так как поддельные лекарственные препараты были обнаружены и изъяты. Для обеспечения производства фальсифицированных лекарственных средств в с. Берсеневские Выселки организованной группой Герасимов и другие (в том числе лицо, дело в отношении которого органами предварительного расследования выделено в отдельное производство) приобретали у преступной группы по заранее состоявшейся договоренности похищенные субстанцию и картонный раскрой, а также изготовленные на оборудовании ОАО "Биохимик" из расходных средств завода клише для маркировки лекарственных средств во флаконах. Аметов организовывал кражи субстанции лекарственных средств из ОАО "Биохимик" г. Саранска и подстрекал к их совершению лиц по предварительному сговору, неоднократно, предоставлял субстанции для изготовления сфальсифицированных лекарственных средств и реализовывал эти лекарственные средства в феврале и августе 2000 г. Герасимов, Сименюк, Горбунов, Аметов для обмана лиц, приобретавших фальсифицированные лекарственные средства, за период с декабря 1998 г. по март 2000 г. неоднократно маркировали флаконы с поддельными лекарственными средствами как изготовленные на ОАО "Биохимик" с реквизитами, адресами и телефонами указанного предприятия, тем самым неоднократно использовали чужой товарный знак и наименование места происхождения товара. К такому выводу суд пришел на основании исследованных материалов дела, в том числе показаний осужденных Сименюка, Аметова, Горбунова и Герасимова, а также других осужденных по делу, которые, изобличая друг друга, подробно рассказали, при каких обстоятельствах совершали эти преступления, и подтвердили, что упомянутые лица участвовали вместе с ними. Вина осужденных также подтверждена показаниями допрошенных по делу многочисленных свидетелей, протоколами осмотров места преступления, обнаружения и изъятия фальсифицированных лекарственных средств, проведенными по делу многочисленными экспертизами и другими доказательствами, подробный анализ и оценка которым дана в приговоре. Утверждения в жалобах о том, что по делу не установлено создание Герасимовым организованной преступной группы, что преступления с участием Сименюка совершались не в составе организованной группы и между соучастниками преступления не было договоренности на их совершение, опровергаются материалами дела, и в приговоре этому обстоятельству дана надлежащая оценка. Все члены организованной преступной группы осознавали, что производимые ими фальсифицированные лекарственные средства реализуются под видом подлинных, и преследовали цели личного обогащения. Организованная группа по производству поддельных лекарств носила устойчивый характер, при этом Герасимов и лицо, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, поддерживали строгую дисциплину среди членов организованной группы. В задачи Сименюка и Горбунова входило непосредственное производство названных лекарственных средств, при этом наименования и количество изготовляемого лекарственного средства указывалось независимо от имеющихся в наличии расходных материалов и маркировались лекарственные средства наименованием препарата, имеющего устойчивый спрос в данный момент вне зависимости от вида и качества субстанции, которая засыпалась членами организованной группы во флаконы. Расходные материалы для производства поддельных лекарственных препаратов предоставлялись Герасимовым. Реализованные осужденными упомянутые лекарственные средства были оклеены контрольной бумажной лентой, на которой значились данные об изготовлении их ОАО "Биохим" г. Саранска, а заключениями судебно-химических экспертиз установлено, что в изъятых флаконах, в том числе и в приготовленных для реализации флаконах, хранившихся в гаражах, имеется не указанное на этикетках лекарственное средство, и в каждом исследованном флаконе содержание препарата ниже номинального значения. Доводы жалоб о том, что осужденные не знали, что изготовляемые ими лекарственные средства являются поддельными, необоснованны, поскольку полностью опровергаются собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами. ____________ Надзорной инстанцией исключено из судебных решений указание о квалифицирующих признаках совершенного убийства - с особой жестокостью и из корыстных побуждений - как необоснованно вмененных Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 28 апреля 2004 г. 2. Надзорной инстанцией исключено из судебных решений указание о квалифицирующих признаках совершенного убийства - с особой жестокостью и из корыстных побуждений - как необоснованно вмененных Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 28 апреля 2004 г. N 176 п04 пр (Извлечение) По приговору суда присяжных Ростовского областного суда 8 октября 1998 г. Горбунов осужден по пп. "в", "д", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к тринадцати годам лишения свободы, по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ - к одиннадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества, на основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно ему назначено наказание сроком четырнадцать лет лишения свободы с конфискацией имущества. Вердиктом коллегии присяжных заседателей он признан виновным в том, что 21 апреля 1998 г. в с. Султан Салы Ростовской области совместно с Лещенко с целью завладения чужим имуществом напал на Ковернева, 1926 года рождения, и, несмотря на сговор только на разбой, совершил его убийство, нанеся четыре удара топором по голове, затем похитил деньги потерпевшего и с места преступления скрылся. По данному делу осужден также Лещенко, в отношении которого надзорное производство не возбуждено. Кассационная палата Верховного Суда РФ приговор в отношении Горбунова оставила без изменения. Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении поставил вопрос об изменении приговора и кассационного определения в отношении Горбунова, исключении из судебных решений его осуждения по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку по делу не установлено обстоятельств, свидетельствующих о совершении преступления с особой жестокостью, и из осуждения по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - квалифицирующего признака убийства "из корыстных побуждений" как излишне вмененного. Президиум Верховного Суда РФ 28 апреля 2004 г. удовлетворил надзорное представление, указав следующее. Суд первой инстанции правильно установил, что Горбуновым совершено убийство в процессе разбойного нападения, однако излишне вменил квалифицирующий признак преступления - убийство "из корыстных побуждений". Совершение убийства, сопряженного с разбоем, само по себе предполагает корыстный мотив преступления и потому дополнительной квалификации по указанному признаку не требуется. Кроме того, согласно вердикту присяжных заседателей, Горбунов признан виновным в причинении Коверневу ушибленных ран головы, переломов костей свода и основания черепа, других повреждений, которые были причинены неоднократно твердым предметом. Доказано, что Горбунов нанес Коверневу четыре удара топором по голове. Квалифицируя содеянное, председательствующий судья ошибочно указал на наличие в действиях Горбунова особой жестокости. Множественность ранений не всегда свидетельствует о совершении преступления с особой жестокостью. По смыслу закона этот признак наличествует в случаях, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, заведомо для виновного связанным с причинением потерпевшему особых страданий. Для признания убийства совершенным с особой жестокостью необходимо установить, что виновный, нанося множество телесных повреждений потерпевшему, сознавал, что причиняет ему особые мучения и страдания. Как следует из вердикта присяжных и приговора, таких обстоятельств по данному делу не установлено. В связи с этим осуждение Горбунова по квалифицирующим признакам ч. 2 ст. 105 УК РФ - совершение убийства "с особой жестокостью" и "из корыстных побуждений" - необоснованно и данные признаки исключены из судебных решений. Наказание Горбунову назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ и оснований для его изменения в части основного наказания не имеется. Между тем, проверяя уголовное дело в силу положений ст. 410 УПК РФ в полном объеме, Президиум Верховного Суда РФ в соответствии со ст. 10 УК РФ исключил дополнительное наказание в виде конфискации имущества, назначенное Горбунову, поскольку согласно Федеральному закону от 8 декабря 2003 г. "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации" п. "ж" ст. 44 УК РФ, содержавший данный вид дополнительного наказания, признан утратившим силу. ____________ Временно отстраненный от должности подозреваемый или обвиняемый согласно ч. 6 ст. 114 УПК РФ имеет право на ежемесячное пособие, которое выплачивается ему в соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 131 УПК РФ Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным д 3. Временно отстраненный от должности подозреваемый или обвиняемый согласно ч. 6 ст. 114 УПК РФ имеет право на ежемесячное пособие, которое выплачивается ему в соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 131 УПК РФ Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 февраля 2004 г. N 44-004-12 (Извлечение) Органами предварительного расследования К., доцент кафедры "Менеджмент и право" Пермского института - филиала Московского государственного университета коммерции, обвинялся в получении взяток. 18 февраля 2002 г. следователь постановил отстранить К. от занимаемой должности доцента на время производства предварительного следствия, а директор института издал приказ об отстранении К. от должности с прекращением начисления ему заработной платы. 23 сентября 2002 г. следователь прокуратуры своим постановлением обязал администрацию института выплачивать К. на период отстранения от должности ежемесячное пособие в размере пяти минимальных размеров месячной оплаты труда. 20 февраля 2003 г. Пермский областной суд прекратил уголовное преследование в отношении К. ввиду процессуальных нарушений, допущенных при возбуждении уголовного дела. Ввиду невыплаты пособия и в связи с прекращением дела К. обратился в суд с заявлением о выплате назначенного следователем ежемесячного пособия. Пермским областным судом 1 декабря 2003 г. постановлено выплатить К. из средств федерального бюджета ежемесячное государственное пособие в размере пяти минимальных размеров оплаты труда за период временного отстранения от должности с 1 июля 2002 г. по 20 февраля 2003 г. в сумме 17 357 руб. 14 коп. В кассационной жалобе представитель Министерства финансов Российской Федерации и Управления федерального казначейства по Пермской области просил постановление отменить, считая, что пособие следовало взыскать с администрации института, где работал К., а не из федерального бюджета, которым такие расходы не предусмотрены. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 февраля 2004 г. постановление судьи Пермского областного суда от 1 декабря 2003 г. оставила без изменения, кассационную жалобу представителя Министерства финансов Российской Федерации и Управления федерального казначейства по Пермской области - без удовлетворения, указав следующее. Доводы кассационной жалобы не основаны на законе. Как предусмотрено ч. 6 ст. 114 УПК РФ, временно отстраненный от должности подозреваемый или обвиняемый имеет право на ежемесячное пособие, которое выплачивается ему в соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 131 УПК РФ. Согласно этой норме ежемесячное государственное пособие в размере пяти минимальных размеров оплаты труда, выплачиваемое обвиняемому, временно отстраненному от должности, относится к процессуальным издержкам, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного производства. Пермский институт филиала Московского государственного университета коммерции участником уголовного судопроизводства не является, поэтому взыскание с него судебных издержек невозможно. При таких данных судья пришел к обоснованному выводу о взыскании государственного пособия из средств федерального бюджета. ____________ При установлении злостного уклонения депутата законодательного органа власти субъекта Российской Федерации от явки в судебное заседание суд обоснованно рассмотрел в его отсутствие представление прокурора о даче судом заключения о наличии в действиях депут 4. При установлении злостного уклонения депутата законодательного органа власти субъекта Российской Федерации от явки в судебное заседание суд обоснованно рассмотрел в его отсутствие представление прокурора о даче судом заключения о наличии в действиях депутата признаков преступления (организация растраты чужого имущества в крупном размере) Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 марта 2004 г. N 12-Д03-9 (Извлечение) По представлению прокурора Республики Марий Эл Верховным Судом Республики Марий Эл 6 мая 2003 г. дано заключение о наличии в действиях С., депутата Государственного Собрания Республики Марий Эл, признаков преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33, п. "б" ч. 3 ст. 160 УК РФ (организация растраты чужого имущества в крупном размере). В представлении прокурора Республики Марий Эл указывалось, что по расследуемому уголовному делу в отношении Штейнерга и Аширова по п. "б" ч. 3 ст. 160 УК РФ установлена причастность к совершению преступления С. Работая главой администрации города, С. организовал для личных целей строительство индивидуального жилого дома за счет денежных средств администрации города. Непосредственными исполнителями хищения были руководители строительных организаций Штейнерг и Аширов. Представление содержало ссылку на показания свидетелей и документы. В суд также предъявлены копии следственных документов, имеющихся в уголовном деле. В кассационном порядке заключение не обжаловалось. Как утверждал в надзорной жалобе С., в суде в нарушение ст. 448 УПК РФ представление прокурора рассмотрено без участия его, С., и защитника, он не ознакомлен с представлением прокурора, не извещен о дате рассмотрения представления от 6 мая 2003 г., его заявление об отводе судей Верховного Суда республики, жалобы и телеграммы о нарушении права на защиту оставлены без рассмотрения. С. просил дать заключение об отсутствии в его действиях признаков преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 25 марта 2004 г. жалобу С. оставила без удовлетворения, указав следующее. 17 июля 2002 г. возбуждено уголовное дело в отношении Штейнерга и Аширова по п. "б" ч. 3 ст. 160 УК РФ по факту растраты денежных средств в администрации города. Во время проведения предварительного следствия были получены данные о причастности главы администрации города С., одновременно являвшегося депутатом Государственного Собрания Республики Марий Эл, к хищению. 20 марта 2003 г. прокурор Республики Марий Эл обратился в Верховный Суд Республики Марий Эл с представлением о даче заключения о наличии признаков преступления в действиях С. В соответствии с ч. 2 ст. 448 УПК РФ рассмотрение представления прокурора проводится с его участием, а также с участием лица, в отношении которого внесено представление, и его защитника в закрытом судебном заседании в срок не позднее 10 суток со дня поступления представления прокурора в суд. Рассмотрение представления было назначено на 28 марта 2003 г. С. известили о времени судебного заседания 25 марта 2003 г. 27 марта 2003 г. он обратился в Верховный Суд Республики Марий Эл с заявлением об отложении судебного заседания в связи с невозможностью явки в суд его адвоката Б. и отсутствием у него официального извещения о дате рассмотрения дела. 28 марта 2003 г. С. в судебное заседание не явился. В этот же день ему направили уведомления по месту работы и месту жительства о том, что судебное заседание состоится 8 апреля 2003 г. Такое же уведомление было послано адвокату Б. 8 апреля 2003 г. С. в судебное заседание не явился. По сообщению телеграфной службы его квартира была закрыта, а по почтовому извещению на телеграф за получением уведомления никто не пришел. Как пояснил управляющий делами администрации города, уведомление С. не вручили, так как он находился в отпуске. Согласно ксерокопии распоряжения С. взял отпуск с 7 апреля по 21 мая 2003 г. По сообщению юридической консультации, С. не заключал договор с адвокатом Б. об оказании ему юридической помощи, поэтому адвокат в судебное заседание не являлся. Как видно из приведенных данных, суд в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона назначил рассмотрение представления прокурора в десятидневный срок - на 28 марта 2003 г. С. был об этом извещен, что подтверждается написанным им заявлением от 27 марта 2003 г. об отложении судебного заседания в связи с занятостью его адвоката Б., хотя, как оказалось впоследствии, договор с адвокатом он не заключал. В назначенный день С. в судебное заседание не явился без уважительных причин и стал уклоняться от получения уведомлений суда. Поэтому представление не было рассмотрено и в день нового судебного заседания - 11 апреля 2003 г. Как видно из справки работников 4 отдела УБОП МВД РМЭ и приложенных к ней материалов, 14 апреля 2003 г. работники милиции были у С. дома и лично его известили о вызове в судебное заседание на 15 апреля 2003 г., однако расписаться в получении повестки и копии представления он отказался. 15 апреля 2003 г. С. в судебное заседание не явился, но представил заявление об отложении судебного заседания в связи с его болезнью, приложив к нему копию листка нетрудоспособности от 15 апреля 2003 г. Судебное заседание по причине болезни С. откладывалось до 5 мая 2003 г. В заявлении от 3 мая 2003 г. С. просил отложить судебное заседание до конца месяца в связи с тем, что после лечения ему необходимо пройти курс реабилитации. 5 мая 2003 г. он в судебное заседание не явился. По сообщению главного врача, С. был выписан на работу с 1 мая 2003 г. Суду представлены ксерокопии медицинских документов по поводу лечения С., из которых видно, что листок нетрудоспособности ему был закрыт 30 апреля 2003 г. и никакого направления на реабилитационное лечение он не получал. Таким образом, С. без уважительных причин не явился в суд и 5 мая 2003 г., в связи с чем коллегия судей признала, что он злостно уклоняется от явки в судебное заседание, и рассмотрела представление прокурора, не откладывая судебное заседание. Заключение было вынесено 6 мая 2003 г. Из изложенного видно, что суд принял все меры к обеспечению права С. на участие в рассмотрении представления прокурора. Однако тот сознательно не являлся в назначенные дни в суд, не заключил соглашение с адвокатом, уклонялся от получения повесток и копий представления. В связи с этим суд не мог рассмотреть представление в установленные законом сроки. Закон не содержит запрета на рассмотрение представления в отсутствие лица, в отношении которого оно внесено, не предусматривает и возможность принудительного обеспечения явки такого лица в суд. Поэтому коллегия судей, установив умышленное уклонение С. от явки в судебное заседание, обоснованно рассмотрела представление в его отсутствие. Доводы жалобы С. о нарушении его права на защиту, о неознакомлении его с представлением прокурора, о неизвещении его о дате рассмотрения представления - 6 мая 2003 г. необоснованны. Неправомерны также его ссылки на международно-правовые акты и постановления Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку в этих документах говорится о правах гражданина при рассмотрении уголовных дел. В данном случае коллегией судей решался вопрос только о наличии признаков преступления в действиях С. Суд обоснованно пришел к выводу о наличии в действиях С. признаков преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33 и п. "б" ч. 3 ст. 160 УК РФ. Утверждения С. о том, что его оговорили и доказательства его виновности сфальсифицированы, несостоятельны, поскольку при рассмотрении представления прокурора коллегия судей не дает оценку доказательствам и не решает вопрос о виновности лица, в отношении которого внесено представление. Заявление С. об отводе судей Верховного Суда Республики Марий Эл не рассмотрено, так как об отводе он заявил после дачи заключения коллегией судей. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ надзорную жалобу С. оставила без удовлетворения, а заключение Верховного Суда Республики Марий Эл - без изменения. ___________ Приговор суда присяжных как постановленный в соответствии с вердиктом присяжных заседателей оставлен кассационной коллегией без изменения Определние Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22 января 2004 г. N 53-003-84 сп (Извлечение) 5. Приговор суда присяжных как постановленный в соответствии с вердиктом присяжных заседателей оставлен кассационной коллегией без изменения Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22 января 2004 г. N 53-003-84 сп (Извлечение) Судом присяжных Красноярского краевого суда от 17 июня 2003 г. Паламарчук осужден по ч. 1 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ к двенадцати годам лишения свободы. Вердиктом коллегии присяжных заседателей признано установленным, что 23 октября 2002 г. около 0 час. 30 мин. Паламарчук в районе павильона "Ленком" в г. Красноярске в обоюдной ссоре из личной неприязни ударил Александрова ножом в шею, причинив ему своими действиями колото-резаную рану передней поверхности шеи с повреждением общей сонной артерии и внутренней яремной вены, шестого межпозвоночного диска, вследствие чего от развившейся острой кровопотери наступила смерть потерпевшего. Во время этой ссоры Паламарчук нанес удар ножом Никифорову, причинив колото-резаное ранение передней поверхности шеи и трахеи, являющееся тяжким вредом здоровью по признаку опасности для жизни; смерть Никифорова не наступила в связи со своевременно оказанной ему медицинской помощью. На основании вердикта присяжных заседателей Паламарчук признан виновным в убийстве Александрова из личной неприязни и в покушении на убийство Никифорова из тех же побуждений. В кассационной жалобе осужденный Паламарчук просил отменить приговор и направить дело для производства дополнительного расследования, ссылаясь на то, что инициаторами конфликта были потерпевшие, а он оборонялся от них, не имея умысла на убийство. По его мнению, доказательства оценены неверно, полагал, что следовало допросить в качестве новых свидетелей ряд лиц - Видова, Кирюхина и других; ему назначено чрезмерно строгое наказание. Адвокат в защиту интересов Паламарчука просил переквалифицировать его действия с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 108 УК РФ, с ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 111 УК РФ и смягчить наказание, так как не исследован механизм в рукоятке ножа в целях установления возможности самопроизвольного выхода клинка из рукоятки. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 22 января 2004 г. жалобы осужденного и адвоката оставила без удовлетворения, указав следующее. Как видно из материалов дела, Паламарчук ходатайствовал о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, ему были разъяснены особенности такого рассмотрения и юридические последствия вердикта. Данных о том, что судом с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства или что сторонам было отказано в исследовании допустимых доказательств, не имеется. В списке лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, приложенном к обвинительному заключению, указанные в жалобе фамилии не значились. В судебном заседании ходатайств о вызове и допросе упомянутых лиц в качестве новых свидетелей, а также об экспертном исследовании механизма выкидного действия лезвия ножа не заявлялось. Из протокола судебного заседания не следует, что председательствующий судья проявлял предвзятость или заинтересованность по делу. Нарушений принципа состязательности сторон в судебном заседании не допущено. Судебное следствие проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей. По его окончании ходатайств о дополнениях от сторон не заявлено. Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствуют требованиям ст.ст. 338, 339 и 343 УПК РФ. Правила оценки доказательств присяжным заседателям были разъяснены. Перед ними ставился вопрос, доказано ли, что удары ножом Паламарчук нанес в ходе обоюдной ссоры, уже уходя от павильона, где находились знакомые потерпевших, в тот момент, когда они догоняли его и пытались ударить. Коллегия присяжных заседателей признала эти обстоятельства недоказанными, а ссору - обоюдной. При таких данных Паламарчук не мог быть признан судом находящимся в состоянии необходимой обороны или при ее превышении. Постановленный приговор отвечает требованиям ст.ст. 350 и 351 УПК РФ. С учетом обстоятельств дела, как они установлены вердиктом коллегии присяжных заседателей, уголовный закон применен правильно, и действия осужденного обоснованно квалифицированы председательствующим судьей по ч. 1 ст. 105, ч. 3 ст. 30 и п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Нанесение Паламарчуком ударов потерпевшим клинком ножа в жизненно важную часть тела - шею, отчего наступила смерть Александрова, а Никифорову причинен тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни, свидетельствует о наличии у Паламарчука прямого умысла на их убийство. Наказание Паламарчуку назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному им, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела. При этом учтены требования ст. 65 УК РФ. ___________ Нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные при рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, повлекли отмену оправдательного приговора Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 8 января 2004 г. N 4-003- 6. Нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные при рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, повлекли отмену оправдательного приговора Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 8 января 2004 г. N 4-003-188 сп (Извлечение) Судом присяжных заседателей Московского областного суда от 10 ноября 2003 г. Уваров и Сосюрко оправданы по обвинению в совершении преступления, предусмотренного пп. "а", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ, за неустановлением события преступления и вынесением оправдательного вердикта. Органами предварительного следствия Сосюрко и Уваров обвинялись в том, что, являясь должностными лицами Электростальского городского комитета по управлению имуществом, 18 апреля 2001 г. получили взятку в сумме 630 тыс. рублей за организацию победы Сергейчук в аукционе при продаже объекта недвижимости, расположенного в г. Электросталь. В кассационном представлении прокурор поставил вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение в связи с нарушениями уголовно-процессуального закона, допущенными при рассмотрении дела судом. По мнению прокурора, судья неправильно признал недопустимыми доказательствами чистосердечное признание Сосюрко и протокол его допроса в качестве подозреваемого, так как эти доказательства были получены без нарушения уголовно-процессуального закона, действовавшего на момент совершения процессуальных действий. Поскольку (как считал прокурор) в этих доказательствах содержится признание Сосюрко в получении им и Уваровым взятки от Сергейчук, отказ стороне обвинения в их исследовании повлиял на ответы присяжных заседателей о доказанности обвинения. Кроме того, прокурор отметил, что Уваров в присутствии присяжных заседателей ставил вопрос о недопустимости исследованных с их участием доказательств. В судебных прениях Сосюрко заявлял об оказании на него в ходе расследования дела психического и физического воздействия со стороны работников милиции. Судья же не остановил его. Адвокаты пытались опорочить Сергейчук и тем самым повлиять на присяжных заседателей, заявив о том, что она занималась грязным делом - бизнесом. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 8 января 2004 г. приговор отменила, дело направила на новое рассмотрение, указав следующее. Согласно ст. 385 УПК РФ нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные при рассмотрении дела судом, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них, являются основанием для отмены оправдательного приговора, постановленного на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя. Так, в кассационном представлении прокурора указывается, что председательствующий судья, признавая протокол допроса Сосюрко в качестве подозреваемого от 19 апреля 2001 г. недопустимым доказательством, неправильно руководствовался положением п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ о том, что показания подозреваемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым в суде, относятся к недопустимым доказательствам. Согласно ст. 4 УПК РФ при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено настоящим Кодексом. В связи с этим, решая вопрос о допустимости протокола допроса Сосюрко в качестве подозреваемого, который проводился 19 апреля 2001 г., судья должен был учитывать не п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, а положения Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, которые применялись при производстве данного следственного действия. Поэтому следует согласиться с доводами кассационного представления о том, что вопрос о недопустимости в качестве доказательства протокола допроса Сосюрко в качестве подозреваемого судья разрешил не в соответствии с требованиями закона. Содержащиеся в протоколе допроса показания Сосюрко имели существенное значение для исхода дела, и, таким образом, отказывая в удовлетворении ходатайства прокурора об оглашении упомянутого протокола, судья ограничил право прокурора на представление доказательств. При новом рассмотрении дела необходимо разрешить вопрос о допустимости протокола в качестве доказательства в соответствии с уголовно-процессуальным законом, который действовал на момент допроса Сосюрко в качестве подозреваемого. Кроме того, нельзя согласиться и с решением судьи о недопустимости в качестве доказательства заявления Сосюрко о чистосердечном признании. Судья, отказывая прокурору в оглашении этого заявления Сосюрко, сослался на то, что оно не является доказательством в соответствии со ст. 74 УПК РФ, а стороны признать его иным документом не предлагали. Между тем суду следовало проверить, не являлось ли заявление о чистосердечном признании актом добровольного волеизъявления Сосюрко, т. е. его явкой с повинной, и с учетом указанного обстоятельства разрешить вопрос о допустимости такого доказательства, а не связывать это решение с наличием или отсутствием ходатайств сторон о признании его иным документом. Следует также согласиться с доводами кассационного представления о том, что в последнем слове Уваров оказывал незаконное воздействие на присяжных заседателей. Как видно из протокола судебного заседания, Уваров ставил под сомнение допустимость исследованной в судебном заседании видеозаписи передачи денег в его служебном кабинете, однако председательствующий не остановил его и не дал соответствующих разъяснений присяжным заседателям. Данное нарушение уголовно-процессуального закона, как обоснованно утверждается в кассационном представлении, могло повлиять на содержание ответов присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы. Поэтому приговор подлежит отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение. ___________ Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации в военной коллегии Подстрекателям к убийству ошибочно вменен квалифицирующий признак этого преступления - "группой лиц по предварительному сговору" Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ от 5 сентября 2003 г. N 4-014/03 (Извлечение) Подстрекателям к убийству ошибочно вменен квалифицирующий признак этого преступления - "группой лиц по предварительному сговору" Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ от 5 сентября 2003 г. N 4-014/03 (Извлечение) Восточно-Сибирским окружным военным судом 10 апреля 2002 г. Сторощук и Пендюрин признаны виновными в подстрекательстве к убийству по найму группой лиц по предварительному сговору, а первый из них - и в пособничестве этому преступлению и осуждены: Сторощук по - чч. 4, 5 ст. 33, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Пендюрин - по ч. 5 ст. 33, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Военная коллегия Верховного Суда РФ, рассмотрев 5 сентября 2003 г. дело в кассационном порядке, приговор в отношении Сторощука и Пендюрина изменила: в части их осуждения исключила квалифицирующий признак подстрекательства и пособничества в убийстве - "группой лиц по предварительному сговору" (п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ), указав следующее. Как установил суд первой инстанции, предприниматель Пендюрин, желая избавиться от компаньона Белошейкина, обратился к Сторощуку с просьбой найти лицо, которое за вознаграждение убило бы Белошейкина, и передал ему для этого 6 тыс. долларов США. Сторощук путем уговоров склонил своего знакомого Григорьева непосредственно совершить убийство за вознаграждение в сумме 3 тыс. долларов США, передал ему фотографии потерпевшего и сообщил необходимые данные. Григорьев привлек к совершению преступления своего знакомого Мелкумяна, пообещав при этом простить тому долг в 1 тыс. долларов США, и они вместе убили Белошейкина. Из обстоятельств дела видно, что каждый из осужденных (Сторощук и Пендюрин) подстрекал к убийству только одного человека (Пендюрин - Сторощука, а Сторощук - Григорьева) и в деле отсутствуют доказательства, что они подстрекали, а Сторощук и способствовал убийству группой лиц по предварительному сговору. ____________ Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за I квартал 2004 года Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за I квартал 2004 года ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЗА I КВАРТАЛ 2004 ГОДА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ Вопросы квалификации преступлений 1. Лицо, добровольно сдавшее органам власти огнестрельное оружие и боеприпасы при реальной возможности их дальнейшего хранения, освобождено от уголовной ответственности в соответствии с примечаниями к ст.ст. 222 и 223 УК РФ, поскольку эти предметы не были изъяты при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию. Суд квалифицировал действия Ананяна по ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 223 и п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Установлено, что в ноябре 1996 г. Ананян незаконно изготовил огнестрельное оружие - обрез, укоротив стволы и приклад охотничьего ружья путем их отпиливания, а 26 января 1997 г. выстрелом из этого обреза совершил убийство двух лиц. По заключению криминалистической экспертизы, указанный обрез относится к самодельному гладкоствольному огнестрельному оружию, пригоден для стрельбы. С учетом этого суд обоснованно пришел к выводу о том, что ружье приобрело функции обреза - самодельного гладкоствольного огнестрельного оружия, обладающего другими характеристиками. Таким образом, доводы надзорной жалобы адвоката осужденного о том, что превращение охотничьего ружья в обрез изготовлением оружия признать нельзя, поскольку данная переделка приводит не к улучшению, а к ухудшению тактико-технических характеристик охотничьего ружья, в связи с чем изготовление из ружья обреза не образует состава преступления, предусмотренного ст. 223 УК РФ, являются необоснованными. Президиум Верховного Суда РФ, рассмотрев надзорную жалобу адвоката осужденного, удовлетворил ее в части отмены приговора и прекращения дела по ч. 1 ст. 222 и ч. 1 ст. 223 УК РФ ввиду добровольной выдачи Ананяном оружия и боеприпасов, указав следующее. В соответствии с примечаниями к ст.ст. 222 и 223 УК РФ лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в этих статьях, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. По смыслу закона под добровольной сдачей огнестрельного оружия и боеприпасов, предусмотренной примечаниями к ст.ст. 222 и 223 УК РФ, следует понимать выдачу лицом указанных предметов по своей воле или сообщение органам власти о месте их нахождения при реальной возможности дальнейшего хранения вышеуказанных предметов. Из материалов дела видно, что о месте, куда Ананян спрятал обрез с патронами, никто не знал. Во время допроса в качестве подозреваемого он лично сообщил о месте нахождения оружия и боеприпасов сотрудникам милиции и следователю и в присутствии понятых во время дополнительного осмотра места происшествия с его участием сдал обрез и боеприпасы к нему. Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что до задержания Ананяна и сделанного им заявления правоохранительные органы не располагали сведениями о местонахождении оружия и патронов. Факт сдачи обреза и патронов признал и суд, о чем прямо указал в описательной части приговора, однако сделал вывод об отсутствии признаков добровольной сдачи обреза и патронов, не приведя этому обоснования. При таких обстоятельствах Ананян не мог быть привлечен к уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222 и ч. 1 ст. 223 УК РФ, поэтому судебные решения в этой части отменены с прекращением производства по делу. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 865п03 по делу Ананяна 2. Паспорт и водительское удостоверение относятся к важным личным документам, ответственность за похищение и уничтожение которых предусмотрена ч. 2 ст. 325 УК РФ. Суд установил, что Камалетдинов похитил и уничтожил паспорт на имя П. и водительское удостоверение. Эти действия были квалифицированы по ч. 1 ст. 325 УК РФ как похищение официальных документов, совершенное из иной личной заинтересованности, и по ч. 2 ст. 325 УК РФ как похищение у граждан важных личных документов. Между тем указанные судом документы, которые похитил Камалетдинов, являются важными личными документами граждан и не относятся к официальным документам. В связи с этим его осуждение по ч. 1 ст. 325 УК РФ является необоснованным и подлежит исключению из приговора. Содеянное же им полностью охватывается признаками ч. 2 ст. 325 УК РФ. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 832п03 по делу Камалетдинова 3. Подстрекателям к убийству ошибочно вменен квалифицирующий признак убийства "совершенное группой лиц по предварительному сговору". Сторощук и Пендюрин Восточно-Сибирским окружным военным судом признаны виновными в подстрекательстве к убийству по найму группой лиц по предварительному сговору, а первый из них - и в пособничестве этому преступлению. Как установил суд, предприниматель Пендюрин, желая избавиться от компаньона Б., обратился к Сторощуку с просьбой найти лицо, которое за вознаграждение убило бы Б., и передал ему для этого 6 тыс. долларов США. Сторощук путем уговоров склонил своего знакомого Григорьева непосредственно совершить убийство за вознаграждение в сумме 3 тыс. долларов США, передал ему фотографии потерпевшего и сообщил необходимые данные. Григорьев привлек к совершению преступления своего знакомого Мелкумяна, пообещав при этом простить тому долг в 1 тыс. долларов США, и они вместе убили Б. Военная коллегия, исключив из обвинения Сторощука и Пендюрина квалифицирующий признак убийства "совершенное группой лиц по предварительному сговору", указала, что каждый из них подстрекал к убийству только одного человека: Пендюрин - Сторощука, а Сторощук - Григорьева. Определение N 4-014/03 по делу Сторощука и др. 4. Осуждение за укрывательство преступления невозможно, если лицо, подозреваемое в совершении преступления, скрылось. Согласно обвинительному заключению Эседов и Батырбеков обвинялись в убийстве Л. при отягчающих обстоятельствах и в других преступлениях. Рассмотрев дело, Ленинградский окружной военный суд признал доказанным, что убийство совершено А., скрывшимся от органов следствия, а Эседов и Батырбеков лишь вывезли и спрятали труп, в связи с чем квалифицировал их действия как укрывательство особо тяжкого преступления (ст. 316 УК РФ). При этом, перечислив доказательства, на которых строились обвинения Эседова и Батырбекова в убийстве, суд указал: "Иных доказательств в подтверждение того, что Эседов и Батырбеков непосредственно участвовали в лишении жизни Л., органами следствия не представлено, в суде их не добыто и до задержания А. и выполнения с его участием всех необходимых следственных действий для установления фактических обстоятельств совершенного убийства Л. с участием каждого его соучастника в той или иной форме нет возможности их получить". Таким образом, признав, что А. лишил жизни Л., суд вышел за пределы судебного разбирательства, которое согласно ч. 1 ст. 252 УПК РФ производится только в отношении обвиняемого. Нарушены и требования ч. 4 ст. 247 УПК РФ, допускающей судебное разбирательство в отсутствие подсудимого лишь в случае, если по уголовному делу о преступлении небольшой или средней тяжести подсудимый ходатайствует о рассмотрении данного уголовного дела в его отсутствие. Поскольку Уголовным кодексом Российской Федерации установлена уголовная ответственность за укрывательство не любого, а особо тяжкого преступления и вопрос о квалификации действий лица, лишившего Л. жизни, возможно решить в судебном заседании лишь с участием этого лица, суду следовало в соответствии с ч. 3 ст. 253 УПК РФ приостановить производство по уголовному делу в данной части. Поэтому приговор в части осуждения Эседова и Батырбекова по ст. 316 УК РФ отменен и дело производством приостановлено. Определение N 6-49/2003 по делу Эседова и Батырбекова Назначение наказания 5. Надзорная инстанция признала как явку с повинной добровольное сообщение лица правоохранительным органам о совершенном им преступлении. По приговору суда Мирвалиев признан виновным в убийстве по предварительному сговору группой лиц и осужден по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к десяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор в отношении Мирвалиева изменила, смягчила наказание до восьми лет лишения свободы в воспитательной колонии. В надзорных жалобах адвокат просил учесть в качестве смягчающего наказание обстоятельства явку с повинной, смягчить назначенное осужденному наказание с применением ст.ст. 62 и 64 УК РФ. Президиум Верховного Суда РФ надзорные жалобы адвоката удовлетворил частично по следующим основаниям. Как видно из материалов дела, после обнаружения вечером 18 августа 2002 г. трупа потерпевшего каких-либо данных о лицах, совершивших убийство, у органов предварительного следствия не имелось. На следующий день, 19 августа 2002 г., Мирвалиев письменно сообщил о совершенном им убийстве Ф. На тот момент Мирвалиев не был допрошен и не был задержан по подозрению в совершении преступления. Таким образом, именно явка с повинной Мирвалиева помогла органам следствия раскрыть тяжкое преступление. В приговоре суда необоснованно указано, что документ, оформленный как явка с повинной, таковым не является, поскольку Мирвалиев дал объяснение о случившемся после того, как у следователя возникли подозрения, что он совершил убийство Ф. Как видно из материалов дела, органы предварительного следствия до явки Мирвалиева с повинной доказательствами, кто убил Ф., не располагали. Суд же не обосновал свой вывод. Несмотря на наличие у Мирвалиева явки с повинной, суд не признал ее таковой и не принял во внимание при назначении наказания. С учетом изложенного Президиум смягчил Мирвалиеву наказание исходя из положений ст. 62 УК РФ. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 904п03 по делу Мирвалиева 6. В соответствии со ст. 61 УК РФ противоправное или аморальное поведение потерпевшего признается обстоятельством, смягчающим наказание виновному. Военная коллегия изменила приговор Восточно-Сибирского окружного военного суда в отношении Верьясова, осужденного по ч. 1 ст. 105 и ч. 3 ст. 337 УК РФ по совокупности преступлений к десяти годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, указав следующее. Установив факт совершения Верьясовым убийства Б. из-за притеснений со стороны потерпевшего, суд не дал оценки характеру этих действий потерпевшего. Между тем из показаний сослуживцев Верьясова и его самого на предварительном следствии и в суде видно, что Б., будучи военнослужащим более раннего периода службы, систематически допускал в отношении Верьясова неуставные действия, заставлял его выполнять свою работу, беспричинно или по незначительному поводу избивал его и глумился над ним. Таким образом, поскольку Верьясов совершил убийство из мести за ранее нанесенные физические притеснения и моральные унижения, т. е. в связи с неправомерными действиями потерпевшего, это обстоятельство в соответствии с п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ должно учитываться в качестве смягчающего наказание. Военная коллегия смягчила наказание, назначенное Верьясову по ч. 1 ст. 105 УК РФ, и соответственно наказание, назначенное ему по совокупности совершенных преступлений. Определение N 4-024/2003 по делу Верьясова 7. Дополнительное наказание не может быть определено по совокупности преступлений, если оно не назначено ни за одно из преступлений, входящих в совокупность. Московским окружным военным судом Иневаткин был осужден к лишению свободы по ч. 1 ст. 111 УК РФ на пять лет, по ч. 1 ст. 162 УК РФ на четыре года с конфискацией имущества, по ч. 4 ст. 337 УК РФ на один год, к исправительным работам на шесть месяцев по ст. 115 УК РФ, а по совокупности преступлений на шесть лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима с конфискацией имущества и лишением воинского звания "лейтенант". Поскольку судом не выполнены требования ст. 69 УК РФ и п. 4 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, согласно которым суд должен назначить не только основное, но и дополнительное наказание отдельно за каждое преступление и лишь после этого определить окончательное наказание по совокупности преступлений, Военная коллегия исключила из приговора указание о лишении Иневаткина воинского звания "лейтенант". Определение N 1-042/03 по делу Иневаткина и др. 8. Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации применила акт об амнистии, принятый после постановления приговора. Дягилев осужден 18 февраля 2003 г. по п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ к одному году лишения свободы. Военная коллегия, рассмотрев дело в кассационном порядке по жалобе потерпевшей, приговор изменила и, применив пп. 3 и 5 постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 6 июня 2003 г. "Об объявлении амнистии в связи с принятием Конституции Чеченской Республики", освободила Дягилева от наказания и сняла судимость. Определение N 5-077/02 по делу Дягилева Процессуальные вопросы 9. Статьями 32 и 35 УПК РФ регулируется территориальная подсудность уголовных дел, а не подсудность рассмотрения представления прокурора о даче заключения о наличии признаков состава преступления в действиях депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации. Московский городской суд дал заключение о наличии в действиях депутата Тюменской областной Думы П. признаков составов преступлений, предусмотренных пп. "а", "б" ч. 3 ст. 160 и ч. 3 ст. 174 УК РФ (в ред. Федерального закона от 13 июня 1996 г.), и согласие на привлечение его к уголовной ответственности. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ заключение Московского городского суда отменила и материалы направила на новое судебное рассмотрение. В надзорном представлении заместитель Генерального прокурора РФ поставил вопрос об отмене кассационного определения. Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил представление прокурора по следующим основаниям. Статьями 32 и 35 УПК РФ регулируется территориальная подсудность уголовных дел, а не подсудность рассмотрения представления прокурора о даче заключения о наличии признаков преступления в действиях депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации. В п. 9 ч. 1 ст. 448 УПК РФ определен лишь уровень судей, которым такого рода представления подсудны, - судьи областных и приравненных к ним судов. В тех же случаях, когда законодатель посчитал необходимым связать рассмотрение подобного рода представлений с конкретной территорией, он прямо на это указал в законе. В частности, в отношении следователя, адвоката, прокурора предписано представления рассматривать судьями соответствующего суда по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления (п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ). Кроме того, вывод Судебной коллегии о том, что коллегия из трех судей не рассмотрела "вопрос о территориальной подсудности дела", не верен и по существу. В Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации не предусмотрено, каким процессуальным документом должно быть осуществлено реагирование на заявляемые в ходе рассмотрения представления ходатайства. В связи с этим коллегия из трех судей совершенно правильно разрешила ходатайство о подсудности непосредственно в тексте заключения. В нем указано, почему представление первого заместителя Генерального прокурора РФ принято судьями Московского городского суда и рассмотрено по существу. Преступление, совершение которого может быть вменено в вину депутату Тюменской областной Думы П., начато на территории Российской Федерации в г. Нижневартовске, а окончено за пределами страны. При внесении представления в Московский городской суд были учтены место жительства и место работы П. - г. Москва, а также то, что дело расследуется в г. Москве. Кроме того, принято во внимание и то, что более тяжкое преступление - легализация денежных средств, приобретенных заведомо незаконным путем (ч. 3 ст. 174 УК РФ), совершено за пределами страны. Не усматривается нарушение закона в том, что представление направлено в суд не прокурором субъекта Российской Федерации, а первым заместителем Генерального прокурора РФ. В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 17 января 1992 г. "О прокуратуре Российской Федерации" (с последующими изменениями) прокуратура Российской Федерации составляет единую федеральную централизованную систему органов и учреждений, действует на основе подчинения нижестоящих прокуроров вышестоящим и Генеральному прокурору РФ. Вышестоящий прокурор, каковым является первый заместитель Генерального прокурора РФ, обладает всем комплексом прав, принадлежащих нижестоящим прокурорам, в данном случае прокурорам субъектов Российской Федерации. Президиум Верховного Суда РФ отменил кассационное определение и направил материалы на новое кассационное рассмотрение. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 957п03пр 10. Нарушение требований ст.ст. 92, 196 и 204 УПК РФ повлекло отмену приговора и направление дела на новое судебное рассмотрение. Судом первой инстанции Флегонтов осужден по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ и по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев дело по жалобам осужденного и его адвоката, приговор отменила, указав следующее. В жалобах, в частности, указывалось, что в основу приговора положены первоначальные показания Флегонтова на предварительном следствии, в которых он оговорил себя под воздействием незаконных методов ведения следствия. Однако в протоколе задержания Флегонтова от 29 мая 2003 г. отсутствует запись о том, что у подозреваемого Флегонтова имелись какие-либо телесные повреждения. Вместе с тем из приложенной к делу ксерокопии медицинской справки и подлинника этой справки, представленного стороной защиты суду кассационной инстанции, видно, что 30 мая 2003 г. в 3 час. 50 мин. Флегонтов был осмотрен в травматологическом пункте г. Ульяновска. Согласно поставленному там диагнозу у него имелись множественные ушибы, кровоподтеки лица, грудной клетки. В соответствии с ч. 2 ст. 92 УПК РФ в протоколе задержания указываются дата и время составления протокола, дата, время, место, основания и мотивы задержания подозреваемого, результаты его личного обыска и другие обстоятельства его задержания. По смыслу этой уголовно-процессуальной нормы под другими обстоятельствами задержания подозреваемого следует понимать, в частности, сведения о применении физической силы, специальных средств, об оказании медицинской помощи задержанному, о наличии у него каких-либо телесных повреждений и тому подобное. Протокол задержания должен был содержать указание на все эти обстоятельства. Они подлежали тщательной проверке еще и потому, что Флегонтов по заключению экспертов-психиатров обнаруживает признаки органического расстройства личности, лечился в психиатрической больнице, в связи с чем не призывался на службу в Российскую армию. Кроме того, признавая Флегонтова вменяемым, суд не учел, что заключение экспертов, проводивших амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу, не полное. Перед экспертами-психиатрами наряду с другими вопросами следователем был поставлен вопрос о том, не страдает ли Флегонтов каким-либо психическим заболеванием в настоящее время, может ли он отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими, на который эксперты в нарушение требований п. 4 ст. 196 и ст. 204 УПК РФ ответа не дали. Указанные нарушения уголовно-процессуального закона повлекли отмену приговора суда с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе судей. При новом судебном рассмотрении Флегонтов по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ оправдан за непричастностью к совершению преступления, по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ его действия переквалифицированы на п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ данный приговор оставила без изменения. Определения N 80-004-4 и N 80-004-18 по делу Флегонтова 11. Признав постановление следователя о прекращении уголовного дела незаконным или необоснованным, прокурор вправе отменить данное постановление и возобновить производство по уголовному делу. 30 января 2001 г. помощником прокурора Республики Северная Осетия - Алания возбуждено уголовное дело в отношении Зураповой по признакам преступлений, предусмотренных пп. "а", "б" ч. 2 ст. 159 УК РФ и п. "б" ч. 3 159 УК РФ. 21 августа 2001 г. Зураповой предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 285 УК РФ, а 20 февраля 2002 г. данное дело прекращено за недоказанностью ее участия в совершении инкриминируемого преступления на основании ч. 2 ст. 208 УПК РСФСР. Постановлением старшего помощника прокурора Республики Северная Осетия - Алания от 22 апреля 2002 г. указанное постановление о прекращении дела отменено, а производство по делу возобновлено. 30 апреля 2002 г. Зураповой вновь предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ. 16 декабря 2002 г. районный суд признал незаконными постановления прокуратуры Республики Северная Осетия - Алания об отмене постановления о прекращении уголовного преследования и о привлечении Зураповой в качестве обвиняемой по ч. 1 ст. 285 УК РФ. При принятии решения о незаконности этих постановлений суд сослался на постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 ноября 1995 г. N 13-П и от 23 марта 1999 г. N 5-П. Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении поставил вопрос об отмене всех судебных решений и направлении материалов дела на новое судебное рассмотрение в ином составе судей. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ надзорное представление удовлетворила по следующим основаниям. Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 13 ноября 1995 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности части пятой статьи 209 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Р.Н.Самигуллиной и А.А.Апанасенко" постановления органов расследования о прекращении дела могут быть обжалованы в судебном порядке, а согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1999 г. N 5-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 133, части первой статьи 218 и статьи 220 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан В.К.Борисова, Б.А.Кехмана, В.И.Монастырецкого, Д.И.Фуфлыгина и общества с ограниченной ответственностью "Моноком" признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 46 (чч. 1 и 2) и 52, положения ч. 1 ст. 218 и ст. 220 УПК РСФСР, поскольку они исключали в ходе предварительного расследования возможность судебного обжалования действий и решений органа дознания, следователя или прокурора, связанных с производством обыска, наложением ареста на имущество, приостановлением производства по уголовному делу и продлением срока предварительного расследования. Указанные постановления Конституционного Суда Российской Федерации, на которые суд первой инстанции сослался в обоснование своего решения, к предмету жалобы обвиняемой Зураповой не относятся, поскольку она обжаловала иные решения прокурора и следователя, а нормы уголовно-процессуального закона, которыми руководствовались органы следствия (ст.ст. 211, 210, 143 и 144 УПК РСФСР), неконституционными не признавались. Как следует из материалов дела, принимая решения о возобновлении производства по прекращенному уголовному делу и о привлечении Зураповой к уголовной ответственности, прокурор и следователь руководствовались требованиями ст. 21 УПК РФ, обязывающей их осуществлять уголовное преследование от имени государства в каждом случае обнаружения признаков преступления с принятием предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер по установлению события преступления и изобличению лиц, виновных в совершении преступления. Суду не предоставлено права препятствования уголовному преследованию, осуществляемому в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона уполномоченными на то лицами. В материалах уголовного дела не содержится и фактов нарушения следователем или прокурором конституционных прав и свобод Зураповой, включая и трудовые, так как согласно решению Ленинского районного суда от 2 ноября 2001 г. постановление следователя от 27 сентября 2001 г., которым Зурапова была отстранена от занимаемой должности, отменено, и она восстановлена в занимаемой должности. Выводы судебных инстанций о том, что избранная Зураповой мера пресечения в виде подписки о невыезде ущемила ее конституционные права и интересы, в данном конкретном случае ошибочны. Зурапова, обжалуя в суд упомянутые постановления следователя и прокурора, также не указывала, что избранная в отношении нее мера пресечения в виде подписки о невыезде причиняет ущерб ее конституционным правам и свободам, в том числе препятствует ее свободному передвижению и свободному выбору места жительства. Вместе с тем применение меры пресечения в отношении подозреваемых и обвиняемых предусмотрено уголовно-процессуальным законом, который следователь при ее избрании не нарушил. Нельзя также признать законными выводы кассационной и надзорной инстанций о том, что определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 300-О "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 116, 211, 218, 219 и 220 Уголовно-прцессуального кодекса РСФСР в связи с запросом Президиума Верховного Суда Российской Федерации и жалобами ряда граждан" и ч. 3 ст. 214 УПК РФ устанавливают возможность возобновления по ранее прекращенному делу лишь при наличии новых и вновь открывшихся обстоятельств. Данные судебные инстанции не приняли во внимание положения ч. 1 ст. 214 УПК РФ, дающие прокурору право на отмену незаконного постановления о прекращении дела и возобновлении производства по нему. Положения ч. 3 ст. 214 УПК РФ указывают только на одно из оснований возобновления производства по ранее прекращенному делу. Признание обоснованными выводов кассационной и надзорной инстанций о том, что возобновление производства по ранее прекращенному делу возможно лишь в связи с новыми и вновь открывшимися обстоятельствами, означало бы, что прокурор лишается предоставленного ему ч. 1 ст. 214 УПК РФ права отменять незаконные и необоснованные постановления. Определение N 22-Дп03-11 по делу Зураповой 12. Постановление суда о приостановлении производства по уголовному делу, изменении меры пресечения, объявлении розыска отменено. Органами предварительного следствия Карташова обвинялась в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 298 и ч. 1 ст. 318 УК РФ. В порядке предварительного слушания суд вынес постановление о приостановлении производства по уголовному делу. Меру пресечения в отношении Карташовой - подписку о невыезде изменил на содержание под стражей и объявил ее розыск. В кассационной жалобе Карташова просила данное постановление суда отменить. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила постановление суда, указав следующее. В соответствии с ч. 3 ст. 234 УПК РФ проведение предварительного слушания без участия обвиняемого (без его ходатайства об этом) не допускается. В материалах дела отсутствуют сведения о том, что Карташова была надлежащим образом извещена о проведении предварительного слушания. Из протокола судебного заседания видно, что стороны настаивали на том, что необходимо отложить проведение предварительного слушания, повторить вызов в суд Карташовой, выяснить причину ее неявки в суд. Решая вопрос об изменении ей меры пресечения и объявлении розыска, суд сослался на то, что Карташова скрывается от суда, место пребывания ее неизвестно. Между тем такие выводы суд сделал без достаточных оснований. Согласно ч. 2 ст. 238 УПК РФ суд вправе избрать обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу, если он ранее не содержался под стражей и скрылся. Карташова утверждала, что она не скрывалась, а когда в суде проводилось предварительное слушание, она участвовала в рассмотрении гражданского дела в другом суде. В подтверждение Карташова представила копию апелляционного определения суда. Как установлено, Карташова в судебное заседание на предварительное слушание вызывалась один раз. В материалах дела отсутствуют сведения, подтверждающие тот факт, что после поступления дела в суд Карташова скрывалась. Определение N 88-003-55 по делу Карташовой 13. Пропущенный срок на обжалование восстанавливается в случае, если копия приговора лицам, указанным в чч. 4 и 5 ст. 354 УПК РФ, была вручена по истечении 5 суток со дня его провозглашения (ч. 2 ст. 357 УПК РФ). В кассационной жалобе осужденный Янишев просил восстановить срок на обжалование приговора. Однако областным судом ему в этом было отказано. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ ходатайство о восстановлении срока обжалования удовлетворила по следующим основаниям. В соответствии со ст. 312 УПК РФ копия приговора вручается осужденному в течение 5 суток с момента его провозглашения. Согласно ч. 2 ст. 357 УПК РФ пропущенный кассационный срок на обжалование приговора восстанавливается в случае, если копии приговора лицам, указанным в чч. 4 и 5 ст. 354 УПК РФ (осужденному и другим), вручены по истечении 5 суток со дня его провозглашения. Приговор по настоящему делу постановлен 11 июля 2003 г. После рассмотрения дела Янишев без согласия председательствующего был этапирован из изолятора временного содержания г. Тобольска в исправительное учреждение г. Тюмени. С протоколом судебного заседания Янишев был ознакомлен только 28 июля 2003 г. и в этот же день получил и копию приговора. При таких обстоятельствах Судебная коллегия постановление судьи областного суда об отказе в удовлетворении ходатайства о восстановлении Янишеву срока на обжалование приговора отменила. Определение N 89-003-58 по делу Янишева 14. В соответствии с ч. 1 ст. 462 УПК РФ Российская Федерация может выдать иностранному государству иностранного гражданина или лицо без гражданства, находящихся на территории Российской Федерации, для уголовного преследования за деяния, которые являются уголовно-наказуемыми по уголовному закону Российской Федерации и законам иностранного государства, направившего запрос о выдаче лица. При этом согласно требованиям п. 4 ч. 1 ст. 464 УПК РФ выдача лица не допускается, если в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовное дело не может быть возбуждено. Генеральная прокуратура Республики Молдова обратилась в Генеральную прокуратуру РФ с ходатайством о выдаче гражданина Республики Молдова Дикова, находящегося на территории Российской Федерации, для привлечения его к уголовной ответственности за кражу при отягчающих обстоятельствах, совершенную на территории Республики Молдова. Постановлением Генеральной прокуратуры РФ от 5 августа 2003 г. это ходатайство было удовлетворено. Суд первой инстанции отменил постановление прокуратуры, сославшись на то, что деяние, в совершении которого обвиняют Дикова, является малозначительным и что с 1999 года он проживает на территории Российской Федерации, зарегистрировал брак с гражданкой Российской Федерации и имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей. В кассационном представлении прокурор поставил вопрос об отмене определения суда на том основании, что суд ошибочно применил положения ст. 10 УК РФ, которые распространяются лишь на преступления, совершенные на территории Российской Федерации, а не за ее пределами. Суд кассационной инстанции оставил кассационное представление без удовлетворения по следующим основаниям. Диков обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 119 УК Республики Молдова, т. е. в хищении имущества собственника, совершенном путем кражи. 2 февраля 1998 г. по предварительному сговору с другими лицами Диков проник в домовладение гражданина, откуда похитил 6 кур и 7 петухов, причинив собственнику материальный ущерб на общую сумму 290 левов (373 руб. Российской Федерации). Суд первой инстанции обоснованно сослался на положения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в редакции, действовавшей на момент совершения кражи, согласно которым хищение чужого имущества путем кражи на сумму, не превышающую пять минимальных размеров оплаты труда, признавалось мелким, и влекло административную, а не уголовную ответственность. Суд правильно сослался и на положения ст. 10 УК РФ, поскольку указанные действия Дикова не могут рассматриваться как уголовно наказуемые по уголовному закону Российской Федерации, что в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ является обстоятельством, исключающим производство по уголовному делу и препятствующим его возбуждению. Определение N 39-003-36 по делу Дикова 15. В соответствии со ст. 1074 ГК РФ взыскание ущерба с законных представителей причинителя вреда прекращается по достижении им совершеннолетнего возраста. По приговору суда постановлено взыскать с несовершеннолетнего осужденного Белоглазова денежные суммы в качестве компенсации морального вреда в пользу потерпевших, а в случае недостаточности собственных средств у осужденного - с его родителей. Родители осужденного обратились в суд с заявлением об освобождении их от обязанности по возмещению ущерба потерпевшим в связи с достижением их сыном совершеннолетия. Постановлением судьи родители Белоглазова освобождены от обязанности по возмещению морального вреда потерпевшим. В кассационной жалобе потерпевшие просили постановление судьи отменить и возобновить исполнительное производство, указав, что они, по существу, лишены возможности получить денежные средства в счет компенсации морального вреда, поскольку у осужденного по месту отбывания наказания фактически нет заработка, а также личного имущества, на которое можно было обратить взыскание. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала постановление судьи законным. Суд обоснованно освободил законных представителей осужденного Белоглазова от обязанности компенсации морального вреда потерпевшим, поскольку осужденный достиг совершеннолетия. Определение N 77-004-1 по делу Белоглазова, определение N 77-004-2 по делу Лукьянова 16. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Судом первой инстанции Шемякин осужден по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Суд кассационной инстанции отменил приговор, а уголовное дело в отношении Шемякина прекратил за непричастностью его к совершению преступления. Шемякин находился под стражей с марта 2002 г. по март 2003 г. Постановлением судьи с Минфина России за счет казны Российской Федерации взыскано в пользу Шемякина 28 920 руб. В кассационной жалобе представитель Минфина России в лице Управления федерального казначейства Минфина России по Волгоградской области просил постановление отменить, а дело направить на новое рассмотрение, сославшись на то, что в соответствии с ч. 2 ст. 1070 ГК РФ предусмотрен особый порядок возмещения вреда, причиненного при осуществлении правосудия, в том числе при вынесении незаконного решения или приговора: вред возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу, т. е. право на возмещение вреда возникает лишь при виновном поведении судьи, установленном вступившим в законную силу приговором суда. Судебная коллегия Верховного Суда РФ постановление судьи оставила без изменения, а кассационную жалобу представителя Минфина России без удовлетворения по следующим основаниям. В соответствии со ст.ст. 133-135 УПК РФ при решении вопроса о возмещении имущественного вреда незаконным осуждением Шемякина суд должен был руководствоваться положениями указанных статей, а не ч. 2 ст. 1070 ГК РФ, на что в жалобе ссылается представитель Минфина. Именно положениями ст.ст. 133-135 УПК РФ и руководствовался суд, приняв законное и обоснованное решение. Определение N 2-003-30 по делу Шемякина 17. Приговор в части удовлетворения гражданских исков отменен, поскольку к участию в деле не был привлечен надлежащий ответчик в лице войсковой части, обязанной возместить вред, причиненный военнослужащими, которые проходили службу в этой части и при совершении преступлений исполняли служебные обязанности. Военная коллегия Верховного Суда РФ в порядке надзора отменила приговор Северо-Кавказского окружного военного суда по делу Тимкива и Нестерова в части удовлетворения гражданских исков, указав следующее. В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный работником при исполнении служебных обязанностей. Как установлено судом, Нестеров совершил преступление с применением оружия при несении службы в пограничном наряде, Тимкив также находился при исполнении служебных обязанностей. Таким образом, вред, причиненный потерпевшим, обязана возместить войсковая часть, в которой осужденные проходили военную службу. В ходе предварительного расследования и судебного заседания потерпевшие, как это было им разъяснено должностными лицами, проводившими расследование, просили взыскать компенсацию за причиненный моральный вред с осужденных. Но в соответствии с действовавшей в то время ст. 36 ГПК РСФСР суд, установив во время разбирательства дела, что иск предъявлен не к тому лицу, которое должно отвечать по иску, мог с согласия истца, не прекращая дела, допустить замену первоначального ответчика надлежащим ответчиком. Если истец не был бы согласен на замену ответчика другим лицом, суд мог привлечь это лицо в качестве второго ответчика. Однако, как видно из протокола судебного заседания, перед истцами такой вопрос не ставился и ненадлежащий ответчик не заменен. Поскольку суд не обеспечил права потерпевших при рассмотрении их гражданских исков и не привлек по делу надлежащего ответчика в лице войсковой части, в которой проходили службу осужденные, приговор в этой части подлежит отмене с оставлением за потерпевшими права на рассмотрение заявленных ими исковых требований в порядке гражданского судопроизводства. Определение N 5н-3 7/2003 по делу Тимкива и Нестерова ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ 1. Военнослужащие внутренних войск МВД России, осуществляющие охрану в закрытом административно-территориальном образовании, имеют право на получение надбавки к окладу по воинским должностям. Военнослужащий С. и другие обратились в гарнизонный военный суд с жалобами о признании незаконными действий командира воинской части, связанных с отказом произвести выплату надбавки к должностному окладу в размере 30 процентов за службу в закрытом административно-территориальном образовании (далее - ЗАТО) за период с 1 января 2000 г. по 31 марта 2002 г. с учетом убытков, и просили обязать указанное выше должностное лицо произвести данные выплаты. Решением гарнизонного окружного военного суда от 28 августа 2002 г. требования заявителей удовлетворены в полном объеме. Президиум окружного военного суда 5 февраля 2003 г., рассмотрев дело по протесту председателя окружного военного суда, решение суда первой инстанции отменил и принял новое решение об оставлении жалоб без удовлетворения. Военная коллегия постановление президиума окружного военного суда отменила по следующим основаниям. Указом Президента РСФСР от 18 декабря 1991 г. N 298 "О повышении денежного содержания военнослужащих, тарифных ставок и окладов работников предприятий и организаций Министерств внутренних дел, органов государственной безопасности и Союза оборонных спортивно-технических организаций" Министру внутренних дел РСФСР предоставлено право самостоятельно определять размеры должностных окладов отдельным категориям военнослужащих внутренних войск, а также добавочные виды денежного довольствия стимулирующего характера. Согласно п. 1 ст. 7 Закона Российской Федерации от 14 июля 1992 г. "О закрытом административно-территориальном образовании" проживание или работа граждан в условиях особого режима ЗАТО подлежат общей социальной компенсации, которая включает повышенный уровень бюджетной обеспеченности, меры социальной защиты, льготы в оплате труда, государственном страховании и гарантии занятости. В соответствии с п. 11 ст. 13 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" руководителю федерального органа исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба, предоставлено право в пределах выделенных ассигнований устанавливать надбавки и иные дополнительные выплаты военнослужащим. Министр внутренних дел Российской Федерации в своих приказах от 10 ноября 1998 г. N 730 "О денежном довольствии отдельных категорий военнослужащих внутренних войск МВД России" и от 24 августа 1999 г. N 624 "О денежном довольствии отдельных категорий военнослужащих внутренних войск МВД России" в пределах предоставленных ему полномочий установил для военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в воинских частях, осуществляющих охрану ЗАТО, надбавку к окладу по воинской должности в размере 30 процентов. Иных нормативных актов, отменяющих или заменяющих данные выплаты, до настоящего времени не издано. Президиум окружного военного суда ошибочно посчитал установленное Министром внутренних дел Российской Федерации повышение окладов по воинским должностям военнослужащим, проходящим военную службу, районным коэффициентом, являющимся иным видом надбавок, устанавливаемых другими нормативными актами, что повлекло за собой вынесение незаконного решения. Поэтому постановление президиума окружного военного суда подлежало отмене. Из материалов дела усматривается, что в судебном заседании нашли свое полное подтверждение и такие факты, как снижение покупательной способности неполученных денежных средств, а также расходы, которые понесли заявители при восстановлении своих нарушенных прав. Суд первой инстанции, руководствуясь ст. 393 ГК РФ, правильно удовлетворил требования заявителей, исходя из существующих на момент вынесения решения должностных окладов. На основании изложенного Военная коллегия отменила упомянутое постановление президиума окружного военного суда и оставила в силе решение гарнизонного военного суда. Определение N 6п-89/03 Процессуальные вопросы 2. Дела по спорам, хотя и возникшим после увольнения гражданина из Вооруженных Сил Российской Федерации, но неразрывно связанным с правоотношениями, сложившимися в период прохождения бывшим военнослужащим военной службы, подсудны военным судам. Офицер запаса К. обратился в районный суд с жалобой на действия командира воинской части, связанные с отказом включить его в список военнослужащих, непосредственно участвовавших в одном из видов деятельности, указанном в Перечне, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 23 августа 2000 г. N 1563. Данное дело из районного суда по подсудности было передано для рассмотрения в гарнизонный военный суд, который направил это дело в окружной военный суд, поскольку оно связано с государственной тайной. Из окружного военного суда дело из судебного заседания направлено для разрешения по существу в областной суд, так как судья пришел к выводу, что, хотя дело и связано с государственной тайной, К. обжалует действия командования, которые имели место после увольнения заявителя с военной службы, а следовательно, жалоба не подсудна военным судам. Рассмотрев данное дело в порядке надзора, Военная коллегия Верховного Суда РФ признала его направление из окружного военного суда в областной суд незаконным по следующим основаниям. Передавая дело для разрешения в областной суд, судья существенно нарушил требования ст. 33 ГПК РФ, согласно которой дело, принятое судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть разрешено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно станет подсудным другому суду. Кроме того, судья окружного военного суда неправильно истолковал требования ст. 25 ГПК РФ и п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. N 9 по вопросу подсудности гражданских дел военным судам. По смыслу указанных выше норм в контексте требований ст. 7 Федерального конституционного закона от 23 июня 1999 г. "О военных судах Российской Федерации" военным судам наряду с другими подсудны и споры по обстоятельствам, хотя и возникшим после увольнения гражданина из Вооруженных Сил Российской Федерации, но неразрывно связанным с правоотношениями, сложившимися в период прохождения бывшим военнослужащим военной службы. Как усматривается из дела, командование отказалось включить уволенного со службы в 1999 году К. в список военнослужащих, непосредственно участвовавших в одном из видов деятельности, указанном в Перечне, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 23 августа 2000 г. N 1563, которым заявитель, по его мнению, занимался до увольнения в запас (т. е. в период фактического исполнения своих служебных обязанностей). Следовательно, данный спор подлежит разрешению в военных, а не в территориальных судах. Определение N 1н-53/2003 Дела, возникающие из публичных правоотношений 3. Отсутствие текста примечания в подписных листах, представленных кандидатом в депутаты, не является нарушением формы подписного листа. Согласно подп. 5 п. 8 ст. 47 Федерального закона "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации" основанием для отказа в регистрации может быть недостаточное количество представленных достоверных подписей избирателей, собранных в поддержку выдвижения кандидата или выявление 25 и более процентов недостоверных и недействительных подписей избирателей от общего количества подписей, отобранных для проверки, если после представления в избирательную комиссию подписей не был внесен избирательный залог. В подп. 11 п. 10 ст. 46 Федерального закона определено, что недействительными считаются все подписи в подписном листе, изготовленном с нарушением требований, установленных приложениями 1, 2 и 3 к Закону. В соответствии с п. 3 ст. 42 названного Закона подписные листы кандидатов, выдвинутых в порядке самовыдвижения (каковым является истец по делу), изготавливаются по форме, приведенной в приложении 1 к Закону. Форма подписного листа согласно приложению 1 предусматривает наличие в подписном листе примечания со следующим содержанием: "Если кандидат является депутатом и осуществляет свои полномочия на непостоянной основе, в подписном листе указываются сведения об этом одновременно с указанием наименования представительного органа. В случае наличия у кандидата неснятой и непогашенной судимости в подписном листе указываются номер (номера) и наименование (наименования) статьи (статей) Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которой (которых) был осужден кандидат, а также статьи (статей) Уголовного кодекса, принятого в соответствии с Основами уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, статьи (статей) закона иностранного государства, если кандидат был осужден в соответствии с указанными законодательными актами за деяния, признаваемые преступлением действующим Уголовным кодексом Российской Федерации, с указанием наименования этого закона. В случае наличия у кандидата помимо гражданства Российской Федерации гражданства иностранного государства в подписном листе это указывается с указанием наименования соответствующего иностранного государства. В подписном листе указываются также принадлежность кандидата к общественному объединению, если о членстве в нем он указал в заявлении о согласии баллотироваться в соответствии с пунктом 8 статьи 38 настоящего Федерального закона, и сведения о его статусе в этом общественном объединении". Как указал в решении суд первой инстанции, ни один из подписных листов, представленных кандидатом в депутаты (истцом) в окружную избирательную комиссию для регистрации, не содержит такого примечания, что, по мнению суда, является основанием считать все подписные листы изготовленными с нарушением требований приложения 1 к данному Федеральному закону. Следовательно, недействительными считаются все подписи в подписном листе (100%) и окружная избирательная комиссия не имела законных оснований для вывода, что кандидат в депутаты (истец) представил необходимое для регистрации количество подписей избирателей, и принимать решение о его регистрации. Однако этот вывод суда основан на неправильном толковании приведенных правовых норм. Отсутствие текста примечания по смыслу закона не является нарушением формы подписного листа. В отличие от остальной части подписного листа, которая обязательна для заполнения, сведения, содержащиеся в примечании N 1, являются дополнительными и вносятся в подписной лист только в том случае, если они в действительности имели место быть. Как правильно указано в кассационных жалобах истца (кандидата в депутаты) и избирательной комиссии, отсутствие в подписном листе самого текста примечания не вводит в заблуждение ни избирателей, ни избирательную комиссию относительно личности кандидата в депутаты. Судом установлено, что кандидат в депутаты не судим, не имеет гражданства иностранного государства, не принадлежит к общественному объединению, поэтому и не указаны им сведения, содержащиеся в примечании N 1. Следовательно, у суда первой инстанции не было оснований для признания недействительными подписей, собранных в поддержку кандидата в депутаты (истца), в связи с отсутствием в подписных листах текста примечания. Определение N 67-Г03-21 4. Отсутствие в полном объеме избирательных документов, необходимых для регистрации кандидата в депутаты, может служить основанием для отказа в регистрации кандидата в депутаты, а не основанием для отказа в принятии документов. В силу п. 1 ст. 45 Федерального закона от 20 декабря 2002 г. "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации" для регистрации кандидата, выдвинутого по одномандатному избирательному округу, кандидат либо уполномоченный представитель политической партии, избирательного блока не ранее чем за 75 дней и не позднее чем за 45 дней до дня голосования до 18 часов по местному времени представляет в соответствующую окружную избирательную комиссию определенные избирательные документы. При этом действующее законодательство содержит ряд требований к оформлению таких документов. В ходе судебного заседания было бесспорно установлено, что до 18 час. 22 октября 2003 г. (согласно приведенной норме Закона) в окружную избирательную комиссию не были представлены надлежащим образом оформленные избирательные документы, необходимые для регистрации: протокол об итогах сбора подписей избирателей в 2-х экземплярах (подп. 2 п. 1 ст. 45 Закона); сведения об изменениях в данных о кандидате, ранее представленных (подп. 3 п. 1 ст. 45 Закона); первый финансовый отчет (подп. 4 п. 1 ст. 45 Закона). Представленные же подписные листы имели недостатки (не сброшюрованы и не до конца пронумерованы). До истечения указанного Законом времени эти недостатки кандидатом в депутаты Н. так и не были устранены и прием документов от него был прекращен. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действия комиссии не противоречат п. 3 ст. 45 Федерального закона "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации", поскольку до истечения установленного Законом времени (в данном случае - 18 час.) Н. были представлены избирательные документы, необходимые для регистрации, но не в полном объеме, а Федеральный закон не предоставляет кандидатам права вносить поправки в представленные ими документы после приема для регистрации. Решением суда в удовлетворении требований Н. о признании незаконным отказа избирательной комиссии в приеме документов для регистрации в качестве кандидата в депутаты отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила решение суда и вынесла новое решение об удовлетворении требования, указав следующее. В соответствии с подп. 3 п. 8 ст. 47 Федерального закона "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации" основанием к отказу в регистрации кандидатом в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации может послужить отсутствие среди представленных документов необходимых в соответствии с настоящим Федеральным законом для регистрации кандидата. Следовательно, Закон не предоставляет права окружной избирательной комиссии отказать кандидату в принятии документов по мотиву отсутствия каких-либо необходимых для регистрации документов. А само по себе установление такого обстоятельства может послужить лишь основанием к отказу в регистрации кандидатом в депутаты. Определение N 84-Г03-10 Ответы на вопросы Процессуальные вопросы Вопрос 1: Вправе ли прокурор обратиться в суд с заявлением в защиту интересов Российской Федерации о взыскании денежных средств в пользу внебюджетных фондов (Пенсионного фонда Российской Федерации, Фонда обязательного медицинского страхования)? Ответ: Согласно ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор наделен правом обращения в суд с заявлением в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. В силу п. 1 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации (России) (утвержденного постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 2122-I, с изменениями от 24 декабря 1993 г. и 5 мая 1997 г.) Пенсионный фонд России является самостоятельным финансово-кредитным учреждением, осуществляющим свою деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации и этим Положением, денежные средства которого в соответствии с п. 2 данного Положения находятся в государственной собственности Российской Федерации. Анализ положений пп. 1, 3 и 9 Устава Федерального фонда обязательного медицинского страхования (утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 857) позволяет сделать вывод о том, что Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, реализующий государственную политику в области обязательного медицинского страхования граждан как составной части государственного социального страхования, является самостоятельным государственным некоммерческим финансово-кредитным учреждением, финансовые средства которого являются федеральной (государственной) собственностью. Поскольку финансовые средства указанных внебюджетных фондов являются собственностью Российской Федерации, взыскание с виновных лиц денежных средств в интересах государства допустимы. Взыскания производятся в пользу соответствующего фонда, действующего в интересах Российской Федерации в этой сфере. Исходя из смысла ч. 2 ст. 38 ГПК РФ в случае обращения прокурора в суд с заявлением в защиту интересов Российской Федерации фонд извещается судом о возникшем процессе и участвует в деле в качестве истца. Вопрос 2: Вправе ли прокурор обратиться в суд с заявлением в защиту прав неопределенного круга лиц, например, потребителей, своевременно оплачивающих электроэнергию, о признании противоправными действий энергоснабжающих организаций, ограничивающих поставку тепловой энергии? Ответ: В целях защиты прав неопределенного круга лиц (в том числе потребителей) прокурор в силу ч. 1 ст. 45 ГПК РФ и ст. 46 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" наделен правом обращения в суд с заявлением, в том числе о признании действий энергоснабжающих организаций, ограничивающих поставку тепловой энергии потребителям, своевременно оплачивающим электроэнергию, противоправными и о прекращении таких действий. При этом под неопределенным кругом лиц (потребителей) понимается крут лиц, который невозможно индивидуализировать (определить), привлечь в процесс в качестве истцов, указать в решении, а также решить вопрос о правах и обязанностях каждого из них при разрешении дела. При удовлетворении заявления прокурора, суд обязывает правонарушителя довести в установленный судом срок через средства массовой информации или иным способом до сведения потребителей решение суда. Вопрос 4: По каким категориям гражданских дел о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, участие прокурора в соответствии с ч. 3 ст. 45 ГПК РФ обязательно? Ответ: Согласно ч. 3 ст. 45 ГПК РФ прокурор вступает в процесс и дает заключение по делам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью. При этом Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации не вводит ограничений по каким-либо определенным категориям дел о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, по которым прокурор принимает участие на основании указанной нормы Кодекса. Поэтому прокурор участвует в рассмотрении любых исков, касающихся требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Вопрос 5: Вправе ли районный прокурор принести представление в суд кассационной инстанции, если в деле участвовал помощник прокурора? Ответ: В соответствии со ст. 336 ГПК РФ на решения всех судов в Российской Федерации, принятые по первой инстанции, за исключением решений мировых судей, прокурором, участвующим в деле, может быть принесено кассационное представление. Статья 45 ГПК РФ устанавливает формы участия прокурора в деле. В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" разъяснено, что прокурор вправе принести представление в суд второй и надзорной инстанций на судебное постановление лишь в случае, если он участвует в деле; правом на подачу указанных представлений в вышестоящие суды обладает прокурор, являющийся лицом, участвующим в деле, с точки зрения положений ст.ст. 34, 35, 45 ГПК РФ. Таким образом, прокурором, участвующим в деле, является прокурор, участие которого в деле осуществляется на основании ст. 45 ГПК РФ, независимо от личного участия в деле прокурора или его помощника. Следовательно, вне зависимости от того, участвовал в рассмотрении дела районный прокурор или его помощник, районный прокурор вправе принести кассационное представление на решение суда по делу, в котором он участвует на основании ст. 45 ГПК РФ. Помощник прокурора вправе принести кассационное представление только на решение суда по делу, в котором он лично участвовал, и только в том случае, если ст. 45 ГПК РФ предусмотрено участие прокурора в таком деле. Вопрос 6: Какие последствия влечет отказ от надзорной жалобы в суде надзорной инстанции, совершенный после принятия данной жалобы к рассмотрению по существу? Ответ: В соответствии с ч. 4 ст. 1 ГПК РФ в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства, федеральные суды общей юрисдикции и мировые судьи применяют норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона). В связи с отсутствием в главе 41 ГПК РФ нормы, предусматривающей последствия отказа от надзорной жалобы после истребования гражданского дела судом надзорной инстанции, применяются правила ст. 345 ГПК РФ, регулирующей сходные отношения при производстве в суде кассационной инстанции. Исходя из диспозитивных начал гражданского процессуального права движение по делу зависит от процессуальной активности сторон. Согласно ст. 345 ГПК РФ лицо, подавшее кассационную жалобу, вправе отказаться от нее в письменной форме в суде кассационной инстанции до принятия им соответствующего судебного постановления; о принятии отказа от кассационной жалобы, отзыва кассационного представления суд кассационной инстанции выносит определение, которым прекращает кассационное производство, если решение суда первой инстанции не было обжаловано другими лицами. Так как при рассмотрении вопроса о принятии отказа от надзорной жалобы применяются правила ст. 345 ГПК РФ, регулирующей сходные отношения, если сторона, подавшая надзорную жалобу, отзывает такую жалобу после истребования гражданского дела судом надзорной инстанции, суд должен прекратить надзорное производство. (Данная позиция отражена Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ в деле N 77-В03-6.) Вопрос 7: Как следует поступать судье надзорной инстанции, рассматривающему одновременно надзорные жалобы (представление прокурора) сторон по одному делу: сколько должно выноситься определений? Ответ: Из содержания ч. 1 ст. 194, ст.ст. 329 и 360 ГПК РФ следует, что независимо от количества заявленных требований в одном производстве, исков (встречных исков), апелляционных и кассационных жалоб (представлений) сторон по делу суд (судья), рассматривая дело, выносит одно решение (определение). Поэтому исходя из общих принципов процессуального права в производстве в порядке надзора по результату рассмотрения надзорных жалоб или представлений прокурора (ст. 381 ГПК РФ), истребованного дела (ст. 383 ГПК РФ), дела по существу в суде надзорной инстанции (ст. 388 ГПК РФ) судьей (судом) должно выноситься одно определение. Вопросы по применению Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Вопрос 8: Что является местом совершения административных правонарушений, предусмотренных ст.ст. 15.5 и 15.6 КоАП РФ: место нахождения юридического лица, обязанного предоставить налоговую декларацию или сведения, или место нахождения контролирующего органа? Ответ: Статья 15.5 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за нарушение сроков представления налоговой декларации в налоговый орган по месту учета. Статья 15.6 КоАП РФ устанавливает административную ответственность за непредставление сведений, необходимых для осуществления налогового контроля, в налоговые органы, таможенные органы и органы государственного внебюджетного фонда. Поскольку обязанность по представлению налоговой декларации и сведений лежит на юридическом лице, то местом совершения указанных административных правонарушений следует считать место нахождения юридического лица, не представившего сведения и декларации в контролирующий орган либо нарушившего сроки их представления. Вопрос 9: Возможно ли рассмотрение дела об административном правонарушении не по месту нахождения органа, проводившего административное расследование (ч. 2 ст. 29.5 КоАП РФ), а по месту совершения административного правонарушения? Ответ: В ст. 29.5 КоАП РФ установлены правила определения территориальной подведомственности рассмотрения дела об административном правонарушении. Часть 2 названной статьи Кодекса содержит исключение из общего правила определения территориальной подведомственности (ч. 1 этой же статьи): дело об административном правонарушении, по которому было проведено административное расследование, рассматривается по месту нахождения органа, проводившего административное расследование. Таким образом, дело об административном правонарушении, по которому было проведено административное расследование, должно рассматриваться по месту нахождения органа, его проводившего. Вопрос 10: Возможно ли привлечение к административной ответственности следователя РОВД, проводившего расследование по уголовному делу, за неисполнение письменных указаний прокурора по этому же уголовному делу по ст. 17.7 КоАП РФ (невыполнение законных требований прокурора, следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении)? Ответ: Как видно из редакции ст. 17.7 КоАП РФ, административная ответственность предусмотрена за умышленное невыполнение законных требований прокурора, следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении. Поэтому следователя РОВД, проводившего расследование по уголовному делу и не исполнившего письменных указаний прокурора по этому же уголовному делу, нельзя привлечь к административной ответственности по ст. 17.7 КоАП РФ. Вопросы по делам, возникающим из публичных правоотношений Вопрос 11: Подведомственно ли суду дело по заявлению кандидата в состав избирательной комиссии субъекта Российской Федерации, выдвинутого политической партией или избирательным блоком, об оспаривании решения законодательного (представительного) органа государственной власти об отказе включить его в состав избирательной комиссии, если политическая партия (избирательный блок) это решение не оспаривает? Ответ: Статья 22 Федерального закона от 12 июня 2002 г. N 67-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" (в ред. от 4 июля 2003 г.) устанавливает, что избирательные комиссии субъектов Российской Федерации формируются на основе предложений политических партий и избирательных блоков. Следовательно, право выдвижения кандидатов в избирательные комиссии субъектов Российской Федерации принадлежит политическим партиям, избирательным блокам, а не отдельным гражданам. Отказом включить кандидата в избирательную комиссию субъекта Российской Федерации нарушаются права политической партии или избирательного блока. В силу ст. 4 ГПК РФ суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов, а в случаях, предусмотренных Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами, гражданское дело может быть возбуждено по заявлению лица, выступающего от своего имени в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица. Федеральным законом "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", другими федеральными законами не установлено право кандидата на обращение в суд в защиту интересов избирательного блока (политической партии). В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии заявления, если оно не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства. В заявлении, поданном от имени кандидата в указанном выше случае, оспаривается акт, который затрагивает права не его самого, а политической партии или избирательного блока, поэтому в принятии заявления должно быть отказано в силу п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ. Вопрос 12: Может ли быть отменена регистрация кандидата по основаниям, предусмотренным подп. "б" п. 5 ст. 76 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", если им были выпущены общие агитационные материалы с иными кандидатами, оплата за которые была произведена каждым пропорционально из собственных избирательных фондов? Ответ: Подпункт "б" п. 5 ст. 76 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" в качестве оснований для отмены регистрации предусматривает использование кандидатом, избирательным объединением, избирательным блоком, их уполномоченными представителями в целях достижения определенного результата на выборах денежных средств помимо средств собственного избирательного фонда, если их сумма превысила 5 процентов от предельного размера расходования средств избирательного фонда, установленного законом, или превышение предельного размера расходования средств избирательного фонда, установленного законом, более чем на 5 процентов. Согласно п. 5 ст. 48 того же Федерального закона расходы на проведение предвыборной агитации, агитации по вопросам референдума осуществляются исключительно за счет средств соответствующих избирательных фондов, фондов референдума в установленном законом порядке. Агитация за кандидата, избирательное объединение, избирательный блок, оплачиваемая из средств избирательных фондов других кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков, запрещается. В соответствии с п. 9 ст. 48 вышеуказанного Федерального закона использование изображения физического лица, положительных высказываний физического лица о кандидате, об избирательном объединении, избирательном блоке в агитационных материалах кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков возможно только с письменного согласия данного физического лица. Однако из данной нормы не следует, что кандидат обязан производить оплату из своего избирательного фонда печатной продукции, выпущенной другими кандидатами, в том числе, если такая продукция может сформировать у избирателей положительную оценку деятельности самого кандидата. Следовательно, если несколькими кандидатами были выпущены общие агитационные печатные материалы, которые оплачиваются каждым пропорционально из собственных избирательных фондов, это не является основанием для отмены регистрации кандидата по основаниям, предусмотренным подп. "б" п. 5 ст. 76 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации". Вопрос 13: Могут ли расцениваться как подкуп избирателей массовые мероприятия, в частности бесплатные концерты, если они проводятся в продолжение агитационных мероприятий кандидата? Ответ: В соответствии с п. 2 ст. 56 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" кандидатам, избирательным объединениям, избирательным блокам, их доверенным лицам и уполномоченным представителям, а также иным лицам и организациям при проведении предвыборной агитации, агитации по вопросам референдума запрещается осуществлять подкуп избирателей, участников референдума: предоставлять услуги безвозмездно или на льготных условиях. В силу подп. "г" п. 5 ст. 76 Федерального закона регистрация кандидата может быть отменена судом по заявлению избирательной комиссии, зарегистрировавшей кандидата, в случае установления фактов подкупа избирателей кандидатами, избирательными объединениями, избирательными блоками, их доверенными лицами и уполномоченными представителями, иными лицами и организациями, действующими по поручению кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков, их доверенных лиц и уполномоченных представителей. На основании пп. 4, 5 ст. 48 вышеназванного Федерального закона кандидат, избирательное объединение, избирательный блок, инициативная группа по проведению референдума самостоятельно определяют содержание, формы и методы своей агитации, самостоятельно проводят ее, а также вправе в установленном законодательством порядке привлекать для ее проведения иных лиц. Расходы на проведение предвыборной агитации, агитации по вопросам референдума осуществляются исключительно за счет средств соответствующих избирательных фондов, фондов референдума в установленном законом порядке. Агитация за кандидата, избирательное объединение, избирательный блок, оплачиваемая из средств избирательных фондов других кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков, запрещается. Условия проведения предвыборной агитации, агитации по вопросам референдума посредством массовых мероприятий установлены ст. 53 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", которой, в частности, предусмотрено, что кандидат предоставляет в государственные органы, органы местного самоуправления заявление о выделении помещений для проведения встреч с избирателями, которое должно быть рассмотрено в трехдневный срок со дня его подачи. Поэтому при рассмотрении конкретного дела суд должен исходить из того, что регистрация кандидата по основаниям, предусмотренным ст. 76 вышеуказанного Федерального закона, может быть отменена лишь за виновные действия, совершенные именно кандидатом либо по его поручению иными лицами. Кроме того, суду необходимо выяснить, соблюдены ли в каждом конкретном случае условия проведения предвыборной агитации, агитации по вопросам референдума посредством массовых мероприятий, приведенные в ст. 53 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", а также оплачивались ли указанные концерты непосредственно из средств избирательного фонда кандидата или за счет иных денежных средств, в том числе в объеме, превышающем 5 процентов от предельного размера расходования средств избирательного фонда. Вопрос 14: Как определяется момент вступления в силу акта законодательства о налогах? Ответ: В силу абз. 1 п. 1 ст. 5 НК РФ акты законодательства о налогах вступают в силу не ранее чем по истечении одного месяца со дня их официального опубликования и не ранее 1-го числа очередного налогового периода по соответствующему налогу. Как видно из редакции этой нормы, она определяет действие актов законодательства о налогах во времени в части сроков вступления их в силу. При этом момент вступления в силу законодательных актов о налогах связывается с двумя условиями, до наступления которых введение актов в действие не допускается. Аналогичный подход к применению вышеназванной нормы находит свое отражение в ряде определений Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ по делам об оспаривании нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации. Иные правовые вопросы Вопрос 15: Является ли безвозмездным договор пожизненного содержания с иждивением, а также является ли недвижимое имущество, приобретенное во время брака одним из супругов на основании этого договора, их совместной собственностью? Ответ: В соответствии с п. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Пункт 1 ст. 36 СК РФ предусматривает, что имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью. Согласно п. 2 ст. 423 ГК РФ безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления. По смыслу п. 2 ст. 34 СК РФ общим имуществом супругов являются приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, а также любое другое нажитое супругами в период брака имущество, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено. Исходя из изложенного договор пожизненного содержания с иждивением не является безвозмездным, так как по условиям договора плательщик ренты обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц) (п. 1 ст. 601 ГК РФ). Поскольку все расходы по договору пожизненного содержания с иждивением производятся за счет общих доходов супругов, то недвижимое имущество, приобретенное на основании договора, является их совместной собственностью. Вопрос 16: Какой орган (налоговый орган или федеральный орган исполнительной власти в области юстиции или его территориальный орган) вправе обратиться в суд с иском о ликвидации общественного объединения? Ответ: В соответствии с п. 3 ст. 26 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (в ред. от 23 декабря 2003 г.) уполномоченное лицо юридического лица, зарегистрированного до вступления в силу указанного Федерального закона, обязано в течение шести месяцев со дня вступления в силу этого Федерального закона представить в регистрирующий орган сведения, предусмотренные подп. "а" - "д", "л" п. 1 ст. 5 настоящего Федерального закона. Невыполнение данного требования является основанием для принятия судом решения о ликвидации такого юридического лица на основании заявления регистрирующего органа. Пунктом 1 постановления Правительства Российской Федерации от 17 мая 2002 г. N 319 "Об уполномоченном федеральном органе исполнительной власти, осуществляющем государственную регистрацию юридических лиц, крестьянских (фермерских) хозяйств, физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей" установлено, что Министерство Российской Федерации по налогам и сборам является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим начиная с 1 июля 2002 г. государственную регистрацию юридических лиц. Однако в силу ст. 10 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" федеральными законами может устанавливаться специальный порядок регистрации отдельных видов юридических лиц. Согласно ч. 2 ст. 21 Федерального закона от 19 мая 1995 г. N 82-ФЗ "Об общественных объединениях" (в ред. от 8 декабря 2003 г.) решение о государственной регистрации общественного объединения принимается федеральным органом исполнительной власти в области юстиции или его территориальным органом. Анализ приведенных выше правовых норм позволяет сделать вывод о том, что с иском о ликвидации общественного объединения вправе обратиться федеральный орган исполнительной власти в области юстиции или его территориальный орган, в зависимости от того, кем зарегистрировано данное юридическое лицо. Вопрос 17: Возможно ли предъявление и рассмотрение судом самостоятельных требований об оспаривании достоверности величины стоимости объекта оценки, указанной в отчете независимого оценщика, данного на основании Федерального закона от 29 июля 1998 г. N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации"? Ответ: Согласно ст. 12 Федерального закона "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или судебном порядке не установлено иное. В ст. 13 названного Федерального закона предусмотрено, что в случае наличия спора о достоверности величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, установленной в отчете, в том числе и в связи с имеющимся иным отчетом об оценке этого же объекта, указанный спор подлежит рассмотрению судом, арбитражным судом в соответствии с установленной подведомственностью, третейским судом по соглашению сторон спора или договора или в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, регулирующим оценочную деятельность. Суд, арбитражный суд, третейский суд вправе обязать стороны совершить сделку по цене, определенной в ходе рассмотрения спора в судебном заседании, только в случаях обязательности совершения сделки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Исходя из того, что действующее законодательство (ст.ст. 11, 12 ГК РФ) допускает защиту гражданских прав в тех случаях, когда создается угроза их нарушения, предъявление и рассмотрение судом самостоятельных требований об оспаривании достоверности величины стоимости объекта оценки, указанной в отчете независимого оценщика, возможно в том случае, если заключение независимого оценщика является обязательным при совершении сделок для определенных лиц в соответствии с законодательством Российской Федерации. При этом данное требование может быть заявлено тем лицом, для которого эта оценка является обязательной, если оно считает, что при заключении сделки его права могут быть нарушены. В том случае, если заключение независимого оценщика не обязательно для сторон при заключении сделки, а также если действующее законодательство предусматривает обязательность совершения сделки по цене, равной оценке, определенной в отчете независимого оценщика, и сделка уже совершена, стороны вправе оспорить результат оценки при рассмотрении конкретного спора, где заключение независимого оценщика будет рассматриваться как одно из доказательств. Вопрос 18: Какой орган является компетентным по даче разрешения, требуемого в соответствии с ч. 2 ст. 271 ГПК РФ, в случае усыновления (удочерения) ребенка гражданами Италии? Ответ: До настоящего времени документ, разрешающий въезд на территорию Италии и постоянное жительство усыновляемого гражданами Италии ребенка - гражданина Российской Федерации, выдавался Посольством Итальянской Республики в Российской Федерации. После ратификации Италией (протокол 2004 года) Конвенции о защите детей и сотрудничестве в области международного усыновления (удочерения), заключенной в Гааге 29 мая 1993 г., разрешение на въезд и постоянное жительство усыновляемого ребенка должна выдавать Комиссия по международным усыновлениям при Правительстве Итальянской Республики как центральный орган, назначенный в соответствии со ст. 6 Конвенции. В связи с изложенным при разрешении судами дел об установлении усыновления (удочерения) ребенка гражданами Италии необходимо учитывать, что компетентным органом по даче разрешения, требуемого в соответствии с ч. 2 ст. 271 ГПК РФ, является Комиссия по международным усыновлениям при Правительстве Итальянской Республики. (Обзор подготовлен отделом работы с законодательством Верховного Суда Российской Федерации и утвержден постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 23 и 24 июня 2004 г.) Указатель судебной практики Указатель судебной практики +-----------------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------------------¦ ¦040.010.080 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Признан соответствующим федеральному¦ ¦Верх. Суда РФ ¦законодательству абз. 2 п. 2.4 Инструкции о¦ ¦от 19.02.04 ¦порядке выдачи документов, удостоверяющих¦ ¦Бюллетень ¦временную нетрудоспособность граждан¦ ¦Верх. Суда ¦(утвержденной 19 октября 1994 г. приказом¦ ¦Российской ¦Министерства здравоохранения и медицинской¦ ¦Федерации, ¦промышленности Российской Федерации N 206 и¦ ¦2004, N 11, с. 1 ¦постановлением Фонда социального страхования¦ ¦ ¦Российской Федерации N 21), в силу которого в¦ ¦ ¦исключительных случаях листок¦ ¦ ¦нетрудоспособности может быть выдан по решению¦ ¦ ¦клинико-экспертной комиссии и за прошедший¦ ¦ ¦период ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦060.020.080 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Инструкция о порядке применения Списка¦ ¦Верх. Суда РФ ¦производств, цехов, профессий и должностей с¦ ¦от 15.04.04 ¦вредными условиями труда, работа в которых дает¦ ¦Бюллетень ¦право на дополнительный отпуск и сокращенный¦ ¦Верх. Суда ¦рабочий день, утвержденная постановлением¦ ¦Российской ¦Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от¦ ¦Федерации, ¦21 ноября 1975 г. N 273/п-20, признана частично¦ ¦2004, N 11, с. 2 ¦недействующей с 1 февраля 2002 г. ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.030.010 ¦ ¦ ¦010.170.010 ¦ ¦ ¦130.010.000 ¦ ¦ ¦180.040.010 ¦ ¦ ¦020.030.070 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Решение суда о ликвидации общественной¦ ¦Верх. Суда РФ ¦организации признано правильным ¦ ¦от 21.05.04 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 4 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.090.060 ¦ ¦ ¦030.080.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Судебные решения по делу по иску о признании¦ ¦Верх. Суда РФ ¦недействительным свидетельства о праве¦ ¦от 2.04.04 ¦собственности и о применении последствий¦ ¦Бюллетень ¦недействительности ничтожной сделки отменены¦ ¦Верх. Суда ¦как постановленные с нарушением норм¦ ¦Российской ¦материального права ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 7 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦030.030.010 ¦ ¦ ¦Опред. Презид. ¦Установленные судом первой инстанции меры по¦ ¦Верх. Суда РФ ¦обеспечению иска признаны не отвечающими целям,¦ ¦от 11.02.04 ¦указанным в ст. 139 ГПК РФ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 8 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.050.010 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Дело по спору о ликвидации внебюджетного¦ ¦Верх. Суда РФ ¦государственного фонда субъекта Российской¦ ¦от 24.02.04 ¦Федерации подведомственно суду общей юрисдикции¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 9 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Действия лиц по изготовлению и реализации¦ ¦Верх. Суда РФ ¦фальсифицированных лекарственных средств под¦ ¦от 31.10.03 ¦видом подлинных обоснованно квалифицированы по¦ ¦Бюллетень ¦пп. "а", "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 10¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Надзорной инстанцией исключено из судебных¦ ¦Верх. Суда РФ ¦решений указание о квалифицирующих признаках¦ ¦от 28.04.04 ¦совершенного убийства - с особой жестокостью и¦ ¦Бюллетень ¦из корыстных побуждений - как необоснованно¦ ¦Верх. Суда ¦вмененных ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 11¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦Касс. опред. СК ¦Временно отстраненный от должности¦ ¦Верх. Суда РФ ¦подозреваемый или обвиняемый согласно ч. 6¦ ¦от 24.02.04 ¦ст. 114 УПК РФ имеет право на ежемесячное¦ ¦Бюллетень ¦пособие, которое выплачивается ему в¦ ¦Верх. Суда ¦соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 131 УПК РФ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 12¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦010.160.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦При установлении злостного уклонения депутата¦ ¦Верх. Суда РФ ¦законодательного органа власти субъекта¦ ¦от 25.03.04 ¦Российской Федерации от явки в судебное¦ ¦Бюллетень ¦заседание суд обоснованно рассмотрел в его¦ ¦Верх. Суда ¦отсутствие представление прокурора о даче судом¦ ¦Российской ¦заключения о наличии в действиях депутата¦ ¦Федерации, ¦признаков преступления (организация растраты¦ ¦2004, N 11, с. 13¦чужого имущества в крупном размере) ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦180.060.040 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Приговор суда присяжных как постановленный в¦ ¦Верх. Суда РФ ¦соответствии с вердиктом присяжных заседателей¦ ¦от 22.01.04 ¦оставлен кассационной коллегией без изменения ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 14¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦180.060.040 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Нарушения уголовно-процессуального закона,¦ ¦Верх. Суда РФ ¦допущенные при рассмотрении дела судом с¦ ¦от 8.01.04 ¦участием присяжных заседателей, повлекли отмену¦ ¦Бюллетень ¦оправдательного приговора ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 15¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦170.010.010 ¦ ¦ ¦Опред. ВК ¦Подстрекателям к убийству ошибочно вменен¦ ¦Верх. Суда РФ ¦квалифицирующий признак этого преступления -¦ ¦от 5.09.03 ¦"группой лиц по предварительному сговору" ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 16¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.010.020 ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦170.020.030 ¦ ¦ ¦170.020.040 ¦ ¦ ¦170.020.050 ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦180.060.080 ¦ ¦ ¦180.060.020 ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦180.060.040 ¦ ¦ ¦170.010.000 ¦ ¦ ¦030.120.220 ¦ ¦ ¦150.130.020 ¦ ¦ ¦150.130.000 ¦ ¦ ¦180.040.010 ¦ ¦ ¦180.020.000 ¦ ¦ ¦010.080.020 ¦ ¦ ¦190.010.040 ¦ ¦ ¦080.080.020 ¦ ¦ ¦180.040.040 ¦ ¦ ¦020.060.000 ¦ ¦ ¦080.100.010 ¦ ¦ ¦040.030.020 ¦ ¦ ¦030.120.040 ¦ ¦ ¦030.030.020 ¦ ¦ ¦010.170.010 ¦ ¦ ¦180.050.010 ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦Обзор ¦Обзор судебной практики Верховного Суда¦ ¦суд. практики ¦Российской Федерации за I квартал 2004 года ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2004, N 11, с. 17¦ ¦ +-----------------------------------------------------------------+