01.02.1996
Оригинал документа · Источник публикации
Бюллетень № 2 1996 года Опубликовано: 01.02.1996 Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам Споры об освобождении главы администрации от занимаемой должности подведомственны суду общей юрисдикции (Извлечение) 1. Споры об освобождении главы администрации от занимаемой должности подведомственны суду общей юрисдикции (И з в л е ч е н и е) Указом Президента Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. N 1573 Купцов был освобожден от обязанностей главы администрации Липецкой области. Считая освобождение от занимаемой должности необоснованным, Купцов обратился в Бауманский районный народный суд г. Москвы с заявлением об отмене этого Указа и восстановлении в прежней должности. Дело неоднократно рассматривалось в различных судебных инстанциях. Московский городской суд, приняв дело к своему производству по первой инстанции, вынес 21 сентября 1994 г. решение, которым признал незаконным освобождение Купцова от должности по Указу Президента Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. N 1573. Судом постановлено считать Купцова освобожденным от занимаемой должности главы администрации Липецкой области в соответствии с ч. 2 ст. 254 КЗоТ в связи с неизбранием, в его пользу был взыскан средний за работок за вынужденный прогул 9205433 руб. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ от 9 ноября 1994 г. редакцию второго абзаца резолютивной части решения изменила и изложила следующим образом: "Признать трудовой договор, заключенный с Купцовым о работе в качестве главы администрации Липецкой области, прекращенным в связи с неизбранием его на эту должность по итогам выборов главы администрации этой области от 11 апреля 1993 г. Считать датой увольнения его по этим основаниям день вынесения решения по настоящему делу - 21 сентября 1994 г.". Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте, внесенном в Президиум Верховного Суда РФ, поставил вопрос об отмене названных судебных постановлений и прекращении производства по делу по тому мотиву, что судебные инстанции рассмотрели не подведомственное им дело. Президиум Верховного Суда РФ 5 июля 1995 г. протест оставил без удовлетворения, указав следующее. По мнению прокурора, изложенному в протесте, отношения Купцова как главы администрации области с Президентом Российской Федерации не являлись трудовыми, а носили характер государственно-правовых. Поэтому его спор о восстановлении в прежней должности не мог быть рассмотрен судом общей юрисдикции в порядке искового производства, а мог быть разрешен лишь в рамках проверки соответствия Конституции Российской Федерации акта Президента Российской Федерации об освобождении Купцова от обязанностей главы администрации Липецкой области. С доводами, изложенными в протесте, согласиться нельзя. В силу ст. 63 Конституции Российской Федерации (в редакции от 21 апреля 1992 г.), действовавшей во время издания оспариваемого Купцовым акта и его обращения в суд, каждому гарантировалась судебная защита его прав и свобод. Решения и деяния должностных лиц, государственных органов и общественных организаций, повлекшие за собой нарушение закона или превышение полномочий, а также ущемляющие права граждан, могли быть обжалованы в суд. Аналогичные положения содержатся в ст. 46 ныне действующей Конституции Российской Федерации. Это же право на судебную защиту и порядок его реализации закреплены в Законе Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан". Согласно ст. 3 этого Закона, суды рассматривают жалобы на любые действия (решения), нарушающие права и свободы граждан, кроме действий (решений), проверка которых отнесена законодательством к исключительной компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, и тех действий (решений), в отношении которых законодательством предусмотрен иной порядок судебного обжалования. Таким образом, считая свои права, в частности трудовые, нарушенными, Купцов был вправе обратиться в суд с требованием об отмене Указа Президента Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. об освобождении его от обязанностей главы администрации Липецкой области. Оснований к отказу в принятии такого требования к производству суда по мотиву неподведомственности не имелось. Поскольку указанное обращение охватывало и требование о восстановлении в прежней должности с оплатой времени вынужденного прогула, т. е. было сопряжено с рассмотрением трудового спора, оно было рассмотрено судом по правилам искового производства (с учетом разъяснения, данного в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 1993 г. N 10 "О рассмотрении судами жалоб на неправомерные действия, нарушающие права и свободы граждан"). Доводы, содержащиеся в протесте, о том, что оспариваемый акт мог быть рассмотрен только Конституционным Судом Российской Федерации на основании ст. 125 Конституции Российской Федерации в порядке проверки его соответствия Конституции Российской Федерации, неосновательны. В соответствии с ч. 2 ст. 125 Конституции Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации нормативных актов Президента Российской Федерации. Оспариваемый Купцовым акт Президента Российской Федерации об освобождении от обязанностей главы администрации Липецкой области к числу нормативных актов не относится, а представляет собой акт индивидуального характера. К тому же правом на обращение в Конституционный Суд в случаях, указанных в ч. 2 ст. 125 Конституции Российской Федерации, обладает ограниченный круг субъектов, к числу которых граждане не относятся. Если же исходить из довода протеста о праве гражданина на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод (ч. 4 ст. 125 Конституции Российской Федерации), то в подобных случаях жалоба допустима, если права и свободы нарушаются законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле (ст. ст. 96, 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"). Купцовым же обжалуется акт индивидуального характера, а не закон. При указанном положении Президиум Верховного Суда РФ не усмотрел оснований для отмены принятых по делу судебных постановлений. Неисследованность обстоятельств дела повлекла отмену решения суда, признавшего недействительным отказ должностного лица в приватизации жилого помещения в доме военного городка (Извлечение) 2. Неисследованность обстоятельств дела повлекла отмену решения суда, признавшего недействительным отказ должностного лица в приватизации жилого помещения в доме военного городка (И з в л е ч е н и е) Беднарский обратился в суд с жалобой на действия начальника Хабаровской квартирно-эксплуатационной части (КЭЧ) и о признании отказа в приватизации жилого помещения недействительным. Он сослался на то, что как военнослужащий в апреле 1988 года получил двухкомнатную квартиру в г. Хабаровске. В 1990 году из армии уволен. В декабре 1992 года обратился в Хабаровскую КЭЧ с заявлением о приватизации квартиры, однако ему было отказано со ссылкой на то, что квартира находится в закрытом военном городке. Беднарский, считая, что военный городок не соответствует статусу закрытого военного городка, просил признать отказ в приватизации квартиры необоснованным. Решением Индустриального районного народного суда г. Хабаровска (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Хабаровского краевого суда) жалоба Беднарского удовлетворена, отказ начальника Хабаровской КЭЧ в приватизации квартиры признан недействительным. Постановлением президиума Хабаровского краевого суда протест прокурора края оставлен без удовлетворения. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене названных судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 29 сентября 1995 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. В соответствии со ст. 4 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" жилые помещения закрытых военных городков приватизации не подлежат. Удовлетворяя заявленные требования, судебные инстанции исходили из того, что военный городок, в доме которого находится квартира Беднарского, не относится к числу закрытых, поскольку отсутствует пропускная система, на их территории находятся организации общегражданского значения. Президиум краевого суда, кроме того, указал, что перечень закрытых военных городков утвержден командующим Дальневосточного военного округа после увольнения Беднарского; вопрос об отселении из городка лиц, утративших связь с Министерством обороны, не решается. Однако с таким выводом согласиться нельзя, так как он сделан по недостаточно исследованным материалам дела и без учета требований закона. Согласно действующему законодательству, в частности Закону Российской Федерации от 14 июля 1992 г. "О закрытом административно-территориальном образовании" и постановлению Верховного Совета Российской Федерации о порядке введения этого Закона в действие, все существующие в Российской Федерации на момент вступления в силу указанного Закона административно-территориальные образования (города и поселки), созданные в соответствии с Указами Президиума Верховного Совета РСФСР как закрытые, приобретают статус закрытых административно-территориальных образований. Приказом Министра обороны СССР N 363 от 23 декабря 1980 г. утверждение перечней закрытых военных городков возложен на командующих округов и флотов. Пунктом 1 распоряжения Правительства Российской Федерации от 4 сентября 1992 г. N 1625-р исполнительным органам государственной власти республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономных образований, городов Москвы и Санкт-Петербурга предписано исключить случаи изменения статуса обособленных и закрытых военных городков и приватизации жилья в них. Суд не дал оценки тому, что, согласно имеющейся в деле выписке из перечня закрытых и обособленных военных городков, указанный военный городок был включен в перечень закрытых городков 5 октября 1993 г. Суд не установил, включался ли ранее этот военный городок в перечень закрытых городков и с какого времени он имеет такой статус. Из сообщения Главного управления по надзору за исполнением законов в Вооруженных Силах Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 23 сентября 1994 г. видно, что этот городок являлся закрытым и ранее. Жилой же фонд закрытого военного городка приватизации не подлежит. Однако суд удовлетворил жалобу Беднарского, ссылаясь на то, что военный городок не отвечает требованиям закрытого городка, при этом основывался на объяснениях заявителя, не проверив надлежаще обстоятельства дела. Между тем правовой статус военного городка определяется не только внешними признаками, но и правовыми актами, изданными компетентными органами. Как видно из кассационной жалобы КЭЧ, территория военного городка ограничена забором, имеет контрольно-пропускной пункт. Ненадлежащее содержание технических средств и недостатки в организации пропускного режима сами по себе не могут свидетельствовать об отсутствии статуса закрытого военного городка. Тем не менее суд этого не учел. При таких обстоятельствах судебные постановления нельзя признать законными и обоснованными и они подлежат отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение. Постановления президиума и определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам Лица, которым в соответствии со ст. 28 УК РСФСР неотбытые исправительные работы за злостное уклонение от их отбывания заменены лишением свободы, отбывают наказание в ИТК общего режима (Извлечение) 1. Лица, которым в соответствии со ст. 28 УК РСФСР неотбытые исправительные работы за злостное уклонение от их отбывания заменены лишением свободы, отбывают наказание в ИТК общего режима (И з в л е ч е н и е) Постановлением Некоузского районного народного суда Ярославской области Швареву (судимому в 1993 году по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР к исправительным работам сроком на один год по месту работы с удержанием 20% заработка) заменен неотбытый срок исправительных работ лишением свободы в исправительно-трудовой колонии строгого режима на 9 месяцев 25 дней. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об изменении данного постановления и определении Швареву отбывание наказания в исправительно-трудовой колонии общего режима. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 апреля 1995 г. протест удовлетворила, указав следующее. Как видно из материалов дела, в связи со злостным уклонением Шварева от отбывания исправительных работ, назначенных по приговору, суд заменил ему неотбытый срок исправительных работ наказанием в виде лишения свободы на тот же срок. Такое решение соответствует требованиям ст. 28 УК РСФСР. Вместе с тем суд назначил Швареву отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительно-трудовой колонии строгого режима, что не основано на законе. В соответствии со ст. 24 УК РСФСР строгий режим ИТК назначается по приговору суда в случае осуждения лица к лишению свободы. Шварев же хотя ранее и отбывал по приговору суда наказание в виде лишения свободы, однако последним приговором был осужден к исправительным работам, а лишение свободы ему назначено в порядке исполнения приговора. В этом случае ему следовало назначить исправительно-трудовую колонию общего режима. Отмена условного осуждения и направление осужденного для отбывания наказания, назначенного приговором, возможна только в случаях, указанных в ст. 44 УК РСФСР (Извлечение) 2. Отмена условного осуждения и направление осужденного для отбывания наказания, назначенного приговором, возможна только в случаях, указанных в ст. 44 УК РСФСР (И з в л е ч е н и е) По определению Некрасовского районного народного суда Ярославской области в отношении Чалкова, судимого 13 июля 1993 г. тем же судом по ч. 3 ст. 144 УК РСФСР к лишению свободы сроком на два года и три месяца с применением ст. 44 УК РСФСР с испытательным сроком в три года, отменено условное осуждение и он направлен для отбывания наказания, назначенного приговором. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене определения как незаконного. Судебная коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ 3 апреля 1995 г. рассмотрела дело ввиду отсутствия кворума в президиуме областного суда и определение народного суда отменила, указав следующее. В определении народного суда указано, что Некрасовское РОВД обратилось с представлением об отмене условного осуждения в отношении Чалкова со ссылкой на то, что после вынесения приговора Чалков, уклоняясь от воздействия на него трудового коллектива, оставил место работы и имел неоднократные предупреждения от РОВД. Согласно ст. 44 УК РСФСР, суд по представлению органа внутренних дел может вынести определение об отмене условного осуждения в случае систематических нарушений условно осужденным в течение испытательного срока общественного порядка, повлекших применение мер административного взыскания или общественного воздействия. Однако, как видно из дела, ходатайство трудового коллектива о взятии Чалкова на перевоспитание не поступало, поэтому по приговору на трудовой коллектив никаких обязанностей относительно Чалкова не возлагалось. Кроме того, ни в представлении Некрасовского РОВД, ни в материалах дела нет данных о нарушении Чалковым общественного порядка. Таким образом, поскольку Чалков направлен в места лишения свободы незаконно, определение суда отменено и из-под стражи он освобожден. Сбыт поддельной купюры может быть квалифицирован как мошенничество лишь в том случае, если установлены: явное несоответствие фальшивой купюры подлинной, исключающее ее участие в денежном обращении, и обстоятельства дела, свидетельствующие о направленност 3. Сбыт поддельной купюры может быть квалифицирован как мошенничество лишь в том случае, если установлены: явное несоответствие фальшивой купюры подлинной, исключающее ее участие в денежном обращении, и обстоятельства дела, свидетельствующие о направленности умысла виновного на грубый обман ограниченного числа лиц (И з в л е ч е н и е) Тюменским областным судом Алекперов осужден по ч. 2 ст. 147 УК РСФСР. Он признан виновным в совершении мошенничества, т. е. завладении личным имуществом граждан путем обмана, выразившемся в том, что он дважды расплатился с гражданами за покупки поддельными 50-тысячными купюрами, получив при этом сдачу. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор оставлен без изменения. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений и направлении дела на новое судебное рассмотрение. Президиум Верховного Суда РФ 7 июня 1995 г. протест удовлетворил, указав следующее. Следственные органы предъявили Алекперову обвинение в сбыте поддельных билетов Государственного банка России и квалифицировали его действия по ч. 1 ст. 87 УК РСФСР. Областной суд же пришел к выводу о том, что имевшиеся у Алекперова 50-тысячные купюры значительно отличались по внешнему виду от подлинных денег, обнаружение подделки не было затруднительным или невозможным для потерпевших и эти купюры не могли поступить в денежное обращение. В подтверждение своего вывода суд сослался в приговоре на показания потерпевших, свидетелей, акт криминалистической экспертизы и квалифицировал действия Алекперова по ч. 2 ст. 147 УК РСФСР как мошенничество, совершенное повторно. Из заключения эксперта-криминалиста, как указал суд, следует, что имевшиеся у Алекперова купюры значительно отличались по внешнему виду от подлинных денег и обнаружение подделки не было затруднительным или невозможным для потерпевших. Однако такого вывода данное заключение не содержит. Согласно заключению эксперта-криминалиста, купюры были детально исследованы с использованием микроскопа и было установлено совпадение по наличию и размещению фрагментов изображения и их цвету с оригиналом, а путем исследования купюр в ультрафиолетовых лучах "установлено их различие с оригиналом". По смыслу закона уголовная ответственность за мошенничество по ст. 147 УК РСФСР может наступить в тех случаях, когда несоответствие фальшивой купюры подлинной является явным, исключающим ее участие в денежном обращении, и установлен умысел виновного на грубый обман ограниченного числа лиц. Эксперт-криминалист судом не допрошен и по существу не выяснено, какие же конкретно совпадения и различия с оригиналом имели указанные купюры, и не установлено, имелось ли явное несоответствие фальшивых купюр подлинным. Выяснение этих обстоятельств имеет существенное значение для правильной квалификации действий Алекперова. Потерпевшие Вторушина и Игнатенко показали, что они продали Алекперову продукты питания, расплатился он 50-тысячными купюрами, которые "походили на настоящие". При постановлении приговора суд не принял во внимание следующие показания свидетелей. Как пояснила свидетель Шамагина, она проверила купюру, которой расплатился Алекперов с Игнатенко за покупку. Осмотрев ее, она сказала, что деньги подлинные. Из показаний Вторушиной, Игнатенко и Шамагиной видно, что данные купюры по существу поступили в денежное обращение. Показаниям потерпевших и свидетелей суд не дал надлежащей оценки, что необходимо сделать при новом рассмотрении дела. Таким образом, в нарушение ст. 20 УПК РСФСР суд рассмотрел дело неполно, некоторые обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, остались невыясненными. Незаконное перемещение в крупных размерах через таможенную границу Российской Федерации валюты, совершенное помимо или с сокрытием от таможенного контроля либо сопряженное с недекларированием, образует состав преступления, предусмотренного ст. 169\1 УК РС 4. Незаконное перемещение в крупных размерах через таможенную границу Российской Федерации валюты, совершенное помимо или с сокрытием от таможенного контроля либо сопряженное с недекларированием, образует состав преступления, предусмотренного 1) ст. 169 УК РСФСР (введена Федеральным законом от 1 июля 1994 г.) (И з в л е ч е н и е) Лермонтовским районным народным судом Ставропольского края 9 марта 1994 г. Крапивин осужден по ст. ст. 15 и 78 УК РСФСР (в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 30 января 1984 г. и Закона РФ от 18 февраля 1993 г.). 8 декабря 1993 г., вылетая в туристическую поездку в Объединенные Арабские Эмираты из аэропорта г. Минеральные Воды, при прохождении таможенного досмотра Крапивин пытался незаконно (не указав в таможенной декларации и не заявив при устном опросе сотруднику таможни) переместить через границу России 3 тыс. долларов США, что является контрабандой в крупном размере. Однако по независящим от его воли причинам не смог довести свой преступный умысел до конца в связи с обнаружением предметов контрабанды при личном досмотре. Постановлением президиума Ставропольского краевого суда приговор в отношении Крапивина изменен, он освобожден от наказания, назначенного по ст. ст. 15 и 78 УК РСФСР, на основании ст. ст. 6 и 56 УК РСФСР в связи с тем, что, по мнению надзорной инстанции, преступность и наказуемость деяния устранены уголовным законом. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене постановления президиума краевого суда и об изменении приговора: переквалификации действий осужденного со 1) ст. ст. 15 и 78 УК РСФСР на ст. 15 и ч. 1 ст. 169 УК РСФСР (в ред. Федерального закона от 1 июля 1994 г.). Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 27 июня 1995 г. протест удовлетворила, указав следующее. Федеральным законом от 1 июля 1994 г. ответственность за незаконное перемещение в крупных размерах через таможенную границу России товаров или иных предметов, за исключением указанных в 1) ст. 78 УК РСФСР, предусмотрена ст. 169 УК РСФСР. Крапивин пытался переместить через границу России 3 тыс. долларов США. 1) Согласно примечанию к ст. 169 УК РСФСР, действия, 1) предусмотренные ст. 169 УК, признаются совершенными в крупных размерах, если стоимость перемещаемых одним лицом или группой лиц товаров или иных предметов превышает двести минимальных размеров оплаты труда, установленных действующим законодательством на момент совершения преступления. Таким образом, Крапивин данное деяние совершил в крупных размерах (по состоянию на 8 декабря 1993 г. курс одного доллара США составлял 1229 руб., и 3 тыс. долларов двухсоткратно превышает размер минимальной оплаты труда на тот период - 7740 руб.), в связи с чем его действия необходимо квалифицировать по ст. 15 и ч. 1 1) ст. 169 УК РСФСР. Постановление президиума краевого суда об освобождении Крапивина на основании ст. ст. 6 и 56 УК РСФСР от наказания, назначенного по ст. ст. 15 и 78 УК РСФСР, не соответствует требованию уголовного закона, поэтому подлежит отмене, а приговор - изменению: действия осужденного - переквалификации на ст. 15 и ч. 1 1) ст. 169 УК РСФСР. Ввиду недоказанности применения к потерпевшему (с целью завладения его имуществом) насилия, опасного для его жизни и здоровья, и угрозы такого насилия действия виновных переквалифицированы с разбоя на грабеж (Извлечение) 5. Ввиду недоказанности применения к потерпевшему (с целью завладения его имуществом) насилия, опасного для его жизни и здоровья, и угрозы такого насилия действия виновных переквалифицированы с разбоя на грабеж (И з в л е ч е н и е) Московским районным народным судом г. Твери Паламарчук, Кенжин и другие признаны виновными наряду с иными преступлениями и в разбое, квалифицированном пп. "а", "е" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР (в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 3 декабря 1982 г.). В августе 1992 г. Паламарчук организовал преступную группу для завладения имуществом Казака. Они пришли к нему домой. Там Кенжин приставил к виску Казака некий предмет, после чего все участники преступления избили потерпевшего, причинив легкие телесные повреждения без расстройства здоровья, и забрали его имущество на 743 600 руб. Президиум Тверского областного суда оставил без удовлетворения протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ о переквалификации действий осужденных с пп. "а", "е" ч. 2 ст. 146 на ч. 3 ст. 145 УК РСФСР. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 28 апреля 1995 г. аналогичный протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ удовлетворила, указав следующее. Действия Паламарчука, Кенжина и других в части завладения имуществом Казака ошибочно квалифицированы как разбойное нападение. Как видно из показаний потерпевшего Казака, он не мог рассмотреть предмет, находившийся в руках Кенжина. Происшедшее он, Казак, воспринимал лишь как ограбление, считая, что нет опасности для его жизни и здоровья. Жена Казака - очевидец преступления показала, что оружия в руках Кенжина она не видела. Паламарчук, Кенжин и другие участники преступления на следствии и в суде категорически отрицали наличие у них каких-либо предметов или оружия. Не обнаружен этот предмет и в ходе предварительного следствия. Таким образом, в процессе следствия и судебного разбирательства не установлено, что при завладении имуществом Казака Кенжин использовал в качестве оружия какой-либо предмет. Нет ссылки на это и в описательной части приговора. Более того, суд исключил из обвинения осужденных п. "б" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР (который вменялся им в вину органами следствия), т. е. применение оружия или предмета, используемого в качестве оружия, при завладении имуществом потерпевшего, признав этот факт недоказанным. При этом суд, считая, что в действиях виновных содержится состав преступления - разбой, вопреки требованиям ст. 314 УПК РСФСР не мотивировал в приговоре, почему насилие, примененное к Казаку, он признает опасным для его жизни и здоровья и была ли угроза такого насилия, тогда как потерпевшему причинены легкие телесные повреждения без расстройства здоровья. При таких обстоятельствах действия Паламарчука, Кенжина и других должны быть переквалифицированы с пп. "а", "е" ч. 2 ст. 146 на ч. 3 ст. 145 УК РСФСР, предусматривающую ответственность за грабеж, совершенный повторно, по предварительному сговору, с проникновением в жилище и соединенный с насилием, не опасным для жизни и здоровья потерпевшего. Если есть данные, дающие основание сомневаться в психической полноценности обвиняемого, назначение судебно - психиатрической экспертизы обязательно (Извлечение) 6. Если есть данные, дающие основание сомневаться в психической полноценности обвиняемого, назначение судебно- психиатрической экспертизы обязательно (И з в л е ч е н и е) Верховным Судом Республики Башкортостан Муфтахутдинов, Крапивин и Булатов осуждены по пп. "а", "н" ст. 102, по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 146 УК РСФСР. Они признаны виновными в том, что 9 июля 1994 г., находясь в нетрезвом состоянии, с целью завладения автомашиной и имуществом, по предварительному сговору между собой, совершили разбойное нападение на Мирянина и умышленное убийство потерпевшего из корыстных побуждений. В кассационных жалобах осужденный Муфтахутдинов просил приговор отменить и дело направить на дополнительное расследование; осужденный Крапивин утверждал, что суд не учел, что он состоит на учете в психоневрологическом районном диспансере г. Златоуста с 1985 года и целый месяц в 1986 году находился на излечении, о чем он неоднократно говорил следователю и просил, чтобы его направили на экспертизу, но ничего не было сделано. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 22 июня 1995 г. приговор отменила, а дело направила на новое расследование по следующим основаниям. В силу ст. 79 УПК РСФСР проведение экспертизы обязательно для определения психического состояния обвиняемого в тех случаях, когда возникает сомнение в его вменяемости. Как видно из материалов дела, на предварительном следствии и в суде обвиняемые Муфтахутдинов и Крапивин заявляли, что они страдают психическим заболеванием, и ходатайствовали о направлении их на судебно-психиатрическую экспертизу. Так, Муфтахутдинов указывал, что после получения травмы головы в 1978 году бывали случаи, что он терял сознание и после употребления небольшого количества спиртных напитков не контролировал свое поведение, а так как до совершения преступления выпил спиртные напитки, то считает, что преступления совершил в невменяемом состоянии. Обвиняемый Крапивин в заявлении суду указал, что он просил следователя сделать запрос в психоневрологический диспансер Ленинского района г. Златоуста, где он состоит на учете с 1985 года, а в 1986 году находился месяц там на излечении. Однако как органы следствия, так и суд обоснованные ходатайства Муфтахутдинова и Крапивина оставили без удовлетворения. Свое решение суд мотивировал тем, что доводы Крапивина и Муфтахутдинова, что они невменяемы, не соответствуют действительности и противоречат их действиям, словам, поведению. В постановлении об отказе в удовлетворении ходатайства Муфтахутдинова следователь указал, что не возникает сомнений в том, что во время совершения преступления Муфтахутдинов находился во вменяемом состоянии, что на учете у психиатра он не состоит, за медицинской помощью не обращался и т. д. Однако отказ следователя и суда о проведении судебно-психиатрической экспертизы нельзя признать обоснованным. Основанием к возникновению сомнений относительно психического состояния обвиняемого может служить не только непосредственное наблюдение следователя или состава суда за его поведением, но и характер совершенного преступления, заявления свидетелей, а также документы о перенесенных этим лицом заболеваниях и травмах. Муфтахутдинову, Крапивину и Булатову предъявлено обвинение в совершении убийства при отягчающих обстоятельствах, т. е. в совершении преступления, за которое по закону может быть назначена смертная казнь. Поэтому органам следствия необходимо было тщательно выяснить их психическое состояние. Если есть данные, дающие основание сомневаться в психической полноценности обвиняемого, назначение судебно-психиатрической экспертизы обязательно. Поскольку выводы следователя и суда о вменяемости Муфтахутдинова, Крапивина, Булатова без заключения судебно-психиатрического эксперта неубедительны, приговор нельзя признать законным и обоснованным. При наличии соглашения на участие определенного защитника на предварительном следствии участие других защитников признано нарушением требований ст. 48 УПК РСФСР (Извлечение) 7. При наличии соглашения на участие определенного защитника на предварительном следствии участие других защитников признано нарушением требований ст. 48 УПК РСФСР (И з в л е ч е н и е) Челябинским областным судом дело по обвинению Ефимова в преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 117 УК РСФСР, направлено для производства дополнительного расследования. В определении областной суд указал, что в ходе предварительного расследования существенно нарушен уголовно-процессуальный закон, а именно: право обвиняемого на защиту. 30 августа 1994 г. Ефимов заключил соглашение с адвокатом Ш. о защите своих интересов на предварительном следствии. Однако ни при предъявлении обвинения, ни при объявлении обвиняемому об окончании предварительного следствия и предъявлении материалов для ознакомления адвокат Ш. без достаточных к тому оснований участия в деле не принимал. В частном протесте прокурор поставил вопрос об отмене определения суда и направлении дела на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на то, что адвокат Ш. не имел возможности участвовать в деле, фактически отказался от защиты и обвиняемому были предложены другие защитники - адвокаты Л. и Ч. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 мая 1995 г. определение областного суда оставила без изменения, признав его законным и обоснованным, по следующим основаниям. Как видно из материалов дела, Ефимов заключил соглашение с адвокатом Ш. о защите его интересов на предварительном следствии. Тем не менее 24 ноября 1994 г. Ефимову было предъявлено обвинение с участием адвоката Л., а 27 ноября 1994 г. ему было объявлено об окончании следствия и предъявлены для ознакомления материалы дела, при этом присутствовала адвокат Ч. (ордера в деле нет). От ознакомления с материалами дела Ефимов отказался. В судебном заседании Ефимов пояснил, что отказался знакомиться с материалами дела и потому, что не участвовал адвокат Ш., с которым он заключил соглашение о защите. Согласно справке следователя, 24 и 27 ноября 1994 г. адвокат Ш. в деле не участвовал, так как до 30 ноября 1994 г. был занят в процессах по другим уголовным делам. Таким образом, участие адвоката Ш. в деле по обвинению Ефимова было невозможно в течение только трех или шести дней и суд обоснованно пришел к выводу, что этот срок не является длительным, исключающим участие Ш. в деле. При таких обстоятельствах право Ефимова на защиту было нарушено, а именно: в ходе следствия не были соблюдены требования ст. 48 УПК РСФСР, поэтому оснований для удовлетворения протеста прокурора не имелось. Постановление судьи в стадии предварительного слушания о направлении дела для производства дополнительного расследования отменено Кассационной палатой как необоснованное (Извлечение) 8. Постановление судьи в стадии предварительного слушания о направлении дела для производства дополнительного расследования отменено Кассационной палатой как необоснованное (И з в л е ч е н и е) Органами предварительного следствия Алесину предъявлено обвинение в том, что он 22 ноября 1994 г. в г. Пущино Московской области в процессе ссоры совершил умышленное убийство потерпевших Прохоренко и Гиричева (последнего с особой жестокостью), т. е. в преступлении, предусмотренном пп. "г" и "з" ст. 102 УК РСФСР. При рассмотрении дела в порядке предварительного слушания адвокат, защищающий интересы обвиняемого Алесина, заявила ходатайство о назначении по делу стационарной судебно-психиатрической экспертизы. Обсудив данное ходатайство, судья Московского областного суда вынесла постановление о направлении дела для дополнительного расследования. При этом судья в постановлении указала, что проведение экспертизы на предварительном слушании запрещено законом. Как утверждается в постановлении, при назначении экспертизы необходимо "обсудить кандидатуры экспертов, возможные отводы, предоставить сторонам право поставить перед экспертами вопросы и участвовать в их обсуждении", что, по мнению судьи, возможно выполнить только в стадии судебного разбирательства, поскольку решение этих вопросов в стадии предварительного слушания повлечет за собой нарушение права обвиняемого на защиту и нарушение прав других участников процесса. Назначение стационарной судебно-психиатрической экспертизы, как указано в постановлении, вызывается необходимостью исследования экспертами первичных медицинских документов, а не акта судебно-психиатрического освидетельствования Алесина, в котором имеются ссылки на выписки из истории болезни. Прокурор в частном протесте поставил вопрос об отмене постановления и о направлении дела на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания. Кассационная палата Верховного Суда РФ 22 июня 1995 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. Согласно ч. 4 ст. 433 УПК РСФСР, судья может вынести постановление о направлении дела для производства дополнительного расследования в стадии предварительного слушания лишь в тех случаях, когда установит, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса или что при производстве по делу допущены другие существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона, а также когда о возвращении дела для производства дополнительного расследования ходатайствует государственный обвинитель либо другая сторона. Как следует из протокола судебного заседания, ходатайств о направлении дела для дополнительного расследования никто из участников процесса не заявлял. Защитником обвиняемого Алесина было заявлено лишь ходатайство о назначении по делу стационарной судебно-психиатрической экспертизы. Таким образом, постановление судьи о направлении дела для дополнительного расследования вынесено в нарушение требований ч. 4 ст. 433 УПК РСФСР. Кроме того, утверждение в определении о запрещении законом назначения экспертиз в стадии предварительного слушания и о невозможности на этой стадии "обсудить кандидатуры экспертов, отводы, предоставить право сторонам поставить перед экспертами вопросы и участвовать в их обсуждении", поскольку это повлечет за собой нарушение права обвиняемого на защиту и нарушение прав других участников процесса, следует признать несостоятельным по следующим основаниям. Согласно ст. 429 УПК РСФСР, предварительное слушание (в отличие от ст. 221 УПК РСФСР, регламентирующей полномочия судьи по поступившему делу в суд для рассмотрения в порядке главы двадцатой УПК РСФСР), как и судебное разбирательство, в суде присяжных основывается на принципе состязательности, при этом обеспечивается равенство прав сторон. Предварительное слушание, согласно ст. 432 УПК РСФСР, производится с обязательным участием прокурора, обвиняемого, заявившего ходатайство о рассмотрении дела судом присяжных, его защитника. В предварительном слушании вправе участвовать потерпевший, который извещается судом о дне слушания дела. При наличии такой регламентации законом прав участникам процесса в стадии предварительного слушания нельзя согласиться с утверждением в постановлении судьи о неизбежности нарушения их прав в случае решения вопроса о назначении экспертизы в этой стадии. В постановлении, как и в материалах дела, не имеется данных, свидетельствующих о необходимости производства каких-либо следственных действий для решения вопроса о назначении стационарной судебно-психиатрической экспертизы по делу. В связи с изложенным Кассационная палата Верховного Суда РФ постановление судьи отменила, а дело направила на новое судебное разбирательство в порядке предварительного слушания. Приговор и все последующие решения отменены в порядке надзора и дело прекращено производством за недоказанностью участия лица в совершении преступления (Извлечение) 9. Приговор и все последующие решения отменены в порядке надзора и дело прекращено производством за недоказанностью участия лица в совершении преступления (И з в л е ч е н и е) Октябрьским районным народным судом г. Ставрополя Поддубный осужден по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР. Он признан виновным в краже личного имущества граждан по предварительному сговору группой лиц с причинением значительного ущерба потерпевшим. Рано утром 27 февраля 1994 г. Поддубный по предварительному сговору с не установленными следствием лицами или лицом (материалы дела в отношении которых выделены в отдельное производство), выставив стекло в окне гаража, проник внутрь и похитил два колеса от автомобиля "Форд", принадлежащих Полозко, два колеса от автомобиля "Жигули" Гращенкова, из автомобиля "Форд" также похитил автомагнитолу. Похищенное передал неустановленным лицам (лицу). Поддубный был задержан потерпевшими. Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда и президиум того же суда приговор в части осуждения Поддубного по ч. 2 ст. 144 УК оставили без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений за недоказанностью вины Поддубного в краже личного имущества граждан и отсутствием оснований для производства дополнительного расследования и нового судебного рассмотрения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 11 июля 1995 г. протест удовлетворила, указав следующее. Признавая Поддубного виновным в совершении указанного преступления, суд сослался на показания потерпевших Полозко, Гращенкова, свидетеля Костова, протоколы следственных действий. Исследование имеющихся в деле данных свидетельствует о том, что у суда не было достаточных оснований для вывода о виновности Поддубного в совершении преступления. Допрошенный в ходе предварительного расследования и в судебном заседании Поддубный виновным себя не признал и пояснил, что у дома Полозко он оказался случайно, зашел во двор, а затем на веранду в поисках знакомой по имени Галина, с которой он ранее вместе учился в одном интернате. Его задержали Гращенков и Полозко, когда он выходил с веранды. Как показал потерпевший Гращенков, около 5 час. на свежевыпавшем снегу он увидел следы, ведущие к входу в дом, у входа он столкнулся с неизвестным в маске, который пытался бежать, но был задержан им, Полозко и Костовым. Аналогичные показания даны Полозко и Костовым. Потерпевшие показали, что при осмотре гаража они обнаружили пропажу автомагнитолы, опустошенный флакон от одеколона. Через день после задержания Поддубного они заметили пропажу четырех покрышек. Стекло окна гаража оказалось выставленным. По следам под окном определили, что похитителей было трое. Показания относительно следов у гаража даны потерпевшим Полозко только в судебном заседании. При осмотре места происшествия не установлены следы преступников. В материалах дела отсутствуют данные, что изымались и осматривались кроссовки Поддубного. Однако суд в приговоре, несмотря на это, указал, что в гараже были обнаружены следы подошв кроссовок Поддубного. Предположительным является вывод суда о том, что Поддубный действовал с сообщником или сообщниками. Такой вывод не основан на материалах дела. С места происшествия изъяты стекло от оконной рамы, выставленное преступником, и пустой флакон из-под одеколона, содержимое которого, как утверждает потерпевший, выпито преступником. Однако никаких следственных действий с этими предметами не производилось. Следственными органами были приняты меры по отысканию похищенного имущества. При задержании Поддубного имущества, принадлежащего потерпевшим, у него не имелось. При проведении обысков у сожительницы Поддубного - Рощиной, у его сестры - Поляковой, у его матери ничего, имеющего отношение к делу, обнаружено и изъято не было. Других доказательств причастности Поддубного к преступлению суд не привел и основал свой вывод о его виновности на предположениях. В соответствии с законом приговор не может быть основан на предположениях. При вынесении приговора по делу должны быть исследованы и оценены все имеющиеся противоречия. Факт совершения Поддубным кражи не нашел своего подтверждения в материалах дела и исчерпаны возможности в собирании дополнительных доказательств его причастности к преступлению. В соответствии с ч. 2 ст. 349 УПК приговор и все последующие решения отменены, а дело прекращено производством за недоказанностью совершения краж Поддубным. Нарушение судом требований ст. ст. 20 и 314 УПК РСФСР повлекло отмену приговора (Извлечение) 10. Нарушение судом требований ст. ст. 20 и 314 УПК РСФСР повлекло отмену приговора (И з в л е ч е н и е) Ростовским областным судом П. осужден по ч. 3 ст. 173 УК РСФСР. Он признан виновным в том, что, работая старшим инспектором грузового отдела Ростовской таможни, в ноябре-декабре 1993 года получил взятку в особо крупном размере (2 100 000 руб.) от директора коммерческой фирмы К. за оказание содействия в ускоренном оформлении таможенных документов на получение груза и сдачу его на ответственное хранение. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор оставила без изменения. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений и направлении дела на новое рассмотрение. Президиум Верховного Суда РФ 7 июня 1995 г. протест удовлетворил, указав следующее. В силу требований ст. 314 УПК РСФСР описательная часть приговора должна содержать изложение обстоятельств преступного деяния, признанного доказанным, с указанием помимо места, времени также и способа его совершения. Эти требования закона судом не выполнены. В приговоре указано, что П. оказал содействие К. в оформлении таможенных документов, однако в чем конкретно выразились его действия как должностного лица, не уточнено. Судом не выяснены и не оценены надлежащим образом обстоятельства, касающиеся роли П. в таможенном оформлении груза фирмы. В частности, не выяснены вопросы его участия в досмотре и передаче груза на ответственное хранение, воздействия с его стороны на других сотрудников таможни в совершении конкретных действий в интересах К. К., а также должностные лица таможни по этим вопросам допрошены поверхностно, их показаниям в приговоре какой-либо оценки не дано. Не исследованы с достаточной полнотой и обстоятельства получения П. денег и вещей от К. Выводы суда в этой части в основном сделаны исходя из противоречивых показаний П. и К. П. не отрицал получение от К. денег и вещей, подробно объясняя это различными обстоятельствами их взаимоотношений как близких друзей, но не в связи с его работой в таможне. Аналогичные показания дал и К. на очной ставке с П., хотя допрошен был первым. Однако суд этим показаниям К. оценки не дал, не указал в приговоре, по каким основаниям он отверг их. Суд в приговоре как на одно из доказательств получения взятки П. сослался на магнитофонную запись его разговора с К. при передаче 800 тыс. руб. Однако доводы П. о нарушении органами следствия процессуальных норм при прослушивании записи, а также о том, что речь в разговоре шла о возможном вложении этих денег в счет возмещения кредита, полученного К. в банке, остались без какой-либо оценки. Судом не исследованы и доводы П. о том, что К. вынужденно его оговорил ввиду сложившихся определенных отношений последнего с владельцем другой коммерческой фирмы. С учетом изложенного приговор в отношении П. не может быть признан обоснованным, в связи с чем он подлежит отмене, а дело - направлению на новое судебное разбирательство. Невыполнение судом требований ст. 314 УПК РСФСР повлекло отмену приговора (Извлечение) 11. Невыполнение судом требований ст. 314 УПК РСФСР повлекло отмену приговора (И з в л е ч е н и е) Московским городским судом Рябинина, Серова и Серов осуждены по п. "а" ст. 102 УК РСФСР. Они признаны виновными в совершении умышленного убийства Заева из корыстных побуждений. Рябинина, Серова и Серов проживали одной семьей в четырех комнатах пятикомнатной квартиры в Москве. Одну комнату в этой коммунальной квартире занимал сосед Заев 88 лет. 17 февраля 1992 г. Рябинина, Серов и Серова в квартире с целью воспрепятствования совершению Заевым родственного обмена комнаты задушили его, сдавив шею петлей. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила приговор в части определения вида режима отбывания наказания Серову. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене приговора и кассационного определения и направлении дела на новое судебное рассмотрение в связи с существенным нарушением судом уголовно-процессуального закона. Президиум Верховного Суда РФ 21 июня 1995 г. протест удовлетворил, указав следующее. В соответствии со ст. 314 УПК РСФСР описательная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, характера вины, мотивов и последствий преступления. Следовательно, все обстоятельства совершения преступления, характеризующие его общественную опасность, необходимые для правильной квалификации содеянного и могущие повлиять на наказание, должны быть точно установлены судом и указаны в приговоре. При постановлении приговора по данному делу эти требования закона судом не были соблюдены: приговор не содержит полного изложения обстоятельств совершенного преступления, действий каждого из осужденных в процессе лишения жизни Заева; в приговоре не указано, в чем выразился корыстный мотив убийства. Так, из показаний Рябининой, Серова и Серовой в ходе предварительного расследования, признанных судом достоверными, усматривается, что их сосед по квартире Заев хотел произвести родственный обмен комнаты. Узнав об этом, Рябинина и Серова решили от него избавиться. Утром 17 февраля 1992 г. Рябинина вызвала Заева на кухню и пыталась его душить, зажимая рот и нос руками. Затем позвала на помощь свою дочь - Серову и племянника - Серова, которые стали держать Заева за руки, а Рябинина, взяв в руки бельевую веревку, удушила его. После убийства они инсценировали совершение разбойного нападения на квартиру. Однако суд в приговоре ограничился лишь записью о том, что 17 февраля 1992 г. виновные, находясь в квартире, с целью воспрепятствования совершению Заевым родственного обмена комнаты задушили его, сдавив шею петлей. Таким образом, не нашли своего отражения в приговоре ни действия Рябининой и Серовых при подготовке к убийству, ни роль каждого из них в процессе лишения жизни Заева. Как видно из показаний виновных и свидетелей, Рябинины и Серовы проживали в г. Нижнем Новгороде до 1990 года. Затем, имея намерение переехать на постоянное место жительства в Москву, Серова, будучи замужем за Серовым, вступила в фиктивный брак с жителем Москвы Казеевым. После этого Серова прописалась в жилое помещение Казеева и прописала туда сына. Произведя многочисленные обмены, Серовы и Рябинины поселились в четырехкомнатную квартиру, а затем - в пятикомнатную, где единственным соседом был Заев. Они предлагали Заеву купить для него отдельную однокомнатную квартиру, но чтобы тот оставил им комнату, занимаемую в пятикомнатной квартире. Заев не согласился с их предложением и решил произвести родственный обмен комнаты. 21 февраля 1992 г. Заев должен был получить обменные ордера. После отказа Заевым оставить комнату Рябинина и Серовы решили убить его. Суд же в приговоре, признавая Рябинина и Серовых виновными в убийстве из корыстных побуждений, указал о мотиве преступления лишь то, что оно совершено с целью воспрепятствовать совершению Заевым родственного обмена комнаты. Однако ничего не указал о том, в чем заключается корысть у осужденных. Таким образом, невыполнение судом требований ст. 314 УПК РСФСР - существенное нарушение уголовно-процессуального закона, поскольку не позволило всесторонне и полно рассмотреть дело и повлияло на постановление законного и обоснованного приговора. Невыполнение требований ст. 352 УПК РСФСР повлекло отмену определения кассационной инстанции (Извлечение) 12. Невыполнение требований ст. 352 УПК РСФСР повлекло отмену определения кассационной инстанции (И з в л е ч е н и е) Органами предварительного расследования Ушакову было предъявлено обвинение в причинении умышленного тяжкого телесного повреждения Куликову, повлекшего его смерть. В ночь на 4 августа 1993 г. Ушаков вместе с Барковым и Куликовым в своей квартире употреблял спиртные напитки. Между Ушаковым и Куликовым возникла ссора из-за взаимных денежных расчетов. Во время ссоры Куликов взял столовый нож, угрожал расправой, приставлял его к спине Ушакова. После обоюдной драки Ушаков закрылся в спальне, а затем вышел и стал выдворять Куликова из квартиры. Во вновь возникшем конфликте Ушаков отобрал у Куликова нож и им нанес ему несколько ударов, причинив тяжкое телесное повреждение в виде проникающего ранения брюшной полости, осложнившегося острой кровопотерей. Смерть Куликова наступила от полученного ранения в брюшную полость. Сызранский городской народный суд не согласился с предъявленным Ушакову обвинением и признал его виновным в причинении тяжких телесных повреждений в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (ст. 110 УК РСФСР). Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда отменила приговор и направила дело на дополнительное расследование для предъявления Ушакову обвинения по ст. 103 УК РСФСР. Постановлением президиума Самарского областного суда протест прокурора области об изменении определения судебной коллегии областного суда оставлен без удовлетворения. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении определения судебной коллегии областного суда, об отмене постановления президиума и направлении дела на новое судебное рассмотрение. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 19 июля 1994 г. протест удовлетворила по следующим основаниям. В соответствии со ст. 352 УПК РСФСР суд, рассматривающий дело в кассационном порядке, не вправе устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены в приговоре или отвергнуты им, а равно не вправе предрешать вопросы о доказанности или недоказанности обвинения, о достоверности или недостоверности того или иного доказательства и о преимуществах одних доказательств перед другими, о применении судом первой инстанции того или иного уголовного закона и о мере наказания. Однако это требование закона по данному делу не соблюдено, кассационная инстанция установила факты, которые судом были отвергнуты. Так, судебная коллегия областного суда указала: "ссылка в приговоре на совершение Ушаковым преступления в состоянии аффекта противоречит фактически установленным судом обстоятельствам дела". Далее коллегия изложила показания осужденного и пришла к выводу о том, что Ушаков контролировал и свои действия, и действия потерпевшего, в связи с чем указала, что у нее вызывает сомнение совершение Ушаковым преступления в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения. В определении кассационной инстанции отмечено: "К тому же суд не придал значения тому, что еще до применения ножа Ушаков дрался с Куликовым на кухне. Куликов, по словам Ушакова, уже тогда был вооружен ножом, но это не вызвало состояния аффекта у обвиняемого. Кроме того, суд не принял во внимание отсутствие каких-либо телесных повреждений на теле Ушакова, хотя поверил его показаниям о том, будто бы потерпевший тыкал ножом в спину подсудимого". Таким образом, кассационная инстанция фактически пришла к выводу, что никакого аффекта у Ушакова не было. При новом рассмотрении суд первой инстанции, при таких выводах коллегии, будет лишен возможности дать иную оценку доказательствам, поскольку указания коллегии обязательны для суда первой инстанции. Поскольку определение коллегии вынесено с нарушением требований ст. 352 УПК РСФСР, оно подлежит отмене, а не изменению, как об этом было указано в протесте. Постановление президиума областного суда отменено в связи с нарушением требований ст. 380 УПК РСФСР (Извлечение) 13. Постановление президиума областного суда отменено в связи с нарушением требований ст. 380 УПК РСФСР (И з в л е ч е н и е) Мытищинским городским народным судом Московской области Никифоров осужден по ст. 104 УК РСФСР. Он признан виновным в умышленном убийстве отчима Абаева, совершенном в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения. В ночь на 26 июня 1993 г. Никифоров в состоянии алкогольного опьянения, в квартире, где он проживал вместе с матерью и отчимом Абаевым, после конфликта с отчимом (который наносил ему удары, оскорблял, связывал руки) разбил стекло кухонной двери и через образовавшееся отверстие нанес Абаеву удар ножом в грудь, причинив проникающее ранение с повреждением сердца, от которого тот умер. Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда приговор оставила без изменения. Президиум этого же суда приговор и кассационное определение отменил и дело направил на новое судебное рассмотрение. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене постановления президиума областного суда, считая, что президиум нарушил ст. 380 УПК РСФСР. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 26 апреля 1995 г. протест удовлетворила, указав следующее. Отменяя приговор и кассационное определение в отношении Никифорова, президиум областного суда, как видно из дела, не установив неполноты предварительного и судебного следствия, фактически переоценил исследованные судом доказательства и в нарушение требований ст. 380 УПК РСФСР предрешил вывод о виновности Никифорова в совершении более тяжкого преступления в умышленном убийстве отчима Абаева. Между тем, как видно из показаний Никифорова, между ним и Абаевым сложились неприязненные отношения. Абаев неоднократно его избивал. В день происшествия между ними снова возник конфликт из-за того, что он, Никифоров, не выключил магнитофон. Абаев, оскорбляя, стал отбирать у него магнитофон, ударил в висок, надавил ногой на грудь, связал руки, а мать заставил связать ему ноги, схватил за шею, душил. Оскорбления и насилие со стороны Абаева его сильно взволновали, его "всего трясло". После того, как удалось освободиться от пут, он пошел в кухню, но Абаев не пустил его туда, продолжая оскорблять. Тогда он разбил стекло в двери кухни и, забыв о том, что в руке нож, оттолкнул от двери Абаева, убивать его не хотел. Обстоятельства, предшествовавшие убийству Абаева, в суде полностью подтвердила мать Никифорова, по словам которой Абаев избил ее сына, связал, душил, но сыну удалось перерезать ножом веревку и освободиться. Судом установлено, что между оскорблениями и насилием со стороны Абаева и его убийством, которому также предшествовали оскорбления со стороны потерпевшего, был незначительный разрыв во времени. С учетом того, что ранее Абаев унижал и избивал своего пасынка и вновь совершил неправомерные действия в отношении него в день его рождения и накануне призыва в армию, суд сделал обоснованный вывод, что ответные действия - убийство отчима Никифоров совершил, находясь в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного насилием со стороны потерпевшего. Его действиям дана правильная юридическая квалификация. Оснований для отмены приговора и кассационного определения не имелось. Частным определением Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание председателя областного суда да необоснованное нарушение судом сроков рассмотрения дела (Извлечение) 14. Частным определением Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание председателя областного суда да необоснованное нарушение судом сроков рассмотрения дела (И з в л е ч е н и е) Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 апреля 1995 г. приговор Кемеровского областного суда от 25 мая 1994 г. в отношении Быкова, Терехина, Переваловой, осужденных по ст. ст. 17 и 103, ч. 3 ст. 208 и ч. 1 ст. 189 УК РСФСР, оставлен без изменения, но вынесено частное определение. Как указывается в этом определении, при проверке материалов дела в кассационном порядке выявлено, что судом при рассмотрении дела допущены недостатки и нарушения уголовно-процессуального закона. Как установлено, дело поступило в Кемеровский областной суд до 1 марта 1993 г. Однако вопрос о назначении судебного заседания разрешен лишь 29 апреля 1993 г., т. е. спустя почти два месяца с момента поступления дела в суд. Между тем в соответствии с ч. 2 1) ст. 233 УПК РСФСР судебное заседание должно быть назначено не позднее 14 суток с момента поступления дела в суд, если обвиняемый содержится под стражей. Кроме того, суд, назначив судебное заседание на 15 июня 1993 г., допустил нарушение ст. 239 УПК РСФСР, в соответствии с которой дело должно быть начато рассмотрением в судебном заседании не позднее 14 суток с момента вынесения судьей постановления о назначении судебного заседания. После отмены Верховным Судом РФ определения областного суда о направлении дела на дополнительное расследование дело поступило в суд 16 ноября 1993 г., а приговор постановлен спустя более чем полгода - 25 мая 1994 г. Судом допущены нарушения требований ч. 2 ст. 330 УПК РСФСР о том, что по истечении срока, установленного для обжалования или опротестования, дело с поступившими жалобами или протестом направляется в кассационную инстанцию. В материалах дела отсутствуют данные, которые подтвердили бы необходимость задержки с направлением дела в Верховный Суд РФ, в частности, нет документов, свидетельствующих о том, что кто-либо из участников процесса знакомился с протоколом судебного заседания. Дело было направлено в кассационную инстанцию лишь 10 января 1995 г. - по истечении семи месяцев после его рассмотрения. Таким образом, судом допущена волокита при рассмотрении дела, на что Судебная коллегия считает необходимым обратить внимание председателя суда. Обзоры и обобщения О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРИ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ ПРАВОСУДИЯ О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРИ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ ПРАВОСУДИЯ Принятая в декабре 1993 года Конституция Российской Федерации отразила качественные изменения в правовой политике нашего государства. Впервые в его истории человек, его права и свободы объявлены высшей ценностью, основные права и свободы человека и гражданина полно и последовательно закреплены в Конституции, причем не просто декларированы, а гарантированы созданием соответствующих механизмов, необходимых для осуществления конституционных прав и свобод. В соответствии с Конституцией Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Это конституционное положение и закрепленная в Конституции Российской Федерации гарантия судебной защиты прав и свобод каждого определяют исключительно важное место суда в обществе и государстве и одновременно возлагают на него особую ответственность за правильное применение законов, обеспечивающих защиту прав и свобод человека. Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Положение о высшей юридической силе Конституции заключается в том, что все конституционные нормы обладают верховенством над другими законами и подзаконными актами. Такой нормы о прямом действии Конституции ни в одной из предыдущих Конституций не было. Это означает, что действующая Конституция Российской Федерации не торжественная декларация, а полноценный нормативный правовой акт, статьями которого судам надлежит руководствоваться в необходимых случаях при рассмотрении конкретных дел. Исходя из этого соблюдение Конституции и обеспечение ее прямого действия является одной из главных задач судов. Верховный Суд Российской Федерации с первых дней ее принятия формировал практику применения судами Конституции Российской Федерации в качестве акта прямого действия. В ряде постановлений Пленума Верховного Суда были даны разъяснения, основанные на приоритете конституционных норм; Верховный Суд ориентировал суды на применение Конституции Российской Федерации как акта прямого действия при рассмотрении гражданских и уголовных дел. К сожалению, реализация принципа прямого действия Конституции еще не стала нормой в деятельности судов при осуществлении правосудия. Об этом свидетельствуют имеющиеся у нас материалы, поступившие из судов. К тому же нет единства в практике применения отдельных конституционных положений. С учетом этого Пленум Верховного Суда Российской Федерации 31 октября 1995 г. принял постановление, в котором разъяснил некоторые вопросы, связанные с применением судами Конституции при осуществлении правосудия. Внимание судов обращено на то, что при рассмотрении дел следует оценивать содержание закона или иного нормативного правового акта, регулирующего рассматриваемые судом правоотношения, и во всех необходимых случаях применять Конституцию Российской Федерации в качестве акта прямого действия. К ним, в частности, Пленум отнес: когда закрепленные нормой Конституции положения, исходя из ее смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность ее применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина; когда закон либо иной нормативный правовой акт, принятый субъектом Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, противоречит Конституции Российской Федерации, а федеральный закон, который должен регулировать рассматриваемые судом правоотношения, отсутствует; когда суд придет к выводу, что федеральный закон, действовавший на территории Российской Федерации до вступления в силу Конституции Российской Федерации, противоречит ей (в соответствии с пунктом вторым второго раздела Конституции Российской Федерации "Заключительные и переходные положения" ранее принятые нормативные правовые акты могут применяться лишь в части, не противоречащей Конституции); когда суд придет к убеждению, что федеральный закон, принятый после вступления в силу Конституции Российской Федерации, находится в противоречии с соответствующими положениями Конституции. При подготовке проекта постановления и в ходе его обсуждения на Пленуме высказывались различные, иногда противоположные точки зрения по вопросу о том, как следует правильно поступить в случае, если при рассмотрении дела у суда возникнут сомнения в конституционности примененного или подлежащего применению федерального закона, либо он придет к убеждению о том, что закон противоречит Конституции. Были сторонники того, что суд в этих случаях не вправе рассматривать дело по существу, а исходя из положений ст. 101 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" должен обратиться в Конституционный Суд с запросом о соответствии Конституции примененного либо подлежащего применению закона. Другие же полагали, что если суд пришел к убеждению о противоречии Конституции примененного или подлежащего применению закона, то он не применяет такой закон, а, руководствуясь Конституцией, должен разрешить дело по существу. В тех же случаях, когда возникают сомнения в вопросе о том, соответствует ли Конституции примененный или подлежащий применению по конкретному делу закон, суд в соответствии с ч. 4 ст. 125 Конституции Российской Федерации обращается в Конституционный Суд с соответствующим запросом. Именно такую позицию занял Пленум Верховного Суда Российской Федерации исходя из того, что обращение с запросом в Конституционный Суд является не обязанностью, а правом суда в случаях, когда у него имеются сомнения или, как указано в ч. 2 ст. 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", возникает неопределенность по вопросу о соответствии Конституции примененного или подлежащего применению при рассмотрении конкретного дела закона. Если же суд придет к убеждению, что закон противоречит Конституции, то он вправе разрешить дело по существу, руководствуясь соответствующими нормами Конституции. В противном случае обязательное предварительное обращение судей в Конституционный Суд для решения вопроса о возможности прямого применения Конституции Российской Федерации вместо противоречащего ей закона будет, по существу, нарушать конституционный принцип прямого действия Конституции. Кроме того, лишение суда общей юрисдикции возможности самостоятельно применять Конституцию в тех случаях, когда он придет к убеждению, что федеральный закон противоречит конституционным положениям, может привести на практике к тому, что суду придется приостанавливать производство по делу до рассмотрения Конституционным Судом запроса суда, а это, как показывает практика, сопряжено с продолжительным периодом времени. Противники изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда точки зрения ссылаются на то, что, самостоятельно решая при рассмотрении конкретного дела вопрос о соответствии закона Конституции, суды, по существу, возложат на себя функции Конституционного Суда Российской Федерации. Однако с этим согласиться нельзя, поскольку в указанном случае суд не признает закон не соответствующим Конституции, как это делает Конституционный Суд в силу своих полномочий, а лишь не применяет такой закон при рассмотрении данного конкретного дела по мотивам несоответствия его Конституции. Имея в виду, что действующее процессуальное законодательство не регламентирует процедуру направления судом запроса в Конституционный Суд, Пленум счел необходимым дать судам по этому вопросу соответствующие рекомендации. В связи с имеющимися трудностями в решении вопроса о том, как следует поступать при наличии противоречий между федеральным законом и нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации, Пленум Верховного Суда обратил внимание судов на то, что, согласно ст. 76 Конституции Российской Федерации, суд, установив, что подлежащий применению закон либо иной нормативный правовой акт субъекта Российской Федерации противоречит федеральному закону, принятому по вопросам, находящимся в ведении Российской Федерации либо в совместном ведении Российской Федерации и субъекта Российской Федерации, должен при рассмотрении дела принять решение в соответствии с федеральным законом, а если имеются противоречия между нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации, принятым по вопросам, относящимся к ведению субъекта Российской Федерации, и федеральным законом, то подлежит применению нормативный правовой акт субъекта Российской Федерации. До принятия Конституции практика непосредственного применения судами общей юрисдикции норм международного права была ограничена. Теперь впервые в истории нашего государства в Конституцию включено положение, объявляющее общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации частью ее правовой системы. Указанное конституционное положение наряду с дальнейшим развитием межгосударственных отношений России со странами ближнего и дальнего зарубежья приведет к повышению актуальности вопросов применения судами норм международного права. Учитывая это, в постановлении Пленума приведен примерный перечень актов, содержащих общепризнанные принципы и нормы международного права, и даны разъяснения, касающиеся применения судами международных договоров как составной части правовой системы Российской Федерации. Известно, что многие нормативные акты ранее не публиковались для всеобщего сведения, но применялись государственными органами, должностными лицами, а также судами при рассмотрении дел. Сейчас в Конституции Российской Федерации закреплено положение, согласно которому неопубликованные законы, а также любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения, не могут применяться. Напомнив, что порядок официального опубликования федеральных нормативных правовых актов определен Федеральным законом "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания", Указом Президента Российской Федерации от 26 марта 1992 г. N 302 "О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации" и Указом Президента Российской Федерации от 21 января 1993 г. "О нормативных актах центральных органов государственного управления Российской Федерации", Пленум разъяснил судам, что они в соответствии с указанным конституционным положением не вправе основывать свои решения на неопубликованных нормативных актах, затрагивающих права, свободы, обязанности человека и гражданина. Важным средством обеспечения прямого действия Конституции является положение ч. 2 ст. 120 Конституции Российской Федерации, в силу которой суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, обязан принять решение в соответствии с законом. Действие этой конституционной нормы распространяется на акты любого органа или должностного лица без каких-либо ограничений. В постановлении Пленума приведен примерный перечень актов, которые подлежат оценке судом с точки зрения соответствия закону. Это нормативные указы Президента Российской Федерации, постановления палат Федерального Собрания Российской Федерации, постановления и распоряжения Правительства Российской Федерации, акты органов местного самоуправления, приказы и инструкции министерств и ведомств, руководителей учреждений, предприятий, организаций и т. д. При этом в случае применения закона вместо несоответствующего ему акта государственного или иного органа суд в соответствии с предоставленными ему процессуальным законом полномочиями вправе вынести частное определение (постановление) и обратить внимание органа или должностного лица, издавшего такой акт, на необходимость привести его в соответствие с законом либо отменить. Признание права гражданина на рассмотрение его дела в надлежащем суде и тем судьей, к подсудности которого оно отнесено законом, является одной из гарантий права на судебную защиту и беспрепятственного доступа к правосудию, одним из проявлений принципа равенства граждан перед законом и судом. Смысл этого конституционного положения состоит в том, что подсудность должна быть строго определена законом и суды не вправе произвольно ее изменять. Как известно, в соответствии с требованиями предметной подсудности основная масса гражданских и уголовных дел подлежит рассмотрению в районных (городских) судах. В то же время по действующему законодательству вышестоящий суд вправе изъять из нижестоящего любое уголовное или гражданское дело и рассмотреть его в качестве суда первой инстанции (ст. 40 УПК РСФСР, ст. ст. 114-116 ГПК РСФСР). В связи с этим в постановлении Пленума внимание судов обращено на то, что вышестоящий суд в качестве суда первой инстанции может рассмотреть дело, подсудное нижестоящему суду, лишь в том случае, если стороны ходатайствуют об этом или дали на это согласие. При судебном разбирательстве должна, естественно, соблюдаться и территориальная подсудность. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что правило о рассмотрении дела тем судом, к территориальной подсудности которого оно отнесено законом, в основном соблюдается. Однако имеются и отступления от этого правила. В большинстве случаев они вызваны обстоятельствами, исключающими возможность рассмотрения в данном суде дел с соблюдением установленных законом процессуальных сроков. Имея это в виду, Пленум разъяснил судам, что, если рассмотрение дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, невозможно, председатель вышестоящего суда вправе передать дело для рассмотрения в другой ближайший такой же суд с обязательным извещением сторон о причинах передачи дела. Неотъемлемым правом каждого гражданина России является закрепленное в Конституции право на пользование родным языком. Никаких условий, ограничивающих реализацию этого права, Конституция не содержит. В связи с этим, Пленум разъяснил, что по ходатайству участвующих в деле лиц суд обязан обеспечить им право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства и выступать в суде на родном языке. В Конституции Российской Федерации закреплен принцип состязательности и равноправия сторон при осуществлении правосудия. В силу этого конституционного положения суд по каждому делу обязан обеспечивать равенство прав участников судебного разбирательства по представлению и исследованию доказательств и заявлению ходатайств. При рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств. В случае необходимости, с учетом состояния здоровья, возраста и иных обстоятельств, затрудняющих сторонам возможность представления доказательств, без которых нельзя правильно рассмотреть дело, суд по ходатайству сторон принимает меры к их истребованию. Право на объединение, как одно из конституционных, имеет цель обеспечить возможность участия каждого в общественной и политической жизни, а также юридически установить создание разного рода общественных объединений. Однако право на объединение не является абсолютным. Конституцией Российской Федерации создание и деятельность общественных объединений запрещается в случае, если их цели или действия направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни. Учитывая это конституционное положение, Пленум рекомендовал судам при рассмотрении жалоб на отказ в регистрации общественных объединений либо заявлений заинтересованных лиц о ликвидации общественных объединений по каждому делу тщательно исследовать и оценивать в совокупности все представленные письменные и вещественные доказательства, показания свидетелей и другие доказательства, свидетельствующие о целях, задачах и фактической деятельности объединений. Одним из важных конституционных прав работников, а также их трудовых коллективов является право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения, включая право на забастовку. При рассмотрении споров о признании забастовки незаконной судам следует учитывать, что в соответствии с ч. 3 ст. 17 и ч. 3 ст. 55 Конституции осуществление права на забастовку не должно нарушать права и свободы других лиц и может быть ограничено, но лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Пленум Верховного Суда разъяснил, что ограничение права на забастовку допустимо лишь для тех работников, в отношении которых с учетом характера их деятельности и возможных последствий прекращения ими работы необходимость запрета на проведение забастовки прямо вытекает из названных положений Конституции. Конституция предоставила каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства, а также гарантировала право на жилище. В целях предотвращения возможных нарушений жилищных прав граждан Пленум посчитал необходимым обратить внимание судов на то, что отсутствие прописки либо регистрации, заменившей институт прописки, само по себе не может служить основанием для ограничения прав и свобод человека, включая право на жилище. Что же касается данных, свидетельствующих о наличии либо отсутствии прописки (регистрации), то они могут рассматриваться лишь в качестве одного из доказательств того, состоялось ли между нанимателем (собственником) жилого помещения, членами его семьи соглашение о вселении лица в жилое помещение и на каких условиях. В связи с возникшими в судебной практике вопросами Пленум Верховного Суда разъяснил, что добытые в результате оперативно-розыскных мероприятий данные, связанные с ограничением конституционного права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также на неприкосновенность жилища, кроме случаев, установленных федеральным законом, могут быть использованы в качестве доказательств по делам, лишь когда они получены по разрешению суда на проведение таких мероприятий и проверены следственными органами в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством. Пленум также обратил внимание судов на необходимость соблюдения при рассмотрении уголовных дел закрепленного в ст. 49 Конституции Российской Федерации принципа презумпции невиновности и недопустимость возложения на обвиняемого (подсудимого) доказывания своей невиновности. Неустранимые сомнения в виновности обвиняемого (подсудимого) должны толковаться в его пользу. Законом Российской Федерации от 16 июля 1993 г. ст. 69 УПК РСФСР была дополнена частью третьей, согласно которой доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств совершения преступления. С принятием Конституции Российской Федерации положение о недопустимости использования при осуществлении правосудия доказательств, полученных с нарушением федерального закона, стало конституционной нормой. Это положение имеет исключительно важное значение, поскольку оно направлено на предотвращение следственных и судебных ошибок, на обеспечение законной процедуры получения доказательств. В связи с отсутствием у судов единого подхода к решению вопроса о том, в каких случаях доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, Пленум Верховного Суда Российской Федерации, основываясь на результатах изучения судебной практики, определил критерии признания доказательств недопустимыми и разъяснил, что доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами. В соответствии с ч. 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. К сожалению, несоблюдение при производстве дознания и предварительного следствия этого конституционного положения все еще имеет достаточно распространенный характер. Учитывая это, Пленум Верховного Суда обратил внимание судов на то, что, если при производстве дознания и предварительного следствия задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый не был обеспечен по его ходатайству защитником, то все показания этого лица и результаты следственных действий, проведенных с его участием, должны рассматриваться судом как доказательства, полученные с нарушением закона. Такая позиция Пленума основана на положении ч. 2 ст. 50 Конституции Российской Федерации, запрещающей при осуществлении правосудия использовать доказательства, полученные с нарушением закона. Этим же конституционным положением Пленум Верховного Суда Российской Федерации руководствовался, обращая внимание судов на то, что, если подозреваемому, обвиняемому, его супругу и близким родственникам при дознании или на предварительном следствии не была разъяснена ст. 51 Конституции, гласящая, что никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом, то показания этих лиц должны признаваться судом полученными с нарушением закона и не могут являться доказательствами виновности обвиняемого. Таковы основные положения принятого Пленумом Верховного Суда Российской Федерации постановления, которое безусловно окажет судам помощь в правильном применении конституционных норм, федеральных законов и иных нормативных правовых актов при разрешении конкретных дел. Перечень вопросов, по которым Пленум дал разъяснения в данном постановлении, не является исчерпывающим. Верховный Суд Российской Федерации продолжает изучать и обобщать практику применения судами Конституции Российской Федерации как акта прямого действия. Председатель Верховного Суда Российской Федерации В. М. ЛЕБЕДЕВ Указатель судебной практики УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ +-----------------------------------------------------+ ¦ УКАЗАТЕЛЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ¦ +-----------------------------------------------------¦ ¦ 010.010.010 ¦ ¦ ¦ Статья ¦ О некоторых вопросах ¦ ¦ Председателя ¦ применения судами Конституции ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ Российской Федерации при ¦ ¦ В. М. Лебедева ¦ осуществлении правосудия ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 1 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 040.020.000 ¦ ¦ ¦ Пост. Презид. ¦ Споры об освобождении главы ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ администрации от занимаемой ¦ ¦ от 5.07.95 ¦ должности подведомственны суду ¦ ¦ Бюллетень ¦ общей юрисдикции ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 5 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 020.050.020 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Неисследованность обстоятельств ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ дела повлекла отмену решения ¦ ¦ от 29.09.95 ¦ суда, признавшего ¦ ¦ Бюллетень ¦ недействительным отказ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ должностного лица в ¦ ¦ Российской ¦ приватизации жилого помещения в ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ доме военного городка ¦ ¦ N 2, с. 6 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.010.030 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Лица, которым в соответствии со ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ ст. 28 УК РСФСР неотбытые ¦ ¦ от 24.04.95 ¦ исправительные работы за ¦ ¦ Бюллетень ¦ злостное уклонение от их ¦ ¦ Верх, Суда ¦ отбывания заменены лишением ¦ ¦ Российской ¦ свободы, отбывают наказание в ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ИТК общего режима ¦ ¦ N 2, с. 7 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.010.030 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Отмена условного осуждения и ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ направление осужденного для ¦ ¦ от 3.04.95 ¦ отбывания наказания, ¦ ¦ Бюллетень ¦ назначенного приговором, ¦ ¦ Верх. Суда ¦ возможна только в случаях, ¦ ¦ Российской ¦ указанных в ст. 44 УК РСФСР ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 8 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.010 ¦ ¦ ¦ 390.020.020 ¦ ¦ ¦ Пост. Презид. ¦ Сбыт поддельной купюры может ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ быть квалифицирован как ¦ ¦ от 7.06.95 ¦ мошенничество лишь в том ¦ ¦ Бюллетень ¦ случае, если установлены: явное ¦ ¦ Верх. Суда ¦ несоответствие фальшивой купюры ¦ ¦ Российской ¦ подлинной, исключающее ее ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ участие в денежном обращении, и ¦ ¦ N 2, с. 8 ¦ обстоятельства дела, ¦ ¦ ¦ свидетельствующие о ¦ ¦ ¦ направленности умысла виновного ¦ ¦ ¦ на грубый обман ограниченного ¦ ¦ ¦ числа лиц ¦ ¦ 390.020.100 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Незаконное перемещение в ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ крупных размерах через ¦ ¦ от 27.06.95 ¦ таможенную границу Российской ¦ ¦ Бюллетень ¦ Федерации валюты, совершенное ¦ ¦ Верх. Суда ¦ помимо или с сокрытием от ¦ ¦ Российской ¦ таможенного контроля либо ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ сопряженное с ¦ ¦ N 2, с. 9 ¦ недекларированием, образует ¦ ¦ ¦ состав преступления, ¦ ¦ ¦ 1) ¦ ¦ ¦ предусмотренного ст. 169 УК ¦ ¦ ¦ РСФСР (введена Федеральным ¦ ¦ ¦ законом от 1 июля 1994 г.) ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 390.020.020 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Ввиду недоказанности применения ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ к потерпевшему (с целью ¦ ¦ от 28.04.95 ¦ завладения его имуществом) ¦ ¦ Бюллетень ¦ насилия, опасного для его жизни ¦ ¦ Верх. Суда ¦ и здоровья, и угрозы такого ¦ ¦ Российской ¦ насилия действия виновных ¦ ¦ федерации, 1996, ¦ переквалифицированы с разбоя на ¦ ¦ N 2, с. 9 ¦ грабеж ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.030.000 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Если есть данные, дающие ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ основание сомневаться в ¦ ¦ от 22.06.95 ¦ психической полноценности ¦ ¦ Бюллетень ¦ обвиняемого, назначение ¦ ¦ Верх. Суда ¦ судебно-психиатрической ¦ ¦ Российской ¦ экспертизы обязательно ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 10 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.010.020 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ При наличии соглашения на ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ участие определенного защитника ¦ ¦ от 24.05.95 ¦ на предварительном следствии ¦ ¦ Бюллетень ¦ участие других защитников ¦ ¦ Верх. Суда ¦ признано нарушением требований ¦ ¦ Российской ¦ ст. 48 УПК РСФСР ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 11 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.100.100 ¦ ¦ ¦ Опред. ¦ Постановление судьи в стадии ¦ ¦ Касс. палаты ¦ предварительного слушания о ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ направлении дела для ¦ ¦ от 22.06.95 ¦ производства дополнительного ¦ ¦ Бюллетень ¦ расследования отменено ¦ ¦ Верх, Суда ¦ Кассационной палатой как ¦ ¦ Российской ¦ необоснованное ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 11 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.010.040 ¦ ¦ ¦ 390.020.020 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Приговор и все последующие ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ решения отменены в порядке ¦ ¦ от 11.07.95 ¦ надзора и дело прекращено ¦ ¦ Бюллетень ¦ производством за ¦ ¦ Верх. Суда ¦ недоказанностью участия лица в ¦ ¦ Российской ¦ совершении преступления ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 12 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.030.000 ¦ ¦ ¦ Пост. Презид. ¦ Нарушение судом требований ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ ст. ст. 20 и 314 УПК РСФСР ¦ ¦ от 07.06.95 ¦ повлекло отмену приговора ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 13 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.030.000 ¦ ¦ ¦ Пост. Презид. ¦ Невыполнение судом требований ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ ст. 314 УПК РСФСР повлекло ¦ ¦ от 21.06.95 ¦ отмену приговора ¦ ¦ Бюллетень ¦ ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 13 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.040.000 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Невыполнение требований ст. 352 ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ УПК РСФСР повлекло отмену ¦ ¦ от 19.07.94 ¦ определения кассационной ¦ ¦ Бюллетень ¦ инстанции ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 14 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.060.000 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Постановление президиума ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ областного суда отменено в ¦ ¦ от 26.04.95 ¦ связи с нарушением требований ¦ ¦ Бюллетень ¦ ст. 380 УПК РСФСР ¦ ¦ Верх. Суда ¦ ¦ ¦ Российской ¦ ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с. 15 ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ ¦ 400.010.060 ¦ ¦ ¦ Опред. СК ¦ Частным определением Верховного ¦ ¦ Верх. Суда РФ ¦ Суда Российской Федерации ¦ ¦ от 20.04.95 ¦ обращено внимание председателя ¦ ¦ Бюллетень ¦ областного суда на ¦ ¦ Верх. Суда ¦ необоснованное нарушение судом ¦ ¦ Российской ¦ сроков рассмотрения дела ¦ ¦ Федерации, 1996, ¦ ¦ ¦ N 2, с.16 ¦ ¦ +-----------------------------------------------------+