01.09.1999
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 9 1999 года Опубликовано: 01.09.1999 Постановления Пленума О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ НАЗНАЧЕНИЯ СУДАМИ УГОЛОВНОГО НАКАЗАНИЯ О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ НАЗНАЧЕНИЯ СУДАМИ УГОЛОВНОГО НАКАЗАНИЯ В послании Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации "Россия на рубеже реформ" отмечается, что обеспечение правопорядка, борьба с преступностью и коррупцией являются важнейшей политической задачей. От того, насколько успешно государство сможет противостоять криминальному натиску, зависит безопасность общества, судьба демократических преобразований в России. Естественно, решать задачи по укреплению законности и правопорядка в стране суды могут лишь в пределах конституционных полномочий и только в определенных для них законом рамках. Рассмотрение дел в установленные сроки, объективное и беспристрастное судебное разбирательство, исключающее осуждение лиц, виновность которых не доказана, и, наконец, назначение справедливого наказания лицам, виновным в совершении преступления, - все это тот реальный вклад судов в дело укрепления законности и правопорядка, который ждет от нас общество. В новом Уголовном кодексе Российской Федерации изменилась идеологическая сущность концепции уголовного законодательства, базирующегося на качественно иных, чем ранее, ценностных ориентирах и идейных установках, что обусловлено переходом к демократическому правовому обществу, где задачи уголовного права в корне меняются. В центре оказывается человек, защита его жизни, здоровья, свободы, чести и достоинства, охрана его собственности. В новом Уголовном кодексе последовательно реализовывались две общемировые тенденции развития уголовного права: смягчение ответственности за преступления, не представляющие большой общественной опасности и совершенные впервые, с одновременным ужесточением наказания за наиболее опасные и распространенные преступления, а также в отношении рецидива преступлений. Уголовный кодекс 1996 года содержит ряд новых положений, которыми должны руководствоваться суды при решении вопроса о назначении наказания. В отличии от ранее действовавшего уголовного закона в УК РФ несколько сужены рамки судебного усмотрения при назначении наказания. Но это не умаляет роль суда при решении вопроса о назначении наказания, а повышает ответственность судей за строгое применение норм Общей части Уголовного кодекса как дополнительной гарантии назначения законного и справедливого наказания лицам, признанным виновными в совершении преступления. Необходимо отметить, что восстановление социальной справедливости (ст. 43 УК РФ) как цели уголовного наказания впервые определено в нашем национальном уголовном законодательстве. Профессор А.В.Наумов справедливо отметает, что "правовое отражение справедливости (а уголовно-правовое - тем более) не ограничивается ее экономическим содержанием. Право фиксирует определенный уровень прав и обязанностей человека. Нарушение их, 1 т. е. нарушение права, всегда есть нарушение справедливости" . Разумеется, не все нарушенные преступлением права и свободы человека могут быть восстановлены с помощью репрессивного потенциала. Если имущественные уголовно-правовые санкции (штраф, конфискация имущества) носят восстановительный характер, то восстановление социальной справедливости в связи с совершением, например, посягательств на жизнь и здоровье человека не может привести к восстановлению фактически утраченной жизни потерпевшего, утраты здоровья и т. п. Вместе с тем восстановление социальной справедливости, заложенное в его уголовном наказании и связанное с его карательным содержанием, не означает, что наказание преследует цель кары по отношению к преступнику. Наказание, даже самое суровое, применяется не для того, чтобы причинить осужденному моральные и физические страдания. Поэтому судам надо это учитывать, решая вопрос о целесообразности избрания лишения свободы и его продолжительности с точки зрения исправления осужденного. Но, как показывает анализ статистических данных, эффективность частной превенции низкая. Об этом может свидетельствовать статистика рецидива преступлений: в 1997 г. - 33,3%, в 1998 г. - 34,3%. Не сокращается число лиц с неснятой и непогашенной судимостью и вновь совершивших преступление (21,5%-21,9% за указанный период). Говоря о цели предупреждения совершения преступлений, нельзя считать, что главным средством борьбы с преступностью является уголовное наказание. Однако вынесенное судом наказание прерывает преступную деятельность лиц и воздействует на определенную часть людей, заставляя их под страхом уголовного наказания не совершать уголовно наказуемых деяний. В УК РФ предусмотрен более дифференцированный подход к назначению уголовного наказания, которое является самой строгой мерой государственного принуждения. Со времени введения в действие УК РФ у судов возник ряд вопросов при его применении. Пленум Верховного Суда РФ, придавая исключительно большое значение правильному назначению наказания, обсудил судебную практику по этому вопросу. В принятом постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 40 от 11 июня 1999 г. "О практике назначения судами уголовного наказания" особое внимание обращено на исполнение требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению судами уголовного наказания. Подчеркнуто, что несправедливое наказание вследствие суровости или мягкости не способствует решению задач и осуществлению целей, указанных в ст.ст. 2 и 43 УК РФ. Эти рекомендации согласуются с ранее принятыми постановлениями Пленума Верховного Суда РФ (пп. 1 и 2). Как показали обобщения судебной практики, проведенные Верховными судами республик, областными и краевыми судами, суды назначают осужденным в основном справедливое наказание. Но не обходится и без ошибок. Так, Канышевским районным судом Чувашской Республики в июне 1998 г. М. был осужден по пп. "а" и "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к трем годам лишения свободы за кражу пяти мешков зернофуража на 167 руб. в соучастии с другим осужденным по этому делу. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Чувашской Республики приговор в отношении М. обоснованно изменила, установив лишение свободы условно. В определении кассационная коллегия наряду с другими смягчающими обстоятельствами учла и то, что осужденный имеет на иждивении грудного ребенка. Изучение практики назначения наказания выявило негативные тенденции в структуре судимости. От числа всех осужденных лица, осужденные за совершение преступлений средней тяжести, в 1998 году составили 23,2% (в 1997 году - 21,0%), больше половины (52,9%) осуждено за совершение тяжких преступлений. Число лиц, совершивших особо тяжкие преступления, возросло с 4,4% в 1997 году до 5,9% в прошлом году. В группе совершили преступления 40,8% осужденных, число лиц, совершивших преступление в составе организованной группы, увеличилось на 22,4%. Число осужденных несовершеннолетних возросло на 15,6%, а их удельный вес ко всем осужденным - с 11,7% до 12,4%. Принятая в новом УК РФ система назначения наказаний ориентирована на то, чтобы более суровые из них могли применяться только в случаях, когда исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений невозможно при применении более мягких видов наказания. На это указывается в ч. 1 ст. 60 УК РФ. В целом соответствует этому принципу и судебная практика последнего времени. К лишению свободы было осуждено: в 1995 году - 34,5% лиц, в 1996 году - 33,6%, в 1997 году - 32,7% и в 1998 году - 32,3%. За совершение отдельных категорий преступлений среди назначаемых видов наказания удельный вес лишения свободы выше: за преступления против жизни и здоровья (ст.ст. 105-125 УК РФ) - 41,8%; убийство - 96,4%; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью - 69,6%; изнасилование - 81,9%. В 1998 году за совершение убийств при отягчающих обстоятельствах к смертной казни осуждено 116 человек, к пожизненному лишению свободы - 55 человек. Решение о назначении наказания должно быть продуманным, взвешенным, чтобы у граждан не создавалось впечатление безнаказанности правонарушителей, не обострялось чувство социальной незащищенности от преступных посягательств. Как свидетельствует судебная практика, суды порой лишены возможности избрать подсудимым справедливое наказание, поскольку многие из них не работают из-за безработицы, а назначение штрафа нереально из-за невыплат зарплаты. В последнее время увеличивается число совершивших преступления лиц, которые, будучи трудоспособными, не работали и не учились: в первом полугодии 1997 г. - 466,0 тыс. (45,3%), в 1998 г. - 510,3 тыс. (47,8%). Рост их числа составил 2,5%. Весьма незначительное число лиц осуждается к исправительным работам (1997 г. - 6,9%, 1998 г. - 5%), к штрафу (1997 г. - 7,9%, 1998 г. - 5,4%). Свыше половины осужденным назначается наказание условно (в 1997 г. - 52,2%, 1998 г. - 51,4%). Обращает на себя внимание, что суды практически не назначают подсудимым, где есть к тому основания, дополнительные наказания. В прошлом году, например, дополнительные наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью применены к 2414 осужденным (0,2% от числа всех осужденных), назначен штраф - 4404 осужденным (0,4%), применена конфискация имущества - 14 314 осужденным (2,8%). Красноярский краевой суд сообщает, что ввиду ограничения возможностей реального исполнения материальных санкций назначение исправительных работ снизилось в 1998 году в сравнении с предшествующим годом с 8,7% до 4,2%, штрафа - с 5,5% до 3,1%. Ярославский областной суд отмечает в обзоре, что судами области штраф назначается к 1% осужденных, исправительные работы - к 1,5%. Неполное введение в действие всех видов наказаний, предусмотренных ст. 44 УК РФ, не позволяет полностью реализовать изложенный в ст. 60 УК РФ принцип приоритета более мягких видов наказаний, чем лишение свободы. Статистические данные о назначении этих видов наказаний за отдельные категории преступлений показывают, что резервы для их применения есть. Например, в прошлом году 31,7% лиц, осужденных за умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115 УК РФ) и побои (ст. 116 УК РФ), назначены исправительные работы, а штраф - 35,6%; 12,2% осужденных за кражу (ч. 1 ст. 158 УК РФ) - исправительные работы, штраф - 12,4%; 17,1% - за хулиганство (ч. 1 ст. 213 УК РФ) - исправительные работы. Имеющиеся материалы позволяют установить типичные ошибки судов при выполнении требований гл. 10 УК РФ. Отдельные суды при вынесении приговоров шаблонно, механически перечисляют требуемые ст. 60 УК РФ критерии для обоснования назначения наказания как якобы учтенные судом. Например, в некоторых приговорах содержатся ссылки на "тяжесть содеянного" либо на то, что "преступление было совершено на почве семейных неурядиц", либо дается ничего не объясняющая формулировка о том, что наказание назначено с учетом конкретных обстоятельств дела, а также смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств. Понятно, что такой подход судов к назначению наказания неприемлем не только потому, что он противоречит ряду действовавших постановлений Пленума Верховного Суда РФ. В условиях применения Уголовного кодекса РФ такие приговоры подлежат отмене или изменению, поскольку они должны соответствовать Общей части этого Кодекса, содержащей положения, регулирующие назначение наказания осужденным. К ним относятся установление судом смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, наличие рецидива и т. д. Все это с учетом правильной квалификации содеянного влияет на назначение справедливого наказания, так как в Общей части нового Кодекса установлены в определенных случаях иные, чем в санкциях соответствующих статей Особенной части, минимальные и максимальные сроки и размеры видов наказаний. Вот один из примеров. Глазовский городской суд Удмуртской Республики при постановлении приговора в октябре 1998 г. в отношении Б. и Ю., признанных виновными в изнасиловании несовершеннолетней и совершении насильственных действий сексуального характера, указал, что при назначении вида и размера наказания принимает во внимание данные, характеризующие личности подсудимых. Из этой мотивировки невозможно сделать вывод, какие конкретно сведения о личности осужденных суд учел, являются ли имеющиеся характеристики положительными или отрицательными. По этим и иным основаниям определением судебной-коллегии по уголовным делам Верховного суда Удмуртской Республики приговор был отменен и дело направлено на новое судебное рассмотрение. Много споров возникло при применении содержащейся в ч. 3 ст. 60 УК РФ правовой новеллы. Суть ее заключается в том, что при назначении наказания необходимо учитывать, какое влияние окажет назначенное наказание не только на исправление осужденного, но и на условия жизни его семьи. Эта норма воспринимается судами неодинаково. Так, Читинский областной суд, так же как и ряд других судов, считает соответствующими требованиям ч. 3 ст. 60 УК РФ решения судов о признании обстоятельств, связанных с недостойным поведением осужденных в семье, как основание для применения более строгого вида наказания при альтернативных санкциях соответствующих статей Особенной части УК РФ. Вместе с тем некоторые суды учитывали при назначении наказания лишь обстоятельства, дающие основание для его смягчения, которые связаны с наличием у осужденного на иждивении несовершеннолетних детей и других членов семьи, нуждающихся в постоянной помощи, и т. п. Пленум поддержал практику большинства судов. Она не противоречит ч. 3 ст. 60 УК РФ, поскольку установленные по делу обстоятельства, свидетельствующие о недостойном поведении обвиняемого в семье, отнесены законом к личностным характеристикам и должны учитываться судом при назначении наказания (п. 3). В судебной практике возникли неясности по применению ст.ст. 61, 62 и 63 УК РФ. В частности, что следует понимать под явкой с повинной как обстоятельством, смягчающим наказание. Одни суды считают, что явка с повинной, не оформленная соответствующим протоколом, как предусмотрено в ст. 111 УПК РСФСР, не может быть признана как таковая. Другие под явкой с повинной понимают обращение лица в правоохранительные органы с письменным или устным заявлением о совершенном им преступлении. Одни суды стоят на позиции, что обязательным условием явки с повинной как обстоятельства, смягчающего наказание, должна являться предшествующая неочевидность для правоохранительных органов участия данного лица в преступлении. Поэтому задержание лица с поличным на месте преступления не может признаваться явкой с повинной даже при наличии письменного оформления. Так, Рязанский областной суд обоснованно не признал в действиях X., осужденного за убийство при отягчающих обстоятельствах, явку с повинной, мотивируя это тем, что он написал заявление о признании своей вины после того, как его задержали по подозрению в совершении именно данного преступления, обстоятельства которого следствию были известны. Другие суды иначе расценивают обстоятельства, связанные с понятием "явка с повинной". Например, Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда по протесту прокурора обоснованно отменила приговор Серпуховского городского суда в отношении К. за мягкостью назначенного судом наказания. Он был осужден за разбой по пп. "а" и "в" ч. 2 ст. 162 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к четырем годам лишения свободы. Суд при назначении этого наказания сослался на явку К. с повинной. Однако, как видно из дела, К. в течение года скрывался, его арест и так называемая "явка с повинной" датированы одним числом. Суд же не выяснил, что было раньше - арест или явка с повинной в правоохранительные органы. Кроме того, в документе, оформленном как явка с повинной, задержанный излагал другие обстоятельства совершенного преступления, чем те, которые были установлены в суде и отражены в приговоре. Что же касается письменных заявлений лиц с признанием своего участия в преступлении и указанием обстоятельств его совершения, изобличением других соучастников, выдачей вещественных доказательств и похищенного, то они должны расцениваться не как явка с повинной, а как активное способствование раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления. Такие обстоятельства, смягчающие наказание, в каждом конкретном случае должны быть исследованы судом, а их признание таковыми - мотивировано в приговоре. У судов возник также вопрос, как быть в случаях, когда явка с повинной заявлена лицом в отношении лишь одного из нескольких совершенных им преступлений. Должно ли это обстоятельство, смягчающее наказание, учитываться при назначении наказания по совокупности преступлений либо только при назначении наказания за преступление, по поводу которого имела место явка с повинной. Пленум Верховного Суда РФ поддержал вторую точку зрения. Она согласуется со ст. 17 УК РФ, предусматривающей, что при совокупности преступлений лицо несет уголовную ответственность за каждое совершенное преступление по соответствующей статье или части статьи Уголовного кодекса (п. 4 постановления Пленума). До последнего времени у судов была разная позиция по применению ст. 62 УК РФ. Как отметил в обзоре судебной практики Краснодарский краевой суд, судами края применяются правила назначения наказания, предусмотренные ст. 62 УК РФ, как по совокупности смягчающих обстоятельств, указанных в пп. "и" и "к" ст. 61 УК РФ, так и при наличии одного из них. Пензенский областной суд придерживается иной точки зрения, полагая, что правила, изложенные в ст. 62 УК РФ, могут применяться судами в тех случаях, когда одновременно имеется хотя бы по одному обстоятельству, предусмотренному в пп. "и" и "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ. При обсуждении этой проблемы участники Пленума Верховного Суда РФ исходили из позиции более широкого применения ст. 62 УК РФ, так как она отвечает заложенным в Уголовном кодексе принципам гуманизма и справедливости при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления. Из этих принципиальных положений исходит в своей практике Президиум Верховного Суда РФ. Верховным судом Республики Башкортостан 15 ноября 1996 г. Я. осужден по пп. "б" и "г" ст. 102 УК РСФСР к 13 годам лишения свободы. Как видно из приговора, суд при назначении наказания учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, явку с повинной и занятие общественно полезным трудом, а также положительную характеристику виновного. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос о смягчении наказания осужденному до 11 лет и 3 месяцев лишения свободы. Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил протест и в постановлении от 6 августа 1997 г. указал, что в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ явка с повинной признается обстоятельством, смягчающим наказание, и, как определено в ст. 62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и при отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Изучение судебной практики выявило ошибки в применении судами ст. 63 УК РФ. Положения этой статьи изложены предельно четко и, казалось бы, не может быть неясностей в их применении. Между тем в Новосибирской области имеются еще случаи расширительного толкования судами отягчающих обстоятельств, таковыми необоснованно признаются: совершение преступления в состоянии опьянения, непризнание осужденным своей вины, непринятие лицом мер к возмещению материального ущерба. Подобные ошибки выявил при обобщении судебной практики и Астраханский областной суд. Отдельными судами вопреки ч. 2 ст. 63 УК РФ повторно учитываются как отягчающие наказание обстоятельства и такие, которые предусмотрены в качестве признака преступления. Так, приговором Кировского районного суда Новосибирской области В. был осужден по п. "в" ч. 3 ст. 111 УК РФ. Хотя неоднократность является признаком данного состава преступления, суд в нарушение закона при назначении наказания В. необоснованно учел в качестве отягчающего обстоятельства его предыдущую судимость по ч. 1 ст. 108 УК РСФСР. Судебная коллегия Новосибирского областного суда из приговора исключила это указание суда. Приведенные примеры свидетельствуют о необходимости повышения качества осуществления правосудия, своевременного исправления судебных ошибок, повышения уровня кассационного и надзорного судопроизводства. Учитывая, что установление обстоятельств, отягчающих наказание, имеет существенное значение для правильного решения вопроса о назначении виновному лицу наказания, а также имея в виду, что в определенных случаях их наличие препятствует, например, применению ст. 62 УК РФ, судам рекомендовано всесторонне исследовать материалы дела, свидетельствующие о наличии обстоятельств, отягчающих наказание, с обязательным приведением в приговоре принятого решения (п. 6 постановления Пленума). В связи с тем, что совершение преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения, в перечень обстоятельств, отягчающих наказание, УК РФ не включено, а в ст. 23 УК РФ говорится лишь о том, что лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ, подлежит уголовной ответственности, у судов возник вопрос, могут ли они учитывать указанные обстоятельства при назначении такому лицу наказания. Пленум дает положительный ответ, исходя из положений ч. 3 ст. 60 УК РФ о том, что указанные обстоятельства могут учитываться судом при оценке данных, характеризующих личность виновного. В УК РФ включено ранее неизвестное положение о рецидиве преступлений (ст. 18). Естественно, применение этой нормы у судов породило много вопросов. Так, судами Смоленской области допускаются ошибки при определении вида рецидива. Особенно часто они связаны с тем, что неправильно учитываются судимости за преступления, совершенные в возрасте до восемнадцати лет, и судимости, которые должны считаться погашенными в силу ст. 86 УК РФ. Пленум в принятом постановлении обратил внимание судов на необходимость в соответствии со ст. 86 УК РФ по каждому делу исследовать материалы, свидетельствующие о наличии непогашенных или неснятых судимостей за умышленные преступления, на основании которых и должен быть решен вопрос о наличии или отсутствии рецидива преступлений. Суды обязаны учитывать, что в силу ч. 4 ст. 18 УК РФ судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до восемнадцати лет, не учитываются при признании рецидива преступления. При этом не имеет значения, являлось ли оконченным преступление, за которое лицо осуждается по последнему приговору либо было осуждено ранее, а также являлось ли оно исполнителем или соучастником любого из этих преступлений (п. 7 постановления Пленума). Пленумом даны разъяснения о применении ст. 64 УК РФ. Ее диспозиция по сравнению со ст. 43 УК РСФСР несколько расширена. Но это в целом не повлияло на правоприменительную практику судов. Исключительность смягчающих обстоятельств закон связывает с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления. Причем суд должен прийти к выводу о том, что какое-либо отдельное исключительное обстоятельство или совокупность исключительных обстоятельств существенно уменьшают степень общественной опасности совершенного преступления. Однако суды не всегда мотивируют в приговоре принятое решение, весьма редки случаи признания ими исключительными отдельных смягчающих обстоятельств, хотя закон позволяет это делать (ч. 2 ст. 64 УК РФ). Как свидетельствует судебная статистика, в последние годы суды стали шире использовать закон при назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено за конкретное преступление. Так, в 1990 году от общего числа осужденных к лишению свободы суды назначили более мягкое наказание 2,9% лиц, в 1996 году - 7,2%, в 1997 г. - 8,4% и в 1998 г. - 8,2%. В отдельных регионах страны случаи применения ст. 64 УК РФ крайне редки. Тульский областной суд объясняет такое положение тем, что суды области с учетом смягчающих обстоятельств назначают условное осуждение, не "решаясь" назначить более мягкий вид наказания (исправительные работы или штраф), полагая, что исполнить наказание в виде исправительных работ будет сложно, а штраф с учетом материального положения ряда осужденных вообще не может быть выплачен. Изучение поступивших обзоров судебной практики показывает, что основную ошибку при назначении наказания с применением ст. 64 УК РФ суды допускают при определении минимального срока или размера наказания, предусмотренного соответствующими статьями Общей части УК РФ. Так, приговором Октябрьского районного суда г. Новороссийска З. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к двум месяцам лишения свободы, что противоречит ст. 56 УК РФ. Такие же ошибки допускаются судами и при назначении штрафа, минимальный размер которого в силу ст. 46 УК РФ не может быть ниже 25 минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух недель до одного года. Например, приговором Абинского районного суда Краснодарского края С. осужден по ч. 3 ст. 327 УК РФ за использование заведомо подложного документа с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 200 руб., что ниже минимального установленного законом размера штрафа. У судов возник вопрос, возможно ли назначение наказания с применением ст. 64 УК РФ в виде реального лишения свободы (например, по ч. 2 ст. 158 УК РФ), однако ниже установленного законом для данного преступления нижнего предела этого вида наказания - один год лишения свободы? Вот один из примеров. Приговором Ленинского районного суда г. Саратова от 2 октября 1998 г. X. и Ш. осуждены по пп. "а", "в" и "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ за хищение из квартиры имущества на общую сумму 8270 руб. Ш. было назначено наказание в виде одного года лишения свободы, тогда как в санкции ч. 2 этой статьи УК содержится альтернативное наказание в виде штрафа, а лишение свободы предусматривает ее нижний предел - два года лишения свободы. Обосновывая такое решение, суд в приговоре указал, что к смягчающим наказание обстоятельствам относит признаки вины, раскаяние, отсутствие судимости. Отягчающих обстоятельств не установлено. Вместе с тем суд принимает во внимание отрицательную характеристику на Ш., а также тяжесть совершенного преступления и поэтому полагает, что тот не может быть исправлен и перевоспитан без изоляции от общества и назначает ему наказание в виде лишения свободы. Совокупность смягчающих обстоятельств суд признает исключительными и считает необходимым применить ст. 64 УК РФ. Подобная ситуация встречается и при применении, например, ч. 1 ст. 200 УК РФ, санкция которой предусматривает возможность назначения альтернативных видов наказания, в том числе исправительных работ от одного года до двух лет. Суды назначают с применением ст. 64 УК РФ исправительные работы ниже одного года, но в пределах, указанных в ч. 1 ст. 50 УК РФ. Иной позиции придерживается президиум Московского областного суда. Приговором Волоколамского городского суда Московской области С. и Б. осуждены каждый по пп. "а", "б", "в" и "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к одному году и шести месяцам исправительных работ по месту работы с удержанием 10% из заработной платы. Отменяя приговор, президиум Московского областного суда указал в постановлении, что санкция ч. 2 ст. 158 УК РФ предусматривает два вида наказания: штраф и лишение свободы. Статья 64 УК РФ может быть применена при наличии предусмотренных в ней оснований к штрафу или лишению свободы. Суд же в нарушение данных требований назначил осужденным наказание в виде исправительных работ при наличии в санкции статьи более мягкого вида наказания. В постановлении Пленума (п. 8) принята первая точка зрения, которая основывается на положениях ч. 1 ст. 64 УК РФ. Закон не содержит каких-либо запретов при назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, а именно: назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, или суд может назначить более мягкий вид наказания. В рассматриваемых случаях Ленинский районный суд был вправе назначить один год лишения свободы, а Волоколамский городской суд мог назначить исправительные работы, так как этот вид наказания более мягкий, чем лишение свободы. Много вопросов у судов возникло в связи с применением судами ст. 66 УК РФ о назначении наказания за неоконченное преступление. Особенно острые споры возникли при обсуждении вопроса о назначении наказания лицам, осужденным за приготовление к преступлению и за покушение на преступление, при наличии оснований для применения ст. 62 УК РФ. Так, в обзоре судебной практики Ульяновским областным судом отмечается, что было бы правильным при наличии оснований назначения наказания подсудимому с применением ст.ст. 62 и 66 УК РФ три четверти максимального срока или размера наиболее строгого наказания учитывать один раз. Эта позиция обосновывается тем, что и ст. 66, и ст. 62 УК РФ устанавливают такой размер от наиболее строгого вида наказания, предусмотренного статьей Особенной части УК РФ за оконченное преступление. Но, как сообщает областной суд, в районных судах области судебная практика складывается по-иному: сначала назначается наказание в соответствии со ст. 66 УК РФ, а затем применяются правила ст. 62 УК РФ, отсчитывая три четверти наказания от максимального срока, предусмотренного за неоконченное преступление. Пермский областной суд отмечает, что УК РФ предусматривает обязательное смягчение наказания не только по ст. 62 УК РФ, но и по ст. 66 УК РФ, и каких-либо затруднений в применении этих статей суды не испытывают. В большинстве полученных отзывов указанная позиция поддерживается. То же относится и к назначению наказания за неоконченное преступление при наличии рецидива преступлений: применяя правила ст. 68 УК РФ, следует исходить из максимального срока наказания, который может быть назначен с учетом требований ст. 66 УК РФ. Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении подтвердил позицию большинства судов (п. 9). В нем содержатся рекомендации и по другим вопросам, например, о невозможности применения смертной казни или пожизненного лишения свободы к лицам, совершившим действия, свидетельствующие о приготовлении к преступлению, либо покушавшимся на совершение преступления, и назначении лишения свободы в пределах, указанных в чч. 2 и 3 ст. 66 УК РФ. Главой 14 УК РФ установлены особенности уголовной ответственности, а также назначения наказания лицам, совершившим преступление в несовершеннолетнем возрасте. Изучение судебной практики показало, что в основном суды правильно назначают таким лицам, признанным виновными в совершении преступления, наказание с применением ст. ст. 66, 69 и 70 УК РФ. Но не обошлось и без ошибок. Например. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 27 августа 1998 г. рассмотрела дело по протесту заместителя Генерального прокурора РФ на приговор Московского городского суда от 11 апреля 1997 г., которым несовершеннолетний X. осужден по пп. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР к девяти годам лишения свободы с конфискацией имущества, по пп. "з" и "н" ст. 102 УК РСФСР к восьми годам и шести месяцам лишения свободы, по ст. 15 и пп. "з" и "н" ст. 102 УК РСФСР к восьми годам лишения свободы и по совокупности преступлений на основании ст. 40 УК РСФСР - к девяти годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества. Внося необходимые изменения в приговор Московского городского суда, Судебная коллегия, в частности, указала, что суд необоснованно назначил X. по ст. 15 и пп. "з" и "н" ст. 102 УК РСФСР наказание в виде восьми лет лишения свободы. В соответствии со ст. 66 УК РФ срок и размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока и размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ за оконченное преступление. Согласно ст. 88 УК РФ лишение свободы несовершеннолетним осужденным назначается на срок не свыше десяти лет, в связи с чем за покушение на преступление, предусмотренное ст. 102 УК РСФСР, не могло быть назначено более семи лет и шести месяцев лишения свободы. Пленум в п. 6 постановления подтвердил сложившуюся практику большинства судов, указав, что при назначении наказания лицу, совершившему преступление в несовершеннолетнем возрасте, окончательное наказание по совокупности преступлений и по совокупности приговоров в силу ч. 6 ст. 88 УК РФ не может превышать десяти лет. Пленум также разъяснил, что в случае совершения лицом нескольких преступлений, одни из которых были совершены в несовершеннолетнем возрасте, а другие - в совершеннолетнем возрасте, судам рекомендовано при избрании наказания по совокупности преступлений вначале назначать наказание за совершенные преступления в возрасте до восемнадцати лет с учетом требований ст. 88 УК РФ, а затем за преступления, совершенные после достижения совершеннолетия, и окончательное наказание - по правилам ст. 69 УК РФ. При обсуждении этого вопроса высказывались опасения, не поймут ли суды это разъяснение как рекомендацию самостоятельно квалифицировать действия по отдельным эпизодам преступления, совершенным лицом в возрасте до восемнадцати лет, а затем - в совершеннолетнем возрасте. В постановлении Пленума об этом речь не идет. Имеются в виду лишь случаи, когда действия подсудимого (как в несовершеннолетнем, так и в совершеннолетнем возрасте) уже получили правильную самостоятельную квалификацию содеянного по различным статьям или частям статьи Особенной части УК РФ. Исходя из этого разъясняется порядок применения ст. 69 УК РФ при назначении окончательного наказания по совокупности преступлений, в том числе с учетом требований ст. 88 УК РФ. Принятое Пленумом постановление касается лишь вопросов назначения наказания по правилам Общей части УК РФ и не затрагивает проблем квалификации действий лиц за совершение конкретных преступлений. Это тема специальных постановлений Пленума Верховного Суда РФ. У судов возникали вопросы и по применению ими ст. 68 УК РФ о назначении наказания при рецидиве преступлений. Суды Рязанской области правила ч. 2 ст. 68 УК РФ не применяют лишь в двух случаях, когда судимость - квалифицирующий признак совершенного преступления (например, п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ, п. "в" ч. 2 ст. 213 УК РФ) или когда судом установлены исключительные обстоятельства, перечисленные в ст. 64 УК РФ. Пленум разделил позицию судов Рязанской области, отметив в постановлении, что правила, изложенные в ч. 3 ст. 68 УК РФ, применяются лишь тогда, когда статья (или часть статьи) Особенной части УК РФ содержит указание на судимость лица как на квалифицирующий признак при совершении нового преступления. На другие квалифицирующие признаки, например неоднократность, правила ч. 3 ст. 68 УК РФ не распространяются (п. 11 постановления Пленума). Различное понимание судами данного вопроса обусловлено несовершенством законодательства, в частности ст. 16 УК РФ. Она находится в логическом несоответствии с положениями Особенной части Уголовного кодекса, где в отдельные статьи в качестве квалифицирующего признака наряду с "неоднократностью" введена и "судимость". Образовался своеобразный "правовой тупик", поскольку при квалификации действий лица по признаку неоднократности, когда этот квалифицирующий признак образуется наличием судимости за ранее совершенное преступление, необходимо в соответствии с законом назначить наказание по правилам о рецидиве преступлений. В рассматриваемом, а также в других случаях, если лицо, совершившее новое преступление, имеет неснятые и непогашенные судимости, следует, как того требует закон, в соответствии со ст. 18 У К РФ решить вопрос о наличии рецидива преступлений и его вида, а затем назначить наказание по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ. Поскольку ч. 2 ст. 18 УК РФ допускает возможность квалифицировать совершение нового преступления по признаку неоднократности преступления, если судимость лица за ранее совершенное им преступление не была погашена или снята, возникает вопрос, как должен поступить суд при назначении наказания лицу, действия которого квалифицированы по признаку совершения преступления неоднократно, при наличии оснований применения ст. 62 УК РФ? Сложность решения этого вопроса связана с тем, что в ст. 62 УК РФ существует оговорка: наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных в пп. "и" и "к" ст. 61 УК РФ, может быть учтено судом, если отсутствуют отягчающие обстоятельства. В п. "а" ч. 1 ст. 63 УК РФ в качестве таких отягчающих обстоятельств перечислены неоднократность преступлений, рецидив преступлений. С учетом этих особенностей Пленум в п. 13 постановления разъяснил применение указанных норм в зависимости от того, имеется или нет неснятая или непогашенная судимость у лица, действия которого квалифицированы по признаку неоднократности за совершенное преступление. Разберем это на примерах. Первый случай. Лицо совершило два или более преступлений, ни за одно из которых оно не было осуждено. Судом установлено наличие смягчающих наказание обстоятельств, перечисленных в пп. "и" и "к" ст. 61 УК РФ. В соответствии со ст. 62 УК РФ назначенное судом наказание в этих случаях не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания. Так, лицо признано виновным в убийстве, совершенном неоднократно. Виновный явился в органы следствия с повинной, активно способствовал раскрытию преступления. Осуждая его по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ суд должен назначить наказание - 15 лет лишения свободы, поскольку отягчающее обстоятельство "неоднократность преступлений" в силу ч. 2 ст. 63 УК РФ предусмотрено в качестве признака преступления - убийство, совершенное неоднократно. Второй случай. Тот же пример, но основанием для квалификации деяния по признаку совершения преступления неоднократно явилась предшествующая судимость. Ситуация более сложная и должна решаться на основании положений, содержащихся не только в ст. ст. 16, 62 и 63 УК РФ, но и положений, содержащихся в ст.ст. 18 и 68 УК РФ. Поскольку лицо было судимо и судимость не была погашена или снята, следует в силу ст. 18 УК РФ решить вопрос о наличии рецидива преступлений и его вида. Если он будет установлен, то на основании п. "а" ч. 1 ст. 63 УК РФ рецидив преступлений является обстоятельством, отягчающим наказание. Необходимо также отметить, что это отягчающее обстоятельство не является квалифицирующим признаком преступления. Поэтому положения ч. 2 ст. 63 УК РФ к рассматриваемому случаю применены быть не могут. Таким образом, при назначении наказания суд должен руководствоваться ч. 2 ст. 68 УК РФ, если статья Особенной части УК не содержит указание на судимость лица, совершившего новое преступление, как квалифицирующий признак (например, п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ), или при наличии исключительных обстоятельств, предусмотренных ст. 64 УК РФ. В Уголовном кодексе Российской Федерации не воспроизведена норма, которая была в прежнем Уголовном кодексе, ограничивающая пределы наказания по совокупности преступлений максимальными пределами санкции статьи УК, предусматривающей более строгое наказание за преступление, входящее в совокупность. УК РСФСР как бы запрещал преступнику совершать лишь более тяжкое преступление, чем он уже совершил. Сейчас ч. 3 ст. 69 УК РФ допускает возможность при наличии определенных условий назначить наказание до 25 лет лишения свободы. Это налагает на суды особую ответственность за правильное применение закона при назначении такого сурового наказания (в 1997 г. свыше 20 лет и до 25 лет лишения свободы включительно было осуждено 47 лиц, в 1998 - 149 лиц). Как видим, суды довольно осторожно подходят к назначению виновным лицам длительных сроков лишения свободы, хотя их число возрастает. Нет ясности у судов, как складывать различные виды наказания при совокупности преступлений. Суть разъяснений (п. 14 постановления Пленума) заключается в том, что закон не исключает возможность сложения различных видов наказания. Например, назначая наказание за совершенные преступления в порядке ч. 2 ст. 69 УК РФ, за одно из которых определен штраф, а за другое - более строгий вид наказания, суд в зависимости от избранного правила назначения окончательного наказания может принять решение о поглощении штрафа более строгим наказанием либо, применив принцип сложения наказания, назначить самостоятельное исполнение наказания в соответствии со ст. 71 УК РФ (например, при назначении штрафа и лишения свободы). Имелась настоятельная необходимость в разъяснении, как быть в случаях квалификации действий лица различными пунктами одной и той же части статьи УК РФ в ситуации, указанной в ч. 5 ст. 69 УК РФ. Например, если после вынесения приговора, по которому виновный был осужден, скажем, за умышленное тяжкое телесное повреждение с особой жестокостью (п. "б" ч. 2 ст. 111 УК РФ), будет установлено, что осужденный виновен еще и в совершении умышленного тяжкого телесного повреждения из хулиганских побуждений (п. "д" ч. 2 ст. 111 УК РФ), то при применении ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательное наказание по совокупности приговоров в этом случае должно назначаться путем частичного или полного сложения наказания. Однако оно не может превышать максимального срока лишения свободы, предусмотренного соответствующей частью статьи УК РФ за конкретное преступление (п. 16 постановления Пленума). Разумеется, ч. 1 ст. 69 УК РФ предусматривает в определенных случаях и применение принципа поглощения менее строгого наказания более строгим. Но тогда такой вопрос не ставится. Определенные трудности возникают у судов, когда наказание назначается при вердикте присяжных заседателей о снисхождении или особом снисхождении. С введением в действие УК РФ эти вопросы следует решать в соответствии со ст. 65 УК РФ, а не на основании положений, содержащихся в ст. 460 УПК РСФСР. Не случайно в принятом постановлении Пленума отсутствуют ссылки на данную норму уголовно-процессуального закона. Основной спор разгорелся вокруг того, может ли судья назначить подсудимому наказание в виде двадцати лет лишения свободы, когда присяжные заседатели в своем вердикте укажут, что лицо, признанное виновным в совершении преступления, за которое возможно назначение смертной казни или пожизненного лишения свободы, заслуживает снисхождения. Ивановский областной суд высказал свое положительное мнение по этому вопросу. Иную позицию занял Ставропольский краевой суд. Как он считает, судья при вердикте присяжных заседателей о снисхождении в силу ч. 1 ст. 65 УК РФ не может назначить наказание более двух третей от максимального срока наказания, предусмотренного санкцией статьи Особенной части УК РФ. Не было единства в этом вопросе и в Верховном Суде РФ. Вот один из примеров. Президиум Верховного Суда РФ 1 апреля 1998 г. рассмотрел дело по протесту заместителя Генерального прокурора РФ на приговор суда присяжных заседателей Саратовского областного суда от 26 сентября 1997 г., по которому К. осужден по ст. 17 и п. "а" ст. 102 УК РСФСР к 14 годам лишения свободы, по пп. "а" и "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к шести годам лишения свободы, на основании ст. 40 УК РСФСР по совокупности преступлений определено 14 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. По вердикту присяжных заседателей К. признан виновным в подстрекательстве и пособничестве в совершении умышленного убийства М. из корыстных побуждений, в совершении кражи чужого имущества по предварительному сговору группой лиц, с проникновением в жилище. Присяжными заседателями виновный признан заслуживающим снисхождения за убийство, но судьей наказание ему назначено за совершение данного преступления 14 лет лишения свободы. Оставляя приговор в отношении К. без изменения, кассационная палата Верховного Суда РФ указала, что если санкция статьи, по которой лицо осуждено, предусматривает смертную казнь или пожизненное лишение свободы, то эти виды наказания не применяются при признании присяжными заседателями этого лица заслуживающим снисхождения, а указание о непревышении назначения такому лицу двух третей максимального срока наказания, предусмотренного санкцией статьи, относится только к тем составам преступления, санкция за которые предусматривает исчислимое наказание - срок и размер. В протесте был поставлен вопрос о смягчении назначенного К. наказания в связи с неправильным истолкованием председательствующим судьей и кассационной палатой требований ст. 65 УК РФ. Удовлетворяя протест, Президиум Верховного Суда РФ, в частности, указал, что такое понимание ст. 65 УК РФ противоречило бы смыслу содержащихся в ней положений. При снисхождении, как и при неоконченном преступлении, смертная казнь и ее альтернатива - пожизненное лишение свободы - не могут быть применены безусловно. В этой связи самым строгим видом наказания остается лишение свободы. И если лишение свободы применяется, оно не должно превышать определенного размера. Президиум Верховного Суда РФ также обоснованно отметил, что смертная казнь и пожизненное лишение свободы - исключительные виды наказания. Они не подлежат свободному применению. Назначить их можно лишь при особых обстоятельствах. Как правило, за соответствующее деяние должно быть определено лишение свободы и только как исключение - смертная казнь или ее альтернатива - пожизненное лишение свободы. Таким образом, наказание в виде лишения свободы является базовым, основным и в рассматриваемом случае - наиболее строгим. Поэтому при признании судом присяжных К. заслуживающим снисхождения ему нельзя было назначить за убийство более 10 лет лишения свободы. В принятом постановлении (п. 19) Пленум указал, что при назначении лицу, признанному присяжными заседателями виновным в совершении преступления, необходимо руководствоваться общими началами назначения наказания с соблюдением положений, предусмотренных ст. 65 УК РФ. Лицу, совершившему преступление, за которое возможно назначение смертной казни или пожизненного лишения свободы, но по вердикту присяжных заседателей заслуживающему снисхождения, судья, не применяя такие виды наказания, назначает лишение свободы в пределах, не превышающих двух третей максимального срока лишения свободы, указанного в соответствующей статье Особенной части УК РФ. С учетом поступивших запросов Пленум разъяснил некоторые особенности применения ст. 65 УК РФ. Так, согласно этой статье присяжные заседатели вправе признать, что лицо, виновное в совершении нескольких преступлений, заслуживает снисхождения или особого снисхождения как за каждое из преступлений, так и за одно из них. Исходя из этого разъяснено, что судья, назначая наказание за каждое из преступлений, учитывает решение суда присяжных и при частичном или полном сложении наказаний по совокупности преступлений вправе назначить окончательное наказание по совокупности преступлений в пределах максимального срока - двадцати пяти лет, указанного в ч. 3 ст. 69 УК РФ. Важной является и рекомендация о назначении наказания за приготовление или покушение на совершение преступления при вердикте присяжных заседателей о снисхождении. В таких случаях следует исчислять две трети от максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за неоконченное преступление, т. е. две трети от одной второй за приготовление к преступлению и две трети от трех четвертей - за покушение на преступление. Пленумом даны рекомендации и о назначении дополнительного наказания при вердикте присяжных о снисхождении или особом снисхождении. Поскольку ст. 65 УК РФ не делает различий между основными и дополнительными видами наказаний, то изложенные в ней правила о двух третях максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания должны к ним применяться одинаково, а при вердикте присяжных об особом снисхождении - руководствоваться и ст. 64 УК РФ, т. е. не применять вовсе дополнительное наказание, если соответствующей статьей УК РФ предусмотрено его обязательное применение (пп. 20 и 21 постановления). В судебной практике возникали трудности в применении ст. 50 УК РФ в случае злостного уклонения от отбывания наказания лицом, осужденным к исправительным работам. Понятие злостного уклонения содержится в ст. 46 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации. Согласно ч. 3 этой статьи злостно уклоняющимся от отбывания исправительных работ признается осужденный, допустивший повторное нарушение порядка и условий отбывания наказания после объявления ему предупреждения в письменной форме за любое из указанных в части первой той же статьи нарушений (например, непоступление на работу в течение 15 дней со дня постановки на учет в уголовно-исполнительной инспекции либо уклонение от постановки на учет в органах службы занятости в течение того же срока, прогул или появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения), а также скрывшийся с места жительства осужденный, местонахождение которого неизвестно. Судам рекомендовано при решении вопроса о том, является ли злостным уклонение от отбывания исправительных работ, проверять обоснованность объявления осужденному уголовно-исполнительной инспекцией предупреждения, выяснять причины повторного нарушения порядка и условий отбывания наказания. Отвечает потребностям судебной практики и разъяснение о том, что суд может заменить неотбытый срок исправительных работ лишением свободы и в том случае, когда санкция статьи Особенной части УК РФ предусматривает меньший срок лишения свободы, чем тот, на который ему были заменены исправительные работы, либо вообще не предусматривает лишения свободы. Такая рекомендация вытекает из ч. 3 ст. 50 УК РФ (п. 24 постановления). У судов возникают вопросы при применении ст. ст. 73 и 74 УК РФ. В отличие от ст. 44 УК РСФСР в УК РФ, регламентирующем применение условного осуждения, имеются существенные отличия. Так, условное осуждение возможно лишь в отношении лиц, которым назначено наказание, указанное в ч. 1 ст. 73 УК РФ. Но не все суды учитывают эту особенность УК РФ. Например, Мценским районным судом Орловской области 9 февраля 1998 г. осужден И. по ст. 116 УК РФ за побои к штрафу в размере 25 минимальных размеров оплаты труда условно, хотя этот вид наказания не указан в названной норме. Не всегда суды учитывали, что дополнительные наказания приводятся в исполнение реально, так как исходя из смысла чч. 1 и 4 ст. 73 УК РФ условным может быть признано лишь основное наказание (п. 27 постановления Пленума). Не было ясности и в том, что следует понимать под систематичностью и злостностью неисполнения условно осужденным в течение испытательного срока возложенных на него судом обязанностей. При подготовке разъяснения (п. 28 постановления Пленума) авторы исходили из положений, содержащихся в ст. 190 УИК РФ. Разъяснено также, что суды вправе при наличии к тому оснований отменить условное осуждение, если осужденный скрылся от контроля. Согласно ч. 6 указанной статьи УИК РФ таковым лицо признается, если его местонахождение не установлено в течение более тридцати дней. По-разному суды поступали в случаях, когда условно осужденный, которому установлен максимальный испытательный срок (пять лет), уклоняется от исполнения возложенных на него судом обязанностей или нарушил общественный порядок, за что на него было наложено административное взыскание. Пленум (п. 28 постановления) допускает возможность продления испытательного срока еще на один год, поскольку в ч. 2 ст. 74 УК РФ говорится о возможности продления испытательного срока в указанных случаях, но не более чем на один год. Различно складывалась практика применения судами норм закона об отмене условного осуждения при совершении условно осужденным нового преступления в период испытательного срока. В случае совершения преступления по неосторожности либо умышленного преступления небольшой тяжести вопрос об отмене или сохранении условного осуждения решается судом с учетом данных о личности осужденного и обстоятельств дела (ч. 4 ст. 74 УК РФ). В силу же ч. 5 ст. 74 УК РФ суд обязан во всех случаях отменить условное осуждение, если в период испытательного срока совершено умышленное преступление средней тяжести, тяжкое или особо тяжкое преступление. Майкопский городской суд Республики Адыгея принял решение о сохранении условного осуждения несовершеннолетнему Д., совершившему в период испытательного срока хулиганство (ч. 1 ст. 213 УК РФ). Суд указал в приговоре, что Д. полностью выполнил возложенные на него обязанности, продолжая учиться в вечерней школе, трудоустроился, с помощью родителей возместил ущерб потерпевшему. Решение суда не вызывает сомнений. А вот примером нарушения указанных правил является дело С., осужденного в июле 1998 г. Ленинским районным судом Новосибирской области. Он был ранее судим по ч. 1 ст. 148 УК РСФСР за вымогательство к четырем годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года, в течение которого совершил незаконные действия с наркотическими средствами, предусмотренные ч. 1 ст. 228 УК РФ. Совершенное С. преступление средней тяжести обязывало суд отменить условное осуждение. Суд же в нарушение ч. 5 ст. 74 УК РФ по совокупности приговоров вновь назначил ему условное осуждение. Иногда в отношении условно осужденного устанавливается факт, что он виновен еще и в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу. Возникает вопрос, можно ли в этом случае применять правила ч. 5 ст. 69 УК РФ? По смыслу чч. 4 и 5 ст. 74 УК РФ отменить условное осуждение можно лишь тогда, когда новое преступление совершено в период испытательного срока. Поэтому, как разъяснено в п. 29 постановления Пленума, в подобных случаях приговоры по первому и второму делу исполняются самостоятельно. С принятием постановления Пленума Верховного Суда РФ от 7 июня 1999 г. "О практике назначения судами уголовного наказания" признан утратившим силу ряд постановлений Пленума Верховного Суда РФ. Многие разъяснения, содержащиеся в этих постановлениях, которые не утратили актуальность и не противоречат УК РФ, включены в данное постановление. Выражаю уверенность, что прошедшее обсуждение на Пленуме Верховного Суда РФ практики назначения судами уголовного наказания будет способствовать повышению уровня осуществления правосудия, предупреждению возможных ошибок при назначении судами наказания лицам, признанным виновными в совершении преступлений. Через некоторое время следует вновь обратиться к данной теме и изучить практику применения судами норм, регламентирующих назначение наказания, с учетом разъяснении, содержащихся в постановлении Пленума. Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ ____________ 1 Российское уголовное право, общая часть. Курс лекций. М., 1997. С. 363-364. Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Постановление президиума областного суда о прекращении производства по делу о признании права собственности на долю не завершенного строительством жилого дома (со ссылкой на ст. 98 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" ввиду неподвед 1. Постановление президиума областного суда о прекращении производства по делу о признании права собственности на долю не завершенного строительством жилого дома (со ссылкой на ст. 98 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" ввиду неподведомственности его суду общей юрисдикции признано неправильным (И з в л е ч е н и е) В марте 1998 г. Марютенков обратился в суд с иском к ООО "Строительно-коммерческая фирма (СКФ) "Рассвет Лтд" о признании права собственности на долю не оконченного строительством жилого дома в г. Ярославле, эквивалентную общей площади 65 кв. м названного объекта, предоставлении в его владение и пользование квартиры. Просил обязать ГУПТИ УНРП по Ярославской области зарегистрировать это право. При этом он ссылался на то, что 12 ноября 1996 г. между ООО "СКФ "Рассвет Лтд" (заказчик) и войсковой частью (дольщик) был заключен договор на долевое участие в строительстве. 24 декабря 1996 г. дольщик оплатил обусловленную договором стоимость трехкомнатной квартиры. 8 января 1997 г. между другой войсковой частью (по доверенности дольщика) и заказчиком был подписан акт приемки-передачи квартиры. Имея доверенность от дольщика на оформление квартиры и ее заселение по списку очередников, 29 января 1997 г. войсковая часть распределила эту квартиру ему (Марютенкову) на состав семьи - 4 человека. Поскольку договор от 12 ноября 1996 г. заключен в пользу третьего лица, Марютенков считал, что вправе требовать от заказчика исполнения договора в свою пользу, однако последний не завершил строительство дома в обусловленный срок до 1 января 1997 г. Арбитражный суд Ярославской области 13 мая 1997 г. признал ООО "СКФ "Рассвет Лтд" банкротом, определением суда от 15 августа 1997 г. в отношении его имущества открыто конкурсное производство, назначен конкурсный управляющий. Марютенков просил в обеспечение иска запретить ответчику производить отчуждение не оконченного строительством дома, а ГУПТИ УНРП по Ярославской области - производить государственную регистрацию возникновения права собственности на этот объект. Определением судьи Фрунзенского районного суда г. Ярославля (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Ярославского областного суда) на неоконченное строительством домовладение наложен арест. ООО "СКФ "Рассвет Лтд" запрещено производить отчуждение спорного домовладения, а ГУПТИ УНРП по Ярославской области - производить государственную регистрацию возникновения и перехода права собственности на него. Президиум Ярославского областного суда судебные постановления отменил, производство по делу о признании права собственности на долю не завершенного строительством жилого дома прекратил по п. 1 ст. 129 ГПК РСФСР. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений как постановленных с существенным нарушением норм процессуального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 9 апреля 1999 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. Прекращая производство по делу, президиум областного суда исходил из того, что в соответствии со ст. 98 Федерального закона от 8 января 1998 г. "О несостоятельности (банкротстве)" с момента принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства снимаются ранее наложенные аресты имущества должника и иные ограничения по распоряжению имуществом должника, а введение (наложение) новых арестов имущества должника и иных ограничений по распоряжению имуществом должника не допускается. В связи с этим президиум считал, что суд необоснованно наложил арест на не оконченное строительством домовладение и применил иные ограничения по распоряжению имуществом должника. Президиум областного суда указал также, что обращение Марютенкова в суд общей юрисдикции в порядке искового производства за защитой нарушенного права исключается, поскольку в соответствии со ст. 98 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" все требования к должнику могут быть предъявлены только в рамках конкурсного производства, а положения ст.ст. 75 и 114 названного Закона предусматривают установление размера требований кредиторов и процедуру расчетов с кредиторами. С таким выводом президиума областного суда согласиться нельзя. Согласно ст. 98 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" все требования к должнику могут быть предъявлены только в рамках конкурсного производства. Однако эти положения статьи подлежат применению с учетом норм, содержащихся в других статьях данного Закона, в частности ст.ст. 2-4, 11-15, 46, 75, 114. В соответствии со ст. 2 упомянутого Закона под несостоятельностью (банкротством) понимается признанная арбитражным судом или объявленная должником неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Должником признается юридическое лицо, неспособное удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение определенного срока, а под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовому договору и по иным основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации. Конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни и здоровью, а также учредителей (участников) должника - юридического лица по обязательствам, вытекающим из такого участия. Конкурсный управляющий производит расчеты с кредиторами в соответствии с реестром требований кредиторов (ст. 114 данного Закона). Установление размера требований кредиторов производится в порядке, предусмотренном ст.ст. 46 и 75 этого Федерального закона. В соответствии со ст. 15 Закона в реестре требований кредиторов указываются сведения о каждом кредиторе, размере его требований по денежным обязательствам и (или) обязательным платежам, об очередности удовлетворения каждого требования. Разногласия, возникающие между конкурсными кредиторами, налоговыми и иными уполномоченными органами и арбитражным управляющим, о составе, размере и об очередности удовлетворения требований по денежным обязательствам и (или) обязательным платежам рассматриваются арбитражным судом в порядке, предусмотренном названным Федеральным законом. Как видно из материалов дела, Марютенков не просил обязать должника уплатить ему денежную сумму по гражданско-правовому договору в соответствии с реестром требований кредиторов. Между ним и ответчиком разногласия о составе, размере и об очередности удовлетворения требований по денежным обязательствам и (или) обязательным платежам отсутствовали. Таким образом, не исключается возможность рассмотрения требований, с которыми обратился истец, судом общей юрисдикции. Не препятствует рассмотрению заявленных требований и ст. 57 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", содержащая норму о том, что с момента вынесения арбитражным судом определения о принятии заявления о признании должника банкротом имущественные требования к должнику могут быть предъявлены только с соблюдением порядка предъявления требований к должнику, установленного упомянутым Федеральным законом. По смыслу данной статьи в ее взаимосвязи с другими положениями этого Закона (ст.ст. 46, 75, 114), кредитор должен соблюдать порядок предъявления имущественных требований к должнику, установленный указанным Законом, в случае возникновения между ними разногласий о составе, размере и об очередности удовлетворения имущественных требований. Эти имущественные требования предполагают включение их в реестр требований кредиторов с целью погашения за счет имущества должника. Между тем характер предъявленных Марютенковым требований является совершенно иным. Его требования не направлены на урегулирование разногласий о составе, размере и об очередности удовлетворения имущественных требований, а также на их погашение за счет имущества должника. Кроме того, в ст. 57 Закона имеются в виду имущественные требования, вытекающие из внедоговорных и других обязательств, а также договоров, которыми в качестве встречного представления предусмотрена уплата денежных сумм. Требования же, предъявленные Марютенковым, не следуют из договора, предусматривающего уплату денежных сумм. Как видно из материалов дела, он обратился в суд с иском о признании права собственности на имущество, созданное в силу долевого участия в строительстве дома не за счет средств должника, и не претендует на имущество должника, имеющееся у него на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе этого производства, т. е. составляющее конкурсную массу. Предъявление таких требований физическими лицами в суды общей юрисдикции, как и ряда других, в частности о признании сделок недействительными, не противоречит требованиям ст. 98 Закона, основано на положениях ст.ст. 11, 12 ГК РФ, ст. 25 ГПК РСФСР и не затрагивает прав других кредиторов при расчете с ними конкурсного управляющего, которые могут претендовать лишь на имущество, принадлежащее должнику. В связи с этим президиум областного суда необоснованно прекратил производство по делу о признании права собственности на долю не завершенного строительством жилого дома по п. 1 ст. 129 ГПК РСФСР, по существу отказав истцу в правосудии. В соответствии со ст. 98 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" с момента принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства введение (наложение) новых арестов имущества должника и иных ограничений по распоряжению имуществом должника не допускается. Истец оспаривает право собственности лишь на долю не завершенного строительством объекта, квартиру, эквивалентную общей площади 65 кв. м. Поэтому у судьи не было достаточных оснований для наложения ареста на весь не оконченный строительством жилой дом, запрета ООО "СКФ "Рассвет Лтд" производить отчуждение части дома и запрета ГУПТИ УНРП по Ярославской области производить государственную регистрацию возникновения и перехода права собственности на часть дома, по поводу которой спор отсутствует, поэтому судебные решения подлежали отмене. Но, как следует из постановления президиума областного суда, указанные судебные постановления были отменены со ссылкой на ст. 98 Закона. С этим выводом президиума согласиться нельзя, поскольку по смыслу названной нормы закона не допускается введение (наложение) арестов и иных ограничений в отношении имущества, принадлежащего на праве собственности (на основании правоустанавливающих документов) именно должнику. В данном же случае арест наложен на имущество (по поводу которого возник спор), созданное, по утверждению истца, не за счет средств, принадлежащих ответчику, и не принадлежащее на праве собственности должнику. Следовательно, указание о мотивах отмены судебных постановлений о наложении ареста на не оконченный строительством жилой дом подлежит исключению из постановления президиума областного суда. Допущенное судом существенное нарушение норм процессуального права является основанием для отмены судебных постановлений в порядке надзора. Следовательно, судебные постановления подлежат отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение. ____________ Прекращение производства по делу судом по заявлению о признании неправомочной конференции областной организации КПРФ в части решения вопроса об исключении из партии ввиду неподведомственности спора признано правильным (Извлечение) 2. Прекращение производства по делу судом по заявлению о признании неправомочной конференции областной организации КПРФ в части решения вопроса об исключении из партии ввиду неподведомственности спора признано правильным (И з в л е ч е н и е) Добычин обратился в суд с заявлением о признании неправомочной конференции Ульяновской областной организации КПРФ от 3 августа 1997 г. По его мнению, при проведении конференции и решении вопроса о его исключении из партии были допущены нарушения требований Устава Общероссийской общественной организации "Коммунистическая партия Российской Федерации". Определением Ленинского районного суда г. Ульяновска (оставленным без изменения кассационной инстанцией) производство по делу прекращено по тем основаниям, что внутрипартийные отношения регулируются Уставом КПРФ, положения Федерального закона от 19 мая 1995 г. "Об общественных объединениях" в данном случае неприменимы, поскольку им исключается вмешательство органов государственной власти в деятельность общественных объединений. Президиум Ульяновского областного суда судебные постановления отменил и дело направил на новое судебное рассмотрение. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене постановления президиума областного суда, считая его незаконным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 29 марта 1999 г. протест удовлетворила, указав следующее. Отменяя определения судов первой и второй инстанций, президиум областного суда сослался на положения ст.ст. 30, 46 Конституции Российской Федерации, ст. 1 Закона Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. "Об обжаловании в суде действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" (с изменениями и дополнениями), ст. 39 Федерального закона "Об общественных объединениях", предусматривающих право каждого гражданина на объединение, возможность обжалования в суд решений и действий общественных объединений (применительно к данному случаю). Судебный порядок рассмотрения жалобы гражданина о неправомерном решении органа общественного объединения не является вмешательством органов государственной власти в деятельность общественного объединения. Однако такой вывод президиума областного суда не основан на правильном толковании действующего законодательства. В соответствии со ст.ст. 30, 46 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на объединение, никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение или пребыванию в нем. Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Согласно ст.ст. 3, 6, 15, 17 Федерального закона "Об общественных объединениях" граждане имеют право вступать в общественные объединения на условиях соблюдения норм их уставов. Члены общественного объединения имеют права и несут обязанности в соответствии с требованиями норм устава общественного объединения и в случае несоблюдения указанных требований могут быть исключены из общественного объединения в порядке, указанном в уставе. Общественные объединения свободны в определении своей внутренней структуры, целей, форм и методов своей деятельности. Вмешательство органов государственной власти и их должностных лиц в деятельность общественных объединений не допускается за исключением случаев, предусмотренных упомянутым Федеральным законом. В судебном порядке могут рассматриваться вопросы отказа в государственной регистрации, приостановления деятельности и ликвидации общественного объединения (ст.ст. 26, 42, 44, 45 названного Закона), но применительно к этим обстоятельствам заявитель не обращался о нарушении его прав. Статья 39 Федерального закона "Об общественных объединениях" предусматривает возможность обращения в суд общественных объединений и граждан, если были нарушены их права, предоставленные этим Законом и другими законами об отдельных видах общественных объединений. Но заявитель не указывал на такие нарушения. Поскольку предметом обжалования Добычина являлись обстоятельства, связанные с применением норм Устава КПРФ (а как видно из содержания перечисленных норм, они относятся к принципам и содержанию деятельности непосредственно общественных объединений), нельзя признать, что были нарушены права заявителя и что он может обратиться в суд по вопросам, регулируемым Уставом КПРФ и определяющим деятельность объединения, в частности по порядку проведения конференций партии и членства в ней. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ постановление президиума Ульяновского областного суда отменила, оставив в силе определения Ленинского районного суда и судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда. ____________ Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам При назначении наказания по совокупности преступлений, если хотя бы одно из них является преступлением средней тяжести, тяжким или особо тяжким, суд руководствуется 1 требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ о частичном или полном сложении наказаний (Извлечение) 1. При назначении наказания по совокупности преступлений, если хотя бы одно из них является преступлением средней тяжести, тяжким или особо тяжким, суд руководствуется 1 требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ о частичном или полном сложении наказаний (И з в л е ч е н и е) Самарским областным судом 21 августа 1998 г. Вилисов осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ к лишению свободы сроком на два года, по ч. 1 ст. 105 УК РФ и на основании ст. 69 УК РФ к лишению свободы сроком на тринадцать лет. Он признан виновным в умышленном причинении смерти Слапогузову и в краже чужого имущества. В кассационном протесте был поставлен вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение в связи с нарушением требований ст. 69 УК РФ при назначении Вилисову наказания по совокупности преступлений. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 14 января 1999 г. приговор отменила, а дело направила на новое судебное рассмотрение, указав следующее. Признав Вилисова виновным по ч. 1 ст. 158 и ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначив наказание по этим статьям, суд применил принцип поглощения менее строгого наказания более строгим (ч. 1 ст. 69 УК РФ). Между тем деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, относится к категории преступлений средней тяжести, а предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ - к особо тяжким, и при назначении наказаний за эти преступления суду следовало руководствоваться требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ. Согласно этой статье, если хотя бы одно из преступлений, совершенных по совокупности, является преступлением средней тяжести, тяжким или особо тяжким, окончательное наказание назначается путем частичного или полного сложения наказаний. Поскольку данное нарушение закона является существенным, приговор подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение, и в случае признания вины подсудимого при назначении ему наказания по совокупности преступлений необходимо выполнить требования ч. 3 ст. 69 УК РФ (в ред. Федерального закона от 20 мая 1998 г.). ______________ 1 В редакции Федерального закона от 20 мая 1998 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации". ____________ Лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания, но не от уго 2. Лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания, но не от уголовной ответственности. Таким лицам суд может назначить принудительные меры медицинского характера (И з в л е ч е н и е) Как установило предварительное следствие, Дзанхотов вступил в банду, организованную Тотиевым. 16 декабря 1996 г. он и другие члены банды похитили Дзолбаева, Сикоева и сопровождавших их лиц, а также совершили другие общественно опасные деяния. 21 января 1997 г. Дзанхотов в группе с другими членами банды похитил Казиева. В октябре 1996 г. Дзанхотов и Тотиев пытались путем обмана похитить чужое имущество в крупном размере. В период следствия у Дзанхотова развилось психическое расстройство в форме реактивного психоза. Верховный суд Республики Северная Осетия - Алания, признав доказанным совершение Дзанхотовым общественно опасных деяний, предусмотренных ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 126, ч. 3 ст. 162 и другими статьями УК РФ, 30 апреля 1998 г. освободил его от уголовной ответственности на основании ст. 19, чч. 1, 4 ст. 81, п. "б" ч. 1 ст. 97, п. "б" ч. 1 ст. 99 УК РФ и применил к нему принудительные меры медицинского характера с лечением в психиатрическом стационаре общего типа. В кассационном порядке дело в отношении Дзанхотова не рассматривалось. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене определения в связи с неправильным применением судом уголовного закона. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 26 января 1999 г. протест удовлетворила, определение Верховного суда Республики Северная Осетия - Алания отменила, дело передала на новое судебное рассмотрение, указав следующее. В соответствии с ч. 1 ст. 81 УК РФ лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания, а лицо, отбывающее наказание, освобождается от дальнейшего его отбывания. Таким лицам суд может назначить принудительные меры медицинского характера. Эти требования уголовного закона по делу не выполнены. По данным акта судебно-психиатрической экспертизы, у Дзанхотова в период следствия развилось психическое расстройство в форме реактивного психоза, что на момент проведения экспертизы препятствовало возможности оценить его состояние во время совершения инкриминируемых ему деяний, поэтому рекомендовано применение к нему принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрической больнице общего типа до выхода из болезненного состояния. После выздоровления в случае возобновления следственных действий в соответствии с ч. 4 ст. 81 УК РФ он может быть направлен для решения экспертных вопросов на повторную судебно-психиатрическую экспертизу. Как видно из определения суда первой инстанции, Дзанхотов освобожден не от наказания с применением к нему принудительных мер медицинского характера, как это предусмотрено ч. 1 ст. 81 УК РФ, а от уголовной ответственности. Данное нарушение УК РФ является существенным, в связи с этим определение суда подлежит отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение. ____________ Убийство двух или более лиц при отсутствии единого умысла квалифицируется по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ по признаку неоднократности (Извлечение) 3. Убийство двух или более лиц при отсутствии единого умысла квалифицируется по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ по признаку неоднократности (И з в л е ч е н и е) Органами предварительного следствия Пьянков обвинялся по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ в убийстве, совершенном неоднократно. 27 сентября 1998 г. он в ходе ссоры убил Русских, а затем через некоторое время - Мезенцева. Судья Пермского областного суда 26 ноября 1998 г. дело в отношении Пьянкова направил для производства дополнительного расследования ввиду существенного нарушения органами следствия Уголовно-процессуального закона и указал, что действия Пьянкова квалифицированы только по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ, в котором предусмотрена ответственность за второе (повторное) убийство, а факт совершения первого убийства оставлен без правовой оценки, чем нарушена ст. 144 УПК РСФСР. В частном протесте прокурор поставил вопрос об отмене постановления судьи и направлении дела на новое судебное рассмотрение, поскольку, по его мнению, органами следствия нарушений не допущено, по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицированы оба убийства. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 января 1999 г. частный протест удовлетворила, дело направила на новое судебное рассмотрение, указав следующее. Вывод суда о том, что по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицировано только второе (повторное) убийство, а первое оставлено без правовой оценки, нельзя признать обоснованным. Как видно из постановления о привлечении в качестве обвиняемого, по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицированы оба убийства. Согласно требованиям ч. 3 ст. 16 УК РФ, если неоднократность преступлений предусмотрена настоящим Кодексом в качестве обстоятельства, влекущего за собой более строгое наказание, совершенные лицом преступления квалифицируются по соответствующей части статьи Кодекса, предусматривающей наказание за неоднократность преступлений. С учетом изложенного полагать, что органами следствия нарушены требования ст. 144 УПК РСФСР, оснований нет. ____________ Надзорная инстанция признала отсутствие нарушения судом требований ст. 17 УПК РСФСР (Извлечение) 4. Надзорная инстанция признала отсутствие нарушения судом требований ст. 17 УПК РСФСР (И з в л е ч е н и е) Замоскворецким межмуниципальным судом Центрального округа г. Москвы 25 июня 1998 г. Чарганов осужден по совокупности преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 2 ст. 213, ч. 3 ст. 213, п. "д" ч. 2 ст. 112 и ст. 119 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда приговор отменила и дело направила на новое судебное рассмотрение, в обоснование чего указала, что суд не разъяснил Чарганову, по национальности азербайджанцу, его право выступать в суде на родном языке, т. е. не выполнил требования ст. 17 УПК РСФСР, что повлекло нарушение права подсудимого на защиту. Президиум Московского городского суда оставил без удовлетворения протест и. о. прокурора г. Москвы, в котором ставился вопрос об отмене определения коллегии и направлении дела на новое кассационное рассмотрение. Прокурор в протесте поставил вопрос об отмене определения судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда, постановления президиума Московского городского суда и направлении дела на новое кассационное рассмотрение, считая, что по делу не допущено существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 13 января 1999 г. протест удовлетворила, дело направила на новое кассационное рассмотрение, указав следующее. Согласно ст. 17 УПК РСФСР право пользоваться услугами переводчика предоставляется участвующим в деле лицам, не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство. Как видно из материалов дела, Чарганов в школе изучал русский язык, в Москве проживал с 1994 года и может хорошо говорить, читать и писать на русском языке. Органами дознания он задержан 6 февраля 1998 г., тогда же ему разъяснены его права на предварительном следствии, и он заявил лишь о желании иметь защитника. В ходе предварительного следствия у Чарганова неоднократно выяснялось, требуется ли ему переводчик. Он пояснял, что в услугах переводчика не нуждается, так как русским языком владеет хорошо. На допросе в качестве обвиняемого 26 марта 1998 г. с участием защитника после разъяснения положений ст. 17 УПК РСФСР Чарганов подтвердил, что в услугах переводчика не нуждается. Все показания на предварительном следствии, в том числе на очной ставке с потерпевшей, он давал на русском языке, делая собственноручные записи в протоколах следственных действий на этом языке. 26 марта 1998 г. с участием защитника Чарганов знакомился с материалами уголовного дела и не просил о предоставлении ему переводчика. При этом он собственноручно производил записи об ознакомлении с материалами дела и заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием его вины. Таким образом, органами предварительного следствия Чарганову неоднократно разъяснялись положения ст. 17 УПК РСФСР, в том числе и в присутствии адвоката, но ни он, ни его защитник не заявляли ходатайства о предоставлении переводчика по мотиву плохого знания русского языка, непонимания сущности предъявленного обвинения, юридических или иных терминов и словосочетаний. С учетом этого у суда первой инстанции не возникло сомнений в том, что подсудимый не владеет русским языком. В подготовительной части судебного разбирательства в соответствии с требованиями ст. 273 УПК РСФСР суд разъяснил 1 Чарганову его права, предусмотренные ст.ст. 46, 61-65, 67 , 264, 265, 280, 297 УПК РСФСР, ст. 51 Конституции Российской Федерации, выяснил согласно требованиям ст. 276 УПК РСФСР, имеются ли у него ходатайства. Во время судебного следствия Чарганов заявил, что желает давать суду показания, изложил свою позицию, активно защищался от предъявленного ему обвинения, отвечал на вопросы участников процесса по существу. Все это свидетельствует о том, что Чарганов в достаточной мере владел языком, на котором велось судопроизводство, и в услугах переводчика не нуждался. Направляя дело на новое судебное рассмотрение, судебная коллегия и президиум Московского городского суда фактически признали, что на предварительном следствии у Чарганова не было необходимости в переводчике, его право на защиту нарушено не было. Таким образом, выводы кассационной и надзорной инстанций о нарушении межмуниципальным судом права Чарганова на защиту необоснованны. ____________ Нарушение судом требований уголовно-процессуального закона, в том числе принципа непосредственности исследования доказательств, повлекло отмену приговора (Извлечение) 5. Нарушение судом требований уголовно-процессуального закона, в том числе принципа непосредственности исследования доказательств, повлекло отмену приговора (И з в л е ч е н и е) Санкт-Петербургским городским судом Саркеев осужден по ст. 15 и п. "з" ст. 102 УК РСФСР. Он признан виновным в том, что 11 февраля 1995 г. в ссоре покушался на убийство Ахмедханова и Мирзабекова (нанес каждому удары ножом в жизненно важные органы, причинив тяжкие телесные повреждения). Умысел на убийство двух лиц Саркеев не довел до конца по не зависящим от него причинам (потерпевшие смогли убежать и им была оказана своевременная медицинская помощь). Вину в совершении преступления Саркеев признал частично. Фактических обстоятельств причинения потерпевшим телесных повреждений не отрицал, но утверждал, что убивать их не хотел. Считая приговор необоснованным, осужденный в кассационной жалобе просил о его отмене, поскольку дело было рассмотрено без участия потерпевших и свидетеля Г. В кассационной жалобе и дополнении к ней адвокат Саркеева также просил об отмене приговора, ссылаясь на то, что в суде не были допрошены ни потерпевшие, ни свидетели; истинные мотивы совершения преступления судом не установлены, Ахмедханов и Мирзабеков потерпевшими надлежащим образом не признаны. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 15 января 1998 г. приговор отменила по следующим основаниям. Согласно ст. 20 УПК РСФСР суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. В соответствии со ст. 240 УПК РСФСР суд первой инстанции при рассмотрении дела должен непосредственно исследовать доказательства по делу допросить подсудимых, потерпевших, свидетелей, заслушать заключение экспертов, осмотреть вещественные доказательства, огласить протоколы и иные документы. Как видно из материалов уголовного дела, в списке к обвинительному заключению было указано шесть человек - потерпевших и свидетелей, которых необходимо вызвать в суд. Каких-либо сведений о вызове этих лиц в судебное заседание и о том, что судом принимались меры к обеспечению их явки, в деле нет. Не выполнив требований закона по обеспечению явки в суд потерпевших и свидетелей, суд огласил в судебном заседании показания потерпевших, не указав в своем протокольном определении причину невозможности их явки в суд. На предварительном следствии адреса потерпевших были установлены. Потерпевший Мирзабеков по поручению следователя допрашивался помощником прокурора Дербентского района Республики Дагестан. Как видно из материалов дела, возможность выполнить все требования закона для обеспечения явки в суд потерпевших и свидетелей у суда была, но им не реализована. Кроме того, суд нарушил принцип непосредственности исследования доказательств, поскольку в судебном заседании был допрошен лишь подсудимый, а показания потерпевших оглашались с нарушением требований ст. 286 УПК РСФСР. Таким образом, допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона являются в соответствии с ч. 1 ст. 345 УПК РСФСР существенными, поскольку повлияли на всесторонность, полноту и объективность рассмотрения дела, а потому приговор подлежит отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение. ____________ В президиумах Верховных Судов республик, краевых и областных судов Действия осужденного необоснованно квалифицированы по п. "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ (Извлечение) 1. Действия осужденного необоснованно квалифицированы по п. "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ (И з в л е ч е н и е) Ленинским районным судом г. Курска 22 октября 1997 г. Богданов осужден по пп. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ, ч. 3 ст. 146 УК РСФСР. Кассационная инстанция приговор изменила: действия осужденного переквалифицировала с ч. 3 ст. 146 УК РСФСР на п. "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ, составив без изменения квалификацию по пп. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ. Он признан виновным в вымогательстве чужого имущества, совершенном с применением насилия по предварительному сговору группой лиц, неоднократно, а также в разбойном нападении с применением оружия. Разбой совершен при таких обстоятельствах. 28 сентября 1996 г. Богданов примерно в 17 час. с целью хищения перстня, принадлежащего Полушкиной, пригласил ее и Ходеева якобы для оценки драгоценности, а затем достал пистолет неустановленного образца и открыто похитил принадлежащий Полушкиной перстень стоимостью 19 млн. рублей, после чего с места преступления скрылся. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос о переквалификации действий Богданова с п. "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 162 УК РФ. Президиум Курского областного суда 13 января 1999 г. протест удовлетворил, указав следующее. Как показала потерпевшая Полушкина, Богданов, выхватывая у нее из рук перстень, держал в руке предмет, похожий на пистолет. Какой это был пистолет, она не смогла описать, так как видела его несколько секунд. Свидетель Ходеев дал аналогичные показания, пояснив, что не может дать характеристику имевшемуся у Богданова предмету, напоминающему пистолет, поскольку видел его издалека. Богданов отрицал наличие оружия. Пистолет у него не был обнаружен. Данные о том, что Богданов имел пистолет, являвшийся оружием, в деле отсутствуют. При таких обстоятельствах суд необоснованно признал его виновным в разбое, совершенном с применением оружия. Президиум Курского областного суда исключил указанный квалифицирующий признак и переквалифицировал эти действия на ч. 1 ст. 162 УК РФ как разбой, совершенный с использованием предмета, похожего на пистолет. ____________ Отмена приговора и прекращение дела по ч. 1 ст. 206 УК РСФСР по мотиву декриминализации деяния признаны незаконными (Извлечение) 2. Отмена приговора и прекращение дела по ч. 1 ст. 206 УК РСФСР по мотиву декриминализации деяния признаны незаконными (И з в л е ч е н и е) Всеволожским районным судом Ленинградской области 3 июня 1997 г. Шебунин, ранее судимый, осужден за хулиганство по ч. 1 ст. 206 УК РСФСР. Он признан виновным в том, что 5 июля 1996 г. на улице в пос. Матокса Ленинградской области приставал к гражданину Ш.: нецензурно оскорблял, угрожал, размахивая палкой, и ударил ею Ш. по руке, причинив боль. Судебная коллегия Ленинградского областного суда приговор в отношении Шебунина отменила и дело прекратила, сославшись на декриминализацию преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 206 УК РСФСР. Президиум Ленинградского областного суда, 23 октября 1998 г. рассмотрев дело по протесту, определение судебной коллегии областного суда отменил и дело направил на новое кассационное рассмотрение по следующим основаниям. Согласно диспозиции ч. 1 ст. 213 УК РФ хулиганство определено как грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам или угрозой его применения. Действия Шебунина, квалифицированные по ч. 1 ст. 206 УК РСФСР, содержали признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 213 УК РФ, и потому вывод кассационной инстанции о их декриминализации не основан на законе. Вместе с тем суд второй инстанции не учел, что, поскольку новый закон (ч. 1 ст. 213 УК РФ) усилил наказание, применению в соответствии со ст. 9 УК РФ подлежал закон, действовавший на момент совершения преступления, т. е. ч. 1 ст. 206 УК РСФСР. ____________ При оставлении жалобы без удовлетворения в кассационном определении должны быть указаны основания, по которым доводы жалобы признаны неправильными или несущественными (Извлечение) 3. При оставлении жалобы без удовлетворения в кассационном определении должны быть указаны основания, по которым доводы жалобы признаны неправильными или несущественными (И з в л е ч е н и е) Перовским межмуниципальным судом Восточного административного округа г. Москвы Духневич осужден по ч. 3 ст. 147 УК РСФСР. Он признан виновным в завладении чужим имуществом путем обмана и злоупотребления доверием (мошенничество), совершенном повторно, в крупных размерах. Духневич, являясь юрисконсультом ТОО "ЛЛЛ-Брокер", а затем генеральным директором ООО "Рикк", преследуя цель завладения имуществом юридических лиц путем мошенничества, заключил в марте - июле 1995 г. с АОЗТ "Эста-Корп", ТОО Инвестиционно-Аналитическим центром "Аналайз", АОЗТ "Реко-Инвест", коммерческим банком "ДКБ", АО "Инвестиционная компания "Ринако-Плюс" как непосредственно, так и через акционерное общество "Вика" договоры о покупке у них акций по безналичному расчету. Однако по зачислении сумм стоимости акций на расчетный счет ТОО "ЛЛЛ-Брокер" и ООО "Рикк", поступивших от потерпевших - юридических лиц, он вопреки условиям договоров не производил оплаты за эти акции, а продавал их другим юридическим лицам по более низкой цене, а полученные от продажи денежные средства обналичивал через векселя коммерческого банка "Рикк-Банк" и присваивал, причинив каждому из указанных юридических лиц ущерб в крупных размерах. Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда приговор оставила без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене кассационного определения в связи с нарушением требований ст. 351 УПК РСФСР и направлении дела на новое кассационное рассмотрение. Президиум Московского городского суда 20 августа 1998 г. протест удовлетворил по следующим основаниям. Осужденный Духневич и его адвокат в кассационных жалобах просили об отмене приговора и направлении дела на дополнительное расследование, указывая, что судебное следствие проведено неполно и односторонне: судом не установлены доказательства, свидетельствующие об умысле Духневича на присвоение чужого имущества в момент заключения договоров; не допрошены свидетели, чьи показания имели существенное значение для выяснения обстоятельств дела, а осужденный допрошен поверхностно; ряд эпизодов обвинения квалифицирован как оконченное хищение, хотя денежные средства по этим сделкам фактически не получены; показания свидетелей, приведенные в приговоре в обоснование вины Духневича, не соответствуют тем пояснениям, которые они давали в ходе судебного заседания; Духневич не скрывал свое фактическое местонахождение (как отмечено в приговоре), поскольку свидетели в судебном заседании поясняли, что они неоднократно встречались с ним. Кроме того, судом неполно исследованы письменные документы по делу, гражданские иски не оглашались и им не дана оценка; подсудимый не был ознакомлен с протоколами предыдущих судебных заседаний. Согласно ст. 351 УПК РСФСР при оставлении без удовлетворения жалобы или протеста в определении должны быть указаны основания, по которым доводы жалобы или протеста признаны неправильными или несущественными. Судебная коллегия Московского городского суда вопреки требованиям ст. 351 УПК РСФСР в своем определении сослалась лишь на то, что материалами дела установлена вина Духневича в злоупотреблении доверием Бута, Суходольского, Мосолова и других лиц: заведомо зная об отсутствии средств и активов на счетах ООО "Рикк" и ТОО "ЛЛЛ-Брокер" и не работая в ТОО через указанных лиц, пользуясь их служебным положением и полномочиями, заключил договоры с различными фирмами и завладел их акциями, а затем продал. Не расплатившись с фирмами, он обналичил денежные средства. Зная о неосведомленности об этом Бута, Точильниковой, Беспрозванной воспользовался денежными средствами в личных целях и скрыл свое фактическое местонахождение. Таким образом, судебная коллегия городского суда в определении не привела оснований, по которым доводы жалоб адвоката и осужденного признала неправильными и несущественными. Поскольку нарушение ст. 351 УПК РСФСР в соответствии со ст. 345 УПК РСФСР существенно, кассационное определение подлежит отмене, а дело - направлению на новое кассационное рассмотрение. ____________ Обзоры и обобщения НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ 1 ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ 6. В настоящее время один из самых распространенных способов обеспечения граждан жильем - предоставление жилых помещений по месту работы за счет средств организаций, вкладываемых в долевое участие в строительстве жилья. В судебной практике встречаются случаи, когда таким путем решаются жилищные вопросы служащих государственных органов. Верховный Суд РФ при рассмотрении дел данной категории занял позицию о допустимости такого способа обеспечения граждан жильем в тех случаях, когда финансовые средства на долевое участие в строительстве жилья государственному органу выделены с соблюдением закона и установленного в субъектах Российской Федерации порядка. Михеева с внучкой Сараевой проживали в трехкомнатной приватизированной квартире по ул. Ленина в г. Чите, а Панкова с сыном - в однокомнатной квартире по ул. Столярова. В январе 1996 г. был принят в эксплуатацию жилой дом по ул. Хабаровской, построенный с долевым участием администрации Читинской области, в связи с чем заселение квартир в этом доме производилось областной администрацией. Для разрешения вопроса об улучшении жилищных условий семьи Панковой и жилищного конфликта между Михеевой и Сараевой администрация Читинской области постановила предоставить Михеевой двухкомнатную квартиру по ул. Хабаровской; Сараевой - однокомнатную квартиру по ул. Столярова; Панковой с сыном - трехкомнатную квартиру по ул. Ленина. Это решение было оформлено путем заключения гражданско-правовых сделок о передаче квартир по ул. Столярова и по ул. Ленина в собственность администрации Читинской области, которая в свою очередь предоставила квартиры упомянутым лицам в соответствии со своим постановлением. И. о. прокурора Читинской области в порядке ст. 41 ГПК РСФСР в интересах мэрии г. Читы обратился в суд с иском к администрации Читинской области, Михеевой, Сараевой и Панковой о применении последствий ничтожности названных сделок и о переселении этих граждан в ранее занимаемые ими жилые помещения, ссылаясь на то, что эти сделки ничтожны в соответствии со ст. 168 ГК РФ как противоречащие нормам ГК РФ, регулирующим порядок совершения договоров дарения и мены, ст. 11 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями) и Положению о порядке учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в г. Чите. В связи с отказом мэрии г. Читы от требований прокурора в ее интересах прокурор изменил эти требования и просил считать их заявленными в интересах очередников мэрии г. Читы. Решением Ингодинского районного суда г. Читы (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Читинского областного суда) требования прокурора оставлены без удовлетворения по тем основаниям, что права очередников мэрии г. Читы при распределении квартир по ул. Хабаровской не нарушены, поскольку эта жилая площадь не муниципальная, не подлежит распределению между очередниками мэрии г. Читы и находится в ведении администрации Читинской области как построенная за счет средств федерального бюджета, выделенных областной администрации для долевого участия в строительстве жилья для своих служащих. Президиум Читинского областного суда судебные постановления отменил, дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановление президиума областного суда и оставила в силе решение суда первой инстанции по следующим основаниям. В соответствии со ст. 330 ГПК РСФСР основаниями к отмене решения, определения, постановления суда в надзорном порядке являются: 1) неправильное применение или толкование норм материального права; 2) существенное нарушение норм процессуального права, повлекшее вынесение незаконного решения, определения, постановления суда. Решение, определение, постановление суда подлежат отмене независимо от доводов протеста в случаях, предусмотренных ст. 308 этого Кодекса. Не может быть отменено судебное постановление по формальным соображениям. Отменяя судебные постановления, президиум Читинского областного суда не указал, какие именно нормы материального права были неправильно применены или истолкованы судом, какие нарушения норм процессуального права допустил суд первой инстанции и каким образом они могли отразиться на правильности вынесенного решения. Это свидетельствует об отмене судебных постановлений без законных к тому оснований. Как установлено при рассмотрении дела районным судом, дом по ул. Хабаровской в г. Чите построен с долевым участием администрации Читинской области на средства, поступившие из федерального бюджета и в соответствии с решением Читинской областной Думы от 28 марта 1996 г. "Об областном бюджете на 1996 год" предназначенные для долевого участия областной администрации в жилищном строительстве. Данный факт подтвержден материалами дела и не вызвал сомнений у президиума Читинского областного суда. Согласно ст. 124 ГК РФ Российской Федерации субъекты Российской Федерации: республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами. К субъектам гражданского права, указанным в пункте 1 этой статьи, применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов. В соответствии со ст. 125 ГК РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов. По поручению прокуратуры Читинской области отделом ревизий и проверок по заданиям правоохранительных органов контрольно-ревизионного управления Министерства финансов Российской Федерации по Читинской области проведена проверка использования бюджетных средств администрацией Читинской области, в том числе направляемых на долевое участие в строительстве жилья. В результате проверки нарушений не выявлено. Поскольку областная администрация участвовала в долевом строительстве жилья для государственных служащих на законных основаниях и в рамках своих полномочий, именно она стала собственником жилья, построенного за счет бюджетных средств, выделенных на долевое строительство жилья для служащих администрации области, и имела право распорядиться данной собственностью. Обосновывая вывод о том, что администрация Читинской области (как собственник переданного ей жилья) не имела права распределять эту жилую площадь по своему усмотрению, а должна была использовать в интересах очередников муниципального образования г. Читы, президиум областного суда не сослался на соответствующие положения закона, ограничивающего полномочия областной администрации как собственника жилья по распоряжению этой собственностью. Поэтому не может быть признан обоснованным и его довод об ошибочности вывода суда о том, что права очередников г. Читы в результате предоставления квартиры по ул. Хабаровской Михеевой нарушены не были. В соответствии со ст. 6 Закона Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. "Об основах федеральной жилищной политики" (с изменениями и дополнениями) недвижимость в жилищной сфере, включая жилищный фонд, либо ее часть может находиться в частной (граждан, юридических лиц), государственной, муниципальной собственности, в собственности общественных объединений, а также в коллективной собственности и переходить из одной формы собственности в другую в порядке, установленном законодательством. Собственник недвижимости в жилищной сфере либо ее части имеет право в порядке, установленном законодательством, владеть, пользоваться и распоряжаться ею, в том числе сдавать в наем, аренду, отдавать в залог целиком и по частям, продавать, видоизменять, перестраивать или сносить, совершать иные действия, если при этом не нарушаются действующие нормы, жилищные, иные права и свободы других граждан, а также общественные интересы. Частная собственность на недвижимость или ее часть в жилищной сфере не ограничивается по количеству, размерам и стоимости, обеспечивается правом неприкосновенности и подлежит регистрации в местной администрации. Действующие нормы, жилищные, иные права и свободы других граждан, а также общественные интересы при совершении оспариваемых сделок соблюдены, поэтому суд обоснованно оставил заявленные требования без удовлетворения. Правильно признана судом необоснованной и ссылка прокурора в протесте на ст. 11 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями), в соответствии с которой каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно в порядке приватизации жилого помещения в домах государственного и муниципального жилого фонда один раз. При передаче квартир в собственность Михеевой, Панковой и Сараевой упомянутая норма не нарушена, поскольку согласно п. 1.4 Положения о приватизации государственного и муниципального жилищного фонда в Читинской области, утвержденного решением Малого совета областного Совета народных депутатов от 22 июля 1993 г., Михеевой, Панковой и Сараевой ранее приватизированные квартиры были переданы областной администрации. В связи с этим их право на приватизацию жилых помещений, полученных в результате переезда в другое жилое помещение, считается восстановленным. Как правильно указал в решении суд первой инстанции, оснований для применения последствий ничтожности сделок в данном случае нет. При оформлении передачи квартир в собственность Михеевой, Сараевой и Панковой нормы Гражданского кодекса Российской Федерации и упомянутого Закона нарушены не были. С учетом того, что одновременно с обменом жилой площади между участниками оспариваемых прокурором сделок было осуществлено улучшение жилищных условий граждан за счет собственной жилой площади областной администрации, следует признать правильным вывод суда о том, что в данном случае возникли комплексные гражданско-правовые и жилищные правоотношения мены (обмена) жилых помещений. Ни Жилищным кодексом РСФСР, ни Гражданским кодексом Российской Федерации сделка, заключенная ответчиками, не предусмотрена, поскольку такую сделку нельзя признать ни договором дарения, ни договором мены. Вместе с тем в соответствии с п. 1 ст. 235 ГК РФ собственник вправе произвести отчуждение своей собственности другим лицам, а в силу ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом; вследствие иных действий граждан и юридических лиц. При рассмотрении дела нарушений закона в результате передачи квартир в собственность администрации Читинской области и последующего предоставления их в собственность Михеевой, Панковой и Сараевой не выявлено. При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска. 7. Перевод общежитий в ведомственный, муниципальный или государственный жилищные фонды с закреплением за проживающими в них гражданами занимаемых ими жилых помещений, как правило, связан с перераспределением жилых помещений с целью разрешения жилищных проблем как можно большего числа очередников предприятия. Такое перераспределение вызывает большое количество споров, при рассмотрении которых судам следует учитывать, что основания для выселения граждан из жилых помещений в общежитиях, в том числе и с предоставлением других жилых помещений, указаны в законе; расширительному толкованию их перечень не подлежит. Изменение статуса жилого помещения в общежитии само по себе не является основанием для выселения лица, занимающего в этом общежитии жилое помещение. Косужкин обратился в суд с иском к Пономаревой о выселении ее с двумя несовершеннолетними детьми из трехкомнатной квартиры по ул. Дубнинской. Он ссылался на то, что эта квартира, бывшая ранее жилым помещением в общежитии АОЗТ Московский международный комплекс "Молодежный", предоставлена ему с семьей на основании внутриведомственного ордера от 27 декабря 1994 г. Пономарева предъявила встречный иск к Косужкиным, АОЗТ ММК "Молодежный" и жилищному комитету Северного административного округа г. Москвы о признании за ней с детьми права пользования упомянутой квартирой и об отсутствии такого права у семьи Косужкиных, о заключении с ней договора найма этого жилого помещения и о выдаче ордера. По ее мнению, она имеет преимущественное право на получение квартиры как молодой специалист, не обеспеченный жильем с 1980 года, а также в связи с рождением у нее близнецов. Более того, разрешение на право занятия спорной квартиры в общежитии ей было дано 17 марта 1994 г., по освобождении всей квартиры 1 января 1995 г. она с детьми вселилась и проживает в ней. Распоряжением префектуры Северного административного округа г. Москвы от 22 мая 1995 г. часть жилых помещений в общежитии, в число которых входит занимаемая Пономаревой квартира, переведена в разряд муниципального жилья с закреплением за проживающими в них семьями. Решением Тимирязевского межмуниципального районного суда Северного административного округа г. Москвы (оставленным без изменения кассационной инстанцией) в иске Косужкиным отказано, встречный иск Пономаревой удовлетворен. Президиум Московского городского суда судебные решения отменил и дело направил на новое рассмотрение. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ отменила постановление суда надзорной инстанции и оставила в силе решение районного суда и кассационное определение, указав следующее. Отменяя судебные постановления, президиум городского суда считал, что согласно ст. 47 ЖК РСФСР единственным основанием для вселения в предоставленное жилое помещение является ордер, а Пономарева его на эту квартиру не имела. Кроме того, районный суд не вправе был рассматривать вопрос о предоставлении ей жилого помещения как нуждающейся в улучшении жилищных условий, так как это относится к компетенции других органов. Эти выводы ошибочны. Статья 47 Жилищного кодекса РСФСР определяет порядок предоставления жилых помещений, пользование которыми осуществляется по договору жилищного найма. Пономарева же вселилась в названную квартиру в ином порядке. Спорное жилое помещение на время его предоставления Пономаревой являлось общежитием, в связи с чем данная норма материального права применена президиумом ошибочно. Пунктом 10 Примерного положения об общежитиях, утвержденного в соответствии с ч. 2 ст. 109 ЖК РСФСР постановлением Совета Министров РСФСР от 11 августа 1988 г. N 328 (в редакции постановления Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 июля 1993 г.), установлен порядок предоставления жилой площади в общежитии по ордерам, выдаваемым администрацией предприятия на основании совместного с профсоюзным комитетом решения, и запрещено самовольное переселение из одного помещения общежития в другое. При этом порядок переселения в другое помещение общежития не урегулирован и выдача ордера на переселение не предусмотрена. Как установил суд, жилая площадь в общежитии по ул. Дубнинской была предоставлена Пономаревой в 1980 году в соответствии со сложившимся порядком. 17 марта 1994 г. ей выдано письменное разрешение заместителя директора на закрепление за ее семьей после освобождения квартиры, в которой она с детьми и проживала на время издания распоряжения префекта Северного административного округа г. Москвы от 22 мая 1995 г. о переводе упомянутого общежития в разряд муниципального жилья. Косужкину, пользовавшемуся с семьей двухкомнатной квартирой по договору найма, внутриведомственный ордер на право заселения в семейное общежитие был выдан незаконно. Суд обоснованно применил п. 3 ст. 37 ЖК РСФСР, в соответствии с которым Пономарева как молодой специалист, не обеспеченный жилым помещением с 1980 года, имеет право на внеочередное получение квартиры. Ссылка президиума городского суда на то, что суд не вправе был рассматривать вопрос о предоставлении Пономаревой жилого помещения, дана без учета изложенных юридически значимых обстоятельств и лишала ее гарантированной ст. 46 Конституции Российской Федерации защиты нарушенного права на жилье. Вывод суда об обстоятельствах дела основан на доказательствах, надлежаще оцененных в решении суда первой инстанции. Нарушения норм процессуального права судом не допущено. При таком положении у суда надзорной инстанции не было оснований к отмене судебных постановлений. 8. Верховный Суд РФ неоднократно обращал внимание судов на необходимость выяснять при рассмотрении споров о выселении из общежитий, исполнила ли администрация обязанность по внеочередному обеспечению молодых специалистов постоянным жилым помещением. Если эта обязанность администрацией не исполнена, оснований для удовлетворения исков о выселении без предоставления другого жилого помещения нет. Администрация акционерного общества открытого типа (АООТ) "Брянскгражданпроект" обратилась в суд с иском к Кужекиной о выселении из общежития без предоставления другого жилого помещения. Истец сослался на то, что в связи с трудовыми отношениями с АООТ ответчице было предоставлено место, а затем комната в общежитии. 17 мая 1994 г. Кужекина уволилась с работы по собственному желанию, однако добровольно освободить общежитие отказалась. Кужекина иск не признала, считая, что увольнение с работы было обусловлено уважительными причинами: наличием заболевания и ухудшением состояния здоровья. Кроме того, ответчица указала на то, что на работу к истцу она была направлена в качестве молодого специалиста, но постоянным жилым помещением вплоть до увольнения не обеспечена. Решением Савинского районного суда г. Брянска (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Брянского областного суда) исковые требования АООТ "Брянскгражданпроект" удовлетворены: Кужекина выселена из общежития без предоставления другого жилого помещения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ судебные постановления отменила по следующим основаниям. Согласно ч. 2 ст. 110 ЖК РСФСР работники предприятий, учреждений, организаций, поселившиеся в общежитии в связи с работой, могут быть выселены без предоставления другого жилого помещения, в частности в случае увольнения по собственному желанию без уважительных причин. Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования о выселении Кужекиной без предоставления другого жилого помещения, суд исходил из того, что занимаемое ответчицей помещение находится в общежитии. Она уволена с работы по собственному желанию и не относится к категории лиц, которые не подлежат выселению без предоставления другого жилого помещения. Между тем, как видно из материалов дела, Кужекина страдает хроническим заболеванием и в связи с ухудшением состояния здоровья неоднократно проходила стационарное лечение. В марте 1990 г. ответчице сделана операция. В январе 1991 г. она признана инвалидом III группы и продолжала работать в условиях сокращенного рабочего дня. Кужекина состоит на диспансерном учете, начиная с 1993 года она постоянно обращалась за медицинской помощью; с 1993 по 1994 год у нее имелись неоднократные периоды временной нетрудоспособности (февраль, апрель, май, сентябрь, декабрь 1993 г.; февраль и апрель 1994 г.). По сообщению главного гематолога Брянской области, в указанный период трудоспособность Кужекиной резко ограничилась, что могло явиться следствием ее заболевания и длительного приема больших доз лекарственных препаратов. По мнению лечащего врача ответчицы, допрошенной судом в качестве свидетеля, заболевание Кужекиной препятствовало ее работе у истца. Однако суд не принял во внимание эти обстоятельства и не дал оценку представленным ответчицей доказательствам. Проведение назначенной судом судебно-медицинской экспертизы было поручено Брянскому бюро судебно-медицинских экспертиз. Но экспертиза не состоялась, так как у истицы не было средств на оплату труда экспертов, а ответчик отказался возместить расходы на ее проведение. В обоснование решения о выселении ответчицы суд сослался на показания врача П. (не привлеченной в установленном ст. 74 ГПК РСФСР порядке к участию в деле в качестве эксперта, но допрошенной как эксперт) о том, что у Кужекиной в 1992 году наступило состояние ремиссии, с 1993 года - клинически стойкое излечение. Данные объяснения П. доказательственного значения не имеют, поскольку она не являлась в суде ни экспертом, ни непосредственным свидетелем развития заболеваний ответчицы. В нарушение требований ст. 56 ГПК РСФСР об объективной оценке доказательств в их совокупности суд не учел сведений об ухудшении состояния здоровья ответчицы в 1993-1994 гг. перед увольнением и, несмотря на то, что никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, отдал предпочтение показаниям свидетеля П. об излечении Кужекиной в тот период. Кроме того, в материалах дела достаточно данных, свидетельствующих о наличии у ответчицы заболевания, обострение которого привело к ухудшению состояния здоровья и ограничению трудоспособности, сделавших затруднительным дальнейшее исполнение ответчицей трудовых обязанностей в качестве инженера АООТ "Брянскгражданпроект". Опровергнуть эти данные в соответствии со ст. 50 ГПК РСФСР в суде должен был истец, в том числе и с помощью заключения экспертов. Уклонившись от оплаты расходов по проведению экспертизы, истец тем самым отказался от предоставления доказательств в подтверждение своего довода об отсутствии у ответчицы уважительных причин для увольнения с работы по собственному желанию. Как установил суд, в 1987 году Кужекина после окончания Брянского технологического института (дневного отделения строительного факультета) направлена на работу инженером-проектировщиком института "Брянскгражданпроект" как молодой специалист. В общежитии в г. Брянске ей было предоставлено койко-место. В соответствии с п. 3 ст. 37 ЖК РСФСР гражданам, окончившим вузы и направляемым в порядке распределения в другую местность, и членам их семей жилое помещение предоставляется вне очереди предприятиями, учреждениями, организациями, а в случаях, предусмотренных законодательством, - органами исполнительной власти по приезде. Согласно ст. 55 Положения о межреспубликанском, межведомственном и персональном распределении молодых специалистов, оканчивающих высшие и средние специальные учебные заведения, введенного в действие приказом Министра высшего и среднего специального образования СССР от 30 июля 1980 г. N 870, молодые специалисты обеспечиваются жилой площадью (изолированным жилым помещением, на пользование которым заключен договор жилищного найма) предприятием, учреждением, организацией, в которое они направлены при распределении. Предоставление места в общежитии - временная мера обеспечения молодого специалиста жилой площадью. Временное поселение молодого специалиста в общежитие не может рассматриваться как предоставление ему жилого помещения в общежитии на общих основаниях в соответствии со ст. 109 ЖК РСФСР. Такой же порядок предоставления жилой площади молодым специалистам был сохранен в п. 44 Положения о распределении и использовании в народном хозяйстве выпускников высших и средних специальных учебных заведений, утвержденного приказом Гособразования СССР от 22 августа 1988 г. N 286. Там же установлено, что молодой специалист, не обеспеченный по каким-либо причинам постоянным жилым помещением по приезде к месту распределения, сохраняет право на его получение вне очереди, независимо от срока работы на данном предприятии, в учреждении, организации. Исходя из этого, молодой специалист, не обеспеченный постоянным жилым помещением и временно проживающий в общежитии, не относится к числу лиц, которые могут быть выселены из общежития без предоставления другого жилого помещения. Поскольку жилье в общежитии предоставлено Кужекиной во временное пользование, с нарушением установленного порядка предоставления жилых помещений молодым специалистам и только до обеспечения ее постоянным жилым помещением, она не может быть выселена из этого общежития на основании ст. 110 УК РСФСР без предоставления другого благоустроенного жилого помещения. При выселении ответчицы из общежития истец в соответствии со ст. 96 ЖК РСФСР должен был предложить Кужекиной другое благоустроенное жилое помещение, отвечающее требованиям ст.ст. 40, 41 ЖК РСФСР. Увольнение ответчицы с работы не может рассматриваться как основание для прекращения обязательства истца во внеочередном порядке обеспечить Кужекину постоянным жилым помещением, так как это не соответствует нормам материального права, регулирующим порядок предоставления жилых помещений молодым специалистам. 9. Моисеева З., Моисеева Е., а также двое детей Моисеевой Е. (Евгения, 1986 года рождения и Александр, 1991 года рождения) проживали в квартире жилой площадью 37,3 кв. м в доме в г. Москве. Данная квартира состояла из трех комнат - двух смежных 17,7 кв. м, 11,5 кв. м и одной изолированной 8,1 кв. м. Моисеева 3. обратилась в суд с иском к Моисеевой Е., префектуре Северо-Западного административного округа г. Москвы, муниципальному округу "Хорошево-Мневники" о заключении отдельного договора жилищного найма на комнату размером 8,1 кв. м, ссылаясь на то, что после смерти в 1991 году ее сына, который был мужем Моисеевой Е., между ней и снохой сложились неприязненные отношения; истица предлагала ответчице произвести обмен занимаемой квартиры, но она отказалась. Решением Хорошевского межмуниципального суда Северо-Западного округа г. Москвы от 25 июня 1997 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда и президиумом Московского городского суда) в иске отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ удовлетворила протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, отменила судебные постановления и вынесла новое решение об удовлетворении иска Моисеевой З., указав следующее. Отказывая в иске об изменении договора жилищного найма, суд обосновал это тем, что квартира имеет кухню по размеру менее 6 кв. м и совмещенный санузел; размер изолированной комнаты, на которую претендует истица, менее нормы предоставления жилой площади. Судебная коллегия и президиум городского суда, признавая решение суда правильным, также указывали на это. Однако названные обстоятельства не могут служить основанием к отказу в иске об изменении договора жилищного найма. В соответствии со ст. 86 ЖК РСФСР совершеннолетний член семьи нанимателя вправе требовать заключения с ним отдельного договора найма, если с согласия остальных проживающих с ним совершеннолетних членов семьи и в соответствии с приходящейся на его долю жилой площадью либо с учетом состоявшегося соглашения о порядке пользования жилым помещением ему может быть выделено помещение, удовлетворяющее требованиям ст. 52 этого Кодекса. В силу ст. 52 ЖК РСФСР предметом договора найма может быть лишь изолированное жилое помещение, состоящее из квартиры либо одной или нескольких комнат. Не могут быть самостоятельным предметом договора найма часть комнаты или комната, связанная с другой комнатой общим входом (смежные комнаты), подсобные помещения. Как видно из материалов дела, на каждого проживающего в упомянутой квартире жильца приходится по 9,3 кв. м жилой площади. Комната размером 8,1 кв. м, на которую Моисеева З. просила заключить отдельный договор найма, изолированная. Между Моисеевыми, как установлено в суде первой инстанции, состоялось соглашение о порядке пользования квартирой, согласно которому Моисеева З. длительное время пользовалась изолированной комнатой, а Моисеева Е. и двое ее детей - двумя смежными комнатами. Статьями 52 и 86 ЖК РСФСР предусмотрены условия, при которых возможно заключение отдельного договора найма на жилое помещение в квартире. Небольшой размер кухни и совмещенный санузел в квартире не являются препятствием по смыслу приведенных статей ЖК РСФСР для заключения такого договора найма. Не может служить основанием к отказу в иске об изменении договора жилищного найма и то обстоятельство, что размер изолированной комнаты, на которую претендует истица, менее нормы предоставления жилой площади. Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 15 постановления от 26 декабря 1984 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса РСФСР" (с последующими изменениями и дополнениями), в случае, когда одной из сторон в соответствии с приходящейся на ее долю жилой площадью можно выделить с учетом санитарных и технических требований изолированное помещение по размеру менее установленной ст. 38 ЖК РСФСР нормы жилой площади, суд не вправе отказать в удовлетворении иска со ссылкой только на это обстоятельство, поскольку закон не исключает возможность заключения договора найма жилого помещения площадью менее 12 кв. м. 10. В соответствии с федеральным законодательством и утвержденными Правительством Российской Федерации программами предусмотрен постепенный переход на оплату содержания жилья самими жильцами. Предоставляемые государством субсидии на погашение расходов по содержанию жилищного фонда являются льготой, направленной на материальное поддержание населения, у которого нет реальной возможности полностью оплачивать расходы по содержанию жилья. В связи с этим такая льгота не может предоставляться тогда, когда речь идет об оплате расходов по содержанию нескольких жилых помещений. Пунктом 3 распоряжения мэра Москвы от 9 декабря 1996 г. N 576/1-РМ "О порядке финансирования работ по организации управления, эксплуатации и ремонта домов жилищных, жилищно-строительных кооперативов и образованных на их основе товариществ собственников жилья" установлены с 1 декабря 1996 г. ставки оплаты услуг по техническому обслуживанию домов жилищных кооперативов (ЖК) и жилищно-строительных кооперативов (ЖСК), созданных на их основе товариществ собственников жилья городскими жилищными предприятиями, исходя из общей площади жилых помещений, принадлежащих гражданам, если они имеют одно и единственное жилье и проживают в нем на правах частной собственности, или занимаемых пайщиками жилищно-строительных кооперативов, жилищных кооперативов. В п. 6 примечаний Приложения к данному распоряжению указано, что при расчетах за услуги технического обслуживания дома плата за помещения, занимаемые собственником, имеющим более одного жилого помещения или не зарегистрированным (прописанным) в нем, взимается исходя из фактических затрат по содержанию дома. Буковников обратился в суд с заявлением о признании недействительными п. 3 упомянутого распоряжения мэра Москвы и п. 6 примечаний Приложения к этому распоряжению. При этом Буковников сослался на то, что на основании этих норм он как имеющий в собственности 1/6 часть четырехкомнатной квартиры, в которой проживает, и однокомнатную квартиру в ЖСК вынужден нести расходы по оплате квартиры в ЖСК в большем размере, чем части квартиры, в которой проживает. По мнению заявителя, ставки по оплате жилого помещения не могут быть увеличены при наличии условий, перечисленных в п. 6 примечаний Приложения к распоряжению мэра Москвы. Московский городской суд заявление Буковникова оставил без удовлетворения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев дело в кассационном порядке, оставила решение суда первой инстанции без изменения, указав следующее. Согласно ст. 15 Закона Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. "Об основах федеральной жилищной политики" (с изменениями и дополнениями) оплата жилья и коммунальных услуг по договору найма устанавливается в размере, обеспечивающем возмещение издержек на содержание и ремонт жилья, а также на коммунальные услуги. Переход на новую систему оплаты жилья и коммунальных услуг осуществляется поэтапно в течение 10 лет. Этапы и порядок перехода на новую систему оплаты жилья и коммунальных услуг определяются Правительством Российской Федерации совместно с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации. В соответствии со ст. 15 упомянутого Закона Правительство Российской Федерации приняло 18 июня 1996 г. постановление N 707 "Об упорядочении системы оплаты жилья и коммунальных услуг", в п. 1 которого предусмотрено продолжить переход на новую систему оплаты жилья и коммунальных услуг, обеспечив к 2003 году уровень платежей граждан в размере полного возмещения затрат на содержание и ремонт жилья, а также на коммунальные услуги. По смыслу приведенных нормативных актов, уровень платежей граждан за жилье и коммунальные услуги должен быть равен размеру полного возмещения затрат на содержание и ремонт жилья, а также на коммунальные услуги. Определение этапов и порядка перехода на эту систему оплаты жилья и коммунальных услуг находится в совместном ведении Правительства Российской Федерации и органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации. Мэр Москвы вправе был издать распоряжение от 9 декабря 1996 г. N 576/1-РМ, в силу которого плата за помещения, занимаемые собственником, имеющим более одного жилого помещения или не зарегистрированным (прописанным) в нем, при расчетах за услуги технического обслуживания дома должна взиматься исходя из фактических затрат по содержанию дома (п. 3 распоряжения и п. 6 Приложения к распоряжению). Данное положение не противоречит требованиям Закона Российской Федерации "Об основах федеральной жилищной политики" и постановления Правительства Российской Федерации от 18 июня 1996 г. N 707. Соответствует оно и постановлению правительства Москвы от 20 декабря 1994 г. N 1161 "О переходе ко второму этапу реформы системы оплаты жилищно-коммунальных услуг" (с изменениями на 13 июня 1995 г.). В п. 2 этого постановления предусмотрены, в частности, ставки оплаты услуг по техническому обслуживанию домов исходя из площади помещений, принадлежащих гражданам на праве собственности, ЖК и ЖСК, а также товариществ собственников жилых помещений, состоящих на техническом обслуживании городских, муниципальных жилищных организаций Москвы, которые, как видно из материалов дела, по размеру ниже размера издержек на содержание и ремонт домов. Эти ставки применяются при расчетах по месту прописки лишь с теми гражданами - собственниками жилья, членами ЖК и ЖСК, а также товариществ собственников жилых помещений, которые имеют одно и единственное жилье. 11. Решение органа исполнительной власти о выдаче ордера является административно-правовым актом, правила оспаривания которого установлены в жилищном законодательстве. В связи с этим в судебной практике возник вопрос о возможности применения норм гражданского законодательства о недействительности сделок при разрешении вопроса о признании ордера недействительным. Верховный Суд РФ на этот вопрос ответил положительно. Администрация Центрального района г. Хабаровска 4 июля 1996 г. обратилась в суд с иском к Юсупову о признании недействительным выданного ему 12 апреля 1993 г. ордера на однокомнатную квартиру, ссылаясь на то, что ответчик не состоял на учете как нуждающийся в улучшении жилищных условий, ордер получил без соответствующего решения местной администрации в результате преступных действий бывшего начальника отдела учета распределения жилья (ОУРЖ), осужденного судом за эти действия к лишению свободы. Центральный районный суд г. Хабаровска в удовлетворении иска отказал по мотиву пропуска истцом трехгодичного срока исковой давности для предъявления требования о признании ордера недействительным, предусмотренного ст. 48 ЖК РСФСР. Это решение отменено в кассационном порядке Хабаровским краевым судом как вынесенное с нарушением норм материального права. Верховный Суд РФ, проверив дело в порядке надзора, признал определение суда кассационной инстанции правильным по следующим основаниям. В соответствии с п. 2 ст. 3 ГК РФ нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать данному Кодексу. Это положение распространяется и на нормы жилищного законодательства, в том числе и на отношения, возникающие в связи с выдачей ордера на жилые помещения в домах государственного или муниципального жилищного фонда. Как видно из материалов дела, ордер на однокомнатную квартиру в доме г. Хабаровска Юсупову (не являвшемуся нуждающимся в улучшении жилищных условий и не состоявшему на учете в ОУРЖ Центрального района г. Хабаровска) был выдан 12 апреля 1993 г. без соответствующего решения исполкома Совета народных депутатов бывшим начальником ОУРЖ Центрального района, осужденным за совершение ряда преступлений, в том числе и за незаконную выдачу ордера Юсупову. Допущенные при выдаче ордера Юсупову нарушения в соответствии с ч. 1 ст. 48 ЖК РСФСР - бесспорное основание для признания этого ордера недействительным. Согласно ч. 2 ст. 48 ЖК РСФСР в отличие от общего правила начала течения срока исковой давности (с момента, когда заинтересованное лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права) требование о признании ордера недействительным может быть заявлено в течение трех лет со дня его выдачи. Вместе с тем эта норма не может рассматриваться как исключение из установленных гражданским законодательством общих правил о неприменении исковой давности в установленных законом случаях. В соответствии со ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, в частности, на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права. Это правило относится и к требованиям собственников (владельцев) жилищного фонда о защите их права на жилые помещения, неправомерно занятые иными лицами, у которых права на эти помещения возникнуть не могло. В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются любые действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Выдача ордера на жилое помещение в соответствии с подп. 2 п. 1 ст. 8 ГК РФ является основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей, в частности для последующего заключения договора найма жилого помещения. В связи с этим выдача ордера должна рассматриваться как один из элементов гражданско-правового отношения. Ссылка суда кассационной инстанции на то, что согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ иск о признании недействительным ордера, полученного в результате преступных действий заинтересованных лиц, как иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение, правильная. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации _______________ 1 Продолжение. Начало см. в Бюллетене N 8 за 1999 г., с. 17. (Продолжение в следующем номере) ____________ Указатель судебной практики УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ +-----------------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------------------¦ ¦390.010.030 ¦ ¦ ¦Статья ¦ О некоторых вопросах назначения судами ¦ ¦Председателя ¦ уголовного наказания ¦ ¦Верховного ¦ ¦ ¦Суда РФ ¦ ¦ ¦В.М.Лебедева ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9, с. 1 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦020.050.010 ¦ ¦ ¦040.020.000 ¦ ¦ ¦110.060.000 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦ Постановление президиума областного суда о ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ прекращении производства по делу о признании ¦ ¦от 9.04.99 ¦ права собственности на долю не завершенного ¦ ¦Бюллетень ¦ строительством жилого дома (со ссылкой на ¦ ¦Верх. Суда ¦ ст. 98 Федерального закона ¦ ¦Российской ¦ "О несостоятельности (банкротстве)" ввиду ¦ ¦Федерации, ¦ неподведомственности его суду общей ¦ ¦1999, N 9, с. 10 ¦ юрисдикции признано неправильным ¦ ¦ ¦ ¦ ¦040.020.000 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦ Прекращение производства по делу судом по ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ заявлению о признании неправомочной ¦ ¦от 29.03.99 ¦ конференции областной организации КПРФ в ¦ ¦Бюллетень ¦ части решения вопроса об исключении из партии ¦ ¦Верх. Суда ¦ ввиду неподведомственности спора признано ¦ ¦Российской ¦ правильным ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9, с. 12 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦390.010.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦ При назначении наказания по совокупности ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ преступлений, если хотя бы одно из них ¦ ¦от 14.01.99 ¦ является преступлением средней тяжести, ¦ ¦Бюллетень ¦ тяжким или особо тяжким, суд руководствуется ¦ ¦Верх. Суда ¦ требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ о частичном ¦ ¦Российской ¦ или полном сложении наказаний ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9, с. 13 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦390.010.040 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦ Лицо, у которого после совершения ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ преступления наступило психическое ¦ ¦от 26.01.99 ¦ расстройство, лишающее его возможности ¦ ¦Бюллетень ¦ осознавать фактический характер и ¦ ¦Верх. Суда ¦ общественную опасность своих действий ¦ ¦Российской ¦ (бездействия) либо руководить ими, ¦ ¦Федерации, ¦ освобождается от наказания, но не от ¦ ¦1999, N 9, с. 14 ¦ уголовной ответственности. Таким лицам суд ¦ ¦ ¦ может назначить принудительные меры ¦ ¦ ¦ медицинского характера ¦ ¦ ¦ ¦ ¦390.020.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦ Убийство двух или более лиц при отсутствии ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ единого умысла квалифицируется по п. "н" ч. 2 ¦ ¦от 29.01.99 ¦ ст. 105 УК РФ по признаку неоднократности ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9, с. 14 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦400.010.000 ¦ ¦ ¦400.010.020 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦ Надзорная инстанция признала отсутствие ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ нарушения судом требований ст. 17 УПК РСФСР ¦ ¦от 13.01.99 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9. с. 15 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦390.020.030 ¦ ¦ ¦400.010.040 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦ Нарушение судом требований ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ уголовно-процессуального закона, в том числе ¦ ¦от 15.01.98 ¦ принципа непосредственности исследования ¦ ¦Бюллетень ¦ доказательств, повлекло отмену приговора ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9. с. 15 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦390.020.020 ¦ ¦ ¦Пост. презид. ¦ Действия осужденного необоснованно ¦ ¦Курск. обл. ¦ квалифицированы по п. "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ ¦ ¦суда ¦ ¦ ¦от 13.01.94 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9, с. 16 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦390.020.100 ¦ ¦ ¦Пост. презид. ¦ Отмена приговора и прекращение дела по ч. 1 ¦ ¦Ленингр. обл. ¦ ст. 206 УК РСФСР по мотиву декриминализации ¦ ¦суда ¦ деяния признаны незаконными ¦ ¦от 23.10.98 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9, с. 16 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦400.040.000 ¦ ¦ ¦Пост. презид. ¦ При оставлении жалобы без удовлетворения в ¦ ¦Моск. гор. суда ¦ кассационном определении должны быть указаны ¦ ¦от 20.08.98 ¦ основания, по которым доводы жалобы признаны ¦ ¦Бюллетень ¦ неправильными или несущественными ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9, с. 17 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.030.000 ¦ ¦ ¦170.040.000 ¦ ¦ ¦170.080.000 ¦ ¦ ¦170.090.000 ¦ ¦ ¦170.050.000 ¦ ¦ ¦170.060.000 ¦ ¦ ¦Обзор суд. ¦ Некоторые вопросы судебной практики по ¦ ¦практики ¦ гражданским делам ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦1999, N 9, с. 18 ¦ ¦ +-----------------------------------------------------------------+