30.07.2007
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 7 2007 года Опубликовано: 30.07.2007 Пленум Верховного Суда Российской Федерации Пленум Верховного Суда Российской Федерации ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 29 марта 2007 г. под председательством В.М.Лебедева - Председателя Верховного Суда Российской Федерации состоялся Пленум Верховного Суда Российской Федерации, который обсудил проект постановления "О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака". С докладом выступил судья Верховного Суда Российской Федерации А.С.Червоткин, который отметил, что проблемы совершенствования судебной практики применения ст.ст. 146, 147, 180 Уголовного кодекса Российской Федерации не случайно объединены в один проект. Названными статьями регулируются общие вопросы уголовно-правовой охраны прав интеллектуальной собственности и средств индивидуализации. Конструкция сформулированных в них признаков имеет сходный характер. В соответствии со ст. 44 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества. Интеллектуальная собственность охраняется законом. Общественная опасность преступлений против интеллектуальной собственности заключается в том, что они лишают граждан не только морального удовлетворения от созидания нового, но и материальной заинтересованности в создании произведений науки, литературы и искусства. Уровень нарушения прав интеллектуальной собственности в России довольно высок. Особенно широкое распространение в России получили нарушения, связанные с незаконным производством и распространением контрафактной аудио- и видеопродукции, компьютерных программ. По разным данным, оборот незаконно производимых и распространяемых носителей с аудио- и видеопроизведениями в России составляет до 70 процентов, а носителей компьютерных программ - до 90 процентов. По данным Международной федерации производителей фонограмм, на один легальный носитель (компакт-диск или кассету) приходится два "пиратских". И тенденция роста количества контрафактной продукции на рынке пока сохраняется. Российские и зарубежные эксперты оценивают ежегодный "теневой" оборот в этом секторе в сумму свыше 30 млрд. рублей. Огромные потери несут не только правообладатели, но и федеральный бюджет ввиду неуплаты налогов. Нарушаются и интересы потребителей, которые получают товар ненадлежащего качества. Производство контрафактной продукции наносит существенный урон и международной репутации России как торговому партнеру. Все это говорит об актуальности и своевременности вынесения на обсуждение Пленума данной проблемы. Верховный Суд Российской Федерации постоянно уделяет внимание вопросам, связанным с практикой применения судами законодательства о защите интеллектуальной собственности. Совместно с верховными судами республик, краевыми, областными и соответствующими им судами изучена судебная практика по делам этой категории. В последние годы правоприменительными органами более полно реализуются предусмотренные законом средства противодействия указанным преступным посягательствам, заметно увеличивается количество таких уголовных дел. Все преступления, предусмотренные названными статьями Уголовного кодекса Российской Федерации, относятся к категориям преступлений небольшой и средней тяжести. Привлекаемые к уголовной ответственности лица в большинстве случаев совершают преступление впервые, работают или учатся, положительно характеризуются. Большинство дел рассматривается в порядке, предусмотренном главой 40 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. В целом существующая практика назначения наказания за подобные преступления соответствует мировой. В большинстве зарубежных стран основными мерами уголовно-правового воздействия являются денежные штрафы, условное осуждение, конфискация и уничтожение контрафактной продукции, изъятие средств совершения преступлений. Случаи осуждения к реальному лишению свободы за подобные преступления судами России носят единичный характер. Сложность разработки проекта постановления Пленума была связана, в частности, с бланкетным характером используемых в диспозициях ст.ст. 146, 147 и 180 УК РФ понятий и терминов. Они должны применяться в том значении, в котором определены в гражданском законодательстве, регулирующем отношения по поводу возникновения и реализации интеллектуальных прав. Это законодательство весьма объемно, поэтому в проекте приведены лишь основные термины и понятия. Кроме того, данное законодательство в настоящее время подвергается существенным изменениям. Федеральным законом от 18 декабря 2006 г. N 231-ФЗ принята часть четвертая Гражданского кодекса Российской Федерации, посвященная правовому регулированию отношений в сфере интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, которая вводится в действие с 1 января 2008 г. До этого времени (а также и после, но в отношении действий, совершенных до 1 января 2008 г.) должен применяться ряд других, действующих в настоящее время законов. Например, Патентный закон Российской Федерации, Законы Российской Федерации "Об авторском праве и смежных правах", "О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных", "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" и др. Поэтому в проекте нет указаний на конкретные положения и статьи названных Законов, а используются унифицированные принципиальные положения, общие как для нового, так и для прежнего законодательства. Заместитель председателя Московского городского суда А.И.Паршин в своем выступлении отметил, что в последнее время в Российской Федерации все большее значение придается вопросу надлежащей защиты интересов правообладателей, поскольку такие интересы признаются охраняемыми в любом развитом демократическом государстве. Несмотря на то, что основной комплекс нормативно-правовых актов по авторскому праву, смежным, изобретательским и патентным правам принят достаточно давно, до настоящего времени не существует единообразного подхода к разрешению некоторых вопросов по делам о защите интеллектуальной собственности. С одной стороны, это связано с отсутствием соответствующего постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, где были бы четко разъяснены все вопросы судебного применения правовых норм, с другой - количество дел, разрешаемых по существу по ст.ст. 146, 147, 180 УК РФ, относительно невелико. Представленный на обсуждение Пленума проект постановления подробно и в достаточно полной мере раскрывает содержание действующих нормативно-правовых актов в сфере использования и охраны объектов интеллектуальной собственности, обращает внимание судей на отдельные положения, требующие особого внимания при разрешении этой категории дел. В проекте обозначен круг субъектов и объектов авторского права, смежных, изобретательских и патентных прав, а также общественных отношений, на которые распространяется действие этих прав, с учетом того, что с 1 января 2008 г. многие акты в этой сфере утрачивают силу в связи с вступлением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации. Выступающий подчеркнул, что в целом проект постановления поддерживается судьями г. Москвы, поскольку изложенные в нем положения позволят единообразно подходить к разрешению дел данной категории. Постановление Пленума будет также способствовать изменению правосознания в обществе по отношению к интеллектуальной собственности, возникновению у каждого понимания того, что интеллектуальная собственность находится под такой же защитой государства, как и любая другая. Заместитель директора Департамента правового обеспечения Министерства культуры и массовых коммуникаций Российской Федерации М.Ю.Прокш отметил, что вопрос о защите российского потребительского рынка от контрафактной продукции приобретает все большую актуальность по мере социально-экономического развития России и ее интеграции в мировое сообщество. Эффективная защита объектов интеллектуальной собственности невозможна без применения норм уголовного законодательства, которое является зачастую единственной мерой в борьбе с нарушениями в указанной сфере. Министерство культуры и массовых коммуникаций Российской Федерации, являясь федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по нормативно-правовому регулированию отношений в сфере авторского права и смежных прав, признает важность и актуальность принятия постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросу практики рассмотрения судами дел о нарушении прав на интеллектуальную собственность, а также о незаконном использовании товарного знака. В настоящее время в России пока еще нет единой концепции борьбы с нарушениями прав в сфере интеллектуальной собственности. Постановление Пленума позволит сделать еще один шаг на пути совершенствования применения российского законодательства и позволит исключить имеющиеся неточности в применении соответствующих норм Уголовного кодекса Российской Федерации. Статс-секретарь - заместитель Министра юстиции Российской Федерации А.В.Бондар поддержал в целом представленный на обсуждение проект постановления. В своем выступлении он отметил, что данный вопрос рассматривается Пленумом Верховного Суда Российской Федерации весьма своевременно, поскольку такое постановление необходимо для формирования единой судебной практики. Содержащиеся в нем разъяснения актуальны еще и потому, что согласно Федеральному закону "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" ряд законов и нормативных актов, связанных с защитой прав на результаты интеллектуальной деятельности, с 1 января 2008 г. будут признаны утратившими силу. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации С.Г.Кехлеров в целом положительно оценил рассматриваемый проект постановления Пленума и выказал замечания и предложения по ряду вопросов, которые, по его мнению, не получили должного разъяснения в данном документе. На заседании Пленума выступили также заместитель председателя Ленинградского областного суда В.И.Телятников, заместитель председателя Московского областного суда К.А.Зотин, судья Нижегородского областного суда И.М.Сухарев, юридический советник представительства Международной федерации производителей фонограмм В.В.Драгунов. В работе Пленума принял участие полномочный представитель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации А.Г.Лысков. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака" принято 26 апреля 2007 г. ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 14 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 26 апреля 2007 г. О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака В связи с вопросами, возникшими в судебной практике при рассмотрении уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака (статьи 146, 147, 180 УК РФ), Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения: 1. При решении вопроса о виновности лица в совершении преступления, предусмотренного статьей 146 УК РФ, суду надлежит установить факт нарушения этим лицом авторских или смежных прав и указать в приговоре, какое право автора или иного правообладателя, охраняемое какой именно нормой закона Российской Федерации, было нарушено в результате совершения преступления. При этом судам следует учитывать, что помимо автора произведения (физического лица, творческим трудом которого создано произведение) или обладателей смежных прав (исполнителей, производителей фонограмм, организаций эфирного и кабельного вещания) потерпевшими по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьей 146 УК РФ, могут являться иные лица (как физические, так и юридические), которым авторское право или смежные права принадлежат на основании закона, переходят по наследству либо по договору. 2. При рассмотрении уголовных дел о нарушении авторских и смежных прав судам следует учитывать, что авторское право распространяется как на обнародованные, так и на необнародованные произведения науки, литературы и искусства, являющиеся результатом творческой деятельности и существующие в какой-либо объективной форме (письменной, устной, звуко- или видеозаписи, изобразительной, объемно-пространственной). Судам надлежит исходить из того, что в соответствии с гражданским законодательством авторское право реализуется в отношениях, связанных с созданием и использованием произведений науки, литературы и искусства, смежные (с авторскими) права - в отношениях, связанных с созданием и использованием фонограмм, исполнением, организацией передач эфирного вещания и др. Устанавливая факт присвоения авторства или незаконного использования объектов авторских и смежных прав, суды должны иметь в виду, что на идеи, методы, процессы, системы, способы, концепции, принципы, открытия авторское право не распространяется, а следовательно, на них не распространяются и предусмотренные статьей 146 УК РФ средства уголовно-правовой защиты. В соответствии с законом Российской Федерации объектами авторского права не являются: официальные документы (законы, другие нормативные акты, судебные решения, иные тексты законодательного, административного и судебного характера), а также их официальные переводы; государственные символы и знаки (флаги, гербы, ордена, денежные знаки и иные государственные символы и знаки); произведения народного творчества; сообщения о событиях и фактах, имеющие информационный характер (например, сообщения о новостях дня, расписания движения транспортных средств), в связи с чем воспроизведение, распространение или иное их использование любым способом не образует состава преступления, предусмотренного статьей 146 УК РФ. 3. При установлении факта нарушения авторских прав путем присвоения авторства (плагиата), предусмотренного частью 1 статьи 146 УК РФ, суду надлежит иметь в виду, что указанное деяние может состоять, в частности, в объявлении себя автором чужого произведения, выпуске чужого произведения (в полном объеме или частично) под своим именем, издании под своим именем произведения, созданного в соавторстве с другими лицами, без указания их имени. 4. Незаконным по смыслу статьи 146 УК РФ следует считать умышленное использование объектов авторских и смежных прав, осуществляемое в нарушение положений действующего законодательства Российской Федерации, которым регулируются отношения, возникающие в связи с созданием и использованием произведений науки, литературы и искусства, фонограмм, исполнений, постановок, передач организаций эфирного или кабельного вещания. Устанавливая факт незаконного использования объектов авторских и смежных прав, суд должен выяснить и указать в приговоре, какими именно действиями были нарушены права авторов произведений, их наследников, исполнителей, производителей фонограмм, организаций кабельного и эфирного вещания, а также иных обладателей этих прав. Такими действиями могут являться совершаемые без согласия автора или обладателя смежных прав воспроизведение (изготовление одного или нескольких экземпляров произведения либо его части в любой материальной форме, в том числе запись произведения или фонограммы в память ЭВМ, на жесткий диск компьютера), продажа, сдача в прокат экземпляров произведений или фонограмм, публичный показ или публичное исполнение произведения, обнародование произведений, фонограмм, исполнений, постановок для всеобщего сведения посредством их передачи по радио или телевидению (передача в эфир), распространение в сети Интернет, перевод произведения, его переработка, переработка фонограммы, модификация программы для ЭВМ или базы данных, а также иные действия, совершенные без оформления в соответствии с законом договора либо соглашения. Разрешая вопрос о наличии в действиях лица составов преступлений, предусмотренных статьями 146, 147 и 180 УК РФ, суды должны учитывать положения гражданского законодательства о том, что использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, являющихся объектом исключительных прав (интеллектуальной собственностью), может осуществляться третьими лицами только с согласия правообладателя. При этом судам надлежит иметь в виду, что действующим законодательством установлено использование произведения или объектов смежных прав без согласия автора либо иного правообладателя и (или) без выплаты соответствующего вознаграждения (например, дальнейшее распространение экземпляров правомерно опубликованного произведения, если они введены в гражданский оборот посредством их продажи, воспроизведение гражданином исключительно в личных целях или цитирование в научных, полемических, критических или информационных целях правомерно обнародованных чужих произведений в объеме, оправданном целью цитирования, включая воспроизведение отрывков из газетных и журнальных статей в форме обзоров печати). 5. Разъяснить судам, что под экземпляром произведения следует понимать копию произведения, изготовленную в любой материальной форме, в том числе в виде информации, зафиксированной на машиночитаемом носителе (CD- и DVD-диске, МРЗ-носителе и др.). Экземпляр фонограммы представляет собой копию на любом материальном носителе, изготовленную непосредственно или косвенно с фонограммы и включающую все звуки или часть звуков, зафиксированных в этой фонограмме (звуковой записи исполнений или иных звуков). Судам следует иметь в виду, что экземпляры произведений или фонограмм считаются контрафактными, если изготовление, распространение или иное их использование, а равно импорт таких экземпляров нарушает авторские и смежные права, охраняемые в соответствии с законодательством Российской Федерации. Разрешая вопрос о том, является ли экземпляр произведения контрафактным, суд должен оценивать все фактические обстоятельства дела, в частности обстоятельства и источник приобретения лицом указанного экземпляра, правовые основания его изготовления или импорта, наличие договора о передаче (предоставлении) права пользования (например, авторского или лицензионного договора), соответствие обстоятельств использования произведения условиям этого договора (выплата вознаграждения, тираж и т. д.), заключение экспертизы изъятого экземпляра произведения. 6. Исходя из диспозиции части 2 статьи 146 УК РФ необходимым условием наступления уголовной ответственности за приобретение, хранение, перевозку контрафактных экземпляров произведений или фонограмм является совершение указанных деяний в целях сбыта. Приобретение контрафактных экземпляров произведений или фонограмм состоит в их получении лицом в результате любой сделки по передаче права собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления (например, в результате купли-продажи, мены либо при получении указанных предметов в качестве вознаграждения за проделанную работу, оказанную услугу или как средства исполнения долговых обязательств). Под хранением контрафактных экземпляров произведений или фонограмм следует понимать любые умышленные действия, связанные с фактическим их владением (на складе, в местах торговли, изготовления или проката, в жилище, тайнике и т. п.), а под перевозкой - умышленное их перемещение любым видом транспорта из одного места нахождения в другое, в том числе в пределах одного и того же населенного пункта. Сбыт контрафактных экземпляров произведений или фонограмм заключается в их умышленном возмездном или безвозмездном предоставлении другим лицам любым способом (например, путем продажи, проката, бесплатного распространения в рекламных целях, дарения, размещения произведений в сети Интернет). Наличие у лица цели сбыта может подтверждаться, в частности, нахождением изъятых контрафактных экземпляров в торговых местах, пунктах проката, на складах и т. п., количеством указанных предметов. Предусмотренные частями 2 и 3 статьи 146 УК РФ незаконное использование объектов авторского права или смежных прав, а равно приобретение, хранение, перевозку контрафактных экземпляров произведений или фонограмм в целях сбыта следует считать оконченными преступлениями с момента совершения указанных действий в крупном (особо крупном) размере независимо от наступления преступных последствий в виде фактического причинения ущерба правообладателю. 7. При разрешении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных статьей 147 УК РФ, судам следует исходить из того, что являющиеся объектом уголовно-правовой охраны отношения, возникающие в связи с созданием и использованием изобретений, полезных моделей и промышленных образцов, регулируются гражданским законодательством Российской Федерации. Результаты указанной интеллектуальной деятельности подлежат правовой охране, если они отвечают условиям патентоспособности, которые определяются соответствующими положениями гражданского законодательства. Под изобретением следует понимать техническое решение в любой области, относящееся к продукту (к устройству, веществу, штамму микроорганизма, культуре клеток растений или животных) или к способу (процессу осуществления действий над материальным объектом с помощью материальных средств). Полезная модель представляет собой техническое решение, относящееся к устройству. Промышленным образцом является художественно-конструкторское решение изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства, определяющее его внешний вид. Охраняемые законом, в том числе статьей 147 УК РФ, права на изобретение, полезную модель, промышленный образец подтверждаются патентом, который удостоверяет приоритет, авторство изобретения, полезной модели или промышленного образца и исключительное право на указанные объекты. Срок действия исключительного права на изобретение, полезную модель, промышленный образец и удостоверяющего это право патента устанавливается гражданским законодательством Российской Федерации. 8. Автором в статье 147 УК РФ признается физическое лицо, творческим трудом которого созданы изобретение, полезная модель, промышленный образец. Если в создании объекта участвовали несколько граждан, все они считаются авторами. Порядок пользования правами автора определяется соглашением между ними. Право авторства, то есть право признаваться автором изобретения, полезной модели или промышленного образца, неотчуждаемо и непередаваемо, в том числе при передаче другому лицу или при переходе к нему исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец и при предоставлении другому лицу права его использования. Судам необходимо иметь в виду, что заявителем сущности изобретения, полезной модели, промышленного образца, указанным в статье 147 УК РФ, помимо автора, может являться работодатель, которому в соответствии с федеральным законом принадлежит право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, созданные работником (автором) в связи с выполнением им своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя (служебное изобретение, служебная полезная модель, служебный промышленный образец), если договором между ним и работником (автором) не предусмотрено иное. Право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, созданные при выполнении работ по государственному контракту, может также принадлежать исполнителю (подрядчику), если государственным контрактом не установлено, что это право принадлежит Российской Федерации или субъекту Российской Федерации, от имени которых выступает государственный заказчик. 9. Нарушение изобретательских и патентных прав, ответственность за которое предусмотрена статьей 147 УК РФ, выразившееся в незаконном использовании изобретения, полезной модели или промышленного образца, может состоять, в частности, в использовании указанных объектов без согласия патентообладателя (за исключением случаев, когда законом такое использование допускается без согласия патентообладателя), выраженного в авторском или лицензионном договоре, зарегистрированном в установленном порядке, а также при наличии такого договора, но не в соответствии с его условиями либо в целях, которые не определены федеральными законами, иными нормативными актами. К использованию указанных объектов может относиться, например, их ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы запатентованные изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован запатентованный промышленный образец, а также совершение указанных действий в отношении продукта, полученного непосредственно запатентованным способом; совершение таких же действий в отношении устройства, при функционировании (эксплуатации) которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ; осуществление способа, в котором используется запатентованное изобретение. В тех случаях, когда установление использования (в продукте, изделии и т. п.) виновным чужого изобретения, полезной модели или промышленного образца требует специальных знаний в той области науки, техники или ремесла, в которой создан каждый из охраняемых объектов, суд должен располагать соответствующим заключением эксперта или мнением специалиста. 10. При решении вопроса о том, имело ли место незаконное использование изобретения, полезной модели или промышленного образца, суду необходимо учитывать, что порядок использования указанных объектов может определяться договором между обладателями патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, если патент принадлежит нескольким лицам. Исходя из этого незаконным следует считать также использование изобретения, полезной модели или промышленного образца без согласия хотя бы одного из патентообладателей. 11. Судам при рассмотрении уголовных дел о незаконном использовании объектов изобретательских и патентных прав и разрешении вопроса о наличии состава указанного преступления следует иметь в виду, что действующим законодательством Российской Федерации предусмотрены некоторые действия, совершение которых не признается нарушением исключительного права патентообладателя на использование изобретения, полезной модели или промышленного образца (например, использование запатентованных изобретения, полезной модели или промышленного образца для удовлетворения личных, семейных, бытовых или иных не связанных с предпринимательской деятельностью нужд, если целью такого использования не является получение прибыли). Кроме того, любое физическое или юридическое лицо, которое до даты приоритета изобретения, полезной модели, промышленного образца добросовестно использовало на территории Российской Федерации созданное независимо от его автора тождественное решение или сделало необходимые к этому приготовления, сохраняет право на дальнейшее его безвозмездное использование без расширения объема такого использования (право преждепользования). Исходя из этого использование лицом объектов изобретательских и патентных прав без согласия автора или заявителя не является незаконным и, следовательно, не влечет уголовную ответственность в соответствии со статьей 147 УК РФ, если такое использование осуществляется этим лицом при условиях, установленных действующим законодательством. 12. Нарушение изобретательских и патентных прав может состоять в разглашении без согласия автора или заявителя сущности изобретения, полезной модели, промышленного образца до официальной публикации сведений о них. При рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных статьей 147 УК РФ, судам надлежит иметь в виду, что официальной публикацией сведений об указанных в этой статье объектах считается обнародование этих сведений в порядке, установленном федеральным законом. Федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности публикует в своем официальном бюллетене сведения о выдаче патента, включающие имена автора (авторов), если последний (последние) не отказался быть упомянутым в качестве такового (таковых), и патентообладателя, название и формулу изобретения или полезной модели либо перечень существенных признаков промышленного образца и его изображение. Полный состав публикуемых сведений определяет федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности. Разглашение сущности изобретения, полезной модели, промышленного образца предполагает предание сведений об указанных объектах интеллектуальной собственности огласке любым способом (например, путем публикации основных конструктивных положений изобретения в средствах массовой информации, передачи другому лицу формулы полезной модели посредством телефонной связи). 13. Разъяснить судам, что присвоение авторства как способ нарушения изобретательских и патентных прав применительно к статье 147 УК РФ предполагает объявление себя автором чужих изобретения, полезной модели или промышленного образца, получение патента лицом, не внесшим личного творческого вклада в создание указанных объектов интеллектуальной собственности, в том числе лицом, которое оказало автору только техническую, организационную или материальную помощь либо только способствовало оформлению прав на них и их использование. 14. Нарушение изобретательских или патентных прав путем принуждения к соавторству, предусмотренного статьей 147 УК РФ, может заключаться в оказании воздействия любым способом (в том числе посредством насилия, угроз наступления неблагоприятных для потерпевшего последствий) с целью получить его согласие на включение других лиц (не внесших личного творческого вклада в создание указанных в этой статье объектов интеллектуальной собственности) в соавторы готовых или разрабатываемых изобретения, полезной модели или промышленного образца, то есть заключить договор, позволяющий этим лицам получить авторские права. В случаях, когда принуждение к соавторству сопровождается применением насилия, состоящего в совершении деяний, направленных против жизни, здоровья или свободы потерпевшего, ответственность за которые предусмотрена соответствующими статьями Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 147 УК РФ, и в зависимости от обстоятельств дела и наступивших последствий - по соответствующим статьям Уголовного кодекса Российской Федерации. 15. Уголовная ответственность по статье 180 УК РФ за незаконное использование чужого товарного знака или других средств индивидуализации наступает только в тех случаях, когда это деяние совершено неоднократно или причинило крупный ущерб. Неоднократность по смыслу части 1 статьи 180 УК РФ предполагает совершение лицом двух и более деяний, состоящих в незаконном использовании товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров. (При этом может иметь место как неоднократное использование одного и того же средства индивидуализации товара (услуги), так и одновременное использование двух или более чужих товарных знаков или других средств индивидуализации на одной единице товара.) Применительно к части 2 статьи 180 УК РФ неоднократным признается совершение два и более раза незаконного использования предупредительной маркировки в отношении товарного знака или наименования места происхождения товара, не зарегистрированных в Российской Федерации. 16. Предметом преступлений, ответственность за совершение которых установлена частями 1 и 3 статьи 180 УК РФ, является чужой товарный знак, знак обслуживания и наименование места происхождения товара или сходные с ними обозначения, использованные для однородных товаров. Исходя из положений действующего законодательства Российской Федерации товарный знак и знак обслуживания представляют собой обозначения, служащие для индивидуализации товаров, выполняемых работ или оказываемых услуг (далее - товары) юридических или физических лиц. Чужим считается товарный знак (знак обслуживания), который зарегистрирован на имя иного лица и не уступлен по договору в отношении всех или части товаров либо право на использование которого не предоставлено владельцем товарного знака другому лицу по лицензионному договору. 17. При рассмотрении уголовных дел о незаконном использовании товарного знака судам надлежит исходить из того, что обладателем исключительного права на товарный знак (знак обслуживания) может быть юридическое лицо или осуществляющее предпринимательскую деятельность физическое лицо. В соответствии с действующим законодательством Российской Федерации правообладатель вправе использовать товарный знак (знак обслуживания) и запрещать его использование другими лицами. Никто не может использовать охраняемый в Российской Федерации товарный знак (знак обслуживания) без разрешения правообладателя. Правовая охрана товарного знака, а также наименования места происхождения товара в Российской Федерации предоставляется на основании их государственной регистрации в порядке, установленном действующим законодательством. Приоритет товарного знака (знака обслуживания) и исключительное право на него удостоверяются свидетельством, которое выдается на товарный знак или знак обслуживания, зарегистрированные федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности. 18. Под незаконным использованием чужого товарного знака, знака обслуживания или сходных с ними обозначений для однородных товаров применительно к части 1 статьи 180 УК РФ понимается применение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения без разрешения правообладателя указанных средств индивидуализации: 1) на товарах, этикетках, упаковках этих товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации либо хранятся и (или) перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров; 4) в сети Интернет, в частности в доменном имени и при других способах адресации. 19. При рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных статьей 180 УК РФ, контрафактными следует признавать товары, этикетки, упаковки этих товаров, на которых незаконно используется товарный знак (знак обслуживания) или сходное с ним до степени смешения обозначение. Вместе с тем судам следует учитывать, что в соответствии с действующим законодательством регистрация товарного знака не дает правообладателю права запретить использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия. Следовательно, такие товары не могут признаваться контрафактными в случаях использования в отношении таких товаров зарегистрированного товарного знака лицом, не являющимся его владельцем. 20. Разрешая вопрос о наличии в деянии признаков состава незаконного использования наименования места происхождения товара, суды должны учитывать, что указанное наименование может быть зарегистрировано одним или несколькими юридическими или физическими лицами. Наименованием места происхождения товара, которому предоставляется правовая охрана, является обозначение, представляющее собой либо содержащее современное или историческое, официальное или неофициальное, полное или сокращенное наименование страны, городского или сельского поселения, местности или другого географического объекта, а также обозначение, производное от такого наименования и ставшее известным в результате его использования в отношении определенного товара, особые свойства которого исключительно или главным образом определяются характерными для данного географического объекта природными условиями и (или) людскими факторами. Лицам, зарегистрировавшим наименование места происхождения товара, предоставляется исключительное право использования этого наименования, удостоверяемого свидетельством, при условии, что производимый этими лицами товар обладает указанными особыми свойствами. Право пользования этим же наименованием места происхождения товара может быть предоставлено любому юридическому или физическому лицу, которое в границах того же географического объекта производит товар, обладающий теми же основными свойствами. 21. Использованием наименования места происхождения товара следует считать применение его на товаре, этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации либо хранятся или перевозятся в этих целях, либо ввозятся на территорию Российской Федерации, а также применение наименования места происхождения товара в рекламе, проспектах, счетах, бланках и иной документации, связанной с введением товара в гражданский оборот. При этом обладатель свидетельства не вправе предоставлять лицензии на пользование наименованием места происхождения товара другим лицам. Незаконным следует признавать использование зарегистрированного наименования места происхождения товара лицом, не имеющим свидетельства, даже если при этом указывается подлинное место происхождения товара или наименование используется в переводе либо в сочетании с такими выражениями, как "род", "тип", "имитация" и тому подобными, а также использование сходного обозначения для любых товаров, способного ввести потребителей в заблуждение относительно места происхождения и особых свойств товара. С учетом этого контрафактными признаются товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно использованы наименования мест происхождения товаров или обозначения, сходные с ними до степени смешения, используемые для однородных товаров. 22. Сходные с товарными знаками, знаками обслуживания, наименованием места происхождения товара обозначения для однородных товаров представляют собой обозначения, тождественные или сходные с чужими знаками и наименованиями до степени их смешения (например, Panasonix вместо Panasonic - для бытовой техники). Они не могут быть зарегистрированы в качестве товарных знаков в случаях тождественности или сходства с товарными знаками, ранее зарегистрированными или заявленными на регистрацию в Российской Федерации на имя другого лица в отношении однородных товаров, а также с товарными знаками других лиц, охраняемыми без регистрации в силу международных договоров Российской Федерации, с наименованиями мест происхождения товаров, охраняемыми в соответствии с законом Российской Федерации (кроме случаев, когда они включены как неохраняемый элемент в товарный знак, регистрируемый на имя лица, имеющего право пользования таким наименованием, с сертификационными знаками, зарегистрированными в установленном порядке). 23. При разрешении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных частью 2 статьи 180 УК РФ, суду необходимо иметь в виду, что под использованием предупредительной маркировки следует понимать изображение такой маркировки на товарах и (или) на упаковках, а также ее применение в рекламе, печатных изданиях, на официальных бланках, на вывесках, при демонстрации экспонатов на выставках и ярмарках, проводимых в Российской Федерации. Предупредительная маркировка может быть поставлена правообладателем рядом с товарным знаком, она используется для указания на то, что применяемое на соответствующем товаре обозначение является товарным знаком, зарегистрированным в Российской Федерации. Предупредительная маркировка также может быть поставлена рядом с наименованием места происхождения товара. В этом случае она служит указанием на то, что применяемое обозначение является наименованием места происхождения товара, зарегистрированным в Российской Федерации. Незаконным применительно к части 2 статьи 180 УК РФ является использование предупредительной маркировки в отношении товарного знака или места происхождения товара, не зарегистрированных в Российской Федерации. 24. Лицо может быть привлечено к уголовной ответственности по части 1 статьи 146, по статьям 147 и 180 УК РФ только при условии причинения крупного ущерба правообладателям указанных в них объектов интеллектуальной собственности и средств индивидуализации. В соответствии с примечанием к статье 169 УК РФ ущерб, причиненный деяниями, указанными в статье 180 УК РФ, считается крупным, если он превышает двести пятьдесят тысяч рублей. Учитывая, что применительно к части 1 статьи 146 и статье 147 УК РФ ущерб, который может быть признан судом крупным, в законе не указан, суды при его установлении должны исходить из обстоятельств каждого конкретного дела (например, из наличия и размера реального ущерба, размера упущенной выгоды, размера доходов, полученных лицом в результате нарушения им прав на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации). При этом следует учитывать положения статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы. 25. По части 2 статьи 146 УК РФ уголовная ответственность наступает лишь в случае незаконного использования лицом объектов авторского права или смежных прав, а равно приобретения, хранения, перевозки контрафактных экземпляров произведений или фонограмм в целях сбыта в крупном размере, а по пункту "в" части 3 этой статьи - в особо крупном размере. В соответствии с примечанием к статье 146 УК РФ указанные деяния признаются совершенными в крупном размере, если стоимость экземпляров произведений или фонограмм либо стоимость прав на использование объектов авторского права и смежных прав превышают пятьдесят тысяч рублей, а в особо крупном размере - двести пятьдесят тысяч рублей. Устанавливая признаки крупного или особо крупного размера деяний, предусмотренных частями 2 и 3 статьи 146 УК РФ, следует исходить из розничной стоимости оригинальных (лицензионных) экземпляров произведений или фонограмм на момент совершения преступления, исходя при этом из их количества, включая копии произведений или фонограмм, принадлежащих различным правообладателям. При необходимости стоимость контрафактных экземпляров произведений или фонограмм, а также стоимость прав на использование объектов интеллектуальной собственности может быть установлена путем проведения экспертизы (например, в случаях, когда их стоимость еще не определена правообладателем). Если деяниями виновного, формально подпадающими под действие части 1 статьи 146, статей 147 и 180 УК РФ, причинен ущерб, не превышающий пределы крупного размера, либо если они совершены в размере, не превышающем пределы крупного (части 2 и 3 статьи 146 УК РФ), содеянное может повлечь за собой гражданско-правовую или административную ответственность по части 1 или 2 статьи 7.12 либо по статье 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 26. При квалификации действий виновных по пункту "б" части 3 статьи 146, по части 2 статьи 147 и по части 3 статьи 180 УК РФ как совершенных группой лиц по предварительному сговору суду следует устанавливать, какие конкретно действия совершены каждым из исполнителей и другими соучастниками преступления. По смыслу части 2 статьи 35 УК РФ уголовная ответственность за совершение преступления группой лиц по предварительному сговору наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности каждый из соучастников совершает часть действий, входящих в объективную сторону указанных составов преступлений (например, по заранее состоявшейся договоренности одни соучастники приобретают контрафактные экземпляры произведений или фонограмм в целях сбыта, другие хранят, перевозят либо непосредственно сбывают их). 27. По пункту "г" части 3 статьи 146 УК РФ подлежит уголовной ответственности лицо, использующее для совершения преступления служебное положение. Им может быть как должностное лицо, обладающее признаками, предусмотренными примечанием 1 к статье 285 УК РФ, так и государственный или муниципальный служащий, не являющийся должностным лицом, а также иное лицо, отвечающее требованиям, предусмотренным примечанием 1 к статье 201 УК РФ (например, руководитель предприятия любой формы собственности, поручающий своим подчиненным незаконно использовать авторские или смежные права). 28. При квалификации действий виновных по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 146, 147 и 180 УК РФ, не должен учитываться причиненный потерпевшему моральный вред, в том числе связанный с подрывом его деловой репутации. Требования о компенсации морального вреда могут быть рассмотрены в рамках уголовного дела путем разрешения предъявленного потерпевшим гражданского иска. 29. Обратить внимание судов на необходимость выполнения требований статьи 60 УК РФ о назначении лицам, виновным в нарушении прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации, справедливого наказания в соответствии с характером и степенью общественной опасности преступления, обстоятельствами его совершения и личностью виновного. Судам надлежит учитывать, в частности, характер и степень нарушений охраняемых законом прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, роль лица в совершении преступления, размер причиненного ущерба. Исходя из положений части 3 статьи 47 УК РФ, если указанные преступления были совершены с использованием виновным своего служебного положения, судам следует обсуждать вопрос о лишении виновного права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, имея в виду, что эта мера может назначаться в качестве дополнительного наказания и в тех случаях, когда она не предусмотрена соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. 30. Обратить внимание судов на то, что оборот контрафактных экземпляров произведений или фонограмм нарушает охраняемые федеральным законодательством авторские и смежные права, в связи с чем указанные экземпляры произведений или фонограмм подлежат конфискации и уничтожению без какой-либо компенсации (за исключением случаев передачи конфискованных контрафактных экземпляров произведений или фонограмм обладателю авторских или смежных прав, если это предусмотрено действующим в момент вынесения решения по делу федеральным законом). В соответствии с пунктом "а" части 1 статьи 104-1 УК РФ судам надлежит исходить из того, что деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате преступлений, предусмотренных статьями 146 и 147 УК РФ, и любые доходы от этого имущества конфискуются, за исключением имущества и доходов от него, подлежащих возвращению законному владельцу. Исходя из положений пункта "г" части 1 статьи 104-1 УК РФ орудия и иные принадлежащие обвиняемому средства совершения преступления, в частности оборудование, прочие устройства и материалы, использованные для воспроизведения контрафактных экземпляров произведений или фонограмм, подлежат конфискации. Судам надлежит также учитывать положения гражданского законодательства, в соответствии с которыми контрафактные экземпляры произведений или фонограмм, а также оборудование и материалы, используемые или предназначенные для нарушения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации, по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожаются за счет нарушителя, если законом не предусмотрено их обращение в доход Российской Федерации. 31. В соответствии со статьями 25 и 28 УПК РФ суд вправе принять решение о прекращении уголовного дела на основании статьи 76 УК РФ в отношении лица, впервые совершившего преступление, предусмотренное частями 1 и 2 статьи 146 или частями 1 и 2 статьи 180 либо статьей 147 УК РФ, если оно примирилось с потерпевшими и загладило причиненный им вред, либо прекратить уголовное преследование лица на основании статьи 75 УК РФ в связи с деятельным раскаянием. При этом до принятия решения о прекращении дела суд должен убедиться в том, что причиненный потерпевшему в результате преступления вред действительно заглажен. Кроме того, виновному лицу должны быть разъяснены последствия такого решения, а также право возражать против прекращения уголовного дела либо уголовного преследования. 32. Разрешая дела о нарушении прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, следует учитывать, что права на указанные объекты интеллектуальной собственности иностранных физических и юридических лиц пользуются защитой в порядке, предусмотренном федеральным законом, наравне с физическими и юридическими лицами Российской Федерации в силу международных договоров Российской Федерации или на основе принципа взаимности. В соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации, частями 2 и 3 статьи 5 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации" судам при разрешении вопроса о том, имело ли место нарушение изобретательских и патентных прав либо незаконное использование товарного знака, надлежит иметь в виду, что если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. 33. При рассмотрении уголовных дел об указанных преступлениях судам следует учитывать положения Федерального закона от 18 декабря 2006 г. N 231-ФЗ "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", в соответствии с которыми Патентный закон Российской Федерации, Законы Российской Федерации "Об авторском праве и смежных правах", "О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных", "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" и ряд других законов и правовых нормативных актов, регулирующих вышеуказанные отношения, признаются утратившими силу с 1 января 2008 г. Права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации с 1 января 2008 г. охраняются в соответствии с частью четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом исходя из требований статьи 6 Федерального закона "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" авторство, имя автора и неприкосновенность произведений науки, литературы и искусства, а также авторство, имя исполнителя и неприкосновенность исполнения охраняются в соответствии с правилами статей 1228, 1267 и 1316 ГК РФ независимо от того, предоставлялась ли правовая охрана таким результатам интеллектуальной деятельности в момент их создания. Охрана авторства, имени автора и неприкосновенности произведений науки, литературы и искусства, а также авторства, имени исполнителя и неприкосновенности исполнения осуществляется на основании правил указанных статей Гражданского кодекса Российской Федерации, если соответствующее посягательство совершено после введения в действие части четвертой данного Кодекса. При рассмотрении уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака, совершенных до 1 января 2008 года, судам необходимо учитывать, что согласно статье 5 указанного Закона автор произведения или иной первоначальный правообладатель определяется в соответствии с законодательством, действовавшим на момент создания произведения. Положения Федерального закона "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" судам надлежит учитывать также при определении сроков, в течение которых интеллектуальные права подлежат охране и их нарушение влечет предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность, в том числе уголовную. Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДЕМИДОВ Постановление N 15 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2007 г. О признании утратившими силу некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 15 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 26 апреля 2007 г. О признании утратившими силу некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет признать утратившими силу следующие постановления Пленума: от 22 марта 1966 г. N 32 "О некоторых вопросах, возникших в практике судов при применении норм ГК, регулирующих отношения собственности на жилой дом", от 20 июня 1973 г. N 7 "О некоторых вопросах, возникших при применении судами Российской Федерации законодательства о труде молодежи", от 19 марта 1975 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в практике судов при применении ст. 109 ГК РСФСР о безвозмездном изъятии самовольно построенного дома", от 17 марта 1981 г. N 1 "О практике применения судами законодательства при рассмотрении дел по жалобам на нотариальные действия или отказ в их совершении", от 26 декабря 1984 г. N 5 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РСФСР", от 23 апреля 1985 г. N 5 "О практике рассмотрения судами Российской Федерации дел об освобождении имущества от ареста (исключении из описи)", от 29 августа 1989 г. N 5 "О выполнении судами РСФСР постановления Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. N 2 "О практике применения судами жилищного законодательства" и постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 26 декабря 1984 г. N 5 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РСФСР", от 4 мая 1990 г. N 4 "О практике рассмотрения судами Российской Федерации дел об ограничении дееспособности граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими средствами", от 25 декабря 1990 г. N 6 "О некоторых вопросах, возникающих при применении судами законодательства, регулирующего труд женщин", от 23 апреля 1991 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании", от 22 апреля 1992 г. N 6 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства о земельной реформе", от 18 ноября 1992 г. N 14 "О судебной защите прав военнослужащих от неправомерных действий органов военного управления и воинских должностных лиц", от 22 декабря 1992 г. N 17 "О некоторых вопросах применения Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик на территории Российской Федерации", от 28 апреля 1994 г. N 3 "О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья". Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДЕМИДОВ Постановление N 23 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 мая 2007 г. О внесении изменений и дополнений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2000 г. N 35 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 23 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 11 мая 2007 г. О внесении изменений и дополнений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2000 г. N 35 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел, связанных с реализацией инвалидами прав, гарантированных Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции постановления Пленума от 5 апреля 2005 г. N 7) В связи с принятием 4 октября 2005 года Конституционным Судом Российской Федерации Определения N 364-О по запросу Верховного Суда Российской Федерации, а также с возникшими у судов вопросами Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет внести в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2000 г. N 35 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел, связанных с реализацией инвалидами прав, гарантированных Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции постановления Пленума от 5 апреля 2005 г. N 7) следующие изменения и дополнения: 1. Пункт 3 изложить в новой редакции: "3. В силу статьи 5 базового Закона (в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ) надлежащим ответчиком по делам о возмещении вреда, причиненного здоровью инвалидов вследствие чернобыльской катастрофы, является Российская Федерация, представителем которой в соответствии с абзацем третьим пункта 15 части 1 статьи 14 названного Закона выступают органы социальной защиты населения или иные государственные органы, производящие выплату ежемесячной денежной компенсации, уполномоченные согласно части 3 статьи 125 ГК РФ выступать от имени казны Российской Федерации по обязательствам, вытекающим из причинения вреда жизни и здоровью в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС". 2. Из пункта 18 исключить второй и третий абзацы. 3. Дополнить пунктами 8-1, 8-2, 17-1 следующего содержания: "8-1. Решения судов об индексации с учетом роста величины прожиточного минимума в субъекте Российской Федерации ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью вследствие чернобыльской катастрофы, а также иных компенсационных выплат, входящих в объем возмещения вреда (за исключением тех, которые индексируются в соответствии с другими федеральными законами), и о взыскании образовавшейся в связи с этим задолженности, вынесенные до 29 мая 2004 года, не могут быть пересмотрены только по тому основанию, что редакция части третьей статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 г. N 5-ФЗ была изменена Федеральным законом от 26 апреля 2004 г. N 31-ФЗ, поскольку эти решения были постановлены в соответствии с действовавшей в тот период редакцией базового Закона с учетом положений, закрепленных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2002 г. N 11-П. Такие решения являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (статья 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации"). При этом необходимо учитывать, что присужденная на основании вступившего до 29 мая 2004 года в законную силу решения суда сумма задолженности, образовавшаяся в связи с отсутствием индексации, впоследствии не подлежит возврату или зачету в счет будущих платежей (статьи 411 и 1109 ГК РФ), а ежемесячная денежная сумма либо иная компенсационная выплата, проиндексированная с учетом роста величины прожиточного минимума, не может быть пересчитана в сторону уменьшения. 8-2. Разрешая споры, возникшие в связи с отказом в индексации компенсационных выплат исходя из уровня инфляции, в соответствии с частью третьей статьи 5 базового Закона (в редакции Федерального закона от 26 апреля 2004 г. N 31-ФЗ) за период с 19 июня 2002 года по 29 мая 2004 года в порядке, предусмотренном постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 847 "Об индексации в 2004 году размеров компенсаций и иных выплат гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", необходимо учитывать, что требования о проведении такой индексации, заявленные лицами, которым компенсационные выплаты были проиндексированы с учетом роста величины прожиточного минимума в субъекте Российской Федерации, не могут быть удовлетворены, поскольку это приведет к индексации на основании двух различных критериев одних и тех же выплат за один и тот же период. 17-1. После вступления в силу Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-I "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" его действие было распространено на некоторые категории граждан, пострадавших вследствие радиационного воздействия, не связанного с чернобыльской катастрофой. К ним относятся: граждане, принимавшие в составе подразделений особого риска непосредственное участие в испытаниях ядерного и термоядерного оружия, ликвидации аварий ядерных установок на средствах вооружения и военных объектах (на основании постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 2123-I); лица, перенесшие лучевую болезнь или ставшие инвалидами вследствие радиационных аварий и их последствий на других (кроме Чернобыльской АЭС) атомных объектах гражданского и военного назначения, в результате испытаний, учений и иных работ, связанных с любыми видами ядерных установок, включая ядерное оружие и космическую технику, а также лица из числа летно-подъемного, инженерно-технического состава гражданской авиации и служебных пассажиров, выполнявших в составе экипажей воздушных судов и их служебных пассажиров в период с 1958 по 1990 год полеты с целью радиационной разведки с момента ядерного выброса (взрыва) с последующим сечением и сопровождением радиоактивного облака, его исследованиями, регистрацией мощности доз в эпицентре взрывов (аварий) и по ядерно-радиационному следу при испытаниях ядерного оружия, ликвидации последствий ядерных и радиационных аварий на объектах гражданского и военного назначения (на основании пункта 7 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 18 июня 1992 г. N 3062-I); граждане, подвергшиеся воздействию радиации вследствие аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк" и сбросов радиоактивных отходов в реку Теча (на основании Федерального закона от 26 ноября 1998 г. N 175-ФЗ). Изменения и дополнения, расширявшие круг льгот и компенсаций, предоставляемых пострадавшим вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, вносимые впоследствии в базовый Закон, не исключали возможность предоставления льгот и компенсаций, гарантированных этим Законом, и другим категориям пострадавших, на которые ранее было распространено действие базового Закона. Указанное в полной мере распространяется на граждан, имеющих инвалидность, связанную с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска, поскольку они по своему правовому положению в части возмещения вреда здоровью были приравнены законодателем посредством пенсионного обеспечения к лицам, ставшим инвалидами вследствие чернобыльской катастрофы (пункт 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 2123-I). Учитывая эти обстоятельства, суды не вправе отказывать в удовлетворении требований названных выше категорий пострадавших вследствие радиационного воздействия о предоставлении им указанных льгот и компенсаций, но только в пределах, установленных соответствующими законами. Федеральный закон от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ, введенный в действие с 1 января 2005 года, внес в названные выше постановления Верховного Совета Российской Федерации и базовый Закон изменения и дополнения, повлиявшие на объем льгот, предоставляемых лицам, пострадавшим вследствие радиационного воздействия. В частности, с 1 января 2005 года инвалидам из числа граждан, указанных в пункте 1 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 2123-I, гарантируется предоставление только мер социальной поддержки в пределах, установленных пунктом 2 названного постановления, а на лиц, перечисленных в пункте 7 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 18 июня 1992 г. N 3062-I, действие базового Закона с этой даты не распространяется. Вместе с тем пунктом 1 статьи 153 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ предусмотрено сохранение в рамках длящихся правоотношений прав лиц на льготы и гарантии, носящие компенсационный характер, и после вступления в силу данного Федерального закона. Исходя из указанной нормы требования истцов из числа названных выше категорий пострадавших вследствие радиационного воздействия, заявленные в суд в связи с отказом после 1 января 2005 года в дальнейшей выплате компенсаций в возмещение вреда здоровью и (или) индексации этих выплат, являются законными и обоснованными. Учитывая длящийся характер правоотношений по возмещению вреда здоровью, исходя из конституционных принципов справедливости и равенства прав и свобод человека и гражданина, равенства всех перед законом и судом, конституционного требования о недопустимости умаления прав и свобод человека и гражданина, а также исходя из конституционной обязанности государства признавать и обеспечивать право на возмещение вреда здоровью, в том числе причиненного в связи с деятельностью государства в сфере ядерной энергетики, требования о предоставлении компенсаций в возмещение вреда, гарантированных базовым Законом, названных выше категорий пострадавших, ставших инвалидами либо получивших лучевую болезнь или другие заболевания вследствие радиационного воздействия, имевшего место до 27 декабря 1991 года, также являются законными и обоснованными, но только в пределах, установленных соответствующими законами. Если до принятия Пленумом Верховного Суда Российской Федерации разъяснений, содержащихся в настоящем пункте постановления, судами были вынесены решения или иные постановления об отказе в удовлетворении требований граждан, пострадавших вследствие радиационного воздействия, не связанного с катастрофой на Чернобыльской АЭС, о предоставлении им предусмотренных базовым Законом льгот и компенсаций в пределах, установленных соответствующими законами, то такие постановления могут быть пересмотрены и в случае истечения сроков их обжалования в суд надзорной инстанции. Пересмотр этих постановлений возможен применительно к порядку, установленному главой 42 ГПК РФ.". Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДЕМИДОВ Постановление N 24 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 мая 2007 г. О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 24 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 11 мая 2007 г. О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" (с изменениями и дополнениями, внесенными постановлениями Пленума от 25 апреля 1995 г. N 6, от 25 октября 1996 г. N 10, от 17 января 1997 г. N 2, от 21 ноября 2000 г. N 32, от 10 октября 2001 г. N 11, от 6 февраля 2007 г. N 6) В связи с изменением Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет изложить пункт 29 постановления Пленума от 29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" (с изменениями и дополнениями, внесенными постановлениями Пленума от 25 апреля 1995 г. N 6, от 25 октября 1996 г. N 10, от 17 января 1997 г. N 2, от 21 ноября 2000 г. N 32, от 10 октября 2001 г. N 11, от 6 февраля 2007 г. N 6) в следующей редакции: "29. При удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей", которые не были удовлетворены в добровольном порядке продавцом (исполнителем, изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование (п. 6 ст. 13 Закона). Принимая решение о взыскании штрафа, суд в резолютивной части решения указывает о перечислении пятидесяти процентов суммы этого штрафа в пользу общественного объединения потребителей (их ассоциации, союза), предъявившего иск в интересах потребителя, либо органа местного самоуправления, если иск в интересах потребителя был заявлен этим органом.". Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДЕМИДОВ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам На лиц, проживавших с момента катастрофы на Чернобыльской АЭС на территории, подвергшейся радиоактивному загрязнению, а на момент обращения за назначением пенсии выехавших с такой территории, либо проживающих в населенном пункте, исключенном из Перечня на 1. На лиц, проживавших с момента катастрофы на Чернобыльской АЭС на территории, подвергшейся радиоактивному загрязнению, а на момент обращения за назначением пенсии выехавших с такой территории, либо проживающих в населенном пункте, исключенном из Перечня населенных пунктов, находящихся в границах зон радиоактивного загрязнения вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, распространяются положения ст. 34 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" Определение судьи Верховного Суда РФ от 8 декабря 2005 г. N 80-В05-16 (И з в л е ч е н и е) К. обратилась в суд с иском к государственному учреждению - управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (далее - ГУ УПФ РФ) по Инзенскому району Ульяновской области о назначении льготной пенсии, указав следующее. С 1975 по 1988 год она проживала в с. Аргаш Инзенского района Ульяновской области, а с 1988 года по настоящее время проживает и работает в г. Инза Ульяновской области. Данные населенные пункты относились к зоне, подвергшейся радиационному загрязнению вследствие аварии на Чернобыльской АЭС. В связи с этим К. полагала, что имеет право на снижение пенсионного возраста на три года, однако в досрочном назначении трудовой пенсии ей было отказано. Решением Инзенского районного суда Ульяновской области от 16 февраля 2005 г. иск удовлетворен: на ГУ УПФ РФ по Инзенскому району Ульяновской области возложена обязанность назначить истице трудовую пенсию по старости со снижением пенсионного возраста на три года со дня достижения пенсионного возраста, т. е. с 8 января 2005 г. Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда 22 марта 2005 г. решение оставила без изменения. В надзорной жалобе ГУ УПФ РФ по Инзенскому району Ульяновской области просило судебные постановления отменить и дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Судья Верховного Суда РФ, рассмотрев 8 декабря 2005 г. истребованное по надзорной жалобе ГУ УПФ РФ по Инзенскому району Ульяновской области дело, в передаче его для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции отказал, указав следующее. В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. Таких нарушений судами при рассмотрении данного дела не допущено. Согласно п. 8 ч. 1 ст. 13 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-I "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" к гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие чернобыльской катастрофы, на которых распространяется действие Закона, относятся граждане, постоянно проживающие (работающие) на территории зоны проживания с льготным социально-экономическим статусом. Гражданам, указанным в п. 8 ч. 1 ст. 13 названного Закона, пенсия по возрасту назначается с уменьшением возраста выхода на пенсию на 1 год и дополнительно на 1 год за каждые 4 года проживания или работы на территории зоны проживания с льготным социально-экономическим статусом, но не более чем на 3 года в общей сложности (ст. 34 Закона в редакции от 24 ноября 1995 г.). Первоначальная величина снижения пенсионного возраста, установленная ст.ст. 32-35 Закона, предусматривается для граждан, проживающих (работающих) или проживавших (работавших) на территории, подвергшейся радиоактивному загрязнению, в период от момента катастрофы на Чернобыльской АЭС по 30 июня 1986 г., независимо от времени пребывания на указанной территории до момента переселения (выезда) с данной территории или до принятия решения Правительством Российской Федерации об изменении границ зон радиоактивного загрязнения (примечание к ст. 35 упомянутого Закона). Довод в надзорной жалобе о том, что иск удовлетворен незаконно, так как на момент обращения за назначением пенсии истица не проживала в зоне радиоактивного загрязнения, необоснован. Разрешая дело, суд пришел к правильному выводу о том, что К. имеет право на пенсию с учетом дополнительного снижения возраста в соответствии со ст. 34 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, повергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", поскольку проживала на территории зоны проживания с льготным социально-экономическим статусом с момента катастрофы на атомной станции до исключения с. Аргаш и г. Инза постановлением Правительства Российской Федерации от 18 декабря 1997 г. N 1582 из перечня населенных пунктов, находящихся в границах зоны проживания с льготным социально-экономическим статусом. Нераспространение ответчиком ст. 34 указанного Закона на К., относящуюся к числу лиц, проживавших с момента катастрофы на Чернобыльской АЭС на территории, подвергшейся радиоактивному загрязнению, а на момент обращения за назначением пенсии выехавших с такой территории, либо проживающих в населенном пункте, исключенном из Перечня населенных пунктов, находящихся в границах зон радиоактивного загрязнения вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, нарушает ее право на возмещение вреда, причиненного ей проживанием в экологически неблагоприятной среде. Таким образом, суд обоснованно удовлетворил требования истицы. _____________ Ученый совет необособленного структурного подразделения высшего учебного заведения полномочен проводить конкурсы на замещение должностей научно-педагогических работников Определение судьи Верховного Суда РФ от 30 августа 2006 г. N 66-В06-10 (И з в л е ч е 2. Ученый совет необособленного структурного подразделения высшего учебного заведения полномочен проводить конкурсы на замещение должностей научно-педагогических работников Определение судьи Верховного Суда РФ от 30 августа 2006 г. N 66-В06-10 (И з в л е ч е н и е) Д. обратилась в суд с иском к государственному образовательному учреждению высшего профессионального образования "Иркутский государственный технический университет" (далее - ИрГТУ) о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, указав следующее. Она работала в должности старшего преподавателя в Центре физической культуры, являющемся необособленным структурным подразделением ИрГТУ, на основании трудового договора от 25 июня 1999 г., срок действия которого истекал 25 июня 2004 г. 14 апреля 2004 г. Д. подала заявление на участие в конкурсе на замещение вакантной должности старшего преподавателя Центра физической культуры ИрГТУ, назначенном на 10 июня 2004 г. Поскольку она не прошла конкурсный отбор, ректором ИрГТУ был издан приказ от 22 июня 2004 г. об увольнении Д. с работы по п. 2 ст. 77 ТК РФ в связи с истечением 25 июня 2004 г. срока заключенного с ней трудового договора. Истица, оспаривая законность своего увольнения, ссылалась на то, что проведенный 10 июня 2004 г. конкурс на замещение занимаемой ею должности, по результатам которого она избрана не была, незаконен, так как ученый совет Центра физической культуры не является органом, полномочным проводить конкурс на замещение должностей преподавателей, поскольку такое право предоставлено только ученым советам вуза, филиала, факультета. Она просила восстановить ее в прежней должности, выплатить заработную плату за время вынужденного прогула и компенсировать моральный вред в сумме 50 тыс. рублей. Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 19 августа 2004 г., оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Иркутского областного суда 6 апреля 2005 г., в удовлетворении исковых требований отказано. В надзорной жалобе Д. просила судебные постановления отменить и заявленные требования удовлетворить. Судья Верховного Суда РФ, рассмотрев 30 августа 2006 г. истребованное по надзорной жалобе дело, в передаче его для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции отказал, указав следующее. В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права. Таких нарушений при вынесении судебных постановлений судами первой и кассационной инстанций допущено не было. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд пришел к правильному выводу о том, что нарушений трудового законодательства при увольнении истицы допущено не было. В соответствии со ст. 332 ТК РФ замещение всех должностей научно-педагогических работников в высшем учебном заведении производится по трудовому договору, заключаемому на срок до пяти лет. При замещении должностей научно-педагогических работников в высшем учебном заведении, за исключением должностей декана факультета и заведующего кафедрой, заключению трудового договора предшествует конкурсный отбор. Положение о порядке замещения указанных должностей утверждается в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации. Такой порядок определен в Положении о порядке замещения должностей научно-педагогических работников в высшем учебном заведении Российской Федерации (утвержденном приказом Министерства образования Российской Федерации от 26 ноября 2002 г. N 4114), в соответствии с которым заключению трудового договора с профессорско-преподавательским составом (профессора, доценты, старшие преподаватели, преподаватели, ассистенты) предшествует конкурсный отбор претендентов. Согласно п. 6 названного Положения обсуждение и конкурсный отбор претендентов на должности научно-педагогических работников проводятся на ученом совете вуза (ученом совете, совете факультета, филиала). В силу подп. 9 п. 2 ст. 32 Закона Российской Федерации от 10 июля 1992 г. N 3266-I "Об образовании" к компетенции образовательного учреждения относятся установление структуры управления деятельностью образовательного учреждения, штатного расписания, распределение должностных обязанностей. В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 22 августа 1996 г. N 125-ФЗ "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" высшие учебные заведения самостоятельны в формировании своей структуры, за исключением их филиалов. Судом установлено, что согласно указанным нормативным актам Центр физической культуры ИрГТУ создан на основании решения ученого совета ИрГТУ от 6 июня 2003 г., утвержденного приказом ректора ИрГТУ от 24 июня 2003 г. В пп. 5.18, 5.19 устава ИрГТУ определено, что в структурных подразделениях ИрГТУ по решению ученого совета могут создаваться выборные представительные органы - ученые советы (факультетов, центров, институтов, филиалов). Необособленные учебные подразделения университета (центры, институты, и др.) осуществляют свою деятельность на правах факультетов. Исходя из положений действующего законодательства, предоставляющего право высшим учебным заведениям создавать структурные подразделения, в совокупности с полномочиями, закрепленными в уставе ИрГТУ, по которым необособленные учебные подразделения университета осуществляют свою деятельность на правах факультетов, следует признать правильным вывод суда о том, что конкурсный отбор может проводиться не только на ученом совете вуза, факультета, филиала, но и на ученых советах необособленных структурных подразделений университета, приравненных в правах к факультетам, к которым относится и Центр физической культуры, правомочный в силу п. 5.6 Положения о Центре физической культуры рассматривать конкурсные дела по замещению вакантных должностей профессорско-преподавательского состава Центра. _____________ Закон субъекта Российской Федерации, предусматривающий ответственность государственных гражданских служащих за несоблюдение установленных им требований, признан противоречащим федеральному законодательству Определение Судебной коллегии по гражданским дела 3. Закон субъекта Российской Федерации, предусматривающий ответственность государственных гражданских служащих за несоблюдение установленных им требований, признан противоречащим федеральному законодательству Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 3 мая 2006 г. N 53-Г06-5 (И з в л е ч е н и е) Законодательным Собранием Красноярского края 9 июня 2005 г. принят Закон Красноярского края "Об оплате труда лиц, замещающих государственные должности Красноярского края, и государственных гражданских служащих Красноярского края" (подписан губернатором Красноярского края 24 июня 2005 г. и официально опубликован 27 июня 2005 г.). В п. 2 ст. 9 названного Закона предусмотрено прекращение в течение одного года выплаты ежемесячного денежного поощрения гражданским служащим края в случаях несообщения ими без уважительных причин о конфликте интересов, непредставления сведений о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера. Прокурор Красноярского края обратился в Красноярский краевой суд с заявлением о признании указанной нормы Закона противоречащей федеральному законодательству и недействующей. В обоснование своих требований он ссылался на то, что Федеральным законом "О государственной гражданской службе Российской Федерации" предусмотрены основные обязанности гражданского служащего и запреты, связанные с прохождением гражданской службы, поэтому введение законом субъекта Российской Федерации дополнительной ответственности за нарушение установленных федеральным законодательством обязанностей гражданского служащего и запретов в связи с прохождением службы в виде освобождения от занимаемой должности и увольнения со службы для гражданских служащих является неправомерным. Решением Красноярского краевого суда от 13 февраля 2006 г. в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационном представлении прокурор просил указанное решение отменить в связи с неправильным применением судом норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 3 мая 2006 г. кассационное представление удовлетворила по следующим основаниям. Отказывая прокурору в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался тем, что согласно Конституции Российской Федерации правовое регулирование государственной гражданской службы субъектов Российской Федерации находится в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов. По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. В п. 2 ст. 26-3 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" установлено, что к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения относится решение вопросов оплаты труда работников органов государственной власти и работников государственных учреждений субъекта Российской Федерации. При этом для гражданских служащих субъектов Российской Федерации размеры ежемесячного денежного поощрения устанавливаются нормативными правовыми актами соответствующего субъекта, а ежемесячное денежное поощрение относится к дополнительным стимулирующим выплатам, побуждающим государственного служащего к безупречному исполнению обязанностей. Поэтому, указал суд, ограничение оспариваемым п. 2 ст. 9 Закона края выплаты ежемесячного денежного поощрения за нарушение служащим своих обязанностей и налагаемых на него запретов не противоречит смыслу и целям названных выплат. Кроме того, федеральным законодательством не определен размер и порядок выплаты ежемесячного денежного поощрения лицам, занимающим государственные должности и должности государственной гражданской службы субъектов Российской Федерации. Суд также пришел к выводу о том, что, предусматривая в ст. 9 Закона края не только размер ежемесячного денежного поощрения, но и порядок его выплаты, а точнее случаи невыплаты этого поощрения, субъект Российской Федерации не вышел за пределы своих полномочий. Однако с данным выводом суда первой инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям. В силу требований Федерального закона от 27 мая 2003 г. N 58-ФЗ "О системе государственной службы Российской Федерации" правовое регулирование государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, а ее организация - в ведении субъекта Российской Федерации. Таким образом, государственная служба в субъектах Российской Федерации входит в предмет совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов и должна регулироваться как федеральными актами, так и актами субъектов Российской Федерации. В соответствии со ст. 76 Конституции Российской Федерации законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, принятые по вопросам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, не могут противоречить федеральному законодательству. Из содержания оспариваемой нормы Закона края видно, что гражданским служащим, не сообщившим по неуважительной причине представителю нанимателя о конфликте интересов, не представившим своевременно без уважительных причин сведения о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, а также нарушившим запреты, предусмотренные Федеральным законом "О государственной гражданской службе Российской Федерации", связанные с государственной гражданской службой, ежемесячное денежное поощрение не выплачивается в течение одного года. Федеральным законодательством определены виды ответственности государственных гражданских служащих за несоблюдение требований, предъявляемых к ним названным Федеральным законом. При этом в силу ст. 17 данного Закона ответственность за несоблюдение запретов, предусмотренных указанным Законом, устанавливается федеральными законами. Принимая во внимание, что оспариваемые положения Закона Красноярского края приняты субъектом Российской Федерации за пределами предоставленных ему федеральным законодательством полномочий, являются правильными доводы прокурора Красноярского края о признании п. 2 ст. 9 Закона Красноярского края от 9 июня 2005 г. N 14-3538 "Об оплате труда лиц, замещающих государственные должности Красноярского края, и государственных гражданских служащих Красноярского края" противоречащим федеральному законодательству и недействующим. Вывод суда первой инстанции о том, что ежемесячное денежное поощрение представляет собой стимулирующую дополнительную выплату, поэтому прекращение данной выплаты за нарушение служащим своих обязанностей и налагаемых на него запретов не противоречит смыслу и целям указанных выплат, основан на неправильном толковании норм права в области регулирования гражданской службы. Федеральным законодательством установлен порядок и условия оплаты труда гражданских служащих. Лишение гражданского служащего выплат, предусмотренных законом субъекта Российской Федерации, является формой ответственности за нарушение требований, предъявляемых к служащему Федеральным законом. Однако в силу ст. 68 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" лица, виновные в нарушении законодательства Российской Федерации о государственной гражданской службе Российской Федерации, привлекаются к ответственности в порядке, установленном названным Федеральным законом и другими федеральными законами. Таким образом, судом первой инстанции неправильно истолкованы нормы материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Красноярского краевого суда отменила, приняла новое решение, которым заявленные прокурором Красноярского края требования удовлетворила: признала противоречащим федеральному законодательству и недействующим с момента вступления решения суда в силу п. 2 ст. 9 Закона Красноярского края от 9 июня 2005 г. N 14-3538 "Об оплате труда лиц, замещающих государственные должности Красноярского края, и государственных гражданских служащих Красноярского края". _____________ От имени субъекта Российской Федерации право осуществления государственных внутренних заимствований и выдачи государственных гарантий другим заемщикам для привлечения кредитов (займов) принадлежит уполномоченному органу исполнительной власти субъекта Росс 4. От имени субъекта Российской Федерации право осуществления государственных внутренних заимствований и выдачи государственных гарантий другим заемщикам для привлечения кредитов (займов) принадлежит уполномоченному органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 апреля 2006 г. N 53-Г06-3 (И з в л е ч е н и е) Прокурор Красноярского края обратился в суд с заявлением о признании противоречащими федеральному законодательству и недействующими с момента вынесения судом решения п. 3 ст. 1, ст.ст. 4, 6, 7 и п. 3 ст. 8 Закона края от 24 июня 2004 г. N 11-2051 "О государственных гарантиях Красноярского края", ссылаясь на то, что оспариваемыми нормами Закона урегулированы отношения, возникающие при предоставлении государственных гарантий Красноярского края юридическим лицам и муниципальным образованиям края для обеспечения обязательств перед третьими лицами. Так, в ст. 4 данного Закона устанавливается плата за предоставление государственных гарантий, в п. 3 ст. 1, ст.ст. 6, 7 и п. 3 ст. 8 - условия получения государственных гарантий муниципальными образованиями и юридическими лицами. Указанные выше положения Закона приняты Законодательным Собранием Красноярского края с превышением своих полномочий, в частности с нарушением требований подп. "д", "ж" п. 1 ст. 1, подп. "б" п. 1 ст. 5 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации"; п. 4 ст. 3, п. 3 ст. 104, п. 6 ст. 117 Бюджетного кодекса Российской Федерации. Решением Красноярского краевого суда от 23 января 2006 г. заявление прокурора удовлетворено: признаны противоречащими федеральному законодательству и недействующими со дня принятия п. 3 ст. 1, ст.ст. 4, 6, 7 и п. 3 ст. 8 Закона края "О государственных гарантиях Красноярского края" с возложением обязанности по опубликованию данного решения в издании "Ведомости высших органов государственной власти Красноярского края". В кассационных жалобах Законодательного Собрания и администрации Красноярского края ставился вопрос об отмене решения суда в связи с неправильным толкованием норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 26 апреля 2006 г. отказала в удовлетворении жалоб, указав следующее. В силу подп. "д", "ж" п. 1 ст. 1 Федерального закона от 6 октября 1999 г. "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" деятельность органов государственной власти субъектов Российской Федерации осуществляется в соответствии с принципами разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную в целях обеспечения сбалансированности полномочий и исключения сосредоточения всех полномочий или большей их части в ведении одного органа государственной власти либо должностного лица, а также самостоятельного осуществления органами государственной власти субъекта Российской Федерации принадлежащих им полномочий. Согласно п. "ж" ст. 71 Конституции Российской Федерации финансовое регулирование находится в ведении Российской Федерации. Общие принципы бюджетного законодательства Российской Федерации, организации и функционирования бюджетной системы Российской Федерации, правовое положение субъектов бюджетных правоотношений, определение основ бюджетного процесса и межбюджетных отношений устанавливаются Бюджетным кодексом Российской Федерации. При вынесении решения суд первой инстанции исходил из следующего. В силу п. 4 ст. 3 БК РФ органы государственной власти субъектов Российской Федерации принимают нормативные правовые акты, регулирующие бюджетные правоотношения, в пределах своей компетенции. Согласно положениям Бюджетного кодекса Российской Федерации установление порядка осуществления заимствований Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, погашения и обслуживания долга относится к бюджетным полномочиям федеральных органов государственной власти (ст. 7); долговые обязательства субъекта Российской Федерации могут существовать в форме договоров о предоставлении государственных гарантий субъекта Российской Федерации (ст. 99); предоставление государственных гарантий и управление государственным долгом субъекта Российской Федерации является компетенцией соответствующего органа исполнительной власти (п. 2 ст. 101, п. 3 ст. 104, п. 6 ст. 117). Приведенные положения Закона в их взаимосвязи указывают на то, что компетенция по установлению условий предоставления государственных гарантий (платности предоставления и др.) принадлежит органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации как органу, осуществляющему функции распорядителя кредитов при исполнении краевого бюджета, орган представительной власти не вправе принимать правовые нормы по вопросам, регулирование которых согласно действующему законодательству осуществляется органом исполнительной власти, а следовательно, Закон в оспариваемой части принят с превышением полномочий Законодательного Собрания Красноярского края. Из доводов кассационных жалоб видно, что анализ названных выше норм Бюджетного кодекса Российской Федерации (в частности ст.ст. 7-9) указывает на ошибочность вывода суда, так как понятия "управление государственным долгом" и "выдача государственных гарантий" не включают в себя соответственно "установление условий управления государственным долгом" и "установление условий выдачи государственных гарантий", а Законом края, положения которого оспариваются, устанавливаются именно условия предоставления государственных гарантий, что соответствует п. 1 ст. 29 Устава Красноярского края, а следовательно, последнее не отнесено к компетенции органов исполнительной власти края. Различными являются и не охватывают друг друга следующие понятия: "установление порядка осуществления государственных заимствований субъектов Российской Федерации, управления государственным долгом субъектов Российской Федерации", "установление условий осуществления государственных заимствований субъектов Российской Федерации, управления государственным долгом субъектов Российской Федерации" и "осуществление государственных заимствований субъектов Российской Федерации, управление государственным долгом субъектов Российской Федерации". Вывод суда в этой части аргументами не подкреплен. Согласно подп. 34 п. 2 ст. 26-3 Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", с учетом п. 3-1 (введен Федеральным законом от 31 декабря 2005 г. N 199-ФЗ) дополняющего положения данного пункта, по вопросам привлечения субъектом Российской Федерации заемных средств, а также обслуживания и погашения внутренних и внешних долгов субъекта Российской Федерации органы государственной власти субъекта Российской Федерации имеют право принимать законы, иные нормативные правовые акты вне зависимости от наличия в федеральном законе положений, устанавливающих это право. Названная норма указывает на то, что полномочие по установлению условий осуществления государственных заимствований субъекта Российской Федерации, управления государственным долгом не отнесено ни к одному уровню государственной власти и не закрепляет условий предоставления государственных гарантий субъекта Российской Федерации, в связи с чем до установления условий предоставления государственных гарантий субъекта Российской Федерации в Бюджетном кодексе Российской Федерации органы государственной власти субъекта Российской Федерации вправе самостоятельно регулировать данный вопрос, а содержание п. 7 ст. 99 и п. 7 ст. 115 БК РФ указывает на возможность осуществления законодательного регулирования условий предоставления государственных гарантий субъекта Российской Федерации. Из положений Бюджетного кодекса Российской Федерации следует, что за исполнительным органом закрепляются только характерные для данного вида органов исполнительно-распорядительные действия - предоставление гарантий, т. е. принятие от имени Красноярского края письменного обязательства (ст. 115 БК РФ) перед конкретным лицом. Нормы названного Кодекса (ст.ст. 104, 117) не устанавливают право исполнительных органов принимать правовые нормы по вопросам предоставления гарантий. Судом оставлены без внимания и не применены положения Бюджетного кодекса Российской Федерации о том, что предоставление государственных гарантий предполагает расходы бюджета, а расходные обязательства субъекта Российской Федерации возникают в результате принятия законов. Кроме того, в жалобах указывается на то, что вывод по делу сделан без учета ряда положений Конституции Российской Федерации, гражданского и другого законодательства, предусматривающих, что управление государственной собственностью субъекта Российской Федерации является исключительным предметом ведения субъекта Российской Федерации; законодательный орган государственной власти осуществляет законодательное регулирование по предметам ведения субъектов Российской Федерации в пределах полномочий субъекта Российской Федерации; законом субъекта Российской Федерации устанавливается порядок управления и распоряжения собственностью субъекта, к которой относятся и средства краевого бюджета; государственный долг полностью и без условий обеспечивается всем находящимся в собственности субъекта Российской Федерации имуществом, составляющим казну субъекта Российской Федерации. Являясь элементом нормативного правового регулирования управления государственной собственностью субъекта Российской Федерации, установление условий предоставления государственных гарантий субъекта Российской Федерации представительным органом в форме закона не противоречит федеральному законодательству. Вывод суда противоречит формальной логике, так как Закон края сам по себе гарантий не предоставил, а урегулировал связанные с этим вопросы: круг получателей гарантий, виды гарантируемых обязательств, платность. Между тем решение суда первой инстанции является правильным, так как вывод по делу соответствует установленным обстоятельствам и требованиям действующего законодательства при его правильном толковании. Положения примененного по делу законодательства в решении суда приведены. Согласно п. 1 ст. 26-12 Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" органы государственной власти субъекта Российской Федерации самостоятельно управляют и распоряжаются имуществом, находящимся в собственности субъекта Российской Федерации, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и издаваемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, а также в соответствии с конституцией (уставом), законами и иными нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации. В ст.ст. 101 и 104 БК РФ предусмотрено, что управление государственным долгом Российской Федерации осуществляется Правительством Российской Федерации, а государственным долгом субъекта Российской Федерации - органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации. От имени субъекта Российской Федерации право осуществления государственных внутренних заимствований и выдачи государственных гарантий другим заемщикам для привлечения кредитов (займов) принадлежит единственному уполномоченному органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации. В силу ст.ст. 107, 117 БК РФ законом субъекта Российской Федерации о бюджете на очередной финансовый год должны быть установлены верхний предел долга субъекта Российской Федерации с указанием в том числе предельного объема обязательств по государственным гарантиям и перечень предоставляемых отдельным субъектам Российской Федерации гарантий на сумму, превышающую 0,01 процента расходов соответствующего бюджета. Представительный орган может поручить контрольному органу субъекта Российской Федерации провести проверку финансового состояния получателя государственной гарантии. Правительством Российской Федерации в соответствии с законами о бюджете на очередной год утверждаются Правила предоставления государственных гарантий Российской Федерации, в которых определяется порядок предоставления таковых в пределах средств, предусмотренных на эти цели законом о бюджете на рассматриваемый год. Следовательно, управление долгом состоит в установлении порядка, условий выпуска (выдачи) и размещении долговых обязательств, и федеральным законодательством определена компетенция законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти в рассматриваемой сфере, что, в свою очередь, указывает на обоснованность вывода суда. В то же время, имея в виду, что предметом рассмотрения суда являлся Закон, принятый в 2004 году, и его положения касаются бюджетных отношений, имевших место в 2005 году и уже определявших решение финансовых и других вопросов, Судебная коллегия находит необходимым решение суда в части срока признания оспариваемой части Закона недействующей изменить. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Красноярского краевого суда оставила без изменения, а кассационные жалобы Законодательного Собрания и администрации Красноярского края - без удовлетворения; моментом признания оспариваемых норм недействующими постановила считать время вступления решения в законную силу, т. е. с 26 апреля 2006 г. _____________ Положения нормативного правового акта субъекта Российской Федерации, ограничивающие расходование государственными учреждениями внебюджетных средств, получаемых от оказания населению платных услуг, признаны противоречащими федеральному законодательству Опр 5. Положения нормативного правового акта субъекта Российской Федерации, ограничивающие расходование государственными учреждениями внебюджетных средств, получаемых от оказания населению платных услуг, признаны противоречащими федеральному законодательству Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28 июня 2006 г. N 76-Г06-3 (И з в л е ч е н и е) Статьей 8 Закона Коми-Пермяцкого автономного округа от 18 августа 2005 г. N 63 "Об оплате труда работников государственных учреждений, финансируемых из окружного бюджета" предусмотрено, что государственные учреждения, финансируемые из окружного бюджета, оказывающие населению платные услуги, вправе направлять денежные средства, полученные от их предоставления, на заработную плату с начислениями, но не более 60% заработанных средств при условии полного возмещения материальных затрат, связанных с предоставлением платных услуг, если иное не установлено действующим законодательством. Прокурор Пермского края обратился в суд Коми-Пермяцкого автономного округа с заявлением о признании недействующей названной выше статьи в части слов "но не более 60% заработанных средств", сославшись на противоречие федеральному законодательству. В обоснование заявленных требований прокурор указал, что, устанавливая приведенное в ст. 8 названного Закона правовое регулирование распоряжения бюджетными средствами государственных учреждений, региональный законодатель тем самым в нарушение ст. 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации ограничил право этих учреждений самостоятельно распоряжаться внебюджетными средствами. Представители Законодательного Собрания Коми-Пермяцкого автономного округа утверждали, что оспариваемая норма Закона округа не ограничивает права бюджетных учреждений, финансируемых из окружного бюджета, в ней лишь урегулирован вопрос оплаты труда за счет части внебюджетных средств, оставшаяся часть может быть использована учреждением самостоятельно по иным видам расходов. Решением суда Коми-Пермяцкого автономного округа от 10 апреля 2006 г. в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационном представлении прокурор просил отменить названное решение в связи с нарушением судом норм материального и процессуального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 28 июня 2006 г. решение суда отменила по следующим основаниям. Отказывая в удовлетворении заявления прокурора, суд Коми-Пермяцкого автономного округа исходил из того, что установленное региональным законодателем правовое регулирование вопроса использования доходов от платных услуг бюджетного учреждения не противоречит федеральному законодательству, является оправданным исходя из особенностей правового положения государственного учреждения, обусловлено необходимостью контроля за эффективным использованием собственности Коми-Пермяцкого автономного округа, закрепленной на праве оперативного управления за государственными учреждениями Коми-Пермяцкого автономного округа. В обоснование своих выводов суд сослался на ст. 144 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ), предусматривающую, что вопросы о выплатах стимулирующего и компенсационного характера, порядок и условия применения данных выплат в организациях, финансируемых из бюджета субъекта Российской Федерации, устанавливаются органами государственной власти субъекта Российской Федерации; а также на положения п. 2 ст. 42 Бюджетного кодекса Российской Федерации (БК РФ), предписывающие государственному учреждению учитывать доход, полученный от оказания услуг. Действительно, решение вопросов материально-технического и финансового обеспечения государственных учреждений субъекта Российской Федерации, в том числе вопросов оплаты труда работников государственных учреждений субъекта Российской Федерации, относится к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением субвенций из федерального бюджета) (ст. 26-3 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации"). Статья 144 ТК РФ, на которую ссылается суд в своем решении, также предоставляет органам государственной власти субъектов Российской Федерации право устанавливать порядок и условия применения стимулирующих и компенсационных выплат (доплат, надбавок, премий и других) в организациях, финансируемых из бюджета субъекта Российской Федерации. Между тем предмет правового регулирования оспариваемой нормы составляет механизм использования государственными учреждениями Коми-Пермяцкого автономного округа внебюджетных средств, получаемых от осуществления деятельности по оказанию услуг, а следовательно, суд при вынесении решения должен был учесть, что правовое регулирование данного вопроса на уровне субъекта Российской Федерации не может противоречить ст. ст. 151-163 БК РФ. Этими нормами Кодекса определяются общие права и обязанности бюджетных учреждений, в том числе государственных учреждений как субъектов бюджетного процесса, а также общие принципы использования ими не только бюджетных, но и внебюджетных средств, являющихся по своей сути дополнительным источником финансирования бюджетного учреждения, экономического стимулирования и социальной защиты его работников, развития материально-технической и информационной базы. Так, согласно ст. 161 названного Кодекса бюджетное учреждение при исполнении сметы доходов и расходов самостоятельно в расходовании средств, полученных за счет внебюджетных источников. При этом каких-либо норм, предоставляющих органам государственной власти (в целях осуществления ими финансового контроля) полномочия по ограничению расходования государственными учреждениями внебюджетных средств, Бюджетный кодекс Российской Федерации не содержит; процент направляемых бюджетным учреждением на заработную плату средств, полученных от оказания платных услуг в качестве формы контроля за внебюджетными средствами, также нормативно не определен. Пункт 2 ст. 42 упомянутого Кодекса, на который ссылается в решении суд первой инстанции, устанавливает лишь правило, в силу которого операции со средствами, полученными бюджетным учреждением от предпринимательской и иной приносящей доход деятельности, должны осуществляться в соответствии с разрешением на открытие специального лицевого счета в органах Федерального казначейства по учету средств, полученных от предпринимательской и иной приносящей доход деятельности, и расходоваться согласно смете доходов и расходов, где должны быть отражены все доходы бюджетного учреждения, получаемые как из бюджета и государственных внебюджетных фондов, так и от осуществления предпринимательской деятельности, в том числе доходы от оказания платных услуг, другие доходы, получаемые от использования государственной или муниципальной собственности, закрепленной за бюджетным учреждением на праве оперативного управления, и иной деятельности. Поэтому положения этого пункта не свидетельствуют о соответствии оспариваемой прокурором нормы ст. 161 БК РФ. То обстоятельство, что ни одно из окружных бюджетных учреждений не возражало против установленного порядка расходования ими внебюджетных средств, также не может служить доказательством законности установленного субъектом Российской Федерации порядка правового регулирования, поскольку федеральный законодатель не рассматривает данное обстоятельство в качестве юридического основания для ограничения принципа самостоятельности расходования внебюджетных средств бюджетными учреждениями. Таким образом, вывод суда о непротиворечии оспариваемой ст. 8 Закона Коми-Пермяцкого автономного округа в части слов "но не более 60% заработанных средств" федеральному законодательству является необоснованным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение суда Коми-Пермяцкого автономного округа отменила, вынесла новое решение, которым заявление прокурора Пермского края удовлетворила: признала недействующей и не подлежащей применению с момента вступления в законную силу решения суда ст. 8 Закона Коми-Пермяцкого автономного округа от 18 августа 2005 г. N 63 "Об оплате труда работников государственных учреждений, финансируемых из окружного бюджета" в части слов "но не более 60% заработанных средств". _____________ Нормы закона субъекта Российской Федерации, регулирующего деятельность административных комиссий муниципальных образований, признаны противоречащими федеральному законодательству Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19 6. Нормы закона субъекта Российской Федерации, регулирующего деятельность административных комиссий муниципальных образований, признаны противоречащими федеральному законодательству Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19 апреля 2006 г. N 63-Г06-6 (И з в л е ч е н и е) Прокурор Ненецкого автономного округа обратился в суд с заявлением о признании отдельных положений Закона Ненецкого автономного округа от 11 декабря 2002 г. N 380-ОЗ "О порядке создания и деятельности административных комиссий в Ненецком автономном округе" противоречащими федеральному законодательству. В обоснование своих требований он ссылался на то, что оспариваемые положения Закона наделяют органы местного самоуправления государственными полномочиями, но без передачи необходимых для осуществления данных полномочий материальных и финансовых средств, а это противоречит Федеральным законам от 28 августа 1995 г. N 154-ФЗ и от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ. Кроме того, нормы Закона округа, исключающие возможность рассмотрения дела по месту жительства лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, противоречат ст. 29.5 КоАП РФ. Решением суда Ненецкого автономного округа от 13 февраля 2006 г. признаны противоречащими федеральному законодательству и недействующими со дня вступления решения в законную силу следующие положения Закона Ненецкого автономного округа от 11 декабря 2002 г. N 380-ОЗ "О порядке создания и деятельности административных комиссий в Ненецком автономном округе": ст. 2 в части слов "Административные комиссии муниципальных образований создаются представительными органами местного самоуправления, которые утверждают Положения об этих комиссиях.", четвертое предложение ст. 2 в части слов "и представительными органами местного самоуправления", абз. 2 ст. 8 полностью. В кассационной жалобе Собрания депутатов Ненецкого автономного округа ставился вопрос об отмене решения суда ввиду неправильного применения норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 19 апреля 2006 г. в удовлетворении кассационной жалобы отказала, указав следующее. Согласно ст. 2 Закона Ненецкого автономного округа "О порядке создания и деятельности административных комиссий в Ненецком автономном округе" административная комиссия администрации Ненецкого автономного округа создается администрацией Ненецкого автономного округа, которая утверждает Положение об этой комиссии. Административные комиссии муниципальных образований создаются представительными органами местного самоуправления, которые утверждают Положения об этих комиссиях. Административные комиссии образуются в составе председателя, заместителя председателя, ответственного секретаря, а также членов комиссии. Количественный состав комиссий, который не может быть менее пяти человек, срок их полномочий определяются администрацией Ненецкого автономного округа и представительными органами местного самоуправления самостоятельно. В состав административной комиссии администрации Ненецкого автономного округа могут входить депутаты Собрания депутатов Ненецкого автономного округа, государственные служащие, должностные лица органов внутренних дел, а также представители организаций и общественных объединений. В состав административных комиссий муниципальных образований могут входить депутаты представительных органов местного самоуправления, муниципальные служащие, должностные лица органов внутренних дел, а также представители организаций и общественных объединений. В административных комиссиях, за счет средств соответствующего бюджета, может вводиться должность освобожденного ответственного секретаря комиссии. Из содержания приведенной статьи в совокупности с положениями ст.ст. 1.1, 1.6, п. 4 ч. 2 ст. 22.1 КоАП РФ и ст.ст. 17, 19 Федерального закона от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" следует, что представительные органы местного самоуправления наделены государственными полномочиями в сфере административного законодательства без передачи материальных и финансовых средств, необходимых для осуществления переданных полномочий. Кроме того, Законом округа не предусмотрены условия и порядок контроля за осуществлением переданных полномочий. При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о противоречии федеральному законодательству оспариваемых прокурором положений ст. 2 Закона. Согласно абз. 2 ст. 8 Закона Ненецкого автономного округа "О порядке создания и деятельности административных комиссий в Ненецком автономном округе" дело об административном правонарушении, подведомственное административной комиссии муниципального образования, рассматривается административной комиссией того муниципального образования, на территории которого совершено данное административное правонарушение. Однако нормами ст. 29.5 КоАП РФ предусмотрено, что дело об административном правонарушении рассматривается по месту его совершения; по ходатайству лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, допускается рассмотрение дела также и по месту жительства правонарушителя. Таким образом, оспариваемая норма Закона округа ограничивает права гражданина по сравнению с федеральным законом, а установление порядка производства по делам об административных правонарушениях в силу ч. 1 ст. 1.3 КоАП РФ относится к ведению Российской Федерации. Доводы кассационной жалобы, в частности ссылка на подп. 2 п. 2 ст. 6 Федерального закона от 28 августа 1995 г. "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", которым предусмотрено, что муниципальное образование вправе принимать к своему рассмотрению иные вопросы, отнесенные к вопросам местного значения законами субъектов Российской Федерации, и что создание административных комиссий относится к этим "иным" вопросам, основан на неправильном толковании Закона. Нормы п. 1 ст. 6 названного Федерального закона относят к предмету ведения муниципальных образований отдельные государственные полномочия, которыми они могут наделяться. Вместе с тем применение норм административного законодательства возложено на органы государственной власти, а рассмотрение дел об административных правонарушениях не относится к вопросам местного значения. Передача государственных полномочий органам местного самоуправления возможна лишь в порядке, установленном законом. Экономическое обеспечение переданных функций не может осуществляться за счет собственных материальных ресурсов в соответствии с перспективными планами финансирования согласно положениям Федерального закона "О бюджетной классификации Российской Федерации", поскольку финансовое обеспечение осуществляется за счет предоставленных местным бюджетам средств из бюджета округа. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение суда Ненецкого автономного округа оставила без изменения, а кассационную жалобу Собрания депутатов Ненецкого автономного округа - без удовлетворения. _____________ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Дополнительной квалификации действий виновного по ст. 127 УК РФ не требуется, если его умысел был направлен не на лишение потерпевших свободы, а на применение насилия в ходе разбойного нападения и вымогательства для завладения имуществом Постановление Пре 1. Дополнительной квалификации действий виновного по ст. 127 УК РФ не требуется, если его умысел был направлен не на лишение потерпевших свободы, а на применение насилия в ходе разбойного нападения и вымогательства для завладения имуществом Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 24 мая 2006 г. N 823-П05 (И з в л е ч е н и е) По приговору Московского городского суда от 3 декабря 1999 г. Королев осужден по ч. 1 ст. 327, п. "в" ч. 3 ст. 162, п. "б" ч. 3 ст. 163, пп. "а", "в", "г", "ж" ч. 2 ст. 127, ч. 4 ст. 33, пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105, пп. "д", "ж", "з", "н" ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 222 УК РФ. По делу также осужден Железных, в отношении которого надзорное производство не возбуждалось. Преступления совершены при следующих обстоятельствах. В феврале 1998 г. Королев изготовил подложный паспорт гражданина, вклеив в паспорт на имя Прудникова фотографию Железных. Этот документ использовался при совершении других преступлений. Договорившись о нападении в целях хищения чужого имущества, Железных и Королев приготовили ножовку, топорик, кухонный и перочинный ножи, шнур, ленту-скотч, наручники, газовый пистолет. Под предлогом найма квартиры, используя поддельный паспорт, они обратились в фирму "Новый дом" и совместно с сотрудником фирмы Иконниковой, неосведомленной об их преступных намерениях, 3 апреля 1998 г. незаконно проникли в квартиру, в которой проживала Горобец. Железных и Королев выразили намерение снять указанную квартиру. При этом Железных предъявил Горобец и Иконниковой поддельный паспорт на имя Прудникова. В момент оформления договора найма Железных напал на Иконникову и причинил ей своими действиями телесные повреждения, не опасные для жизни. В это время Королев совершил аналогичные действия в отношении Горобец, причинив ей ссадины, кровоподтеки и царапины лица, не повлекшие кратковременного расстройства здоровья. Затем Железных обошел квартиру, составляя список ценного имущества, а Королев по его предложению надел Иконниковой на голову полиэтиленовый пакет и оттащил ее в ванную комнату, где оставил на длительное время. Железных, посчитав, что ценностей в квартире недостаточно, стал вымогать у Горобец 10 тыс. долларов США, угрожая в случае отказа причинением ей тяжкого вреда здоровью с применением имевшихся у него предметов, используемых в качестве оружия, и убийством. Поняв, что у Горобец не имеется требуемой суммы, он добился от потерпевшей согласия взять в долг деньги и отдать ему и Королеву требуемую сумму. Угрожая Горобец физической расправой и убийством, Железных заставлял потерпевшую совершить убийство Иконниковой и ее действия снимал на видеокамеру с целью дальнейшего шантажа. Чтобы скрыть ранее совершенный разбой, Железных предложил Королеву задушить Иконникову. Королев сдавил ей шею удавкой, что привело к механической асфиксии, от которой потерпевшая скончалась на месте. Железных и Королев завладели принадлежащими Горобец серьгами и наручными часами, не представляющими ценности, а также деньгами Иконниковой в сумме 200 долларов США. Затем во исполнение умысла на завладение 10 тыс. долларов США Железных совместно с Горобец приехал в гостиницу "Интурист", где был задержан сотрудниками правоохранительных органов. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 13 июня 2000 г. изменила приговор: действия Королева переквалифицировала с ч. 2 ст. 222 УК РФ на ч. 4 ст. 222 УК РФ и освободила его в этой части от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности. В остальной части приговор оставила без изменения. Постановлением судьи Оленегорского городского суда Мурманской области от 17 августа 2004 г. приговор приведен в соответствие с Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. и постановлено считать Королева осужденным по ч. 1 ст. 327 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), по пп. "а", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.), по пп. "а", "в", "г", "ж" ч. 2 ст. 127 УК РФ, по ч. 4 ст. 33 и пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.), по пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.). Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда 30 ноября 2004 г. постановление изменила: определила считать Королева осужденным по ч. 1 ст. 327 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), пп. "а", "в" ч. 2 ст. 163 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), пп. "а", "в", "г", "ж" ч. 2 ст. 127 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), ч. 4 ст. 33 и пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.). Королев в надзорной жалобе просил отменить судебные решения в части осуждения его по ч. 2 ст. 127, ч. 4 ст. 33 и ч. 2 ст. 105 УК РФ и производство по делу прекратить за отсутствием в деянии состава преступления, а также переквалифицировать его действия с п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ на ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.), снизить ему срок наказания, в обоснование указывая, что при нападении на Горобец ее здоровью не причинен тяжкий вред, а Иконникова не была объектом нападения, и цель убийства последней была иной. К Горобец также не предъявлялось требований оставаться в определенном месте, не было прямого умысла на лишение ее свободы. Его действия не образуют состава подстрекательства к убийству. Президиум Верховного Суда РФ 24 мая 2006 г. изменил судебные решения по следующим основаниям. Преступление, за которое Королев осужден по ч. 1 ст. 327 УК РФ (подделка официального документа, предоставляющего права, в целях его использования), отнесено законом к категории преступлений небольшой тяжести. С момента его совершения в феврале 1998 г. и до вступления приговора в законную силу 13 июня 2000 г., когда состоялось кассационное рассмотрение дела, истек предусмотренный п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности. В связи с этим суд кассационной инстанции должен был освободить Королева от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 327 УК РФ, однако такое определение не вынесено, поэтому необходимо внести в судебные решения соответствующее изменение. Квалифицируя действия Королева по пп. "а", "в", "г", "ж" ч. 2 ст. 127 УК РФ, устанавливающей ответственность за незаконное лишение человека свободы, суд в приговоре указал, что потерпевшие Иконникова и Горобец на протяжении примерно трех часов незаконно удерживались в квартире последней, при этом нападавшие сковывали их наручниками, рот каждой залепили липкой лентой, на голову Иконниковой периодически надевали полиэтиленовый пакет и помещали ее на некоторое время в ванную комнату. Между тем из обстоятельств дела следует, что ограничение свободы в данном случае являлось одной из форм насилия, применяемого к потерпевшим в ходе разбойного нападения и вымогательства для завладения имуществом. Поскольку умысел Королева при этом был направлен не на лишение потерпевших свободы, а на хищение чужого имущества, то дополнительной квалификации по пп. "а", "в", "г", "ж" ч. 2 ст. 127 УК РФ не требуется, в связи с чем указание на осуждение Королева по данной статье подлежит исключению из приговора. Кроме того, Королев необоснованно осужден по ч. 4 ст. 33, пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (за подстрекательство Горобец к убийству Иконниковой). Как видно из приговора, суд пришел к выводу о том, что Королев и Железных не договаривались подстрекать Горобец к убийству Иконниковой. Согласно ч. 4 ст. 33 УК РФ подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом. Однако суд не установил, совершил ли Королев какие-либо действия, которые могли бы рассматриваться как подстрекательство к убийству. Из описания в приговоре преступного деяния, признанного доказанным, следует, что в процессе вымогательства Королев лишь привел Иконникову из ванной комнаты в коридор и, посадив ее, привязал ноги к ножке стула. Склонял же Горобец к убийству Иконниковой, как указано в приговоре, Железных, который при этом вручил ей удавку и, угрожая физической расправой и убийством, заставлял ее затягивать петлю на шее Иконниковой. При таких обстоятельствах судебные решения в части указания на осуждение Королева по ч. 4 ст. 33, пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ подлежат отмене, а дело - прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Довод Королева о необходимости переквалификации его действий, связанных с разбойным нападением, на ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 декабря 2003 г.) в связи с тем, что нападение совершалось якобы в отношении одной Горобец, необоснован. Судом установлено, что действия нападавших в отношении обеих потерпевших были объединены единым умыслом и направлены, в том числе при лишении жизни Иконниковой, на достижение корыстной цели - завладение чужим имуществом. В то же время квалификацию содеянного по признаку совершения разбойного нападения с незаконным проникновением в жилище нельзя признать обоснованной. Как видно из материалов дела, в квартиру Горобец нападавшие пришли с разрешения потерпевшей, которая намеревалась сдать квартиру в аренду и сама впустила их, чтобы обсудить условия договора. Поэтому квалифицирующий признак разбоя "с незаконным проникновением в жилище" - п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ - из приговора в отношении Королева необходимо исключить. Суд неправильно квалифицировал убийство потерпевшей Иконниковой как совершенное Королевым группой лиц по предварительному сговору. Из приговора следует, что Королев был лишь исполнителем убийства: по предложению Железных он задушил Иконникову. Поскольку квалификация убийства по признаку "группой лиц по предварительному сговору" предполагает не менее двух исполнителей преступления, что в данном случае не установлено, то осуждение Королева по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ является ошибочным и подлежит исключению из судебных решений. Кроме того, ни сам способ убийства, ни другие обстоятельства его совершения не давали суду оснований квалифицировать действия Королева по признаку "с особой жестокостью". Ссылка в приговоре на то, что перед лишением жизни и в процессе совершения убийства к Иконниковой применялись истязания, необоснованна. Более того, следственными органами Королеву не вменялось применение к потерпевшей истязания как признака проявления особой жестокости при убийстве. Пункт "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ также подлежит исключению. На основании изложенного Президиум Верховного Суда РФ отменил судебные решения в отношении Королева в части осуждения его по ч. 4 ст. 33, пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ и производство по делу в этой части прекратил на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления; эти же судебные решения в отношении Королева изменил: освободил его от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 327 УК РФ; исключил пп. "а", "в", "г", "ж" ч. 2 ст. 127 УК РФ, а также пп. "ж", "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ; исключил квалифицирующий признак разбоя "с незаконным проникновением в жилище"; смягчил ему наказание по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ и при назначении наказания на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений. _____________ Действия лиц по легализации денежных средств, полученных преступным путем, совершенные организованной группой, обоснованно квалифицированы по ч. 3 ст. 174 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.) Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Р 2. Действия лиц по легализации денежных средств, полученных преступным путем, совершенные организованной группой, обоснованно квалифицированы по ч. 3 ст. 174 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.) Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 июня 2006 г. N 5-О06-23 (И з в л е ч е н и е) Московским городским судом 26 декабря 2005 г. Зинкин, Барышников, Трегубов и Гатауллина осуждены по ч. 3 ст. 174 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.) и оправданы: Зинкин и Барышников по ч. 1 ст. 210 УК РФ, а Трегубов и Гатауллина по ч. 2 ст. 210 УК РФ за непричастностью к совершению преступления. По приговору суда Зинкин, Барышников, Трегубов и Гатауллина признаны виновными в легализации (отмывании) денежных средств, приобретенных незаконным путем, т. е. в совершении финансовых операций и других сделок с денежными средствами, приобретенными незаконным путем, а также в использовании указанных средств для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности, совершенных организованной группой, в крупном размере. В кассационном представлении прокурор указывал на необоснованное оправдание осужденных Барышникова и Зинкина по ч. 1 ст. 210 УК РФ, а Трегубова и Гатауллиной - по ч. 2 ст. 210 УК РФ, просил приговор отменить. В кассационных жалобах осужденные утверждали, что они не занимались отмыванием денежных средств, не разрабатывали планы таких действий, просили приговор отменить и дело прекратить. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 13 июня 2006 г. приговор оставила без изменения, а кассационное представление и кассационные жалобы - без удовлетворения по следующим основаниям. Доводы кассационных жалоб о том, что осужденные не занимались легализацией денежных средств, полученных преступным путем, необоснованны. Как следует из показаний свидетелей, ООО "Эко-Бюро", которое возглавляли Зинкин и Барышников, работало в режиме "черного банка", т. е. являлось финансово-кредитным учреждением, не имеющим лицензии Банка России. По указанию Зинкина и Барышникова осуществлялись внешние и внутренние денежные операции как в безналичном, так и в наличном расчетах. Клиенты, которых отбирали Зинкин и Барышников и которые желали перечислить деньги за рубеж, совершить конвертацию, обналичить денежные средства, обращались в их фирму. Постоянными клиентами ООО "Эко-Бюро" были Трегубов и Гатауллина, которые систематически общались с Зинкиным и Барышниковым, приносили им и получали от них наличные деньги, а также делали заявки о безналичном перечислении денежных средств и выясняли, поступили ли денежные средства на счета фирм, которые были "подконтрольны" Зинкину и Барышникову. При этом последние знали о реальной деятельности Трегубова и Гатауллиной. От Трегубова поступали суммы от 10 тыс. до 100 тыс. долларов США. Из показаний осужденного Трегубова, которые он давал на предварительном следствии и которые обоснованно признаны судом достоверными, видно, что он действительно пользовался услугами Зинкина для легализации "черных" денег. Трегубов подробно описывал схему легализации денежных средств, называл фирмы, которые использовались Зинкиным для отмывания денег, признавал, что с этими фирмами составлялись фиктивные договоры. В приговоре приведены доказательства, подтверждающие выводы суда о том, что Трегубов занимался предпринимательской деятельностью, связанной с реализацией алкогольной продукции, на которую, вопреки закону, у него не было лицензии. Не подтверждаются также материалами дела доводы кассационных жалоб о том, что предпринимательская деятельность Гатауллиной носила законный характер. Как правильно установил суд, Гатауллина и иное лицо по сговору с Зинкиным, Барышниковым и другим лицом, не перерегистрировав изменения в уставе ООО "Компания Деноли", изготовили фиктивный договор комиссии между своей компанией и ООО "Трион-Союз" на право торговли итальянской мебелью, после чего заключили фиктивные договоры с покупателями о поставке мебели, представляя ООО "Трион-Союз" как дочернее предприятие ООО "Компания Деноли". Поступившие на счет ООО "Трион-Союз" денежные средства от московских фирм Зинкин, Барышников и другое лицо по согласованию с Гатауллиной списывали на конвертацию и с целью придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами переводили на счет оффшорной компании "Боссвелл Оверсиз", а затем использовали для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. Согласно заключению судебно-бухгалтерской экспертизы по указанию ООО "Компания Деноли" на расчетный счет ООО "Трион-Союз" поступило 28 193 085 руб., и счет этой фирмы использовался для аккумуляции денежных средств и их перечисления в зарубежные банки: 99,9% было перечислено в "Аизкрауклес Банк" оффшорным компаниям, а затем на основании распоряжений уже представителей ООО "Эко-Бюро", которое возглавляли Барышников и Зинкин, денежные средства переводились итальянским фирмам и, в частности, с валютного счета оффшорной компании "Боссвелл Оверсиз". В приговоре приведены конкретные законы и другие нормативные акты, которые были нарушены осужденными при осуществлении предпринимательской деятельности, и сделан вывод о том, что незаконная предпринимательская деятельность Гатауллиной, Трегубова, Барышникова и Зинкина носила преступный характер. В связи с этим следует признать обоснованными выводы суда о виновности осужденных в легализации денежных средств, совершенных организованной группой, полученных преступным путем. Действия Барышникова, Зинкина, Трегубова и Гатауллиной правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 174 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.) как легализация (отмывание) денежных средств, приобретенных незаконным путем, т. е. совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами, приобретенными заведомо незаконным путем, а равно использование указанных средств для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности, совершенные организованной группой, в крупном размере. При этом суд правильно исходил из того, что преступление, предусмотренное ст. 174 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), не декриминализировано, а лишь частично изменена диспозиция этой статьи и включена новая ст. 174-1 УК РФ. Поскольку судом установлено, что Барышников и Зинкин легализовали денежные средства, полученные в результате совершения Трегубовым и Гатауллиной преступлений, препятствий для квалификации их действий по ст. 174 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.) не имеется, так как понятие "преступным путем" является более узким по сравнению с понятием "незаконным путем", т. е. их действия полностью охватываются диспозицией ст. 174 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.). Применение к ним ст. 174 УК РФ в редакции Закона от 7 августа 2001 г. не будет отвечать требованиям ст. 10 УК РФ, поскольку этот закон не улучшает их положение по сравнению со ст. 174 УК РФ в редакции от 13 июня 1996 г. Статья 174 УК РФ в редакции Закона от 8 декабря 2003 г. ухудшает их положение, так как санкция ч. 4 предусматривает дополнительное наказание в виде штрафа, тогда как конфискация имущества, содержащаяся в санкции ч. 3 ст. 174 УК РФ в редакции Закона от 13 июня 1996 г., неприменима в связи с исключением этого вида наказания из Уголовного кодекса Российской Федерации. Доводы кассационного представления о необоснованном оправдании осужденных Барышникова и Зинкина по ч. 1 ст. 210 УК РФ, а Трегубова и Гатауллиной - по ч. 2 той же статьи являются неубедительными. Как правильно указал суд в приговоре, органами предварительного следствия в подтверждение вины Зинкина и Барышникова в создании преступного сообщества и руководстве им и вины Трегубова и Гатауллиной в участии в преступном сообществе приведены те же самые доказательства, которые подтверждают их виновность в легализации (отмывании) денежных средств, приобретенных незаконным путем, при этом никаких других доказательств, подтверждающих объективную и субъективную стороны преступлений, предусмотренных чч. 1 и 2 ст. 210 УК РФ, органами следствия в обвинительном заключении не приведено. Существование между виновными преступных длительных связей, регулярное отмывание ими денежных средств, приобретенных незаконным путем, обоснованно расценено судом как совершение преступления организованной группой, а не преступным сообществом, поскольку для последнего характерны не просто устойчивость, но и сплоченность, наличие структурных преступных подразделений, и, как правильно указано в кассационном представлении, конспирации и иерархии подчинения. Между тем таких данных суду при рассмотрении дела стороной обвинения представлено не было. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор оставила без изменения, а кассационные жалобы и кассационное представление - без удовлетворения. _____________ Приговор и последующие судебные решения по обвинению в распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица (ч. 1 ст. 129 УК РФ), отменены, и производство по уголовному делу прекращено за отсутствием в деянии состава престу 3. Приговор и последующие судебные решения по обвинению в распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица (ч. 1 ст. 129 УК РФ), отменены, и производство по уголовному делу прекращено за отсутствием в деянии состава преступления Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 2 ноября 2006 г. N 11-Д06-125 (И з в л е ч е н и е) По приговору мирового судьи участка N 1 Высокогорского района Республики Татарстан от 8 ноября 2005 г. Щавлева осуждена по ч. 1 ст. 129 УК РФ (по эпизоду от 6 сентября 2004 г.) к штрафу в размере 2500 руб., по ч. 1 ст. 129 УК РФ (по эпизоду от 5 мая 2005 г.) - к штрафу в размере 2500 руб., по ч. 1 ст. 129 УК РФ (по эпизоду от 24 июня 2005 г.) - к штрафу в размере 2500 руб., по ч. 1 ст. 129 УК РФ (по эпизоду от 13 июля 2005 г.) - к штрафу в размере 2500 руб.; по совокупности преступлений на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно ей назначено наказание в виде штрафа в доход государства в размере 3 тыс. рублей. Высокогорский районный суд Республики Татарстан своим постановлением, судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан кассационным определением приговор оставили без изменения. Президиум Верховного Суда Республики Татарстан судебные решения оставил без изменения. На основании п. 5 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 19 апреля 2006 г. N 3043-IV ГД "Об объявлении амнистии в связи со 100-летием учреждения Государственной Думы в России" Щавлеву от наказания, назначенного по приговору мирового судьи судебного участка N 1 Высокогорского района Республики Татарстан от 8 ноября 2005 г., постановлено освободить. В надзорной жалобе осужденная Щавлева просила отменить состоявшиеся судебные решения, считая, что ее осудили за клевету необоснованно, факт клеветы не установлен, ее дом дважды поджигали, дважды ее признавали потерпевшей, она давала показания о причастности к поджогу Китайцевой, которая ей угрожала. В возражении на надзорную жалобу адвокат в защиту интересов Китайцевой заявлял, что Щавлева, имеющая высшее образование, многие годы работавшая руководителем предприятия, не могла добросовестно заблуждаться по поводу содержания своих высказываний и заявлений, полагал, что она осуждена обоснованно, и просил оставить ее надзорную жалобу без удовлетворения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 2 ноября 2006 г. надзорную жалобу осужденной Щавлевой удовлетворила, указав следующее. Согласно приговору Щавлева признана виновной в распространении сведений, порочащих честь и достоинство другого лица, подрывающих его репутацию, при следующих обстоятельствах. 6 сентября 2004 г. Щавлева в Высокогорском РОВД во время допроса в качестве потерпевшей по факту поджога ее дома, предупрежденная об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, показала, что к данному преступлению причастна Китайцева и ее родственники. При этом каких-либо доказательств в подтверждение своих высказываний не привела. 5 мая 2005 г. она же, после возобновления предварительного следствия, допрошенная в качестве потерпевшей и предупрежденная об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, показала, что в поджоге своего дома подозревает своих соседей супругов Китайцевых, так как они неоднократно угрожали ей поджогом. Со слов Щавлевой, ее подозрения подтверждаются и тем, что Китайцева подобным образом подожгла дом своего сотрудника по работе в банке, она об этом слышала от работников банка. Однако Щавлева подтвердить свои слова ни документально, ни свидетельскими показаниями не смогла. 24 июня 2005 г. Щавлева обратилась в Высокогорский РОВД с заявлением, в котором просила привлечь к уголовной ответственности Китайцеву и ее родственников за попытку 24 июня 2005 г. поджечь ее дом, и вновь никаких доказательств, подтверждающих данное сообщение, не привела. 13 июля 2005 г. Щавлева в ходе допроса в качестве потерпевшей по уголовному делу, предупрежденная об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, сообщила, что заказчиком всех поджогов является Китайцева из-за того, что она лишилась доходов от преступных действий с векселями, которые покупала на имя родственников. Супруги Китайцевы имеют (в доме) оружие. Она сама видела, как Китайцев взял из автомашины автомат, а Квасников (его родственник) открыто шел по дороге, держа в руке пистолет. Щавлева вину не признала и в судебном заседании показала, что причастность Китайцевой и ее родственников к поджогам дома подтверждается неоднократными угрозами тем, что ее оставят без жилья. Из приговора также следует, что Щавлева не смогла представить следствию доказательств преступной деятельности супругов Китайцевых и из ее утверждений подтвердился лишь факт наличия у родственника Китайцевых - Квасникова газового пистолета, на владение которым он имеет соответствующее разрешение. В основу обвинительного приговора судом положены показания потерпевшей Китайцевой, свидетелей Китайцева, Любимовой, Клюшенковой. Как видно из показаний потерпевшей, приведенных в приговоре, не имея никаких доказательств ее (Китайцевой) причастности к преступной деятельности, с целью опорочить ее честь и достоинство, Щавлева обращалась в различные правоохранительные и государственные органы. Свидетель Китайцев показал, что каких-либо угроз в адрес Щавлевых о поджоге их дома он не высказывал и не слышал таких высказываний со стороны своих родственников. Аналогичные показания дали свидетели Любимова и Клюшенкова. В приговоре суд привел показания свидетелей Гараниных и оценил их критически, так как посчитал, "что таким образом они хотят свести счеты за обращения Китайцевых с сообщениями на недостатки в работе их магазина. Кроме того, Гаранины в своих показаниях суду также не представили реальных доказательств причастности Китайцевых к поджогам дома Щавлевых". Однако из показаний свидетеля Гаранина следует, что он слышал, как родственник Китайцевой Ошихмин говорил Щавлевой, что ее дом будет "гореть синим пламенем", а муж Китайцевой высказывал Щавлевой угрозы об уничтожении ее дома путем поджога. Свидетель Гаранина показала, что неоднократно слышала со стороны Китайцевых и их родственников такие угрозы. В приговоре приведены и показания свидетеля Щавлева, который пояснил, что Китайцевы угрожали им поджогом дома. Таким образом, материалы дела содержат противоречивые доказательства, и бесспорно установлено лишь то, что в доме Щавлевой дважды был пожар. Суд же, выслушав стороны и показания свидетелей по фактам пожаров в доме Щавлевых, изучив протоколы следственных действий из материалов уголовных дел, находящихся в Высокогорском РОВД, пришел к выводу о том, что вина Щавлевой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 129 УК РФ, материалами дела доказана. Однако суд не учел, что субъективная сторона данного преступления характеризуется прямым умыслом. Материалами дела не установлено, что Щавлева, заведомо понимая ложность сообщаемых ею сведений, а также то, что распространяемые сведения порочат честь и достоинство другого лица, подрывают его репутацию, сознательно желала именно этого. При таких обстоятельствах вывод суда о наличии в действиях Щавлевой состава преступления нельзя признать правильным. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 407 и 408 УПК РФ, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ определила надзорную жалобу осужденной Щавлевой удовлетворить, приговор мирового судьи судебного участка N 1 Высокогорского района Республики Татарстан, постановление Высокогорского районного суда Республики Татарстан, кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан и постановление президиума Верховного Суда Республики Татарстан отменить и производство по делу прекратить за отсутствием в деянии состава преступления. __________ Частное постановление суда в отношении адвоката признано необоснованным Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 июня 2006 г. N 71-П06 (И з в л е ч е н и е) 4. Частное постановление суда в отношении адвоката признано необоснованным Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 июня 2006 г. N 71-П06 (И з в л е ч е н и е) По приговору Пермского областного суда от 2 августа 2004 г. осуждены Измайлов Б. по п. "з" ч. 2 ст. 105, п. "б" ч. 4 ст. 162, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ и Измайлов А. по п. "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ. Одновременно с постановлением приговора 2 августа 2004 г. Пермским областным судом вынесено частное постановление, в котором обращено внимание Адвокатской палаты Пермской области и Главного управления Министерства юстиции по Пермской области и Коми-Пермяцкому автономному округу на установленный факт дачи адвокатом А. ложных показаний в судебном заседании и предложено по вступлении приговора в законную силу решить вопрос о лишении его права заниматься адвокатской деятельностью. При этом в частном постановлении указано, что допрошенный в судебном заседании по ходатайству защиты в качестве свидетеля адвокат А. показал, что перед допросом в качестве подозреваемого Измайлов Б. сообщил ему о применении к нему недозволенных методов ведения следствия, продемонстрировал следы побоев, сообщил о вынужденной даче им "признательных" показаний. После допроса Измайлова Б., проведенного в его присутствии, он, адвокат А., по просьбе подзащитного подписал протокол допроса, не внеся в него никаких замечаний и заявлений о применении недозволенных методов ведения следствия. Заявление адвоката в судебном заседании о вынужденном признании Измайловым Б. вины в совершенных преступлениях под воздействием недозволенных методов ведения следствия суд признал неубедительным. Объяснение адвоката о том, что в ходе допроса он не сделал никаких заявлений, так как якобы жизни Измайлова Б. угрожала опасность, суд не принял во внимание. Такое утверждение, указал суд, противоречит требованиям ч. 1 ст. 49 УПК РФ, в соответствии с которой защитник обязан осуществлять защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывать им юридическую помощь при производстве по уголовному делу, а также свидетельствует о непонимании А. принципов уголовного судопроизводства и своих обязанностей как защитника. Следовательно, адвокат на допросах с его участием имел реальную возможность заявить о применении к подозреваемому Измайлову Б. недозволенных методов допросов, если таковые имели место в действительности, однако этого не сделал. Сопоставив доказательства по делу с содержанием показаний свидетеля А. в судебном заседании, суд пришел к выводу о том, что адвокат А., поддержав позицию защиты и подсудимых, тем самым стремился опорочить законные следственные действия, проведенные с его участием, чтобы путем признания их недопустимыми помочь Измайлову Б. избежать уголовной ответственности за содеянное. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 7 декабря 2004 г. оставила частное постановление областного суда без изменения. Адвокат осужденного в надзорной жалобе поставил вопрос об отмене частного постановления суда и кассационного определения. Президиум Верховного Суда РФ 7 июня 2006 г. удовлетворил надзорную жалобу адвоката по следующим основаниям. Суд допросил адвоката А. в качестве свидетеля по ходатайству защитника подсудимого Измайлова Б. - адвоката Н. Согласно протоколу судебного заседания перед допросом А. было разъяснено, что он обладает свидетельским иммунитетом, ему также разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, он предупрежден об ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ задачу заведомо ложных показаний. Между тем в ст. 56 УПК РФ изложены не только права и обязанности свидетеля. В соответствии с пп. 2 и 3 ч. 3 ст. 56 УПК РФ адвокат А. не подлежал допросу в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием. Суд, однако, это требование уголовно-процессуального закона нарушил, несмотря на то, что все обстоятельства, о которых А. был допрошен, стали ему известны в связи с оказанием им юридической помощи Измайлову Б. при допросах его в качестве подозреваемого, а затем в качестве обвиняемого. Поэтому доводы в надзорной жалобе о том, что приведенные в частном постановлении суда показания адвоката А., допрошенного в качестве свидетеля вопреки вышеуказанному запрету, в силу ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми доказательствами, основаны на требованиях уголовно-процессуального закона. При таких данных выводы суда о даче адвокатом А. в судебном заседании ложных показаний нельзя признать законными. Президиум Верховного Суда РФ отменил частное постановление суда и кассационное определение в отношении адвоката А. _____________ Уголовно-процессуальный закон не устанавливает каких-либо ограничений при проведении проверки по сообщению о совершенном или готовящемся преступлении в отношении лиц, указанных в ст. 447 УПК РФ Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 20 декабря 200 5. Уголовно-процессуальный закон не устанавливает каких-либо ограничений при проведении проверки по сообщению о совершенном или готовящемся преступлении в отношении лиц, указанных в ст. 447 УПК РФ Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 20 декабря 2006 г. N 636-П06ПР (И з в л е ч е н и е) Прокурор Тверской области обратился с представлением в Тверской областной суд о даче заключения о наличии в действиях С., депутата Законодательного Собрания Тверской области, признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 116 УК РФ. Заключением Тверского областного суда от 27 июня 2005 г. представление прокурора было удовлетворено, в действиях С. признано наличие признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 116 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 29 августа 2005 г. отменила заключение Тверского областного суда и направила материалы на новое судебное разбирательство. Определением Тверского областного суда от 11 ноября 2005 г. рассмотрение представления прокурора Тверской области в отношении С. прекращено в связи с отказом поддерживать представление и примирением С. с потерпевшим. Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении просил изменить кассационное определение, исключить указание о том, что проверка в отношении депутата законодательного органа государственной власти субъекта Российской Федерации в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ может проводиться только по поручению прокурора субъекта Российской Федерации, а также о том, что ст. 448 УПК РФ содержит ограничения по субъектам, в отношении которых может проводиться такая проверка. Президиум Верховного Суда РФ 20 декабря 2006 г. удовлетворил надзорное представление заместителя Генерального прокурора РФ по следующим основаниям. Отменяя заключение Тверского областного суда, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ сослалась, в частности, на то, что проверка в отношении депутата Законодательного Собрания Тверской области вопреки требованиям ст.ст. 447 и 448 УПК РФ проведена прокуратурой Весьегонского района Тверской области без поручения прокурора Тверской области. В кассационном определении указано, что согласно п. 9 ч. 1 ст. 448 УПК РФ в отношении депутата законодательного органа государственной власти субъекта Российской Федерации решение о возбуждении уголовного дела принимает прокурор субъекта Российской Федерации на основании заключения коллегии судей соответствующего суда. С представлением о даче заключения о наличии признаков преступления в действиях депутата в коллегию судей может войти только прокурор субъекта Российской Федерации. А поскольку представление прокурора основывается на материалах проверки, то такая проверка может производиться только по поручению прокурора субъекта Российской Федерации. Вывод суда кассационной инстанции о том, что проверка в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, в отношении депутата Законодательного Собрания Тверской области могла быть проведена только по поручению прокурора Тверской области, а не по инициативе прокурора Весьегонского района Тверской области, не соответствует закону. Глава 52 УПК РФ предусматривает особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц. Положения этой главы содержат исчерпывающий, не подлежащий расширительному толкованию перечень процессуальных решений и следственных действий, которые производятся в особом порядке в отношении лиц, указанных в ч. 1 ст. 447 УПК РФ. В частности, п. 9 ч. 1 ст. 448 УПК РФ предусматривает, что решение о возбуждении уголовного дела в отношении депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации принимает прокурор субъекта Российской Федерации на основании заключения коллегии судей краевого, областного и приравненного к ним суда. Согласно закону с представлением в суд о даче заключения о наличии признаков преступления в действиях такого лица может обратиться прокурор субъекта Российской Федерации. Однако из этого не следует, что проверка в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, в отношении депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации должна проводиться только по поручению прокурора субъекта Российской Федерации. Положения главы 52 УПК РФ не определяют условий проведения такой проверки в особом, отличном от установленного общими нормами уголовно-процессуального закона, порядке. Проверка сообщения о совершенном или готовящемся преступлении согласно положениям ст. 144 УПК РФ проводится дознавателем, органом дознания, следователем и прокурором в пределах их компетенции. Уголовно-процессуальный закон не устанавливает каких-либо ограничений при проведении такой проверки в отношении лиц, указанных в ст. 447 УПК РФ. Из материалов данного дела видно, что прокурор Весьегонского района Тверской области, получив сообщение, в соответствии со ст. 143 УПК РФ составил рапорт об обнаружении признаков преступления. После этого по его поручению была проведена проверка в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, в целях выяснения вопроса о наличии в действиях депутата Законодательного Собрания Тверской области С. признаков преступления. Заместителем прокурора Весьегонского района Тверской области 18 апреля 2005 г. в возбуждении уголовного дела было отказано. Однако постановлением заместителя прокурора Тверской области от 5 мая 2005 г. это постановление отменено, материал возвращен в прокуратуру Весьегонского района для дополнительной проверки. После проведения дополнительной проверки материал в отношении С. был направлен прокурору Тверской области, который обратился в Тверской областной суд с представлением о даче заключения о наличии в действиях С. признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 116 УК РФ. В данном случае проведение проверки в отношении депутата Законодательного Собрания Тверской области С. прокуратурой Весьегонского района Тверской области без поручения прокурора области закону не противоречит. Прокурор Весьегонского района, приняв решение о проведении проверки сообщения о совершенном преступлении, действовал в пределах своей компетенции. Кроме того, не основанной на законе является ссылка в кассационном определении на то, что ст.ст. 447, 448 УПК РФ содержат ограничения по субъектам, в отношении которых может проводиться проверка в порядке, предусмотренном ст.ст. 144, 145 УПК РФ. Принимая во внимание изложенное, Президиум исключил из определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ указания о том, что проверка в отношении депутата законодательного органа государственной власти субъекта Российской Федерации в порядке, предусмотренном ст.ст. 144, 145 УПК РФ, может проводиться только по поручению прокурора субъекта Российской Федерации, а также о том, что ст. 448 УПК РФ содержит ограничение по субъектам, в отношении которых может проводиться такая проверка. В связи с тем, что определением Тверского областного суда рассмотрение представления прокурора в отношении С. прекращено, дело рассмотрено в пределах доводов надзорного представления заместителя Генерального прокурора РФ. ___________ Суд, назначая наказание по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ, не учел, что осужденный подлежал освобождению от наказания, назначенного по предыдущему приговору, в силу акта об амнистии Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 14 июня 6. Суд, назначая наказание по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ, не учел, что осужденный подлежал освобождению от наказания, назначенного по предыдущему приговору, в силу акта об амнистии Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 14 июня 2006 г. N 181-П06 (И з в л е ч е н и е) По приговору Верховного Суда Республики Адыгея от 7 марта 2001 г. Максименко (судимый 10 июня 1998 г. по ч. 1 ст. 228, п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ к трем годам лишения свободы, освобожденный условно-досрочно) осужден: по ч. 1 ст. 105 УК РФ к четырнадцати годам лишения свободы, по п. "б" ч. 2 ст. 166 УК РФ к пяти годам лишения свободы; в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено наказание по совокупности преступлений в виде лишения свободы на восемнадцать лет. В силу ст. 70 УК РФ окончательно по совокупности приговоров ему назначено восемнадцать лет пять месяцев лишения свободы. По этому же приговору осужден Несветайлов, в отношении которого надзорное производство не возбуждено. С учетом внесенных в приговор изменений Максименко осужден за убийство Сорокина в ходе ссоры и за неправомерное завладение автомобилем без цели хищения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 11 мая 2001 г. приговор оставила без изменения. 5 марта 2004 г. судом приговор приведен в соответствие с Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ. Действия Максименко переквалифицированы с п. "б" ч. 2 ст. 166 на ч. 1 ст. 166 УК РФ. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено шестнадцать лет лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ окончательно назначено шестнадцать лет пять месяцев лишения свободы. Осужденный в надзорной жалобе просил об изменении судебных решений, исключении указания о назначении ему наказания по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ, поскольку он подлежал освобождению от наказания, назначенного по предыдущему приговору, в силу акта об амнистии. Президиум Верховного Суда РФ 14 июня 2006 г. удовлетворил надзорную жалобу осужденного по следующим основаниям. В соответствии с п. 1 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 г. N 398-III ГД "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" подлежали освобождению от наказания лица, впервые осужденные к лишению свободы на срок до трех лет включительно. Максименко осужден к трем годам лишения свободы за преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 228 и п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ, которые совершены им до принятия акта об амнистии. Ограничений, перечисленных в п. 11 данного акта об амнистии, которые препятствовали бы применению положений п. 1 акта об амнистии в отношении Максименко, не имелось. Злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания он не признавался. Акт об амнистии вступил в силу 27 мая 2000 г., и на тот период времени препятствия для его применения отсутствовали. При таких условиях у суда не было оснований при постановлении приговора назначать наказание по совокупности приговоров (ст. 70 УК РФ). Следовательно, Максименко к моменту постановления приговора по данному делу (7 марта 2001 г.) подлежал освобождению от наказания, назначенного ему по предыщущему приговору от 10 июня 1998 г., на основании акта об амнистии. В связи с этим должно быть исключено указание о признании обстоятельством, отягчающим наказание осужденного, рецидива преступлений и о назначении наказания Максименко с учетом положений ч. 2 ст. 68 УК РФ. Однако мера наказания, назначенная ему за каждое из преступлений и по совокупности преступлений, является справедливой, соответствующей характеру и степени общественной опасности преступлений, личности виновного, поэтому оснований для ее смягчения не имеется. ___________ Лицо, выданное иностранным государством, не может быть привлечено в качестве обвиняемого и осуждено без согласия государства, его выдавшего, за преступление, не указанное в запросе о его выдаче (ч. 1 ст. 461 УПК РФ) Постановление Президиума Верховного Суд 7. Лицо, выданное иностранным государством, не может быть привлечено в качестве обвиняемого и осуждено без согласия государства, его выдавшего, за преступление, не указанное в запросе о его выдаче (ч. 1 ст. 461 УПК РФ) Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2005 г. N 679-П05ПР (И з в л е ч е н и е) Московским городским судом 29 декабря 2004 г. Маджбур осужден по п. "а" ч. 2 ст. 105, п. "д" ч. 2 ст. 131, п. "г" ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 222 УК РФ, оправдан по пп. "г", "д" ч. 2 ст. 126 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Он признан виновным в совершении преступлений при следующих обстоятельствах. Маджбур у не установленного следствием лица незаконно приобрел самодельное огнестрельное оружие, изготовленное для производства выстрелов патронами калибра 9 мм к пистолетам Макарова и Стечкина, а также не менее 3 патронов калибра 9 мм, после чего некоторое время их незаконно хранил. 31 мая 2004 г., имея при себе указанное выше оружие и боеприпасы, Маджбур приехал в г. Москву к бывшей сожительнице Меркуловой Ю. для передачи денег на содержание сына. Между Меркуловой Ю. и Маджбуром возникла ссора. Испытывая неприязнь, Маджбур убил ее, выстрелив в голову. Затем, зайдя с оружием в кухню, где находились Меркулова Т. и Бородкова, произвел в Меркулову Т. два выстрела, причинив огнестрельное ранение головы, от которого потерпевшая скончалась в больнице. Далее Маджбур, зная о несовершеннолетнем возрасте Бородковой, изнасиловал ее и открыто похитил принадлежащий ей мобильный телефон. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 14 апреля 2005 г. приговор оставила без изменения. Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении поставил вопрос об исключении из приговора указания на осуждение Маджбура по п. "д" ч. 2 ст. 131, п. "г" ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 222 УК РФ и изменении наказания, назначенного по правилам ст. 69 УК РФ, поскольку данные статьи не были указаны в запросе Генеральной прокуратуры РФ к Генеральной прокуратуре Республики Беларусь о выдаче Маджбура. Президиум Верховного Суда РФ 21 декабря 2005 г. надзорное представление прокурора удовлетворил, указав следующее. Виновность Маджбура в совершении убийства Меркуловых подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, подробно изложенных в приговоре. Эти действия Маджбур совершил из личной неприязни, и они правильно квалифицированы по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Вместе с тем Президиум изменил судебные решения по следующим основаниям. В соответствии с ч. 1 ст. 461 УПК РФ лицо, выданное иностранным государством, не может быть привлечено в качестве обвиняемого и осуждено без согласия государства, его выдавшего, за преступление, не указанное в запросе о его выдаче. В силу постановления о привлечении в качестве обвиняемого, вынесенного в отношении Маджбура 1 июня 2004 г., его действия были квалифицированы органами следствия по пп. "а", "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. "д" ч. 2 ст. 126 УК РФ. 3 июня 2004 г. Маджбур был задержан в г. Минске Республики Беларусь, в связи с чем Генеральная прокуратура РФ обратилась с запросом о его выдаче правоохранительным органам Российской Федерации для уголовного преследования. Как видно из содержания ходатайства от 16 июня 2004 г., перед Генеральной прокуратурой Республики Беларусь вопрос о выдаче Маджбура был поставлен в связи с обвинением его в убийстве Меркуловой Т. и Меркуловой Ю., похищении Меркулова X., т. е. в совершении преступлений, предусмотренных пп. "а", "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. "д" ч. 2 ст. 126 УК РФ. Однако после выдачи, 26 ноября 2004 г., ему было предъявлено обвинение еще и по п. "д" ч. 2 ст. 131 УК РФ, п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ, которые не были указаны в запросе. Согласие иностранного государства на привлечение Маджбура к уголовной ответственности за изнасилование несовершеннолетней, незаконные действия с оружием и грабеж с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, не получено, чем нарушены требования ч. 1 ст. 461 УПК РФ. При таких обстоятельствах Президиум Верховного Суда РФ приговор суда и определение Судебной коллегии в отношении Маджбура в части его осуждения по п. "д" ч. 2 ст. 131, п. "г" ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 222 УК РФ отменил и производство по делу в этой части прекратил; эти же судебные решения изменил, исключил указание о назначении Маджбуру наказания по правилам ст. 69 УК РФ. Судебные решения в части оправдания Маджбура по пп. "г", "д" ч. 2 ст. 126 УК РФ, а также в части его осуждения по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ оставлены без изменения. ____________ Указатель судебной практики Указатель судебной практики +-----------------------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------------------¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦Пост. N 14 ¦О практике рассмотрения судами уголовных дел о¦ ¦Пленума ¦нарушении авторских, смежных, изобретательских и¦ ¦Верх. Суда РФ ¦патентных прав, а также о незаконном¦ ¦от 26.04.07 ¦использовании товарного знака ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 3 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.090.090 ¦ ¦ ¦060.020.160 ¦ ¦ ¦190.040.030 ¦ ¦ ¦030.020.020 ¦ ¦ ¦030.140.000 ¦ ¦ ¦110.020.000 ¦ ¦ ¦150.130.000 ¦ ¦ ¦030.120.210 ¦ ¦ ¦Пост. N 15 ¦О признании утратившими силу некоторых¦ ¦Пленума ¦постановлений Пленума Верховного Суда Российской¦ ¦Верх. Суда РФ ¦Федерации ¦ ¦от 26.04.07 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 10¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦070.060.090 ¦ ¦ ¦070.090.000 ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦Пост. N 23 ¦О внесении изменений и дополнений в¦ ¦Пленума ¦постановление Пленума Верховного Суда Российской¦ ¦Верх. Суда РФ ¦Федерации от 14 декабря 2000 г. N 35¦ ¦от 11.05.07 ¦"О некоторых вопросах, возникающих при¦ ¦Бюллетень ¦рассмотрении дел, связанных с реализацией¦ ¦Верх. Суда ¦инвалидами прав, гарантированных Законом¦ ¦Российской ¦Российской Федерации "О социальной защите¦ ¦Федерации, ¦граждан, подвергшихся воздействию радиации¦ ¦2007, N 7, с. 11¦вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в¦ ¦ ¦редакции постановления Пленума от 5 апреля¦ ¦ ¦2005 г. N 7) ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.100.050 ¦ ¦ ¦080.100.100 ¦ ¦ ¦180.040.020 ¦ ¦ ¦Пост. N 24 ¦О внесении изменения в постановление Пленума¦ ¦Пленума ¦Верховного Суда Российской Федерации от¦ ¦Верх. Суда РФ ¦29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения¦ ¦от 11.05.07 ¦судами дел о защите прав потребителей" (с¦ ¦Бюллетень ¦изменениями и дополнениями, внесенными¦ ¦Верх. Суда ¦постановлениями Пленума от 25 апреля 1995 г.¦ ¦Российской ¦N 6, от 25 октября 1996 г. N 10, от 17 января¦ ¦Федерации, ¦1997 г. N 2, от 21 ноября 2000 г. N 32, от¦ ¦2007, N 7, с. 13¦10 октября 2001 г. N 11, от 6 февраля 2007 г.¦ ¦ ¦N 6) ¦ ¦ ¦ ¦ ¦070.060.070 ¦ ¦ ¦070.060.090 ¦ ¦ ¦Опред. судьи ¦На лиц, проживавших с момента катастрофы на¦ ¦Верх. Суда РФ ¦Чернобыльской АЭС на территории, подвергшейся¦ ¦от 8.12.05 ¦радиоактивному загрязнению, а на момент¦ ¦Бюллетень ¦обращения за назначением пенсии выехавших с¦ ¦Верх. Суда ¦такой территории, либо проживающих в населенном¦ ¦Российской ¦пункте, исключенном из Перечня населенных¦ ¦Федерации, ¦пунктов, находящихся в границах зон¦ ¦2007, N 7, с. 14¦радиоактивного загрязнения вследствие катастрофы¦ ¦ ¦на Чернобыльской АЭС, распространяются положения¦ ¦ ¦ст. 34 Закона Российской Федерации "О социальной¦ ¦ ¦защите граждан, подвергшихся воздействию¦ ¦ ¦радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской¦ ¦ ¦АЭС" ¦ ¦ ¦ ¦ ¦060.020.060 ¦ ¦ ¦060.020.180 ¦ ¦ ¦130.010.040 ¦ ¦ ¦Опред. судьи ¦Ученый совет необособленного структурного¦ ¦Верх. Суда РФ ¦подразделения высшего учебного заведения¦ ¦от 30.08.06 ¦полномочен проводить конкурсы на замещение¦ ¦Бюллетень ¦должностей научно-педагогических работников ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 15¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦060.020.180 ¦ ¦ ¦020.020.000 ¦ ¦ ¦010.110.030 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Закон субъекта Российской Федерации,¦ ¦Верх. Суда РФ ¦предусматривающий ответственность¦ ¦от 3.05.06 ¦государственных гражданских служащих за¦ ¦Бюллетень ¦несоблюдение установленных им требований,¦ ¦Верх. Суда ¦признан противоречащим федеральному¦ ¦Российской ¦законодательству ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 16¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦010.110.030 ¦ ¦ ¦080.050.040 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦От имени субъекта Российской Федерации право¦ ¦Верх. Суда РФ ¦осуществления государственных внутренних¦ ¦от 26.04.06 ¦заимствований и выдачи государственных гарантий¦ ¦Бюллетень ¦другим заемщикам для привлечения кредитов¦ ¦Верх. Суда ¦(займов) принадлежит уполномоченному органу¦ ¦Российской ¦исполнительной власти субъекта Российской¦ ¦Федерации, ¦Федерации ¦ ¦2007, N 7, с. 17¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦080.050.060 ¦ ¦ ¦080.050.020 ¦ ¦ ¦160.020.090 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Положения нормативного правового акта субъекта¦ ¦Верх. Суда РФ ¦Российской Федерации, ограничивающие¦ ¦от 28.06.06 ¦расходование государственными учреждениями¦ ¦Бюллетень ¦внебюджетных средств, получаемых от оказания¦ ¦Верх. Суда ¦населению платных услуг, признаны¦ ¦Российской ¦противоречащими федеральному законодательству ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 20¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦020.060.050 ¦ ¦ ¦020.060.040 ¦ ¦ ¦010.150.000 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Нормы закона субъекта Российской Федерации,¦ ¦Верх. Суда РФ ¦регулирующего деятельность административных¦ ¦от 19.04.06 ¦комиссий муниципальных образований, признаны¦ ¦Бюллетень ¦противоречащими федеральному законодательству ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 21¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦170.020.030 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Дополнительной квалификации действий виновного¦ ¦Верх. Суда РФ ¦по ст. 127 УК РФ не требуется, если его умысел¦ ¦от 24.05.06 ¦был направлен не на лишение потерпевших свободы,¦ ¦Бюллетень ¦а на применение насилия в ходе разбойного¦ ¦Верх. Суда ¦нападения и вымогательства для завладения¦ ¦Российской ¦имуществом ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 23¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.020 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Действия лиц по легализации денежных средств,¦ ¦Верх. Суда РФ ¦полученных преступным путем, совершенные¦ ¦от 13.06.06 ¦организованной группой, обоснованно¦ ¦Бюллетень ¦квалифицированы по ч. 3 ст. 174 УК РФ (в ред. от¦ ¦Верх. Суда ¦13 июня 1996 г.) ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 25¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.020.010 ¦ ¦ ¦180.060.010 ¦ ¦ ¦Опред. СК ¦Приговор и последующие судебные решения по¦ ¦Верх. Суда РФ ¦обвинению в распространении заведомо ложных¦ ¦от 2.11.06 ¦сведений, порочащих честь и достоинство другого¦ ¦Бюллетень ¦лица (ч. 1 ст. 129 УК РФ), отменены, и¦ ¦Верх. Суда ¦производство по уголовному делу прекращено за¦ ¦Российской ¦отсутствием в деянии состава преступления ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 27¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.030 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Частное постановление суда в отношении адвоката¦ ¦Верх. Суда РФ ¦признано необоснованным ¦ ¦от 7.06.06 ¦ ¦ ¦Бюллетень ¦ ¦ ¦Верх. Суда ¦ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 28¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦180.060.020 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Уголовно-процессуальный закон не устанавливает¦ ¦Верх. Суда РФ ¦каких-либо ограничений при проведении проверки¦ ¦от 20.12.06 ¦по сообщению о совершенном или готовящемся¦ ¦Бюллетень ¦преступлении в отношении лиц, указанных в¦ ¦Верх. Суда ¦ст. 447 УПК РФ ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 29¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦170.010.030 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Суд, назначая наказание по совокупности¦ ¦Верх. Суда РФ ¦приговоров на основании ст. 70 УК РФ, не учел,¦ ¦от 14.06.06 ¦что осужденный подлежал освобождению от¦ ¦Бюллетень ¦наказания, назначенного по предыдущему¦ ¦Верх. Суда ¦приговору, в силу акта об амнистии ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 30¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦030.150.020 ¦ ¦ ¦200.050.020 ¦ ¦ ¦Пост. Презид. ¦Лицо, выданное иностранным государством, не¦ ¦Верх. Суда РФ ¦может быть привлечено в качестве обвиняемого и¦ ¦от 21.12.05 ¦осуждено без согласия государства, его¦ ¦Бюллетень ¦выдавшего, за преступление, не указанное в¦ ¦Верх. Суда ¦запросе о его выдаче (ч. 1 ст. 461 УПК РФ) ¦ ¦Российской ¦ ¦ ¦Федерации, ¦ ¦ ¦2007, N 7, с. 31¦ ¦ +-----------------------------------------------------------------+