27.07.2006
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 7 2006 года Опубликовано: 27.07.2006 Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Судебное постановление по делу о взыскании земельного налога, вынесенное в нарушение единства судебной практики, отменено Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2005 г. N 252-ПВ05 (Извлечение) 1. Судебное постановление по делу о взыскании земельного налога, вынесенное в нарушение единства судебной практики, отменено Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2005 г. N 252-ПВ05 (Извлечение) Межрайонная инспекция Министерства Российской Федерации по налогам и сборам (МНС России) N 8 по г. Калининграду обратилась в суд с иском к К. о взыскании земельного налога за 2002 год в сумме 11 148 руб. и пени в размере 1989 руб. 50 коп. В обоснование заявленных требований межрайонная инспекция МНС России указывала, что К. имеет в собственности земельный участок, который был ему предоставлен для строительства индивидуального жилого дома. На основании решения городского Совета депутатов Калининграда от 9 января 2002 г. N 6 "Об утверждении дифференцированных ставок земельного налога в городе Калининграде на 2002 год" ставка земельного налога составила 13,24 руб. за 1 кв. м. В соответствии со ст. 17 Закона Российской Федерации "О плате за землю" уплата сумм налога должна производиться владельцами земельных участков в два срока: не позднее 15 сентября и 15 ноября текущего года, о чем К. был проинформирован 6 мая 2002 г. налоговым уведомлением. На основании ст. 69 НК РФ ему были направлены требования об уплате налога за землю и пени, которые были им получены, но не исполнены. Задолженность ответчика по уплате налога на землю на 28 марта 2003 г. составила 11 148 руб., а пеня за период с 16 сентября 2002 г. по 25 июля 2003 г. - 1989 руб. 50 коп. Решением мирового судьи 1-го судебного участка Гурьевского района Калининградской области от 11 сентября 2003 г. исковые требования удовлетворены: с К. в пользу межрайонной инспекции МНС России N 8 по г. Калининграду взыскана задолженность по уплате земельного налога в размере 11 148 руб. и пеня в сумме 1989 руб. 50 коп., а всего - 13 137 руб. 50 коп., а также государственная пошлина в доход местного бюджета в сумме 504 руб. 12 коп. Апелляционным решением Гурьевского районного суда Калининградской области от 1 декабря 2003 г. решение мирового судьи отменено, вынесено новое решение, которым межрайонной инспекции МНС России N 8 г. Калининграда в иске отказано, на нее возложена обязанность произвести перерасчет суммы земельного налога в размере 3% от установленной ставки за земельный участок, принадлежащий К. Президиум Калининградского областного суда 7 июня 2004 г. апелляционное решение районного суда отменил, оставил в силе решение мирового судьи. В порядке ст. 389 ГПК РФ заместителем Председателя Верховного Суда РФ внесено в Президиум Верховного Суда РФ представление о пересмотре определения президиума Калининградского областного суда от 7 июня 2004 г. в целях обеспечения единства судебной практики и законности. Президиум Верховного Суда РФ 23 ноября 2005 г. определение президиума Калининградского областного суда отменил, указав следующее. Согласно ч. 5 ст. 8 Закона Российской Федерации от 11 октября 1991 г. N 1738-I "О плате за землю" (в ред. от 25 июля 2002 г.) налог за земли, занятые жилищным фондом (государственным, муниципальным, общественным, кооперативным, индивидуальным), а также личным подсобным хозяйством, дачными участками, индивидуальными и кооперативными гаражами в границах городской (поселковой) черты, взимается со всей площади земельного участка в размере трех процентов от ставок земельного налога, установленных в городах и поселках городского типа, но не менее 10 руб. за квадратный метр. Удовлетворяя надзорную жалобу межрайонной инспекции МНС России и отменяя апелляционное решение районного суда, президиум областного суда указал на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм Закона Российской Федерации "О плате за землю". В частности, президиум исходил из того, что приведенное выше положение ч. 5 ст. 8 Закона Российской Федерации "О плате за землю" о льготном налогообложении земель 3% от ставки земельного налога, занятых жилищным фондом, применимо лишь к землям, на которых строительство жилых домов завершено, и, соответственно, неприменимо к землям, на которых строительство домов не завершено, дома не сданы в эксплуатацию. Также президиум областного суда указал, что понятие "жилищный фонд", используемое в ч. 5 ст. 8 упомянутого Закона, следует применять в том значении, в каком оно используется в ст. 4 Жилищного кодекса РСФСР (действовавшего на момент рассмотрения спора), в соответствии с которой жилищный фонд образуют находящиеся на территории Российской Федерации жилые дома, а также жилые помещения в других строениях (т. е. дома, строения, строительство которых завершено и осуществлена регистрация прав на построенный объект недвижимости). Следовательно, установленная в ч. 5 ст. 8 указанного Закона налоговая льгота, по мнению президиума, должна применяться лишь в отношении земель, на которых полностью завершено строительство объекта недвижимости и зарегистрированы права на этот объект. В связи с этим президиум областного суда пришел к выводу о том, что налог на предназначенный под строительство жилого дома земельный участок, принадлежащий К., на котором расположен недостроенный жилой дом, не подлежит оплате в льготном порядке. Однако в данном случае президиумом областного суда неправильно применены нормы материального права, поскольку понятие "жилищный фонд", закрепленное в ч. 5 ст. 8 Закона, использовано в специальном Законе Российской Федерации "О плате за землю". Президиум Калининградского областного суда при применении ч. 5 ст. 8 Закона Российской Федерации "О плате за землю" ошибочно использовал понятие "жилищный фонд" в значении, в котором оно дано в ст. 4 Жилищного кодекса РСФСР. Президиум Верховного Суда РФ в своем определении от 14 июля 2004 г. N 15-ПВ04ПР по делу по жалобе Ж. на действия инспекции МНС России по Курортному району г. Санкт-Петербурга разъяснил, что по смыслу и содержанию всей ч. 5 ст. 8 Закона Российской Федерации "О плате за землю" указанная норма Закона предусматривает 3% ставки налога за землю исходя из целевого назначения земли и напрямую не связывает право на нее со сроками сдачи дома в эксплуатацию и его регистрацией. Таким образом, Гурьевским районным судом Калининградской области в апелляционном решении сделан правильный вывод о том, что размер ставки налога на земельный участок, имеющий целевое назначение - для строительства жилого дома, не должен зависеть от наличия либо отсутствия на данном земельном участке завершенного строительством жилого дома. В связи с тем что определение президиума Калининградского областного суда существенно нарушает нормы материального права и единство судебной практики, оно отменено с оставлением в силе апелляционного решения Гурьевского районного суда. ____________ При наличии обстоятельств, вынуждающих кандидата в депутаты снять свою кандидатуру, внесенный им избирательный залог возвращается в соответствующий избирательный фонд Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 5 октября 200 2. При наличии обстоятельств, вынуждающих кандидата в депутаты снять свою кандидатуру, внесенный им избирательный залог возвращается в соответствующий избирательный фонд Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 5 октября 2005 г. N 66-Г05-10 (Извлечение) Решением окружной избирательной комиссии от 17 марта 2005 г. на основании заявления К. о невозможности участия в выборах в связи со стойким расстройством здоровья его регистрация кандидатом в депутаты Законодательного Собрания Иркутской области аннулирована. 26 мая 2005 г. избирательной комиссией Иркутской области принято постановление о перечислении внесенного заявителем избирательного залога в областной бюджет. Оспаривая законность данного постановления, К. обратился в Иркутский областной суд с заявлением о его отмене, ссылаясь на то, что снятие им своей кандидатуры носило вынужденный характер, а потому внесенный им избирательный залог не мог быть зачислен в доход областного бюджета. Решением Иркутского областного суда от 6 июля 2005 г. в удовлетворении заявления отказано. В кассационной жалобе К. просил об отмене решения суда, ссылаясь на его незаконность, и вынесении нового решения об удовлетворении его заявления. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 5 октября 2005 г. решение суда отменила, указав следующее. В силу п. 13 ст. 38 Федерального закона от 12 июня 2002 г. N 67-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" (в редакции, действовавшей на момент рассмотрения дела) избирательный залог перечисляется в доход соответствующего бюджета в случае отказа в регистрации кандидата, списка кандидатов, снятия кандидатом своей кандидатуры, отзыва избирательным объединением, избирательным блоком зарегистрированного кандидата, списка кандидатов без вынуждающих к тому обстоятельств, если указанный отзыв приводит к наступлению указанных в п. 30 настоящей статьи обстоятельств или назначению повторных выборов и в случае отмены регистрации кандидата, списка кандидатов по основаниям, предусмотренным п. 5 ст. 76 настоящего Федерального закона. В иных случаях, в том числе и в случае признания результатов выборов недействительными, избирательный залог возвращается в соответствующий избирательный фонд. Отказывая заявителю в удовлетворении требований, суд, сославшись на приведенную норму Федерального закона, посчитал, что возможность возврата избирательного залога в избирательный фонд предусмотрена лишь для избирательных объединений, избирательных блоков, отзывающих при наличии вынуждающих к тому обстоятельств зарегистрированного кандидата, список кандидатов, и сделал из этого вывод о том, что внесенный кандидатом избирательный залог подлежит зачислению в бюджет независимо от причин снятия им своей кандидатуры. С подобным толкованием нормы Федерального закона согласиться нельзя. Как следует из содержания п. 13 ст. 38 названного выше Федерального закона, избирательный залог перечисляется в доход соответствующего бюджета в случае снятия кандидатом своей кандидатуры, отзыва избирательным объединением, избирательным блоком зарегистрированного кандидата, списка кандидатов без вынуждающих к тому обстоятельств. Следовательно, при наличии обстоятельств, вынуждающих кандидата снять свою кандидатуру, а избирательное объединение, избирательный блок - отозвать зарегистрированного кандидата, список кандидатов, внесенный ими избирательный залог может быть возвращен в соответствующий избирательный фонд. Подобной позиции придерживается и Конституционный Суд Российской Федерации, указавший в п. 2 Определения от 12 апреля 2005 г. N 245-O по жалобе гражданина Морозова А.В. на нарушение его конституционных прав положением пункта 13 статьи 38 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", что положение п. 13 ст. 38 названного Федерального закона в случае снятия кандидатом своей кандидатуры по вынуждающим обстоятельствам и при условии прекращения им всех избирательных действий не может рассматриваться как препятствующее возврату избирательного залога в избирательный фонд кандидата. Аналогичный правовой смысл заложен федеральным законодателем и в новой редакции ст. 38 Федерального закона (от 21 июля 2005 г.), в соответствии с подп. "г" п. 14 которой перечисленные в качестве избирательного залога средства возвращаются в соответствующий избирательный фонд в случае снятия кандидатом своей кандидатуры по вынуждающим к тому обстоятельствам, отзыва избирательным объединением кандидата, списка кандидатов. Учитывая, что из-за неправильного толкования нормы материального права являющиеся юридически значимыми для правильного разрешения данного спора обстоятельства, которые, по утверждению К., вынудили его снять свою кандидатуру, судом не исследовались, решение суда об отказе в удовлетворении требований заявителя отменено с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ____________ В иске о возмещении вреда, причиненного военнослужащему повреждением его здоровья при исполнении им служебного долга, отказано Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11 ноября 2005 г. N 7-В05-8 (Извлечение) 3. В иске о возмещении вреда, причиненного военнослужащему повреждением его здоровья при исполнении им служебного долга, отказано Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11 ноября 2005 г. N 7-В05-8 (Извлечение) З. обратился в суд с иском к Министерству обороны Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства (УФК) Министерства финансов Российской Федерации по Ивановской области о возмещении вреда, причиненного здоровью при исполнении обязанностей военной службы. В обоснование исковых требований заявитель ссылался на следующее. Во время прохождения военной службы в составе отряда специального назначения на территории Республики Афганистан в марте 1986 г. при проведении операции по уничтожению мятежников он получил травму и впоследствии был признан негодным к военной службе. Приказом главнокомандующего Силами Общего Назначения Объединенных Вооруженных Сил СНГ от 21 апреля 1992 г. был уволен в запас по п. "б" ст. 59 Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР (утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 18 марта 1985 г. N 240) по болезни. Ответчики в добровольном порядке отказывались возмещать вред здоровью, причиненный при исполнении обязанностей военной службы. Решением Ленинского районного суда г. Иваново от 23 марта 2004 г. иск удовлетворен: с Министерства обороны Российской Федерации в пользу З. в счет возмещения причиненного здоровью вреда взыскано единовременно за период с 1 февраля 2001 г. по 31 января 2004 г. 210 268 руб. 44 коп. и ежемесячно 5840 руб. 79 коп., начиная с 1 февраля 2004 г., бессрочно с последующей индексацией в установленном законом порядке. В кассационном порядке решение не обжаловалось. Определением судьи Верховного Суда РФ от 30 мая 2005 г. дело передано для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции - президиум Ивановского областного суда. Президиум Ивановского областного суда 8 июля 2005 г. решение районного суда оставил без изменения. В надзорной жалобе представитель УФК Министерства финансов Российской Федерации по Ивановской области просил судебные постановления отменить. Определением судьи Верховного Суда РФ от 26 августа 2005 г. дело истребовано в Верховный Суд РФ. Определением судьи Верховного Суда РФ от 13 октября 2005 г. дело передано для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции - Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 11 ноября 2005 г. в отношении надзорной жалобы указала следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения состоявшихся судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. В данном деле судебные инстанции существенно нарушили нормы материального права. Установлено, что З. с 26 апреля 1985 г. по 23 апреля 1987 г. проходил военную службу в составе отряда специального назначения на территории Республики Афганистан. В марте 1986 г. во время проведения операции по уничтожению мятежников он получил травму, в результате чего в 1992 году был признан негодным к военной службе и уволен в запас. С 29 ноября 1993 г. ему была установлена вторая группа инвалидности. Согласно ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 Кодекса, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности. Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, судебные инстанции исходили из того, что причиненный здоровью истца вред подлежит возмещению по правилам, установленным ст.ст. 1085-1094 ГК РФ. Между тем в соответствии с ч. 2 ст. 12 Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" действие ст.ст. 1085-1094 ГК РФ распространяется на случаи, когда причинение вреда жизни и здоровью имело место до 1 марта 1996 г., но не ранее 1 марта 1993 г., и причиненный вред остался невозмещенным. Причинение вреда истцу имело место в 1986 году, и ему были выплачены суммы, предусмотренные действующим на тот момент законодательством. Таким образом, судебные инстанции удовлетворили заявленные требования ошибочно. Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Ответственность за причинение вреда наступает за виновное причинение вреда, если законом не предусмотрено возмещение вреда при отсутствии вины причинителя вреда. Положениями ст. 1084 ГК РФ не предусматривается возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья, при отсутствии вины причинителя. Следовательно, возможность возмещения вреда З. на основании норм главы 59 ГК РФ исключается, если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину. Возмещение вреда военнослужащим включено в комплекс мер по их социальной защите и регулируется в соответствующих федеральных законах. При причинении вреда военнослужащим при исполнении служебного долга им выплачиваются установленные единовременные пособия и страховые суммы. Кроме того, в силу ст.ст. 1085, 1086 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья. Размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности. Согласно материалам дела З. не устанавливалась степень утраты трудоспособности, следовательно, вывод судебных инстанций о том, что при расчете утраченного истцом заработка следует исходить из 85%-ной утраты его трудоспособности, нельзя признать правильным, так как материалы дела не содержат данных медико-социальной экспертизы относительно утраты им трудоспособности. Вместе с тем следует иметь в виду, что в соответствии с подп. 3 ст. 1109 ГК РФ не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки. Поскольку недобросовестности и счетной ошибки при исчислении задолженности по платежам в возмещение вреда не установлено, полученная З. сумма обратно взыскана быть не может. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Ленинского районного суда г. Иваново и постановление президиума Ивановского областного суда отменила и вынесла новое решение, которым З. в удовлетворении иска о возмещении вреда, причиненного здоровью при исполнении обязанностей военной службы, отказала. _____________ Вынужденные переселенцы, получившие денежную компенсацию за утраченное жилье, не подлежат включению в списки на получение безвозмездной субсидии на строительство или приобретение жилья Определение судьи Верховного Суда РФ от 12 декабря 2005 г. N 26-В05-9 4. Вынужденные переселенцы, получившие денежную компенсацию за утраченное жилье, не подлежат включению в списки на получение безвозмездной субсидии на строительство или приобретение жилья Определение судьи Верховного Суда РФ от 12 декабря 2005 г. N 26-В05-9 (Извлечение) X., Т., Б. обратились в суд с заявлением об оспаривании отказа Управления по делам миграции Министерства внутренних дел Республики Ингушетия (МВД РИ) во включении их в списки на получение безвозмездной субсидии на строительство или приобретение жилья. Они ссылались на то, что являются вынужденными переселенцами, и считали, что получение в 2002 году компенсации за утраченное жилье не лишает их права на получение данной субсидии. Решением Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 12 мая 2003 г., оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия 3 июля 2003 г., в удовлетворении заявления отказано. Определением судьи Верховного Суда Республики Ингушетия от 16 августа 2004 г. отказано в передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции. Председатель Верховного Суда Республики Ингушетия 26 октября 2004 г. в истребовании дела отказал. В надзорной жалобе заявители просили вышеуказанные судебные постановления отменить. Определением судьи Верховного Суда РФ от 12 сентября 2005 г. дело истребовано в Верховный Суд РФ. Судья Верховного Суда РФ, рассмотрев 12 декабря 2005 г. истребованное по надзорной жалобе дело, в передаче его для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции отказал, указав следующее. В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. Таких нарушений судами при рассмотрении данного дела не допущено. Согласно ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище; органы государственной власти и органы местного самоуправления поощряют жилищное строительство, создают условия для осуществления права на жилище; малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами. В подп. 4 п. 1 ст. 7 Закона Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. N 4530-I "О вынужденных переселенцах" закреплено, что федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления в пределах своих полномочий предоставляют вынужденному переселенцу, нуждающемуся в улучшении жилищных условий, безвозмездные субсидии на строительство (приобретение) жилья в соответствии с законодательством Российской Федерации. Ни в Конституции Российской Федерации, ни в названном Законе не устанавливаются условия и порядок предоставления безвозмездных субсидий гражданам, относящимся к числу вынужденных переселенцев. Согласно подп. 3 п. 3 ст. 7 указанного Закона право определять порядок и условия предоставления субсидий принадлежит Правительству Российской Федерации, которое своим постановлением от 8 ноября 2000 г. N 845 утвердило Положение о жилищном обустройстве вынужденных переселенцев в Российской Федерации. В соответствии с подп. "б" п. 40 данного Положения территориальный орган Министерства по делам федерации, национальной и миграционной политики Российской Федерации на основании сведений органов местного самоуправления о постановке вынужденных переселенцев на учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий (постоянном жилье), в порядке, определяемом указанным Министерством, вносит в орган местного самоуправления предложения о распределении среди состоящих на учете вынужденных переселенцев жилых помещений для постоянного проживания, в финансировании строительства (приобретения) которых участвовал этот территориальный орган, за исключением вынужденных переселенцев, в частности получивших денежную компенсацию за утраченное жилье. Во исполнение названного постановления Правительства Российской Федерации Минфедерации России был разработан Порядок ведения территориальными органами Министерства по делам федерации, национальной и миграционной политики Российской Федерации сводных списков вынужденных переселенцев, состоящих в органах местного самоуправления на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий (в постоянном жилье), и предоставления им указанного жилья, утвержденный приказом от 10 апреля 2001 г. N 31, на основании п. 9 которого Управлением по делам миграции МВД РИ вынесено решение об отказе, оспариваемое заявителями. В указанном пункте воспроизводятся положения п. 40 названного постановления и предусматривается, что в сводные списки, формируемые комиссией территориального органа Минфедерации России по распределению жилья, не включаются вынужденные переселенцы, получившие денежную компенсацию за утраченное жилье. Нормативного правового акта большей юридической силы, устанавливающего условия предоставления субсидий, которому могли бы противоречить п. 40 постановления Правительства Российской Федерации и п. 9 упомянутого Порядка, не имеется. Следовательно, довод в надзорной жалобе о том, что вынесенные по спорному правоотношению постановления судебных инстанций противоречат Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству, несостоятелен. За гражданами, получившими компенсацию за утраченное жилье и имущество, сохраняется право на получение в установленном порядке долговременной беспроцентной возвратной ссуды на строительство и приобретение жилья (п. 1.2 Временного положения о компенсационных и других социальных гарантиях гражданам Российской Федерации, пострадавшим в результате вооруженного конфликта в Чеченской Республике). Ссылка заявителей на решение Верховного Суда РФ от 29 апреля 2002 г. ошибочна, так как в данном решении приведены правовые позиции по вопросу снятия с учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и эти позиции не распространяются на отношения, представляющие предмет судебного разбирательства по настоящему делу. Других доводов в обоснование незаконности судебных постановлений в надзорной жалобе не приводится. _____________ Лицо, пользующееся льготами, связанными с временным ввозом товаров на таможенную территорию Российской Федерации, утрачивает право на такие льготы, если товары по истечении срока их временного ввоза не были вывезены с таможенной территории Российской Феде 5. Лицо, пользующееся льготами, связанными с временным ввозом товаров на таможенную территорию Российской Федерации, утрачивает право на такие льготы, если товары по истечении срока их временного ввоза не были вывезены с таможенной территории Российской Федерации Определение судьи Верховного Суда РФ от 25 октября 2005 г. N 33-В05-6 (Извлечение) М. обратился в суд с заявлением о признании недействительными решения о взыскании недоимки и требования таможенного органа об уплате таможенных платежей в сумме 626 802 руб. 20 коп. Он ссылался на то, что легковой автомобиль марки "Ауди Олроад", ввезенный им на таможенную территорию Российской Федерации 24 ноября 2003 г. и помещенный под таможенный режим временного ввоза сроком на два месяца до 24 января 2004 г., был похищен 26 ноября 2003 г. в г. Санкт-Петербурге, вследствие этого обратный вывоз данного автомобиля стал невозможен. Решением Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 26 июля 2004 г., оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Ленинградского областного суда 6 октября 2004 г., в удовлетворении заявления отказано. Определением судьи Ленинградского областного суда от 12 апреля 2005 г. М. отказано в истребовании дела. В надзорной жалобе заявитель просил судебные постановления отменить и вынести новое решение. Определением судьи Верховного Суда РФ от 11 июля 2005 г. дело истребовано в Верховный Суд РФ. Судья Верховного Суда РФ, рассмотрев 25 октября 2005 г. истребованное по надзорной жалобе дело, в передаче его для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции отказал, указав следующее. В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. Таких нарушений судами при рассмотрении данного дела не допущено. В соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 319 Таможенного кодекса Российской Федерации (ТК РФ) при перемещении товаров через таможенную границу обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов при ввозе товаров возникает с момента пересечения таможенной границы. Данная обязанность не является видом юридической ответственности за таможенное правонарушение, имеет публично-правовой характер, возникает в силу самого факта перемещения товара через таможенную границу и не зависит от вины лица, ответственного за уплату таможенных пошлин, налогов. Согласно абз. 3 подп. 1 п. 2 ст. 319 Кодекса таможенные пошлины, налоги не уплачиваются в случае, если в отношении товаров предоставлено условное полное освобождение от уплаты таможенных пошлин, налогов, в период действия такого освобождения и при соблюдении условий, в связи с которыми предоставлено такое освобождение. В частности, в силу п. 1 ст. 283 ТК РФ условное полное освобождение от уплаты таможенных пошлин, налогов предоставляется в отношении товаров, временно ввозимых на таможенную территорию Российской Федерации иностранными физическими лицами, если эти товары ввозятся исключительно для личного пользования этими лицами на период их временного пребывания на таможенной территории Российской Федерации. В данном случае лицо, у которого возникла обязанность по уплате таможенных платежей в связи с перемещением товаров через таможенную границу, освобождается от их уплаты при условии, если товары будут вывезены с таможенной территории Российской Федерации не позднее дня истечения срока их временного ввоза, установленного таможенным органом, либо когда обратный вывоз временно ввезенных товаров, включая транспортные средства, не может быть осуществлен в связи с тем, что они серьезно повреждены вследствие аварии или действия непреодолимой силы (п. 1 ст. 214, пп. 5, 6 ст. 283 ТК РФ). Аналогичные правила, позволяющие прекратить действие режима временного ввоза с освобождением от уплаты ввозных пошлин и сборов в отношении товаров, ввезенных с условным освобождением от таможенных платежей, закреплены и в ст. 14 Конвенции о временном ввозе, заключенной в г. Стамбуле 26 июня 1990 г., к которой Российская Федерация присоединилась 18 апреля 1996 г. Так, в п. 3 ст. 14 названной Конвенции предусмотрено, что действие режима временного ввоза может быть прекращено по просьбе заинтересованного лица, если это лицо приведет таможенным органам удовлетворительное доказательство полного уничтожения или утраты товаров (включая транспортные средства) вследствие аварии или действия непреодолимой силы. В этом случае лицо, пользующееся льготами, связанными с временным ввозом, будет освобождено от уплаты ввозных пошлин и сборов. Из приведенных норм, в том числе международных, видно, что во всех вышеуказанных случаях, когда лицо освобождается от исполнения возникшей у него при перемещении через таможенную границу товаров публично-правовой обязанности по уплате таможенных платежей, эти товары на таможенной территории отсутствуют в связи с их обратным вывозом либо уничтожением вследствие аварии или действия непреодолимой силы. В случае хищения ввезенные товары остаются на таможенной территории, что не влечет за собой освобождения лица, пользующегося льготами, связанными с временным ввозом, от исполнения ранее возникшей у него обязанности по уплате таможенных платежей. Довод заявителя в надзорной жалобе о том, что к нему должны быть применены ставки таможенных пошлин, действующие на день принятия таможенной декларации таможенным органом, в соответствии с п. 3 ст. 327 ТК РФ не может служить основанием для отмены судебных постановлений. Как видно из заявления, М. требовал признать неправомерным возложение на него обязанности по уплате таможенных платежей, а не проверить правильность исчисления их размера. Исходя из того, что право определять предмет иска принадлежит исключительно истцу (заявителю), суд правильно рассмотрел дело в пределах заявленных требований. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 мая 2005 г. N 168-O, на которое имеется ссылка в надзорной жалобе, не влечет безусловной отмены обжалуемых судебных постановлений. В указанном Определении приведены правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации относительно ответственности за таможенное правонарушение, которая не может возлагаться без наличия вины, в какой бы форме она ни проявлялась. В данном случае М. не был привлечен к ответственности за таможенное правонарушение, определением главного инспектора Кингисеппской таможни от 11 марта 2004 г. отказано в возбуждении в отношении него дела об административном правонарушении. Публично-правовая обязанность по уплате таможенных пошлин и налогов не связана с какой-либо ответственностью и возникла у заявителя вследствие наступления события, предусмотренного законом (ввоз товара на таможенную территорию), определенные законом льготы, позволяющие освободить его от исполнения такой обязанности, отсутствовали. Кроме того, в подп. "а" п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что суду следует учитывать постановления Конституционного Суда Российской Федерации о толковании положений Конституции Российской Федерации, подлежащих применению в данном деле, и о признании соответствующими либо не соответствующими Конституции Российской Федерации нормативных правовых актов, перечисленных в пп. "а", "б", "в" ч. 2 и в ч. 4 ст. 125 Конституции Российской Федерации, на которых стороны основывают свои требования или возражения. Нормы Таможенного кодекса Российской Федерации, не предусматривающие сохранение льготы по уплате таможенных платежей в случае хищения временно ввезенного товара, не признаны неконституционными. Неправомерно в надзорной жалобе и утверждение о нарушении Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней. Установление порядка перемещения товаров через таможенную границу, обложения таможенными платежами и их уплаты осуществляется в целях защиты суверенитета и экономической безопасности Российской Федерации, прав и законных интересов граждан, обеспечения единого экономического пространства. Такая защита является общепринятой в международной практике и нашла свое закрепление в Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур 1973 года, Таможенном кодексе Европейского Сообщества 1992 года, Основах таможенных законодательств государств - участников Содружества Независимых Государств 1995 года. Таможенные платежи, льготы по их уплате установлены в Российской Федерации на уровне федерального закона. Нормы, определяющие размер этих платежей, не признаны Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации. _____________ Несовершеннолетний в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несет ответственность за причиненный вред. В случае отсутствия у несовершеннолетнего имущества, достаточного для возмещения вреда, его родители привлекаются к дополнительной 6. Несовершеннолетний в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несет ответственность за причиненный вред. В случае отсутствия у несовершеннолетнего имущества, достаточного для возмещения вреда, его родители привлекаются к дополнительной ответственности Определение судьи Верховного Суда РФ от 26 октября 2005 г. N 69-В05-16 (Извлечение) С. обратился в суд с иском к П. и Т. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и компенсации морального вреда. В обоснование своих требований он указал следующее. 6 сентября 2003 г. несовершеннолетняя Т. (29 мая 1987 года рождения), управляя без разрешения С. принадлежащим ему на праве собственности автомобилем ВАЗ-21099, не справилась с управлением и допустила столкновение с металлическим ограждением. В результате этого автомобилю были причинены механические повреждения. Истец просил суд взыскать с ответчиков стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 103 691 руб. 24 коп., компенсацию за утрату товарной стоимости автомобиля - 5931 руб. 79 коп., в возмещение судебных расходов - 9196 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 10 тыс. рублей. Решением Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа от 19 декабря 2003 г. требования удовлетворены частично: взыскано с Т. в пользу С. в возмещение материального ущерба 109 623 руб. 03 коп., судебные расходы в размере 9196 руб.; при отсутствии у Т. доходов или имущества либо при их недостаточности для возмещения причиненного ею вреда обязанность по возмещению вреда возложена на П. до достижения Т. совершеннолетия. В компенсации морального вреда отказано. Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа 11 марта 2004 г. указанное решение суда отменила и вынесла новое решение, которым в иске С. отказала. Президиум суда Ханты-Мансийского автономного округа 19 ноября 2004 г. определение судебной коллегии отменил, решение городского суда оставил в силе. В надзорной жалобе П. просил отменить решение Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа и постановление президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа. Определением судьи Верховного Суда РФ от 21 сентября 2005 г. дело истребовано в Верховный Суд РФ. Судья Верховного Суда РФ, рассмотрев 26 октября 2005 г. истребованное по надзорной жалобе дело, в передаче его для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции отказал, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. Таких нарушений судами первой и надзорной инстанций при рассмотрении данного дела допущено не было. Отменяя состоявшееся по делу решение городского суда и вынося новое решение об отказе С. в иске, судебная коллегия суда автономного округа указала на то, что выводы суда о возложении на ответчиков обязанности по возмещению истцу материального ущерба, причиненного повреждением его имущества, сделаны без учета требований норм материального права. Вина несовершеннолетней Т. в дорожно-транспортном происшествии не является основанием для возложения на нее обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, поскольку владельцем этого источника в момент дорожно-транспортного происшествия был собственник автомобиля С, который и должен нести ответственность за причиненный вред. При этом судебная коллегия руководствовалась ст. 1079 ГК РФ. В силу данной статьи обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т. п.). Однако с такими выводами согласиться нельзя по следующим основаниям. По смыслу приведенной выше правовой нормы ответственность наступает за вред, причиненный источником повышенной опасности, т. е. за вред, который источником повышенной опасности причинен третьим лицам. Между тем, как следует из материалов дела, вред был причинен самому истцу в виде повреждения его имущества - автомобиля. Согласно ст. 1074 ГК РФ несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях. В случае когда у несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или попечителем, если они не докажут, что вред возник не по их вине. Обязанность родителей (усыновителей), попечителя и соответствующего учреждения по возмещению вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, прекращается по достижении причинившим вред совершеннолетия либо в случаях, когда у него до достижения совершеннолетия появились доходы или иное имущество, достаточные для возмещения вреда, либо когда он до достижения совершеннолетия приобрел дееспособность. Как видно из материалов дела, постановлением судьи Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа от 23 сентября 2003 г. вина несовершеннолетней Т. в совершении дорожно-транспортного происшествия при управлении указанным автомобилем установлена. За совершение административного правонарушения - оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, - Т. привлечена к административной ответственности. Поскольку вина несовершеннолетней Т. в совершении дорожно-транспортного происшествия установлена и в результате ее действий имуществу истца был причинен ущерб, то именно она, как правильно указал суд первой инстанции, является надлежащим ответчиком по настоящему делу и на нее должна быть возложена обязанность по возмещению причиненного вреда. При этом суд первой инстанции правомерно указал, что при отсутствии у несовершеннолетней Т. собственных доходов или иного имущества либо при их недостаточности для возмещения причиненного вреда обязанность по возмещению вреда, причиненного истцу, должна быть возложена на ее отца - П. до достижения Т. совершеннолетия. _____________ Договором о передаче дела на рассмотрение третейского суда стороны не вправе самостоятельно определять территориальную подсудность подачи заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда Определение Судебной 7. Договором о передаче дела на рассмотрение третейского суда стороны не вправе самостоятельно определять территориальную подсудность подачи заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 5 июля 2005 г. N 78-В05-24 (Извлечение) Решением третейского суда "Санкт-Петербургский арбитраж" от 5 августа 2004 г. за компанией Wiltor International LLC признано право собственности на 4885 обыкновенных именных акций ЗАО "Торговая фирма "Юбилей", принадлежавших М. Компания Wiltor International LLC обратилась в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение этого решения. Определением Петродворцового районного суда г. Санкт-Петербурга от 16 августа 2004 г. выдан исполнительный лист и признано право собственности Wiltor International LLC на 4885 акций ЗАО "Торговая фирма "Юбилей". Президиум Санкт-Петербургского городского суда 9 марта 2005 г. определение отменил с вынесением по делу нового решения об отказе в выдаче исполнительного листа. В надзорной жалобе представитель компании просил постановление президиума отменить. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 5 июля 2005 г. жалобу удовлетворила частично по следующим основаниям. В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. Отменяя определение районного суда, президиум обоснованно исходил из того, что оно вынесено с нарушением правил подсудности, предусмотренных ч. 2 ст. 423 ГПК РФ, и исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда выдан некомпетентным судом. Этот вывод мотивирован, соответствует требованиям закона, оснований для признания его неправильным не установлено. Согласно ч. 2 ст. 423 ГПК РФ заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подается в районный суд по месту жительства или месту нахождения должника либо, если место жительства или место нахождения неизвестно, по месту нахождения имущества должника - стороны третейского разбирательства. Эта норма закона императивна, находится в главе 47 ГПК РФ, регламентирующей производство по делам о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов. При этом в Кодексе не предусмотрено возможности для определения третейским соглашением конкретного суда, в который может быть подано заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Следовательно, договором о передаче дела на рассмотрение в третейский суд стороны не вправе самостоятельно определить территориальную подсудность подачи заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, поскольку Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации четко определяет, в какой суд следует обращаться взыскателю с заявлением о выдаче исполнительного листа. Установив, что должником в рассматриваемом случае является М., президиум правильно исходил из того, что с учетом места проживания указанного лица и правила подсудности, определенного ст. 423 ГПК РФ, заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда должно подаваться в Невский районный суд г. Санкт-Петербурга, а определение в третейском соглашении, заключенном между М. и компанией Wiltor International LLC, иного суда, нежели Невский районный суд г. Санкт-Петербурга, куда следует обращаться с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, является нарушением этой статьи Кодекса и правил подсудности. Таким образом, президиум сделал правильный вывод о том, что Петродворцовый районный суд был не вправе выносить определение о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, он вышел за пределы своих полномочий, названное определение по этим основаниям не может быть признано законным и подлежит отмене. Однако, отменив определение в связи с нарушением правил подсудности, президиум не вправе был рассматривать дело по существу и выносить по нему новое решение, так как это противоречит п. 2 ч. 1 ст. 390 ГПК РФ, согласно которому при отмене судебного постановления дело подлежит направлению на новое рассмотрение, а принятие нового решения возможно, если судом допущена ошибка в применении и толковании норм материального права (п. 5 ч. 1 ст. 390 ГПК РФ), при условии, что дело было рассмотрено по существу компетентным судом. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ постановление президиума Санкт-Петербургского городского суда в части вынесения нового решения об отказе в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения постоянно действующего третейского суда "Санкт-Петербургский арбитраж" по делу о признании права собственности Wiltor International LLC на 4885 обыкновенных именных акций ЗАО "Торговая фирма "Юбилей" отменила и дело в этой части направила для рассмотрения по существу в Невский районный суд г. Санкт-Петербурга, в остальной части определение президиума оставила без изменения, а надзорную жалобу в указанной части - без удовлетворения. _____________ На подсудность дел по спорам, возникающим из договора долевого участия в строительстве жилья, распространяются правила, предусмотренные законодательством о защите прав потребителей Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 8. На подсудность дел по спорам, возникающим из договора долевого участия в строительстве жилья, распространяются правила, предусмотренные законодательством о защите прав потребителей Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 8 ноября 2005 г. N 78-В05-50 (Извлечение) 21 июля 2003 г. М. обратилась в суд с исковым заявлением к ООО "Строительная компания "Импульс" о взыскании неустойки за нарушение обязательств по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома и компенсации морального вреда. В обоснование своих требований она указала, что 10 октября 2000 г. заключила с названным обществом указанный договор, по условиям которого обязалась произвести своевременное финансирование строительства своей доли жилья (конкретной трехкомнатной квартиры), а общество - закончить строительство объекта не позднее второго квартала 2001 г. и передать квартиру в собственность М. Обязательство по оплате строительства истицей было выполнено в полном объеме, тогда как строительство дома закончено ответчиком с просрочкой на 547 дней. Определением судьи Невского районного суда г. Санкт-Петербурга от 21 июля 2003 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда 25 августа 2003 г. и президиумом Санкт-Петербургского городского суда 25 августа 2004 г.) исковое заявление возвращено М. на основании п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ в связи с неподсудностью данному суду. М. в надзорной жалобе просила отменить судебные постановления как вынесенные с нарушением норм процессуального права. Определением судьи Верховного Суда РФ от 27 июля 2005 г. дело истребовано в Верховный Суд РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 8 ноября 2005 г. удовлетворила жалобу по следующим основаниям. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. Возвращая М. исковое заявление о взыскании неустойки и компенсации морального вреда с ООО "Строительная Компания "Импульс", судья районного суда исходил из того, что на спорные правоотношения действие Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" не распространяется и заявление может быть подано истицей в суд в соответствии с общими правилами территориальной подсудности, установленными гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации. Однако с этими выводами согласиться нельзя, так как судебные инстанции неправильно истолковали закон. Как видно из материалов дела, целью заключения М. договора с ответчиком о долевом участии в инвестировании строительства жилого дома являлось приобретение в строящемся доме конкретной квартиры для личных нужд заявительницы. Это следует, в частности, из п. 1.1 указанного договора, согласно которому М. привлекается в качестве дольщика по инвестированию строительства дома с целью приобретения в нем соответствующего жилого помещения в собственность. Согласно договору от 10 октября 2000 г. на заявительницу (дольщика) возлагалась обязанность по оплате фактической стоимости строительства жилого помещения, а общество - строительная компания, привлекающая денежные средства граждан для строительства многоквартирных жилых домов, принимало на себя функции заказчика строительства с обязательством передать гражданину в собственность обусловленное договором жилое помещение по окончании строительства и сдачи дома в эксплуатацию. Таким образом, М., инвестирующая денежные средства на приобретение жилого помещения (квартиры), являлась потребителем оказываемых ООО "Строительная компания "Импульс" услуг, так как фактически приобретала квартиру для личных нужд. Пленум Верховного Суда РФ в п. 1 постановления "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" от 29 сентября 1994 г. (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснил, что законодательство о защите прав потребителей регулирует отношения между гражданином, имеющим намерение заказать или приобрести либо заказывающим, приобретающим или использующим товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, с одной стороны, и организацией либо индивидуальным предпринимателем, производящими товары для реализации потребителям, реализующими товары потребителям по договору купли-продажи, выполняющими работы и оказывающими услуги потребителям по возмездному договору, - с другой стороны. В ч. 9 ст. 4 действующего в настоящее время Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" также указывается на то, что к отношениям, вытекающим из договора, заключенного гражданином - участником долевого строительства исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяется законодательство Российской Федерации о защите прав потребителей в части, не урегулированной указанным Федеральным законом. Поскольку на данные правоотношения распространяется Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" и предусмотренные им (п. 2 ст. 17) правила подсудности, М. вправе была обратиться с исковым заявлением в суд по месту своего жительства. При таких обстоятельствах судебные постановления нельзя признать законными. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение судьи Невского районного суда г. Санкт-Петербурга, определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда и постановление президиума Санкт-Петербургского городского суда отменила, материал по иску М. к ООО "Строительная компания "Импульс" о взыскании неустойки и компенсации морального вреда направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции. _____________ Отмена определения суда о прекращении производства по делу в связи с утверждением судом заключенного между сторонами мирового соглашения признана незаконной Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 октября 2005 г. N 34 9. Отмена определения суда о прекращении производства по делу в связи с утверждением судом заключенного между сторонами мирового соглашения признана незаконной Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 октября 2005 г. N 34-В05-9 (Извлечение) М. обратился в суд с иском к ОАО "Мурманскавтотранс" о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, связанных с оформлением документов для обращения в суд и оплатой государственной пошлины. В обоснование своих требований он указал следующее. 21 декабря 2001 г. в районе пос. Белокаменка Кольского района Мурманской области рейсовый пассажирский автобус, в котором он находился в качестве пассажира, столкнулся с трактором. В результате дорожно-транспортного происшествия М. получил телесные повреждения в виде сотрясения головного мозга, рвано-ушибленной раны тыльной поверхности левой кисти руки. Владельцем источника повышенной опасности является ответчик по делу, дорожно-транспортное происшествие произошло по вине его работника. Определением Ленинского районного суда г. Мурманска от 5 июля 2004 г. производство по делу было прекращено в связи с утверждением судом заключенного между сторонами мирового соглашения, по условиям которого ответчик обязан был передать истцу 120 тыс. рублей в срок до 30 сентября 2004 г. равными долями, а истец обязан принять от ответчика указанные денежные средства в установленный срок и в дальнейшем не заявлять каких-либо требований по данному иску. В кассационном порядке дело не рассматривалось. Президиум Мурманского областного суда 16 декабря 2004 г. определение Ленинского районного суда г. Мурманска отменил и дело направил на новое рассмотрение в тот же суд. В надзорной жалобе М. просил отменить определение президиума областного суда как незаконное и оставить в силе определение районного суда. Определением судьи Верховного Суда РФ от 8 сентября 2005 г. дело передано для рассмотрения по существу в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 18 октября 2005 г. жалобу удовлетворила, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. При рассмотрении данного дела президиумом Мурманского областного суда были допущены существенные нарушения норм процессуального права, выразившиеся в следующем. В обоснование отмены определения Ленинского районного суда г. Мурманска и направления дела в тот же суд на новое рассмотрение президиум Мурманского областного суда сослался на то, что при утверждении заключенного между сторонами по делу мирового соглашения суд не проверил, не противоречат ли условия мирового соглашения закону и не нарушаются ли при этом права и законные интересы других лиц. Кроме того, президиум указал на отсутствие в определении суда об утверждении мирового соглашения мотивированного заключения о размере компенсации морального вреда, а также на непривлечение к участию в деле в качестве третьего лица водителя автобуса - работника ОАО "Мурманскавтотранс" Ш. Приведенные доводы суда надзорной инстанции основаны на неправильном толковании и применении норм процессуального права. Действительно, в силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом. Однако в ч. 1 ст. 39 ГПК РФ установлена возможность совершения сторонами в гражданском процессе такого распорядительного действия, как окончание дела мировым соглашением, при котором не допускаются какие-либо ограничения волеизъявления сторон, кроме предусмотренных ч. 2 названной статьи Кодекса. В соответствии с ч. 2 ст. 39 ГПК РФ суд не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц. Как следует из материалов дела, в судебном заседании между истцом и ответчиком было достигнуто мировое соглашение. Утверждая данное соглашение, суд первой инстанции счел, что его условия соответствуют действующему законодательству, представитель ответчика (ОАО "Мурманскавтотранс") обладает полномочием совершать указанное процессуальное действие. Правовые последствия заключения мирового соглашения сторонам по делу судом были разъяснены, и это подтверждается подписями истца и представителя ответчика в протоколе судебного заседания. Ссылка президиума на обязанность суда первой инстанции при утверждении мирового соглашения по делу указать в определении мотивы назначения компенсации морального вреда в таком размере является неправомерной, поскольку противоречит положениям ст. 39 ГПК РФ, закрепляющим свободу сторон гражданского судопроизводства в реализации их правомочий. Не предусмотрена такая обязанность суда и в ст. 221 ГПК РФ, регулирующей порядок и последствия прекращения производства по делу, в том числе и по такому основанию, как заключение сторонами мирового соглашения. Нельзя признать состоятельной и ссылку президиума в обоснование отмены по надзорной жалобе ОАО "Мурманскавтотранс" определения суда об утверждении мирового соглашения между сторонами на непривлечение к участию в деле водителя Ш., управлявшего автобусом. Водитель автобуса не подавал в суд заявления о привлечении его в качестве третьего лица, не обжаловал определение суда об утверждении мирового соглашения в надзорную инстанцию по мотиву нарушения его прав и законных интересов, полномочиями на защиту своих прав в суде надзорной инстанции ОАО "Мурманскавтотранс" не наделял. Кроме того, судебное постановление по делу вынесено президиумом в ненадлежащей процессуальной форме, а именно - в форме определения. Между тем согласно ч. 6 ст. 386 ГПК РФ по результатам рассмотрения дела президиум суда надзорной инстанции принимает постановление. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение президиума Мурманского областного суда отменила, оставила в силе определение Ленинского районного суда г. Мурманска. _____________ Органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе регулировать жилищные отношения в рамках установленных полномочий Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 5 октября 2005 г. N 58-Г05-29 (Извлечение) 10. Органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе регулировать жилищные отношения в рамках установленных полномочий Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 5 октября 2005 г. N 58-Г05-29 (Извлечение) Прокурор Хабаровского края обратился в суд с заявлением о признании противоречащими федеральному закону и недействующими отдельных положений Порядка бесплатной приватизации государственного жилищного фонда в Хабаровском крае (утвержденного постановлением губернатора Хабаровского края от 18 ноября 2002 г. N 484; далее - Порядок). Он ссылался на то, что нормы пп. 4, 10, абз. 3 п. 11, абз. 3 п. 14, п. 16 Порядка (в ред. от 27 апреля 2005 г.) приняты высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации - губернатором Хабаровского края - за рамками предоставленных полномочий, поскольку действие указанных норм распространяется на правоотношения, урегулированные Гражданским кодексом Российской Федерации и относящиеся к предмету ведения Российской Федерации; положение абз. 1 п. 11 Порядка в части слова "малоимущие" противоречит ст. 9-1 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-I "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" и ограничивает граждан Российской Федерации в праве свободно владеть, пользоваться и распоряжаться своим жилищем, нарушает условия, установленные федеральным законом, для осуществления права граждан на свободный выбор способа удовлетворения потребностей в жилище. Решением Хабаровского краевого суда от 15 июля 2005 г. заявление прокурора Хабаровского края удовлетворено частично: признаны недействующими со дня вступления в законную силу решения суда пп. 4, 10, абз. 3 п. 11, абз. 3 п. 14, п. 16 указанного Порядка; в остальной части заявленные требования оставлены без удовлетворения. В кассационном представлении исполняющего обязанности прокурора Хабаровского края был поставлен вопрос об отмене решения суда в части отказа прокурору в удовлетворении заявления. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 5 октября 2005 г. в удовлетворении кассационного представления отказала, указав следующее. Требования прокурора о признании противоречащим федеральному закону и недействующим абз. 1 п. 11 Порядка в части слова "малоимущие" суд правильно признал не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. Данной нормой установлено, что малоимущие граждане, приватизировавшие жилые помещения, являющиеся для них единственным местом постоянного проживания, вправе передать принадлежащие им на праве собственности и свободные от обязательств жилые помещения в государственную или муниципальную собственность, а соответствующие органы исполнительной власти, органы местного самоуправления или уполномоченные ими лица обязаны принять их в собственность и заключить договоры социального найма этих жилых помещений с указанными гражданами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации и Хабаровского края, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления соответствующих муниципальных образований. По мнению прокурора, названная норма в части слова "малоимущие" противоречит ст. 9-1 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-I "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", положение которой в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 2 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" действует до 1 января 2007 г. Согласно указанной норме федерального законодательства право на деприватизацию жилых помещений имеют все граждане Российской Федерации независимо от их имущественного положения при определенных условиях: жилое помещение должно являться для граждан единственным местом постоянного проживания, принадлежать им на праве собственности и быть свободным от обязательств. Иные условия для граждан законом не предусмотрены. Действительно, в связи с тем, что ст. 9-1 указанного Закона с 1 января 2007 г. утрачивает силу, граждане, не относящиеся к категории "малоимущие", вправе до 1 января 2007 г, передать в государственную или муниципальную собственность жилые помещения, принадлежащие им на праве собственности, поэтому с выводами суда в отношении порядка применения ст. 91 Закона согласиться нельзя. Однако суд правильно отказал прокурору в удовлетворении заявления в этой части, поскольку оспариваемая норма не противоречит ст. 20 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", согласно которой малоимущие граждане, приватизировавшие жилые помещения, являющиеся для них единственным местом постоянного проживания, до 1 января 2007 г. вправе передать принадлежащие им на праве собственности и свободные от обязательств жилые помещения в государственную или муниципальную собственность. Абзац 1 п. 11 Порядка принят в соответствии с предметом совместного ведения Российской Федерации и субъекта Российской Федерации, поэтому вывод суда о том, что полномочия, предоставленные субъекту Российской Федерации, им не были превышены, является правильным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Хабаровского краевого суда оставила без изменения, а кассационное представление исполняющего обязанности прокурора Хабаровского края - без удовлетворения. _____________ Положение Центрального банка Российской Федерации от 26 марта 2003 г. N 221-П "О порядке приема и исполнения кредитными организациями, подразделениями расчетной сети Банка России исполнительных документов, предъявляемых взыскателями - физическими лицами" 11. Положение Центрального банка Российской Федерации от 26 марта 2003 г. N 221-П "О порядке приема и исполнения кредитными организациями, подразделениями расчетной сети Банка России исполнительных документов, предъявляемых взыскателями - физическими лицами" в части, устанавливающей обязанность взыскателей - физических лиц выдавать поручение, в котором предоставлять банку право составления от их имени инкассового поручения, указывать номера счетов должника, лично представлять документы в банк, подписывать заявление в присутствии работника банка, а также предписывающей банку проверять соответствие данных, указанных взыскателем (доверенным лицом) в заявлении, данным документа, удостоверяющего личность взыскателя (доверенного лица), признано недействующим и не подлежащим применению со дня вынесения решения Определение Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 20 октября 2005 г. N КАС05-471 (Извлечение) Положением Банка России от 26 марта 2003 г. N 221-П, разработанным в соответствии со ст. 6 Федерального закона "Об исполнительном производстве", ст.ст. 4 и 80 Федерального закона "О Центральном банке Российской Федерации", Федеральным законом "О банках и банковской деятельности", установлен порядок приема и исполнения кредитными организациями, подразделениями расчетной сети Банка России исполнительных документов, предъявляемых взыскателями - физическими лицами. Ш. обратилась в Верховный Суд РФ с заявлением о признании Положения в целом и Приложения к нему, в котором приведен образец заявления-поручения, недействующими, указывая на то, что нормативный правовой акт не был опубликован официально для всеобщего сведения, а оспариваемое Положение и Приложение к Положению возлагают на граждан обязанности лично представлять в банк заявление-поручение, содержащее сведения о счетах должника и иные данные, что противоречит требованиям федерального закона и нарушает его (заявителя) права. Решением Верховного Суда РФ от 5 сентября 2005 г. в удовлетворении заявления отказано. В кассационных жалобе Ш. и представлении прокурора, участвовавшего в деле, ставился вопрос об отмене решения суда по основанию неправильного применения норм материального права и о вынесении нового решения об удовлетворении заявленного требования. Кассационная коллегия Верховного Суда РФ 20 октября 2005 г. жалобу частично удовлетворила, указав следующее. Согласно пп. 1 и 2 ст. 6 Федерального закона от 21 июля 1997 г. "Об исполнительном производстве" исполнительный документ, в котором содержатся требования судебных актов и актов других органов о взыскании денежных средств, может быть направлен взыскателем непосредственно в банк или иную кредитную организацию, если взыскатель располагает сведениями об имеющихся там счетах должника и о наличии на них денежных средств, либо судебному приставу-исполнителю, если такими сведениями он не располагает, для исполнения в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. Банк или иная кредитная организация, осуществляющие обслуживание счетов должника, в трехдневный срок со дня получения исполнительного документа от взыскателя или судебного пристава-исполнителя исполняют содержащиеся в исполнительном документе требования о взыскании денежных средств либо делают отметку о полном или частичном неисполнении указанных требований в связи с отсутствием на счетах должника денежных средств, достаточных для удовлетворения требований взыскателя. Положение регулирует отношения, связанные с исполнением кредитными организациями указанного предписания Закона. Довод кассационного представления прокурора о том, что Банк России не вправе был издавать данный нормативный правовой акт, так как не обладает правом определения условий и порядка принудительного исполнения судебных актов, основан на ошибочном толковании норм материального права. Статья 6 упомянутого Федерального закона возлагает на кредитные организации обязанность по исполнению требования о взыскании денежных средств, но не регулирует порядок проведения банком операции по счету должника в целях обеспечения исполнительных действий. Органом, регулирующим организацию расчетов и проведение банковских операций, в соответствии со ст.ст. 4, 7, 80 Федерального закона от 10 июля 2002 г. N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" является Центральный банк Российской Федерации, который был вправе установить своим нормативным правовым актом порядок осуществления банками расчетных операций при исполнении содержащегося в исполнительном документе требования о взыскании денежных средств. Оспариваемое Положение зарегистрировано в Министерстве юстиции Российской Федерации 10 апреля 2003 г. за N 4402 и опубликовано в "Вестнике Банка России" от 16 апреля 2003 г. N 20, являющемся в силу ст. 7 упомянутого Федерального закона официальным изданием, в котором осуществляется официальное опубликование нормативных правовых актов Банка России. Таким образом, Положение издано компетентным нормотворческим органом и официально опубликовано для всеобщего сведения. Вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания его недействующим в целом по мотиву несоблюдения порядка издания и опубликования является правильным. В то же время ряд норм, включенных в Положение, неправомерно возлагает на физических лиц обязанности, не предусмотренные федеральным законом, что ухудшает их положение, ограничивает права по направлению исполнительных документов непосредственно в банк. Пункт 1.2 Положения обязывает взыскателя представлять в банк вместе с исполнительным документом заявление-поручение по форме, приведенной в Приложении, в котором он должен предоставить банку право составления от его имени инкассового поручения, указать реквизиты, необходимые для оформления такого поручения, в том числе номер банковского счета должника. Между тем ст. 6 Федерального закона "Об исполнительном производстве" не предусматривает обязанности взыскателя представлять инкассовые поручения либо уполномочивать кого-либо на их составление от его имени, что неизбежно влечет за собой необходимость сообщить уполномоченному лицу все сведения, требуемые для выполнения данного поручения, включая номер счета должника. Из этой статьи во взаимосвязи с п. 2 ст. 46, п. 1 ст. 86 того же Федерального закона вытекает, что содержащееся в исполнительном документе требование предъявляется ко всем счетам должника, открытым в соответствующем банке, а не к одному счету, что имеет место при оформлении инкассового поручения только на указанный взыскателем счет. Вследствие этого установление в Положении вышеназванной обязанности взыскателя существенно ограничивает его основанное на федеральном законе право получить удовлетворение за счет всех денежных средств должника, хранящихся в банке, в который направлен исполнительный документ. Банк или иная кредитная организация, имеющие своим клиентом должника, в силу ст.ст. 5 и 6 названного Федерального закона обязаны выполнить требования, содержащиеся в исполнительном документе, неисполнение таких требований при наличии денежных средств на счетах должника является основанием для наложения на указанные банк или иную кредитную организацию штрафа (п. 3 ст. 6, ст. 86 Закона). Следовательно, обязанность оформить действия, обеспечивающие исполнение, в том числе составить инкассовое поручение или другой расчетный документ, возложена непосредственно на банк или иную кредитную организацию, осуществляющих обслуживание счетов должников. Данной обязанности корреспондирует соответствующее право банка оформить действия, обеспечивающие исполнение, в связи с чем какого-либо уполномочия на это со стороны взыскателя не требуется. Отсутствие у взыскателя, обращающегося с исполнительным документом в банк должника, обязанности представлять инкассовое поручение подтверждено вступившим в законную силу решением Верховного Суда РФ от 21 мая 1999 г. по делу N ГКПИ99-364. Возложение Положением на взыскателей - физических лиц обязанности поручать банку составлять от их имени такой документ предполагает наличие у этих лиц права и соответствующей ему обязанности оформлять инкассовое поручение, что, по сути, в нарушение требований ч. 4 ст. 253 ГПК РФ повлекло за собой преодоление указанного решения суда повторным принятием нормативного правового акта. Заявление-поручение, предусмотренное Положением, имеет двойственную правовую природу. С одной стороны, оно представляет собой требование к банку исполнить прилагаемый исполнительный документ. Необходимость такого письменного заявления неизбежно вытекает из характера правоотношения, возникающего в связи с обращением физического лица к юридическому лицу за совершением юридических действий, что неизбежно требует указания цели, с которой направлен исполнительный документ, формы получения денежных средств, реквизитов банковского счета взыскателя, если выражается просьба о перечислении сумм на этот счет, и т. п. С другой стороны, оно в части поручения фактически выступает в качестве специальной доверенности, которой взыскатель уполномочивает банк на совершение определенных действий. Однако возложение на физическое лицо обязанности выдать кому-либо доверенность противоречит требованиям п. 2 ст. 1, п. 2 ст. 154, п. 1 ст. 185 ГК РФ, в силу которых для этого необходимо выражение воли самого гражданина (физического лица). С учетом изложенного оспариваемое Положение в части, возлагающей на взыскателей - физических лиц обязанности выдать поручение о предоставлении банку права составления от их имени инкассового поручения и указать номера счетов должника, противоречит требованиям федерального закона и подлежит признанию недействующим. Не может быть признано законным Положение и в части, обязывающей взыскателей - физических лиц (их доверенных лиц) лично представлять документы в банк, подписывать заявление в присутствии работника банка, предписывающей банку проверять соответствие данных, указанных в заявлении, данным документа, удостоверяющего личность взыскателя (доверенного лица). Признавая эти нормативные положения правильными, суд первой инстанции исходил из того, что право банка устанавливать указанные ограничения вытекает из требования п. 1 ст. 7 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", в силу которого организации, осуществляющие операции с денежными средствами, обязаны идентифицировать лицо, находящееся на обслуживании в данной организации. С таким выводом согласиться нельзя. Предметом регулирования указанного Федерального закона, как следует из его ст.ст. 2, 3, 6 - 7-1, являются гражданско-правовые отношения, возникающие в связи с осуществлением физическими и юридическими лицами операций с денежными средствами или иным имуществом. Положение имеет совершенно другой предмет регулирования: отношения, возникающие в связи с выполнением банком обязательного для всех государственных органов, организаций и должностных лиц властного предписания о взыскании денежных средств, содержащегося в судебном акте от имени государства или акте другого органа, уполномоченного законом на выдачу такого предписания. Передача исполнительного документа в компетентную организацию, в данном случае в банк, на исполнение в принципе не требует контроля со стороны банка за законностью изложенного в этом документе требования и подтверждения взыскателем правомерности взыскания в его пользу денежных средств. Банк в целях, предусмотренных Федеральным законом от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ, может идентифицировать гражданина (физическое лицо) в том случае, если он вступает в договорные отношения, в частности при открытии банковского счета, на который просит перечислить взысканные на основании исполнительного документа денежные средства. Из содержания ст. 6 Федерального закона "Об исполнительном производстве" не вытекает обязанности личной явки взыскателя в банк для подписания заявления и подачи документов, как и право банка в обязательном порядке проверять соответствие данных, указанных взыскателем в заявлении о передаче исполнительного листа для исполнения, данным, удостоверяющим личность взыскателя (доверенного лица). Поэтому нормы Положения, возлагающие на взыскателей - физических лиц такую обязанность и предписывающие банку в связи с этим совершать указанные действия, требующие личной явки взыскателя (доверенного лица), подлежат признанию недействующими как не соответствующие требованиям федерального закона. В удовлетворении требований о признании недействующими остальных норм Положения (о возможности представления документов через представителя, о проверке соответствия реквизитов исполнительного документа установленным требованиям и полномочий доверенного лица, о процедуре регистрации документов, порядке их возврата и т. п.) судом отказано правильно по мотивам, подробно изложенным в решении, вынесенном в этой части в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению по делу. Кассационная коллегия Верховного Суда РФ решение Верховного Суда РФ от 5 сентября 2005 г. отменила в части; вынесла новое решение, которым признала недействующим и не подлежащим применению со дня вынесения настоящего решения положение Центрального банка Российской Федерации от 26 марта 2003 г. N 221-П "О порядке приема и исполнения кредитными организациями, подразделениями расчетной сети Банка России исполнительных документов, предъявляемых взыскателями - физическими лицами" в части, устанавливающей обязанность взыскателей - физических лиц выдавать поручение, в котором предоставлять банку право составления от их имени инкассового поручения, указывать номера счетов должника, лично представлять документы в банк, подписывать заявление в присутствии работника банка, а также предписывающей банку проверять соответствие данных, указанных взыскателем (доверенным лицом) в заявлении, данным документа, удостоверяющего личность взыскателя (доверенного лица); в остальной части решение суда об отказе в удовлетворении заявления оставила без изменения, а кассационную жалобу Ш. и кассационное представление прокурора - без удовлетворения. _____________ Положение п. 2.9.4 Санитарно-эпидемиологических правил и нормативов СанПиН 2.4.2.1178-02, утвержденных и введенных в действие постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 ноября 2002 г. N 44, признано не противореч 12. Положение п. 2.9.4 Санитарно-эпидемиологических правил и нормативов СанПиН 2.4.2.1178-02, утвержденных и введенных в действие постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 ноября 2002 г. N 44, признано не противоречащим федеральному законодательству Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15 сентября 2005 г. N ГКПИ05-1071 (Извлечение) В. обратилась в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующим п. 2.9.4 Санитарно-эпидемиологических правил и нормативов СанПиН 2.4.2.1178-02 (утвержденных и введенных в действие постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 ноября 2002 г. N 44 (далее - Правила) в части, устанавливающей медицинское освидетельствование детей при поступлении в образовательные учреждения. Она ссылалась на то, что оспариваемые в указанной части положения п. 2.9.4 Правил противоречат федеральному законодательству и нарушают права граждан, в том числе и ее ребенка, на добровольность обращения за медицинской помощью, а также на получение и общедоступность основного общего образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях. Заявительница полагала, что получение медицинской помощи является правом граждан Российской Федерации и не может предписываться в качестве обязательной меры, а также указываться в качестве обязательного условия для реализации каких-либо иных прав и свобод. Оспариваемые положения Правил, по ее мнению, делают доступ к основному общему образованию (поступление в образовательные учреждения) обусловленным обязательными медицинскими осмотрами детей, предписывающими в качестве необходимого условия прохождение профилактических осмотров, психолого-медико-педагогической комиссии (консультации), что не соответствует требованиям действующего федерального законодательства. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 15 сентября 2005 г. отказала в удовлетворении заявленного требования по следующим основаниям. В соответствии с ч. 1 ст. 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении заявления. Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 ноября 2002 г. N 44 утверждены и введены в действие Санитарно-эпидемиологические правила СанПиН 2.4.2.1178-02, согласно абз. 2 п. 2.9.4 которых прием детей в 1-е классы осуществляется на основании заключения психолого-медико-педагогической комиссии (консультации) о готовности ребенка к обучению. Утверждение заявительницы о том, что оспариваемым пунктом Правил нарушается право детей на добровольное обращение за медицинской помощью и право на получение основного общего образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях, не может быть признано обоснованным. Согласно п. 10 ст. 50 Закона Российской Федерации "Об образовании" для детей и подростков с отклонениями в развитии органы управления образованием создают специальные (коррекционные) образовательные учреждения (классы, группы). Такие дети направляются в указанные образовательные учреждения органами управления образованием только с согласия родителей (законных представителей) по заключению психолого-медико-педагогической комиссии. Представители Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации указывали на то, что прохождение данной комиссии носит консультационный (рекомендательный) характер, а не лечебный, как указывала заявительница. В целях реализации установленного законом принципа адаптивности системы образования к уровням и особенностям развития и подготовки обучающихся прием детей в образовательные учреждения осуществляется на основании заключения названной выше комиссии с целью выявления детей с отклонениями в развитии и последующей защиты их психического и физического здоровья, оказания помощи в усвоении образовательных программ, подбора индивидуально ориентированной педагогической, психологической, социальной, медицинской и юридической помощи, консультирования их родителей (законных представителей) по вопросам общего состояния готовности ребенка к обучению, вероятности возникновения негативных психологических последствий в связи с интеграцией ребенка с отклонениями в общество, проблем его социальной адаптации. Из приведенной выше нормы Закона и объяснений представителей заинтересованного лица усматривается, что заключение указанной комиссии, как и ее прохождение, направлено на охрану здоровья детей, носит консультационный (рекомендательный) характер и не является основанием к отказу в принятии ребенка в образовательное учреждение, т. е. не препятствует получению основного общего образования. Ссылка заявительницы на ст. 4 Закона Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании", предусматривающую добровольность психиатрической помощи, не может быть принята во внимание, поскольку прохождение ребенком указанной выше комиссии не может быть отнесено к оказанию какого-либо вида принудительной медицинской помощи, в том числе и психиатрической. Не содержит каких-либо требований об обязательном медицинском освидетельствовании поступающих в 1-й класс образовательного учреждения и обучающихся в них детей и оспариваемый пункт Правил. Таким образом, предусмотренных законом оснований для признания недействующим пункта Правил в оспариваемой части не имеется. То обстоятельство, что на местах должностными лицами неправильно применяются положения оспариваемого пункта Правил, на что фактически указывает В., также не может служить основанием к удовлетворению заявления, поскольку она в этом случае не лишена возможности обжаловать неправомерные действия названных лиц в соответствующий районный суд. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ заявление В. о признании частично недействующим п. 2.9.4 Санитарно-эпидемиологических правил СанПиН 2.4.2.1178-02, утвержденных и введенных в действие постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 ноября 2002 г. N 44, оставила без удовлетворения. Определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 8 ноября 2005 г. N КАС05-499 решение оставлено без изменения. _____________ Пункт 22.3 Типовых правил охоты в РСФСР, утвержденных приказом Главного управления охотничьего хозяйства и заповедников при Совете Министров РСФСР от 4 января 1988 г. N 1, признан частично недействующим и не подлежащим применению Решение Судебной коллег 13. Пункт 22.3 Типовых правил охоты в РСФСР, утвержденных приказом Главного управления охотничьего хозяйства и заповедников при Совете Министров РСФСР от 4 января 1988 г. N 1, признан частично недействующим и не подлежащим применению Решение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 августа 2005 г. N ГКПИ05-987 (Извлечение) 3. и С. обратились в Верховный Суд РФ с заявлением, в котором просили признавать недействующим п. 22.3 Типовых правил охоты в РСФСР (утвержденных приказом Главного управления охотничьего хозяйства и заповедников при Совете Министров РСФСР от 4 января 1988 г. N 1; далее - Типовые правила). Они ссылались на то, что содержащееся в оспариваемом пункте Типовых правил положение о запрете применения на охоте пневматического оружия противоречит ст. 3 Федерального закона "Об оружии" и нарушает предусмотренное законом право применения на охоте такого оружия. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 26 августа 2005 г. заявление удовлетворила по следующим основаниям. В соответствии с ч. 2 ст. 253 ГПК РФ суд, установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, признает данный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени. Приказом Главного управления охотничьего хозяйства и заповедников при Совете Министров РСФСР от 4 января 1988 г. N 1 были утверждены Типовые правила охоты в РСФСР, согласно п. 22.3 которых на всей территории РСФСР запрещено применение на охоте пневматического оружия. Вместе с тем из содержания ст. 3 Федерального закона "Об оружии" следует, что к гражданскому оружию, предназначенному для использования гражданами Российской Федерации для занятия охотой, отнесено охотничье оружие, включая и охотничье пневматическое оружие с дульной энергией не более 25 Дж. В силу ст. 13 Закона охотничье огнестрельное гладкоствольное длинноствольное оружие и охотничье пневматическое оружие имеют право приобретать граждане Российской Федерации, которые имеют охотничьи билеты или членские охотничьи билеты. Из приведенных норм Закона видно, что граждане Российской Федерации, имеющие охотничьи билеты, вправе приобретать пневматическое охотничье оружие и использовать его на охоте. Следовательно, содержащееся в оспариваемом пункте Типовых правил положение о запрете применения на охоте любого без исключения пневматического оружия не соответствует требованиям Федерального закона "Об оружии" и в связи с этим не может быть признано правомерным в той мере, в какой оно касается запрета применения на охоте пневматического охотничьего оружия с дульной энергией не более 25 Дж. Довод представителей Министерства сельского хозяйства Российской Федерации (правопреемника Главного управления охотничьего хозяйства и заповедников при Совете Министров РСФСР) о том, что оспариваемый пункт Типовых правил не противоречит Федеральному закону "Об оружии", поскольку данный Закон не регулирует вопросы использования охотничьего оружия, а предусматривает лишь право на приобретение гражданами Российской Федерации охотничьего оружия, в том числе и охотничьего пневматического оружия, не может быть признан обоснованным. Как отмечалось выше, согласно ст. 3 Закона гражданам Российской Федерации разрешено использование для занятия охотой охотничьего пневматического оружия с дульной энергией не более 25 Дж. Что касается содержащегося в ч. 4 ст. 24 названного Закона положения о том, что правила использования охотничьего оружия устанавливаются законодательством Российской Федерации, то данное положение, на которое ссылались представители заинтересованного лица, в отличие от оспариваемого пункта Типовых правил, не запрещает использование такого оружия, а лишь предусматривает необходимость принятия правил его использования. Ссылка представителей заинтересованного лица на ч. 3 ст. 40 Федерального закона "О животном мире" также несостоятельна, поскольку данная норма не содержит запрета на применение разрешенных орудий и способов добывания объектов животного мира, а лишь устанавливает необходимость принятия соответствующих правил их применения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ заявление 3. и С. удовлетворила: признала п. 22.3 Типовых правил охоты в РСФСР, утвержденных приказом Главного управления охотничьего хозяйства и заповедников при Совете Министров РСФСР от 4 января 1988 г. N 1, в части, касающейся запрета применения на охоте пневматического охотничьего оружия с дульной энергией не более 25 Дж, недействующим и не подлежащим применению со дня введения в действие Федерального закона "Об оружии". Определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 8 ноября 2005 г. решение оставлено без изменения. _______________ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенное путем поджога, квалифицируется по ч. 2 ст. 167 УК РФ лишь в тех случаях, когда по условиям совершения этот способ носит общеопасный характер Постановление Президиума Верховного Суда РФ 1. Умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенное путем поджога, квалифицируется по ч. 2 ст. 167 УК РФ лишь в тех случаях, когда по условиям совершения этот способ носит общеопасный характер Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 25 января 2006 г. N 933-П05ПР (Извлечение) Красноярским краевым судом 6 марта 2001 г. осуждены: Воронин по пп. "д", "ж" ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 167 УК РФ и Марченко по пп. "д", "ж" ч. 2 ст. 105, чч. 3, 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 167 УК РФ. По этому же делу осуждены Фром и Лисун. Осужденные признаны виновными в совершении следующих преступлений. 16 августа 1998 г. Лисун повредил автомобиль Талалая, в связи с чем Черепанов пообещал обратиться в милицию и рассказать о случившемся Талалаю. В ответ на это Воронин, Марченко и Лисун избили Черепанова и на этом автомобиле повезли к озеру. Черепанову удалось покинуть автомобиль и попытаться скрыться в лесу. Но был пойман; Марченко дважды выстрелил ему в голову из газового пистолета, переделанного для стрельбы малокалиберными патронами, однако убить его не смог. Тогда все трое стали избивать потерпевшего, а затем по очереди из пистолета выстрелили ему в голову. В результате совместных действий нападавших наступила смерть Черепанова. Марченко передал Воронину зажигалку и предложил сжечь автомобиль. Лисун и Воронин облили бензином салон автомашины и подожгли. Автомобиль был полностью уничтожен, этими действиями Талалаю причинен ущерб на сумму 30 тыс. рублей. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 5 декабря 2001 г. оставила приговор без изменения. Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении поставил вопрос о переквалификации действий Воронина с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ, Марченко - с чч. 3, 5 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ на чч. 3, 5 ст. 33, ч. 1 ст. 167 УК РФ и прекращении уголовного дела в этой части в соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности Воронина и Марченко. Президиум Верховного Суда РФ 25 января 2006 г. удовлетворил надзорное представление по следующим основаниям. Как видно из материалов уголовного дела, поджог автомобиля был совершен за пределами населенных пунктов, вдали от хозяйственных объектов и иных построек. Во время поджога угрозы жизни и здоровью людей, возгорания зданий, сооружений и иных объектов не существовало. Доказательств того, что Воронин и Марченко, поджигая автомобиль, осознавали, что действуют общеопасным способом, в приговоре не приведено. В связи с этим по факту уничтожения автомобиля действия Воронина следует квалифицировать по ч. 1 ст. 167 УК РФ, а действия Марченко - по чч. 3, 5 ст. 33, ч. 1 ст. 167 УК РФ. Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу. Течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В таком случае течение этих сроков возобновляется с момента задержания указанного лица или его явки с повинной. Как видно из материалов дела, автомобиль Талалая уничтожен Ворониным при соучастии Марченко 16 августа 1998 г., приговор вступил в законную силу 5 декабря 2001 г. Воронин скрывался от следствия, 26 июня 2000 г. был объявлен в федеральный розыск и задержан 20 октября 2000 г., Марченко от следствия не скрывался. Таким образом, в отношении Марченко и Воронина истек двухгодичный срок давности привлечения к уголовной ответственности за умышленное уничтожение чужого имущества, поэтому дело в этой части подлежит прекращению за истечением сроков давности. На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ изменил приговор суда и определение Судебной коллегии в отношении Воронина и Марченко, переквалифицировал действия Воронина с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ, действия Марченко - с чч. 3, 5 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ на чч. 3,5 ст. 33, ч. 1 ст. 167 УК РФ; на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ судебные решения в части осуждения Воронина по ч. 1 ст. 167 УК РФ и Марченко по чч. 3, 5 ст. 33, ч. 1 ст. 167 УК РФ отменил и производство по делу прекратил за истечением сроков давности уголовного преследования; исключил из приговора указание о назначении Воронину и Марченко наказания по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ. _____________ В соответствии со ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 декабря 2005 г. N 657-П05 (Извлечение) 2. В соответствии со ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 декабря 2005 г. N 657-П05 (Извлечение) По приговору Верховного Суда Республики Саха (Якутия) 29 декабря 2003 г. Христофоров осужден по пп. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 139 УК РФ к штрафу в размере 15 тыс. рублей, по ч. 1 ст. 167 УК РФ к одному году лишения свободы, по ч. 1 ст. 213 УК РФ к трем годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 167 УК РФ к одному году лишения свободы, по ч. 1 ст. 213 УК РФ к трем годам лишения свободы. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено три года шесть месяцев лишения свободы со штрафом в размере 15 тыс. рублей. По ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 167, пп. "а", "в", "г", "д" ч. 2 ст. 126 УК РФ Христофоров оправдан. С учетом внесенных в приговор изменений Христофоров признан виновным в хулиганстве, краже, совершенной группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, нарушении неприкосновенности жилища, умышленном повреждении чужого имущества. 2 октября 2002 г. около 1 час. ночи в поселке Югулятцы Вилюйского района Республики Саха (Якутия) Христофоров вместе с Донским и Афанасьевым (осужденными по этому же делу) проникли в магазин и похитили различные товары на сумму 10 тыс. рублей. В ту же ночь Христофоров, разбив окна веранды, проник вместе с другими осужденными в дом Бочарова, где распивал спиртное. Потерпевшему был причинен ущерб на сумму 10 тыс. рублей. Около 5 час. утра они же проникли в здание средней школы, где продолжили распивать спиртные напитки, а затем разбили окна и стали выбрасывать различное имущество, повредив его, на сумму 148 130 руб. Выйдя из школы, Христофоров, Донской и Афанасьев совершили хулиганские действия с применением охотничьего ружья и топора. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 5 августа 2004 г. приговор изменила, исключила осуждение Христофорова по ч. 1 ст. 213 УК РФ (по факту умышленного повреждения имущества школы) и п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 139,ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 213 УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательно назначила Христофорову три года четыре месяца лишения свободы со штрафом в размере 15 тыс. рублей, в остальном приговор оставила без изменения. Осужденный Христофоров в надзорной жалобе просил освободить его от наказания в связи с болезнью. Кроме того, он ссылался на то, что в кассационном определении необоснованно указано о его прежней судимости, поскольку ранее он судим не был. Президиум Верховного Суда РФ 7 декабря 2005 г. удовлетворил жалобу осужденного частично по следующим основаниям. Как видно из материалов дела, Христофоров ранее не судим, что и установлено судом в приговоре. Однако кассационная инстанция, изменив приговор и смягчив наказание Христофорову, необоснованно указала во вводной части определения, что он 19 ноября 2002 г. был осужден по ч. 1 ст. 161 УК РФ к двум годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года. Поэтому данные сведения подлежат исключению из кассационного определения. Согласно ч. 1 ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния. По ч. 1 ст. 139 УК РФ суд назначил Христофорову наказание в виде штрафа в размере 15 тыс. рублей. Однако санкция ч. 1 указанной статьи в редакции, действовавшей во время совершения преступления (октябрь 2002 г.), предусматривала наказание в виде штрафа в размере от пятидесяти до ста минимальных размеров оплаты труда. В силу ст. 5 Федерального закона от 19 июня 2000 г. "О минимальном размере оплаты труда" исчисление штрафов, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации в зависимости от минимального размера оплаты труда, производится с 1 января 2001 г. исходя из базовой суммы, равной 100 руб. В связи с этим размер штрафа, назначенный Христофорову по ч. 1 ст. 139 У К РФ, подлежит снижению до 5 тыс. рублей. Кроме того, суд признал Христофорова виновным в совершении им 2 октября 2002 г. умышленного повреждения чужого имущества по двум эпизодам и дважды квалифицировал эти действия по ч. 1 ст. 167 и ч. 1 ст. 167 УК РФ. В соответствии с редакцией ст. 17 УК РФ, действовавшей во время совершения указанного преступления, совокупностью преступлений признавалось совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, ни за одно из которых лицо не было осуждено. Поскольку ч. 1 ст. 167 УК РФ предусматривает ответственность за одни и те же преступления, содеянное осужденным по указанным эпизодам в соответствии со ст. 17 УК РФ нельзя рассматривать как совокупность преступлений, поэтому действия Христофорова по двум эпизодам умышленного повреждения чужого имущества следовало квалифицировать только по ч. 1 ст. 167 УК РФ. Вопрос об освобождении от наказания в связи с болезнью (о чем Христофоров просил в надзорной жалобе) в соответствии со ст. 396 УПК РФ разрешается судом по месту отбывания наказания осужденным. На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ изменил приговор суда и определение Судебной коллегии в отношении Христофорова, снизил размер штрафа, назначенный ему по ч. 1 ст. 139 УК РФ, с 15 тыс. до 5 тыс. рублей. Действия Христофорова по двум эпизодам умышленного повреждения чужого имущества квалифицированы по ч. 1 ст. 167 УК РФ с оставлением наказания по этой статье в виде лишения свободы сроком на один год. Из кассационного определения исключено указание о наличии у Христофорова судимости от 19 ноября 2002 г. по ч. 1 ст. 161 УК РФ. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 213, ч. 1 ст. 167 УК РФ, Христофорову назначено три года один месяц лишения свободы со штрафом в размере 5 тыс. рублей. В остальном судебные решения в отношении осужденного оставлены без изменения. _____________ Суд надзорной инстанции с учетом явки с повинной смягчил назначенное осужденному наказание Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2005 г. N 785-П05 (Извлечение) 3. Суд надзорной инстанции с учетом явки с повинной смягчил назначенное осужденному наказание Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2005 г. N 785-П05 (Извлечение) По приговору Челябинского областного суда от 27 декабря 2004 г. Глебов, ранее не судимый, осужден к лишению свободы по ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 3 ст. 162 УК РФ. По данному делу также осужден Макаров. Глебов признан виновным в краже имущества у Томашевского, совершенной по предварительному сговору группой лиц, с незаконным проникновением в жилище и причинением значительного ущерба, а также в разбойном нападении на Соловьева по предварительному сговору группой лиц, с применением оружия, с незаконным проникновением в жилище. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 3 июня 2005 г. приговор оставила без изменения. Осужденный Глебов в надзорной жалобе просил об изменении состоявшихся в отношении него судебных решений, смягчении наказания в соответствии со ст. 64 УК РФ, поскольку он признал свою вину в содеянном в заявлении о явке с повинной, инициатором преступления не был, оказывал помощь следствию, на иждивении имеет малолетнего ребенка. Президиум Верховного Суда РФ 23 ноября 2005 г. удовлетворил надзорную жалобу осужденного частично, указав следующее. В соответствии с положениями ст. 409 и п. 4 ч. 1 ст. 379 УПК РФ несправедливость приговора является основанием для изменения судебных решений по делу. Согласно требованиям ст. 60 УК РФ судом при назначении наказания должны учитываться характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. При назначении Глебову наказания суд, сославшись на положения ст.ст. 6 и 60 УК РФ, указал, что он учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельства содеянного и роль в нем Глебова, частичное признание им вины в содеянном, данные о личности, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. При этом суд отметил в приговоре, что Глебов ранее неоднократно привлекался к уголовной ответственности за совершение преступлений, но с учетом того, что судимости у него погашены в установленном законом порядке, они рассмотрены судом лишь как сведения, характеризующие его личность. По месту жительства он характеризуется отрицательно как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками, на которое неоднократно поступали жалобы в связи с непристойным поведением. Наличие у Глебова малолетнего ребенка суд признал обстоятельством, смягчающим наказание. Суд не установил по делу обстоятельств, отягчающих наказание Глебова. В соответствии с положениями п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ явка с повинной признается обстоятельством, смягчающим наказание. При этом как явка с повинной рассматривается заявление лица, привлеченного к уголовной ответственности, о совершении им иных преступлений, неизвестных органам следствия. Из материалов дела видно, что, будучи привлеченным в качестве обвиняемого по обвинению в разбойном нападении на Соловьева, Глебов обратился к следователю с заявлением о совершении им кражи имущества у Томашевского. Следовательно, имела место явка Глебова с повинной по факту кражи у Томашевского. Это являлось смягчающим наказание обстоятельством, и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств мера наказания ему по ч. 3 ст. 158 УК РФ подлежала назначению с учетом требований ст. 62 УК РФ. Что касается доводов надзорной жалобы о наличии в материалах сведений о явке с повинной Глебова по факту разбойного нападения и необходимости назначения ему наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, то они необоснованны. Глебов был задержан в качестве подозреваемого по данному делу 16 июля 2004 г. в 22 час. 15 мин., поскольку свидетели прямо указали на него как на лицо, совершившее преступление. Лишь после задержания, 17 июля 2004 г., Глебов был допрошен в качестве обвиняемого и признал свою вину в совершении разбоя. 17 ноября 2004 г. он обратился с заявлением, в котором указал, что полностью подтверждает показания, данные им ранее в качестве обвиняемого. На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ изменил приговор областного суда и кассационное определение Судебной коллегии в отношении Глебова; смягчил ему наказание, назначенное по ч. 3 ст. 158 УК РФ, в остальном приговор и кассационное определение в отношении него оставил без изменения. ____________ Постановление судьи о возвращении дела прокурору отменено, поскольку оно вынесено с нарушением требований уголовно-процессуального закона Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 июня 2005 г. N 5-О05-86 (Извлечение) 4. Постановление судьи о возвращении дела прокурору отменено, поскольку оно вынесено с нарушением требований уголовно-процессуального закона Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 июня 2005 г. N 5-О05-86 (Извлечение) Постановлением судьи Московского городского суда от 18 мая 2005 г. уголовное дело в отношении Еншина, Тушевского, Бартко и Землянского, обвинявшихся по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий рассмотрения данного дела судом. Органами предварительного следствия Еншину, Тушевскому, Бартко и Землянскому предъявлено обвинение в совершении группой лиц по предварительному сговору убийства Порфирьевой. В кассационном представлении Московский городской военный прокурор просил постановление судьи Московского городского суда отменить и дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд со стадии предварительного слушания, указывая на то, что данное постановление не основано на материалах дела и принято с нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку от обвиняемого Еншина в ходе предварительного следствия при выполнении ст. 217 УПК РФ и при вручении копии обвинительного заключения не поступало ходатайств о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей, кроме того, о дне проведения предварительного слушания прокурор не был извещен и поэтому участия в нем не принимал, чем были нарушены требования ст.ст. 231 и 234 УПК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 14 июня 2005 г. постановление отменила, дело направила на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания, указав следующее. В постановлении судьи Московского городского суда указано, что обвиняемый Еншин на предварительном следствии заявил ходатайство о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, а другие обвиняемые от данной формы судопроизводства отказались и изъявили желание о рассмотрении дела коллегией из трех судей, однако следователь в нарушение требований п. 1 ч. 5 ст. 217 УПК РФ не решил вопрос о возможности выделить дело в отношении этих обвиняемых в отдельное производство, что стало препятствием для рассмотрения его судом. Такой вывод ошибочен, поскольку он не соответствует материалам дела и сделан без надлежащей проверки, которую необходимо было провести во время предварительного слушания. В протоколе ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами дела после разъяснения Еншину требований ч. 5 ст. 217 УПК РФ имеется запись о его желании воспользоваться "правом, предусмотренным п. 1-1 ч. 3 ст. 217 УПК РФ", из которой невозможно сделать однозначный вывод о наличии у него ходатайства о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, поскольку такой нормы в законе нет. При этом суд оставил без внимания, что после утверждения обвинительного заключения Еншину было разъяснено его право в течение трех суток после вручения копии обвинительного заключения ходатайствовать о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, которым он воспользоваться не пожелал. Кроме того, при подготовке к судебному заседанию в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 229 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе проводит предварительное слушание при наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору в случаях, предусмотренных ст. 237 УПК РФ. Однако данная процедура судом не соблюдена, предварительное слушание по делу не назначалось и решение о возвращении дела прокурору было принято судьей единолично без проведения судебного разбирательства и участия сторон, без выяснения мнения у Еншина о форме судопроизводства. При таких обстоятельствах направление дела прокурору для решения вопроса о возможности выделения дела в отдельное производство на стадии предварительного следствия признано принятым с нарушением уголовно-процессуального закона. ____________ Нарушение судом требований ст. 235 УПК РФ повлекло отмену обвинительного приговора, постановленного судом с участием присяжных заседателей Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15 марта 2005 г. N 4-О05-23СП (Извлечение) 5. Нарушение судом требований ст. 235 УПК РФ повлекло отмену обвинительного приговора, постановленного судом с участием присяжных заседателей Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15 марта 2005 г. N 4-О05-23СП (Извлечение) Судом с участием присяжных заседателей Московского областного суда 27 декабря 2004 г. Ландовский осужден по п. "а" ч. 2 ст. 158, п. "в" ч. 4 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105, пп. "а", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. По приговору Ландовский признан виновным в совершении кражи 70 упаковок строительных панелей на общую сумму 63 тыс. рублей, а также в убийстве Петрова и Спирина. В кассационной жалобе адвокат просила приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, указав на то, что исследованное в судебном заседании в присутствии коллегии присяжных заседателей заявление Ландовского о явке с повинной является недопустимым доказательством, так как оформлено в период отбывания им наказания за административное правонарушение, а следовательно, самостоятельно явиться для написания заявления о явке с повинной Ландовский не мог. Кроме того, на него оказывалось физическое и психическое воздействие со стороны работников милиции. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 15 марта 2005 г. приговор в части осуждения Ландовского по п. "в" ч. 4 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105, пп. "а", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение, указав следующее. Как следует из материалов дела, Ландовский отрицал добровольность явки с повинной и содержание данного документа. Он показывал, что был задержан 21 января 2004 г. на рабочем месте в связи с подозрением его в убийстве. Этому доводу судом не была дана оценка. Также не исследованы и не оценены рапорт Писарева, протокол допроса в качестве свидетеля Мехешидзе, из которых следует, что оперативные работники уже 21 января 2004 г. проверяли Ландовского на причастность к убийству Петрова и Спирина. Так, из показаний Мехешидзе видно, что в производственном корпусе ООО "Зеленый лист" была проведена беседа с Ландовским и ему было предложено проехать в Столбовское ПОМ Чеховского ОВД. Ландовский отказался, тогда его задержали в административном порядке. 24 января 2004 г. Ландовский попросил о встрече с одним из руководителей отдела внутренних дел. После проведенной подполковником милиции Гладских беседы Ландовский изъявил желание написать заявление о явке с повинной. Остались без внимания суда и некоторые следственные действия, проведенные 22 января 2004 г. Так, следователь прокуратуры вынес постановление о производстве выемки личных вещей Ландовского, поскольку на них могли быть следы преступления, по месту проживания Ландовского произведена выемка паспорта, джинсов и пустой бутылки из-под пива. Согласно материалам дела Ландовский по постановлению мирового судьи от 23 января 2004 г. привлечен к административной ответственности за правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, а протокол явки с повинной Ландовского составлен 24 января 2004 г. Таким образом, суд не в полной мере выяснил обстоятельства добровольности волеизъявления со стороны Ландовского, всем этим обстоятельствам не дал оценки, что имеет существенное значение для правильного разрешения вопроса о допустимости доказательства, как того требуют ст.ст. 75, 235, 335 УПК РФ. С учетом изложенного приговор в отношении Ландовского в части его осуждения по п. "в" ч. 4 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105, пп. "а", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ отменен, дело направлено на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства, в остальном приговор оставлен без изменения. _____________ Процессуальные издержки, выплаченные из федерального бюджета назначенному судом адвокату за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве, взысканы с осужденного в порядке регресса Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суд 6. Процессуальные издержки, выплаченные из федерального бюджета назначенному судом адвокату за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве, взысканы с осужденного в порядке регресса Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 30 сентября 2005 г. N 48-О05-29СП (Извлечение) По постановлению судьи Челябинского областного суда от 22 октября 2004 г. с Маннанова, осужденного 21 октября 2004 г. Челябинским областным судом по ч. 5 ст. 33, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, взыскано в федеральный бюджет 12 420 руб. в качестве процессуальных издержек, выплаченных адвокату, назначенному судом за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве. В кассационной жалобе осужденный просил об отмене постановления, так как считал, что юридическая помощь при отсутствии материальных средств оказывается защитником бесплатно. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 30 сентября 2005 г., проверив материалы дела и обсудив доводы жалобы, постановление судьи оставила без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения, указав следующее. В соответствии с п. 8 ч. 4 ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе пользоваться помощью защитника, в том числе бесплатно, в случае, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Согласно материалам дела на предварительном слушании (1 день) и в течение 17 дней в судебном заседании участвовал адвокат С. по назначению суда. За его труд из федерального бюджета выплачено 12 420 руб., и в порядке регресса указанная сумма взыскана в федеральный бюджет с осужденного. Данные средства согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ являются процессуальными издержками, и в соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ они взыскиваются с осужденных, за исключением случая, когда подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению. Расходы на оплату труда адвоката в этом случае возмещаются за счет средств федерального бюджета (ч. 4 ст. 132 УПК РФ). Маннанову адвокат предоставлен по назначению суда, и от его услуг он не отказался, поэтому выплаченные адвокату суммы обоснованно взысканы с осужденного. _____________ Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2005 год Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2005 год ОБЗОР КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЗА 2005 ГОД В 2005 году Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в кассационном порядке рассмотрела 4295 дел (в 2004 году - 5123 дела) в отношении 7417 лиц по жалобам и представлениям на решения республиканских, краевых, областных, окружных судов, а также судов Москвы и Санкт-Петербурга, что на 828 дел (16,2%) меньше, чем в 2004 году. По кассационным жалобам и представлениям прокурора на приговоры и определения о прекращении дела и о применении мер медицинского характера к невменяемым рассмотрено 3249 дел в отношении 5982 человек. Снято с рассмотрения и возвращено 110 дел. Как и прежде, более половины рассмотренных дел составляют дела об умышленных убийствах - 68,4%; о хищениях собственности - 12,3% (в том числе 7,6% - о разбое); о преступлениях против общественной безопасности - 5,4%; о преступлениях против половой неприкосновенности - 2,5%; о преступлениях против государственной власти - 2,6% (в том числе о преступлениях против правосудия - 2,2%); о даче и получении взятки - 2,1%; о преступлениях против порядка управления - 0,5%. Всего в кассационном порядке приговоры отменены (оправдательные и обвинительные) в отношении 453 лиц, изменены - в отношении 768 лиц, оставлены без изменения - в отношении 4358 лиц. Судебная коллегия в кассационном порядке рассмотрела обвинительные приговоры в отношении 5698 человек, оправдательные - в отношении 246 человек. Отменены обвинительные приговоры в отношении 343 человек, что составляет 6% (в 2004 году - 5,9%) от числа лиц, обжаловавших обвинительный приговор. С направлением дел на новое судебное рассмотрение отменены в полном объеме приговоры в отношении 282 лиц, в отношении 19 лиц приговоры отменены ввиду мягкости наказания. В отношении 18 осужденных приговоры отменены с прекращением дел по реабилитирующим основаниям и в отношении 12 лиц - по иным основаниям. Оправдательные приговоры отменены в отношении 110 человек, что составляет 46% от оправданных лиц, приговоры в отношении которых были обжалованы в Верховный Суд РФ. Изменены приговоры в кассационном порядке в отношении 768 человек, т. е. 12,8% от лиц, обжаловавших приговор. Судебная коллегия рассмотрела в кассационном порядке 425 дел (в отношении 843 человек), приговоры по которым вынесены судами с участием присяжных заседателей. Отменены обвинительные приговоры в отношении 94 человек и оправдательные - в отношении 72 человек с направлением дел на новое судебное рассмотрение. Изменены приговоры в отношении 65 человек. За отчетный период рассмотрены жалобы и представления на определения о возвращении дел прокурору в отношении 258 человек, из них в отношении 128 человек (49,6%) определения отменены. Не отменялись в кассационном порядке приговоры 15 областных и соответствующих им судов. Не отменялись и не изменялись в кассационном порядке приговоры Верховного Суда Республики Адыгея, Камчатского и Орловского областных судов и Суда Корякского автономного округа. Отмена приговоров с направлением дел на новое судебное рассмотрение В связи с нарушением требований ст. 345 УПК РФ о порядке провозглашения вердикта отменен приговор в отношении Непиняна, осужденного по п. "к" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 167 УК РФ Ростовским областным судом с участием присяжных заседателей. В кассационном определении Судебная коллегия указала следующее. Согласно ст. 345 УПК РФ после подписания вопросного листа с внесенными в него ответами на поставленные вопросы присяжные заседатели возвращаются в зал судебного заседания, где старшина присяжных заседателей передает председательствующему вопросный лист с внесенными в него ответами. Найдя вердикт неясным или противоречивым, председательствующий указывает на его неясность или противоречивость коллегии присяжных заседателей и предлагает им возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист. Таким образом, в соответствии с законом председательствующий вправе возвратить присяжных заседателей в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист лишь в случае неясности и противоречивости вердикта. Однако эти требования закона были нарушены председательствующим по данному делу. Как видно из протокола судебного заседания, в 11 час. 08 мин. коллегия присяжных заседателей удалилась в совещательную комнату для вынесения вердикта, а возвратилась в 14 час. 08 мин., после чего старшина присяжных заседателей передал вопросный лист председательствующему для проверки. Проверив вопросный лист, председательствующий признал вердикт противоречивым, указав на то, что два пояснительных слова, добавленных к ответу на вопрос N 8, не раскрывают значение ответа на вопрос. При этом председательствующий предложил присяжным заседателям вернуться в совещательную комнату с целью устранения данного противоречия. Каких-либо других замечаний и предложений присяжным заседателям председательствующий не делал. Между тем из ответа на вопрос N 8 видно, что присяжные заседатели признали доказанным факт сожжения автомобиля, не согласившись лишь с его стоимостью, что никоим образом не делало вердикт противоречивым или неясным, поэтому у председательствующего не было законных оснований возвращать присяжных в совещательную комнату с целью внесения уточнений в вопросный лист, однако председательствующий в нарушение требований ст. 345 УПК РФ сделал это. Во исполнение указания председательствующего присяжные заседатели возвратились в совещательную комнату и исправили ответ на вопрос N 8, зачеркнув в нем слова "факт сожжения, за исключением стоимости автомобиля", о чем старшиной присяжных заседателей на оборотной стороне вопросного листа была сделана отметка о том, что изменения в вопрос N 8 внесены в совещательной комнате. Кроме того, как видно из вердикта, присяжные заседатели внесли в него и другие изменения, на необходимость внесения которых, согласно протоколу судебного заседания, председательствующий их внимание не обращал. Так, в вопросном листе ими были зачеркнуты первоначальные ответы на вопросы NN 2, 3 и др., согласно которым Непинян был признан виновным в убийстве Антонова и Манасяна. Вместо зачеркнутых ответов даны предположительные ответы, устанавливающие виновность осужденного в этом преступлении. Об этих исправлениях также имеется отметка старшины присяжных заседателей на оборотной стороне вопросного листа, которая сделана после отметки об исправлениях в ответе на вопрос N 8. Однако при каких обстоятельствах присяжные заседатели изменили свое мнение относительно доказанности вины Непиняна в убийстве и внесли изменения в ответы на вопросы NN 2, 3, 4, 5, 6, 7 из материалов дела не видно. С учетом указанных обстоятельств Судебная коллегия признала приговор незаконным и направила дело на новое судебное рассмотрение. Судебной коллегией по уголовным делам отменен приговор Верховного Суда Республики Дагестан с участием присяжных заседателей в отношении Мухтарова. В определении Коллегия указала, что особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей определяются ст. 335 УПК РФ. В присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ. Согласно требованиям закона недопустимо исследовать с участием присяжных заседателей вопросы, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении подсудимого и других участников процесса. Как видно из протокола судебного заседания, в начале судебного следствия в ходе допросов потерпевших, в частности Абдулаева, Гихаловой, Ахмедова, государственный обвинитель по делу выяснял вопросы об их участии в судебных заседаниях при рассмотрении уголовных дел в отношении ранее осужденных по этому же делу Мезенцева, Исмаилова, Севостьянова, Мантагова и других, о показаниях, которые давали эти осужденные, хотя на тот момент они не были допрошены судом по делу в отношении Мухтарова. Государственный обвинитель указал, что у стороны обвинения имеются опасения, что Мезенцев и Исмаилов, будучи допрошенными в настоящем деле в качестве свидетелей, могут изменить свои показания. Такие утверждения государственного обвинителя в присутствии присяжных заседателей могли оказать определенное влияние на оценку присяжными заседателями достоверности показаний названных свидетелей в судебном заседании. В соответствии со ст. 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Председательствующий по делу не только не остановил государственного обвинителя, но и продублировал мнение стороны обвинения, отклонив возражения защиты и указав, что эти вопросы "задаются для установления, какие именно показания давали ранее в суде другие лица, поскольку имеются опасения, что эти лица, будучи допрошенными в настоящем деле в качестве свидетелей, могут изменить свои показания". После этого государственный обвинитель продолжал выяснять у потерпевших интересующие его вопросы. Согласно ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд в порядке, определенном указанным законом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Приговор по другому делу в отношении ранее осужденного соучастника (соучастников) подсудимого по рассматриваемому делу в силу ст. 74 УПК РФ доказательством не является, поэтому не может использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. В соответствии со ст. 90 УПК РФ такой приговор не может предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле. Однако в ходе разбирательства уголовного дела в отношении Мухтарова государственный обвинитель в присутствии присяжных заседателей огласил приговор от 21 февраля 2001 г. в отношении Мантагова, Абдурашидова, Абдулмаджидовой и Магомедова, а также вводную и описательно-мотивировочную части приговора от 10 апреля 2000 г. в отношении Муртузалиева, Исмаилова, Севостьянова, Голодка, Мезенцева и Алиева. В судебном заседании подсудимый Мухтаров утверждал, что ранее осужденные по его делу лица в отношении него давали ложные показания. Вопреки требованиям ч. 3 ст. 336 УПК РФ в прениях до постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, сторона обвинения ссылалась на указанные выше приговоры, в частности на то, что "правдивость показаний Мезенцева, Исмаилова, Муртузалиева и Абдурашидова признана уже вступившими в законную силу приговорами, по которым они были осуждены... В этих приговорах в соответствии с действующим законодательством фамилия Мухтарова не называлась. Он проходит по этим приговорам как лицо, объявленное в розыск. Мухтаров в течение 6 лет скрывался от органов правосудия"; "показания Абдурашидова и Мантагова признаны достоверными вступившим в законную силу приговором, по которому они осуждены, ... и соответствующими фактическим обстоятельствам совершенных преступлений, они положены в основу обвинительного приговора от 21 февраля 2001 г.". Председательствующий по делу при оглашении стороной обвинения названных приговоров не остановил государственного обвинителя, не прервал его выступление в судебных прениях при обосновании позиции путем ссылок на данные приговоры, как предусмотрено ст. 336 УПК РФ, на этих стадиях процесса и в своем напутственном слове не разъяснил присяжным заседателям, что названные обстоятельства не должны учитываться ими при вынесении вердикта. При таких обстоятельствах Судебная коллегия согласилась с доводами защиты о том, что со стороны обвинения имело место незаконное воздействие на присяжных заседателей, которое могло повлиять на их объективность, беспристрастность, на их ответы на поставленные в вопросном листе вопросы, а в дальнейшем - и на постановление законного, обоснованного, справедливого приговора. Отмена судебных решений с прекращением дел Судебная коллегия отменила приговор Новгородского областного суда в части осуждения Гамбаряна по ч. 1 ст. 139 УК РФ и уголовное дело прекратила на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением сроков давности уголовного преследования, указав в определении, что срок давности по преступлениям небольшой тяжести, каковым является преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 139 УК РФ, равен двум годам. Гамбарян на момент совершения им 13 января 2004 г. преступления, за которое он осужден, являлся несовершеннолетним. В соответствии с положениями ст. 94 УК РФ сроки давности при освобождении несовершеннолетних от уголовной ответственности сокращаются наполовину. Таким образом, срок давности уголовного преследования со дня совершения Гамбаряном преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ, равен одному году и к моменту рассмотрения дела судом истек, в связи с чем приговор в этой части отменен. По приговору Оренбургского областного суда Рыбинский и Марковский осуждены по ч. 1 ст. 285 УК РФ. Судебная коллегия отменила приговор, уголовное дело прекратила на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления и указала в определении следующее. Рыбинский, являясь инспектором службы отдельного взвода дорожно-патрульной службы (ДПС), а Марковский - старшим инспектором ДПС ГИБДД Новотроицкого ГОВД, т. е. должностными лицами, признаны виновными в злоупотреблении должностными полномочиями, использовании своих служебных полномочий вопреки интересам службы из корыстной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов государства. По смыслу закона уголовная ответственность по ч. 1 ст. 285 УК РФ за злоупотребление должностными полномочиями наступает в случае, если это деяние повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Как видно из приговора, по ч. 1 ст. 285 УК РФ суд квалифицировал факты ненаправления потерпевшего Ионова на освидетельствование и изъятия у него водительского удостоверения. Вывод о том, что указанными действиями осужденных было допущено существенное нарушение охраняемых законом интересов государства, судом не мотивирован. Отмена судебных решений в связи с нарушением норм уголовного и уголовно-процессуального закона органами предварительного расследования Нарушение требований ст. 448 УПК РФ повлекло отмену заключения коллегии из трех судей Тверского областного суда о наличии признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 116 УК РФ, в действиях депутата Законодательного Собрания Тверской области С., и материалы направлены на новое судебное разбирательство. Из указанного Закона следует, что с представлением о даче заключения о наличии признаков преступления в действиях депутата законодательного органа государственной власти субъекта Российской Федерации может войти в коллегию судей только прокурор субъекта Российской Федерации. Поскольку представление прокурора основано на материалах проверки, то и проверка в отношении такого лица должна проводиться только по поручению прокурора субъекта Российской Федерации. Из материалов дела следует, что проверка в отношении депутата Законодательного Собрания Тверской области С. вопреки нормам ст.ст. 447, 448 УПК РФ была проведена прокурором Весьегонского района Тверской области на основании его же рапорта. В соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 116 УК РФ, считаются делами частного обвинения, которые возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ (в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащим ему правом). Из приобщенных к представлению прокурора материалов следует, что проверка в отношении депутата С. в порядке требований ст.ст. 144, 145 УПК РФ была начата не по заявлению потерпевшего, а на основании рапорта прокурора Весьегонского района (рапорт никому не адресован). Из этого рапорта усматривается, что 7 апреля 2005 г. прокурор провел "беседу" с Боярченковым, во время которой последний сообщил о причинении ему 20 марта 2005 г. телесных повреждений депутатом С., и пришел к выводу о необходимости проведения проверки в целях выяснения вопроса о наличии в действиях С. состава преступления. Боярченков написал объяснение, в котором он указал, что возбуждать уголовное дело в отношении С. не желает. Несмотря на это, проверка в отношении депутата С. продолжалась. Боярченков был направлен на судебно-медицинское освидетельствование, прокуратура получила заключение судебно-медицинского эксперта о его освидетельствовании либо 20 марта, либо 8 апреля 2005 г., так как даты исправлены, обе читаются, а исправления не оговорены. Таким образом, прокуратура Весьегонского района Тверской области нарушила требования ч. 2 ст. 20 УПК РФ: при отсутствии заявления Боярченкова и вопреки его желанию, не выполнив требования ст.ст. 447, 448 УПК РФ и выйдя за пределы своей компетенции, в апреле 2005 г. провела проверку в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ в отношении депутата Законодательного Собрания Тверской области С. Аналогичная ошибка была устранена Судебной коллегией по уголовному делу в отношении С, осужденной Самарским областным судом по ст. 300 и ч. 2 ст. 303 УК РФ. Как отметила Судебная коллегия, отменяя приговор, из материалов уголовного дела видно, что С, являясь следователем отдела внутренних дел Сергиевского района Самарской области, фальсифицировала доказательства по уголовному делу и незаконно освободила от уголовной ответственности подозреваемого в совершении преступления. В соответствии с требованиями п. 7 ч. 1 ст. 447, п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ в отношении следователя установлен особый порядок производства по уголовным делам, решение о возбуждении уголовного дела в отношении него принимается прокурором на основании заключения судьи районного суда по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления. Эти требования закона органами предварительного следствия не соблюдены. Выдача лица, находящегося на территории Российской Федерации. Постановлением заместителя Генерального прокурора РФ от 30 марта 2005 г. Кравцов подлежал выдаче правоохранительным органам Республики Узбекистан для уголовного преследования за деяния, которые являются уголовно наказуемыми и квалифицируются по ст. 159 УК РФ. Определением Санкт-Петербургского городского суда жалоба Кравцова на постановление заместителя Генерального прокурора оставлена без удовлетворения. Судебная коллегия отменила определение городского суда и указала в своем определении следующее. В соответствии с ч. 1 ст. 462 УПК РФ выдача лица иностранному государству для уголовного преследования может быть произведена за деяния, которые являются уголовно наказуемыми по уголовному закону Российской Федерации и законам иностранного государства, направившего запрос о выдаче лица. Поэтому в запросе иностранного государства должен быть точно указан уголовный закон этого государства, а в постановлении Генеральной прокуратуры РФ о выдаче должен быть точно указан закон Российской Федерации, которому соответствует уголовный закон иностранного государства. В нарушение названных требований уголовно-процессуального закона в постановлении заместителя Генерального прокурора РФ о выдаче Кравцова правоохранительным органам Республики Узбекистан для уголовного преследования записано, что в Российской Федерации совершенное Кравцовым деяние квалифицируется по ст. 159 УК РФ, при этом не указано, по какой части этого уголовного закона. Между тем данная статья состоит из четырех частей, санкции которых предусматривают наказание в виде лишения свободы до 2, 5, 6 и 10 лет. Отсутствие в постановлении точной нормы уголовного закона не позволяет проверить не только его соответствие уголовному закону иностранного государства, но и сроки давности уголовного преследования, предусмотренные ст. 78 УК РФ, хотя согласно п. 4 ч. 1 ст. 464 УПК РФ истечение сроков давности уголовного преследования является основанием для отказа в выдаче лица. Многочисленные нарушения уголовно-процессуального закона на предварительном следствии, а также невыполнение требований ч. 5 ст. 237 УПК РФ, запрещающей собирать доказательства по истечении процессуальных сроков, установленных ч. 2 этой же статьи, повлекли отмену Судебной коллегией приговора Кемеровского областного суда и направление дела на новое судебное разбирательство. В определении Коллегия указала, что, как следует из материалов дела, предварительное следствие производила следователь прокуратуры. По ходатайству государственного обвинителя 23 октября 2003 г. она была допрошена в судебном заседании в качестве свидетеля по этому делу. 24 октября 2003 г. в отношении П., К. и Ф. был постановлен обвинительный приговор. Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22 апреля 2004 г. приговор отменен, а дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания. Основанием отмены приговора явилось нарушение права К. и П. на защиту в стадии предварительного следствия: осуществление их защиты одним и тем же адвокатом при наличии противоречий их интересов, в том числе предъявление обвинения К. и П. с его участием и ознакомление с материалами дела по окончании предварительного следствия с тем же адвокатом. Постановлением судьи от 18 июня 2004 г. по результатам предварительного слушания удовлетворено ходатайство прокурора: дело в отношении К. и П. возвращено прокурору Кемеровской области для устранения препятствий его рассмотрения судом в связи с нарушением права обвиняемых на защиту. Данное дело было передано этому же следователю для принятия к производству и устранения недостатков. 13 июля 2004 г. следователь приняла дело к производству и приступила к расследованию. 14 июля 2004 г. ею вынесены постановления о привлечении К. и П. в качестве обвиняемых, проведены их допросы, выполнены требования ст.ст. 215-218 УПК РФ, и 16 июля 2004 г. ею же было составлено обвинительное заключение, которое 19 июля 2004 г. утверждено прокурором. В судебном заседании 7 сентября 2004 г. старший следователь прокуратуры вновь была допрошена в качестве свидетеля по делу. Судебная коллегия отметила, что согласно п. 1 ч. 1 ст. 61 УПК РФ следователь не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он является свидетелем по данному уголовному делу. Поскольку в судебном заседании 23 октября 2003 г. следователь допрошена в качестве свидетеля по данному делу, она стала свидетелем (как в приговоре от 23 октября 2003 г., так и в приговоре от 8 сентября 2004 г. суд сослался на ее показания) и не вправе была проводить следствие после направления судьей дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, вследствие чего все произведенные ею процессуальные действия в период с 14 по 16 июля 2004 г. юридического значения не имеют. Кроме того, Судебная коллегия установила, что по делу допущены и другие нарушения норм уголовно-процессуального законодательства. При таких данных приговор, постановленный по материалам дела, расследованного с указанными нарушениями уголовно-процессуального законодательства, отменен как незаконный. Нарушения по делам, связанным с уголовной ответственностью несовершеннолетних Давыдова, Козлов и Соколов осуждены Ивановским областным судом с участием присяжных заседателей. Постановлено взыскать с них солидарно в пользу Гальцевой 14 тыс. рублей в возмещение материального ущерба; в пользу учреждения "Ивановский главпочтамт" - солидарно с Козлова и Давыдовой 1374 руб. в возмещение материального ущерба; в пользу Куприной - с каждого осужденного по 20 тыс. рублей компенсации морального вреда; солидарно с Козлова, Давыдовой и Соколова в пользу Куприной - 8600 руб. в возмещение расходов на погребение сына и поминальный обед. Судебная коллегия согласилась с доводами кассационного представления о неправильном разрешении судом гражданского иска, приговор в этой части отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства и в определении указала, что в соответствии со ст. 1074 ГК РФ в случае, когда у несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями или попечителями. Как видно из материалов дела, Козлов и Соколов являются несовершеннолетними, каких-либо доходов, а также имущества для возмещения вреда не имеют, в связи с чем решение суда о взыскании с осужденных морального вреда и материального ущерба не основано на законе. Судебная коллегия изменила приговор в отношении Синельникова, 1988 года рождения, осужденного Московским городским судом с участием присяжных заседателей по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к семи годам лишения свободы, по ч. 4 ст. 111 УК РФ - к шести годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к восьми годам лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии. В определении Судебная коллегия указала, что Синельников, задержанный за совершение убийства Алиева, добровольно сообщил правоохранительным органам о совершении 6 января 2005 г. еще одного преступления в отношении не установленного следствием лица, о чем в деле имеется отдельное заявление, которое соответствующим образом оформлено и зарегистрировано в Мещанской межрайонной прокуратуре г. Москвы. На основании этого заявления произведено расследование и осужденный был привлечен к уголовной ответственности. Данное заявление должно рассматриваться в соответствии с требованиями ст. 142 УПК РФ как явка с повинной, однако это обстоятельство не признано судом в качестве смягчающего наказание, хотя как доказательство оно было предметом исследования в судебном заседании. С учетом изложенного назначенное судом наказание Синельникову по ч. 4 ст. 111 УК РФ смягчено до пяти лет шести месяцев лишения свободы и на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено семь лет шесть месяцев лишения свободы. Отмена определений и постановлений о возвращении уголовного дела прокурору Постановлением судьи Рязанского областного суда уголовное дело в отношении Крескина возвращено прокурору Рязанской области для устранения препятствий рассмотрения его судом. Суд в постановлении указал, что, как видно из дела, Крескин вину не признал и сослался на предварительном следствии на протоколы судебных заседаний от 27, 28 мая 2004 г. и 24 февраля 2005 г. по делу, по которому он был осужден ранее. Орган предварительного расследования не включил их в перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, чем нарушил право Крескина на защиту. Судебная коллегия согласилась с представлением прокурора, отменила постановление суда и направила дело на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания. В определении Коллегия указала на то, что в соответствии со ст. 237 УПК РФ судья возвращает дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если: - обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта; - копия обвинительного заключения или обвинительного акта не была вручена обвиняемому, за исключением случаев, указанных в ч. 4 ст. 222 УПК РФ; - есть необходимость составления обвинительного заключения или обвинительного акта по делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера. Из материалов уголовного дела таких нарушений не усматривается. Ссылка суда на то, что в обвинительном заключении нет указаний на протоколы судебных заседаний по делу, по которому Крескин был осужден ранее, не может быть принята во внимание, поскольку сторона защиты на них в период следствия не ссылалась и не просила включить их в перечень доказательств. Не было заявлений об этом и на предварительном слушании уголовного дела. Из показаний Крескина, данных на предварительном следствии, видно, что он заявлял о несправедливости этих приговоров, утверждая, что в протоколах судебных заседаний от 27, 28 мая 2004 г. и 24 февраля 2005 г. не содержится указаний на то, что он сопровождал свои высказывания непристойными жестами. Судебная коллегия пришла к выводу, что суд возвратил дело без достаточных к тому оснований, кроме того, обратила внимание на то, что, если при судебном разбирательстве возникнет необходимость ознакомиться с протоколами судебных заседаний по предыдущим уголовным делам в отношении Крескина, суд может решить этот вопрос без возвращения уголовного дела прокурору. Решение, принятое Судебной коллегией, согласуется с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в постановлении от 8 декабря 2003 г. N 18-П "По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан". Судебной коллегией отменено постановление судьи Брянского областного суда о возвращении дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в отношении Тарасова, Митрофанова, Маликова и Ужастина, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 и ч. 2 ст. 210 УК РФ. В постановлении судья указал, что не раскрыт способ обмана при мошенничестве; не раскрыто содержание терминов "семинар", "индивидуальное собеседование", употребляемых в кавычках и без таковых; не определено время совершения Ужастиным преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, поскольку не установлено, когда и как он вошел в состав преступного сообщества; не раскрыт состав преступной группы, не показано соотношение группы и сообщества, отсутствуют процессуальные решения органов следствия о других участниках преступного сообщества, не привлекаемых к уголовной ответственности по настоящему делу; в списке к обвинительному заключению поступившие в суд вещественные доказательства - две аудиокассеты - названы дисками. Судебная коллегия в определении отметила, что ни одно из указанных в постановлении нарушений, допущенных при составлении обвинительного заключения, ни все они в совокупности не препятствуют рассмотрению дела в суде, принятию по нему судебного решения и основанием для возвращения дела прокурору не являются. Нарушения, касающиеся других лиц, не привлеченных к ответственности, разрешению дела в отношении обвиняемых не препятствуют. Вопрос о вещественных доказательствах может быть выяснен и разрешен в судебном заседании. Судебной коллегией отменено постановление Иркутского областного суда о возвращении дела по обвинению Смирновой прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. В качестве основания возвращения указано наличие неприязненных отношений между подсудимой и прокурором, по инициативе которого было возбуждено уголовное дело. Прокурор продлевал сроки следствия, поручал следователю производство предварительного расследования, утверждал обвинительное заключение. По мнению суда, прокурор обязан был устраниться от расследования данного уголовного дела, поскольку имелись основания к его отводу. Между тем в ст. 237 УПК РФ содержится перечень оснований, по которым уголовное дело может быть возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. Оснований, которые указаны судом в постановлении при возвращении прокурору уголовного дела в отношении Смирновой, в данной статье не содержится. Постановлением Кемеровского областного суда от 11 января 2005 г. уголовное дело по обвинению Федякина в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ, возвращено прокурору для устранения нарушений прав подсудимого. Судебная коллегия постановление суда отменила и в определении указала, что, как следует из материалов дела, постановлением судьи от 12 октября 2004 г. ходатайство адвоката М. о возвращении дела прокурору из-за нарушения права Федякина на защиту было оставлено без удовлетворения по тем основаниям, что в ходе предварительного расследования Федякин был обеспечен защитой в лице адвоката Д. Однако в ходе судебного следствия государственный обвинитель заявил аналогичное ходатайство о возвращении дела прокурору, которое судом было удовлетворено. Таким образом, суд при рассмотрении дела принял два взаимоисключающих решения, что противоречит уголовно-процессуальному закону. Отмена иных постановлений и определений суда Постановлением Московского городского суда Ивкину продлен срок содержания под стражей до 3 мая 2005 г. - до момента окончания ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела и направления прокурором уголовного дела в суд. Согласно ч. 3 ст. 109 УПК РФ срок содержания под стражей свыше 12 месяцев может быть продлен лишь в исключительных случаях в отношении лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений. При этом согласно ч. 7 ст. 109 УПК РФ продление срока содержания под стражей до момента окончания ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами дела возможно, если 30 суток после окончания предварительного следствия для ознакомления с материалами дела им оказалось недостаточно. Как видно из материалов дела в отношении Ивкина, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, он уведомлен об окончании предварительного следствия в январе 2005 г. и за два дня (17 и 18 января 2005 г.) ознакомился с двумя томами уголовного дела. После этого в течение двух недель уголовное дело для ознакомления ему не предъявлялось. В продолжение последующих двух дней (2 и 3 февраля 2005 г.) Ивкин ознакомился с остальными томами уголовного дела. Затем последовало ходатайство о продлении срока содержания под стражей. Отменяя постановление, Судебная коллегия указала, что, соглашаясь с ходатайством о продлении срока содержания Ивкина под стражей, суд не проверил, по какой причине имелся столь длительный перерыв в ознакомлении с делом и ознакомился ли Ивкин с делом на момент рассмотрения ходатайства. Доводы кассационной жалобы Ивкина о том, что с 3 февраля 2005 г. дело для ознакомления не предъявлялось, подтверждены графиком ознакомления Ивкина и его адвоката с материалами дела. Этому обстоятельству суд оценки не дал, так же как не оценил он то, каким образом следователь предъявлял материалы дела для ознакомления другим обвиняемым и их защитникам. Коллегия отметила также, что затягивание ознакомления с делом не по вине обвиняемого, а вследствие иных причин не может служить основанием к продлению срока содержания под стражей. Судебной коллегией отменено постановление судьи Калининградского областного суда от 11 апреля 2005 г., которым Васильеву продлен срок содержания под стражей на три месяца. Васильев обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, пп. "а", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. В порядке, установленном ст. 91 УПК РФ, он был задержан 29 сентября 2003 г., а 3 октября 2003 г. ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. При назначении 27 сентября 2004 г. судебного заседания мера пресечения Васильеву была оставлена прежней - заключение под стражу. В судебном заседании 11 апреля 2005 г. было установлено, что предусмотренный ч. 2 ст. 255 УПК РФ срок содержания Васильева под стражей истек 2 марта 2005 г., однако прокурор ходатайствовал о продлении этого срока на три месяца. По заявленному ходатайству судом со ссылкой на ч. 3 ст. 255 УПК РФ принято решение о продлении Васильеву срока содержания под стражей на три месяца - до 2 июня 2005 г. Таким образом, в судебном заседании установлено нарушение требований ч. 2 ст. 22 Конституции Российской Федерации, согласно которой арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению, а Васильев в период со 2 марта по 11 апреля 2005 г. содержался под стражей без такого решения. Судебная коллегия отметила, что помимо этого судом нарушены требования ч. 2 ст. 10 УПК РФ, обязывающей суд немедленно освободить всякого содержащегося под стражей свыше срока, предусмотренного уголовно-процессуальным законом, т. е. указанного в ч. 2 ст. 255 УПК РФ шестимесячного срока со дня поступления уголовного дела в суд. Эти требования закона не выполнены, что повлекло вынесение незаконного постановления о продлении срока содержания Васильева под стражей. Обжалуемое постановление не может быть признано соответствующим уголовно-процессуальному закону еще и потому, что продление истекшего процессуального срока законом не предусмотрено. В соответствии с положениями ч. 1 ст. 255 УПК РФ суд 11 апреля 2005 г. вправе был рассмотреть вопрос об избрании меры пресечения, но не сделал этого. Постановлением судьи Хабаровского краевого суда от 26 октября 2004 г. по ходатайству государственного обвинителя мера пресечения в отношении Скрипко, обвинявшегося в организации убийства и руководившего убийством лица, выполнявшего общественный долг, изменена с подписки о невыезде на заключение под стражу. Судебная коллегия согласилась с доводами кассационной жалобы, отменила постановление и указала, что согласно ст. 110 УПК РФ мера пресечения изменяется на более строгую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97 и 99 УПК РФ. В представленных материалах в отношении Скрипко упомянутых обстоятельств не имеется. Принимая решение об изменении меры пресечения на заключение под стражу, судья, как следует из постановления, не привел изменившихся оснований, учитываемых при избрании меры пресечения, и доводов, в силу которых невозможно оставить ранее избранную меру пресечения. Между тем из материалов дела видно, что после вынесения 24 декабря 2003 г. оправдательного приговора в отношении Скрипко он был освобожден из-под стражи и каких-либо данных о нарушении им ранее избранной меры пресечения не имеется. Заключением коллегии из трех судей Московского городского суда признано наличие признаков преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160, ч. 2 ст. 201 и ч. 3 ст. 174-1 УК РФ, в действиях депутата Законодательного Собрания Тверской области Л. Судебная коллегия отменила заключение и дело направила на новое судебное рассмотрение, отметив в определении, что согласно положениям ч. 2 ст. 448 УПК РФ рассмотрение представления прокурора проводится с его участием, а также с участием лица, в отношении которого внесено представление, и его защитника в закрытом судебном заседании. Однако эти требования уголовно-процессуального закона по данному делу не выполнены, а несвоевременное извещение сторон о дне слушания и рассмотрение дела в отсутствие депутата Л. и его адвоката являются нарушением закона, которое могло повлиять на правильность вынесенного судом заключения. Так, из материалов дела усматривается, что в адрес Л. 29 августа 2005 г. была направлена телеграмма о назначении судебного разбирательства на 1 сентября 2005 г., фактически менее чем за пять дней до начала судебного заседания. Доставлена телеграмма только 3 сентября 2005 г., т. е. после проведения судебного заседания, что подтверждается письмом начальника отдела связи дер. Родня Тверской области от 5 сентября 2005 г. При рассмотрении представления прокурора суд не принял во внимание телеграммы Л., в которых он своевременно извещал суд о месте своего проживания и просил не проводить судебное заседание без его участия. Определением Волгоградского областного суда оставлена без удовлетворения жалоба Назарова на постановление заместителя Генерального прокурора РФ о выдаче его правоохранительным органам Республики Таджикистан. Судебная коллегия кассационную жалобу Назарова удовлетворила, определение суда отменила по следующим основаниям. В соответствии с требованиями п. 3 ч. 3 ст. 462 УПК РФ выдача лица, находящегося на территории Российской Федерации, может быть произведена в случае, когда иностранное государство, направившее запрос, может гарантировать, что лицо, в отношении которого направлен запрос о выдаче, будет преследоваться только за преступление, которое указано в запросе, и после окончания судебного разбирательства и отбытия наказания сможет свободно покинуть территорию данного государства, а также не будет выслано, передано либо выдано третьему государству без согласия Российской Федерации. Однако, как видно из представленных материалов, в них отсутствуют данные о наличии такой гарантии в отношении Назарова. Суд же при рассмотрении жалобы Назарова не выяснил, имеется ли в отношении него письменная гарантия, почему она отсутствует в материалах дела и на нее не ссылается в своем постановлении заместитель Генерального прокурора РФ. Изменение приговоров Кучаидзе осужден Московским городским судом по пп. "а", "д" ч. 2 ст. 105 и ч. 2 ст. 167 УК РФ за убийство двух лиц - Пурцелидзе и Даниленко с особой жестокостью, а также за умышленные повреждение и уничтожение чужого имущества путем поджога, повлекшие причинение значительного ущерба. Судебная коллегия изменила приговор, исключив из него осуждение Кучаидзе по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ, и в определении указала следующее. Действия Кучаидзе необоснованно расценены как совершенные с особой жестокостью. Из заключения экспертов, проводивших судебно-медицинскую экспертизу, видно, что смерть потерпевших наступила в результате открытых черепно-мозговых травм, в дыхательных путях обнаружена копоть, свидетельствующая о пребывании их в условиях высокого содержания окиси углерода. Как пояснил в суде подсудимый, после нанесения ударов потерпевшим он с целью скрыть следы преступления и уничтожения чужого имущества поджег квартиру. Вывод о том, что умысел осужденного при нанесении ударов потерпевшим, а также при поджоге квартиры, в которой они оставались, был направлен на причинение им особых мучений и страданий, не основан на материалах дела. Это признал и сам суд, указав в приговоре, что при совершении поджога квартиры Кучаидзе относился к судьбе потерпевших безразлично. Аналогичная ошибка допущена Верховным Судом Удмуртской Республики в отношении Сурнина, осужденного по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Судебная коллегия переквалифицировала действия осужденного на ч. 1 ст. 105 УК РФ и указала, что квалификацию действий виновного по п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ закон связывает как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. При этом для признания убийства совершенным с особой жестокостью необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось совершение убийства с особой жестокостью. Из показаний осужденного следует, что применение разных способов и орудий убийства, в частности удушения, ударов ножом и обломком кирпича, связано не со стремлением причинить потерпевшей особые мучения и страдания, а с целью довести убийство до конца. Потерпевшая Державина, находясь в бессознательном состоянии, подавала признаки жизни (хрипела), и он, чтобы быстрее окончить преступление, ударил ее канцелярским ножом, но нож сломался, поэтому он нашел обломок кирпича и нанес им потерпевшей удары по голове, а когда убедился, что она мертва, прекратил свои действия. Мотивируя свой вывод об убийстве Сурниным потерпевшей с особой жестокостью, суд в приговоре указал, что, обнаружив Державину живой, Сурнин стал наносить ей удары ножом, а спустя некоторое время, когда потерпевшая вновь стала подавать признаки жизни, принес обломок кирпича и нанес ей удары по голове. Эти данные подтверждают показания осужденного о его стремлении добить потерпевшую, но противоречат выводу суда об убийстве с особой жестокостью. Ссылка в приговоре на заключение судебно-медицинского эксперта как на доказательство особых мучений потерпевшей необоснованна, поскольку таких выводов в заключении не содержится. На основании изложенного действия Сурнина переквалифицированы на ч. 1 ст. 105 УК РФ и определены как умышленное причинение смерти другому человеку из личных неприязненных отношений без отягчающих обстоятельств. По приговору Ставропольского краевого суда Твердохлебов осужден по ч. 1 ст. 222 УК РФ к двум годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, пп. "е", "и" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к девяти годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний - к десяти годам лишения свободы. Судебная коллегия удовлетворила кассационную жалобу осужденного, приговор изменила и указала в определении, что, признавая Твердохлебова виновным в покушении на убийство Бадаляна, суд отметил в приговоре, что тот действовал с прямым умыслом на убийство потерпевшего общеопасным способом, бросив гранату перед Бадаляном на землю. Между тем вывод суда о наличии у Твердохлебова прямого умысла на причинение смерти Бадаляну с достоверностью не подтверждается собранными по делу доказательствами. Сам осужденный как на предварительном следствии, так и в судебном заседании утверждал, что убивать никого не собирался, гранату принес для того, чтобы напугать Мартиросяна, бросил ее в сторону, так как взрыватель сработал у него в руке. Из показаний потерпевшего Бадаляна, данных в ходе предварительного следствия, видно, что он, увидев в руках у Твердохлебова гранату, подошел к нему, взял за руку, стал успокаивать и отводить в сторону от кафе, расстояние между ними было около одного метра, когда Твердохлебов бросил гранату вперед под ноги. Из показаний потерпевшего нельзя сделать вывод о том, что гранату Твердохлебов бросил под ноги ему, Бадаляну. Шли они, как видно из показаний Бадаляна, рядом. В судебном заседании Бадалян вообще не упомянул о каких-либо действиях, которые бы свидетельствовали об умысле Твердохлебова на причинение ему смерти. Более того, Бадалян опроверг свои показания на предварительном следствии о том, что Твердохлебов якобы высказывал угрозы взорвать его и его кафе, заявив, что эти показания он дал на предварительном следствии под впечатлением происшедшего. При таких обстоятельствах у суда не было достаточных оснований считать, что осужденный действовал с прямым умыслом на причинение смерти потерпевшему. Как видно из показаний Твердохлебова, он умышленно привел гранату в боевое положение: вкрутил в нее взрыватель и выдернул чеку. О том, что осужденный умышленно произвел взрыв, действуя из хулиганских побуждений, свидетельствует и его поведение после взрыва, когда он, видя, что в результате взрыва Бадаляну и другим лицам причинены легкие ранения, заявил, как это следует из показаний свидетеля Рамазанова: "Вы видели, кто я такой". Все вышеприведенные обстоятельства дают основание считать, что умысел Твердохлебова был направлен на совершение хулиганских действий с применением гранаты и к последствиям своих действий он относился безразлично. Бесспорных доказательств того, что Твердохлебов желал наступления смерти Бадаляна, в материалах дела нет, поэтому действия осужденного Коллегия переквалифицировала на ч. 1 ст. 213 УК РФ, по которой назначила наказание в виде четырех лет лишения свободы. По приговору того же суда Батчаев осужден по пп. "а", "е", "ж", "з", "л" ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 205 УК РФ. Судебная коллегия, исключив из приговора осуждение Батчаева по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, обратила внимание на следующее. Как установлено совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, на территории Карачаево-Черкесской Республики было создано и существовало преступное сообщество, состоящее из религиозно-военизированных объединений - ваххабитских "джамматов", т. е. из автономных устойчивых групп как структурных подразделений. Данная преступная организация имела своей целью совершение тяжких и особо тяжких преступлений и совершала эти преступления. Она отличалась большим и стабильным составом членов, высокой степенью организации и сплоченности, четким распределением ролей, имела ярко выраженных лидеров - "духовных наставников", авторитет которых был непререкаем, чьи приказы выполнялись фактически беспрекословно, достаточно высоко и стабильно финансировалась. Батчаев принимал непосредственное и активное участие в преступной организации, выполняя роль, отведенную ему руководителями сообщества. В результате террористических актов в городах Минеральные Воды и Адыге-Хабль, совершенных преступным сообществом, активным членом которого являлся Батчаев, погибло 27 человек. В связи с тем, что основным мотивом преступных действий Батчаева, как это установлено судом, была религиозная ненависть, осуждение Батчаева за убийство из корыстных побуждений Судебная коллегия сочла излишним и подлежащим исключению из приговора. Судебная коллегия изменила приговор Саратовского областного суда в отношении Коляченко, осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ к тринадцати годам лишения свободы, и Цикунова, осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ к четырнадцати годам лишения свободы, и в определении указала, что в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование раскрытию преступления признается обстоятельством, смягчающим наказание, а исходя из требований ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. В материалах уголовного дела имеются сведения о том, что Коляченко и Цикунов в ходе предварительного следствия активно способствовали раскрытию преступления, не отрицал это и суд в приговоре. Обстоятельств, отягчающих наказание Коляченко и Цикунова, судом не установлено. С учетом изложенного Судебная коллегия на основании ст. 62 УК РФ смягчила наказание Коляченко и Цикунову до одиннадцати лет лишения свободы каждому. Судебной коллегией изменен приговор Ростовского областного суда в отношении Кабанова, осужденного по п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ к семи годам лишения свободы. Коллегия сочла возможным применить к осужденному требования ст. 64 УК РФ и назначить наказание ниже низшего предела. В определении Коллегия указала, что суд признал отсутствие обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание Кабанова. Вместе с тем судом установлено, что Кабанов по месту жительства и работы характеризуется положительно, на его иждивении находятся две дочери, он имеет заболевание, преступление совершил впервые. Учитывая изложенное, Судебная коллегия признала указанные обстоятельства исключительными и наказание смягчила до пяти лет лишения свободы. Исследование допущенных судами ошибок позволяет сделать вывод о необходимости повышения качества рассмотрения уголовных дел в кассационном порядке. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации Указатель судебной практики Указатель судебной практики +-----------------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------------------¦ ¦080.100.040 ¦ ¦ ¦180.040.040 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Судебное постановление но делу о взыскании¦ ¦Верх. Суда РФ ¦земельного налога, вынесенное в нарушение¦ ¦от 23.11.05 ¦единства судебной практики, отменено ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 1 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦010.080.020 ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦При наличии обстоятельств, вынуждающих кандидата¦ ¦Верх. Суда РФ ¦в депутаты снять свою кандидатуру, внесенный им¦ ¦от 5.10.05 ¦избирательный залог возвращается в¦ ¦Бюллетень ¦соответствующий избирательный фонд ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 2 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.120.220 ¦ ¦ ¦150.100.040 ¦ ¦ ¦150.130.020 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦В иске о возмещении вреда, причиненного¦ ¦Верх. Суда РФ ¦военнослужащему повреждением его здоровья при¦ ¦от 11.11.05 ¦исполнении им служебного долга, отказано ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 3 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦010.050.040 ¦ ¦ ¦050.050.000 ¦ ¦ ¦180.040.040 ¦ ¦ ¦Опред. судьи ¦Вынужденные переселенцы, получившие денежную¦ ¦Верх. Суда РФ ¦компенсацию за утраченное жилье, не подлежат¦ ¦от 12.12.05 ¦включению в списки на получение безвозмездной¦ ¦Бюллетень ¦субсидии на строительство или приобретение жилья¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 5 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦100.120.010 ¦ ¦ ¦100.120.050 ¦ ¦ ¦180.040.040 ¦ ¦ ¦Опред. судьи ¦Лицо, пользующееся льготами, связанными с¦ ¦Верх. Суда РФ ¦временным ввозом товаров на таможенную¦ ¦от 25.10.05 ¦территорию Российской Федерации, утрачивает¦ ¦Бюллетень ¦право на такие льготы, если товары по истечении¦ ¦Верх. Суда ¦срока их временного ввоза не были вывезены с¦ ¦Российской ¦таможенной территории Российской Федерации ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 6 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.120.220 ¦ ¦ ¦180.040.040 ¦ ¦ ¦Опред. судьи ¦Несовершеннолетний в возрасте от четырнадцати до¦ ¦Верх. Суда РФ ¦восемнадцати лет самостоятельно несет¦ ¦от 26.10.05 ¦ответственность за причиненный вред. В случае¦ ¦Бюллетень ¦отсутствия у несовершеннолетнего имущества,¦ ¦Верх. Суда ¦достаточного для возмещения вреда, его родители¦ ¦Российской ¦привлекаются к дополнительной ответственности ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 7 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.040.010 ¦ ¦ ¦180.040.050 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Договором о передаче дела на рассмотрение¦ ¦Верх. Суда РФ ¦третейского суда стороны не вправе¦ ¦от 5.07.05 ¦самостоятельно определять территориальную¦ ¦Бюллетень ¦подсудность подачи заявления о выдаче¦ ¦Верх. Суда ¦исполнительного листа на принудительное¦ ¦Российской ¦исполнение решения третейского суда ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 9 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.100.050 ¦ ¦ ¦050.050.000 ¦ ¦ ¦180.040.040 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦На подсудность дел по спорам, возникающим из¦ ¦Верх. Суда РФ ¦договора долевого участия в строительстве жилья,¦ ¦от 8.11.05 ¦распространяются правила, предусмотренные¦ ¦Бюллетень ¦законодательством о защите прав потребителей ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 10¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.120.220 ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦180.040.040 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Отмена определения суда о прекращении¦ ¦Верх. Суда РФ ¦производства по делу в связи с утверждением¦ ¦от 18.10.05 ¦судом заключенного между сторонами мирового¦ ¦Бюллетень ¦соглашения признана незаконной ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 11¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦020.010.050 ¦ ¦ ¦050.020.060 ¦ ¦ ¦180.040.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Органы государственной власти субъектов¦ ¦Верх. Суда РФ ¦Российской Федерации вправе регулировать¦ ¦от 5.10.05 ¦жилищные отношения в рамках установленных¦ ¦Бюллетень ¦полномочий ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 12¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦080.110.040 ¦ ¦ ¦180.040.030 ¦ ¦ ¦180.040.050 ¦ ¦ ¦Опред. Касс. ¦Положение Центрального банка Российской¦ ¦коллегии ¦Федерации от 26 марта 2003 г. N 221-П "О порядке¦ ¦Верх. Суда РФ ¦приема и исполнения кредитными организациями,¦ ¦от 20.10.05 ¦подразделениями расчетной сети Банка России¦ ¦Бюллетень ¦исполнительных документов, предъявляемых¦ ¦Верх. Суда ¦взыскателями - физическими лицами" в части,¦ ¦Российской ¦устанавливающей обязанность взыскателей -¦ ¦Федерации, ¦физических лиц выдавать поручение, в котором¦ ¦2006, N 7, с. 13¦предоставлять банку право составления от их¦ ¦ ¦имени инкассового поручения, указывать номера¦ ¦ ¦счетов должника, лично представлять документы в¦ ¦ ¦банк, подписывать заявление в присутствии¦ ¦ ¦работника банка, а также предписывающей банку¦ ¦ ¦проверять соответствие данных, указанных¦ ¦ ¦взыскателем (доверенным лицом) в заявлении,¦ ¦ ¦данным документа, удостоверяющего личность¦ ¦ ¦взыскателя (доверенного лица), признано¦ ¦ ¦недействующим и не подлежащим применению со дня¦ ¦ ¦вынесения решения ¦ ¦ ¦ ¦ ¦140.010.110 ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Положение п. 2.9.4 Санитарно-эпидемиологических¦ ¦Верх. Суда РФ ¦правил и нормативов СанПиН 2.4.2.1178-02,¦ ¦от 15.09.05 ¦утвержденных и введенных в действие¦ ¦Бюллетень ¦постановлением Главного государственного¦ ¦Верх. Суда ¦санитарного врача Российской Федерации от¦ ¦Российской ¦28 ноября 2002 г. N 44, признано не¦ ¦Федерации, ¦противоречащим федеральному законодательству ¦ ¦2006, N 7, с. 15¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦160.060.040 ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦Решение СК ¦Пункт 22.3 Типовых правил охоты в РСФСР,¦ ¦Верх. Суда РФ ¦утвержденных приказом Главного управления¦ ¦от 26.08.05 ¦охотничьего хозяйства и заповедников при Совете¦ ¦Бюллетень ¦Министров РСФСР от 4 января 1988 г. N 1, признан¦ ¦Верх. Суда ¦частично недействующим и не подлежащим¦ ¦Российской ¦применению ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 17¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Умышленное уничтожение или повреждение чужого¦ ¦Верх. Суда РФ ¦имущества, совершенное путем поджога,¦ ¦от 25.01.06 ¦квалифицируется по ч. 2 ст. 167 УК РФ лишь в тех¦ ¦Бюллетень ¦случаях, когда по условиям совершения этот¦ ¦Верх. Суда ¦способ носит общеопасный характер ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 18¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.010.000 ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦170.020.030 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦В соответствии со ст. 9 УК РФ преступность и¦ ¦Верх. Суда РФ ¦наказуемость деяния определяются уголовным¦ ¦от 7.12.05 ¦законом, действовавшим во время совершения этого¦ ¦Бюллетень ¦деяния ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 18¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Суд надзорной инстанции с учетом явки с повинной¦ ¦Верх. Суда РФ ¦смягчил назначенное осужденному наказание ¦ ¦от 23.11.05 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 19¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Постановление судьи о возвращении дела прокурору¦ ¦Верх. Суда РФ ¦отменено, поскольку оно вынесено с нарушением¦ ¦от 14.06.05 ¦требований уголовно-процессуального закона ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 20¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Нарушение судом требований ст. 235 УПК РФ¦ ¦Верх. Суда РФ ¦повлекло отмену обвинительного приговора,¦ ¦от 15.03.05 ¦постановленного судом с участием присяжных¦ ¦Бюллетень ¦заседателей ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 21¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Процессуальные издержки, выплаченные из¦ ¦Верх. Суда РФ ¦федерального бюджета назначенному судом адвокату¦ ¦от 30.09.05 ¦за оказание юридической помощи в уголовном¦ ¦Бюллетень ¦судопроизводстве, взысканы с осужденного в¦ ¦Верх. Суда ¦порядке регресса ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 22¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦170.010.040 ¦ ¦ ¦170.020.040 ¦ ¦ ¦180.060.020 ¦ ¦ ¦180.060.070 ¦ ¦ ¦030.120.220 ¦ ¦ ¦180.060.020 ¦ ¦ ¦Обзор касс. ¦Обзор кассационной практики Судебной коллегии по¦ ¦практики ¦уголовным делам Верховного Суда Российской¦ ¦Бюллетень ¦Федерации за 2005 год ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2006, N 7, с. 22¦ ¦ +-----------------------------------------------------------------+