31.01.2011
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 1 2011 года Опубликовано: 31.01.2011 Пленум Верховного Суда Российской Федерации Пленум Верховного Суда Российской Федерации ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 26 октября 2010 г. под председательством В.М.Лебедева - Председателя Верховного Суда Российской Федерации состоялось заседание Пленума Верховного Суда Российской Федерации, который обсудил проекты постановлений "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ)" и "О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства". С докладом "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ)" выступил секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.Дорошков, отметивший, что обсуждаемая тема во многом обусловлена поручением Президента Российской Федерации от 9 сентября 2009 г., сформулированным по итогам совещания, на котором рассматривались вопросы прикаспийского сотрудничества. Верховным Судом Российской Федерации проведено изучение практики рассмотрения судами России уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 253 и ст. 256 УК РФ, установившими уголовную ответственность за незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов и за разработку природных ресурсов континентального шельфа и исключительной экономической зоны Российской Федерации. По данным статистики, за совершение преступления, предусмотренного ст. 256 УК РФ, суды ежегодно осуждают примерно одинаковое количество "браконьеров" - 10 - 12,5 тыс. человек. Доля осужденных за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 253 УК РФ, в структуре судимости за экологические правонарушения не составляет и 1%. В 2008 году наблюдалась тенденция сокращения лиц, привлекаемых к уголовной ответственности за преступления в области рыболовства и охраны водных биологических ресурсов. Определяя конкретный перечень вопросов, подлежащих отражению в постановлении Пленума, авторы проекта исходили из того, что в действующем постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения", принятом в 1998 году, содержится целый ряд разъяснений по вопросам применения уголовного закона в случае нарушений законодательства Российской Федерации в сфере рыболовства. И хотя в ходе рассмотрения уголовных дел этой категории у подавляющего большинства судов каких-либо затруднений не возникало, в отдельных регионах они сталкивались с вопросами, которые нуждаются в дополнительном разъяснении и уточнении, поскольку некоторые судьи по-разному воспринимают и толкуют положения ч. 2 ст. 253 и ст. 256 УК РФ. При изучении поступивших из регионов материалов по делам о преступлениях в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов было отмечено, что суды довольно редко выносили частные постановления (определения), обращающие внимание соответствующих организаций и должностных лиц на обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, и факты нарушения закона, требующие принятия необходимых мер для их устранения, даже при наличии к тому оснований. В этой связи в заключительном пункте проекта постановления судам рекомендовано устанавливать данные обстоятельства и факты нарушения прав и свобод граждан, а также нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия о незаконной добыче водных биологических ресурсов, нарушения законодательства Российской Федерации о континентальном шельфе и об исключительной экономической зоне Российской Федерации, а также реагировать на нарушения, допущенные при рассмотрении таких дел нижестоящими судами. Проект постановления направлялся для получения отзывов в республиканские, краевые, областные и равные им суды, а также в заинтересованные ведомства и научные организации. С учетом полученных замечаний проект дорабатывался и обсуждался в Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации и на заседании Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации. Представленный на рассмотрение Пленума проект постановления - это уже третий вариант, подготовленный с учетом последних замечаний и предложений, поступивших от судей Верховного Суда Российской Федерации, учебных заведений и заинтересованных ведомств. Выступившая в прениях по докладу заместитель председателя Астраханского областного суда Т.Ф.Снаткина отметила, что незаконный рыбный промысел в Астраханской области относится к самым распространенным экологическим преступлениям, количество которых на протяжении последних пяти лет остается стабильно высоким и составляет примерно 23-25% от общего количества дел, рассмотренных федеральными и мировыми судьями. Отмечается рост преступлений, которые совершены группой лиц по предварительному сговору, в составе организованной группы, с использованием своего служебного положения, в том числе лицами, обладающими контрольно-надзорными функциями в области контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов, а также сотрудниками территориальных управлений Министерства внутренних дел Российской Федерации. Как показывает судебная практика, за незаконный рыбный промысел чаще привлекаются местные жители, осуществлявшие незаконный вылов рыбы для своей жизнедеятельности, добывшие незначительное количество рыбы частиковых пород, и реже выявляются преступления, совершенные лицами, которые специализируются на незаконном вылове наиболее ценных видов рыб в составе организованных групп, имеющих в своем арсенале современные самоходные транспортные плавающие средства, эхолоты, спутниковые навигационные приборы и многочисленные орудия лова. При рассмотрении дел данной категории суды руководствуются разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 14 "О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения" и в основном обеспечивают правильное и единообразное применение законодательства. Однако диспозиции действующих норм закона, предусматривающих ответственность за незаконную добычу водных биологических ресурсов, не совсем совершенны и требуют разъяснений. В проекте постановления Пленума, подчеркнула Т.Ф.Снаткина, отражены основные положения, на которые следует обратить внимание при рассмотрении указанной категории дел, что, безусловно, поможет избежать ошибок в применении уголовного закона при рассмотрении уголовных дел о незаконном рыбном промысле и будет способствовать формированию единообразной судебной практики, отвечающей требованиям законодательства. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации С.Г.Кехлеров в своем заключении поддержал внесенный на обсуждение Пленума Верховного Суда Российской Федерации проект постановления, в подготовке которого непосредственное участие принимали представители Генеральной прокуратуры Российской Федерации. Вместе с тем он предложил внести ряд изменений в некоторые разъяснения. В прениях по докладу приняли участие также Ю.С.Любимов - заместитель Министра юстиции Российской Федерации, Н.Д.Вершило - профессор кафедры земельного и экологического права Российской академии правосудия, доктор юридических наук, В.А.Чуприн - заместитель начальника Департамента охраны общественного порядка Министерства внутренних дел Российской Федерации. С докладом по вопросу "О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства" выступил первый заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации П.П.Серков. Он подчеркнул актуальность внесенного на обсуждение Пленума проекта постановления, которая объясняется необходимостью обеспечения единства судебной практики при рассмотрении дел об административных правонарушениях в области охраны окружающей среды и природопользования и, в частности, охраны водных биоресурсов. В 2009 году, отметил докладчик, за административные правонарушения, составы которых предусмотрены ч. 2 ст. 8.17 и ч. 2 ст. 8.37 КоАП РФ, привлечены к административной ответственности 7457 человек, что составляет более 50% всех лиц, привлеченных к административной ответственности по статьям, содержащимся в главе 8 КоАП РФ. Назначены к взысканию административные штрафы на сумму, составляющую почти 480,5 млн. рублей, конфискованы 44 судна и около 5 тысяч единиц иных орудий добычи биологических ресурсов. Верховным Судом Российской Федерации изучена практика рассмотрения дел данной категории. Проект постановления Пленума направлялся в республиканские, краевые, областные и равные им суды, в научные учреждения. Итоговый вариант проекта постановления обсуждался на заседании Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации, а также в Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. Кроме того, его положения анализировались на семинаре судей краевых и областных судов Дальневосточного федерального округа. Проект постановления вобрал в себя наработанный опыт рассмотрения дел об административных правонарушениях. Выступивший в прениях по докладу заместитель председателя Камчатского краевого суда Н.Б.Кудрявцев подчеркнул, что принятие постановления Пленума в предлагаемой редакции позволит в максимальной степени обеспечить охрану водных биологических ресурсов, поскольку содержащиеся в нем разъяснения носят сугубо практический характер и в полной мере отвечают современным реалиям жизни. Изложенные в проекте правовые позиции, отметил он, уже доказали свою жизнеспособность и практическую эффективность, поскольку полностью совпадают с выработанной в течение нескольких лет судебной практикой Дальневосточного региона и, в частности, Камчатского края. Данный документ после его принятия будет иметь большое практическое значение, позволит установить разумный баланс между интересами государства и предпринимательской деятельностью в сфере добычи водных биологических ресурсов, поможет сохранить богатый водный мир для наших потомков. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации С.Г.Кехлеров в своем заключении отметил, что представленный проект постановления детально проработан и является достаточно полным для того, чтобы судьи могли руководствоваться им, поэтому Генеральная прокуратура Российской Федерации поддерживает данный документ. В прениях по докладу приняли участие также Ю.С.Любимов - заместитель Министра юстиции Российской Федерации, М.П.Штатина - заведующая кафедрой административного права Российской академии правосудия, кандидат юридических наук, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации. В работе Пленума участвовали B.C.Груздев - первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству; Ю.С.Горбунов - статс-секретарь - заместитель Директора Федеральной службы безопасности Российской Федерации; С.А.Подолян - статс-секретарь - заместитель Руководителя Федерального агентства по рыболовству. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ)" и "О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства" приняты 23 ноября 2010 г. ____________ Постановление N 26 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 г. О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 26 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 23 ноября 2010 г. О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ) Обсудив результаты обобщения практики применения судами законодательства об ответственности за преступления, предусмотренные статьями 253 и 256 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ), Пленум Верховного Суда Российской Федерации отмечает, что судами в основном соблюдаются требования законодательства и учитываются разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 14 "О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения". Вместе с тем имеются случаи неправильного применения законодательства, что приводит к судебным ошибкам. Суды неодинаково квалифицируют действия лиц, совершивших незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов с применением самоходного транспортного плавающего средства, запрещенных орудий лова, а также иных способов массового истребления водных животных и растений. По-разному судами решаются вопросы о конфискации транспортных плавающих средств и иных орудий совершения незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов, в том числе при исследовании, поиске, разведке, разработке природных ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации, проводимых без соответствующего разрешения. Нуждается в уточнении содержание некоторых понятий, используемых в нормах об уголовной ответственности за деяния в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов с учетом общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации. В целях дальнейшего совершенствования деятельности судов по применению экологического законодательства Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, постановляет: 1. Обратить внимание судов на то, что рыболовство и сохранение водных биологических ресурсов регулируются не только федеральным законодательством, но и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации. В связи с этим судам для обеспечения правильного применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в каждом конкретном случае необходимо устанавливать и отражать в приговоре, какие правовые нормы были нарушены в результате совершения преступления. Решая вопрос о законности или незаконности добычи (вылова) водных биологических ресурсов, судам следует учитывать законодательство Российской Федерации и положения действующих для Российской Федерации международных договоров. Если международные договоры Российской Федерации в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов устанавливают иные правила, чем те, которые предусмотрены законодательством о рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов, применяются правила этих международных договоров. 2. Разъяснить судам, что уголовная ответственность по части 2 статьи 253 УК РФ за исследование, поиск, разведку, разработку природных ресурсов континентального шельфа Российской Федерации или исключительной экономической зоны Российской Федерации наступает в случаях, когда такие деяния совершены без обращения в уполномоченные федеральные органы исполнительной власти за получением разрешения (лицензии) или после подачи заявки на лицензирование, но без получения разрешения (лицензии) или при отказе в лицензировании либо после получения положительного ответа о лицензировании, но до регистрации лицензии, либо после истечения срока действия лицензии, или после выбора указанной в разрешении (лицензии) квоты. При определении понятия "исключительная экономическая зона Российской Федерации" необходимо учитывать положения статьи 1 Федерального закона "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации", а при определении понятия "континентальный шельф Российской Федерации" - положения статьи 1 Федерального закона "О континентальном шельфе Российской Федерации". Вылов водных биологических ресурсов, совершенный в целях научно-исследовательских работ, поиска и разработки природных ресурсов континентального шельфа Российской Федерации или исключительной экономической зоны Российской Федерации без специального разрешения, полностью охватывается частью 2 статьи 253 УК РФ, если лицом не осуществлялась незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов при наличии признаков, предусмотренных в частях 1 и 3 статьи 256 УК РФ. Уголовная ответственность в таких случаях, при наличии к тому оснований, наступает по соответствующим частям статьи 256 УК РФ. 3. Под незаконной добычей (выловом) водных биологических ресурсов (статья 256 УК РФ) судам следует понимать действия, направленные на их изъятие из среды обитания и (или) завладение ими в нарушение норм экологического законодательства (например, без полученного в установленном законом порядке разрешения, в нарушение положений, предусмотренных таким разрешением, в запрещенных районах, в отношении отдельных видов запрещенных к добыче (вылову) водных биологических ресурсов, в запрещенное время, с использованием запрещенных орудий лова), при условии, что такие действия совершены лицом с применением самоходного транспортного плавающего средства, взрывчатых или химических веществ, электротока либо иных способов массового истребления водных животных и растений, в местах нереста или на миграционных путях к ним, на особо охраняемых природных территориях, в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной экологической ситуации либо, когда такие действия повлекли причинение крупного ущерба. Судам в каждом случае необходимо устанавливать и отражать в приговоре, в чем конкретно выразились незаконная добыча (вылов) или способ вылова водных биологических ресурсов с указанием нормы федерального закона, других нормативных правовых актов, регулирующих осуществление рыболовства, которые были нарушены. 4. При отнесении ущерба, причиненного незаконной добычей (выловом) водных биологических ресурсов, к крупному (пункт "а" части 1 статьи 256 УК РФ), судам надлежит исходить из количества и стоимости добытого, поврежденного и уничтоженного, распространенности особей, их отнесения в установленном порядке к специальным категориям, а также учитывать нанесенный их добычей ущерб водным биологическим ресурсам. К такому ущербу следует, в частности, относить: гибель большого числа неполовозрелых рыб (мальков), вылов или уничтожение рыб и растений, занесенных в Красную книгу Российской Федерации или Красную книгу субъекта Российской Федерации, уничтожение мест нереста, зимовальных ям, нагульных площадей, ухудшение качества среды обитания водных биологических ресурсов и нарушение процесса их воспроизводства. Для правильной оценки причиненного ущерба могут привлекаться соответствующие специалисты или эксперты. 5. К самоходным транспортным плавающим средствам следует относить те из них, которые оснащены двигателями (например, суда, яхты, катера, моторные лодки), а также иные плавающие конструкции, приводимые в движение с помощью мотора (пункт "б" части 1 статьи 256 УК РФ). При этом должно быть установлено, что данное самоходное транспортное плавающее средство непосредственно использовалось как орудие добычи водных биологических ресурсов (например, для установки и (или) снятия рыболовной сети). 6. Под иными способами массового истребления водных животных и растений понимаются действия, связанные с применением таких незаконных орудий лова, которые повлекли либо могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлиять на среду их обитания: прекращение доступа кислорода в водный объект посредством уничтожения или перекрытия источников его водоснабжения, спуск воды из водных объектов, перегораживание водоема (например, реки, озера) орудиями лова более чем на две трети его ширины, применение крючковой снасти типа перемета, лов рыбы гоном, багрение, использование запруд, применение огнестрельного оружия, колющих орудий. Решая вопрос о том, совершено ли преступление с применением способов массового истребления водных биологических ресурсов, судам надлежит не только исходить из того, какой запрещенный вид орудия лова или способ вылова был применен, но и устанавливать, может ли их применение с учетом конкретных обстоятельств дела повлечь указанные последствия. В необходимых случаях к исследованию свойств таких орудий лова или примененных способов добычи (вылова) водных биологических ресурсов надлежит привлекать соответствующих специалистов либо экспертов. 7. При квалификации действий лица, совершившего незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов с применением способов их массового истребления, суду следует руководствоваться нормативными правовыми актами, регламентирующими порядок добычи водных биоресурсов и устанавливающими запреты, в том числе относящиеся к орудиям лова, способам, местам вылова и др. Если установлено, что в ходе вылова применялись такие орудия лова, использование которых не могло повлечь массового истребления водных животных и растений при отсутствии иных способов их массового вылова, в действиях такого лица отсутствует состав преступления, предусмотренный пунктом "б" части 1 статьи 256 УК РФ. 8. Местом нереста следует признавать, например, море, реку, водоем или часть водоема, где рыба мечет икру, а под миграционным путем к нему - проходы, по которым рыба идет к месту нереста. Если водный объект имеет небольшие размеры (например, озеро, пруд, запруда) и нерест происходит по всему водоему, он с учетом установленных фактических обстоятельств может быть признан местом нереста (пункт "в" части 1 статьи 256 УК РФ). Квалификация незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов по признаку совершения деяния в местах нереста или на миграционных путях к ним возможна лишь при условии совершения этих действий в период нереста или миграции к местам нереста. Совершение такого деяния вне этих сроков или с помощью орудий лова, применение которых не причиняет вред нерестящимся особям, не подлежит признанию преступным по данному признаку. 9. Для установления факта добычи водных биологических ресурсов в запрещенных районах: в местах нереста или миграционных путях к ним, на особо охраняемых природных территориях, а также в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной экологической ситуации (пункты "в" и "г" части 1 статьи 256 УК РФ), судам надлежит исследовать данные, определяющие такой район промысла с описанием ориентиров или географических координат. 10. В тех случаях, когда действия лица, непосредственно направленные на незаконную добычу водных биологических ресурсов (например, начало установки орудий лова, непосредственная подготовка к применению для вылова рыбы и других водных биологических ресурсов взрывчатых или химических веществ, электротока), были пресечены в установленном законом порядке, содеянное им надлежит квалифицировать по части 3 статьи 30 УК РФ и соответствующей части статьи 256 УК РФ. 11. Исходя из положений пункта 1 части 3 статьи 81 УПК РФ о том, что орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, суду при поступлении уголовного дела о преступлении, предусмотренном статьей 256 УК РФ, необходимо выяснять, приняты ли меры по обеспечению возможной конфискации орудий преступления. При наличии оснований, указанных в статье 230 УПК РФ, суд вправе по собственной инициативе или по ходатайству потерпевшего, гражданского истца либо их представителей, а также прокурора при подготовке дел к судебному заседанию принять меры для обеспечения возможной конфискации имущества. В соответствии с требованием пункта 2 части 1 статьи 309 УПК РФ в резолютивной части приговора надлежит решить вопрос о вещественных доказательствах, в том числе о конфискации в порядке пункта "г" части 1 статьи 104-1 УК РФ орудий незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому (например, эхолотов, навигаторов). При конфискации судна (самоходного или несамоходного) суду необходимо выяснить, не является ли оно для подсудимого основным законным источником средств к существованию (например, добыча водных биологических ресурсов для обеспечения жизнедеятельности коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока). 12. Если действия, связанные с незаконной добычей (выловом) водных биологических ресурсов, совершенные лицом с применением самоходного транспортного плавающего средства либо в местах нереста или на миграционных путях к ним, или на особо охраняемых природных территориях, хотя формально и содержали признаки преступления, предусмотренного частью 2 статьи 253 или статьей 256 УК РФ, но в силу малозначительности не представляли общественной опасности, когда не использовались способы массового истребления водных животных и растений, суд вправе прекратить уголовное дело на основании части 2 статьи 14 УК РФ. При этом основанием для признания действий подсудимого малозначительными может служить, например, незначительные количество и стоимость выловленной рыбы, отсутствие вредных последствий для окружающей среды, а также используемый способ добычи, который не являлся опасным для биологических, в том числе и рыбных, ресурсов. 13. Судам надлежит устанавливать обстоятельства, способствовавшие совершению преступлений, предусмотренных статьями 253 и 256 УК РФ, нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия о незаконной добыче водных биологических ресурсов, нарушения законодательства Российской Федерации о континентальном шельфе и об исключительной экономической зоне Российской Федерации, а также реагировать на нарушения, допущенные при рассмотрении таких дел нижестоящими судами. В каждом таком случае в соответствии с частью 4 статьи 29 УПК РФ необходимо выносить частные постановления (определения), обращая внимание соответствующих организаций и должностных лиц на данные обстоятельства и факты нарушения закона, требующие принятия необходимых мер для их устранения. Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ Постановление N 27 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 г. О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующ ПОСТАНОВЛЕНИЕ N 27 ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 23 ноября 2010 г. О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства Обсудив материалы проведенного изучения практики применения судьями части 2 статьи 8.16, части 2 статьи 8.17 и части 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в целях обеспечения единообразия судебной практики Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, постановляет дать следующие разъяснения: 1. При рассмотрении дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства, необходимо учитывать, что отношения в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (далее - водные биоресурсы) регулируются в том числе: федеральными законами (от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" с последующими изменениями, от 31 июля 1998 г. N 155-ФЗ "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации" с последующими изменениями, от 30 ноября 1995 г. N 187-ФЗ "О континентальном шельфе Российской Федерации" с последующими изменениями, от 17 декабря 1998 г. N 191-ФЗ "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации" с последующими изменениями); указами Президента Российской Федерации (в частности, от 29 августа 1997 г. N 950 "О мерах по обеспечению охраны морских биологических ресурсов и государственного контроля в этой сфере"); постановлениями Правительства Российской Федерации, принятыми в пределах полномочий, определенных Федеральным законом от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов", другими федеральными законами, а также нормативными указами Президента Российской Федерации (часть 3 статьи 3 названного Федерального закона); нормативными правовыми актами, принятыми федеральными органами исполнительной власти в пределах их компетенции (например, правилами рыболовства, утвержденными федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства для каждого рыбохозяйственного бассейна в соответствии со статьей 43-1 Федерального закона от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов"); законами субъектов Российской Федерации в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов; нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, принятыми ими в пределах своих полномочий на основании и во исполнение Федерального закона от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов", других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также законов субъектов Российской Федерации (часть 5 статьи 3 названного Закона). Кроме того, отношения в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов в соответствии с частью 6 статьи 3 Федерального закона от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" могут регулироваться нормативными правовыми актами органов местного самоуправления в случаях предоставления им таких полномочий указанным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также законами и другими нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации. 2. Международные договоры Российской Федерации в силу части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законодательством об административных правонарушениях, а также о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов, то применяются правила международного договора (часть 2 статьи 1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), статья 4 Федерального закона от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов"). При выяснении вопроса о возможности применения конкретных положений международного договора необходимо учитывать разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации". К международным договорам, регулирующим вопросы рыболовства, сохранения водных биоресурсов и являющимся обязательными для Российской Федерации, относятся, в частности, Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву от 10 декабря 1982 г. (далее - Конвенция по морскому праву), Международная конвенция по регулированию китобойного промысла от 2 декабря 1946 г., Временная конвенция о сохранении котиков северной части Тихого океана от 9 февраля 1957 г., Конвенция о сохранении запасов анадромных видов в северной части Тихого океана от 11 февраля 1992 г., Конвенция о сохранении ресурсов минтая и управлении ими в центральной части Берингова моря от 16 июня 1994 г. 3. Частью 2 статьи 8.16 и частью 2 статьи 8.17 КоАП РФ предусмотрена возможность привлечения лица к административной ответственности за совершение административных правонарушений во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе, в исключительной экономической зоне Российской Федерации. При определении понятий и границ внутренних морских вод, территориального моря, континентального шельфа, исключительной экономической зоны следует руководствоваться соответствующими положениями федеральных законов от 31 июля 1998 г. N 155-ФЗ "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации", от 30 ноября 1995 г. N 187-ФЗ "О континентальном шельфе Российской Федерации", от 17 декабря 1998 г. N 191-ФЗ "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации" и Конвенции по морскому праву. Применяя положения вышеназванных федеральных законов и Конвенции по морскому праву, необходимо иметь в виду, что международными договорами Российской Федерации может быть предусмотрен иной правовой режим морских пространств (статья 311 Конвенции по морскому праву). Так, из статьи 1 Договора между Российской Федерацией и Украиной о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива от 24 декабря 2003 г. и статьи 1 Соглашения между Комитетом Российской Федерации по рыболовству и Государственным комитетом Украины по рыбному хозяйству и рыбной промышленности по вопросам рыболовства в Азовском море от 14 сентября 1993 г. следует, что Азовское море и Керченский пролив являются внутренними водами Российской Федерации и Украины и живые ресурсы указанных вод находятся в совместном пользовании этих государств. Из положений Соглашения между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях осуществления суверенных прав на недропользование от 6 июля 1998 г., Соглашения между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой о разграничении сопредельных участков дна Каспийского моря от 23 сентября 2002 г., Соглашения между Российской Федерацией, Азербайджанской Республикой и Республикой Казахстан о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна Каспийского моря от 14 мая 2003 г., Декларации Азербайджанской Республики, Исламской Республики Иран, Республики Казахстан, Российской Федерации и Туркменистана от 16 октября 2007 г., Договора об основах взаимоотношений и принципах сотрудничества между Российской Федерацией и Исламской Республикой Иран от 12 марта 2001 г. следует, что в отношении Каспийского моря положения Конвенции по морскому праву, предусматривающие, в частности, право прибрежного государства на внутренние воды, территориальное море, континентальный шельф и исключительную экономическую зону, не действуют. Российская Федерация в качестве государства - продолжателя СССР (пункт 3 статьи I Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации") реализует свои права и обязанности по Договору о торговле и мореплавании между СССР и Ираном от 25 марта 1940 г., из которого следует, что каждая из Договаривающихся Сторон сохраняет за судами своего флага право на ловлю рыбы в водах, омывающих ее берега, до пределов 10 морских миль. 4. В силу части 1 статьи 28.7 КоАП РФ после выявления административных правонарушений, предусмотренных частью 2 статьи 8.16, частью 2 статьи 8.17 и частью 2 статьи 8.37 КоАП РФ, в случае необходимости может быть проведено административное расследование. Дела об указанных правонарушениях, производство по которым осуществлялось в форме административного расследования, во всех случаях подлежат рассмотрению судьями районных судов, а не соответствующими органами или должностными лицами (часть 3 статьи 23.1 КоАП РФ). 5. В целях выполнения предусмотренных статьей 24.1 КоАП РФ задач производства по делам об административных правонарушениях по каждому делу наряду с иными подлежащими выяснению обстоятельствами необходимо устанавливать, какие именно незаконные действия (бездействие) совершены, какие требования нормативных правовых актов нарушены в результате таких действий (бездействия). 6. Исходя из положений федеральных законов от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов", от 30 ноября 1995 г. N 187-ФЗ "О континентальном шельфе Российской Федерации", от 17 декабря 1998 г. N 191-ФЗ "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации", необходимыми условиями законного ведения промысла водных биоресурсов (рыболовства) являются получение соответствующих разрешительных документов (в случаях, когда установлена необходимость их получения), выполнение обязанностей и соблюдение предусмотренных законодательством ограничений, обязательных при осуществлении конкретной деятельности в рамках данного вида рыболовства. С учетом этого невыполнение лицами, осуществляющими рыболовство, одного или нескольких из предусмотренных требований влечет административную ответственность на основании части 2 статьи 8.16, части 2 статьи 8.17, части 2 статьи 8.37 КоАП РФ. Статья 1 Федерального закона от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" определяет понятие рыболовства не только как деятельность по добыче (вылову) водных биоресурсов, но и в предусмотренных данным Законом случаях как деятельность по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной и иной продукции из этих ресурсов. Так, в соответствии с указанной нормой любительское и спортивное рыболовство представляет собой деятельность по добыче (вылову) водных биоресурсов в целях личного потребления и в рекреационных целях, в то время как промышленное рыболовство - это предпринимательская деятельность по поиску и добыче (вылову) водных биоресурсов, по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной и иной продукции из этих водных биоресурсов. К нарушениям правил осуществления рыболовства относятся, например: добыча (вылов) водных биоресурсов без разрешительных документов, если их получение является необходимым условием осуществления этой деятельности (то есть без разрешения на добычу (вылов), без путевки для осуществления любительского и спортивного рыболовства); нарушение условий, предусмотренных разрешительным документом на добычу (вылов), в частности несоблюдение целей, указанных в разрешении на добычу (вылов) водных биоресурсов (промышленных, научных, контрольных, рыбоводных); добыча (вылов) в районах, не определенных в разрешении, с нарушением установленных сроков, не указанными в разрешении орудиями или способом, в большем количестве, чем предусмотрено разрешением; несоблюдение установленных запретов (например, в отношении периода, орудий, способов лова, мест добычи (вылова) при осуществлении любительского и спортивного рыболовства); осуществление рыболовства при отсутствии на судне специальных средств технического контроля, обеспечивающих постоянную автоматическую передачу информации о местоположении судна, и (или) других технических средств контроля, когда оснащение судна такими средствами является обязательным; отсутствие учета либо ненадлежащий учет водных биоресурсов в промысловом журнале и (или) иных отчетных документах при условии, что законодательством установлена обязанность по ведению таких документов. 7. Действия (бездействие), совершенные в пределах внутренних морских вод, территориального моря, континентального шельфа, исключительной экономической зоны Российской Федерации и выразившиеся в несоблюдении или ненадлежащем соблюдении правил добычи (вылова) водных биоресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление рыболовства в этих морских пространствах, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.17 КоАП РФ. Объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.37 КоАП РФ, образуют действия (бездействие), выразившиеся в несоблюдении или ненадлежащем соблюдении правил добычи (вылова) водных биоресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление рыболовства, за исключением случаев, когда такие действия (бездействие) подлежат квалификации по части 2 статьи 8.17 КоАП РФ. Квалификации по части 2 статьи 8.37 КоАП РФ подлежат действия (бездействие) лиц, нарушивших правила осуществления рыболовства во внутренних водах Российской Федерации, за исключением внутренних морских вод. Действия (бездействие) лиц, осуществляющих рыболовство в пределах внутренних морских вод, территориального моря, континентального шельфа, исключительной экономической зоны Российской Федерации, также могут быть квалифицированы по части 2 статьи 8.37 КоАП РФ, если будет установлено, что указанными лицами нарушены правила добычи (вылова) водных биоресурсов и (или) иные правила осуществления рыболовства, однако водные биоресурсы не обнаружены. 8. В случаях, предусмотренных законодательством, лица, осуществляющие рыболовство, обязаны вести промысловый журнал и другие документы, необходимые для учета водных биоресурсов (например, пунктом 9 части 2 статьи 14-4 Федерального закона от 30 ноября 1995 г. N 187-ФЗ "О континентальном шельфе Российской Федерации", подпунктом 9 пункта 2 статьи 12-4 Федерального закона от 17 декабря 1998 г. N 191-ФЗ "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации", Правилами рыболовства для Северного, Дальневосточного, Байкальского, Западного, Азово-Черноморского, Волжско-Каспийского, Восточно-Сибирского и Западно-Сибирского рыбохозяйственных бассейнов, утвержденными соответствующими приказами Федерального агентства по рыболовству). Невыполнение такой обязанности названными лицами (за исключением капитана судна в случаях, указанных в части 2 статьи 8.16 КоАП РФ) является одним из признаков объективной стороны составов административных правонарушений, предусмотренных частью 2 статьи 8.17 и частью 2 статьи 8.37 КоАП РФ. Невыполнение капитаном судна, осуществляющего добычу (вылов) водных биоресурсов внутренних морских вод, территориального моря, континентального шельфа и (или) исключительной экономической зоны Российской Федерации, предусмотренных законодательством Российской Федерации обязанностей по ведению промыслового журнала, а равно внесение в него искаженных сведений образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.16 КоАП РФ. Если виновные противоправные действия (бездействие), совершенные капитаном судна, осуществляющего добычу (вылов) водных биоресурсов в пределах названных выше морских пространств, выразились не только в невыполнении или ненадлежащем выполнении обязанностей по ведению промыслового журнала, но и в нарушении других правил осуществления рыболовства, то его действия (бездействие) подлежат квалификации по части 2 статьи 8.16 КоАП РФ и либо по части 2 статьи 8.17, либо по части 2 статьи 8.37 КоАП РФ, в зависимости от конкретных обстоятельств дела (режима водных пространств, где совершено административное правонарушение, а также факта обнаружения водных биоресурсов при совершении правонарушения в пределах морских пространств, перечисленных в части 2 статьи 8.17 КоАП РФ). 9. Действующим законодательством о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов для коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации предусмотрены особые условия рыболовства в целях обеспечения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности этих народов (далее - традиционное рыболовство). Коренные малочисленные народы Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации вправе осуществлять традиционное рыболовство в местах их традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности в соответствии с правилами рыболовства для отдельных рыбохозяйственных бассейнов в пределах квот добычи (вылова) водных биоресурсов, выделенных субъектам Российской Федерации для обеспечения данного вида рыболовства, с применением традиционных методов добычи (вылова) водных биоресурсов, если такие методы прямо или косвенно не ведут к снижению биологического разнообразия, не сокращают численность, устойчивое воспроизводство объектов животного мира, не нарушают среду их обитания и не представляют опасности для человека (статья 25 Федерального закона от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов", Порядок осуществления рыболовства в целях обеспечения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, утвержденный приказом Государственного комитета Российской Федерации по рыболовству от 11 апреля 2008 г. N 315). Территории традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности федерального, регионального и местного значения образуются на основании решений соответственно Правительства Российской Федерации, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления (статьи 6, 7 и 8 Федерального закона от 7 мая 2001 г. N 49-ФЗ "О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации"). При рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 8.17 и частью 2 статьи 8.37 КоАП РФ, совершенных лицами, которые утверждают, что они относятся к коренным малочисленным народам Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, необходимо учитывать следующее. Субъектами, на которых распространяются условия осуществления традиционного рыболовства, являются лица, относящиеся к таким коренным малочисленным народам, и их общины (часть 1 статьи 25 Федерального закона от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов"). Перечни коренных малочисленных народов Российской Федерации, а также Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации утверждены Правительством Российской Федерации (постановление от 24 марта 2000 г. N 255 с последующими изменениями, распоряжение от 17 апреля 2006 г. N 536-р). Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, согласно части 1 статьи 26 Конституции Российской Федерации вправе самостоятельно определить свою национальную принадлежность к коренным малочисленным народам Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации. Однако заявление указанным лицом о своей принадлежности к коренным малочисленным народам Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации само по себе не может повлечь предоставление ему прав на осуществление традиционного рыболовства, если будет установлено, что это лицо не восприняло язык, национальную культуру, традиционные образ жизни и хозяйственную деятельность данной этнической общности. 10. Санкцией части 2 статьи 8.17 КоАП РФ предусмотрено назначение административного штрафа в размере, кратном стоимости водных биоресурсов, явившихся предметом административного правонарушения. Стоимость таких ресурсов должна определяться на момент окончания или пресечения административного правонарушения на основании государственных регулируемых цен в случае, если таковые установлены, либо исходя из рыночной стоимости биоресурсов (в частности, с учетом данных, полученных от рыбодобывающих предприятий, торгово-промышленных палат). В случае необходимости стоимость биоресурсов может быть определена на основании заключения эксперта (пункт 1 части 1 статьи 3.5, части 1 и 2 статьи 27.11 КоАП РФ). Если правонарушитель произвел продукцию из водных биоресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, размер штрафа следует исчислять исходя из стоимости биоресурсов, как это предусмотрено санкцией части 2 статьи 8.17 КоАП РФ, а не из стоимости произведенной продукции. В материалах дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 8.17 КоАП РФ, должны содержаться сведения, позволяющие определить стоимость водных биоресурсов. При отсутствии таких данных судья при подготовке дела к рассмотрению согласно пункту 4 части 1 статьи 29.4 КоАП РФ вправе возвратить протокол и иные материалы в орган или должностному лицу, составившим протокол. 11. За совершение административных правонарушений, предусмотренных частью 2 статьи 8.17 КоАП РФ, наряду с основным наказанием в виде штрафа установлена возможность назначения дополнительного наказания в виде конфискации судна, других орудий совершения административного правонарушения, а за административные правонарушения, предусмотренные частью 2 статьи 8.37 КоАП РФ, дополнительное наказание в виде конфискации может быть назначено лишь в случае нарушения правил добычи (вылова) водных биоресурсов и в отношении тех орудий, которые использовались при незаконной добыче (вылове). При обсуждении вопроса о назначении конфискации, предусмотренной частью 2 статьи 8.17 и частью 2 статьи 8.37 КоАП РФ, следует учитывать общие правила назначения административного наказания, установленные статьей 4.1 КоАП РФ. Выводы о необходимости применения конфискации либо о неприменении ее к виновному лицу должны быть мотивированы судьей в постановлении о привлечении лица к административной ответственности. При этом следует иметь в виду, что в силу части 2 статьи 3.7 КоАП РФ конфискация дозволенных орудий рыболовства не может быть применена к правонарушителям - физическим лицам (как имеющим, так и не имеющим статуса индивидуального предпринимателя), если на основании имеющихся в материалах дела фактических данных, а также представленных в судебное заседание доказательств будет установлено, что рыболовство для этих лиц является основным законным источником средств к существованию. 12. К судам, которые следует признавать орудиями совершения административного правонарушения, относятся любые самоходные и несамоходные плавучие сооружения (в том числе резиновые лодки), если они применялись при совершении противоправных виновных действий (бездействия), за которые установлена административная ответственность (в частности, при незаконной добыче (вылове) водных биоресурсов, а в определенных для отдельных видов рыболовства случаях также при приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранении и выгрузке уловов водных биоресурсов, при незаконном производстве продукции из водных биоресурсов). К судам, которые следует признавать орудиями добычи (вылова) водных биоресурсов, относятся лишь те плавучие сооружения, которые применялись при незаконной добыче (вылове) водных биоресурсов. 13. Находящиеся в противоправном владении правонарушителя водные биоресурсы, а также продукты их переработки подлежат изъятию на основании части 3 статьи 3.7 КоАП РФ и статьи 54 Федерального закона от 20 декабря 2004 г. N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов". 14. Обсуждая вопрос о малозначительности административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.17 или частью 2 статьи 8.37 КоАП РФ, следует выяснять, в какой мере совершенные противоправные действия (бездействие) влияют на сохранение водных биоресурсов. В этих целях, в частности, необходимо учитывать: предмет административного правонарушения, если таковой имеется (разрешен ли данный вид биоресурсов к добыче (вылову), запрещен либо ограничен на момент совершения административного правонарушения, а также количество незаконно добытых (выловленных) биоресурсов); примененные правонарушителем орудия, способы рыболовства (являлись ли они запрещенными либо не разрешенными или ограниченными к применению в момент совершения административного правонарушения в данном месте либо данными лицами); место совершения административного правонарушения (относится ли оно к районам, где рыболовство запрещено либо ограничено, или отнесено к объектам общего пользования). 15. При рассмотрении дел данной категории судьям следует принимать меры к выявлению причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений (статья 24.1 КоАП РФ), и в случае установления таких причин и условий направлять в соответствующие организации и соответствующим должностным лицам представления о необходимости принятия мер по их устранению (статья 29.13 КоАП РФ). Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Существенные нарушения процессуального права, затрагивающие права заявителя на судебную защиту, послужили основанием для отмены судебных постановлений в порядке надзора Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 7 апреля 20 1. Существенные нарушения процессуального права, затрагивающие права заявителя на судебную защиту, послужили основанием для отмены судебных постановлений в порядке надзора Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 7 апреля 2010 г. N 78-В10-4 (Извлечение) Н. обратился в районный суд с заявлением об оспаривании действий (бездействия) Квартирно-эксплуатационной части г. Пушкина, Службы государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга, ООО "Ленинградская областная Энерготехническая компания "ТехЭкспоТепло". В обоснование заявленных требований указал, что ему как военнослужащему ФГОУ ВПО "Военно-морской институт радиоэлектроники имени А.С.Попова" была распределена квартира, которая, по его мнению, не пригодна к заселению по причине наличия существенных конструктивных недостатков. По его мнению, Квартирно-эксплуатационной частью г. Пушкина нарушены: порядок эксплуатации и надлежащего содержания жилого фонда без проведения своевременного капитального ремонта; порядок приема построенного и введенного в эксплуатацию жилья; порядок устранения существенных конструктивных недостатков, а также порядок заключения договора социального найма; Службой государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга нарушен порядок предоставления разрешения на ввод жилого помещения в эксплуатацию; порядок приема построенного и введенного в эксплуатацию жилья, а также дано разрешение на ввод в эксплуатацию непригодного к заселению жилого помещения; ООО "Ленинградская областная Энерготехническая компания "ТехЭкспоТепло" нарушен порядок эксплуатации и содержания жилого помещения без проведения своевременного капитального ремонта в связи с наличием существенных конструктивных недостатков, а также порядок устранения этих недостатков. Названными действиями ответчиков существенно нарушены его жилищные права, а также созданы препятствия в осуществлении им права пользования жилым помещением. Определением судьи районного суда г. Санкт-Петербурга от 8 июня 2009 г. заявление Н. в части оспаривания действий Квартирно-эксплуатационной части г. Пушкина возвращено в связи с подсудностью требований военному суду; в части оспаривания действий ООО "Ленинградская областная Энерготехническая компания "ТехЭкспоТепло" заявление возвращено в связи с наличием спора о праве; в части оспаривания действий Службы государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга в принятии заявления отказано. Определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 9 июля 2009 г. указанное определение судьи оставлено без изменения. В надзорной жалобе представитель Н. просил указанные судебные постановления отменить, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 7 апреля 2010 г., отменяя судебные постановления, указала следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ судья возвращает исковое заявление в случае, если дело неподсудно данному суду. Возвращая заявление Н., суд первой инстанции указал, что дело неподсудно районному суду и подлежит рассмотрению военным судом, поскольку заявитель является военнослужащим, проходящим службу во ФГОУ ВПО "Военно-морской институт радиоэлектроники имени А.С.Попова", а поводом для обращения в суд послужили действия Квартирно-эксплуатационной части г. Пушкина. Кассационная инстанция, проверяя правильность постановленного судьей определения, указала на ошибочность данного вывода, поскольку судья не принял во внимание, что заявитель на день обращения в суд военнослужащим не являлся, однако оставила оспариваемое определение судьи без изменения. Приказом Главнокомандующего Военно-Морским Флотом от 31 декабря 2008 г. Н. уволен с военной службы с зачислением в запас. Оспариваемые заявителем действия Квартирно-эксплуатационной части г. Пушкина имели место в 2009 году, т. е. после его увольнения с военной службы. Учитывая, что в настоящее время в федеральном конституционном законе отсутствует норма, относящая данную категорию дел к подсудности военных судов, и на момент возникновения спора заявитель военнослужащим не являлся, заявленные требования относятся к подсудности районного суда. При таких обстоятельствах у судьи не было оснований возвращать заявление Н. в части оспаривания действий Квартирно-эксплуатационной части г. Пушкина. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства. Отказывая в принятии заявления Н. в части обязания Службы государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга повторно провести все необходимые мероприятия по надлежащему вводу в эксплуатацию жилого помещения, судья исходил из того, что решение поставленного перед судом вопроса привело бы к вторжению суда в компетенцию указанного государственного органа, что недопустимо в сфере действующего федерального законодательства. Кроме того, Н. не является собственником квартиры, чьи интересы непосредственно затрагиваются вводом объекта капитального строительства в эксплуатацию. Согласно ч. 2 ст. 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Постановлением правительства г. Санкт-Петербурга от 26 октября 2004 г. N 1747 создана Служба государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга (п. 1), а также утверждено Положение о Службе государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга, п. 1.1 которого установлено, что Служба государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга является исполнительным органом государственной власти г. Санкт-Петербурга, действия которой могут быть обжалованы в суд в порядке, предусмотренном гл. 25 ГПК РФ. H. оспариваются действия Службы государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга, в результате которых ему созданы препятствия в осуществлении права пользования жилым помещением, которое ему предоставлено по договору социального найма. Следовательно, оспариваемыми действиями данной Службы непосредственно затрагиваются права заявителя. Таким образом, заявление Н. в части обязания Службы государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга повторно провести все необходимые мероприятия по надлежащему вводу в эксплуатацию жилого помещения, пользователем которого является Н., подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, в связи с чем отказ судьи в принятии заявления неправомерен. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение судьи районного суда г. Санкт-Петербурга от 8 июня 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 9 июля 2009 г. в части отказа в принятии заявления Н. об оспаривании действий Службы государственного строительного надзора и экспертизы г. Санкт-Петербурга и в части возврата заявления Н. об обжаловании действий Квартирно-эксплуатационной части г. Пушкина и передала вопрос на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ____________ Права, свободы и законные интересы граждан, признанных судом недееспособными, защищает в судебном процессе их опекун. Требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, рассматривается с участием М 2. Права, свободы и законные интересы граждан, признанных судом недееспособными, защищает в судебном процессе их опекун. Требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, рассматривается с участием Минфина России в лице управления Федерального казначейства по соответствующему субъекту Российской Федерации Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23 марта 2010 г. N 26-В10-1 (Извлечение) А. обратилась в Сунженский районный суд Республики Ингушетия с исковым заявлением к Минфину России о компенсации морального вреда, причиненного Г. незаконным привлечением к уголовной ответственности, указав, что является законным представителем Г., признанного судом недееспособным. Определением судьи Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 27 января 2009 г. исковое заявление А. возвращено без рассмотрения. Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 26 февраля 2009 г. определение судьи Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 27 января 2009 г. отменено и принято новое определение об оставлении искового заявления без рассмотрения. В надзорной жалобе А. ставился вопрос об отмене вынесенных судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ надзорную жалобу удовлетворила, указав следующее. Согласно ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. При решении вопроса о принятии к производству суда искового заявления А. существенные нарушения норм процессуального права были допущены судами первой и кассационной инстанций, что выразилось в следующем. Возвращая А. исковое заявление о компенсации морального вреда на основании ч. 2 ст. 135 ГПК РФ, судья районного суда исходил из того, что подсудность возникшего спора определяется по нормам ст. 28 ГПК РФ, в соответствии с которой иск к организации предъявляется в суд по месту нахождения организации. Поскольку Минфин России расположен в г. Москве, то исковое заявление А. неподсудно Сунженскому районному суду Республики Ингушетия. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия, отменяя определение судьи Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 27 января 2009 г., руководствуясь ст. 222 ГПК РФ, пришла к выводу о том, что исковое заявление подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание или предъявление иска, и приняла новое определение об оставлении искового заявления А. без рассмотрения. Судебная коллегия не согласилась с вынесенными судебными постановлениями, поскольку они основаны на неправильном применении норм права. А. как законный представитель Г., незаконно привлеченного к уголовной ответственности, обратилась в Сунженский районный суд с исковым заявлением к Минфину России о возмещении морального вреда. Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45, ст. 46). Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы. Приказом Минфина России N 114н и Федерального казначейства РФ N 9н от 25 августа 2006 г. "О порядке организации и ведения работы по представлению в судебных органах интересов Министерства финансов Российской Федерации и интересов Правительства Российской Федерации в случаях, когда их представление поручено Министерству финансов Российской Федерации" на управления федерального казначейства по субъектам Российской Федерации возложены организация и ведение в судах работы по выступлению от имени казны Российской Федерации на основании доверенностей, выданных Минфином России, представление в судебных органах интересов Минфина России и интересов Правительства РФ в случаях, когда их представление поручено Минфину России. Таким образом, по делам о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации от ее имени должен выступать Минфин России в лице управления федерального казначейства по соответствующему субъекту Российской Федерации, т. е. в данном случае Управление федерального казначейства по Республике Ингушетия. Эти требования не были учтены судом первой инстанции, и судья незаконно возвратил исковое заявление А. Суд кассационной инстанции, правильно отменяя определение суда первой инстанции, в то же время не дал оценки нарушению, допущенному судом первой инстанции, и вынес постановление, основанное на неправильном применении норм права. Г. признан недееспособным решением Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 21 октября 2008 г. 25 ноября 2008 г. постановлением администрации Сунженского района над Г. установлена опека А. В соответствии с ч. 5 ст. 37 ГПК РФ права, свободы и законные интересы граждан, признанных недееспособными, защищают в процессе их законные представители - родители, усыновители, опекуны, попечители или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом. Права и обязанности опекунов, которыми они наделяются для защиты прав и интересов недееспособных граждан в целях восполнения их дееспособности и социальной заботы о них, определяются гражданским законодательством (ст.ст. 31, 32, 34-36, 39 и 40 ГК РФ). При этом согласно Федеральному закону от 24 апреля 2008 г. N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" (далее - Закон об опеке) опекуны являются законными представителями своих подопечных и вправе выступать в защиту их прав и законных интересов в любых отношениях без специального полномочия (ст.ст. 2 и 15). Таким образом, вывод судебной коллегии о том, что исковое заявление подписано А., не имеющей полномочий представлять интересы Г. в суде, не соответствует вышеприведенным правовым нормам. Также неправомерно утверждение суда кассационной инстанции о том, что право на компенсацию морального вреда, являясь личным правом гражданина, не может быть кому-либо передоверено. Согласно ч. 1 ст. 150 ГК РФ признаком неотчуждаемости и непередаваемости обладают личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона. К их числу относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация и т. д. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абз. 1 ст. 151 ГК РФ). Таким образом, компенсация морального вреда является одним из способов защиты нематериальных благ, личных неимущественных прав, осуществление которого в интересах недееспособных граждан, учитывая положения Закона об опеке, возложено на их законных представителей. Однако суд этого не учел, что привело к неправильному разрешению вопроса о принятии к производству суда искового заявления А. и нарушению прав Г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 27 января 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 26 февраля 2009 г. и направила материал по иску А. в интересах Г. к Минфину России о компенсации морального вреда в Сунженский районный суд для решения вопроса о принятии к производству. ____________ Неправильное применение правил исчисления неустойки за просрочку выполнения требований потребителя повлекло вынесение незаконного определения суда кассационной инстанции Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 мая 201 3. Неправильное применение правил исчисления неустойки за просрочку выполнения требований потребителя повлекло вынесение незаконного определения суда кассационной инстанции Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 мая 2010 г. N 10-В10-2 (Извлечение) КРОО "Общество защиты прав потребителей Кировской области" в интересах потребителя М. обратилось в суд с иском к ЗАО "Моторавто" о защите прав потребителя, указав, что 17 октября 2008 г. М. купил у ответчика автомобиль Hyundai matrix за 474 500 руб. Автомобиль застрахован по условиям договора "Автокаско" и договору ОСАГО. На приобретенном М. автомобиле ответчиком установлена автомагнитола, защита картера, сигнализация, за что М. уплачено 16 025 руб. Тогда же М. приобретен комплект зимних шин на сумму 12 410 руб. 19 октября 2008 г. в результате пожара автомобиль, находившийся в гараже М., сгорел. Также были уничтожены строение гаража стоимостью 28 060 руб., хозяйственное имущество, хранящееся в гараже на сумму 36 875 руб., и новый комплект резиновых шин стоимостью 12 410 руб. В выплате страхового возмещения М. было отказано, поскольку данный случай страховым не является. Истец просил расторгнуть договор купли-продажи автомобиля, взыскать с ответчика причиненный материальный вред, компенсацию морального вреда, взыскать расходы на оказание юридических услуг и неустойку в размере 463 030 руб. за нарушение срока удовлетворения его требований. Решением Омутнинского районного суда Кировской области от 10 апреля 2009 г. иск удовлетворен частично - договор купли-продажи автомобиля, заключенный между М. и ЗАО "Мотор-авто", расторгнут, с ответчика в пользу М. взыскана стоимость автомобиля в размере 474 500 руб., возмещение убытков в размере 90 185 руб., компенсация морального вреда в размере 5 тыс. рублей, судебные расходы в размере 500 руб., неустойка за просрочку выполнения требований потребителя в размере 200 тыс. рублей. С ЗАО "Моторавто" в доход государства взыскан штраф в размере 192 421 руб. и такая же сумма штрафа взыскана в доход КРОО "Общество защиты прав потребителей Кировской области". С ЗАО "Моторавто" взыскана госпошлина в доход государства в сумме 7948 руб. Определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 9 июня 2009 г. решение суда изменено - размер неустойки за просрочку выполнения требований потребителя снижен до 20 тыс. рублей. Размеры штрафов за отказ ЗАО "Моторавто" в добровольном порядке удовлетворить требования потребителя снижены до 96 210 руб., как в доход государства, так и в доход КРОО "Общество защиты прав потребителей Кировской области". Размер госпошлины с ЗАО "Моторавто" в доход государства снижен до 7431 руб. В остальной части решение суда оставлено без изменения. В надзорной жалобе заявителя ставился вопрос об отмене кассационного определения суда. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 18 мая 2010 г., отменяя определение суда кассационной инстанции, указала следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. При рассмотрении настоящего дела существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судом кассационной инстанции, которые выразились в следующем. Удовлетворяя заявленные требования, суд исходил из следующих установленных обстоятельств дела. Согласно п. 1 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей" вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме. Факт приобретения М. автомобиля в ЗАО "Моторавто" подтверждается договором купли-продажи от 17 октября 2008 г., квитанцией об оплате стоимости товара, платежным поручением, актом осмотра-передачи автотранспортного средства от 17 октября 2008 г. По акту выполненных работ к заказ-наряду от 17 октября 2008 г. на автомобиль истца ООО "Моторавто" установлены защита картера, автомагнитола, сигнализация, привод, за что М. уплачено 16 025 руб., и приобретен комплект зимних шин стоимостью 12 410 руб. Факт пожара 19 октября 2008 г., в результате которого сгорело имущество истца (автомобиль, гараж, хозяйственное имущество, находящееся в гараже), подтверждается постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела, протоколом осмотра места происшествия, фотографиями. В соответствии со справкой об исследовании от 19 ноября 2008 г., проведенном начальником сектора СЭУ ГУ "Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Кировской области" причиной возгорания автомобиля М. явилось тепловое проявление электрического тока в результате аварийного режима работы электрооборудования (короткого замыкания). Иные причины произошедшего пожара выявлены не были, вина М. в произошедшем пожаре не установлена. При таких обстоятельствах суд удовлетворил заявленные требования. С учетом того, что претензия с требованием о возврате уплаченной за товар денежной суммы и возмещении убытков была получена продавцом от М. 5 декабря 2008 г., однако в 10-дневный срок, предусмотренный ст. 22 Закона РФ "О защите прав потребителей", она в добровольном порядке удовлетворена не была, суд взыскал с ответчика неустойку за просрочку исполнения обязательства. Размер неустойки, исходя из требований ст. 23 названного Закона (1% за каждый день просрочки), за период с 5 декабря 2008 г. по 12 марта 2009 г. составил 412 815 руб. Однако суд пришел к выводу, что подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям невыполнения обязательства, в связи с чем на основании ст. 333 ГК РФ снизил ее размер до 200 тыс. рублей. Суд кассационной инстанции повторно снизил размер неустойки до 20 тыс. рублей. Согласно подп. 6 п. 2 ст. 366 ГПК РФ в кассационном определении должны быть указаны мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, и ссылки на законы, которыми суд руководствовался. Однако, как следует из содержания кассационного определения, в нарушение данного требования закона суд кассационной инстанции, формально сославшись на несоразмерность взысканной неустойки последствиям невыполненного обязательства, не указал, в чем заключалась данная несоразмерность, свой вывод о необходимости снижения неустойки не обосновал, на материальный закон в определении не сослался. Судом кассационной инстанции также неправильно был определен размер штрафа, подлежащего взысканию с ответчика. В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Несмотря на данное требование закона, как видно из содержания определения судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда, кассационная инстанция определила размер штрафа, рассчитав его не от всей суммы, подлежащей взысканию, а определила его как 50% от размера штрафа, взысканного судом первой инстанции, посчитав его равным 96 210 руб. Кроме того, судебная коллегия областного суда не учла, что согласно подп. 7 п. 1 ст. 46 БК РФ указанный штраф, по общему правилу, зачисляется в бюджет муниципального образования (местный бюджет) по месту нахождения суда, вынесшего решение о наложении штрафа. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 9 июня 2009 г. в части взыскания неустойки и штрафа. ____________ Льгота на бесплатное получение транспортного средства предоставляется инвалиду, который на 1 января 2005 г. состоял на соответствующем учете в органе социальной защиты населения субъекта Российской Федерации Определение Судебной коллегии по гражданским 4. Льгота на бесплатное получение транспортного средства предоставляется инвалиду, который на 1 января 2005 г. состоял на соответствующем учете в органе социальной защиты населения субъекта Российской Федерации Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 2 апреля 2010 г. N 45-В10-2 (Извлечение) У. обратился в суд с иском к Министерству социальной защиты населения Свердловской области, Управлению социальной защиты населения по г. Каменску-Уральскому и Каменскому району о признании права на получение автомобиля либо денежной компенсации, обязании включения его в список инвалидов, состоящих на учете. В обоснование требований истец указал, что является инвалидом Великой Отечественной войны II группы. В соответствии с Федеральным законом "О ветеранах" имел право на бесплатное получение транспортного средства как средства реабилитации и 19 июня 2000 г. был поставлен на очередь на обеспечение транспортным средством. Поскольку вероятность получения автомобиля была минимальной, 22 октября 2001 г. согласился на получение денежной компенсации взамен получения транспортного средства, указанная компенсация выплачивалась ему по 2004 г., с 1 января 2005 г. в связи с принятием Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ выплата указанной компенсации прекращена. В июне 2008 г. истец вновь обратился в Управление социальной защиты населения с заявлением о предоставлении транспортного средства, однако ему было отказано. Считая отказ незаконным, У. просил признать за ним право на бесплатное получение в собственность легкового автомобиля либо единовременной денежной компенсации взамен предоставления легкового автомобиля, обязать ответчиков включить его в список инвалидов, которые на 1 января 2005 г. состояли на учете для обеспечения транспортным средством. Решением Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 6 апреля 2009 г. иск У. удовлетворен. За истцом признано право на предоставление ему в собственность легкового автомобиля за счет средств федерального бюджета либо по его желанию выплаты единовременной денежной компенсации взамен предоставления легкового автомобиля. На Министерство социальной защиты населения Свердловской области и Управление социальной защиты населения по г. Каменску-Уральскому и Каменскому району возложена обязанность включить У. как инвалида Великой Отечественной войны II группы в список инвалидов, которые на 1 января 2005 г. состояли на учете для обеспечения транспортными средствами бесплатно или на льготных условиях в соответствии с медицинскими показаниями для обеспечения легковыми автомобилями либо для получения единовременной денежной компенсации взамен предоставления легкового автомобиля. Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 2 июня 2009 г. решение суда оставлено без изменения. В надзорной жалобе Минздравсоцразвития России просило отменить состоявшиеся по делу судебные постановления. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ жалобу удовлетворила, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. При рассмотрении настоящего дела судами были допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права, выразившиеся в следующем. В соответствии с ранее действовавшей редакцией подп. 21 п. 1 ст. 14 Федерального закона от 12 января 1995 г. N 5-ФЗ "О ветеранах" инвалидам войны, имеющим соответствующие медицинские показания на бесплатное получение транспортного средства, по их желанию вместо получения транспортных средств выплачивалась ежегодная денежная компенсация на транспортное обслуживание в порядке и размерах, которые определялись Правительством РФ. Постановлением Правительства РФ от 10 июля 1995 г. N 701 утвержден Порядок назначения и выплаты отдельным категориям инвалидов из числа ветеранов денежных компенсаций расходов на бензин или другие виды топлива, ремонт, техническое обслуживание транспортных средств и на запасные части к ним, а также на транспортное обслуживание. Статьей 44 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" подп. 21 п. 1 ст. 14 Федерального закона от 12 января 1995 г. N 5-ФЗ признан утратившим силу. Статьей 153 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ предусмотрено, что в рамках длящихся правоотношений для лиц, у которых возникло до 1 января 2005 г. право на компенсации в натуральной форме или льготы и гарантии, носящие компенсационный характер, закрепленные в отменяемых настоящим Федеральным законом нормах, он не может рассматриваться как не допускающий реализацию возникшего в указанный период права на эти компенсации, льготы и гарантии в форме и размерах, предусмотренных настоящим Федеральным законом. В отношении указанных категорий инвалидов, у которых на момент вступления в силу Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ было не реализовано возникшее право на льготы в натуральной форме (обеспечение автотранспортом по медицинским показаниям), в настоящее время действуют Указ Президента Российской Федерации от 6 мая 2008 г. N 685 "О некоторых мерах социальной поддержки инвалидов" и постановление Правительства РФ от 12 сентября 2008 г. N 670 об обеспечении транспортными средствами за счет средств федерального бюджета инвалидов, поставленных до 1 января 2005 г. органами социальной защиты населения субъектов Российской Федерации на учет по обеспечению транспортными средствами. Указанными нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации и Правительства РФ предусматривается, что в 2008-2009 гг. инвалиды - граждане Российской Федерации, которые проживают на территории Российской Федерации и которые на 1 января 2005 г. состояли на учете в органах социальной защиты населения субъектов Российской Федерации для обеспечения транспортными средствами бесплатно или на льготных условиях в соответствии с медицинскими показаниями (независимо от того, обеспечиваются они транспортным средством впервые или взамен ранее предоставленного транспортного средства), должны быть обеспечены за счет средств федерального бюджета легковыми автомобилями или им должна быть выплачена единовременная денежная компенсация в размере 100 тыс. рублей. Исходя из положений указанных правовых актов, регулирующих в настоящее время вопросы обеспечения инвалидов, у которых право на получение транспортного средства возникло до 1 января 2005 г., одним из основных условий для предоставления инвалиду транспортного средства бесплатно или на льготных условиях является факт его постановки на соответствующий учет в органах социальной защиты населения субъекта Российской Федерации на 1 января 2005 г. Поскольку судом было установлено и не отрицалось самим истцом, что он по собственному желанию реализовал свое право на обеспечение транспортным средством по медицинским показаниям, выбрав получение ежегодной денежной компенсации вместо транспортного средства, и не состоял в очереди на бесплатное получение транспортного средства в органах социальной защиты населения до 1 января 2005 г., право на бесплатное получение транспортного средства у него не возникло. Таким образом, вывод суда о праве истца на получение транспортного средства основан на ошибочном применении и толковании норм материального права. При рассмотрении дела судом также допущены существенные нарушения норм процессуального права: к участию в деле не было привлечено Минздравсоцразвития России. В настоящее время механизм обеспечения, в том числе указанных граждан, транспортными средствами установлен Правилами предоставления легковых автомобилей за счет средств федерального бюджета отдельным категориям инвалидов, которые на 1 января 2005 г. состояли на учете в органах социальной защиты населения субъектов Российской Федерации для обеспечения транспортными средствами бесплатно или на льготных условиях в соответствии с медицинскими показаниями, утвержденными постановлением Правительства РФ от 12 сентября 2008 г. N 670. Пунктом 2 указанного постановления Правительства РФ установлено, что финансовое обеспечение расходов, связанных с предоставлением легковых автомобилей инвалидам, а также выплатой инвалидам единовременной денежной компенсации взамен предоставления легкового автомобиля, в том числе с оплатой банковских услуг (услуг почтовой связи) по перечислению (пересылке) компенсационных выплат, осуществляется за счет средств федерального бюджета в пределах бюджетных ассигнований и лимитов бюджетных обязательств, предусмотренных Минздравсоцразвития России в соответствии со сводной бюджетной росписью расходов федерального бюджета на текущий финансовый год и плановый период. В соответствии с п. 4 названных Правил Минздравсоцразвития России обеспечивает предоставление инвалидам легковых автомобилей через организации, осуществляющие их поставку по государственным контрактам на поставку легковых автомобилей, заключаемым в соответствии с законодательством РФ Министерством и указанными организациями в пользу инвалидов. Пунктом 7 Правил предусмотрено, что Минздравсоцразвития России с участием органов социальной защиты населения субъектов РФ в десятидневный срок после заключения государственных контрактов, указанных в п. 4 настоящих Правил, информирует инвалидов о времени и месте получения легковых автомобилей, необходимых для этого документах, сроке и месте их представления. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решение Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 6 апреля 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 2 июня 2009 г. отменила, приняла по делу новое решение, которым в удовлетворении иска У. к Министерству социальной защиты населения Свердловской области, Управлению социальной защиты населения по г. Каменску-Уральскому и Каменскому району о признании права на получение автомобиля либо денежной компенсации, обязании включения в список инвалидов, состоящих на учете, отказала. ____________ Период работы освобожденного профсоюзного работника на выборной должности в выборном органе первичной профсоюзной организации подлежит включению в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости Определение Судебной ко 5. Период работы освобожденного профсоюзного работника на выборной должности в выборном органе первичной профсоюзной организации подлежит включению в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 2 апреля 2010 г. N 48-В09-18 (Извлечение) П. обратился в суд с иском к ГУ - Управлению Пенсионного фонда РФ в Металлургическом районе г. Челябинска о признании права на пенсию, ссылаясь на то, что решением руководителя территориального органа УПФ РФ в Металлургическом районе г. Челябинска от 12 декабря 2008 г. ему незаконно отказано в назначении досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с подп. 5 п. 1 ст. 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", поскольку в специальный стаж работы не включен период осуществления обязанностей председателя цехкома железнодорожного цеха N 2 первичной профсоюзной организации работников ОАО "Мечел" с 23 сентября 1999 г. по 3 декабря 2008 г. Указанные обстоятельства послужили основанием для его обращения в суд с настоящим иском, в котором П. просил признать решение территориального пенсионного органа от 12 декабря 2008 г. незаконным, обязать ответчика включить в специальный стаж для назначения пенсии спорный период, назначить ему досрочную трудовую пенсию по старости с 3 декабря 2008 г. Решением Металлургического районного суда г. Челябинска от 18 марта 2009 г. заявленные требования удовлетворены. Суд постановил признать решение руководителя территориального органа УПФ РФ от 12 декабря 2008 г. в части отказа П. в назначении досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с подп. 5 п. 1 ст. 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" незаконным, признал за истцом право на досрочную трудовую пенсию по старости в соответствии с вышеназванным основанием, а также обязал ответчика включить в специальный стаж работы период работы с 23 сентября 1999 г. по 3 декабря 2008 г. в должности председателя цехкома железнодорожного цеха N 2 первичной профсоюзной организации работников ОАО "Мечел" и назначить такую пенсию с 3 декабря 2008 г. Определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 14 мая 2009 г. решение суда первой инстанции отменено и вынесено новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований. В надзорной жалобе П. просил отменить состоявшееся по делу судебное определение суда кассационной инстанции и оставить в силе решение Металлургического районного суда г. Челябинска от 18 марта 2009 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ надзорную жалобу удовлетворила, указав следующее. В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. При рассмотрении настоящего дела судом кассационной инстанции были допущены существенные нарушения норм материального права. 3 декабря 2008 г. истец обратился в УПФ РФ в г. Челябинске с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии по старости по основанию, установленному подп. 5 п. 1 ст. 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации". Протоколом заседания комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан ГУ - Управления Пенсионного фонда РФ в Металлургическом районе г. Челябинска от 12 декабря 2008 г. признано, что в назначении указанного вида пенсии истцу следует отказать, поскольку отдельные периоды его работы, включая спорный - с 23 сентября 1999 г. по 3 декабря 2008 г. в должности председателя цехкома железнодорожного цеха N 2 первичной профсоюзной организации работников ОАО "Мечел", не подлежат включению в специальный стаж. На основании указанного протокола решением руководителя территориального органа УПФ РФ от 12 декабря 2008 г. П. отказано в назначении досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с подп. 5 п. 1 ст. 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации". При вынесении решения суд первой инстанции исходил из следующего. Пунктом 1 ст. 1 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" предусмотрено, что трудовые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий и норм установления, а также порядка выплаты трудовых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений и дополнений в настоящий Федеральный закон. В соответствии с подп. 5 п. 1 ст. 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст. 7 настоящего Федерального закона, мужчинам по достижении возраста 55 лет, женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали, соответственно, не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет в качестве рабочих локомотивных бригад и работников отдельных категорий, непосредственно осуществляющих организацию перевозок и обеспечивающих безопасность движения на железнодорожном транспорте и метрополитене. Подпунктом "г" п. 1 постановления Правительства РФ от 18 июля 2002 г. N 537 "О Списках производств, работ, профессий и должностей, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со ст. 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", и об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости работникам летного состава гражданской авиации в соответствии со статьей 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" установлено, что при досрочном назначении трудовой пенсии по старости работникам, занятым в качестве рабочих локомотивных бригад, и работникам отдельных категорий, непосредственно осуществляющим организацию перевозок и обеспечивающим безопасность движения на железнодорожном транспорте и метрополитене, применяется Список профессий рабочих локомотивных бригад, а также профессий и должностей работников отдельных категорий, непосредственно осуществляющих организацию перевозок и обеспечивающих безопасность движения на железнодорожном транспорте и метрополитене, утвержденный постановлением Правительства РФ от 24 апреля 1992 г. N 272, которым предусмотрена должность помощника машиниста, занимаемая П. до избрания его на должность председателя цехкома железнодорожного цеха N 2 первичной профсоюзной организации работников ОАО "Мечел". Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости их удовлетворения со ссылкой на вышеприведенные нормы права, а также положения ст. 375 ТК РФ и ст. 26 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 10-ФЗ "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности", предусматривающие право освобожденного профсоюзного работника на включение в его общий и специальный трудовой стаж времени работы на выборной должности в выборном органе первичной профсоюзной организации. Отменяя указанное решение суда и отказывая истцу в удовлетворении заявленных требований, суд кассационной инстанции со ссылкой на ст. 1 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" указал на имеющиеся расхождения между общим и специальным актами, регулирующими порядок назначения досрочной трудовой пенсии по старости, а также на то, что пенсионное законодательство, в том числе и вышеприведенные акты, не содержит положений о возможности включения в специальный стаж работы периода осуществления профсоюзной деятельности. По мнению суда кассационной инстанции, включение таких периодов в указанный стаж работы П. нарушает основной принцип осуществления льготного пенсионного обеспечения, как подразумевающего непосредственное участие в работах, связанных с воздействием неблагоприятных факторов и, как следствие, влекущих риск ранней утраты трудоспособности. Судебная коллегия с приведенным выводом суда кассационной инстанции не согласилась, поскольку при разрешении спора судом неправильно применены нормы, регулирующие спорные правоотношения, что повлекло такое нарушение прав истца, которое может быть восстановлено только путем отмены состоявшегося судебного постановления в порядке надзора. В соответствии с чч. 1 и 2 ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом. Согласно абз. 3 ст. 375 ТК РФ время работы освобожденного профсоюзного работника на выборной должности в выборном органе первичной профсоюзной организации засчитывается в его общий и специальный трудовой стаж. Аналогичное положение содержится также в ч. 3 ст. 26 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 10-ФЗ "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности". При таких обстоятельствах отсутствие в Федеральном законе "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" соответствующих изменений, позволивших бы включать период осуществления истцом профсоюзной деятельности в специальный стаж работы, дающей право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости, не может являться основанием к отказу в удовлетворении заявленных требований. Нормы Конституции Российской Федерации, ТК РФ, Федерального закона "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности" не ставят в зависимость от каких-либо условий реализацию права освобожденного профсоюзного работника, находящегося на выборной должности в выборном органе первичной профсоюзной организации, на зачет такого периода работы в общий и специальный трудовой стаж, в том числе и в специальный стаж для назначения пенсии на льготных основаниях. Из изложенного следует, что вывод суда кассационной инстанции о наличии расхождения между общим и специальным актами, имеющими равную юридическую силу, не может быть признан законным, поскольку Федеральным законом "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" порядок включения периода осуществления работником профсоюзной деятельности в специальный стаж не урегулирован, а Федеральный закон "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности", устанавливающий в соответствии с его ст. 1, в том числе правовые основы создания профсоюзов, их права и гарантии деятельности, предусматривает такую возможность. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 14 мая 2009 г., оставила в силе решение Металлургического районного суда г. Челябинска от 18 марта 2009 г. _______________ Признаны недействующими подп. 1 п. 2.2, подп. 1 п. 3.1, пп. 4.2 и 4.4 Положения о Главном контрольном управлении при Президенте Республики Саха (Якутия), утвержденного Указом Президента Республики Саха (Якутия) от 11 марта 2003 г. N 848 "Об утверждении По 6. Признаны недействующими подп. 1 п. 2.2, подп. 1 п. 3.1, пп. 4.2 и 4.4 Положения о Главном контрольном управлении при Президенте Республики Саха (Якутия), утвержденного Указом Президента Республики Саха (Якутия) от 11 марта 2003 г. N 848 "Об утверждении Положения о Главном контрольном управлении при Президенте Республики Саха (Якутия)" (в ред. Указов Президента Республики Саха (Якутия) от 7 декабря 2009 г. N 1689, от 1 марта 2010 г. N 1832) Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 2 июня 2010 г. N 74-Г10-3 (Извлечение) Прокурор обратился в суд с заявлением о признании недействующими подп. 1 п. 2.2, подп. 1 п. 3.1, пп. 4.2 и 4.4 Положения о Главном контрольном управлении при Президенте Республики Саха (Якутия), утвержденного Указом Президента Республики Саха (Якутия) от 11 марта 2003 г. N 848, сославшись на то, что оспариваемые положения нормативного правового акта приняты Президентом Республики Саха (Якутия) с превышением компетенции. В Положении отсутствуют нормы, конкретизирующие предмет контрольных мероприятий, что создает возможность проведения проверок, не отнесенных к полномочиям контрольного органа. Полномочия органов государственной власти субъектов РФ ограничены. Контроль за исполнением законодательства Российской Федерации отнесен к ведению Российской Федерации. Решением Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 15 марта 2010 г. в удовлетворении заявления прокурора отказано. В кассационном представлении прокурор просит об отмене решения суда и принятии нового об удовлетворении заявления, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ кассационное представление прокурора удовлетворила, указав следующее. Указом Президента Республики Саха (Якутия) от 11 марта 2003 г. N 848 (с последующими изменениями) утверждено Положение о Главном контрольном управлении при Президенте Республики Саха (Якутия) (далее - Главное управление). В соответствии с данным актом Главное управление является постоянно действующим органом государственного контроля в Республике Саха (Якутия), образуемым Президентом Республики Саха (Якутия) и ему подотчетным, обеспечивает осуществление государственного финансового контроля (п. 1.1). Основными задачами Главного управления являются государственный финансовый контроль и проверка исполнения органами исполнительной власти Республики Саха (Якутия), органами местного самоуправления, их должностными лицами, а также организациями законодательства Российской Федерации и законодательства Республики Саха (Якутия) (п. 2.2). Главное управление организует и проводит в соответствии с планом, утверждаемым Президентом Республики Саха (Якутия), контрольные мероприятия в пределах полномочий (п. 3.1), осуществляет свою деятельность на основе текущих и перспективных планов контрольной работы, утверждаемых Президентом Республики Саха (Якутия) (п. 4.2), проводит внеплановые ревизии и проверки по заданиям Президента Республики Саха (Якутия) (п. 4.4). Анализ содержания (в полном объеме) Положения о Главном управлении свидетельствует о том, что Главное управление наделяется неограниченными полномочиями по проверке исполнения действующего законодательства как Российской Федерации, так и Республики Саха (Якутия) не только органами исполнительной власти республики и их должностными лицами, но и органами местного самоуправления и их должностными лицами, а также организациями, находящимися на территории Республики. Однако полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации ограничены действующим законодательством Российской Федерации. Установленное оспариваемым актом Президента Республики Саха (Якутия) правовое регулирование не соответствует требованиям определенности, ясности и недвусмысленности законодательного регулирования. Неопределенность содержания законодательного регулирования допускает возможность неограниченного усмотрения в процессе правоприменения и ведет к произволу, а значит - к нарушению принципов равенства всех перед законом и верховенства закона. В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, содержащимися в п. 25 постановления N 48 от 29 ноября 2007 г. "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части", проверяя содержание оспариваемого акта или его части, необходимо также выяснять, является ли оно определенным. Если оспариваемый акт или его часть вызывает неоднозначное толкование, суд не вправе устранять эту неопределенность путем обязания в решении органа или должностного лица внести в акт изменения или дополнения, поскольку такие действия суда будут являться нарушением компетенции органа или должностного лица, принявших данный правовой акт. В этом случае оспариваемый акт в такой редакции признается недействующим полностью или в части с указанием мотивов принятого решения. Приведенные положения полностью согласуются и с позицией Конституционного Суда РФ, который неоднократно подчеркивал, что именно нарушения требований определенности, ясности и недвусмысленности законодательного регулирования не обеспечивают единообразного понимания и толкования правовых норм правоприменителями, что приводит к нарушению принципа равенства всех перед законом и верховенства закона, самого по себе нарушения требования определенности правовой нормы достаточно для признания такой нормы не соответствующей Конституции РФ (Постановление от 17 июня 2004 г. N 12-П). При таких обстоятельствах решение суда об отказе прокурору в удовлетворении заявления является незаконным. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила решение Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 15 марта 2010 г. и приняла новое решение об удовлетворении заявления прокурора. ______________ Пункт 1 приказа Директора ФСБ РФ от 1 июня 2001 г. N 302 "Об исполнении Федерального закона от 31 декабря 1999 г. N 229-ФЗ", предписывающий применять с 1 января 2000 г. к денежному довольствию военнослужащих органов Федеральной службы безопасности, проход 7. Пункт 1 приказа Директора ФСБ РФ от 1 июня 2001 г. N 302 "Об исполнении Федерального закона от 31 декабря 1999 г. N 229-ФЗ", предписывающий применять с 1 января 2000 г. к денежному довольствию военнослужащих органов Федеральной службы безопасности, проходящих военную службу по контракту в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и других местностях с неблагоприятными климатическими или экологическими условиями, в том числе отдаленных (далее именуются - отдаленные местности), коэффициенты (районные, за военную службу в высокогорных районах, за военную службу в пустынных и безводных местностях) и выплачивать процентные надбавки к денежному довольствию в размерах и порядке, которые установлены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации для граждан, работающих и проживающих в указанных районах и местностях, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 30 марта 2010 г. N ВКГПИ10-6, оставленное без изменения определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 22 июня 2010 г. N КАС10-296 ______________ Пункт 5 Положения о государственном надзоре за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники в Российской Федерации, утвержденного постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 13 декабря 1993 г. N 1291, и п. 1 Порядка проведения 8. Пункт 5 Положения о государственном надзоре за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники в Российской Федерации, утвержденного постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 13 декабря 1993 г. N 1291, и п. 1 Порядка проведения государственного технического осмотра тракторов, самоходных дорожно-строительных и иных машин и прицепов к ним, зарегистрированных органами государственного надзора за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники в РФ, утвержденного постановлением Правительства РФ от 19 февраля 2002 г. N 117, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 18 февраля 2010 г. N ГКПИ09-1613, вступившее в законную силу ______________ Абзац 2 раздела 1 и абз. 1 п. 2.2 Методики расчета норм потребления сжиженного углеводородного газа населением при отсутствии приборов учета газа, утвержденной приказом Минрегионразвития России от 15 августа 2009 г. N 340, признан не противоречащим федера 9. Абзац 2 раздела 1 и абз. 1 п. 2.2 Методики расчета норм потребления сжиженного углеводородного газа населением при отсутствии приборов учета газа, утвержденной приказом Минрегионразвития России от 15 августа 2009 г. N 340, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 17 февраля 2010 г. N ГКПИ09-1660, вступившее в законную силу ______________ Пункт 1 постановления Совета Министров - Правительства РФ от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и вое 10. Пункт 1 постановления Совета Министров - Правительства РФ от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерации" признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 3 марта 2010 г. N ГКПИ09-1783, вступившее в законную силу ______________ Постановления президиума, решения и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Возвращение уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ вследствие того, что органам следствия необходимо выяснить наличие в действиях обвиняемого другого квалифицирующего признака, связанного с обвинением в более тяжком преступлении, при 1. Возвращение уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ вследствие того, что органам следствия необходимо выяснить наличие в действиях обвиняемого другого квалифицирующего признака, связанного с обвинением в более тяжком преступлении, признано недопустимым Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 16 июня 2010 г. N 46-О10-34 (Извлечение) По постановлению Самарского областного суда от 25 февраля 2010 г. уголовное дело в отношении М., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105, пп. "б", "д" ч. 2 ст. 131, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, и Ч., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пп. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105, пп. "б", "д" ч. 2 ст. 131, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. М. и Ч. предъявлено обвинение в разбое, совершенном группой лиц по предварительному сговору с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, в изнасиловании, совершенном с использованием беспомощного состояния потерпевшей группой лиц в отношении заведомо несовершеннолетней, и ее убийстве группой лиц по предварительному сговору с особой жестокостью, сопряженном с разбоем. В подготовительной части судебного заседания суд вынес постановление о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Как посчитал суд, постановления о привлечении в качестве обвиняемых М. и Ч. и обвинительное заключение составлены с нарушениями требований ст.ст. 171, 220 УПК РФ, что исключает возможность разрешения уголовного дела по существу. Исходя из формулировки обвинения М. и Ч. по ст. 131 УК РФ следует, что они совершили изнасилование несовершеннолетней Р. группой лиц без предварительного сговора, без применения насилия к потерпевшей и лишь с использованием ее беспомощного состояния. В чем выразилось беспомощное состояние и имелся ли у обвиняемых предварительный сговор на изнасилование, не выяснено. Таким образом, по мнению суда, обвинение, предъявленное М. и Ч. по ст. 131 УК РФ, в нарушение требований уголовно-процессуального закона не содержит описания существенных фактических обстоятельств дела и квалифицирующих признаков, по которым органы следствия считают инкриминируемое подсудимым деяние уголовно наказуемым изнасилованием. Суд посчитал, что указанное нарушение препятствует судебному разрешению дела и фактически исключает саму возможность судебного разбирательства по указанному обвинению. В кассационном представлении государственный обвинитель просил об отмене постановления суда и направлении дела в тот же суд со стадии судебного разбирательства. По мнению прокурора, законных оснований для возращения уголовного дела прокурору не имелось. В своем постановлении суд предложил органам предварительного следствия ухудшить положение подсудимых в части предъявленного им обвинения по ст. 131 УК РФ, что является недопустимым. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 16 июня 2010 г. отменила постановление суда по следующим основаниям. В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, исключающим возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного обвинительного заключения. По смыслу указанной нормы закона, суд возвращает дело прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения, если это необходимо для защиты нарушенных на досудебных стадиях прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и эти нарушения невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. Основанием для возвращения дела прокурору, таким образом, являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости. В данном случае таких нарушений, в том числе нарушений прав участников процесса, органами обвинения не допущено. Как в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых М. и Ч., так и в обвинительном заключении по делу указаны существо обвинения по пп. "б", "д" ч. 2 ст. 131 УК РФ, место и время совершения преступления, цель, форма вины, установленные следствием квалифицирующие признаки деяния, действия обвиняемых в отношении потерпевшей, обстоятельства, связанные с ее состоянием во время случившихся событий, а также иные имеющие значение для дела данные, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, позволяющие суду при исследовании доказательств проверить, оценить их. Таким образом, вывод суда о том, что в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых и обвинительном заключении не указаны существенные фактические обстоятельства дела и квалифицирующие признаки, формирующие содержание обвинения, не основан на материалах дела. Судебная коллегия не может согласиться и с выводом суда о том, что органам следствия необходимо выяснить наличие в действиях обвиняемых другого квалифицирующего признака, связанного с обвинением в более тяжком преступлении, поскольку стороной обвинения вопрос о неправильной квалификации действий М. и Ч. не ставился, а в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвинению, изменение которого в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого. Не учтено и то, что в силу требований ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования. Изложенное свидетельствует о том, что правовые основания для возвращения дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, как обоснованно указано в кассационном представлении, отсутствовали, в связи с чем постановление Самарского областного суда отменено ввиду его несоответствия требованиям уголовно-процессуального закона, а дело передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд. ______________ Суд обоснованно принял решение о возвращении уголовного дела прокурору с целью соединения с другим делом, поскольку на предварительном слушании обвиняемый поставил под сомнение законность заключенного с ним соглашения о сотрудничестве, и тем самым отпали 2. Суд обоснованно принял решение о возвращении уголовного дела прокурору с целью соединения с другим делом, поскольку на предварительном слушании обвиняемый поставил под сомнение законность заключенного с ним соглашения о сотрудничестве, и тем самым отпали основания, по которым уголовное дело в отношении него выделялось в отдельное производство Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 г. N 67-О10-45 (Извлечение) По постановлению Новосибирского областного суда от 15 апреля 2010 г. уголовное дело в отношении Л., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 и ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 162 УК РФ, возвращено прокурору. Органами следствия Л. обвиняется в подстрекательстве к убийству по найму и в подстрекательстве к разбойному нападению с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия. По итогам предварительного слушания уголовного дела в отношении Л., поступившего для рассмотрения в порядке, установленном гл. 40-1 УПК РФ, суд удовлетворил ходатайство государственного обвинителя и возвратил прокурору дело в отношении Л. для соединения его с другим делом в отношении ряда лиц по тем основаниям, что Л. отказался от досудебного соглашения о сотрудничестве, мотивируя это вынужденностью заключения соглашения о сотрудничестве, и ходатайствовал о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей. В совместной кассационной жалобе обвиняемый Л. и в его защиту адвокат К., считая постановление суда незаконным и одновременно с этим признавая, что соглашение о сотрудничестве было заключено с Л. с нарушением закона, полагают, что суд должен был назначить судебное заседание с учетом ходатайства обвиняемого о рассмотрении его дела с участием присяжных заседателей; нормы УПК РФ не предусматривают возвращение дела прокурору в связи с избранием иной формы судопроизводства; каких-либо препятствий для рассмотрения дела нет. Что касается необходимости соединения дел в одно производство, то суд не учел, что это является правом, а не обязанностью следователя. Просят постановление отменить, направив дело на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 29 июня 2010 г. постановление Новосибирского областного суда оставила без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения, указав следующее. Уголовные дела, возбужденные по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, по факту исчезновения Б. и факту разбойного нападения на Г., соединены в одно производство. К уголовной ответственности по данному делу привлечено, кроме Л., еще семь лиц. В ходе следствия 10 сентября 2009 г. с Л. было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве по факту убийства Б. и 11 сентября 2009 г. ему были разъяснены права, установленные гл. 40-1 УПК РФ. 20 января 2010 г. с Л. было заключено аналогичное соглашение по разбойному нападению на Г. и тогда же ему были разъяснены права, установленные гл. 40-1 УПК РФ. На основании этих соглашений 10 февраля 2010 г. из уголовного дела было выделено уголовное дело в отношении Л., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 и ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 162 УК РФ. При ознакомлении с материалами дела 12 марта 2010 г. Л. подтвердил свое ходатайство о рассмотрении уголовного дела в отношении него в порядке, установленном гл. 40-1 УПК РФ, т. е. с учетом заключенного досудебного соглашения о сотрудничестве. В связи с этим 29 марта 2010 г. первым заместителем прокурора Новосибирской области вынесено представление об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по данному делу, которое было вручено Л. 31 марта 2010 г. 1 апреля 2010 г. в Новосибирский областной суд от Л. поступило ходатайство, в котором он просит о рассмотрении дела в отношении него с участием присяжных заседателей, что явилось основанием для назначения и проведения предварительного слушания. В ходе проведения предварительного слушания Л. не подтвердил заключенные с ним досудебные соглашения о сотрудничестве, мотивировав это тем, что сделал это вынужденно, в результате угроз со стороны работников правоохранительных органов, поддержав при этом ходатайство о рассмотрении дела в отношении него с участием присяжных заседателей. В связи с этим государственным обвинителем было заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела по обвинению Л. прокурору для соединения его с уголовным делом по обвинению других лиц. Обоснованность решения суда о возвращении дела прокурору сомнений не вызывает, поскольку основанием для выделения уголовного дела в отношении Л. явилось именно заключение с ним досудебного соглашения о сотрудничестве. В связи с тем, что на предварительном слушании Л. поставил под сомнение законность заключенного с ним соглашения о сотрудничестве, тем самым отпали основания, по которым уголовное дело в отношении него выделялось в отдельное производство. Доводы обвиняемого и его адвоката о том, что в данной ситуации суд должен был назначить судебное заседание, а не возвращать дело прокурору, поскольку не имеется препятствий для его рассмотрения и законом не предусмотрены подобные основания возвращения дела, являются неубедительными, поскольку заключение соглашения о сотрудничестве предусматривает несколько иной, нежели указанный в главах 22-27 и 30 УПК РФ, порядок проведения предварительного следствия, о чем свидетельствует содержание ч. 1 ст. 317-4 УПК РФ. Таким образом, поскольку следствие в отношении Л. велось не в общем порядке, а с изъятиями, установленными указанной выше статьей уголовно-процессуального закона, у суда имелись все основания для возвращения дела прокурору с целью его соединения с основным делом и продолжения его расследования на общих основаниях. _______________ В соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, то расходы на оплату труда адвоката возмещаются за счет средств федера 3. В соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, то расходы на оплату труда адвоката возмещаются за счет средств федерального бюджета Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 30 июня 2010 г. N 2-О10-8СП (Извлечение) Судьей Вологодского областного суда 27 ноября 2009 г. с Ш. в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки по оплате труда адвокатов Н. и К. в сумме 6176 руб. В кассационной жалобе Ш. просил постановление судьи отменить, поскольку он в судебном заседании письменно отказался от адвокатов по назначению, хотел защищать себя сам, но после того, как его ходатайство удовлетворено не было, заключил соглашение с адвокатом К. Адвокаты по назначению его не защищали. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 30 июня 2010 г. постановление суда отменила по следующим основаниям. Защиту осужденного Ш. в суде в период с 27 октября по 9 ноября 2009 г. осуществляли адвокаты Н. и К., которым по их заявлениям произведена оплата за осуществление защиты подсудимого в суде в сумме 6176 руб. В соответствии с ч. 5 ст. 50 УПК РФ эта сумма компенсирована защитникам в качестве оплаты их труда за счет средств федерального бюджета. Судом данные расходы отнесены к процессуальным издержкам и взысканы с осужденного Ш. При этом в постановлении указано, что для оказания юридической помощи подсудимому Ш. на основании ст.ст. 51, 52 УПК РФ были предоставлены защитники по назначению. Вместе с тем после отказа подсудимого Ш. от адвоката К. подсудимый заявил, что адвокат ему не нужен и свои интересы в судебном заседании он будет защищать сам, и от адвокатов по назначению отказался в письменном виде. Однако отказ от адвоката судом не был принят и на основании ст. 52 УПК РФ адвокаты защищали интересы Ш. в судебном заседании по назначению. Поэтому в соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, то расходы на оплату труда адвоката возмещаются за счет средств федерального бюджета. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление судьи Вологодского областного суда о взыскании с Ш. в доход федерального бюджета процессуальных издержек по оплате труда адвокатов в сумме 6176 руб. отменила. _____________ Преступление признается совершенным организованной группой, если умысел на него реализован устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Р 4. Преступление признается совершенным организованной группой, если умысел на него реализован устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 июня 2010 г. N 15-О10-13 (Извлечение) По приговору Верховного суда Республики Мордовия от 19 февраля 2010 г. осуждены к лишению свободы по ч. 3 ст. 30, пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ С. - за пять преступлений, М. - за три преступления. Ф. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ. С. по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 210, ч. 4 ст. 174-1 УК РФ, а М. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 210 УК РФ, оправданы за отсутствием состава преступления. По этому уголовному делу осуждены также четыре лица, приговор в отношении которых не обжалован. С. и М. признаны виновными в совершении в составе организованной группы покушений на незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере. Ф. осужден за незаконную перевозку без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере. В кассационных жалобах осужденные просили приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, указывали, что выводы суда в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на предположениях, судом допущено нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 1 июня 2010 г. оставила кассационные жалобы без удовлетворения, а приговор суда - без изменения по следующим основаниям. Как установлено судом, с начала февраля по апрель 2009 г. С., отбывая в местах лишения свободы наказание за преступление в сфере незаконного оборота наркотических средств, создал организованную преступную группу в целях сбыта наркотического средства - героина, на территории Республики Мордовия и Московской области. В эту группу он, используя мобильную связь, привлек своего брата А., которому поручил приобретать наркотик в г. Самаре, а также своих знакомых М. и Ф., которые должны были обеспечивать приобретение наркотика в Московском регионе и перевозку к местам сбыта. В приговоре приведены убедительные доводы о том, что действия по незаконному обороту наркотических средств С. и М. совершали в составе такой группы. В соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если умысел на преступление реализован устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Все указанные признаки в содеянном осужденными С. и М. имеются. Как видно из материалов дела, участники организованной группы заранее объединились для сбыта наркотических средств в значительных объемах. Их объединение отличалось устойчивостью и организованностью. В группе имелся руководитель - С. Действия с наркотическими средствами осуществлялись по разработанным им схемам, в разных регионах. С. распределял роли соучастников при совершении преступлений, координировал их действия, определял порядок распоряжения прибылью, методы конспирации. Выполняя порученное в соответствии с распределением ролей, каждый участник тем самым реализовывал общую цель организованной группы на получение доходов от незаконного распространения наркотических средств. Что касается ссылок в жалобах на то, что не все члены организованной группы были знакомы друг с другом, то это само по себе не может опровергнуть установленный судом факт существования группы, поскольку исходя из условий ее деятельности и особенностей предмета преступления, участники организованной группы могут быть осведомлены о роли других участников лишь в необходимых случаях, что фактически и имело место по настоящему делу. _____________ Немотивированное назначение дополнительного наказания, предусмотренного законом альтернативно, повлекло изменение приговора Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 января 2010 г. N 53-О09-80 (Извлечение) 5. Немотивированное назначение дополнительного наказания, предусмотренного законом альтернативно, повлекло изменение приговора Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 января 2010 г. N 53-О09-80 (Извлечение) По приговору Красноярского краевого суда от 9 июля 2009 г. Ч., В. и А. осуждены по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ к лишению свободы со штрафом в размере 15 тыс. рублей каждому и по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено наказание в виде лишения свободы со штрафом 15 тыс. рублей каждому. В кассационных жалобах адвокаты и осужденные просили приговор изменить. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 21 января 2010 г. приговор изменила по следующим основаниям. Вывод суда о виновности осужденных в совершении инкриминированных им преступлений, в частности в участии А., Ч. и В. в убийстве потерпевшего Т., а также в разбойном нападении на него, основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых приведено в приговоре. Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям. Осужденным А., В. и Ч. назначено дополнительное наказание в виде штрафа в размере 15 тыс. рублей каждому. Данное дополнительное наказание в виде штрафа, предусмотренное ч. 4 ст. 162 УК РФ, носит альтернативный характер, т. е. может быть назначено судом. По смыслу п. 4 ст. 307 УПК РФ, при назначении наказания по статьям уголовного закона, предусматривающим возможность применения дополнительного наказания по усмотрению суда, в приговоре должны быть указаны основания его применения с приведением соответствующих мотивов. По данному уголовному делу в приговоре не приведено мотивов, в соответствии с которыми суд пришел к выводу о необходимости назначения осужденным дополнительного наказания в виде штрафа. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор изменила, исключив назначение каждому осужденному дополнительного наказания в виде штрафа. _____________ Обзоры и обобщения Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за I полугодие 2010 года ОБЗОР КАССАЦИОННОЙ ПРАКТИКИ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЗА I ПОЛУГОДИЕ 2010 ГОДА I. Статистические данные о работе Судебной коллегам по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации За первое полугодие 2010 г. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ (далее - Судебная коллегия) по кассационным жалобам и представлениям на судебные решения республиканских, краевых, областных и равных им судов (судов уровня субъекта Российской Федерации) рассмотрено 2368 уголовных дел в отношении 3596 лиц. Удовлетворены жалобы и представления по 430 делам, рассмотренным в кассационном порядке. По кассационным жалобам и представлениям на приговоры, постановления о прекращении дела и о применении принудительных мер медицинского характера к невменяемым (по существу дела) рассмотрено 1120 дел в отношении 2055 лиц. В кассационном порядке рассмотрены: обвинительные приговоры в отношении 1928 осужденных, оправдательные приговоры - 112 лиц, постановления о прекращении дела - 5 лиц, постановления о применении принудительных мер медицинского характера - 10 лиц. В первом полугодии 2010 г. отменены приговоры и постановления по существу дела в отношении 97 лиц (включая приговоры, отмененные с прекращением дела в связи со смертью осужденного). Обвинительные приговоры отменены в отношении 66 осужденных: с направлением на новое судебное рассмотрение в полном объеме отменены приговоры в отношении 41 осужденного, в том числе в отношении 5 осужденных - ввиду мягкости назначенного наказания; с прекращением дела в полном объеме отменены приговоры в отношении 4 осужденных, в том числе в отношении 3 осужденных - по реабилитирующим основаниям; частично с оставлением в силе другого менее тяжкого обвинения отменены приговоры в отношении 17 осужденных, в том числе 12 осужденных - с прекращением дела по реабилитирующим основаниям, одного осужденного - с прекращением дела по другим основаниям и 4 осужденных - с направлением на новое судебное рассмотрение, в связи со смертью прекращены дела в отношении 4 осужденных. Оправдательные приговоры отменены в отношении 24 человек. Изменены приговоры в отношении 227 осужденных, из них: с изменением квалификации преступления в отношении 29 осужденных, в том числе со снижением меры наказания - 24 осужденных, снижено наказание без изменения квалификации преступления в отношении 198 осужденных. В отношении 119 лиц вынесены другие кассационные определения с удовлетворением жалобы или представления, но без отмены или изменения приговора в части квалификации преступления или меры наказания (исключение эпизода, изменение законодательства и т. п.). Приговоры в отношении 1612 лиц оставлены без изменения. По кассационным жалобам и представлениям на приговоры, постановленные с участием коллегии присяжных заседателей, рассмотрено 255 дел в отношении 532 лиц (442 осужденных и 90 оправданных). Отменены приговоры в отношении 21 осужденного и 15 оправданных. Приговоры, постановленные с участием присяжных заседателей, в отношении 20 осужденных отменены с направлением дела на новое судебное разбирательство в полном объеме, в том числе в отношении одного лица - со стадии действий суда, следующих после вынесения вердикта присяжными заседателями. С прекращением дела отменен приговор в отношении одного осужденного. Изменены приговоры, постановленные с участием присяжных заседателей, в отношении 43 осужденных. Наказание снижено без изменения квалификации 36 осужденным, изменена квалификация преступления 7 осужденным, в том числе 6 осужденным - со снижением размера наказания. В кассационной инстанции по жалобам и представлениям на определения, вынесенные на стадии судебного производства, в порядке судебного контроля и в порядке исполнения приговора рассмотрено 1248 дел в отношении 1541 лица. Удовлетворены жалобы и представления в отношении 263 лиц. По рассмотренным в кассационном порядке делам вынесено 26 частных определений, в том числе по 18 делам - о нарушениях закона, допущенных при рассмотрении дела судом, по 8 делам - другого характера. II. Ошибки в применении норм уголовного закона 1. Квалификация преступлений 1.1. Действия пособника, не знавшего о том, что другие участники преступления действуют в составе организованной группы, не могут квалифицироваться как пособничество в преступлении, совершенном организованной группой. По приговору Московского городского суда от 12 апреля 2010 г. Г. осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 126 и ч. 2 ст. 330 УК РФ. Он признан виновным в том, что в сентябре 1998 г. оказал пособничество другим, ранее осужденным по этому же делу по другим приговорам, лицам в похищении организованной группой потерпевшего Л. и совершении в отношении этого потерпевшего самоуправных действий в г. Москве, на территории Ивановской и Нижегородской областей. Судебная коллегия признала квалификацию действий Г. по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 126 УК РФ ошибочной по следующим основаниям. Сам суд установил и указал в приговоре, что Г. не являлся участником организованной группы, не состоял в сговоре с другими лицами на похищение потерпевшего Л., непосредственно не участвовал в его похищении 28 августа 1998 г. в г. Москве и перемещении в г. Кохму Ивановской области, содержании его там и перемещении 1 сентября 1998 г. в д. Филино Сокольского района Нижегородской области. Установлено, что Г. лишь оказал содействие в перевозке 2 сентября 1998 г. потерпевшего Л. из д. Филино Сокольского района Нижегородской области в г. Иваново и обратно, а также участвовал в самоуправных действиях. Данных о том, что Г. знал об участии других лиц в составе организованной группы, в приговоре суда не указано. При таких обстоятельствах Г. не может нести ответственность за пособничество в похищении человека в составе организованной группы, его действия подлежат квалификации по ч. 5 ст. 33, п. "а" ч. 2 ст. 127 УК РФ как пособничество в незаконном лишении человека свободы, не связанном с его похищением, группой лиц по предварительному сговору. Судебная коллегия изменила приговор и переквалифицировала действия Г. с ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 126 УК РФ на ч. 5 ст. 33, п. "а" ч. 2 ст. 127 УК РФ (в ред. Федерального закона от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ) (определение N 5-О10-151). 1.2. Члены преступного сообщества, не участвовавшие в его организации и не руководившие этим сообществом, помимо ответственности по ч. 2 ст. 210 УК РФ несут ответственность только за преступления, в подготовке или совершении которых они сами участвовали. По приговору Иркутского областного суда с участием присяжных заседателей от 1 декабря 2009 г. Л. осужден по ч. 2 ст. 210, ч. 5 ст. 33, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 30, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. Федерального закона от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ) и ч. 3 ст. 222, ч. 3 ст. 222 УК РФ. Согласно приговору по ч. 3 ст. 222 и ч. 3 ст. 222 УК РФ Л. осужден за незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенное организованной группой. Однако, признавая Л., участвовавшего в преступном сообществе, виновным в совершении указанных преступлений, суд не указал в приговоре, в чем заключалась именно его роль в данных преступлениях, а сослался лишь на то, что он, "являясь членом группы лиц, знал, что по указанию руководителей группы весной 2002 г. и в сентябре 2003 г. членами группы и для группы было приобретено вооружение", перечисленное в приговоре, которое "одним из членов группы было перевезено в гаражные боксы N 164 гаражного кооператива N 40 и N 125 гаражного кооператива N 90, где хранилось до октября 2003 г. и июня 2004 г.". Таким образом, суд установил, что незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов было совершено иным лицом. Согласно ч. 5 ст. 35 УК РФ за все совершенные организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) преступления подлежит ответственности лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководящее ими, если эти преступления охватывались его умыслом. Другие же участники организованной группы или преступного сообщества (преступной организации) несут уголовную ответственность только за участие в них в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ, а также за преступления, в подготовке или совершении которых они сами участвовали. При таких обстоятельствах Л., участвовавший в преступном сообществе, которое он не организовывал и которым не руководил, не может нести ответственность за совершение другими участниками преступного сообщества преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 222 УК РФ, о которых он был лишь осведомлен, но сам в подготовке или совершении их согласно установленным судом фактическим обстоятельствам дела не участвовал. Судебная коллегия отменила приговор в части осуждения Л. по ч. 3 ст. 222, ч. 3 ст. 222 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления и снизила срок наказания, назначенный Л. по совокупности других совершенных им преступлений (определение N 66-О10-27СП). 1.3. Недекларирование не может расцениваться в качестве способа совершения контрабанды в случае перемещения предметов контрабанды помимо таможенного контроля. По приговору Оренбургского областного суда от 30 декабря 2009 г. Б. и другие (всего 7 человек) осуждены по ч. 2 ст. 322, ч. 1 ст. 188 УК РФ. Согласно приговору подсудимые во исполнение достигнутой между ними договоренности о поездке в Республику Казахстан и последующем возвращении обратно в Российскую Федерацию с целью приобретения и перемещения через границу товаров народного потребления помимо таможенного контроля вечером 2 апреля 2009 г. на шести машинах "УАЗ" выехали колонной по полевым дорогам и в объезд установленных пунктов пропуска к Государственной границе Российской Федерации с Республикой Казахстан, незаконно пересекли границу, на территории Республики Казахстан загрузили в автомобили товары народного потребления и днем 3 апреля 2009 г. тем же путем возвратились в Российскую Федерацию. Суд квалифицировал действия всех осужденных по ч. 1 ст. 188 УК РФ как контрабанду, т. е. перемещение через таможенную границу Российской Федерации товаров помимо таможенного контроля, сопряженное с недекларированием. Судебная коллегия изменила приговор и исключила осуждение всех осужденных за совершение контрабанды путем недекларирования на том основании, что действия по перемещению предметов контрабанды были совершены помимо таможенного контроля. Недекларирование же при контрабанде по смыслу ч. 1 ст. 188 УК РФ предполагает совершение соответствующих умышленных действий при прохождении таможенного контроля, чего со стороны осужденных не имело места (определение N 47-О10-22). 1.4. Если стоимость похищенного путем кражи чужого имущества при отсутствии квалифицирующих признаков хищения не превышает 1 тыс. рублей, содеянное следует расценивать как административное правонарушение. Судебная коллегия отменила приговор Верховного суда Республики Бурятия от 4 марта 2010 г. в части осуждения Е. по ч. 1 ст. 158 УК РФ за кражу телефона стоимостью 990 руб., совершенную в один из дней периода с 16 по 23 декабря 2008 г. Согласно ст. 7.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях (в ред. Федеральных законов от 31 октября 2002 г. N 133-ФЗ, от 22 июня 2007 г. N 116-ФЗ, от 16 мая 2008 г. N 74-ФЗ) мелкое хищение чужого имущества путем кражи при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных чч. 2, 3 и 4 ст. 158 УК РФ, влечет административную ответственность. Хищение чужого имущества признается мелким, если стоимость похищенного не превышает 1 тыс. рублей. Поскольку кража мобильного телефона стоимостью 990 рублей является мелким хищением, суд необоснованно признал Е. виновным в преступлении. Судебная коллегия прекратила уголовное дело в части осуждения Е. по ч. 1 ст. 158 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления и снизила срок наказания, назначенный Е. по совокупности других совершенных им преступлений (определение N 73-О10-15). 1.5. Недостижение осужденным предусмотренного ст. 20 УК РФ возраста повлекло частичное прекращение в отношении него уголовного дела. По приговору Московского городского суда с участием присяжных заседателей от 28 января 2010 г. П. осужден по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 115 УК РФ к шести месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 213 УК РФ к трем годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к трем годам двум месяцам лишения свободы. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком пять лет и возложением на осужденного указанных в приговоре обязанностей. Согласно чч. 1, 2 ст. 20 УК РФ уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 115 УК РФ, подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста. На день совершения указанного преступления - 1 февраля 2008 г. - осужденному П., 14 февраля 1992 года рождения, исполнилось лишь 15 лет, и поэтому он, как не субъект данного преступления, не подлежал уголовной ответственности. В связи с этим Судебная коллегия отменила приговор в части осуждения П. по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 115 УК РФ и уголовное дело прекратила в связи с отсутствием в деянии состава преступления в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (определение N 5-О09-372СП). 2. Назначение наказания 2.1. Назначение наказания в виде исправительных работ 2.1.1. В соответствии с ч. 1 ст. 50 УК РФ исправительные работы назначаются осужденному, не имеющему основного места работы. По приговору Красноярского краевого суда от 10 февраля 2010 г. П. осужден по ч. 2 ст. 297 УК РФ к одному году исправительных работ с удержанием из заработной платы 5%, на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров - к четырем годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Судебная коллегия изменила приговор, смягчив назначенное П. по ч. 2 ст. 297 УК РФ наказание до штрафа в размере 50 тыс. рублей. На основании ст. 70 УК РФ назначила три года одиннадцать месяцев лишения свободы со штрафом в размере 50 тыс. рублей, постановив штраф исполнять самостоятельно. В обоснование своего решения о смягчении назначенного П. наказания Судебная коллегия сослалась на положения ч. 1 ст. 50 УК РФ, а также установленные судом первой инстанции и отраженные в приговоре обстоятельства, согласно которым П. работал в ООО, учредителем и директором которого он являлся, в связи с чем ему не могло быть назначено наказание в виде исправительных работ (определение N 53-О10-25). 2.1.2. В соответствии сч. 3 ст. 50 УК РФ при назначении исправительных работ должен быть определен процент удержаний из заработной платы осужденного. По приговору Верховного суда Республики Татарстан от 10 сентября 2009 г. Ш. осужден по ч. 3 ст. 30, пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к девяти годам одиннадцати месяцам лишения свободы, по ч. 1 ст. 116 УК РФ к четырем месяцам исправительных работ без указания процента удержаний. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено десять лет лишения свободы. Судебная коллегия, установив несоблюдение судом требований ч. 3 ст. 50 УК РФ при назначении Ш. наказания по ч. 1 ст. 116 УК РФ, признала, что, не указав размер удержаний из заработной платы осужденного, суд тем самым фактически не назначил ему наказание. В связи с этим Судебная коллегия изменила приговор и исключила из него назначение Ш. наказания по ч. 1 ст. 116 УК РФ, а также назначение наказания с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ (определение N 11-О09-144). 2.2. Обстоятельства, смягчающие наказание 2.2.1. Если сообщение лица о совершенном с его участием преступлении признано судом явкой с повинной и в совокупности с другими доказательствами положено в основу обвинительного приговора, то явка с повинной должна быть учтена и в качестве предусмотренного п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельства, смягчающего наказание виновного. По приговору Тамбовского областного суда от 25 декабря 2009 г. К. осужден по п. "в" ч. 4 ст. 162, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ на двадцать лет лишения свободы. В соответствии со ст.ст. 141, 142 УПК РФ явкой с повинной признается добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, сделанное им в письменном или устном виде. Согласно материалам настоящего уголовного дела осужденным К. было сделано такое заявление. 29 декабря 2008 г. он добровольно сообщил о совершенном им совместно с Ш. нападении на А. и его убийстве. Это заявление К., зафиксированное в протоколе явки с повинной, было исследовано судом и признано в приговоре доказательством его вины. Однако вопреки требованиям закона в качестве обстоятельства, смягчающего наказание К., явка с повинной учтена не была. Указанное обстоятельство явилось основанием для изменения Судебной коллегией приговора в части смягчения наказания, назначенного К., как за каждое из совершенных им преступлений, так и по совокупности преступлений (определение N 13-О10-3). По аналогичным основаниям Судебная коллегия изменила приговор Хабаровского краевого суда от 3 марта 2010 г., по которому осуждены: Ш. по ч. 1 ст. 116, пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ на десять лет лишения свободы и Г. по пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ на девять лет лишения свободы. Суд в приговоре сослался на явки с повинной Ш. и Г. как на доказательства по делу, но обстоятельством, смягчающим наказание виновных, не признал, не приведя каких-либо мотивов (определение N 58-О10-34). 2.2.2. Согласно ч. 1 ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ) при наличии смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пп. "и" и (или) "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Вопреки требованиям закона суды, установив наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. "и" и (или) "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих обстоятельств, нередко либо вообще не применяли положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, либо применяли ст. 62 УК РФ в прежней редакции, в то время как действующий закон улучшает положение привлеченных к уголовной ответственности лиц. В связи с невыполнением требований ч. 1 ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ) осужденным назначалось наказание, выходящее за пределы, ограниченные данной нормой закона. Устраняя указанное нарушение закона, Судебная коллегия изменила в части назначения наказания, в частности, следующие приговоры: а) приговор Пермского краевого суда от 26 ноября 2009 г. в отношении Б., осужденного по п. "в" ч. 4 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, которому превышающее две трети максимального срока наказание было назначено по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ; б) приговор Амурского областного суда от 30 ноября 2009 г. в отношении Р., осужденного по ч. 2 ст. 162, п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, которому превышающее две трети максимального срока наказание было назначено по ч. 2 ст. 162 УК РФ; в) приговор Хабаровского краевого суда от 29 декабря 2009 г. в отношении А. и П., осужденных за преступления, совокупность которых включает предусмотренное п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ преступление, за которое каждому из них было назначено превышающее две трети максимального срока наказание; г) приговор Верховного суда Республики Марий Эл от 1 марта 2010 г. в отношении Е., осужденного по ст. 316 УК РФ, по которой ему назначено превышающее две трети максимального срока наказание; д) приговор Кемеровского областного суда от 23 марта 2010 г. в отношении З., осужденного по п. "а" ч. 2 ст. 116, ч. 3 ст. 30, пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, которому превышающее две трети максимального срока наказание было назначено по п. "а" ч. 2 ст. 116 УК РФ; е) приговор Московского областного суда от 8 апреля 2010 г. в отношении Г., осужденного по ч. 2 ст. 162, пп. "а", "в" ч. 2 ст. 166 УК РФ, которому превышающее две трети максимального срока наказание было назначено за оба преступления (определение N 4-О10-71СП). 2.2.3. При применении ч. 1 ст. 62 УК РФ за неоконченное преступление две трети следует исчислять от максимального наказания, предусмотренного за неоконченное преступление (т. е. две трети от половины - за приготовление к преступлению и две трети от трех четвертей - за покушение на преступление). По приговору Верховного суда Республики Татарстан от 18 марта 2010 г. Х. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ на восемь лет лишения свободы. При рассмотрении вопроса о наказании Х. суд в качестве обстоятельства, смягчающего его наказание, признал активное способствование раскрытию преступления. Обстоятельств, отягчающих наказание Х., суд не установил. Однако, выяснив, что имеется предусмотренное п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающее наказание виновного обстоятельство и отсутствуют обстоятельства, отягчающих его наказание, суд не применил к нему положения ч. 3 ст. 66 и ч. 1 ст. 62 УК РФ, в соответствии с которыми наказание подлежало исчислению следующим образом: предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ две трети следовало исчислять от трех четвертей максимального срока наказания, предусмотренных ч. 3 ст. 66 УК РФ (3/4 от 15 лет = 11 лет 3 месяца, 2/3 от 11 лет 3 месяцев = 7 лет 6 месяцев). Таким образом, Х. не могло быть назначено лишение свободы на срок, превышающий 7 лет 6 месяцев. Судебная коллегия изменила приговор и снизила срок наказания Х. до семи лет шести месяцев лишения свободы (определение N 11-010-65). По приговору Новосибирского областного суда от 10 сентября 2009 г. Н. осужден за совершение совокупности преступлений, включающей ч. 1 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 228-1 и ч. 1 ст. 30, пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ. Поскольку суд признал в приговоре, что наказание Н. должно быть назначено с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ, но фактически назначил ему наказание, превышающее две трети от максимального наказания, предусмотренного за приготовление к преступлению, т.е. половины наказания, Судебная коллегия изменила приговор и снизила назначенное Н. по ч. 1 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 228-1 и ч. 1 ст. 30, пп. "а", "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ наказание. Соответственно было пересмотрено наказание, назначенное Н. на основании ч. 3 ст. 69 и ст. 70 УК РФ (определение N 67-О10-29). 2.2.4. Согласно ч. 3 ст. 62 УК РФ положения ч. 1 этой статьи не применяются, если соответствующей статьей Особенной части УК РФ предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь. Поскольку в соответствии с ч. 4 ст. 66 УК РФ смертная казнь и пожизненное лишение свободы за приготовление к преступлению и покушение на преступление не назначаются, ч. 1 ст. 62 УК РФ может быть применена к осужденным за неоконченные преступления и в тех случаях, когда санкция статьи предусматривает эти виды наказания. При этом две трети следует исчислять от максимального наказания, предусмотренного за неоконченное преступление: от половины - за приготовление к преступлению и от трех четвертей - за покушение на преступление. По приговору Нижегородского областного суда от 24 марта 2010 г. К. и А. осуждены каждый по п. "в" ч. 4 ст. 162 и ч. 3 ст. 30, пп. "д", "е", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Признав смягчающим наказание виновных обстоятельством активное способствование раскрытию преступления, суд обоснованно назначил им по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ наказание с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ. При этом суд счел невозможным применение к К. и А. ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания по ч. 3 ст. 30, пп. "д", "е", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. В обоснование своего вывода о неприменении положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания по ч. 3 ст. 30, пп. "д", "е", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ суд сослался на ч. 3 ст. 62 УК РФ. Однако, ссылаясь на положения ч. 3 ст. 62 УК РФ, суд не учел, что эта норма подлежит применению во взаимосвязи с другими нормами, регулирующими общие начала назначения наказания, в частности с ч. 4 ст. 66 УК РФ, согласно которой смертная казнь и пожизненное лишение свободы за приготовление к преступлению и покушение на преступление не назначаются. При таких обстоятельствах при назначении наказания за покушение на убийство суд должен был руководствоваться положениями ч. 1 ст. 62 УК РФ. Судебная коллегия изменила приговор и, применив ч. 1 ст. 62 УК РФ, снизила срок лишения свободы каждому из осужденных по ч. 3 ст. 30, пп. "д", "е", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Соответственно было пересмотрено наказание, назначенное им по совокупности совершенных преступлений (определение N 9-О10-28). Поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 57 УК РФ пожизненное лишение свободы, а в соответствии с ч. 2 ст. 59 УК РФ смертная казнь женщинам не назначаются, ч. 1 ст. 62 УК РФ к ним применяется без каких-либо ограничений, в том числе и в тех случаях, когда санкция статьи предусматривает пожизненное лишение свободы и смертную казнь. По приговору Приморского краевого суда от 20 августа 2009 г. Б. осуждена по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на пятнадцать лет лишения свободы, а также за другие преступления, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ мера наказания ей назначена девятнадцать лет лишения свободы. При назначении наказания Б. суд признал смягчающими обстоятельствами явку с повинной и активное способствование раскрытию преступлений. Отягчающих наказание Б. обстоятельств судом не установлено. Согласно ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ) при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. "и" и (или) "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ. В соответствии с ч. 2 ст. 57 и ч. 2 ст. 59 УК РФ пожизненное лишение свободы и смертная казнь женщинам не назначаются. Таким образом, Б. по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ могло быть назначено максимальное наказание в виде двадцати лет лишения свободы, а с применением ст. 62 УК РФ - не более чем тринадцать лет четыре месяца лишения свободы. Однако Б. назначено наказание, превышающее пределы, установленные ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ). В связи с этим Судебная коллегия изменила приговор суда и смягчила ей наказание, назначенное по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, до тринадцати лет четырех месяцев лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных осужденной преступлений назначено лишение свободы на семнадцать лет (определение N 56-О09-72СП) Поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 57 УК РФ пожизненное лишение свободы, а в соответствии с ч. 2 ст. 59 УК РФ смертная казнь лицам, совершившим преступления в возрасте до 18 лет, не назначаются, ч. 1 ст. 62 УК РФ может быть применена к ним и в тех случаях, когда санкция статьи предусматривает эти виды наказания. При этом две трети следует исчислять от максимального наказания с учетом положений ч. 6 ст. 88 УК РФ. В соответствии с ч. 6 ст. 88 УК РФ лишение свободы несовершеннолетним осужденным назначается на срок не свыше десяти лет. В связи с этим при осуждении несовершеннолетних за особо тяжкие преступления при наличии предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ оснований две трети следует исчислять от десяти лет лишения свободы, что составляет шесть лет восемь месяцев. Однако суды нередко допускали ошибки, назначая данной категории осужденных наказание, выходящее за пределы, ограниченные ч. 1 ст. 62 и ч. 6 ст. 88 УК РФ. Устраняя указанные нарушения закона, Судебная коллегия изменила в части назначения наказания, в частности, следующие приговоры: а) приговор Московского городского суда от 26 октября 2009 г. в отношении И., которому по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ было назначено девять лет лишения свободы (определение N 5-О09-343), б) приговор Хабаровского краевого суда от 29 октября 2009 г. в отношении А., которому по пп. "а", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ было назначено семь лет лишения свободы (определение N 58-О10-6), в) приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 12 ноября 2009 г. в отношении Б., которому по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ было назначено семь лет лишения свободы и аналогичное наказание по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (определение N 11-О09-146), г) приговор Оренбургского областного суда от 10 декабря 2009 г. в отношении Г., которому по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ было назначено семь лет шесть месяцев лишения свободы (определение N 47-О10-4), д) приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 20 января 2010 г. в отношении Р., которому по пп. "а", "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ было назначено семь лет лишения свободы (определение N 49-О10-46), е) приговор Московского областного суда от 26 февраля 2010 г. в отношении В., которому по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ было назначено девять лет лишения свободы (определение N 4-О10-42). При совершении несовершеннолетним неоконченного преступления, санкция которого предусматривает пожизненное лишение свободы или смертную казнь, при наличии указанных в ч. 1 ст. 62 УК РФ оснований две трети следует исчислять с учетом положений ч. 6 ст. 88 и чч. 2, 3 ст. 66 УК РФ. По приговору Московского городского суда с участием присяжных заседателей от 22 сентября 2009 г. Ш., Ж. и С. осуждены за преступления, совокупность которых включает ч. 3 ст. 30, пп. "а", "ж", "и", "л" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Заданное преступление, совершенное в несовершеннолетнем возрасте, им с применением ч. 6-1 ст. 88 УК РФ назначено наказание в виде лишения свободы: Ш. - на семь лет шесть месяцев, Ж. и С. - на семь лет. Признав Ш., Ж. и С. виновными в совершении неоконченного преступления, суд вместе с тем установил в приговоре, что они явились с повинной и активно способствовали раскрытию преступления. Отягчающих наказание Ш., Ж. и С. обстоятельств суд не установил. Поэтому наказание Ш., Ж. и С. должно было назначаться с учетом положений ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66 и ч. 6 ст. 88 УК РФ, согласно которым каждому из осужденных не могло быть назначено лишение свободы на срок, превышающий пять лет. Однако суд не учел эти требования закона и при рассмотрении вопроса о наказании исходил лишь из положений ч. 6-1 ст. 88 УК РФ. В связи с этим Судебная коллегия изменила приговор и снизила назначенный Ш., Ж. и С. по ч. 3 ст. 30, пп. "а", "ж", "и", "л" ч. 2 ст. 105 УК РФ срок лишения свободы до пяти лет. Соответственно пересмотрено наказание, назначенное осужденным по совокупности преступлений (определение N 5-О09-372СП). 2.3. Обстоятельства, отягчающие наказание 2.3.1. В соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ, если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания. Наличие отягчающих наказание обстоятельств должно быть мотивировано в приговоре. По приговору Забайкальского краевого суда от 4 сентября 2009 г. Л. осуждена по п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 4 ст. 111 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ на одиннадцать лет лишения свободы, в соответствии со ст. 70 УК РФ на двенадцать лет лишения свободы. При назначении наказания в качестве отягчающего по обоим преступлениям обстоятельства суд признал совершение преступлений с использованием огнестрельного оружия. Однако такое решение суда не основано на законе, поскольку Л. признана виновной и осуждена за преступления, предусматривающие данное обстоятельство в качестве признака преступлений - разбойное нападение, совершенное с применением оружия, и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью в процессе совершения этого разбойного нападения. Кроме того, суд признал в качестве обстоятельства, отягчающего наказание осужденной, ее особо активную роль в совершении преступлений, не мотивировав своего решения в этой части. Судебная коллегия изменила приговор и, исключив отягчающие наказание Л. обстоятельства, смягчила назначенное ей наказание как за каждое из совершенных преступлений, так и по совокупности преступлений и приговоров (определение N 72-О09-62). По приговору Иркутского областного суда от 7 декабря 2009 г. К. осужден по п. "б" ч. 2 ст. 132, п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ; П. - по п. "б" ч. 2 ст. 132, ч. 5 ст. 33, п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. При назначении наказания в качестве отягчающего наказание К. и П. обстоятельства суд признал их особо активную роль в совершении преступлений. Судебная коллегия признала вывод суда о наличии указанного отягчающего наказание осужденных обстоятельства противоречащим материалам уголовного дела, указав следующее. Поскольку в совершении убийства участвовали только К. и П., в отношении этого преступления не может быть сделан вывод об их особо активной роли в убийстве. Кроме того, их роли в совершении убийства как исполнителя и пособника полностью отражены в квалификации их действий, а потому по смыслу ч. 2 ст. 63 УК РФ не могут быть учтены в качестве отягчающего обстоятельства. Вывод суда об особо активной роли К. и П. в совершении насильственных действий сексуального характера противоречит установленным судом фактическим обстоятельствам дела и не мотивирован в приговоре. Изменив приговор, Судебная коллегия исключила из него отягчающее наказание осужденных обстоятельство "особо активная роль в совершении преступлений" и смягчила назначенное им наказание (определение N 66-О10-36). 2.3.2. В соответствии сч. 4 ст. 65 УК РФ отягчающие наказание обстоятельства не учитываются при назначении наказания лицу, признанному вердиктом присяжных заседателей виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения. По приговору Верховного суда Республики Бурятия с участием присяжных заседателей от 26 октября 2009 г. М. осужден по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 222 УК РФ. Вердиктом присяжных заседателей М. признан заслуживающим снисхождения в отношении всех совершенных им преступлений, в связи с чем к нему подлежали применению положения ч. 4 ст. 65 УК РФ. Однако вопреки данной норме при назначении М. наказания за организацию приготовления к убийству суд учел в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение данного преступления с использованием оружия и боеприпасов (п. "к" ч. 1 ст. 63 УК РФ). Судебная коллегия изменила приговор и, исключив отягчающее наказание М. обстоятельство, пересмотрела назначенное ему наказание как за каждое из совершенных им преступлений, так и по совокупности преступлений (определение N 73-О10-3СП). По приговору Верховного суда Республики Саха (Якутия) с участием присяжных заседателей от 29 января 2010 г. Я. осужден по ч. 1 ст. 285, пп. "а", "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ. Поскольку вердиктом присяжных заседателей Я. признан заслуживающим снисхождения, к нему подлежали применению положения ч. 4 ст. 65 УК РФ. Однако вопреки данной норме при назначении Я. наказания суд в качестве обстоятельства, отягчающего его наказание, учел особо активную роль в совершении преступления (п. "г" ч. 1 ст. 63 УК РФ). Судебная коллегия изменила приговор и, исключив отягчающее наказание Я. обстоятельство, смягчила назначенное ему наказание как за каждое из совершенных им преступлений, так и по совокупности преступлений (определение N 74-О10-7СП). 2.4. Назначение наказания по совокупности преступлений и по совокупности приговоров 2.4.1. В соответствии с ч. 1 ст. 40 УК РСФСР наказание, назначаемое по совокупности преступлений, не могло превышать пределы, установленные статьей, предусматривающей более строгое наказание. По приговору Пермского областного суда от 2 июля 2009 г. Ф. осужден, в частности, за каждое из преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 17, ст. 103; п. "а" ст. 102; ч. 4 ст. 17, п. "а" ст. 102; ч. 4 ст. 17, ч. 3 ст. 146; ч. 3 ст. 146 УК РСФСР, к лишению свободы на определенный срок. По совокупности указанных преступлений на основании ч. 1 ст. 40 УК РСФСР ему назначено 18 лет лишения свободы. При назначении Ф. на основании ч. 1 ст. 40 УК РСФСР наказания в виде лишения свободы на 18 лет суд не учел, что в соответствии с этой нормой закона наказание, назначаемое по совокупности преступлений, не может превышать пределы, установленные статьей, предусматривающей более строгое наказание. Такой статьей, входящей в указанную совокупность, являлась ст. 102 УК РСФСР, предусматривавшая наказание в виде лишения свободы на срок от восьми до пятнадцати лет или смертной казни. Кроме того, в соответствии со ст. 24 УК РСФСР верхний предел наказания в виде лишения свободы составлял пятнадцать лет. При замене в порядке помилования смертной казни лишением свободы закон предусматривал возможность назначения пожизненного лишения свободы. Таким образом, ч. 1 ст. 40 и ст. 24 УК РСФСР не позволяли назначить осужденному наказание, превышающее пятнадцать лет лишения свободы. Судебная коллегия изменила приговор в части назначения наказания Ф. по совокупности преступлений в соответствии с ч. 1 ст. 40 УК РСФСР и снизила срок лишения свободы с восемнадцати до пятнадцати лет (определение N 44-О10-24). 2.4.2. Согласно ч. 4 ст. 56 УК РФ при назначении наказания по совокупности преступлений максимальный срок лишения свободы не может быть более двадцати пяти лет. По приговору суда Чукотского автономного округа от 28 сентября 2009 г. К. осужден за каждое из преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222, ч. 3 ст. 30, п. "е" ч. 2 ст. 105, пп. "а", "е" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 2 ст. 111, ч. 2 ст. 167 УК РФ, к лишению свободы на определенный срок. По совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено двадцать семь лет лишения свободы со штрафом в размере 2 тыс. рублей. Поскольку в соответствии с ч. 4 ст. 56 УК РФ в случае частичного или полного сложения сроков лишения свободы при назначении наказаний по совокупности преступлений максимальный срок лишения свободы не может быть более двадцати пяти лет, Судебная коллегия изменила приговор и снизила назначенное К. на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ наказание до двадцати пяти лет лишения свободы со штрафом в размере 2 тыс. рублей (определение N 94-О09-5). 2.4.3. Окончательное наказание в виде обязательных работ при полном или частичном сложении этих наказаний не может превышать максимального срока, предусмотренного для данного вида наказания Общей частью УК РФ. По приговору Приморского краевого суда от 1 декабря 2009 г. Г. осужден по ч. 1 ст. 297 УК РФ к 200 часам обязательных работ, по ч. 1 ст. 297 УК РФ к 200 часам обязательных работ. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ назначено 320 часов обязательных работ. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно назначено двенадцать лет один месяц лишения свободы со штрафом в сумме 100 тыс. рублей в исправительной колонии строгого режима. В соответствии со ст. 49 УК РФ обязательные работы как вид наказания устанавливаются на срок от 60 до 240 часов. Однако суд в нарушение требований закона назначил Г. по совокупности преступлений 320 часов обязательных работ. В связи с этим Судебная коллегия изменила приговор, снизив назначенное Г. по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ наказание до 220 часов обязательных работ и назначив на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательное наказание в виде лишения свободы на двенадцать лет двадцать дней. В остальной части приговор оставлен без изменения (определение N 56-О10-30). 2.4.4. Дополнительное наказание не может быть назначено по совокупности преступлений, если оно не назначено ни за одно из совершенных преступлений, входящих в совокупность. По приговору Волгоградского областного суда от 18 ноября 2009 г. С. осужден за превышение должностных полномочий и за получение через посредника взятки, совершенное с вымогательством взятки. Назначая С. наказание по совокупности преступлений, суд в соответствии со ст. 47 УК РФ лишил его права занимать должности представителя власти в правоохранительных органах на два года, не назначив ему при этом дополнительное наказание за конкретное преступление. Судебная коллегия изменила приговор и исключила из него назначение С. дополнительного наказания по совокупности преступлений, поскольку лишение права занимать должности представителя власти в правоохранительных органах за конкретное преступление не назначалось (определение N 16-О10-10). 2.4.5. При назначении наказания в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ должны учитываться изменения, внесенные в предыдущий приговор. По приговору Верховного суда Республики Татарстан от 29 июня 2009 г. Б. осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ (по эпизодам в отношении Р., Д. и З.), на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к шести годам лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно назначено лишение свободы на девять лет в исправительной колонии строгого режима. Согласно приговору при назначении окончательного наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ суд исходил из того, что по предыдущему приговору Кировского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 25 мая 2006 г. Б. был осужден по п. "б" ч. 2 ст. 228-1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к трем годам лишения свободы. Между тем приговор от 25 мая 2006 г. был изменен постановлением президиума Верховного суда Республики Татарстан от 28 мая 2008 г., действия Б. переквалифицированы с п. "б" ч. 2 ст. 228-1 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. "б" ч. 2 ст. 228-1 УК РФ и назначено наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде лишения свободы на два года девять месяцев. Учитывая внесенные в приговор от 25 мая 2006 г. изменения, которые не были учтены при постановлении приговора от 29 июня 2009 г., Судебная коллегия изменила приговор от 29 июня 2009 г. и смягчила назначенное Б. на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ наказание до восьми лет шести месяцев лишения свободы (определение N 11-О10-4). 2.4.6. При назначении наказания в соответствии со ст. 70 УК РФ к наказанию, назначенному по последнему приговору, суд ошибочно присоединил наказание в размере, превышающем неотбытую часть наказания по предыдущему приговору. По приговору Алтайского краевого суда от 17 сентября 2009 г. С. осуждена по пп. "а", "ж", "к" ч. 2 ст. 105, п. "г" ч. 2 ст. 112, п. "а" ч. 2 ст. 127 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к шестнадцати годам лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров назначено семнадцать лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Таким образом, при назначении окончательного наказания суд к наказанию, назначенному по последнему приговору, присоединил один год лишения свободы, не отбытый С. по предыдущему приговору. Между тем по предыдущему приговору от 13 августа 2007 г. С. была осуждена по ч. 1 ст. 158 УК РФ к восьми месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком один год, в течение которого она совершила новое преступление. При таких обстоятельствах в соответствии со ст. 70 УК РФ к новому наказанию не мог быть присоединен один год лишения свободы. Судебная коллегия изменила приговор и смягчила назначенное С. на основании ст. 70 УК РФ наказание до шестнадцати лет шести месяцев лишения свободы. В остальной части приговор оставлен без изменения (определение N 51-О09-92). 2.5. Срок наказания при вердикте присяжных заседателей о снисхождении В соответствии с ч. 1 ст. 65 УК РФ срок наказания лицу, признанному присяжными заседателями виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, не может превышать двух третей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. По приговору Хабаровского краевого суда с участием присяжных заседателей от 4 марта 2010 г. осуждены О. по ч. 3 ст. 162, п. "б" ч. 4 ст. 226 УК РФ и Г. по ч. 3 ст. 162, ч. 3 ст. 162 УК РФ. Поскольку вердиктом присяжных заседателей О. и Г. признаны заслуживающими снисхождения, к ним подлежали применению положения ч. 1 ст. 65 УК РФ. Однако вопреки данной норме при назначении О. и Г. наказания по ч. 3 ст. 162 УК РФ, верхний предел санкции которой составляет двенадцать лет лишения свободы, суд назначил им лишение свободы на девять лет, т. е. срок, превышающий две трети максимального срока, предусмотренного санкцией этого закона. Судебная коллегия изменила приговор и, смягчив назначенное осужденным по ч. 3 ст. 162 УК РФ наказание до восьми лет лишения свободы, назначила более мягкое наказание и по совокупности совершенных ими преступлений (определение N 58-О10-35СП). 2.6. Виды исправительных учреждений 2.6.1. Ошибочное признание лица ранее не судимым повлекло назначение ему более мягкого вида исправительного учреждения, чем предусмотрено уголовным законом. По приговору Кемеровского областного суда от 21 октября 2010 г. К. осужден по ч. 2 ст. 330, ч. 1 ст. 161, п. "г" ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 163 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к пяти годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. При постановлении приговора суд ошибочно исходил из отсутствия у К. судимости, на что указал во вводной части приговора. Однако Судебная коллегия установила, что ссылка суда на отсутствие судимости у К. противоречит фактическим обстоятельствам уголовного дела, согласно которым К. был ранее судим 15 августа 1996 г. по пп. "а", "б", "д" ч. 2 ст. 146, ст.ст. 15, 136 УК РСФСР к шести годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима и освободился 24 июля 2001 г. по отбытии наказания. В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 57 УК РСФСР, регулирующей погашение судимости, не имеющими судимости признаются лица, осужденные к лишению свободы на срок более трех лет, но не свыше шести лет, если они в течение пяти лет со дня отбытия наказания (основного и дополнительного) не совершат нового преступления. Следовательно, срок погашения судимости у К. истекал 24 июля 2006 г. Согласно приговору от 21 октября 2010 г. первые из новых преступлений - преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 330 и ч. 1 ст. 161 УК РФ, К. совершил 25 мая 2006 г., т. е. за два месяца до истечения срока погашения судимости. Таким образом, на момент совершения указанных выше преступлений К. был судим, что свидетельствует о наличии в его действиях рецидива преступлений. Согласно п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ при рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, отбывание лишения свободы назначается в исправительных колониях строгого режима. В связи с этим, исходя из положений ч. 3 ст. 387 УПК РФ, Судебная коллегия по кассационному представлению государственного обвинителя изменила приговор и назначила К. для отбывания наказания вместо исправительной колонии общего режима исправительную колонию строгого режима. В остальной части приговор в отношении К. оставлен без изменения (определение N 81-О10-62). 2.6.2. Согласной п. "г" ч. 1 ст. 58 УК РФ мужчинам при особо опасном рецидиве преступлений отбывание лишения свободы назначается в исправительных колониях особого режима. По приговору Верховного суда Республики Татарстан от 19 января 2010 г. Х. осужден по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ к пятнадцати годам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ к шестнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Ранее Х. был дважды судим за тяжкие преступления: 3 июля 2000 г. по п. "в" ч. 2 ст. 131 УК РФ к семи годам лишения свободы и 25 октября 2007 г. по ч. 1 ст. 111 УК РФ к трем годам лишения свободы. Освобожден условно-досрочно 12 марта 2009 г. на один год четыре месяца двадцать три дня. Новое преступление совершил 19 июня 2009 г. Поскольку Х. осужден за особо тяжкое преступление и ранее был дважды судим за тяжкие преступления, его действия в соответствии с п. "б" ч. 3 ст. 18 УК РФ образуют особо опасный рецидив преступлений. Согласно п. "г" ч. 1 ст. 58 УК РФ мужчинам при особо опасном рецидиве преступлений отбывание лишения свободы назначается в исправительных колониях особого режима. Таким образом, при постановлении приговора суд назначил Х. для отбывания наказания более мягкий вид исправительного учреждения, чем предусмотрено уголовным законом. В связи с этим Судебная коллегия по кассационному представлению государственного обвинителя изменила приговор и назначила Х. для отбывания наказания вместо исправительной колонии строгого режима исправительную колонию особого режима. В остальной части приговор оставлен без изменения (определение N 11-О10-24). III. Ошибки в применении норм уголовно-процессуального закона 1. Общие положения 1.1. Состав суда 1.1.1. Вопрос о составе суда, которым будет рассматриваться уголовное дело, должен разрешаться с учетом положений ст. 30 УПК РФ. Постановлением Новгородского областного суда от 24 ноября 2009 г., вынесенным по итогам предварительного слушания, назначено открытое судебное заседание по уголовному делу в отношении Т., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 223, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ, на 2 декабря 2009 г. судьей единолично. Между тем в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 30 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 205 УК РФ, рассматриваются коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции. В связи с этим Судебная коллегия отменила постановление судьи по итогам предварительного слушания и направила уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания (определение N 84-О10-2). Постановлением Омского областного суда от 8 декабря 2009 г., вынесенным по итогам предварительного слушания, назначено рассмотрение уголовного дела с участием присяжных заседателей в отношении М., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 2 ст. 158, пп. "д", "ж" ч. 2 ст. 206 УК РФ, и Д., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 2 ст. 158, п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ. Между тем п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ исключает возможность рассмотрения уголовного дела о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 206 УК РФ, судом с участием присяжных заседателей. На этом основании Судебная коллегия отменила постановление судьи по итогам предварительного слушания и направила уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания (определение N 50-О10-13). 1.1.2. При решении вопроса о том, в каком составе суда будет рассматриваться конкретное уголовное дело, должно учитываться не только волеизъявление обвиняемого, но и тяжесть преступления, в совершении которого он обвиняется. Постановлением Забайкальского краевого суда от 15 января 2010 г. назначено открытое судебное заседание на 28 января 2010 г. коллегией из трех судей Забайкальского краевого суда по уголовному делу в отношении Р., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 296, ч. 1 ст. 297 и ч. 2 ст. 297 УК РФ. Проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия установила, что при выполнении требований ст. 217 УПК РФ Р. заявил ходатайство о рассмотрении дела коллегией из трех судей. В стадии подготовки дела к слушанию суд счел возможным удовлетворить данное ходатайство и назначил рассмотрение дела в составе коллегии из трех судей. Однако, принимая решение об удовлетворении ходатайства о назначении рассмотрения дела коллегией в составе трех судей, суд не учел требований п. 3 ч. 2 ст. 30 УПК РФ, в соответствии с которым по ходатайству обвиняемого, заявленному до назначения судебного заседания, рассмотрение уголовного дела коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции возможно в случаях предъявления обвинения в совершении тяжких и особо тяжких преступлений. Поскольку преступления, в совершении которых обвиняется Р., относятся к категории преступлений небольшой тяжести, Судебная коллегия отменила постановление судьи о назначении судебного заседания и направила уголовное дело в суд на новое рассмотрение со стадии подготовки к судебному заседанию (определение N 72-О10-13). 1.2. Обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу Следователь не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он является близким родственником любого из участников производства по данному делу. По приговору Кемеровского областного суда от 9 марта 2010 г. Л. осужден по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ к семнадцати годам лишения свободы. Проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия установила, что 5 марта 2009 г. производство по уголовному делу было поручено следственной группе, руководителем которой назначена М., в этот же день принявшая дело к своему производству и впоследствии проводившая следственные действия, в том числе предъявление обвинения и составление обвинительного заключения. 6 марта 2009 г. в качестве свидетеля допрошен В., который в судебном заседании сообщил о том, что следователь М. - его дочь. В гл. 8 УПК РФ "Иные участники уголовного судопроизводства" имеется ст. 56 УПК РФ, из которой следует, что свидетель является участником уголовного судопроизводства. В силу ст. 61 УПК РФ следователь не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он является близким родственником или родственником любого из участников производства по данному уголовному делу. В соответствии со ст. 62 УПК РФ при наличии оснований для отвода, предусмотренных гл. 9 УПК РФ, участие следователя в производстве по уголовному делу недопустимо, он обязан от этого устраниться, чего следователь М. не сделала. Нарушение органами предварительного следствия указанных положений закона суд первой инстанции оставил без внимания, что повлияло на постановление законного, обоснованного, справедливого приговора и в силу п. 2 ч. 1 ст. 379, ст. 381 УПК РФ влечет отмену приговора. В связи с этим Судебная коллегия отменила приговор и направила уголовное дело прокурору Кемеровской области для устранения препятствий рассмотрения дела судом (определение N 81-О10-56). 1.3. Меры процессуального принуждения 1.3.1. Заключение под стражу Постановление суда о продлении срока содержания под стражей отменено, так как вопрос о продлении срока разрешался без участия подсудимого, удаленного из зала судебного заседания за нарушение порядка в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по существу. Постановлением судьи Приморского краевого суда от 11 января 2010 г. в ходе судебного разбирательства подсудимому М. на основании ст. 255 УПК РФ срок содержания под стражей продлен на три месяца, т. е. до 30 апреля 2010 г. При рассмотрении данного материала Судебная коллегия установила, что вопрос о продлении срока содержания М. под стражей был рассмотрен без его участия. Ходатайство защитника подсудимого об обеспечении участия М. в судебном заседании было отклонено на том основании, что в ходе рассмотрения уголовного дела судом с участием коллегии присяжных заседателей по существу М. был удален из зала судебного заседания на основании ч. 3 ст. 258 УПК РФ за нарушение им порядка в судебном заседании. Однако такое решение суда не основано на законе. В соответствии со ст.ст. 108 и 109 УПК РФ, устанавливающими общие правила принятия судом решений о мере пресечения в виде заключения под стражу, в том числе в судебных стадиях, такие решения принимаются в ходе судебного заседания, проводимого с участием подозреваемого или обвиняемого, прокурора и защитника, если последний участвует в уголовном деле. В соответствии с ч. 3 ст. 258 УПК РФ подсудимый может быть удален из зала судебного заседания до окончания прений сторон. При этом ему должно быть предоставлено право на последнее слово. По смыслу уголовно-процессуального закона решения, связанные с применением этой меры процессуального принуждения в отношении подсудимого, имеют целью создание надлежащих условий для осуществления производства по уголовному делу и выносятся в случаях, когда подсудимый нарушает свои обязанности. При этом подсудимому предоставляется право довести свое мнение по обсуждаемым вопросам до сведения суда, в том числе путем обеспечения его права на выступление с последним словом. В то же время последствия судебных решений о продлении срока содержания под стражей выходят за рамки собственно уголовно-процессуальных отношений и затрагивают сферу конституционных прав и свобод личности. В результате затрагиваются предусмотренные ст. 22 Конституции Российской Федерации гарантии судебной защиты конституционного права на свободу и личную неприкосновенность. При таких обстоятельствах удаление подсудимого из зала судебного заседания в связи с нарушением им порядка в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по существу не влечет за собой автоматического рассмотрения судом всех других вопросов, а в особенности вопроса о продлении срока содержания под стражей, в отсутствие подсудимого. Лишение подсудимого права изложить свою позицию относительно вопроса о продлении срока содержания под стражей и представить в ее подтверждение необходимые доказательства Судебная коллегия считает существенным нарушением его процессуальных прав, что не позволяет признать законным постановление суда. В связи с этим Судебная коллегия отменила постановление и, избрав М. меру пресечения в виде подписки о невыезде, направила материал на новое судебное разбирательство, указав на необходимость создания в ходе нового разбирательства надлежащих условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (определение N 56-О10-19). Постановление суда о продлении срока содержания под стражей отменено, так как вопрос о продлении срока разрешался в судебном заседании безучастия подсудимых, не уведомленных о рассмотрении судом данного вопроса, и одновременно в отношении всех подсудимых без учета индивидуальных особенностей и обвинения каждого. Постановлением Оренбургского областного суда от 12 февраля 2010 г. в ходе судебного разбирательства подсудимым Х. и другим (всего 9 человек) срок содержания под стражей продлен на три месяца, т. е. до 14 мая 2010 г. При рассмотрении материала о продлении срока содержания под стражей Судебная коллегия установила, что вопрос о продлении срока содержания подсудимых под стражей был разрешен в судебном заседании, в котором приняли участие государственный обвинитель и защитники подсудимых. Сами подсудимые не только не были доставлены в судебное заседание, но и не были уведомлены о его проведении, а ходатайства защитников об этом были отклонены, поскольку ранее по постановлению судьи Ж., рассматривавшего данное уголовное дело по существу, за нарушение порядка в судебном заседании и неподчинение распоряжениям председательствующего на основании ч. 3 ст. 258 УПК РФ они были до окончания прений сторон удалены из зала судебного заседания. Между тем материал о продлении срока содержания под стражей в связи с болезнью судьи Ж. рассматривался другим судьей этого же суда С., которому подсудимые вправе были заявить отвод при наличии у них оснований для этого. Однако в силу отказа в допуске подсудимых к участию в судебном заседании они были лишены этого. Кроме того, в постановлении суда содержатся выводы о продлении срока содержания под стражей в отношении всех подсудимых одновременно без учета индивидуальных особенностей каждого, обвинения в совершении конкретного преступления, что свидетельствует о нарушении принципа персональной ответственности. При таких обстоятельствах Судебная коллегия, признав постановление судьи незаконным и необоснованным, отменила его и направила материал на новое судебное разбирательство (определение N 47-О10-31). Постановление суда о продлении срока содержания под стражей отменено, так как вопрос о продлении срока разрешался в отсутствие законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого. Постановлением Московского городского суда от 9 декабря 2009 г. обвиняемому Г. продлен срок содержания под стражей на два месяца, т. е. до 21 февраля 2010 г. При рассмотрении материала о продлении срока содержания под стражей Судебная коллегия установила, что в производстве по делу принимал участие законный представитель обвиняемого Г. - его отец П., поскольку преступления, в которых обвинялся Г., совершены им в несовершеннолетнем возрасте. Согласно ст. 48 УПК РФ по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, к обязательному участию в уголовном деле привлекаются их законные представители в порядке, установленном ст.ст. 426 и 428 УПК РФ, наделенные самостоятельными процессуальными правами. По данному делу требование закона не выполнено, законный представитель П. о дне заседания не извещен и дело рассмотрено в его отсутствие, чем нарушено право обвиняемого на защиту. В связи с этим Судебная коллегия признала постановление незаконным и направила материал на новое рассмотрение, указав суду на необходимость известить о дне слушания материала законного представителя обвиняемого, его защитника и рассмотреть ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей с соблюдением уголовно-процессуального закона, а также дать оценку доводам защиты о необоснованно длительном содержании обвиняемого под стражей (определение N 5-О09-368). При рассмотрении вопроса о продлении срока содержания под стражей должны учитываться указанные в ст. 99 УПК РФ обстоятельства, в том числе данные о состоянии здоровья обвиняемого. Постановлением Верховного суда Республики Калмыкия от 13 апреля 2010 г. срок содержания под стражей Т., обвиняемому в совершении шести преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ, продлен на три месяца, т. е. до 18 июля 2010 г. (до пятнадцати месяцев), в то время как в рассматривавшемся судом материале имеется выписка из амбулаторной карты обвиняемого, а также медицинское заключение, согласно которым Т. по состоянию здоровья не может содержаться в условиях следственного изолятора и нуждается в обследовании и лечении в условиях кардиологического отделения стационара. Судебная коллегия внесла изменение в постановление, изменив меру пресечения Т. с заключения под стражу на залог (определение N 42-О10-3). Постановлением Приморского краевого суда от 26 ноября 2009 г. срок содержания под стражей Х., обвиняемому в совершении двух преступлений, предусмотренных п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ, продлен на шесть месяцев, т. е. до 16 мая 2010 г., в то время как Х. согласно представленным медицинским документам страдает рядом хронических заболеваний, поражением нескольких систем организма, требующих индивидуального врачебного подхода и особенного плана лечения, которое в условиях следственного изолятора невозможно. Судебная коллегия внесла изменение в постановление, изменив меру пресечения Х. с заключения под стражу на залог (определение N 56-О10-20). Постановлением Московского городского суда от 4 мая 2010 г., вынесенным по итогам предварительного слушания, С., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. "а" ч. 4 ст. 290 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на два месяца, т. е. до 11 июля 2010 г., в то время как в период нахождения в следственном изоляторе состояние ее здоровья ухудшилось, она перенесла два инсульта, в марте 2010 г. была переведена в медицинский изолятор, документы обследования направлены на СМЭ для определения группы инвалидности. Судебная коллегия внесла изменение в постановление, изменив меру пресечения С. с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении (определение N 5-О10-148). Частичное ознакомление находящихся на свободе обвиняемых с материалами уголовного дела не является достаточным основанием для продления срока содержания под стражей обвиняемому, полностью ознакомившемуся с материалами уголовного дела. Постановлением Пермского краевого суда от 3 марта 2010 г. Л., обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 159 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на три месяца, т. е. до 8 июня 2010 г. (до пятнадцати месяцев двадцати пяти суток), до окончания ознакомления с материалами дела других обвиняемых и их адвокатов по данному делу, составления обвинительного заключения и утверждения прокурором. При рассмотрении материала о продлении срока содержания под стражей Судебная коллегия установила, что Л. с материалами дела ознакомился 19 февраля 2010 г. Остальные обвиняемые по данному делу под стражей не содержатся. Так как четверо не содержащихся под стражей по данному делу обвиняемых с материалами дела не ознакомились, следователь обратился в суд с ходатайством о продлении Л. срока содержания под стражей еще на три месяца. Указанное ходатайство не основано на законе, поскольку в соответствии с ч. 7 ст. 109 УПК РФ следователь вправе возбудить ходатайство о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого, ознакомившегося с материалами уголовного дела, если содержащиеся под стражей другие обвиняемые с ним не ознакомились. Приведенные требования процессуального закона судом были проигнорированы. В постановлении суда вообще нет ссылок на конкретные части ст. 109 УПК РФ. Кроме того, суд в постановлении указал, что тяжесть предъявленного Л. обвинения, данные, характеризующие его личность, свидетельствуют о том, что, находясь на свободе, он может скрыться, воздействовать на свидетелей либо иным путем препятствовать рассмотрению уголовного дела. Между тем Л. обвиняется в совершении тяжкого преступления. Данное обстоятельство в соответствии со ст.ст. 97 и 99 УПК РФ явилось одним из оснований избрания ему меры пресечения в виде содержания под стражей. Однако тяжесть предъявленного обвинения не может сама по себе служить основанием для длительного периода предварительного заключения. В соответствии со ст. 108 УПК РФ при избрании и продлении меры пресечения в виде заключения под стражу суд должен указать на проверенные конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принимается решение о продлении срока содержания под стражей (п. 3 постановления N 22 Пленума Верховного Суда РФ от 29 октября 2009 г. "О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста"). Как видно из представленных материалов, в них отсутствуют конкретные данные о том, что Л. предпринимал меры к тому, чтобы скрыться от следствия и суда. Из представленных материалов видно, что Л. имеет постоянное место жительства, положительно характеризуется, не судим. Вывод суда о том, что есть основания полагать, что он может скрыться от суда, ни на чем не основан. Мнение о том, что Л. будет оказывать воздействие на свидетелей, является предположением. Таким образом, основания, на которые сослался суд в постановлении, принимая решение о дальнейшем содержании Л. под стражей, не подтверждены представленными материалами. Несмотря на длительное нахождение Л. под стражей, в постановлении не приведены доводы о невозможности применения к нему меры пресечения, не связанной с лишением свободы. Учитывая длительное содержание Л. под стражей, отсутствие в настоящее время оснований для этого, Судебная коллегия заменила Л. меру пресечения в виде заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении (определение N 44-О10-28). 1.3.2. Денежное взыскание Часть 2 ст. 111 УПК РФ не предусматривает применение к подсудимому меры процессуального принуждения в виде денежного взыскания. Постановлениями Магаданского областного суда от 30 июля 2009 г. и от 31 июля 2009 г. неявка подсудимого З. в судебное заседание признана неуважительной и приняты решения о приводе его в судебные заседания; одновременно З. был подвергнут денежному взысканию, оба раза по 2500 руб. в доход федерального бюджета. Судебная коллегия изменила постановления по следующим основаниям. Принимая решения о наложении на З. денежных взысканий, суд руководствовался ст.ст. 117, 247, 256 УПК РФ. Между тем в соответствии с гл. 14 УПК РФ, регламентирующей основания и порядок применения мер процессуального принуждения, денежное взыскание может быть применено лишь в отношении потерпевшего, свидетеля, гражданского истца, гражданского ответчика, эксперта, специалиста, переводчика и понятого (ч. 2 ст. 111 УПК РФ). Часть 1 этой же статьи не предусматривает такой меры процессуального принуждения в отношении подозреваемого, обвиняемого. Не содержит такой меры процессуального принуждения и ч. 3 ст. 247 УПК РФ, являющаяся специальной нормой в отношении подсудимого. По смыслу ст. 117 УПК РФ денежное взыскание как мера процессуального принуждения применяется лишь в случаях, указанных в уголовно-процессуальном законе. Постановления Магаданского областного суда от 30 июля 2009 г. и от 31 июля 2009 г. в отношении 3. изменены: из них исключены указания на денежные взыскания. Производство в этой части прекращено (определение N 93-О09-24СП). 1.3.3. Привод Часть 1 ст. 113 УПК РФ предусматривает применение к свидетелю меры процессуального принуждения в виде привода. Однако применение такой меры возможно лишь после исследования вопроса о надлежащем уведомлении свидетеля о дате, времени и месте судебного заседания. Отсутствие доказательств надлежащего извещения свидетеля о дате, времени и месте судебного заседания является препятствием для применения к нему привода. Постановлением Верховного суда Республики Татарстан от 16 ноября 2009 г., вынесенным в ходе судебного разбирательства уголовного дела в отношении Ш., свидетель П. подвергнута приводу в судебное заседание на 19 ноября 2009 г. В кассационной жалобе П. просила об отмене постановления судьи на том основании, что она "лично не получала ни одного извещения о дне слушания дела или повестки о вызове в судебное заседание в качестве свидетеля". Ссылаясь на талон к путевке на свое имя, утверждала, что с 26 октября по 9 ноября 2009 г. находилась в санатории за пределами города Нижнекамска, поэтому судья не имел реальной возможности заранее уведомить ее и не располагал сведениями о вручении ей уведомления о дне рассмотрения дела. Считала, что суд, не располагая сведениями о вручении повестки, не вправе был подвергать участников процесса приводу. Указывала, что сообщить суду о месте своего нахождения не могла, поскольку не получала извещения о вызове в судебное заседание, а судья сделал ничем не подтвержденный вывод о том, что она уклоняется от явки в судебное заседание без уважительной причины. Полагала, что без достаточных оснований и преждевременно вынесено постановление от 16 ноября 2009 г. о приводе ее в судебное заседание. Изучив представленные материалы, Судебная коллегия установила следующее. В обоснование своего решения о приводе П. в судебное заседание на 19 ноября 2009 г. суд сослался на то, что по вызову в судебное заседание на 9 ноября 2009 г. П. не явилась без уважительной причины. Между тем, как видно из ксерокопии обратного талона к путевке в ООО "Санаторий ВАРЗИ-ЯТЧИ", П. находилась в санатории с 26 октября по 8 ноября 2009 г., в материалах нет также сведений о вручении ей повестки о явке в судебное заседание на 9 ноября 2009 г. Поскольку при вынесении постановления о приводе судья не располагал сведениями о вручении П. судебной повестки, о причинах неявки свидетеля в судебное заседание и не исследовал эти вопросы, Судебная коллегия признала постановление судьи незаконным и отменила его (определение N 11-О09-142). 1.4. Судебные издержки 1.4.1. В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 131 УПК РФ вознаграждение, выплачиваемое эксперту за исполнение им в ходе уголовного судопроизводства своих обязанностей в порядке служебного задания, к процессуальным издержкам не относится. По приговору Архангельского областного суда от 19 сентября 2006 г. с осужденных П. и Б. постановлено взыскать по 5867 руб., с Р. - 10 389 руб. в пользу государственного учреждения здравоохранения "Областное бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения администрации Архангельской области" за производство судебно-медицинских экспертиз. Однако Судебная коллегия установила, что судебно-медицинские экспертизы по настоящему делу проводились государственным учреждением здравоохранения "Областное бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения администрации Архангельской области" на основании постановлений следователей прокуратуры от 14 июня 2005 г., 14 июля 2005 г., 19 января 2006 г. и 26 апреля 2006 г., т. е. в порядке служебного задания. При таких обстоятельствах у суда не было оснований для признания указанных расходов процессуальными издержками. Судебная коллегия изменила приговор и исключила из него указание на взыскание с П., Б. и Р. процессуальных издержек. В остальной части приговор оставлен без изменения (определение N 1-О10-1). 1.4.2. Невыяснение в ходе судебного заседания вопроса о взыскании судебных издержек повлекло признание судебных решений незаконными. По приговору Томского областного суда от 29 января 2010 г. И. осужден по ч. 2 ст. 297 УК РФ. Постановлением суда, вынесенным в тот же день, за защиту интересов И. в судебном заседании адвокатом Н. по назначению постановлено выплатить из средств федерального бюджета РФ 387 руб. Этим же постановлением указанную сумму в виде процессуальных издержек было постановлено взыскать с И. в федеральный бюджет РФ. Проверив материалы дела, Судебная коллегия установила, что согласно протоколу судебного заседания вопрос о взыскании процессуальных издержек с И. в судебном заседании не обсуждался и, таким образом, фактически был разрешен без участия самого осужденного. Постановление судом не оглашалось. Однако, как отметил Конституционный Суд РФ в определении от 13 июня 2002 г. N 142-O при рассмотрении жалобы Соловьева В.В. на нарушение его конституционных прав ст. 322 УПК РСФСР, в норме закона, в данном случае в ч. 3 ст. 313 УПК РФ, отсутствуют какие-либо положения, которые исключали бы возможность участия подсудимого в рассмотрении судом вопроса о возмещении расходов по оплате труда адвоката, участвующего в деле по назначению, либо допускали возможность неоглашения принятого судом в ходе судебного разбирательства решения по этому вопросу. Кроме того, процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. При таких обстоятельствах вопрос о взыскании процессуальных издержек с осужденного должен быть решен на основе общих принципов и правил, действующих в стадии судебного разбирательства, т. е. с участием заинтересованного лица, которое имеет право выразить свое мнение по вопросу о возмещении расходов, связанных с оплатой труда адвоката, участвующего в деле по назначению. С учетом изложенного рассмотрение судом указанного вопроса фактически без участия осужденного И. нельзя признать законным. Судебная коллегия отменила постановление и направила дело на новое рассмотрение в этой части (определение N 88-О10-21). По приговору Кемеровского областного суда от 30 июня 2009 г. с А. и других осужденных (всего 9 человек) постановлено взыскать судебные издержки - расходы по оплате труда адвокатов и на проведение экспертиз. Судебная коллегия, установив, что в судебном заседании вопрос о взыскании и распределении судебных издержек не обсуждался, позиция подсудимых не выяснялась, им не разъяснялось право просить об освобождении от взыскания издержек в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 132 УПК РФ, признала приговор в части, касающейся взыскания судебных издержек, не соответствующим требованиям ст.ст. 297, 309 УПК РФ. На этом основании Судебная коллегия отменила приговор в части взыскания с осужденных в доход государства судебных издержек и направила уголовное дело в этой части на новое судебное разбирательство (определение N 81-О10-11). 1.4.3. В соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, то расходы на оплату труда адвоката возмещаются за счет средств федерального бюджета. По приговору Тамбовского областного суда от 17 ноября 2009 г. Ж. осуждена по ч. 2 ст. 303 УК РФ, Б. осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 303 УК РФ. 19 ноября 2009 г. Тамбовский областной суд постановил взыскать с осужденной Ж. процессуальные издержки в сумме 14 322 руб. за участие в судебном заседании адвоката М. 20 ноября 2009 г. Тамбовский областной суд постановил взыскать с осужденного Б. процессуальные издержки в сумме 13 128 руб. за участие в судебном заседании адвоката С. Однако Судебная коллегия установила, что Ж. и Б. в судебном заседании отказались от защитников, в связи с чем адвокаты М. и С. участвовали в деле по назначению суда. При таких обстоятельствах Судебная коллегия, сославшись на положения ч. 4 ст. 132 УПК РФ, отменила постановления об оплате труда адвоката в части взыскания процессуальных издержек с осужденных Ж. и Б. (определение N 13-О09-36). 1.5. Гражданский иск Взыскание судом по собственной инициативе компенсации морального вреда повлекло изменение приговора. По приговору Тверского областного суда от 4 марта 2010 г. О. в числе других преступлений осужден по п. "а" ч. 3 ст. 163 УК РФ за вымогательство организованной группой под угрозой применения насилия денежных средств у С. и А., с О. взыскана компенсация морального вреда в пользу А. и С. Судебная коллегия, установив, что потерпевшие не заявляли исковых требований к О. о взыскании компенсации морального вреда, изменила приговор и исключила из него принятое судом по собственной инициативе решение о взыскании с О. компенсации морального вреда в пользу А. и С. (определение N 35-О10-1). 2. Судебное производство 2.1. Судебное разбирательство 2.1.1. Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. По приговору Оренбургского областного суда от 30 декабря 2009 г. Б., К., М. и Н. осуждены за совершение преступлений, совокупность которых включает преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 322 УК РФ. Суд квалифицировал действия Б., К., М. и Н. по ч. 2 ст. 322 УК РФ как незаконное пересечение Государственной границы Российской Федерации без действительных документов на право въезда в Российскую Федерацию или выезда из Российской Федерации и без надлежащего разрешения, полученного в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, совершенные группой лиц по предварительному сговору. Таким образом, суд признал Б., К., М. и Н. виновными в незаконном пересечении Государственной границы Российской Федерации двумя из двух запрещенных законом (ч. 1 ст. 322 УК РФ) способов: 1) без действительных документов на право въезда в Российскую Федерацию или выезда из Российской Федерации и 2) без надлежащего разрешения, полученного в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Однако при проверке материалов уголовного дела Судебная коллегия установила, что органами предварительного следствия Б., К., М. и Н. не вменялось в вину незаконное пересечение Государственной границы Российской Федерации без действительных документов на право въезда в Российскую Федерацию или выезда из Российской Федерации. В связи с этим Судебная коллегия изменила приговор в части осуждения Б., К., М. и Н. по ч. 2 ст. 322 УК РФ и исключила из приговора их осуждение за незаконное пересечение Государственной границы Российской Федерации без действительных документов на право въезда в Российскую Федерацию или выезда из Российской Федерации (определение N 47-О10-22). 2.1.2. В силу ст.ст. 15, 246 и 252 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, в связи с чем мотивированный отказ государственного обвинителя от части обвинения является обязательным для суда. По приговору Тамбовского областного суда от 8 апреля 2010 г. Я. осужден по п. "а" ч. 3 ст. 131 УК РФ к десяти годам лишения свободы. Я. признан виновным и в изнасиловании несовершеннолетней, т. е. половом сношении, совершенном с применением насилия и использованием беспомощного состояния потерпевшей вследствие ее несовершеннолетнего возраста и умственной отсталости. Судебная коллегия установила, что протокол судебного заседания содержит данные о том, что в ходе судебных прений государственный обвинитель мотивированно просил исключить из обвинения Я. признак совершенного им преступления - с применением насилия. Указанная позиция государственного обвинителя была поддержана представителем потерпевшей и стороной защиты. Однако суд не обсудил эту позицию и свое решение о причинах оставления без внимания позиции государственного обвинителя о частичном отказе от обвинения не мотивировал. Поскольку в силу ст.ст. 15, 246 и 252 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, в связи с чем мотивированный отказ государственного обвинителя от части обвинения является обязательным для суда, Судебная коллегия изменила приговор, исключила из него осуждение Я. за совершение изнасилования с применением насилия и снизила назначенный Я. по п. "а" ч. 3 ст. 131 УК РФ срок наказания (определение N 13-010-13). По приговору Приморского краевого суда с участием присяжных заседателей от 9 сентября 2009 г. Г. осужден по ч. 5 ст. 33, пп. "е", "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ на пятнадцать лет лишения свободы, по ч. 2 ст. 222 УК РФ к четырем годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к шестнадцати годам лишения свободы. Исходя из установленных обвинительным вердиктом фактических обстоятельств уголовного дела, суд квалифицировал действия Г. по ч. 5 ст. 33, пп. "е", "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ как пособничество в убийстве, т.е. умышленном причинении смерти другому человеку, совершенном общеопасным способом, группой лиц по предварительному сговору, выразившееся в содействии совершению преступления, заранее обещанном сокрытии средств и следов преступления. Однако при такой квалификации действий Г. не была учтена позиция государственного обвинителя в суде, которую он высказал при обсуждении в порядке ст. 347 УПК РФ последствий вердикта присяжных заседателей и предложил квалифицировать действия Г. только по ч. 5 ст. 33, п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, исключив п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как умыслом Г. не охватывался общеопасный способ убийства. В соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения путем: 1) исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание; 2) исключения из обвинения ссылки на какую-либо норму Уголовного кодекса РФ, если деяние подсудимого предусматривается другой нормой Уголовного кодекса РФ, нарушение которой вменялось ему в обвинительном заключении или обвинительном акте; 3) переквалификации деяния в соответствии с нормой Уголовного кодекса РФ, предусматривающей более мягкое наказание. Исходя из принципа состязательности сторон и правил ст.ст. 37 и 246 УПК РФ, предусматривающих возможность изменения обвинения в сторону смягчения на любом этапе разбирательства дела судом присяжных, суд первой инстанции должен был принять во внимание, что обвинение Г. по факту причинения смерти В. поддерживалось государственным обвинителем в суде по ч. 5 ст. 33, п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, и именно это обстоятельство устанавливало пределы обвинения для подсудимого. При указанных обстоятельствах действия Г. следовало квалифицировать по ч. 5 ст. 33, п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ как пособничество в убийстве группой лиц по предварительному сговору. В связи с этим Судебная коллегия изменила приговор, исключила из него осуждение Г. по ч. 5 ст. 33, п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ, снизила срок наказания Г. по ч. 5 ст. 33, п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ и назначила более мягкое наказание по совокупности совершенных преступлений (определение N 56-О10-27СП). 2.2. Особенности производства в суде с участием присяжных заседателей 2.2.1. В соответствии с ч. 3 ст. 328 УПК РФ при формировании коллегии присяжных заседателей кандидаты в присяжные заседатели обязаны правдиво отвечать на задаваемые им председательствующим вопросы, а также представить необходимую информацию о себе и об отношениях с другими участниками уголовного судопроизводства. В рассмотрении уголовного дела в отношении Ц., осужденного 1 февраля 2010 г. Верховным судом Республики Алтай с участием присяжных заседателей по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ и оправданного по п. "г" ч. 2 ст. 105 УК РФ, участвовала присяжный заседатель Е., которая скрыла важные сведения, касающиеся ее личности: ранее, 27 января 2006 г., Е. была осуждена Горно-Алтайским городским судом Республики Алтай по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 238 УК РФ к шести месяцам лишения свободы на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком шесть месяцев. Уголовное дело в отношении Е. расследовал в полном объеме один следователь - Л., который, в частности, принимал от нее заявление о явке с повинной, разъяснял право на защиту, предъявлял обвинение, допрашивал в качестве подозреваемой и обвиняемой. Этот же следователь принимал участие в расследовании уголовного дела в отношении Ц. При этом у кандидатов в присяжные заседатели при формировании коллегии выяснялось, есть ли среди них лица, лично знакомые со следователем Л. Однако Е., лично знакомая со следователем Л., скрыла это обстоятельство, не ответила правдиво на поставленный вопрос при формировании коллегии присяжных заседателей, лишив участников процесса, в том числе сторону обвинения, возможности заявить ей отвод по основаниям, предусмотренным ст. 61 УПК РФ, и немотивированный отвод на основании ст. 328 УПК РФ. Судебная коллегия отменила приговор и направила уголовное дело на новое судебное разбирательство (определение N 52-О10-8СП). В рассмотрении уголовного дела в отношении К., оправданного 25 августа 2009 г. Ростовским областным судом с участием присяжных заседателей по пп. "а", "к" ч. 2 ст. 105 и ч. 1 ст. 222 УК РФ, участвовал присяжный заседатель А., который при отборе кандидатов в присяжные заседатели, отвечая на вопрос государственного обвинителя, есть ли среди кандидатов в присяжные заседатели лица, ранее привлекавшиеся к уголовной ответственности, скрыл информацию о том, что был осужден 7 октября 2002 г. по п. "б" ч. 3 ст. 159, ч. 2 ст. 327 УК РФ к пяти годам лишения свободы условно с испытательным сроком три года. Таким образом, сторона обвинения была лишена возможности воспользоваться правом на мотивированный и немотивированный отвод кандидата в присяжные заседатели, чем существенно ущемлены условия формирования законного состава суда. Судебная коллегия отменила приговор и направила уголовное дело на новое судебное разбирательство (определение N 41-О09-94СП). 2.2.2. В соответствии с чч. 6, 7 ст. 335 УПК РФ с участием присяжных заседателей не рассматриваются вопросы о недопустимости доказательств. По приговору Хабаровского краевого суда с участием присяжных заседателей от 12 октября 2009 г. Ф. оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. В соответствии с ч. 7 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства, доказанность которых устанавливается присяжными в соответствии с их полномочиями. Согласно чч. 6, 7 ст. 335 УПК РФ с участием присяжных заседателей не исследуются способы собирания доказательств, не рассматриваются вопросы о допустимости доказательств, вопросы тактики расследования, данные, характеризующие личность подсудимых. По смыслу закона материалы уголовного дела, относящиеся к оперативно-розыскным, могут исследоваться в присутствии присяжных заседателей также только в части, относящейся к фактическим обстоятельствам дела. По данному делу перечисленные требования закона не были соблюдены. Так, председательствующим судьей удовлетворялись ходатайства стороны обвинения и стороны защиты, в результате которых в присутствии присяжных заседателей исследовались способы собирания доказательств, рассматривались вопросы о допустимости доказательств, вопросы тактики расследования. В ходе допроса свидетеля А., являвшегося понятым при проведении оперативно-розыскного мероприятия (ОРМ) "оперативный эксперимент", сторонами выяснялся вопрос, присутствовал ли он при личном досмотре участника ОРМ, вручении свидетелю Б. видеокамеры скрытого ношения, изъятии скрыто носимой камеры (1 и 2 июля 2008 г.), при зарядке диктофона 2 июля 2008 г., вручении диктофона и его изъятии в этот же день. В присутствии присяжных заседателей также исследовались материалы оперативно-розыскного мероприятия. Эти материалы представлялись для обозрения свидетелю А. для идентификации его подписи. В связи с заявлением А. о том, что подписи в указанных документах ему не принадлежат, по просьбе присяжных заседателей эти материалы представлялись им для обозрения. Помимо этого по ходатайству государственного обвинителя присяжным заседателям представлялся для обозрения оглашенный ранее протокол допроса свидетеля А. на предварительном следствии (в котором он подтверждал свое участие в перечисленных мероприятиях) для сравнения присяжными заседателями во всех этих документах подписи А. Таким образом, в данном случае помимо процедуры расследования в присутствии присяжных заседателей исследовался вопрос о допустимости перечисленных доказательств. То обстоятельство, что сторонами не заявлялось ходатайств о признании доказательств недопустимыми, не освобождало председательствующего судью от возложенной на него законом обязанности по проверке в отсутствие присяжных заседателей всех представляемых присяжным заседателям доказательств с точки зрения их допустимости. Показания свидетеля А. и материалы оперативно-розыскной деятельности, вопрос об их допустимости анализировались стороной защиты в прениях, указанные обстоятельства напоминались присяжным заседателям в напутственном слове. С учетом позиции защиты об оговоре Ф. потерпевшим и свидетелями обвинения, в том числе Б., бывшим сотрудником милиции (участником оперативно-розыскного мероприятия "оперативный эксперимент"), Судебная коллегия пришла к выводу о том, что обсуждение в присутствии присяжных заседателей вопросов, касающихся процедуры предварительного следствия, допустимости доказательств обвинения, в результате чего была поставлена под сомнение допустимость этих доказательств, а следовательно, и законность действий лиц, производивших расследование данного уголовного дела, безусловно, повлияло на содержание ответов присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы. Признав перечисленные нарушения уголовно-процессуального закона существенными, Судебная коллегия отменила приговор и направила уголовное дело на новое судебное разбирательство (определение N 58-О09-91СП). 2.2.3. В соответствии с ч. 2 ст. 345 УПК РФ противоречия в вердикте присяжных заседателей препятствуют постановлению приговора. По приговору Тюменского областного суда с участием присяжных заседателей от 20 ноября 2009 г. Ж. осужден по ч. 5 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Г. оправдан по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Однако Судебная коллегия установила, что согласно вопросному листу при ответе на вопрос N 2 о совершении Г. действий, связанных с убийством потерпевшего, захоронением с участием подсудимого Ж. трупа и завладением денежными средствами и автомобилем, присяжные заседатели ответили отрицательно. В то же время на вопрос N 5 о совершении Ж. указанных действий совместно с подсудимым Г. присяжные заседатели ответили утвердительно. Таким образом, вердикт присяжных заседателей является противоречивым. Согласно ч. 2 ст. 345 УПК РФ, найдя вердикт неясным или противоречивым, председательствующий указывает на его неясность или противоречивость и предлагает коллегии присяжных заседателей возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист. Это требование закона председательствующим не было выполнено, в результате чего приговор был постановлен на основании противоречивого вердикта об обстоятельствах совершения преступления. В связи с этим Судебная коллегия, удовлетворив кассационную жалобу потерпевшей и кассационное представление государственного обвинителя, отменила приговор в отношении Г. и Ж. и направила уголовное дело на новое судебное разбирательство (определение N 89-О10-1СП). 2.2.4. Согласно ч. 3 ст. 348 УПК РФ председательствующий квалифицирует содеянное подсудимым в соответствии с обвинительным вердиктом, а также установленными судом обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки. По приговору Верховного суда Республики Мордовия с участием присяжных заседателей от 19 октября 2009 г. осуждены: Н. по ч. 2 ст. 330, ч. 3 ст. 33, п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ, Р. по ч. 5 ст. 33, п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ, П. и Ч. по п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ. Как установила Судебная коллегия, органами предварительного следствия Н., П., Р. и Ч. обвинялись в том, что, являясь членами преступного сообщества, совершили вымогательство имущества у потерпевшей Ф. При этом Н. организовал данное преступление, Р. поручил выполнение вымогательства П. и Ч., которые непосредственно и совершили преступление. Присяжные заседатели пришли к выводу о виновности осужденных в вымогательстве имущества у потерпевшей Ф., однако признали недоказанным совершение ими данного преступления в составе преступного сообщества. Ссылаясь на вердикт присяжных заседателей, суд квалифицировал действия П. и Ч. по факту вымогательства имущества у потерпевшей Ф. по п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ как вымогательство, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Действия Н. квалифицированы по ч. 3 ст. 33 и п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ как организация данного преступления, а действия Р. - по ч. 5 ст. 33, п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ как пособничество в этом преступлении. Однако данная судом квалификация действий осужденных не соответствует вердикту коллегии присяжных заседателей. В соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей Н., П., Р. и Ч. признаны виновными в совершении вымогательства имущества потерпевшей Ф. группой лиц. При этом присяжные заседатели не признали, что осужденные "... действовали ... по заранее разработанному для группы плану". Таким образом, из вердикта присяжных заседателей следует, что они признали совершение данного преступления группой лиц, исключив обстоятельства, свидетельствующие о его совершении по предварительному сговору. В связи с этим Судебная коллегия изменила приговор и переквалифицировала действия П. и Ч. на ч. 1 ст. 163 УК РФ, действия Н. на ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 163 УК РФ, действия Р. на ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 163 УК РФ (определение N 15-О10-7СП). 2.3. Особенности производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних Несоблюдение требований ст. 425 УПК РФ повлекло отмену приговора и направление уголовного дела на новое судебное разбирательство. По приговору Сахалинского областного суда с участием присяжных заседателей от 16 декабря 2009 г. Г., У. и К. осуждены за убийство двух лиц, совершенное группой лиц, из хулиганских побуждений. Кроме того, К. осужден за кражу и покушение на кражу, совершенные группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, хранилище. В соответствии с ч. 3 ст. 425 УПК РФ в допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, не достигшего возраста 16 лет либо достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством или отстающего в психическом развитии, участие педагога или психолога обязательно. Согласно ч. 6 ст. 425 УПК РФ установленный ч. 3 данной статьи порядок распространяется и на проведение допроса несовершеннолетнего подсудимого. Однако в нарушение этих требований закона допрос подсудимого К., 9 февраля 1994 года рождения, не достигшего на момент рассмотрения дела судом первой инстанции шестнадцатилетнего возраста, был проведен без участия педагога либо психолога. Признавая приговор незаконным, Судебная коллегия в своем определении указала, что показания подсудимых в судебном заседании являются доказательствами, подлежащими оценке коллегией присяжных заседателей в совокупности с другими доказательствами. Таким образом, поскольку допрос несовершеннолетнего подсудимого К. был произведен в судебном заседании с участием присяжных заседателей с нарушением установленных уголовно-процессуальным законом требований, и его показания, полученные с нарушением уголовно-процессуального закона, в судебном заседании были представлены коллегии присяжных заседателей в качестве доказательства, имеются основания для отмены приговора. Судебная коллегия отменила приговор и направила уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом со стадии судебного разбирательства (определение N 64-О10-5СП). 2.4. Порядок кассационного обжалования Постановление суда, которым отказано в удовлетворении заявленного в процессе судебного разбирательства ходатайства адвоката о назначении судебно-психиатрической экспертизы подсудимому, подлежит обжалованию вместе с приговором по данному делу. В ходе судебного разбирательства по делу адвокат в защиту Г. заявил ходатайство, поддержанное подсудимым, о проведении в отношении Г. амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, сославшись на то, что в связи с перенесенными ранее черепно-мозговыми травмами в период пребывания под стражей ухудшилось его психическое состояние. Постановлением Воронежского областного суда от 2 ноября 2009 г. в удовлетворении этого ходатайства отказано. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев материалы судебного производства и кассационную жалобу Г., прекратила кассационное производство по следующим основаниям. Действующее уголовно-процессуальное законодательство, в том числе ст.ст. 17, 355 УПК РФ, а также ст. 256 УПК РФ, не предусматривает возможности самостоятельного обжалования вынесенных в ходе судебного разбирательства постановлений суда об отказе в удовлетворении ходатайств сторон (определение N 14-О09-62). 2.5. Производство по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с исполнением приговора 2.5.1. В соответствии с чч. 3, 4 ст. 399 УПК РФ решение об участии осужденного в судебном заседании при рассмотрении вопросов, связанных с исполнением приговора, принимает суд. Осужденный может осуществлять свои права с помощью защитника. Постановлением Хабаровского краевого суда от 26 апреля 2005 г. разрешен вопрос об исполнении приговора при наличии другого неисполненного приговора. Постановлено осужденному У. к наказанию, назначенному по последнему приговору, присоединить неотбытое по предыдущему приговору наказание. Обжалуя данное постановление, осужденный У. ссылался на неправильное применение к нему уголовного закона. Полагал, что приговоры должны были исполняться самостоятельно, так как по ним назначены разные виды наказания - исправительные работы и лишение свободы. Указывал на нарушения своего права на защиту, выразившиеся в неизвещении его о рассмотрении данного вопроса и рассмотрении материала в его отсутствие. Судебная коллегия согласилась с доводами осужденного У. о незаконности постановления по следующим основаниям. По смыслу положений ст.ст. 47, 399 УПК РФ осужденный вправе участвовать в судебном заседании суда, решающего вопрос об исполнении приговора при наличии других неисполненных приговоров, если это не решено в последнем по времени приговоре в соответствии со ст. 70 УК РФ. При таких обстоятельствах с учетом того, что осужденный У. не извещался судом о предстоящем рассмотрении указанного вопроса, ему не разъяснялось право воспользоваться услугами защитника, и сам защитник также не был извещен судом о судебном заседании, следует признать, что по делу допущено нарушение прав участников процесса, которое могло повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения. В связи с этим Судебная коллегия отменила постановление и направила материал на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда (определение N 58-О10-21). 2.5.2. В соответствии с ч. 7 ст. 399 УПК РФ вопросы, связанные с исполнением приговора, разрешаются в судебном заседании. По приговору Ставропольского краевого суда с участием присяжных заседателей от 14 апреля 2003 г. Н. оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 297, ст. 319 УК РФ, в связи с неустановлением события преступлений. За Н. признано право на реабилитацию с разъяснением права на возмещение имущественного и морального вреда в порядке гражданского судопроизводства в течение сроков исковой давности. 5 марта 2009 г. Н. подал заявление в Ставропольский краевой суд о возмещении имущественного вреда в сумме 366 руб. в порядке ст. 135 УПК РФ. Постановлением Ставропольского краевого суда от 22 июля 2009 г. Н. отказано в возмещении имущественного вреда в порядке ст. 135 УПК РФ за истечением срока исковой давности. В соответствии с ч. 5 ст. 135 УПК РФ требование о возмещении имущественного вреда разрешается судьей в порядке, установленном ст. 399 УПК РФ для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, то есть в судебном заседании. Однако Судебная коллегия установила, что обжалуемое Н. постановление судьи Ставропольского краевого суда от 22 июля 2009 г. было вынесено без проведения судебного заседания, в связи с чем оно не может быть признано законным. С учетом этого Судебная коллегия отменила постановление от 22 июля 2009 г. и направила материал на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда (определение N 19-О09-65). * * * Проведенный анализ кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ показал, что некоторые суды уровня субъекта РФ еще не добились точного и неуклонного соблюдения закона при рассмотрении уголовных дел по первой инстанции. В связи с этим председателям верховных судов республик, краевых, областных судов, Московского и Санкт-Петербургского городских судов, судов автономных округов и автономной области, а также городских и районных судов необходимо повысить эффективность работы по ознакомлению судей с судебной практикой Верховного Суда РФ в целях учета ее в правоприменительной деятельности. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации (Обзор утвержден постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2010 г.) От редакции Назначения Назначение Н А З Н А Ч Е Н И Я По представлению Президента Российской Федерации, основанному на представлении Председателя Верховного Суда Российской Федерации, Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации утвердил членом Президиума Верховного Суда Российской Федерации судью Верховного Суда Российской Федерации: ТИМОШИНА Николая Викторовича (постановление от 13 октября 2010 г. N 420-СФ). По представлению Президента Российской Федерации Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации назначил судьями Верховного Суда Российской Федерации: ЗАДВОРНОГО Михаила Васильевича (постановление от 27 октября 2010 г. N 435-СФ); ШАЛУМОВА Михаила Славовича (постановление от 27 октября 2010 г. N 436-СФ). ____________ Указатель судебной практики Указатель судебной практики |-----------------------------------------------------------------| | УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ | |------------------|----------------------------------------------| |170.020.030 | | |Пост. N 26 |О некоторых вопросах применения судами| |Пленума |законодательства об уголовной ответственности| |Верх. Суда РФ |в сфере рыболовства и сохранения водных| |от 23.11.10 |биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ)| |Бюллетень | | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 3 | | | | | |110.010.020 | | |110.010.110 | | |110.070.020 | | |110.070.060 | | |160.040.090 | | |200.150.030 | | |Пост. N 27 |О практике рассмотрения дел об| |Пленума |административных правонарушениях, связанных с| |Верх. Суда РФ |нарушением правил добычи (вылова) водных| |от 23.11.10 |биологических ресурсов и иных правил,| |Бюллетень |регламентирующих осуществление промышленного,| |Верх. Суда |прибрежного и других видов рыболовства | |Российской | | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 5 | | | | | |180.040.040 | | |Опред. СК |Существенные нарушения процессуального права,| |Верх. Суда РФ |затрагивающие права заявителя на судебную| |от 7.04.10 |защиту, послужили основанием для отмены| |Бюллетень |судебных постановлений в порядке надзора | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 10 | | | | | |030.020.020 | | |030.020.050 | | |Опред. СК |Права, свободы и законные интересы граждан,| |Верх. Суда РФ |признанных судом недееспособными, защищает в| |от 23.03.10 |судебном процессе их опекун. Требование о| |Бюллетень |компенсации морального вреда, причиненного| |Верх. Суда |незаконным привлечением к уголовной| |Российской |ответственности, рассматривается с участием| |Федерации, |Минфина России в лице управления Федерального| |2011, N 1, с. 12 |казначейства по соответствующему субъекту| | |Российской Федерации | | | | |030.100.030 | | |030.100.040 | | |Опред. СК |Неправильное применение правил исчисления| |Верх. Суда РФ |неустойки за просрочку выполнения требований| |от 18.05.10 |потребителя повлекло вынесение незаконного| |Бюллетень |определения суда кассационной инстанции | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 14 | | | | | |070.090.000 | | |Опред. СК |Льгота на бесплатное получение транспортного| |Верх. Суда РФ |средства предоставляется инвалиду, который на| |от 2.04.10 |1 января 2005 г. состоял на соответствующем| |Бюллетень |учете в органе социальной защиты населения| |Верх. Суда |субъекта Российской Федерации | |Российской | | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 15 | | | | | |070.060.070 | | |Опред. СК |Период работы освобожденного профсоюзного| |Верх. Суда РФ |работника на выборной должности в выборном| |от 2.04.10 |органе первичной профсоюзной организации| |Бюллетень |подлежит включению в специальный стаж, дающий| |Верх. Суда |право на досрочное назначение трудовой пенсии| |Российской |по старости | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 17 | | | | | |010.110.030 | | |010.110.040 | | |Опред. СК |Признаны недействующими подп. 1 п. 2.2,| |Верх. Суда РФ |подп. 1 п. 3.1, пп. 4.2 и 4.4 Положения о| |от 2.06.10 |Главном контрольном управлении при Президенте| |Бюллетень |Республики Саха (Якутия), утвержденного Указом| |Верх. Суда |Президента Республики Саха (Якутия) от| |Российской |11 марта 2003 г. N 848 "Об утверждении| |Федерации, |Положения о Главном контрольном управлении при| |2011, N 1, с. 19 |Президенте Республики Саха (Якутия)" (в ред.| | |Указов Президента Республики Саха (Якутия) от| | |7 декабря 2009 г. N 1689, от 1 марта 2010 г.| | |N 1832) | | | | |160.020.030 | | |150.070.020 | | |Решение |Пункт 1 приказа Директора ФСБ РФ от 1 июня| |Верх. Суда РФ |2001 г. N 302 "Об исполнении Федерального| |от 30.03.10 |закона от 31 декабря 1999 г. N 229-ФЗ",| |Бюллетень |предписывающий применять с 1 января 2000 г. к| |Верх. Суда |денежному довольствию военнослужащих органов| |Российской |Федеральной службы безопасности, проходящих| |Федерации, |военную службу по контракту в районах Крайнего| |2011, N 1, с. 20 |Севера, приравненных к ним местностях и других| | |местностях с неблагоприятными климатическими| | |или экологическими условиями, в том числе| | |отдаленных (далее именуются - отдаленные| | |местности), коэффициенты (районные, за военную| | |службу в высокогорных районах, за военную| | |службу в пустынных и безводных местностях) и| | |выплачивать процентные надбавки к денежному| | |довольствию в размерах и порядке, которые| | |установлены федеральными законами и иными| | |нормативными правовыми актами Российской| | |Федерации для граждан, работающих и| | |проживающих в указанных районах и местностях,| | |признан не противоречащим федеральному| | |законодательству | | | | |090.070.060 | | |090.070.100 | | |Решение |Пункт 5 Положения о государственном надзоре за| |Верх. Суда РФ |техническим состоянием самоходных машин и| |от 18.02.10 |других видов техники в Российской Федерации,| |Бюллетень |утвержденного постановлением Совета Министров| |Верх. Суда |- Правительства РФ от 13 декабря 1993 г.| |Российской |N 1291, и п. 1 Порядка проведения| |Федерации, |государственного технического осмотра| |2011, N 1, с. 20 |тракторов, самоходных дорожно-строительных и| | |иных машин и прицепов к ним,| | |зарегистрированных органами государственного| | |надзора за техническим состоянием самоходных| | |машин и других видов техники в РФ,| | |утвержденного постановлением Правительства РФ| | |от 19 февраля 2002 г. N 117, признаны не| | |противоречащими федеральному законодательству | | | | |090.120.010 | | |Решение |Абзац 2 раздела 1 и абз. 1 п. 2.2 Методики| |Верх. Суда РФ |расчета норм потребления сжиженного| |от 17.02.10 |углеводородного газа населением при отсутствии| |Бюллетень |приборов учета газа, утвержденной приказом| |Верх. Суда |Минрегионразвития России от 15 августа 2009 г.| |Российской |N 340, признан не противоречащим федеральному| |Федерации, |законодательству | |2011, N 1, с. 21 | | | | | |070.070.000 | | |Решение |Пункт 1 постановления Совета Министров -| |Верх. Суда РФ |Правительства РФ от 22 сентября 1993 г. N 941| |от 3.03.10 |"О порядке исчисления выслуги лет, назначения| |Бюллетень |и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам,| |Верх. Суда |проходившим военную службу в качестве| |Российской |офицеров, прапорщиков, мичманов и| |Федерации, |военнослужащих сверхсрочной службы или по| |2011, N 1, с. 21 |контракту в качестве солдат, матросов,| | |сержантов и старшин либо службу в органах| | |внутренних дел, Государственной| | |противопожарной службе, учреждениях и органах| | |уголовно-исполнительной системы, и их семьям в| | |Российской Федерации" признан не| | |противоречащим федеральному законодательству | | | | |180.060.030 | | |Опред. СК |Возвращение уголовного дела прокурору в| |Верх. Суда РФ |порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ вследствие| |от 16.06.10 |того, что органам следствия необходимо| |Бюллетень |выяснить наличие в действиях обвиняемого| |Верх. Суда |другого квалифицирующего признака, связанного| |Российской |с обвинением в более тяжком преступлении,| |Федерации, |признано недопустимым | |2011, N 1, с. 21 | | | | | |180.060.010 | | |180.060.030 | | |180.060.040 | | |Опред. СК |Суд обоснованно принял решение о возвращении| |Верх. Суда РФ |уголовного дела прокурору с целью соединения с| |от 29.06.10 |другим делом, поскольку на предварительном| |Бюллетень |слушании обвиняемый поставил под сомнение| |Верх. Суда |законность заключенного с ним соглашения о| |Российской |сотрудничестве, и тем самым отпали основания,| |Федерации, |по которым уголовное дело в отношении него| |2011, N 1, с. 22 |выделялось в отдельное производство | | | | |180.060.010 | | |Опред. СК |В соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ если| |Верх. Суда РФ |подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе| |от 30.06.10 |от защитника, но отказ не был удовлетворен и| |Бюллетень |защитник участвовал в уголовном деле по| |Верх. Суда |назначению, то расходы на оплату труда| |Российской |адвоката возмещаются за счет средств| |Федерации, |федерального бюджета | |2011, N 1, с. 23 | | | | | |170.020.030 | | |Опред. СК |Преступление признается совершенным| |Верх. Суда РФ |организованной группой, если умысел на него| |от 1.06.10 |реализован устойчивой группой лиц, заранее| |Бюллетень |объединившихся для совершения одного или| |Верх. Суда |нескольких преступлений | |Российской | | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 24 | | | | | |170.010.020 | | |Опред. СК |Немотивированное назначение дополнительного| |Верх. Суда РФ |наказания, предусмотренного законом| |от 21.01.10 |альтернативно, повлекло изменение приговора | |Бюллетень | | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 24 | | | | | |170.010.010 | | |170.020.010 | | |170.020.030 | | |170.020.020 | | |170.020.040 | | |170.010.020 | | |170.010.040 | | |180.060.010 | | |180.060.040 | | |180.060.030 | | |180.060.070 | | |180.060.050 | | |Обзор касс. |Обзор кассационной практики Судебной коллегии| |практики |по уголовным делам Верховного Суда Российской| |Бюллетень |Федерации за I полугодие 2010 года | |Верх. Суда | | |Российской | | |Федерации, | | |2011, N 1, с. 25 | | |------------------|----------------------------------------------|