11.11.1997
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 11 1997 года Опубликовано: 11.11.1997 Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Льготы по освобождению от налогов работников приватизируемого предприятия - акционеров не распространяются на случаи последующей реализации ими акций (Извлечение) 1. Льготы по освобождению от налогов работников приватизируемого предприятия - акционеров не распространяются на случаи последующей реализации ими акций (И з в л е ч е н и е) Черноусова Л. обратилась в суд с жалобой на действия государственной налоговой инспекции (ГНИ) N 15 Северо-Восточного административного округа (СВАО) г. Москвы, ссылаясь на следующие обстоятельства. Во время приватизации акционерного общества (АО) "Нефтяная компания "ЛУКойл" Черноусова Л. как член трудового коллектива получила акции общества, при этом налог с нее не взимался. 2 и 12 декабря 1994 г. она продала 408 акций за 44 887 272 рубля АО "Финансовая компания "Интраст Лтд". Государственная налоговая инспекция N 15 направила ей предписание об уплате подоходного налога с полученной от продажи акций суммы в размере 5 465 455 рублей. Однако данное предписание, по мнению Черноусовой, незаконно, поскольку, согласно Государственной программе приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации, утвержденной Указом Президента Российской Федерации N 2284 от 24 декабря 1993 г., работники приватизируемого предприятия - акционеры - при продаже принадлежащих им акций освобождаются от уплаты налогов. Бутырский межмуниципальный районный суд Северо-Восточного административного округа г. Москвы жалобу удовлетворил. Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда это решение отменила и вынесла новое решение об отказе в удовлетворении жалобы. Президиум того же суда протест заместителя Генерального прокурора РФ об отмене кассационного определения с оставлением в силе решения суда первой инстанции оставил без удовлетворения. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене кассационного определения и постановления надзорной инстанции с оставлением в силе решения районного суда. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 11 июля 1997 г. протест прокурора оставила без удовлетворения, указав следующее. Прокурор ссылался на неправильное толкование в судебных постановлениях Указа Президента Российской Федерации N 2284 от 24 декабря 1993 г. Поскольку в соответствии со ст. 5.15.3 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации, утвержденной упомянутым Указом, работники приватизируемого предприятия - акционеры - при продаже принадлежащих им акций освобождаются от уплаты налогов, заявительница при продаже ею акций, по мнению прокурора, должна быть освобождена от уплаты налога. Этот вывод нельзя признать правильным. Как видно из текста Указа Президента Российской Федерации, Совету Министров - Правительству Российской Федерации в связи с утверждением Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации поручено внести соответствующие изменения в нормативные акты. Таким образом, названный Указ не является нормативным актом прямого действия. Кроме того, ст. 11 этого Указа предусмотрено внесение его на рассмотрение Федерального Собрания Российской Федерации, т. е. придание ему статуса Закона Российской Федерации. Однако поручения Президента Российской Федерации, изложенные в Указе, выполнены не были. Законом Российской Федерации от 7 декабря 1991 г. "О подоходном налоге с физических лиц" (с изменениями от 23 декабря 1994 г.) не установлена льгота по освобождению от налогов работников приватизируемого предприятия - акционеров - при продаже принадлежащих им акций. 4) Положение, содержащееся в подп. "я " п. 1 ст. 3 названного Закона (в ред. от 22 декабря 1992 г.), о невключении в совокупный облагаемый налогом доход доходов в денежной и натуральной формах, полученных членами трудового коллектива за счет льгот при приватизации соответствующего предприятия в пределах норм, установленных законодательством Российской Федерации, по данному делу не может быть применено, поскольку заявительница во время приватизации предприятия стала собственницей определенного количества акций, при получении которых от взимания налога была освобождена. Нормы приведенного Закона относятся именно к таким случаям, а не к последующим правоотношениям, возникающим у собственника акций (ценных бумаг). В связи с тем, что до настоящего времени изменения и дополнения в законодательство по налогообложению не внесены и действующим Законом Российской Федерации "О подоходном налоге с физических лиц" не предусмотрена льгота для акционеров при продаже принадлежащих им акций, Черноусова не могла быть освобождена от уплаты подоходного налога. 4) Изложенные в подп. "я " п. 1 ст. 3 названного Закона положения, устанавливающие льготы для членов трудового коллектива при приватизации соответствующего предприятия, не применяются, если акции реализуются после проведенной акционерами приватизации. Поэтому постановления кассационной и надзорной инстанций оставлены без изменения. _______________ Судебные постановления по иску о возмещении вреда, причиненного здоровью при исполнении обязанностей в период службы в органах милиции, отменены как вынесенные в нарушение норм материального и процессуального права (Извлечение) 2. Судебные постановления по иску о возмещении вреда, причиненного здоровью при исполнении обязанностей в период службы в органах милиции, отменены как вынесенные в нарушение норм материального и процессуального права (И з в л е ч е н и е) 10 марта 1994 г. Тищенко обратился в суд с иском к УВД Хабаровского края о возмещении с 1976 года вреда, причиненного здоровью (в связи с полученной в 1972 году травмой позвоночника при исполнении служебных обязанностей в период службы в органах милиции), утраченного заработка, дополнительных расходов на лечение и компенсации морального вреда. Тищенко сослался на то, что факт утраты им трудоспособности при исполнении служебных обязанностей в 1972 году подтвержден лишь в ноябре 1993 г., хотя он длительно и упорно обращался в соответствующие органы по данному вопросу. Центральный районный суд г. Хабаровска 30 ноября 1994 г. взыскал в пользу Тищенко единовременно в возмещение ущерба 671 914 рублей, ежемесячно и пожизненно с 1 декабря 1994 г. - 78 465 рублей, а также дополнительные расходы на санаторно-курортное лечение, изготовление пояса-корсета - в сумме 27 742 рубля, а в иске о компенсации морального вреда отказал. Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда 4 января 1995 г. решение в части взыскания дополнительных расходов и отказа в возмещении ущерба с 1976 года отменила и дело в этой части направила на новое рассмотрение. При повторном разбирательстве решением того же суда от 12 апреля 1995 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Хабаровского краевого суда) в пользу истца взысканы дополнительные расходы на сумму 129 592 рубля, а в части возмещения вреда, причиненного здоровью за период с 1976 года, отказано. Президиум Хабаровского краевого суда протест прокурора края на данные судебные постановления оставил без удовлетворения. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене всех судебных постановлений и направлении дела на новое судебное рассмотрение в связи с неправильным применением норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 27 декабря 1996 г. протест удовлетворила, указав следующее. Как установил суд, Тищенко в период прохождения службы в органах УВД Хабаровского края получил травму позвоночника, повлекшую посттравматическую радикулалгию с последующим развитием остеохондроза позвоночника со значительным нарушением функции. В 1976 году он был уволен с военной службы в связи с непригодностью, с 1978 года он признавался инвалидом III, а затем II группы. Заключением окружной военно-врачебной комиссии от 2 ноября 1993 г. причиной инвалидности и непригодности к военной службе признано заболевание, полученное при исполнении служебных обязанностей. Определяя размер подлежащего возмещению истцу вреда в связи с утратой заработка (дохода), суд исходил из разницы получаемого им на момент увольнения денежного содержания (заработка) и назначенной пенсии, что, по мнению суда, соответствует требованиям ч. 4 ст. 29 Закона РСФСР от 18 апреля 1991 г. "О милиции" и п. 22 Инструкции "О порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику милиции, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника милиции", утвержденной приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 31 мая 1993 г. N 260. Однако выводы суда ошибочны. Закон РСФСР "О милиции", которым руководствовался суд при вынесении решения, не регулирует условия и порядок возмещения вреда сотрудникам милиции в случае их гибели или увечья, а ч. 4 ст. 29 названного Закона предусматривает лишь источник финансирования выплачиваемой сотруднику милиции денежной компенсации, превышающей сумму назначенной пенсии. Кроме того, суд не учел, что в силу ст. 4 данного Закона правовую основу деятельности милиции составляют Конституция РСФСР, этот Закон, а также другие законы, правовые акты РСФСР, конституции, законы и иные правовые акты республик, входящих в состав РСФСР, акты местных Советов народных депутатов (ныне органы местного самоуправления), изданные в пределах их полномочий. В своей деятельности милиция руководствуется также законами и иными правовыми актами Союза ССР, действующими на территории РСФСР в соответствии с законодательством РСФСР. Следовательно, возможность возмещения вреда сотрудникам милиции на основе действующих в Российской Федерации общих норм гражданского права не только не исключается, но и предписывается. Согласно ст. 19 Конституции Российской Федерации государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. В соответствии со ст. 130 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, применявшихся на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 г. и действовавших на день возникновения данных правоотношений, а также ст.ст. 8, 12 Правил возмещения работодателем вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими своих трудовых обязанностей, утвержденных постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 г., утраченный работником заработок (доходы) подлежит возмещению в полном объеме независимо от назначенной ему пенсии или получаемого после увечья заработка. Взыскивая истцу в возмещение утраченного заработка разницу между получаемым на момент увечья денежным содержанием и назначенной пенсией по инвалидности в связи с полученным увечьем на службе, суд нарушил право истца на полное возмещение вреда, предусмотренное действующим законодательством, что является основанием к отмене судебного решения и направлению дела на новое судебное разбирательство. Не основан на законе и отказ суда в иске о возмещении вреда за период, предшествующий обращению Тищенко в суд с данным требованием. Ссылка суда на ст. 43 названных Правил, предусматривающую выплату ущерба со дня обращения потерпевшего к администрации либо в суд, если он пропустил трехмесячный срок со дня возникновения права на возмещение вреда, неправильна. В силу ч. 2 ст. 120 Конституции Российской Федерации суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом, регулирующим данные правоотношения. Федеральным законом от 30 ноября 1994 г. "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" установлено, что действующие на территории Российской Федерации законы и иные правовые акты применяются только в случае, если они не противоречат нормам части первой Кодекса (ст. 4). Между тем ст. 43 Правил возмещения вреда, которой руководствовался суд при вынесении решения о возмещении истцу вреда, причиненного здоровью, противоречит ч. 1 ст. 208 ГК РФ, действующей с 1 января 1995 г. и предусматривающей возмещение работодателем вреда не со дня обращения потерпевшего в суд, а за три предшествующих обращению года (при предъявлении иска по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение вреда). Таким образом, ст. 43 Правил о возмещении вреда применению не подлежит (Федеральным законом от 24 ноября 1995 г. "О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации о возмещении работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей", эта норма приведена в соответствие с ч. 1 ст. 208 ГК РФ). Вопреки требованиям ч. 2 ст. 120 Конституции Российской Федерации применена судом и Инструкция о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику милиции, обязывающая возместить работнику утраченный заработок с зачетом назначенной пенсии, а это противоречит действующему законодательству. Несмотря на то, что отношения, связанные с причинением Тищенко вреда, возникли до 1 января 1995 г., т. е. до введения в действие части первой ГК РФ, положения ГК РФ согласно ст.ст. 4, 5 Федерального закона от 30 ноября 1994 г. подлежат применению к тем правам и обязанностям, которые возникнут после его введения, поскольку вопрос о них в установленном порядке ни администрацией, ни судом до 1 января 1995 г. разрешен не был. Доводы надзорной инстанции о том, что Тищенко с требованием о возмещении вреда за прошлый период не обращался, опровергаются материалами дела. При таких обстоятельствах дело рассмотрено с нарушением норм материального и процессуального права (ст.ст. 192, 194, 197 ГПК РСФСР), что в соответствии со ст. 330 ГПК РСФСР является безусловным основанием к отмене судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ судебные постановления в части возмещения Тищенко утраченного заработка (дохода) отменила и дело направила на новое рассмотрение, в остальном постановления оставила без изменения. ______________ Решение суда о признании договора купли-продажи действительным отменено как вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права (Извлечение) 3. Решение суда о признании договора купли-продажи действительным отменено как вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права (И з в л е ч е н и е) Кушхов обратился в суд с иском к Хагабановой о признании действительным договора купли-продажи квартиры в доме по ул. Тарчокова в г. Нальчике, ссылаясь на то, что стороны полностью исполнили сделку, но лишены возможности оформить ее в нотариальном порядке, поскольку работники бюро технической инвентаризации не выдают необходимые для этого документы. Решением Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 29 апреля 1996 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики) иск удовлетворен, договор купли-продажи квартиры, заключенный между Кушховым и Хагабановой, признан действительным, стороны от уплаты госпошлины освобождены. Президиум Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики оставил без удовлетворения протест заместителя Генерального прокурора РФ об отмене судебного решения и кассационного определения. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене всех судебных постановлений как вынесенных с нарушением норм материального и процессуального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 21 июля 1997 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. В соответствии с ч. 2 ст. 165 ГК РФ, если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки, суд вправе по требованию исполнившей сделку стороны признать сделку действительной. В этом случае последующего нотариального удостоверения сделки не требуется. Как видно из дела и не оспаривалось сторонами, ни Кушхов, ни Хагабанова не уклонялись от нотариального удостоверения сделки. В ходе судебного разбирательства они показали, что оба полностью исполнили сделку, но удостоверить ее нотариально не могли в связи с наложением судом ареста на квартиру по предыдущим имущественным спорам ответчицы Хагабановой с Кунашевым. Согласно копии решения Нальчикского городского суда от 29 января 1996 г. по иску Кунашева к Хагабановой о взыскании задатка в двойном размере, на спорную квартиру определением судьи от 9 декабря 1995 г. в обеспечение иска налагался арест. На момент вынесения судом решения по иску Кушхова о признании действительным договора купли-продажи квартиры на указанную квартиру определением судьи от 23 апреля 1996 г. был наложен арест в обеспечение исполнения решения Нальчикского городского суда от 29 января 1996 г. о взыскании с Хагабановой в пользу Кунашева 90 млн. рублей. При таких обстоятельствах у суда не имелось предусмотренных ч. 2 ст. 165 ГК РФ оснований для удовлетворения исковых требований Кушхова о признании договора купли-продажи спорной квартиры действительным. Признав сделку действительной, суд предоставил сторонам возможность обойти запрет на отчуждение квартиры, на которую судебным определением наложен арест. Кроме того, решением Нальчикского городского суда от 29 апреля 1996 г. стороны по делу освобождены от уплаты государственной пошлины в доход государства. Между тем в деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что истец и ответчик на основании ст.ст. 79, 80 ГПК РСФСР имеют право на освобождение от уплаты госпошлины в доход государства. Не мотивировано в судебном решении и право суда на освобождение сторон от уплаты госпошлины в доход государства исходя из их имущественного положения. Какие-либо материалы, подтверждающие имущественное положение сторон, в деле отсутствуют. Президиум Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики, оставляя без удовлетворения протест в порядке надзора, не опроверг содержащихся в нем доводов о нарушении судом норм материального и процессуального права, повлекшем вынесение незаконного решения. Указание президиума Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики в постановлении на то, что суд вправе признать сделку действительной, поскольку она не содержит ничего противозаконного и исполнена обеими сторонами, противоречит требованиям ст. 165 ГК РФ, регламентирующей основания и порядок признания сделки действительной. Также несостоятелен вывод президиума о том, что суд не допустил нарушений закона, так как признал действительной сделку, исполненную сторонами еще в ноябре 1995 г., т. е. до установления судом запрета. В данном случае сам суд признал, что оснований для признания сделки действительной не имелось, поскольку никто не препятствовал ее оформлению в установленном законом порядке. Если бы Кушхову препятствовал в оформлении сделки нотариус, то он был бы вправе обжаловать его действия в суд в установленном порядке. При таких обстоятельствах судебные постановления не могут быть признаны законными и обоснованными, в связи с чем подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение. _________________ Решение суда о признании права на жилую площадь и выдаче ордера отменено как постановленное в нарушение норм материального и процессуального закона (Извлечение) 4. Решение суда о признании права на жилую площадь и выдаче ордера отменено как постановленное в нарушение норм материального и процессуального закона (И з в л е ч е н и е) Кисель обратился в суд с иском к ОАО "Волгоградский завод бытовой техники" и администрации Дзержинского района г. Волгограда о признании права на жилую площадь и выдаче ордера. Он сослался на то, что в 1993 году на семью из трех человек ему была предоставлена двухкомнатная квартира полезной площадью 24,2 кв. м в доме по ул. Рионской. Этот дом принадлежит ответчику и числится как общежитие, однако таковым не является, поскольку в нем отсутствуют условия проживания, характерные для общежития. Дзержинский районный суд г. Волгограда иск удовлетворил. В кассационном порядке решение суда не обжаловалось. Президиум Волгоградского областного суда оставил без удовлетворения протест прокурора Волгоградской области об отмене решения суда. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 7 июля 1997 г. протест удовлетворила, указав следующее. Удовлетворяя иск, суд пришел к выводу о том, что занимаемая истцом жилая площадь не отвечает требованиям ст. 109 ЖК РСФСР, а поэтому не может быть признана общежитием. Такой вывод судом сделан с нарушением норм процессуального права, поскольку не приняты во внимание обстоятельства, имеющие юридическое значение для дела, а также с нарушением норм материального закона, подлежащего применению для разрешения спорного правоотношения. Как видно из материалов дела, дом по ул. Рионской в г. Волгограде построен и принят заводом в эксплуатацию в ноябре 1993 г. как общежитие на 344 места по типовому проекту - девятиэтажная блок-секция общежития. В соответствии с техническим паспортом на жилой дом спорное помещение - общежитие. Истец вселился на жилую площадь по внутреннему ордеру от 23 января 1995 г., выданному ЖКО Волгоградского завода бытовой техники. Лицевой счет был открыт на квартиру в названном доме-общежитии. По справке санитарно-эпидемиологической службы (СЭС) от 1 марта 1995 г. этот дом по ул. Рионской принят в эксплуатацию и стоит на контроле санитарной службы. Однако указанные обстоятельства, дающие основания для определения правового статуса жилого помещения, в которое вселился истец, имеющие правовое значение, судом не приняты во внимание. На момент рассмотрения дела судом Волгоградский завод бытовой техники стал акционерным обществом, упомянутый дом по ул. Рионской включен в его уставный капитал. В соответствии со ст. 6 Закона Российской Федерации от 24 октября 1992 г. "Об основах федеральной жилищной политики" (с изменением и дополнением) недвижимость в жилищной сфере, включая жилищный фонд, может находиться в частной (граждан и юридических лиц), государственной, муниципальной собственности, в собственности объединений, а также коллективной собственности и переходить из одной формы собственности в другую может только в порядке, установленном законодательством. Частная собственность обеспечивается правом неприкосновенности и подлежит регистрации в местной администрации. Таким образом, суд по существу изменил правовой статус жилого помещения, изъяв его из числа общежитий, принадлежащих ОАО "Волгоградский завод бытовой техники". Между тем в соответствии с ч. 3 ст. 35 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. На момент вынесения решения ОАО не было лишено права собственности на принадлежащее ему общежитие в установленном законом порядке, не имелось и решения компетентных органов об изменении правового статуса жилого помещения. Поскольку судом неправильно определены юридически значимые обстоятельства и не приняты во внимание представленные ответчиком документы о правовом статусе жилого дома, судебные постановления подлежат отмене. ______________ Судебные постановления по спору о взыскании задолженности по алиментам отменены как вынесенные в нарушение требований ч. 4 ст. 113 Семейного кодекса РФ и ст. 14 ГПК РСФСР, и дело направлено на новое рассмотрение (Извлечение) 5. Судебные постановления по спору о взыскании задолженности по алиментам отменены как вынесенные в нарушение требований ч. 4 ст. 113 Семейного кодекса РФ и ст. 14 ГПК РСФСР, и дело направлено на новое рассмотрение (И з в л е ч е н и е) На основании решения Ярославского районного народного суда г. Якутска от 26 сентября 1984 г. Никифоров обязан уплачивать алименты в пользу Никифоровой на двоих детей - сына Григория, 20 октября 1979 г. рождения, и сына Игоря, 28 июня 1978 г. рождения. Никифорова обратилась в Якутский городской суд с заявлением, в котором просила определить и взыскать с Никифорова задолженность по алиментам, ссылаясь на то, что ответчик, работая директором малого предприятия "Костык", уклоняется от уплаты алиментов, имеет задолженность, которую не погашает. Якутский городской суд 29 марта 1996 г. с Никифорова в пользу Никифоровой взыскал задолженность по алиментам в сумме 137 819 398 рублей, а также компенсацию морального вреда - 20 млн. рублей. Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия) решение суда в части компенсации морального вреда отменил и вынес новое решение об отказе в его возмещении, в остальном оставил решение без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене решения и постановления президиума Верховного суда Республики Саха (Якутия) в части определения размера задолженности по алиментам. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 6 июня 1997 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. Согласно ч. 4 ст. 113 СК РФ размер задолженности по алиментам, уплачиваемым на несовершеннолетних детей в соответствии со ст. 81 этого Кодекса, определяется исходя из заработка и иного дохода лица, обязанного уплачивать алименты, за период, в течение которого взыскание алиментов не производилось. В случаях если лицо, обязанное уплачивать алименты, в этот период не работало или если не будут представлены документы, подтверждающие его заработок и (или) иной доход, задолженность по алиментам определяется исходя из размера средней заработной платы в Российской Федерации на момент взыскания задолженности. Если такое определение задолженности нарушает интересы одной из сторон, сторона, интересы которой нарушены, вправе обратиться в суд, который может определить задолженность в твердой денежной сумме исходя из материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств. Как видно из материалов дела, удержания алиментов производились по месту другой работы должника, данные же об удержании алиментов по месту его работы в МП "Костык" в деле отсутствуют, а также нет и сведений о направлении в адрес этого предприятия исполнительного листа. Кроме того, ответчик утверждал, что задолженность по алиментам у него не со второго полугодия 1992 года (как указывала истица), а с октября 1994 г., так как МП "Костык" не имело доходов, было убыточным и не работало. При вынесении решения суд исходил из того, что ответчик не представил доказательств уплаты алиментов до октября 1994 г., по расчетам же судебного исполнителя за ним значится задолженность по алиментам со второго полугодия 1992 года. Согласно акту проверки хозяйственной деятельности МП "Костык" это предприятие имело доходы от хозяйственной деятельности: во втором полугодии 1992 года - 1 489 900 рублей, в первом полугодии 1993 года - 16 259 200 рублей и, кроме этого, скрытый доход. В связи с этим суд пришел к выводу, что размер задолженности следует определить исходя из среднего заработка по Российской Федерации и произвести индексацию пропорционально увеличению минимального размера оплаты труда. Но расчета размера задолженности по алиментам (помесячно) суд не сделал, а указал в решении лишь окончательную сумму после индексации: за второе полугодие 1992 года - 37 325 442 рубля; за первое полугодие 1993 года по день вынесения решения - 29 403 867 рублей; всего - 137 819 398 рублей. В результате нельзя определить, из каких сумм исчислена задолженность, какая сумма индексировалась, правильно ли судом определен общий размер задолженности по алиментам. Отсутствие помесячного расчета в решении делает невозможным проверку доводов ответчика в надзорной жалобе о том, что размер задолженности исчислен не из его доходов, а из дохода предприятия, в том числе и из полученных кредитов, без учета того, что он является не единственным учредителем предприятия. Как видно из дела, размер задолженности по алиментам определен исходя из "дохода", без уточнения дохода предприятия или должника. Однако указанные суммы дохода соответствуют суммам дохода малого предприятия "Костык" по акту проверки его финансовой деятельности от 10 января 1994 г. Справки о среднем заработке по Российской Федерации в деле отсутствуют. Сумма задолженности определена исходя из заработка в сумме 430 000 рублей за период со второго полугодия 1993 года по февраль 1996 г. (с учетом индексации), но обоснования этого размера заработка нет ни в материалах дела, ни в решении. Проверить доводы ответчика о неправильном исчислении размера задолженности по алиментам невозможно. Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия) правильно отменил решение о возмещении морального вреда и вынес новое решение об отказе в этом иске, но оставил без внимания ошибки суда при определении размера задолженности. При таких обстоятельствах судебные постановления в части определения задолженности по алиментам нельзя признать соответствующими требованиям ч. 4 ст. 113 СК РФ и ст. 14 ГПК РСФСР, они подлежат отмене в указанной части, а дело - направлению на новое рассмотрение. __________________ Жалобы граждан Российской Федерации, постоянно проживающих за ее пределами, на действия должностных лиц дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации подлежат рассмотрению применительно к ст. 47 Закона Российской Федерации 6. Жалобы граждан Российской Федерации, постоянно проживающих за ее пределами, на действия должностных лиц дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации подлежат рассмотрению применительно к ст. 47 Закона Российской Федерации "О гражданстве Российской Федерации" в Московском городском суде (И з в л е ч е н и е) Кричко обратился в Московский городской суд с жалобой на неправомерные действия начальника отдела социального обеспечения при консульском отделе посольства Российской Федерации в Латвийской Республике, ссылаясь на то, что в нарушение его прав гражданина и пенсионера Министерства обороны Российской Федерации на получение в соответствии с Законом Российской Федерации от 22 января 1993 г. "О статусе военнослужащих" льготы по 50-процентной оплате жилья и коммунальных услуг отдел прекратил выплату компенсации. Судья Московского городского суда на основании п. 7 ст. 129 ГПК РСФСР в принятии жалобы отказал. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене этого определения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 20 июня 1997 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. Отказывая в принятии жалобы, судья указал, что данное дело неподсудно Московскому городскому суду и для разрешения изложенных в ней требований Кричко следует обратиться в суд по месту его жительства или по месту нахождения государственного органа. Между тем, как видно из жалобы Кричко, он, будучи гражданином Российской Федерации, обжалует на основании законов Российской Федерации действия начальника отдела социального обеспечения при консульском отделе посольства Российской Федерации в Латвийской Республике, на территории которой он проживает. Таким образом, судья по существу предложил Кричко обратиться за защитой его прав от действий должностного лица государственного органа Российской Федерации в суд другого государства. Согласно ч. 1 ст. 5 Закона Российской Федерации "О гражданстве Российской Федерации" граждане Российской Федерации за пределами Российской Федерации пользуются защитой и покровительством Российской Федерации. Обращение же с жалобой в суд Латвийской Республики, т. е. в суд другого государства, на действия должностного лица отдела при дипломатическом или консульском представительстве Российской Федерации на основании законов Российской Федерации не предусмотрено ни Соглашением между Правительством Российской Федерации и Правительством Латвийской Республики по вопросам социальной защищенности военных пенсионеров Российской Федерации и членов их семей, проживающих на территории Латвийской Республики, ни Договором между Российской Федерацией и Латвийской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам и противоречит положениям ст. 4 Конституции Российской Федерации о ее суверенитете, которые в соответствии со ст. 16 Конституции Российской Федерации составляют основы конституционного строя Российской Федерации. Следовательно, Кричко не может быть лишен возможности обратиться в суд Российской Федерации за защитой нарушенного или оспариваемого права. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР не регулирует подсудность дел, связанных с обжалованием гражданами Российской Федерации, постоянно проживающими за ее пределами, действий должностных лиц дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации, за исключением обжалования действий по вопросам гражданства, которое в силу ст. 47 Закона Российской Федерации "О гражданстве Российской Федерации" осуществляется в Московском городском суде. С учетом этого применительно к ст. 47 названного Закона данная жалоба также подлежит рассмотрению в Московском городском суде по первой инстанции. В противном случае Кричко будет лишен права на судебную защиту его прав и свобод, которые гарантируются каждому согласно ст. 46 Конституции Российской Федерации. При таких обстоятельствах определение судьи Московского городского суда подлежит отмене, а материал по жалобе Кричко - направлению в Московский городской суд для рассмотрения по существу. _______________ Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на и 1. В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи (И з в л е ч е н и е) Никулинским межмуниципальным районным судом Западного административного округа г. Москвы 7 мая 1996 г. осуждены по ч. 2 ст. 206 УК РСФСР: Маркин к лишению свободы сроком на три года с отсрочкой исполнения приговора сроком на два года и Костюк - к лишению свободы на один год с отбыванием наказания в исправительно-трудовой колонии общего режима. Они признаны виновными в совершении умышленных действий, грубо нарушающих общественный порядок и выражающих явное неуважение к обществу, отличающихся по своему содержанию особой дерзостью. 28 декабря 1995 г. примерно в 00 часов 45 минут Костюк и Маркин, в состоянии алкогольного опьянения находясь в одном вагоне электропоезда с ранее не знакомым Шумелем, из хулиганских побуждений пристали к нему, после чего избили. Когда Шумель упал на пол вагона, Костюк ударил его еще несколько раз ногой. Своими действиями Костюк и Маркин причинили Шумелю легкие телесные повреждения, повлекшие за собой кратковременное расстройство здоровья. Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда приговор отменила за мягкостью назначенного Маркину наказания и дело направила на новое судебное рассмотрение. Президиум Московского городского суда 20 февраля 1997 г. оставил без удовлетворения протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, в котором ставился вопрос об отмене кассационного определения и направлении дела на новое кассационное рассмотрение. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене определения судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда и постановления президиума Московского городского суда и направлении дела на новое кассационное рассмотрение. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 16 апреля 1997 г. протест удовлетворила, дело направила на новое кассационное рассмотрение по следующим основаниям. Как указала кассационная инстанция, отменяя приговор, суд первой инстанции не принял во внимание, что Костюк и Маркин совершили тяжкое преступление в состоянии алкогольного опьянения. Между тем в соответствии со ст. 63 УК РФ, введенного в действие с 1 января 1997 г., названные обстоятельства не являются отягчающими. Несостоятельна также ссылка кассационной инстанции на то, что ранее Костюк привлекался к уголовной ответственности, поскольку его прежняя судимость погашена. В отношении Маркина кассационной инстанцией оставлено без внимания то, что на его иждивении находятся двое малолетних детей, его жена не работает из-за их слабого здоровья. Он ранее не судим, раскаялся в содеянном, трудовой коллектив, где он работал, ходатайствовал перед судом об избрании ему наказания, не связанного с лишением свободы. Указанным обстоятельствам не дана правовая оценка. Президиум Московского городского суда согласился с мнением судебной коллегии того же суда, указав, что в соответствии с Федеральным законом от 1 июля 1994 г., действовавшим на момент рассмотрения данного дела, вмененное в вину Костюку и Маркину преступление считалось тяжким и было совершено в состоянии алкогольного опьянения, что в силу п. 10 ст. 39 УК РСФСР являлось обстоятельством, отягчающим ответственность. Однако президиум не принял во внимание положение ст. 10 УК РФ, вступившего в силу с 1 января 1997 г., в соответствии с которой новый закон подлежит применению не только в случаях, когда по нему смягчается наказание, но и когда иным образом улучшается положение лица, совершившего преступление. Надзорной инстанцией не учтено, что за деяние, в котором по приговору Костюк и Маркин признаны виновными, соответствующей статьей УК РФ предусмотрено более мягкое наказание, и оно не относится к категории тяжких преступлений. Кроме того, в ст. 63 УК РФ не предусмотрено в качестве отягчающего обстоятельства совершение преступления в состоянии опьянения. В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. ________________ При постановлении приговора суд не вправе учитывать в качестве отягчающих наказание обстоятельства, не указанные в ст. 63 УК РФ (Извлечение) 2. При постановлении приговора суд не вправе учитывать в качестве отягчающих наказание обстоятельства, не указанные в ст. 63 УК РФ (И з в л е ч е н и е) Московским областным судом 15 января 1997 г. Казаков осужден по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы сроком на два года. Он признан виновным в совершении кражи чужого имущества группой лиц по предварительному сговору. 25 мая 1995 г. на ст. Мытищи Московской железной дороги около четырех часов утра Казаков по предварительному сговору с другим лицом (дело в отношении которого выделено в отдельное производство) в целях совершения кражи изделий из меди пришел на железнодорожные пути со специально приготовленными слесарными инструментами, отрубил дроссельные перемычки (15 м), изготовленные из медного провода, стоимостью 236 тыс. рублей за метр на общую сумму 3840 тыс. рублей и похитил. Он был задержан в тот же день. В кассационной жалобе адвокат в интересах осужденного, не оспаривая правильности квалификации действий Казакова, просил изменить меру наказания на не связанную с лишением свободы, считая назначенное наказание чрезмерно суровым, определенным без учета его раскаяния в содеянном, возмещения им ущерба, положительных характеристик. Кроме того, адвокат считал необоснованными ссылки в приговоре о привлечении Казакова ранее к уголовной ответственности и о том, что он скрывался от следствия, как на обстоятельства, отягчающие наказание. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 12 марта 1997 г. приговор изменила, указав следующее. Вина Казакова в совершении кражи доказана. Помимо показаний Казакова его вина подтверждена протоколами осмотра места происшествия, обыска и изъятия у него похищенного, заключением эксперта, показаниями свидетелей Паршина и Григорьева и другими доказательствами, исследованными судом и приведенными в приговоре. Его действия правильно квалифицированы по п. "а" ч. 2 ст. 158 УК РФ. Вместе с тем, как это правильно указано в жалобе, суд, мотивируя необходимость назначения Казакову лишения свободы, необоснованно сослался на то, что он ранее привлекался к уголовной ответственности, скрывался от органов следствия и вновь совершил корыстное преступление. В ст. 63 УК РФ не предусмотрены такие обстоятельства в качестве отягчающих наказание. С учетом изложенного, а также признания Казаковым вины и раскаяния в содеянном, положительных характеристик по месту жительства, возмещения ущерба приговор Московского областного суда изменен: назначенное наказание в виде двух лет лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком в течение двух лет. ________________ Кассационное определение о переквалификации преступления с п. "г" ст. 102 УК РСФСР на ст. 103 УК РСФСР отменено как вынесенное без должного исследования и оценки всех обстоятельств по делу (Извлечение) 3. Кассационное определение о переквалификации преступления с п. "г" ст. 102 УК РСФСР на ст. 103 УК РСФСР отменено как вынесенное без должного исследования и оценки всех обстоятельств по делу (И з в л е ч е н и е) Хабаровским краевым судом 23 октября 1996 г. Кочетков осужден по п. "г" ст. 102 УК РСФСР. Он признан виновным в совершении умышленного убийства Дерюгина с особой жестокостью. 14 апреля 1996 г. около 23 час. Кочетков в состоянии алкогольного опьянения пришел в квартиру, в которой находилась его жена Кочеткова Л., их четырехлетний сын, мать Кочетковой - Назарова, одиннадцатилетняя дочь Назаровой и сожитель Назаровой - Дерюгин, и предложил присутствующим выпить. (Между Кочетковым, с одной стороны, и его женой, Назаровой и Дерюгиным, с другой стороны, сложились неприязненные отношения, после того как он избил Кочеткову Л. и она отказалась проживать совместно с ним.) Кочетков дал жене денег, та купила бутылку водки, которую они вчетвером распили, после чего Кочетков попытался уйти домой, но ввиду его сильного алкогольного опьянения Дерюгин и Кочеткова Л. вернули его в квартиру и отвели на кухню. Там между ним и Дерюгиным возникла ссора, перешедшая в драку, во время которой Дерюгин избил Кочеткова, причинив ему телесные повреждения. Вмешавшиеся в драку Кочеткова Л. и Назарова силой вытащили Дерюгина из кухни и усадили на кровать в комнате, где пытались его успокоить, но он продолжал выкрикивать оскорбления в адрес Кочеткова. Пришедший в себя после побоев Кочетков взял в кухне нож, вошел в комнату и в присутствии Назаровой и Кочетковой Л. умышленно, сознавая, что причиняет своими действиями близким Дерюгину людям страдания, с целью убийства дважды ударил ножом Дерюгина в грудь, причинив ему телесные повреждения, повлекшие смерть. Назарова и Кочеткова Л. пытались помешать действиям Кочеткова, остановить его, при этом Назарова топором-колуном ударила его в спину, не причинив телесных повреждений, а Кочеткова Л. после нанесения Кочетковым ударов Дерюгину сумела выхватить нож у мужа и убежала. Обозленный действиями обеих, Кочетков крикнул вслед жене, что убьет ее, а Назарову догнал на веранде и несколько раз ударил, причинив ей телесные повреждения, относящиеся к легким, не повлекшим расстройство здоровья. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор изменила, переквалифицировав действия Кочеткова с п. "г" ст. 102 УК РСФСР на ст. 103 УК РСФСР. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене кассационного определения. Президиум Верховного Суда РФ 4 июня 1997 г. протест удовлетворил, указав следующее. Переквалифицируя действия Кочеткова с п. "г" ст. 102 УК РСФСР на ст. 103 УК РСФСР, кассационная инстанция сослалась на то, что убийство Дерюгина было совершено Кочетковым в присутствии сожительницы потерпевшего - Назаровой и ее дочери - Кочетковой Л., которые в соответствии с законом не относятся к близким родственникам, вследствие чего это убийство не может быть расценено как совершенное с особой жестокостью. Однако такой вывод нельзя признать обоснованным. Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 8 постановления N 15 от 22 декабря 1992 г. "О судебной практике по делам об умышленных убийствах", особая жестокость может выражаться в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания. Таким образом, по смыслу закона круг близких потерпевшему лиц не ограничен перечнем близких родственников, предусмотренных ст. 34 УПК РСФСР. Как видно из материалов дела, Назарова и ее дочь Кочеткова Л. совместно с Дерюгиным проживали с 1989 года, Назарова считала и называла Дерюгина своим мужем, а Кочеткова Л. - отцом. Дерюгин и Назарова имели общего ребенка. О характере таких взаимоотношений был осведомлен и Кочетков - муж Кочетковой Л., называвший Дерюгина своим тестем. Эти данные позволяют сделать вывод о том, что Назарова и Кочеткова Л. с учетом сложившихся взаимоотношений с Дерюгиным и конкретных обстоятельств дела были близкими потерпевшему людьми. В момент совершения убийства Назарова и Кочеткова Л. находились в стрессовом состоянии, плакали, были напуганы, пытались пресечь преступные действия Кочеткова. В процессе предварительного следствия они были признаны потерпевшими, так как им был причинен моральный вред. При таких обстоятельствах решение кассационной инстанции о переквалификации действий Кочеткова с п. "г" ст. 102 УК РСФСР на ст. 103 УК РСФСР принято без должного исследования и оценки всех обстоятельств дела, в связи с чем подлежит отмене, а дело - направлению на новое кассационное рассмотрение. От редакции. При повторном кассационном рассмотрении данного дела приговор суда первой инстанции оставлен без изменения. ______________ Уголовная ответственность за кражу чужого имущества наступает независимо от стоимости (размера) похищенного (Извлечение) 4. Уголовная ответственность за кражу чужого имущества наступает независимо от стоимости (размера) похищенного (И з в л е ч е н и е) Ленинским районным судом г. Мурманска 25 июля 1996 г. Холодов, ранее признанный особо опасным рецидивистом, осужден по ч. 3 ст. 144 УК РСФСР за кражу имущества у гр. С. Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда приговор в отношении Холодова отменила и дело производством прекратила за отсутствием в его действиях состава преступления. Президиум Мурманского областного суда протест прокурора области об отмене кассационного определения и направлении дела на новое кассационное рассмотрение оставил без удовлетворения. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене кассационного определения и постановления президиума областного суда и направлении дела на новое кассационное рассмотрение. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 19 марта 1997 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. Отменяя приговор в отношении Холодова и прекращая дело за отсутствием в его действиях состава преступления, судебная коллегия областного суда в обоснование своих выводов сослалась на то, что в соответствии с действующим законодательством его действия могли бы быть квалифицированы по ст. 144 УК РСФСР при условии, если бы стоимость похищенного им была не менее одного минимального размера оплаты труда, что составляло на время совершения преступления 43 700 рублей. В связи с тем, что Холодов украл имущество у потерпевшей на сумму 23 000 рублей, судебная коллегия признала, что в действиях осужденного нет признаков уголовно наказуемого деяния и он должен быть привлечен к административной ответственности за мелкое хищение государственного или общественного имущества. При этом судебная коллегия исходила из того, что для решения вопроса об ответственности за кражу чужого имущества не имеет значения принадлежность похищенного имущества государству или личности. С этим согласился и президиум областного суда. Между тем эти выводы ошибочны, не основаны на материалах дела и законе. К административной ответственности лицо может быть привлечено за мелкое хищение лишь государственного или общественного имущества. Холодов же совершил кражу имущества, принадлежащего гр. С. А в соответствии со ст. 144 УК РСФСР ответственность за кражу чужого имущества наступает независимо от стоимости этого имущества. Данные требования уголовного закона не были учтены кассационной и надзорной инстанциями. Поэтому определение судебной коллегии и постановление президиума областного суда подлежат отмене, а дело - направлению на новое кассационное рассмотрение. _______________ Уголовным кодексом Российской Федерации, введенным в действие с 1 января 1997 г., не установлена уголовная ответственность за совершение сделок с иностранной валютой (Извлечение) 5. Уголовным кодексом Российской Федерации, введенным в действие с 1 января 1997 г., не установлена уголовная ответственность за совершение сделок с иностранной валютой (И з в л е ч е н и е) Московским городским судом 5 февраля 1997 г. Дронов осужден по 7) ч. 2 ст. 162 УК РСФСР к лишению свободы. Он признан виновным в незаконной сделке с валютой по предварительному сговору группой лиц (осужденных по другому приговору) и в крупном размере. Как видно из приговора, 7 октября 1994 г. Дронов во исполнение ранее достигнутой договоренности в качестве средства платежа передал Зуйкову и Павликову 500 долларов США. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 10 апреля 1997 г., рассмотрев кассационные жалобы осужденного и его адвоката, приговор отменила, а дело прекратила, указав следующее. Обстоятельства, при которых была осуществлена передача валюты, установлены судом правильно. Вместе с тем, постановляя обвинительный приговор и 7) квалифицируя действия Дронова по ч. 2 ст. 162 УК РСФСР, суд не учел то обстоятельство, что Уголовным кодексом Российской Федерации, введенным в действие с 1 января 1997 г., устранена уголовная ответственность за незаконные сделки с иностранной валютой. Поскольку в соответствии со ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, имеет обратную силу, т. е. распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, на основании ч. 2 ст. 5 УПК РСФСР приговор подлежит отмене, а дело - прекращению за отсутствием в действиях Дронова состава преступления. ________________ Оскорбление судьи в связи с его деятельностью по осуществлению 3) правосудия квалифицировано по ст. 176 УК РСФСР (Извлечение) 6. Оскорбление судьи в связи с его деятельностью по осуществлению 3) правосудия квалифицировано по ст. 176 УК РСФСР (И з в л е ч е н и е) Челябинским областным судом 10 февраля 1997 г. Котов осужден 3) по ст. 176 УК РСФСР. Он признан виновным в оскорблении судьи в связи с его деятельностью по осуществлению правосудия. 23 января 1995 г. в помещении Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга во время судебного разбирательства по уголовному делу в отношении Лебедева осуществлявший его защиту адвокат Котов дважды назвал председательствующего по делу судью А. преступником. В кассационной жалобе Котов просил об отмене приговора, с которым не согласен. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 5 июня 1997 г. приговор оставила без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения, указав следующее. В судебном заседании Котов свою вину не признал, но подтвердил, что дважды назвал председательствующего по делу судью А. преступником, пытаясь таким образом предостеречь судью от допускаемых, по его мнению, нарушений процессуального закона. Однако вывод суда о виновности Котова в содеянном подтвержден совокупностью доказательств: показаниями осужденного на следствии и в суде, потерпевшего, свидетелей Зязева и Громова, выпиской из протокола судебного заседания по делу, рассмотренному 23 января 1995 г. в Октябрьском районном суде г. Екатеринбурга. В судебном заседании Котов показал, что ему не была предоставлена возможность заявить ходатайство о допуске к участию в деле общественных защитников и суд намерен был перейти к судебному следствию. Несмотря на заявленный Котовым протест, судья стал настаивать, чтобы прокурор зачитал обвинительное заключение. В связи с этим он, Котов, встал со своего места и заявил: "Вы - преступник!" После предупреждения судьи он вновь поднялся со своего места и повторил, обращаясь к судье: "Вы - преступник!" Потерпевший - судья А. сообщил суду о несостоятельности доводов Котова о каких-либо нарушениях уголовно-процессуального закона. Эти доводы адвоката опровергнуты также постановлением кассационной инстанции, подтвердившей законность и обоснованность приговора по делу Лебедева. Свидетель Зязев, принимавший участие в процессе в качестве государственного обвинителя, показал, что в один из моментов процесса адвокат Котов резко встал со своего места и, обращаясь к председательствующему, заявил: "Вы - преступник!" В ответ на попытки успокоить его Котов вновь поднялся со своего места и повторил эту же фразу. Факт оскорбления судьи Котовым подтвержден также свидетелем Громовым. Оценив доказательства в совокупности, суд пришел к 3) обоснованному выводу о виновности Котова по ст. 176 УК РСФСР и дал правильную юридическую оценку его действиям, которую в приговоре мотивировал надлежащим образом. _________________ Лицо, причинившее легкие телесные повреждения судебному исполнителю в связи с его служебной деятельностью, 2) осуждено по ч. 2 ст. 176 УК РСФСР. Уголовный закон, ухудшающий положение лица, обратной силы не им 7. Лицо, причинившее легкие телесные повреждения судебному исполнителю в связи с его служебной деятельностью, 2) осуждено по ч. 2 ст. 176 УК РСФСР. Уголовный закон, ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет (И з в л е ч е н и е) Пермским областным судом 27 января 1997 г. Лукин А. осужден по 2) ч. 2 ст. 176 УК РСФСР к одному году лишения свободы условно с испытательным сроком на один год в соответствии со ст. 44 УК РСФСР. Он признан виновным в нанесении 21 сентября 1996 г. легких телесных повреждений без расстройства здоровья судебному исполнителю Мажалис в связи с ее служебной деятельностью. Государственный обвинитель в кассационном протесте поставил вопрос об изменении приговора, назначении Лукину А. наказания в виде условного осуждения к лишению свободы не в соответствии со ст. 44 УК РСФСР, а в порядке ст. 73 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 апреля 1997 г. приговор оставила без изменения, указав следующее. Выводы суда о виновности Лукина А. в причинении легких телесных повреждений судебному исполнителю Мажалис в связи с ее служебной деятельностью подтверждаются совокупностью доказательств, изложенных в приговоре и получивших правильную оценку. Как признал Лукин А., действительно во время производства судебным исполнителем описи имущества за долги сына он в состоянии опьянения схватил потерпевшую за руки и с применением силы вывел из квартиры. Указанные обстоятельства подтвердили потерпевшая Мажалис и сын осужденного - свидетель Лукин П. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, потерпевшей причинены легкие телесные повреждения в виде кровоподтеков на руках, не повлекшие за собой расстройства здоровья. Суд правильно квалифицировал действия Лукина А. по ч. 2 ст. 2) 174 УК РСФСР, в соответствии с законом, действовавшим на момент совершения преступления. Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст. 37 УК РСФСР, с учетом общественной опасности содеянного, обстоятельств дела и данных о личности. Доводы, изложенные в протесте, о том, что условное осуждение к Лукину А. необходимо применить в соответствии со ст. 73 УК РФ, а не в порядке ст. 44 УК РСФСР, необоснованны. В соответствии со ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются законом, действовавшим во время совершения преступления. Согласно ст. 10 УК РФ, уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет. Из сопоставления содержания ст. 44 УК РСФСР и ст. ст. 73, 74 УК РФ следует, что в новый закон включены требования, ужесточающие порядок отбывания наказания и ухудшающие положение лица, осужденного к условной мере наказания: предусмотрена возможность возложения на условно осужденного исполнения определенных обязанностей, способствующих его исправлению, при неисполнении которых суд может постановить об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда; в случае уклонения от исполнения возложенных на осужденного обязанностей суд по новому закону вправе продлить испытательный срок, но не более чем на один год. С учетом изложенного приговор Пермского областного суда оставлен без изменения. ________________ Оправдательный приговор признан обоснованным. Суд надзорной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены в приговоре или отвергнуты им (Извлечение) 8. Оправдательный приговор признан обоснованным. Суд надзорной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены в приговоре или отвергнуты им (И з в л е ч е н и е) Органами следствия Кириченко привлечена к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 93 УК РСФСР. Она обвинялась в завладении общественным имуществом путем злоупотребления доверием - мошенничестве - при следующих обстоятельствах. 23 сентября 1992 г. Кириченко от имени арендного ателье "Сибирячка" заключила договор купли-продажи имущества ателье с комитетом по управлению имуществом г. Кемерово и 30 сентября 1992 г. с целью завладения общественным имуществом внесла на счет комитета от имени ателье "Сибирячка" его стоимость - 57 200 рублей. Впоследствии, в ноябре 1992 г., при составлении приложения к учредительному договору ТОО "Николето" Кириченко произвольно внесла в список учредителей 17 человек, включая себя, и без согласия коллектива ателье единолично распределила вклад каждого учредителя, в результате чего доля Кириченко в уставном фонде составила 55 600 рублей, а доля остальных учредителей - 1600 рублей, и Кириченко стала фактической владелицей имущества ателье. Заводским районным судом г. Кемерово 22 июля 1996 г. Кириченко оправдана за отсутствием в ее действиях состава преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда приговор оставила без изменения. Президиум Кемеровского областного суда 24 января 1997 г. судебные решения отменил, дело направил на новое судебное рассмотрение. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев 2 апреля 1997 г. дело по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ, протест удовлетворила, постановление президиума Кемеровского областного суда отменила, а оправдательный приговор и определение Кемеровского областного суда оставила без изменения, указав следующее. Утверждение в постановлении президиума о необоснованности оправдательного приговора в отношении Кириченко противоречит имеющимся в деле доказательствам, из которых видно, что на момент выкупа ателье "Сибирячка" работники не были его собственниками и доля каждого из них определена той суммой, которую они внесли на выкуп этого предприятия. Так, по приложению к договору, 16 работников внесли по 100 рублей, а Кириченко внесла 55 тыс. рублей, и соразмерно этой сумме ее доля составляла 91% стоимости выкупаемого предприятия. Покупка предприятия в доле, соответствующей вкладу в денежной сумме на момент оформления документов, состава преступления не образует. Возникшие в связи с этим вопросы должны разрешаться в гражданско-правовом порядке. Своими действиями Кириченко никому из работников ущерба не причинила, поскольку ателье на момент оформления договора было муниципальной собственностью. Кроме того, президиум областного суда, отменяя оправдательный приговор и кассационное определение в отношении Кириченко, не указал, по каким основаниям данные судебные решения подлежат отмене, какие обстоятельства остались невыясненными, что конкретно надлежит проверить и оценить суду при новом рассмотрении дела. В мотивировочной части постановления президиума содержится лишь формулировка предъявленного Кириченко обвинения, указывается, что предусмотренные законом последствия не наступили по не зависящим от нее обстоятельствам и что суд не дал этому надлежащей оценки. Между тем суд в приговоре дал оценку именно тем обстоятельствам, которые вменялись Кириченко в вину, при этом проанализировал доказательства и обосновал свое решение. Вывод президиума о том, что предусмотренные законом последствия в виде причинения имущественного ущерба не наступили по обстоятельствам, не зависящим от воли Кириченко, противоречит требованиям ст. 380 УПК РСФСР, так как данные обстоятельства не были установлены судом, а суд надзорной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены в приговоре или отвергнуты им. _______________ Непредъявление обвиняемому текста (в окончательной редакции) постановления о привлечении его в качестве обвиняемого признано существенным нарушением уголовно-процессуального закона (Извлечение) 9. Непредъявление обвиняемому текста (в окончательной редакции) постановления о привлечении его в качестве обвиняемого признано существенным нарушением уголовно-процессуального закона (И з в л е ч е н и е) Органами предварительного следствия Ильинскому, Абраменкову и другим лицам предъявлено обвинение в совершении в феврале 1996 г. преступлений, предусмотренных пп. "а", "в", "з", "и", "н" ст. 102, ч. 2 ст. 146, ч. 3 ст. 195, ч. 1 ст. 218, ст. 207 УК РСФСР. Не приняв дело к производству, судья Московского городского суда возвратил его прокурору г. Москвы для дополнительного расследования в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, выразившимся в нарушении права обвиняемого Ильинского на защиту. Как указано в постановлении судьи, в нарушение требований ст. 148 УПК РСФСР Ильинскому не был фактически ни предъявлен, ни объявлен текст (в окончательной редакции) постановления о привлечении его в качестве обвиняемого, а также не разъяснена сущность предъявленного обвинения. Заместитель прокурора г. Москвы в частном протесте поставил вопрос об отмене постановления судьи и направлении дела на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на то, что действительно 27 января 1997 г. при предъявлении Ильинскому обвинения в окончательной редакции он и его защитник отказались ознакомиться с текстом постановления, о чем следователем сделана соответствующая отметка. Принудить Ильинского и его адвоката к ознакомлению с указанным процессуальным документом следователь не мог. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 13 мая 1997 г. постановление судьи оставила без изменения, указав следующее. Как видно из постановления следователя от 27 января 1997 г. о привлечении Ильинского в качестве обвиняемого, Ильинский собственноручно сделал запись о том, что он "не отказывается знакомиться с обвинением", а отказывается от услуг адвоката К. в связи с "недостаточностью практики" адвоката. Впоследствии в дело вступил адвокат З., который в период с 3 по 6 февраля 1997 г. ознакомился с материалами дела. Однако, как правильно указано в постановлении суда, ни 27 января 1997 г., ни после вступления в дело нового адвоката текст (в окончательной редакции) постановления о привлечении в качестве обвиняемого Ильинскому объявлен не был. _______________ Нарушение требований ст. 151 УПК РСФСР к составлению протокола допроса обвиняемого с участием переводчика повлекло направление дела на дополнительное расследование (Извлечение) 10. Нарушение требований ст. 151 УПК РСФСР к составлению протокола допроса обвиняемого с участием переводчика повлекло направление дела на дополнительное расследование (И з в л е ч е н и е) Органами предварительного следствия было предъявлено Янг Пиню и Яо Джайфенгу обвинение в умышленных убийствах Цуи Хечана, Тин Фусуна и в покушении на умышленное убийство Цо-Юн-Фу, совершенных 10 февраля 1996 г. в г. Челябинске. Судьей Челябинского областного суда 21 ноября 1996 г. дело в отношении Яо Джайфенга и Янг Пиня - граждан Китайской Народной Республики, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного пп. "в", "г", "е", "з", "н" ст. 102 УК РСФСР, возвращено для дополнительного расследования. Принимая это решение, судья в постановлении указал, что при проведении предварительного расследования было нарушено уголовно-процессуальное законодательство, а именно требования ст. 151 УПК РСФСР. Прокурор Челябинской области в частном протесте поставил вопрос об отмене постановления судьи и направлении дела на новое судебное рассмотрение. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 14 мая 1997 г. протест оставила без удовлетворения, а постановление судьи - без изменения по следующим основаниям. В соответствии со ст. 232 УПК РСФСР суд направляет дело для дополнительного расследования, если следственными органами допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона. Как видно из материалов дела и правильно указано в постановлении судьи, органами следствия при предъявлении обвинения были нарушены требования ст. 151 УПК РСФСР, выразившиеся в том, что переводчик З. не была предупреждена следователем об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод. Кроме того, обвиняемым не разъяснено их право заявить отвод переводчику, в протоколах допросов Янг Пиня и Яо Джайфенга в качестве обвиняемых переводчиком не подписана каждая страница протоколов допроса. Названные в постановлении судьи нарушения, допущенные следственными органами, не могут быть устранены в судебном заседании. При таких обстоятельствах суд правильно возвратил уголовное дело для производства дополнительного расследования. ______________ В президиумах Верховных Судов республик, краевых и областных судов Санкция ч. 1 ст. 171 УК РСФСР не предусматривает такого вида наказания, как увольнение из органов внутренних дел (Извлечение) 1. Санкция ч. 1 ст. 171 УК РСФСР не предусматривает такого вида наказания, как увольнение из органов внутренних дел (И з в л е ч е н и е) Советским районным судом г. Махачкалы Республики Дагестан 15 февраля 1996 г. Джамалов, Гасанов Г., Гасанов А. осуждены по ч. 1 ст. 171 УК РСФСР к увольнению из органов внутренних дел. По делу осуждены также Гаджиев К., Мусаев А., Агамирзоев А. Работники ГАИ Джамалов, Гасанов Г. и Гасанов А. признаны виновными в превышении власти и служебных полномочий при следующих обстоятельствах. 1 июля 1994 г. в г. Махачкале работники ГАИ Гаджиев, Мусаев и Агамирзоев незаконно задержали личную автомашину судьи Кировского районного суда, который с секретарем судебного заседания возвращался из прокуратуры на работу в суд, при этом работники ГАИ допустили превышение власти и служебных полномочий. Прибывший по вызову экипаж ГАИ во главе с Гасановым А. не пресек незаконные действия первого экипажа, не принял мер к освобождению судьи и возврату его табельного оружия. Он приказал доставить судью в УВД г. Махачкалы в качестве задержанного. Гасанов Г. помогал Гаджиеву, Мусаеву и Агамирзоеву в задержании. С применением резиновой палки, которую Гасанов Г. передал первому экипажу ГАИ, заставили судью сесть в машину. Джамалов, не обращая внимания на требования секретаря суда прекратить незаконные действия в отношении судьи, поставил его машину на платную стоянку. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Дагестан приговор оставила без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об изменении судебных постановлений. Президиум Верховного суда Республики Дагестан 20 марта 1997 г. протест удовлетворил, указав следующее. Приговор и кассационное определение подлежат изменению в части назначенного Джамалову, Гасанову Г. и Гасанову А. наказания в связи с неправильным применением уголовного закона. Санкция ч. 1 ст. 171 УК РСФСР не предусматривает такого вида наказания, как увольнение из органов внутренних дел, к которому осуждены Джамалов, Гасанов Г. и Гасанов А., а предусматривает наказание в виде увольнения от должности. Таким образом, суд неправильно истолковал закон, допустив противоречие в изложении его точного смысла, в связи с чем президиум изменил приговор и определение кассационной инстанции в отношении Джамалова, Гасанова А., Гасанова Г., исключив формулировку о назначении им наказания в виде увольнения из органов внутренних дел, и признал их осужденными к увольнению от должности. ______________ Нарушение гарантированных законом прав потерпевшего и его представителя (ст.ст. 53, 56 УПК РСФСР) признано существенным, повлекшим отмену приговора (Извлечение) 2. Нарушение гарантированных законом прав потерпевшего и его представителя (ст.ст. 53, 56 УПК РСФСР) признано существенным, повлекшим отмену приговора (И з в л е ч е н и е) Петушинским районным судом Владимирской области 11 декабря 1996 г. Попов осужден по ст. 219 УК РСФСР к лишению свободы сроком на один год. На основании ст. 44 УК РСФСР наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в один год. Он признан виновным в небрежном хранении огнестрельного оружия, создавшем условия для использования этого оружия другим лицом, что повлекло тяжкие последствия. Попов, являясь членом общества охотников и рыболовов, летом 1996 г. привез на свой дачный участок в дер. Борки Петушинского района охотничье ружье ИЖ-54, которое хранил под кроватью. 23 июля 1996 г. его несовершеннолетний сын Сергей взял ружье и при небрежном обращении с ним произвел выстрел в Мороза А., причинив ему огнестрельное дробовое ранение левого бедра, приведшее к ампутации ноги. Судебная коллегия по уголовным делам Владимирского областного суда приговор оставила без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений ввиду существенного нарушения прав потерпевшего и передаче дела на новое судебное рассмотрение. Президиум Владимирского областного суда 13 июня 1997 г. протест удовлетворил, указав следующее. Согласно ст.ст. 53, 56 УПК РСФСР потерпевший и его представитель вправе принимать участие в судебном заседании для защиты своих прав и законных интересов. Как видно из материалов дела, потерпевший Мороз А. не мог явиться в судебное заседание в связи с болезнью, законный представитель несовершеннолетнего потерпевшего Мороз О. не была извещена о дне слушания дела в суде. В связи с этим потерпевший и его законный представитель были лишены возможности осуществить свои права, в том числе предъявить в суд гражданский иск о возмещении материального и морального вреда, причиненного преступлением. В соответствии с ч. 1 ст. 345 УПК РСФСР существенными нарушениями уголовно-процессуального закона признаются такие нарушения требований статей Уголовно-процессуального кодекса, которые путем лишения или стеснения гарантированных законом прав участников процесса при рассмотрении дела или иным путем помешали суду всесторонне разобрать дело и повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора. Лишение потерпевшего возможности участвовать в судебном заседании - существенное нарушение УПК РСФСР, влекущее отмену приговора. Также суд вопреки требованиям ст. 68 УПК РСФСР не установил конкретного размера ущерба, причиненного потерпевшему преступлением. В своей кассационной жалобе законный представитель потерпевшего Мороз О. указывала на лишение ее гарантированных законом прав, что, по ее мнению, повлияло на постановление законного и обоснованного приговора. При таких обстоятельствах приговор и кассационное определение подлежат отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение. ______________ Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях (Извлечение) 3. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях (И з в л е ч е н и е) Соликамским городским судом Пермской области 19 апреля 1994 г. 1) Нугманов осужден по ст. 188 УК РСФСР. Он признан виновным в том, что, отбывая наказание в колонии-поселении, 24 сентября 1993 г. с целью уклонения от отбывания наказания оставил расположение колонии, выехал в Башкирию, где находился на лечении. 5 января 1994 г. он с повинной явился в исправительное учреждение. Судебная коллегия по уголовным делам Пермского областного суда 19 апреля 1994 г. приговор оставила без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ поставил в протесте вопрос об отмене приговора и определения коллегии и направлении дела на новое судебное рассмотрение. Президиум Пермского областного суда 27 июня 1997 г. протест удовлетворил, указав следующее. При вынесении приговора судом не выполнены требования ст.ст. 20, 68 УПК РСФСР о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела. Как показал Нугманов, объяснив мотивы своих действий, он самовольно уехал из колонии-поселения в Башкирию, поскольку ему отказывали в лечении. В г. Стерлитамаке он лечился в больнице, 5 января 1994 г. сам вернулся в колонию. Данные показания в ходе судебного разбирательства исследованы не были и не получили надлежащей оценки. Судом также не проверены доводы осужденного о заболевании кистей рук и стоп ног, не запрошены из больницы копии медицинских документов, подтверждающих прохождение Нугмановым курса лечения, факт наличия либо отсутствия заболевания после возвращения осужденного в колонию-поселение. Кроме того, в приговоре есть ссылка на то, что Нугманов явился в исправительное учреждение с повинной, однако сведений, подтверждающих показания осужденного в этой части, в деле нет. В соответствии с законом обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, он должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. По данному делу это требование закона не выполнено. При новом рассмотрении дела суду необходимо принять все предусмотренные законом меры к всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств, касающихся обоснованности 1) привлечения Нугманова к уголовной ответственности по ст. 188 УК РСФСР, проверить доводы Нугманова, выдвинутые им в свою защиту, и в зависимости от полученных доказательств в соответствии с законом решить вопрос о доказанности или недоказанности обвинения Нугманова. ________________ Обзоры и обобщения ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО РАССМОТРЕНИЮ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В ПОРЯДКЕ НАДЗОРА ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО РАССМОТРЕНИЮ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В ПОРЯДКЕ НАДЗОРА Надзор за осуществлением правосудия в России - одна из основных функций Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ, с помощью которой устраняются имеющиеся недостатки судов как первой, так и кассационной, и надзорной инстанций. Обобщив свою работу в этом направлении за 1996 год, Судебная коллегия отмечает, что суды в основном правильно применяют уголовный и уголовно-процессуальный закон. Вместе с тем ошибки в их деятельности встречаются, и это справедливо влечет обращение граждан с жалобами в высший судебный орган. Рассмотрение надзорных жалоб показывает, что в большинстве случаев заявители уже обращались в кассационном или надзорном порядке в областные и соответствующие им суды и, если бы там более внимательно относились к жалобам, многие недостатки судов могли быть своевременно устранены. Это одна из причин, объясняющая то огромное количество жалоб на решения нижестоящих судов, которое ежегодно приходится рассматривать Верховному Суду РФ. Обращает на себя внимание тот факт, что если число надзорных жалоб в областные суды в 1996 году по сравнению с 1995 годом резко сократилось, то в Верховный Суд продолжало обращаться большое количество граждан, не согласных с теми или иными судебными постановлениями, и число этих обращений не уменьшилось. В 1996 году, как и в 1995 году, Верховным Судом рассмотрено более 49 тыс. надзорных жалоб по уголовным делам. Наиболее часто они подавались по делам о преступлениях против собственности, об умышленных убийствах, тяжких телесных повреждениях и о хулиганстве. По своему характеру преобладали жалобы на необоснованность осуждения - свыше половины от общего числа (54,3%). На неправильную квалификацию совершенного преступления и на суровость наказания подано по 14% жалоб. Предъявляя высокие требования к качеству разрешения жалоб, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ из года в год значительное их количество рассматривает с истребованием дел и проверкой в порядке надзора. За 1996 год Коллегия проверила 2087 дел, и почти по каждому второму из них, как и в предыдущем, 1995 году, Председатель Верховного Суда РФ или его заместители принесли протесты. По этим протестам, а также по протестам Генерального прокурора РФ и его заместителей Коллегия рассмотрела в порядке надзора 1224 дела, отменив и изменив судебные решения нижестоящих судов в отношении 1567 лиц. Из них в отношении 736 лиц дела ранее уже рассматривались президиумами соответствующих судов. Хотя такие данные свидетельствуют о более интенсивной работе областных судов по истребованию и проверке уголовных дел, но велась она недостаточно. Кроме того, сами президиумы этих судов еще нередко принимают ошибочные решения. Устраняя нарушения закона, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в 1996 году отменила приговоры и определения в отношении 269 лиц, изменила в отношении 210 лиц. В отношении еще 1088 человек Коллегия приняла другие решения, главным образом уточняя либо приводя решения районных и областных судов в соответствие с действующим законодательством. Судебная практика свидетельствует, что многие ошибки и недочеты обусловлены серьезными недостатками, допущенными при производстве дознания и предварительного следствия. Не по всем делам обеспечивалось всестороннее, полное и объективное исследование фактических обстоятельств совершенного преступления, не выяснялись направленность умысла виновного, цель и мотивы содеянного им. Суды, между тем, не всегда устраняли эти недостатки и в ряде случаев принимали решения, не основанные на законе. Так, Ногинский городской суд Московской области признал Бессуднова виновным по ст.ст. 15, 103 УК РСФСР, а Тоцкий районный суд Оренбургской области - Фролова по ст. 103 УК РСФСР, не установив мотивы совершенных ими преступлений. Оба дела Коллегия направила на дополнительное расследование. Невосполнимая в судебном заседании неполнота дознания или предварительного следствия нередко обнаруживалась в стадии назначения судебного заседания. Однако из-за формального отношения некоторых судей к этой стадии процесса назначались к слушанию дела, по которым имелись основания для возвращения их на дополнительное расследование. Часто по таким делам упущения дознания или следствия не выявлялись и в ходе судебного разбирательства, что влекло постановление незаконных приговоров. Один из таких приговоров вынес Кочубеевский районный суд Ставропольского края по делу Гальтяпина, признав его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 144 УК РСФСР. Между тем по делу допущены нарушения УПК РСФСР. Как установила Судебная коллегия Верховного Суда РФ, Гальтяпину были лишь разъяснены следователем его процессуальные права на стадии окончания предварительного следствия, а материалы дела для ознакомления в нарушение требований ст. 201 УПК РСФСР не представлены. Поэтому Коллегия, отменив судебные решения, возвратила дело на дополнительное расследование. В то же время суды нередко направляют дела на дополнительное расследование без достаточных оснований или по причине слабого знания закона, что порождает волокиту и нарушает права граждан. Наро-Фоминский городской суд Московской области направил на дополнительное расследование дело по обвинению Деревянкина и других по ч. 3 ст. 117 УК РСФСР в связи с необходимостью квалифицировать отдельные действия обвиняемых как покушение на изнасилование или по ч. 2 ст. 117 УК РСФСР, в то время как закон позволяет это сделать самому суду. Свердловский районный суд г. Костромы направил на дополнительное расследование дело по обвинению Коротышева по ч. 2 ст. 98 и ч. 2 ст. 149 УК РСФСР, поскольку обвиняемый не ознакомлен с тремя постановлениями следователя о назначении экспертиз и допущены некоторые другие нарушения уголовно-процессуального закона, которые не предусмотрены ст. 232 УПК РСФСР в качестве основания для направления дела на дополнительное расследование. Верховный суд Республики Саха (Якутия), направив на дополнительное расследование дело по обвинению Балтрунаса в умышленном убийстве и других преступлениях, вообще не указал, в чем, по его мнению, выразилась неполнота следствия, какие конкретно следственные действия необходимо провести при дополнительном расследовании дела и что препятствовало суду самостоятельно восполнить пробелы следствия в стадии судебного разбирательства. Во многих случаях решения о направлении дел на дополнительное расследование принимались судьями преждевременно - в стадии подготовительных действий к судебному заседанию. При этом судьи, как правило, в нарушение требований ст. 20 УПК РСФСР без исследования в судебном заседании представленных доказательств и их оценки делали поспешный вывод о неполноте следствия. Так, в частности, поступил судья Санкт-Петербургского городского суда, направив дело по обвинению Пузикова и других в убийстве на дополнительное расследование в связи с необходимостью конкретизировать действия каждого из обвиняемых. Нарушение требований ст. 20 УПК РСФСР имело распространенный характер. Некоторые судьи поверхностно исследовали в судебном заседании либо вовсе оставляли без внимания материалы, имеющие существенное значение для постановления правосудного приговора. Например, Дятьковский городской суд Брянской области признал Стрелкову виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 172 УК РСФСР, выразившегося в халатном отношении к обязанностям начальника медвытрезвителя, на должность которого она назначалась в разные периоды времени. Однако суд не проверил заявление подсудимой о том, что она занимала другую должность. В одном из периодов, в который ей вменялась халатность, она находилась в отпуске, в другой - с приказом о назначении ее на должность исполняющей обязанности начальника вытрезвителя ознакомлена не была и разницу в зарплате не получала. Между тем в деле были копия приказа о назначении начальником вытрезвителя другого лица и документы, подтверждающие отсутствие Стрелковой на работе. При таких обстоятельствах суд обязан был дать оценку этим документам, уточнить отрезки времени, когда она халатно относилась к служебным обязанностям, размер причиненного в результате ее действий вреда и, в зависимости от полученных данных, решить вопрос о наличии или отсутствии в ее действиях уголовно наказуемого деяния с учетом того, что ответственность за халатность наступает лишь в случае причинения существенного вреда. В связи с этим Коллегия отменила решение и направила дело на новое судебное рассмотрение. Как показало изучение надзорной практики, большинство ошибок и нарушений, влекущих постановление незаконных решений, допускается именно в стадии судебного рассмотрения дела. Судебная коллегия Верховного Суда РФ постоянно уделяет внимание вопросу соблюдения прав обвиняемого на защиту. Тем не менее суды допускают нарушения этих прав. Вопреки требованиям ст.ст. 49 и 50 УПК РСФСР Шарканский районный суд Удмуртской Республики рассмотрел дело по обвинению Новгородцева по пп. "а", "б", "д" ч. 2 ст. 146 и ч. 1 ст. 218 УК РСФСР, Октябрьский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа - дело по обвинению Тесловского и Базавлука по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР и дело по обвинению Просяных и Арасланова по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР с участием только государственного обвинителя. Защитой подсудимые фактически обеспечены не были. Иногда суды допускают нарушение прав и других участников процесса, чаще это касается потерпевших, гражданских истцов. Ивановский областной суд рассмотрел дело по обвинению Багирова по 1) ч. 4 ст. 117 и ч. 2 ст. 125 УК РСФСР в отсутствие потерпевшей, ее законного представителя и гражданского истца, которые намеревались воспользоваться предоставленными им ст.ст. 53 и 54 УПК РСФСР правами и участвовать в судебном разбирательстве. Встречаются факты несоблюдения судами общих условий судебного разбирательства. Нарушив требования ст. 240 УПК РСФСР о непосредственности, устности и непрерывности судебного разбирательства, Йошкар-Олинский городской суд Республики Марий Эл начал 15 декабря 1994 г. разбирательство по делу в отношении Никифорова и Савельева, обвиняемых по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР, и приостановил его в связи с назначением судебно-психиатрической экспертизы, а окончательно рассмотрел дело через три месяца, не допросив во вновь начавшемся судебном заседании ни подсудимого, ни потерпевшую и не исследовав остальные доказательства, имеющие большое значение. Допускаются другие существенные нарушения уголовно-процессуального закона. В Советском районном суде г. Астрахани в судебных заседаниях по делу Пахомова, осужденного по ч. 4 ст. 224 УК РСФСР, по делу Голубева, осужденного по ст. 121 УК РСФСР, и по делу Сологубова, осужденного по п. "б", ч. 2 ст. 146 УК РСФСР, принимали участие в качестве народных заседателей лица, которые в установленном законом порядке не были избраны народными заседателями. По ряду дел нарушение уголовно-процессуального закона повлекло осуждение невиновных лиц. Не изжиты еще факты, когда вопреки требованиям ст. 69 УПК РСФСР и Конституции Российской Федерации за основу обвинительных приговоров берутся доказательства, не имеющие юридической силы. Так, Мещанский межмуниципальный суд г. Москвы в основу обвинительного приговора в отношении Сусловой (инвалида III группы, глухонемой) по ч. 2 ст. 224 УК РСФСР положил ее первоначальные показания на следствии, протоколы личного осмотра, а также изъятия наркотиков, заключения экспертов о принадлежности изъятых веществ к категории наркотических. По этому же делу по ч. 2 ст. 224 УК РСФСР осужден муж Сусловой, всегда отрицавший наличие предварительного сговора с женой о совершении преступления и утверждавший, что жена не знала о наличии в переданном им ей пакете с документами еще и наркотических средств. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отменяя состоявшиеся в отношении Сусловой судебные решения и прекращая дело за недоказанностью ее участия в совершении преступления, сослалась в определении на то, что протокол личного осмотра и акты химической экспертизы не опровергают утверждений о неосведомленности Сусловой о наличии среди переданных ей мужем документов наркотических средств. Первоначальные показания Сусловой не могли быть положены в основу вывода о ее виновности, так как получены с нарушением закона. Кроме того, ни при допросах в качестве свидетеля, ни при допросе в качестве подозреваемой в нарушение ст. 17 УПК РСФСР Сусловой не был предоставлен переводчик, хотя она просила об этом, так как испытывала затруднения при изложении ответов в письменной форме на письменные вопросы следователя. Факты необоснованного осуждения невиновных лиц неединичны. В 1996 году Судебная коллегия прекратила дела в отношении 27 осужденных, в отношении 23 из них - по реабилитирующим основаниям. Дела в отношении 16 из этих лиц рассматривались областными судами в кассационном порядке и все без исключения - в надзорном, и во всех случаях незаконные решения районных судов областными судами были признаны законными. Конечно, такое положение нельзя признать нормальным. Эти цифры свидетельствуют о том, что осуществление правосудия районными и областными судами находится не на должном уровне. Вызывает беспокойство то обстоятельство, что в последние годы число пропущенных областными судами ошибок районных судов неизменно возрастает. С каждым годом Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ прекращает по реабилитирующим основаниям все больше и больше дел: в 1994 году по этим основаниям прекращено дел в отношении 14 лиц, в 1995 году - в отношении 19 лиц и в 1996 году, как уже отмечалось, - в отношении 23 лиц. Это говорит о снижении качества рассмотрения судами дел. Нередко необоснованное осуждение невиновных лиц суды допускают в связи с ошибочной оценкой материалов дел. Например, Симоновский межмуниципальный суд г. Москвы признал Махмудова виновным по ч. 1 ст. 147 УК РСФСР в том, что он путем мошенничества приобрел право на жилую площадь Авдеевых в г. Москве. При этом суд оставил без внимания то обстоятельство, что Авдеевы не являлись ни собственниками, ни владельцами квартиры, она находилась в ведении и в собственности департамента муниципального жилья правительства Москвы. Смена нанимателей квартиры не причинила ущерба собственнику имущества. Ответственность же за хищение, одним из видов которого является мошенничество, как известно, наступает только при причинении ущерба собственнику или владельцу имущества. Таким образом, между Махмудовым и Авдеевыми имелись гражданско-правовые отношения, регулируемые жилищным законодательством. Часто суды необоснованно признают виновными лиц, добровольно сдавших огнестрельное оружие и боеприпасы. Так, вопреки примечанию к ст. 218 УК РСФСР Ленинский районный суд г. Чебоксары признал Савинова виновным по ч. 1 ст. 218 УК РСФСР за незаконное приобретение и хранение дома револьвера калибра 5,6 мм и патронов к нему, несмотря на то, что он, задержанный по подозрению в совершении другого преступления, причастность к которому впоследствии не была установлена, и не знавший о производстве у него дома обыска, сам добровольно в ГОВД сделал заявление о наличии у него дома огнестрельного оружия. Низкое качество судебного разбирательства во многих случаях приводит к неправильному применению судами материального закона, назначению виновному наказания, не соответствующего тяжести содеянного и данным о его личности. Исправляя эти ошибки, Коллегия в 1996 году изменила приговоры в отношении 210 лиц. Из них в отношении 61% лиц Коллегия изменила квалификацию содеянного. Наиболее часто изменение квалификации касалось лиц, осужденных за преступления против собственности (в отношении 58% осужденных), и лиц, осужденных за умышленные убийства и тяжкие телесные повреждения (в отношении 24% осужденных). Нередко как неправильная юридическая оценка содеянного виновными, так и необоснованное осуждение были обусловлены ошибочной оценкой материалов дела, например по делу Соловьева, осужденного Георгиевским городским судом Ставропольского края за умышленное тяжкое телесное повреждение, повлекшее смерть потерпевшего. Это преступление, как установил суд в приговоре, Соловьев совершил при следующих обстоятельствах. 19 января 1994 г. около 23 часов между хозяином домовладения Самусевым и квартиранткой Соловьевой возникла ссора, в ходе которой Самусев оскорблял Соловьеву, угрожал ей и ребенку расправой. Соловьева побежала к мужу на работу и рассказала о случившемся. Муж пришел разбираться с Самусевым. В ходе ссоры Самусев пытался ударить Соловьева топором, но Соловьев выбил топор из рук Самусева и нанес ему множественные удары по голове и телу руками и ногами, чем причинил тяжкие телесные повреждения, повлекшие смерть потерпевшего. Таким образом, суд установил, и это подтверждено всеми имеющимися в деле доказательствами, что Соловьев находился в состоянии необходимой обороны от нападения Самусева, сопряженного с угрозой применения насилия, опасного для его жизни. Однако, защищаясь от общественно опасного посягательства Самусева и нанося ему удары после того, как выбил из его рук топор и сбил с ног, Соловьев превысил пределы необходимой обороны. В связи с этим Судебная коллегия переквалифицировала его действия с ч. 2 ст. 108 УК РСФСР на ст. 111 УК РСФСР. Часто суды испытывают затруднения при отграничении тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть потерпевшего, от покушения на умышленное убийство. Так, Кировский районный суд г. Омска признал Кишечникова виновным по ст.ст. 15, 103 УК РСФСР в том, что он в ссоре умышленно с целью убийства ударил заранее приготовленным ножом в грудь Таценко, причинив ему тяжкие телесные повреждения, опасные для жизни в момент нанесения. Смерть потерпевшего не наступила лишь благодаря своевременно оказанной медицинской помощи. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор изменила и переквалифицировала содеянное осужденным со ст.ст. 15, 103 УК РСФСР на ч. 1 ст. 108 УК РСФСР в связи с тем, что покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, а районный суд фактически не признал у Кишечникова наличие такого умысла, поскольку указал в приговоре, что он, нанеся удар ножом потерпевшему в "жизненно важную часть тела" и не оказав помощь потерпевшему, должен был осознавать последствия такого удара, желая и допуская эти последствия. Есть факты, когда суды допускают ошибки при юридической оценке действий виновных только из-за невнимательности. Дорогомиловский межмуниципальный суд г. Москвы признал Травкина (ранее неоднократно судимого за различные преступления, в том числе в последний раз 11 декабря 1984 г. за кражу личного имущества граждан по ч. 2 ст. 140 УК РСФСР к трем годам лишения свободы и признанного особо опасным рецидивистом) виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 15, ч. 3 ст. 144 УК РСФСР. В кассационном порядке дело не рассматривалось. Президиум Московского городского суда изменил приговор и переквалифицировал действия Травкина на ст. 15, ч. 2 ст. 144 УК РСФСР, исключив в соответствии с новым законодательством квалифицирующий признак совершения осужденным кражи как особо опасным рецидивистом. Судебная коллегия изменила приговор и постановление президиума: переквалифицировала действия Травкина со ст. 15, ч. 2 ст. 144 УК РСФСР на ст. 15, ч. 1 ст. 144 УК РСФСР в связи с ошибочным вменением Травкину признака повторности кражи, поскольку его судимость от 11 декабря 1984 г. в соответствии со ст. 57 УК РСФСР была уже погашена. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ вносила в приговоры также изменения, не связанные с переквалификацией действий осужденных и касавшиеся разных вопросов. Например, по делу Козлова и Лапина, осужденных Павловским городским судом Нижегородской области по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР, Судебная коллегия, не изменяя квалификации содеянного осужденными, исключила квалифицирующий признак их действий - "насилие, не опасное для жизни и здоровья потерпевших", поскольку суд в приговоре установил, что они ни к кому насилия не применяли, а преступление совершили в присутствии свидетелей: 3 июля 1993 г. они с целью хищения личного имущества граждан через открытую дверь вошли в квартиру Гусева, в которой рабочие выполняли ремонтные работы, и в их присутствии открыто похитили металлическую раковину. По делу Пономарева (судимого в 1984 году за бродяжничество и ведение паразитического образа жизни по ч. 1 ст. 209 УК РСФСР), осужденного Куйбышевским районным судом г. Самары по ст. 15, ч. 2 ст. 144 УК РСФСР к лишению свободы на два года в исправительно-трудовой колонии строгого режима, Коллегия, изменив все решения, определила Пономареву отбывание наказания в исправительно-трудовой колонии общего режима в связи с тем, что его прежнее отбывание наказания в местах лишения свободы не может быть учтено, поскольку в 1991 году уголовная ответственность за бродяжничество и ведение паразитического образа жизни устранена и при определении вида исправительно-трудового учреждения его следовало считать ранее не судимым и не отбывавшим наказание в местах лишения свободы. В отношении 967 лиц Коллегия приняла по делам другие решения. В отношении большинства этих лиц приговоры приведены в соответствие с действующим законодательством. Для устранения ошибок много дел направлено на новое судебное рассмотрение в порядке ст.ст. 368, 369 УПК РСФСР или в порядке гражданского судопроизводства, отменены другие незаконные решения судов первой инстанции, в числе которых - принятые судьями в стадии подготовительных действий к судебному заседанию. Надзорная практика показывает, что определенные трудности в этой стадии у судей возникают при решении вопроса о приостановлении производства по делу. Нередко судьи руководствуются лишь ст. 231 УПК РСФСР, не принимая во внимание ст. 257 УПК РСФСР, в соответствии с которой, если подсудимый скрылся, суд приостанавливает производство в отношении этого подсудимого до его розыска и продолжает разбирательство в отношении остальных подсудимых, если раздельное разбирательство не затруднит установление истины. Судьи же, приостанавливая производство по делам в отношении всех подсудимых, или вообще не решают вопрос о возможности рассмотрения дела в отношении нескрывшихся подсудимых, или, принимая решение о невозможности раздельного рассмотрения дела, не мотивируют его. Такие ошибки допустили, в частности, Измайловский межмуниципальный суд г. Москвы по делу Семикова и других и Замоскворецкий межмуниципальный суд г. Москвы по делу Хуцишвили и Мелкадзе. В обоих случаях Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила постановления судей о приостановлении производства по делам и направила дела на новое рассмотрение со стадии подготовительных действий к судебному заседанию. Ошибки в этой стадии допускают и суды областного звена. Постановлением судьи Московского городского суда было приостановлено производство по делу Фомичева и Юнкова до окончания принудительного лечения Фомичева, который этим же постановлением был направлен на принудительное лечение в психиатрическую больницу с усиленным наблюдением. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила постановление судьи и направила дело на новое рассмотрение со стадии подготовительных действий к судебному заседанию, указав, что в нарушение требований ст. 407 УПК РСФСР, судья, не назначив дело к рассмотрению в судебном заседании, не известив прокурора, защитника, законного представителя Фомичева о времени судебного заседания, не вызвав в судебное заседание потерпевшего, свидетелей и иных лиц, вопреки требованиям ст. 408 УПК РСФСР единолично, без исследования представленных органами следствия доказательств, без разрешения вопросов, предусмотренных ст. 409 УПК РСФСР, вынес постановление о применении к Фомичеву принудительных мер медицинского характера. По уголовному делу в отношении Юнкова судья в нарушение требований ст.ст. 221-230 УПК РСФСР рассмотрел вопросы, связанные с назначением дела к слушанию. Решение о приостановлении производства по данному делу вынесено судьей при отсутствии оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 231 УПК РСФСР, на которую сослался судья. Примером частичной отмены Коллегией приговоров может быть дело Алтайского краевого суда, по которому супруги Артемовы осуждены за умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога и за другие преступления. Вопреки Закону Российской Федерации "Об индексации денежных доходов граждан" суд при определении размера причиненного потерпевшим ущерба исходил из цен, составлявших исковые требования потерпевших, определенных ими по состоянию на момент совершения преступления, а не на время разрешения иска. В связи с этим Коллегия отменила приговор в части гражданского иска и направила дело на новое рассмотрение в суд в порядке гражданского судопроизводства. В нескольких случаях Коллегия отменила приговоры в части назначенного осужденным вида режима исправительно-трудовой колонии, направив дела на новое рассмотрение в порядке ст.ст. 368, 369 УПК РСФСР. К числу таких дел относятся рассмотренные Кемеровским областным судом дело в отношении Егорова, осужденного по ч. 2 ст. 206 и ч. 2 ст. 108 УК РСФСР к лишению свободы на 12 лет, и дело в отношении Хакимова, осужденного по ч. 3 ст. 195, ст. 210, ч. 3 ст. 146 и пп. "а", "е" ст. 102 УК РСФСР к лишению свободы на 14 лет. В обоих случаях областной суд определил осужденным отбывание наказания в исправительно-трудовой колонии общего режима. Судебная коллегия отменила оба приговора в части вида режима ИТК, поскольку осужденные ранее были судимы. Характерно, что большинство уголовных дел, по которым Коллегия вынуждена была вмешиваться в решения судов первой инстанции, рассматривались судами кассационной инстанции. Однако судебные коллегии по уголовным делам областных судов не только не добились исправления ошибок при рассмотрении дел в кассационном порядке, но и сами допускали отступления от требований закона, что препятствует своевременному устранению судебных ошибок, правильному и единому применению закона нижестоящими судами. Большая часть ошибок судов кассационной инстанции обусловлена поверхностным изучением дел, некритической оценкой доказательств, игнорированием существенных доводов кассационных жалоб и протестов, а также нарушением требований ст. 332 УПК РСФСР, обязывающей суд второй инстанции проверять дело в полном объеме. В результате продолжают встречаться факты отмены законных и обоснованных обвинительных приговоров и вынесения коллегиями незаконных решений о прекращении дел. Судебная коллегия по уголовным делам Краснодарского краевого суда, рассмотрев дело в отношении Крушельницкого, осужденного Центральным районным судом г. Сочи по ч. 2 ст. 108 и ч. 2 ст. 171 УК РСФСР, отменила приговор в части осуждения его по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР и прекратила дело, ошибочно полагая, что у осужденного, являвшегося спортсменом-боксером, отсутствовал умысел на причинение тяжких телесных повреждений при нанесении потерпевшему не менее десяти сильных, профессиональных для рукопашного боя ударов ребром ладони по шее и кулаком по другим частям тела, а также ударов обутыми в ботинки ногами. Необоснованно за отсутствием состава преступления прекратила дело в кассационном порядке и судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда в отношении Житова, осужденного Апатитским городским судом по ч. 2 ст. 149 УК РСФСР. Отменяя приговор, кассационная инстанция ошибочно исходила из того, что ответственность по ч. 2 ст. 149 УК РСФСР наступает при умышленном уничтожении путем поджога чужого имущества, если этими действиями причинен значительный ущерб потерпевшему, а по этому делу потерпевшей значительный ущерб не был причинен. Однако такое решение коллегии не основано на законе, в соответствии с которым причинение значительного ущерба потерпевшему в результате умышленного уничтожения имущества является необходимым условием для привлечения лица к ответственности по ч. 1 ст. 149 УК РСФСР. Часть же вторая ст. 149 УК РСФСР предусматривает ответственность лишь за действия (а не последствия), предусмотренные ч. 1 ст. 149 УК РСФСР, но совершенные определенным способом или повлекшие другие, не предусмотренные ч. 1 последствия. Еще довольно часто суды кассационной инстанции необоснованно изменяют квалификацию содеянного осужденными. Судебная коллегия по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа изменила приговор Сургутского городского суда в отношении Бородулина и переквалифицировала его действия с ч. 2 ст. 108 УК РСФСР на ст. 106 УК РСФСР, оставив без должного внимания, что смерть потерпевшего наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, которая могла возникнуть от ударов кулаками в левую область головы. Согласно показаниям свидетелей потерпевшего бил только Бородулин, резко нанося удары кулаком в левую височную часть. От его действий потерпевший потерял сознание. Прекратив избиение, Бородулин сожалел о том, что "вообще не прибил потерпевшего". Как и районные суды, судебные коллегии иногда испытывают трудности при разграничении действий соисполнителей и других соучастников преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда изменила приговор Первомайского районного суда г. Мурманска в отношении Дуплинского и переквалифицировала его действия с ч. 3 ст. 144 УК РСФСР на ст. 17, ч. 3 ст. 144 УК РСФСР. Согласно приговору Дуплинский и другие осужденные по этому же делу лица договорились совершить кражу из квартиры Шапарь. При этом Дуплинский должен был приехать на место преступления на своей автомашине, сложить в нее похищенное и покинуть место преступления. Действуя в пределах сговора, Дуплинский для взлома двери принес две монтировки, с помощью которых дверь была взломана, и осужденные, проникнув в квартиру, похитили имущество потерпевших, причинив им значительный ущерб. Похищенные вещи Дуплинский укладывал в автомобиль, а затем участвовал в разделе краденого. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отменяя кассационное определение и направляя дело на новое кассационное рассмотрение, указала, что, переквалифицируя содеянное Дуплинским на ст. 17, ч. 3 ст. 144 УК РСФСР, кассационная инстанция ошибочно исходила из того, что он не только не проникал в жилище, но и не содействовал проникновению в него других похитителей. Между тем такой вывод судебной коллегии областного суда противоречит материалам дела. Дуплинский, действуя в пределах сговора, привез осужденных на место кражи, помог взломать двери квартиры с помощью монтировок, после кражи доставил похищенное и участников кражи в заранее обусловленное место, распоряжался похищенным. При таких обстоятельствах Дуплинский являлся соисполнителем преступления, а не пособником в его совершении. Особо следует остановиться на нарушениях судебными коллегиями требований уголовно-процессуального законодательства, которые можно разделить на две части: нарушения, встречающиеся при рассмотрении дел судами всех инстанций, и нарушения, свойственные только судам кассационной инстанции, - это нарушения норм УПК РСФСР, регламентирующих порядок кассационного рассмотрения дел. В качестве примера нарушения кассационной инстанцией общих требований УПК РСФСР можно привести решение судебной коллегии по уголовным делам Нижегородского областного суда по делу Арбузова и других, осужденных Московским районным судом г. Нижнего Новгорода. Вопреки требованиям ст. 59 УПК РСФСР в рассмотрении этого дела в кассационном порядке принимал участие судья - родственник следователя, расследовавшего данное дело. Нарушения норм УПК РСФСР, характерные для судов кассационной инстанции, заключались в том, что нередко судебные коллегии вопреки требованиям ст. 352 УПК РСФСР устанавливали и считали доказанными факты, которые не были установлены судом в приговоре или были отвергнуты им. Это иногда влекло ошибочную переквалификацию коллегиями действий осужденных. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Хакасия изменила приговор Усть-Абаканского районного суда в отношении Шашина, осужденного по ч. 1 ст. 218 и п. "б" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР, и переквалифицировала его действия с п. "б" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР на ст. 200 УК РСФСР, установив, что Шашин совершил не разбой, а самоуправство, ошибочно полагая, что он действовал в целях возмещения морального вреда и пресечения распространения про него слухов потерпевшим. Между тем судом было установлено, что ни действительного, ни предполагаемого права на имущество потерпевшего Шашин не имел. Об этом он сообщил суду. Его показания подтверждены показаниями потерпевшего, свидетелей и его матери, которой он рассказал, что завладел имуществом потерпевшего по пьянке, для чего это сделал, не знает. Судебная коллегия по уголовным делам Псковского областного суда, изменив приговор Великолукского городского суда в отношении братьев Кособудских Дмитрия и Андрея, осужденных по ч. 3 ст. 148 УК РСФСР, и переквалифицировав их действия на ст. 200 УК РСФСР, в кассационном определении не привела мотивов, по которым приговор изменен, не сформулировала конкретные обстоятельства, послужившие основанием к изменению приговора, не проанализировала и не оценила доказательства, признанные судом достоверными и положенные в основу приговора, не указала, почему эти доказательства являются недостаточными, в чем состоит ошибочность выводов суда, не дала убедительного обоснования своего решения о квалификации содеянного и не дала оценку показаниям осужденных. В связи с этим Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда направила дело на новое кассационное рассмотрение. В практике встречаются факты, когда коллегии вторично выносят определения по ранее рассмотренным ими делам. Судебная коллегия по уголовным делам Краснодарского краевого суда определением от 28 февраля 1996 г. оставила без изменения приговор Усть-Лабинского районного суда от 3 августа 1993 г. в отношении Гармашова, осужденного по ч. 2 ст. 211 УК РСФСР, и 2) Кислицина, осужденного по ст. 211 УК РСФСР. Президиум краевого суда признал это определение законным. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила указанные кассационное определение и постановление президиума краевого суда, указав, что за два с лишним года до вынесения отменяемого кассационного определения - 24 ноября 1993 г. - данное дело уже рассматривалось в кассационном порядке и приговор был оставлен без изменения. Это кассационное определение не отменялось, но было утрачено судебной коллегией по уголовным делам краевого суда (подлинник определения ошибочно был выдан одному из осужденных). Впоследствии по требованию прокурора от 31 января 1996 г. определение не было восстановлено. Вместо восстановления утраченного определения судебная коллегия вторично рассмотрела кассационные жалобы и вынесла новое кассационное определение, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и Инструкции о порядке восстановления утерянных, уничтоженных или похищенных производств по судебным делам (Циркуляр Наркомата юстиции N 9 от 9 января 1925 г.). В соответствии с пп. 6, 13 Инструкции восстановление производства по делам, по которым приговор вступил в законную силу, производится в части приговора по суду, постановившему приговор, и всем вышестоящим инстанциям предоставляется право в особо исключительных случаях признать необходимым восстановить производство по такому делу как в части, так и полностью. Приговоры, определения, постановления могут также быть восстановлены по памяти должностных лиц или состава суда. Проекты выносятся в судебное заседание с вызовом сторон, прокурора, с заслушиванием объяснений сторон и заключения прокурора. Это определение обжалуется в установленном порядке. В п. 2 Инструкции указано, что производства восстанавливаются по заявлению сторон или по требованию прокурора. 31 января 1996 г. заместитель прокурора Краснодарского края предложил председателю Краснодарского краевого суда принять меры по восстановлению кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам от 24 ноября 1993 г. Однако судебная коллегия вместо восстановления утраченного определения вторично рассмотрела дело. Не может не вызывать беспокойства, что суды как кассационной, так и надзорной инстанций принимают недостаточные меры к устранению судебных ошибок, правильному и единообразному применению законодательства при рассмотрении уголовных дел. Более того, в некоторых случаях, вводя в заблуждение нижестоящие суды, президиумы сами принимают незаконные решения. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила постановления президиумов областных судов в отношении 731 лица, в отношении 64 из них отменены решения, принятые в порядке надзора. Эти цифры говорят о необходимости повышения требовательности к качеству рассмотрения судами дел в порядке надзора. До сих пор не исключены нетерпимые факты, когда в результате формального и поверхностного отношения к проверке в порядке надзора дел президиумы прекращают дела в отношении правильно осужденных лиц, а в некоторых случаях, напротив, необоснованно отменяют оправдательные приговоры. Президиум Кемеровского областного суда необоснованно отменил приговор Кемеровского районного суда и кассационное определение в отношении Ершова, осужденного по ч. 3 ст. 211 УК РСФСР за то, что, нарушив Правила дорожного движения, создал аварийную ситуацию, в результате которой другая автомашина сбила трех женщин, смертельно травмировав их. Не убедившись в безопасности дорожного движения, водитель автобуса Ершов выехал со второстепенной проселочной дороги на проезжую часть главной дороги, по которой к перекрестку приближалась автомашина ВАЗ под управлением Савинова. Ершов перекрыл движение встречному транспорту, остановившись на середине дороги, чем ввел в заблуждение водителя ВАЗа, посчитавшего, что водитель автобуса его пропускает. Савинов с левой стороны по ходу движения стал объезжать автобус, но тот снова поехал. В результате ВАЗ столкнулся с автобусом, отчего его отбросило в левую сторону, где на обочине стояли пассажиры автобуса, и автомобиль ВАЗ под управлением Савинова совершил наезд на трех женщин, смертельно их травмировав. Несмотря на то, что сами фактические обстоятельства случившегося, подтвержденные всеми имеющимися в деле доказательствами, свидетельствуют о виновности правильно осужденного Ершова и о невиновности Савинова, президиум областного суда ошибочно отменил законные решения судов первой и второй инстанций и дело в отношении Ершова прекратил. В качестве примера необоснованной отмены президиумом законного оправдательного приговора можно привести решение президиума Московского городского суда по делу Лагуткина и Шилимина. Лагуткин и Шилимин обвинялись в халатности. Являясь должностными лицами - инспекторами дорожно-патрульной службы ГАИ, при исполнении своих служебных обязанностей, получив от граждан сообщение о нахождении в безлюдном месте в беспомощном состоянии Скворцова, которому незамедлительно требовалась медицинская помощь из-за ранения левой ноги и обильного кровотечения, они не выехали к месту происшествия, не выяснили степень тяжести травмы и общее состояние потерпевшего, не оказали Скворцову никакой помощи, не установили обстоятельства, связанные с получением травмы, не приняли мер к незамедлительной доставке пострадавшего в медицинское учреждение. Тем самым, по мнению органов предварительного следствия, они проявили халатность, в результате чего Скворцов, находясь продолжительное время на снегу в беспомощном состоянии из-за сильного кровотечения, скончался от общего переохлаждения организма. Суд первой инстанции в приговоре дал подробный анализ и оценку всем имеющимся в деле доказательствам, привел полное обоснование принятого решения. Тушинский межмуниципальный суд г. Москвы вывод об отсутствии в действиях Лагуткина и Шилимина признаков уголовно наказуемого деяния обосновал тем, что они выполнили действия, которые в соответствии с Уставом патрульно-постовой службы должны были предпринять в данной ситуации, в частности, вызвали на место происшествия скорую медицинскую помощь. Выполнение других вмененных им в вину действий не входило в круг их служебных обязанностей. Судебная коллегия отменила незаконное постановление президиума городского суда. Основания для принятия судами надзорной инстанции ошибочных решений о направлении дел на новое рассмотрение различные. Нередко президиумы необоснованно отменяют приговоры за мягкостью наказания, ссылаясь при этом на те обстоятельства, которые суды первой инстанции учитывали при назначении наказания. Такие решения, в частности, принял президиум Московского 1) городского суда по делу Ибрагимова, осужденного по ч. 1 ст. 169 УК РСФСР, и по делу Караваева и других, осужденных по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР. Иногда, считая назначенное осужденным наказание чрезмерно мягким, при новом судебном рассмотрении президиумы предлагали судам в качестве отягчающих учитывать обстоятельства, являющиеся квалифицирующими признаками. Президиум Верховного суда Республики Дагестан отменил за мягкостью наказания приговор Дербентского городского суда в отношении Мамедова, осужденного по ч. 4 ст. 224 (по признаку повторности) УК РСФСР к лишению свободы на один год шесть месяцев, в связи с тем, что суд, назначая виновному наказание, не учел, что ранее он уже привлекался к уголовной ответственности за такое же преступление. При разрешении президиумами некоторых дел встречаются факты невнимательности, а порой и грубой небрежности. Президиум Челябинского областного суда отменил приговор Пластовского городского суда в отношении Карнакова, ранее неоднократно судимого и осужденного по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР к лишению свободы на четыре года, в связи с необходимостью назначения осужденному наказания в соответствии со ст. 41 УК РСФСР, ошибочно полагая, что Карнаков совершил кражу в период отбывания наказания по предыдущему приговору. Между тем по делу установлено, что кражу осужденный совершил в ночь на 18 декабря 1993 г., а по предыдущему приговору он отбыл наказание полностью и был освобожден 15 декабря 1993 г. Некоторые дела президиумы рассматривают незаконным составом, с участием членов президиума, ранее рассматривавших дела в кассационном порядке, что недопустимо по закону. Такие ошибки, в частности, допустили президиум Астраханского областного суда при рассмотрении дела в отношении Мендковича, осужденного Трусовским районным судом г. Астрахани по ст. 106 УК РСФСР, и президиум Верховного суда Республики Башкортостан при рассмотрении дела в отношении Акатьева, осужденного Демским районным судом г. Уфы по ст. 106 УК РСФСР. Есть также случаи необоснованного направления судами надзорной инстанции дел на новое расследование. Бывает, что президиумы предлагают проверять версии, которые уже тщательно исследовались органами следствия, судами первой и кассационной инстанций и нашли отражение в судебных решениях. Президиум Алтайского краевого суда отменил приговор Центрального районного суда и кассационное определение в отношении Кизюна, осужденного по ч. 2 ст. 171 УК РСФСР. При новом расследовании дела президиум предложил проверить версии осужденного о невиновности, которые уже тщательно и всесторонне проверялись. Несмотря на показания осужденного, утверждавшего, что он не может воспроизвести обстоятельства выстрела, произведенного им в потерпевшего, президиум в постановлении указал на необходимость проведения по делу следственного эксперимента с участием осужденного для проверки одной из его версий о невиновности, не учитывая, что результаты следственного эксперимента, основанные на предположениях и неточных данных, не имеют юридической силы и не могут являться доказательствами по делу. В некоторых случаях, напротив, при наличии безусловных оснований для направления дела на новое расследование суды надзорной инстанции не делали этого или признавали незаконными такие решения нижестоящих судов. Президиум Ставропольского краевого суда отменил кассационное определение краевого суда о направлении на дополнительное расследование дела в отношении Ундаловых и Литвинова, осужденных Железноводским городским судом по ч. 2 ст. 206 УК РСФСР. Кассационная инстанция, отменяя приговор и направляя дело на дополнительное расследование, одним из оснований своего решения указала на нарушение прав Ундалова В. и Ундалова Ю. на защиту, выразившееся в отступлении от требований ст. 47 УПК РСФСР: защиту Ундаловых на стадии предварительного следствия и при его окончании (выполнение требований ст. 201 УПК РСФСР) при очевидном противоречии интересов обвиняемых осуществлял один защитник. Таким образом, в стадии предварительного следствия было нарушено право обвиняемых на защиту, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим направление дела на дополнительное расследование, а поэтому вывод президиума о том, что допущенное органами следствия отклонение от требований ст. 47 УПК РСФСР было устранено в судебном заседании, является необоснованным. Кроме того, президиум краевого суда допустил нарушение требований ст. 380 УПК РСФСР, запрещающей надзорной инстанции предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства и о преимуществах одних доказательств перед другими. Так, установив, что суд первой инстанции обоснованно сослался только на показания, данные в ходе судебного разбирательства, и отверг показания на предварительном следствии, суд надзорной инстанции вышел за пределы предоставленных ему законом полномочий и предрешил в постановлении вопрос о недостоверности одних доказательств и достоверности и преимуществе других, что повлияло на законность и обоснованность принятого надзорной инстанцией решения. Поэтому Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила постановление президиума краевого суда, признав кассационное определение законным и обоснованным. Нарушение требований ст. 380 УПК РСФСР - одна из самых распространенных ошибок судов надзорной инстанции. Редко, но есть случаи, когда суды надзорной инстанции, вопреки выводам судов первой инстанции о недоказанности обвинения, считают доказанными факты, не установленные в приговоре и опровергнутые судом. Так, президиум Верховного суда Удмуртской Республики отменил судебные решения в отношении Матюшина, оправданного Глазовским 1) городским судом по ч. 2 ст. 211 УК РСФСР на основании п. 1 ст. 5 УПК РСФСР в связи с тем, что факт управления Матюшиным личным автомобилем в состоянии алкогольного опьянения подтверждения не нашел. Президиум же установил, что Матюшин управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, и прекратил в отношении него дело на основании п. 2 ст. 5 УПК РСФСР в связи с исключением из УК РСФСР 1) ст. 211 УК РСФСР. В некоторых случаях нарушение судами надзорной инстанции требований ст. 380 УПК РСФСР проявляется в применении к осужденным закона о более тяжком преступлении. Президиум Верховного суда Республики Северная Осетия - Алания изменил приговор Моздокского районного суда в отношении Горцовской, осужденной по ч. 1 ст. 224 и ч. 2 ст. 224 УК РСФСР, и исключил из него осуждение Горцовской по ч. 1 ст. 224 УК РСФСР, посчитав ч. 1 ст. 224 УК РСФСР излишне вмененной, в то время как незаконное приобретение и хранение с целью сбыта наркотических средств осужденная совершила дважды - 5 и 10 мая 1994 г. По первому эпизоду обвинения органы следствия вменили ей совершение преступления без признака повторности - по ч. 1 ст. 224 УК РСФСР, а по второму эпизоду - по признаку повторности (ч. 2 ст. 224 УК РСФСР). Таким образом, президиум фактически переквалифицировал действия осужденной с ч. 1 на ч. 2 ст. 224 УК РСФСР, применив закон о более тяжком преступлении. Иногда, применяя закон о менее тяжком преступлении, суды надзорной инстанции назначают более строгое наказание. Президиум Ставропольского краевого суда изменил приговор Буденновского городского суда и кассационное определение в отношении Кузьмичева, осужденного по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР к лишению свободы на пять лет без конфискации имущества, и, переквалифицировав его действия на ч. 2 ст. 144 УК РСФСР, назначил по этой статье лишение свободы на пять лет с конфискацией имущества. Допускаемые нарушения ст. 380 УПК РСФСР касаются и меры наказания. Президиум Ивановского областного суда отменил за мягкостью наказания судебные решения по делу Дерендяевой, осужденной 1) Ленинским районным судом г. Иванова по ст. 175 и ч. 3 ст. 147 УК РСФСР к лишению свободы на пять лет с конфискацией имущества условно с испытательным сроком на основании ст. 44 УК РСФСР в течение пяти лет. При этом президиум указал в постановлении на необоснованное применение судом первой инстанции ст. 44 УК РСФСР и необходимость ужесточения наказания. Отмеченные нарушения закона обусловлены недостаточной личной ответственностью судей за порученное им дело. Вышестоящие суды не проявляют должной внимательности при рассмотрении дел в кассационном и надзорном порядке. Это вынуждает граждан для устранения очевидных пробелов предварительного следствия, неправильного применения материальных или процессуальных норм закона проходить через все существующие судебные инстанции вплоть до Верховного Суда Российской Федерации. Мириться с таким положением нельзя, поэтому судам всех инстанций следует принять необходимые меры для обеспечения должного уровня осуществления правосудия. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПОСТОЯННОГО КОМИТЕТА ПО КОНТРОЛЮ НАРКОТИКОВ О РАЗМЕРАХ НЕЗАКОННОЙ КУЛЬТИВАЦИИ РАСТЕНИЙ, ОТНЕСЕННЫХ К НАРКОТИЧЕСКИМ СРЕДСТВАМ Уважаемые читатели! Продолжаем публиковать необходимые для рассмотрения судами дел о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, заключения Постоянного комитета по контролю наркотиков при Министерстве здравоохранения Российской Федерации, в частности заключение этого Комитета о крупных размерах незаконного культивирования запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПОСТОЯННОГО КОМИТЕТА ПО КОНТРОЛЮ НАРКОТИКОВ О РАЗМЕРАХ НЕЗАКОННОЙ КУЛЬТИВАЦИИ РАСТЕНИЙ, ОТНЕСЕННЫХ К НАРКОТИЧЕСКИМ СРЕДСТВАМ (Утверждено на заседании Комитета 16 июля 1997 г., протокол N 5/59-97) --------------------------------------------------------------- Наименование растений ¦ Крупные размеры и их правовая характеристика ¦ (независимо от фазы ¦ развития растения) --------------------------------------------------------------- I. Растения, не произрастающие на территории России в связи с особенностями климатических условий и запрещенные для культивации на территории России: 1. Кокаиновый лист Одно растение 2. Кат Одно растение П р и м е ч а н и е. Культивация вышеуказанных растений опасна не только с точки зрения использования как наркотического средства в незаконном обороте, но и как противоправное действие, создающее в России новую опасную, не свойственную для нее проблему незаконной культивации кокаинового куста и ката. II. Растения, отнесенные к наркотическим средствам, произрастающие на территории России, но запрещенные для культивации или требующие на то специального разрешения: От 20 растений 1. Опийный мак, масличный и другие сорта мака. От 15 растений 2. Конопля индийская, южночуйская, южно-архонская, краснодарская, среднерусская и др. III. Заросли дикорастущей конопли и От 50 растений многолетнего мака, за которыми установлен незаконный уход с целью обеспечения их произрастания. Председатель Постоянного комитета по контролю наркотиков, доктор медицинских наук, профессор, академик Э.А.БАБАЯН Главный ученый секретарь Е.А.ЩЕРБАКОВА Указатель судебной практики УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ +-----------------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------------------¦ ¦ 020.050.020 ¦ Льготы по освобождению от налогов ¦ ¦ 090.030.040 ¦ работников приватизируемого предприятия - ¦ ¦ Опред. СК ¦ акционеров не распространяются на случаи ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ последующей реализации ими акций ¦ ¦ от 11.07.97 ¦ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 1 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 020.060.210 ¦ Судебные постановления по иску о ¦ ¦ 370.030.000 ¦ возмещении вреда, причиненного здоровью ¦ ¦ Опред. СК ¦ при исполнении обязанностей в период ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ службы в органах милиции, отменены как ¦ ¦ от 27.12.96 ¦ вынесенные в нарушение норм материального ¦ ¦ Бюллетень ¦ и процессуального права ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 2 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 020.060.030 ¦ Решение суда о признании договора ¦ ¦ 389.020.000 ¦ купли-продажи действительным отменено как ¦ ¦ Опред. СК ¦ вынесенное с нарушением норм материальном ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ и процессуального права ¦ ¦ от 21.07.97 ¦ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 4 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 170.030.000 ¦ Решение суда о признании права на жилую ¦ ¦ 170.050.000 ¦ площадь и выдаче ордера отменено как ¦ ¦ Опред. СК ¦ постановленное в нарушение норм ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ материального и процессуального закона ¦ ¦ от 7.12.97 ¦ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 4 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 030.050.000 ¦ Судебные постановления по спору о ¦ ¦ Опред. СК ¦ взыскании задолженности по алиментам ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ отменены как вынесенные в нарушение ¦ ¦ от 6.06.97 ¦ требований ч. 4 ст. 113 Семейного кодекса ¦ ¦ Бюллетень ¦ РФ и ст. 14 ГПК РСФСР, и дело направлено ¦ ¦ Верх. Суда ¦ на новое рассмотрение ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 5 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 040.020.000 ¦ Жалобы граждан Российской Федерации, ¦ ¦ Опред. СК ¦ постоянно проживающих за ее пределами, на ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ действия должностных лиц дипломатических ¦ ¦ от 20.06.97 ¦ представительств и консульских учреждений ¦ ¦ Бюллетень ¦ Российской Федерации подлежат рассмотрению ¦ ¦ Верх. Суда ¦ применительно к ст. 47 Закона Российской ¦ ¦ Российской ¦ Федерации "О гражданстве Российской ¦ ¦ Федерации, ¦ Федерации" в Московском городском суде ¦ ¦ 1997, N 11, с. 6 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.010.030 ¦ В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при ¦ ¦ 390.020.100 ¦ назначении наказания учитываются характер ¦ ¦ Опред. СК ¦ и степень общественной опасности ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ преступления и личность виновного, в том ¦ ¦ от 16.04.97 ¦ числе обстоятельства, смягчающие и ¦ ¦ Бюллетень ¦ отягчающие наказание, а также влияние ¦ ¦ Верх. Суда ¦ назначенного наказания на исправление ¦ ¦ Российской ¦ осужденного и на условия жизни его семьи ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 7 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.010.030 ¦ При постановлении приговора суд не вправе ¦ ¦ Опред. СК ¦ учитывать в качестве отягчающих наказание ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ обстоятельства, не указанные в ст. 63 УК ¦ ¦ от 12.03.97 ¦ РФ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 8 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.030 ¦ Кассационное определение о ¦ ¦ 400.010.000 ¦ переквалификации преступления с п. "г" ст. ¦ ¦ Пост. Презид. ¦ 102 УК РСФСР на ст. 103 УК РСФСР отменено ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ как вынесенное без должного исследования и ¦ ¦ от 4.06.97 ¦ оценки всех обстоятельств по делу ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 8 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.020 ¦ Уголовная ответственность за кражу чужого ¦ ¦ Опред. СК ¦ имущества наступает независимо от ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ стоимости (размера) похищенного ¦ ¦ от 19.03.97 ¦ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 9 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.010.010 ¦ Уголовным кодексом Российской Федерации, ¦ ¦ Опред. СК ¦ введенным в действие с 1 января 1997 г., ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ не установлена уголовная ответственность ¦ ¦ от 10.04.97 ¦ за совершение сделок с иностранной валютой ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 10 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.080 ¦ Оскорбление судьи в связи с его ¦ ¦ Опред. СК ¦ деятельностью по осуществлению правосудия ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ 2) ¦ ¦ от 5.06.97 ¦ квалифицировано по ст. 176 УК РСФСР ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 10 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.080 ¦ Лицо, причинившее легкие телесные ¦ ¦ 390.010.010 ¦ повреждения судебному исполнителю в связи ¦ ¦ Опред. СК ¦ с его служебной деятельностью, осуждено по ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ 3) ¦ ¦ от 24.04.97 ¦ ч. 2 ст. 176 УК РСФСР. Уголовный закон, ¦ ¦ Бюллетень ¦ ухудшающий положение лица, обратной силы ¦ ¦ Верх. Суда ¦ не имеет ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 11 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.060.000 ¦ Оправдательный приговор признан ¦ ¦ Опред. СК ¦ обоснованным. Суд надзорной инстанции не ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ вправе устанавливать или считать ¦ ¦ от 2.04.97 ¦ доказанными факты, которые не были ¦ ¦ Бюллетень ¦ установлены в приговоре или отвергнуты им ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 11 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.010.020 ¦ Непредъявление обвиняемому текста (в ¦ ¦ 400.020.000 ¦ окончательной редакции) постановления о ¦ ¦ Опред. СК ¦ привлечении его в качестве обвиняемого ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ признано существенным нарушением ¦ ¦ от 13.05.97 ¦ уголовно-процессуального закона ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 12 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.020.000 ¦ Нарушение требований ст. 151 УПК РСФСР к ¦ ¦ Опред. СК ¦ составлению протокола допроса обвиняемого ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ с участием переводчика повлекло ¦ ¦ от 14.05.97 ¦ направление дела на дополнительное ¦ ¦ Бюллетень ¦ расследование ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 13 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.010.030 ¦ Санкция ч. 1 ст. 171 УК РСФСР не ¦ ¦ 390.020.070 ¦ предусматривает такого вида наказания, как ¦ ¦ Пост. презид. ¦ увольнение из органов внутренних дел ¦ ¦ Верх. суда ¦ ¦ ¦ Респуб. ¦ ¦ ¦ Дагестан ¦ ¦ ¦ от 20.03.97 ¦ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 13 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.010.020 ¦ Нарушение гарантированных законом прав ¦ ¦ Пост. презид. ¦ потерпевшего и его представителя (ст.ст. ¦ ¦ Владимирск. ¦ 53, 56 УПК РСФСР) признано существенным, ¦ ¦ обл. суда ¦ повлекшим отмену приговора ¦ ¦ от 13.06.97 ¦ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 14 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.080 ¦ Обвинительный приговор не может быть ¦ ¦ 400.010.000 ¦ основан на предположениях ¦ ¦ Пост. презид. ¦ ¦ ¦ Пермского обл. ¦ ¦ ¦ суда ¦ ¦ ¦ от 27.06.97 ¦ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 11, с. 14 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.060.000 ¦ Обзор судебной практики Верховного Суда ¦ ¦ Обзор суд. ¦ Российской Федерации по рассмотрению ¦ ¦ практики ¦ уголовных дел в порядке надзора ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997, N 1, с. 15 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.100 ¦ Заключение Постоянного комитета по ¦ ¦ Постоянный ¦ контролю наркотиков о размерах незаконной ¦ ¦ комитет ¦ культивации растений, отнесенных к ¦ ¦ по контролю ¦ наркотическим средствам ¦ ¦ наркотиков ¦ ¦ ¦ 16 июля 1997 г. ¦ ¦ ¦ (протокол ¦ ¦ ¦ N 5/59-97) ¦ ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, ¦ ¦ ¦ 1997 N 11, с. 24 ¦ ¦ +-----------------------------------------------------------------+